– В тот день, когда приходил ваш коллега-криминалист, я слышала часть разговора. Не все, лишь то, что Ира отдавала цепочку Михаилу, но, когда ваш криминалист ушел, решила сама поговорить с дочкой, – снова пауза. Детектив почувствовала, как искорки азарта разгораются внутри тела. Хотелось поскорее услышать то, что хотела сообщить Елесеева, но торопить она не могла и сидела в ожидании натянутая как струна.
Анна Андреевна ссутулилась, что было ей не свойственно и продолжила уже совсем тихо:
– Ира рассказала мне, что видела, как Михаил встречался с тем человеком и как передавал цепочку. Она проследила за ним: ей было интересно, какая женщина стала ей заменой. Женщины она не увидела, но того человека узнала.
Александра почувствовала, как потеют ладони.
– И я тоже знаю его. Он раньше мелькал по телевидению. Коротко подстригся и чуть-чуть подправил нос, но все же узнаваем. Этот человек приходил в больницу после моей попытки… и все рассказал, – после этих слов Елесеева разрыдалась.
Прода от 17.10.2018, 08:28
Глава 32
– Ты догадалась, кто эта особенная? – спросил похититель, улыбаясь.
Диана молчала.
– Это ты, а знаешь почему? Можешь не отвечать. Я расскажу тебе еще одну историю. Жили-были Диана и Игорь. Они были очень дружны. У них было все общее: интересы, игры, секреты. Однажды уже известный тебе мальчик, да что там мальчик, к тому моменту он был уже Собирателем, так вот, однажды Собиратель, живший в то лето в Твери - он любил разъезжать по городам, увидел рыжеволосую девочку, и она ему приглянулась: напомнила первую жертву, одну из одноклассниц, и он решил ею овладеть.
В один из дождливых дней Собиратель следил за девочкой. Ее звали Лиза и было ей шестнадцать лет, но вот незадача: Лиза встретилась со своей соседкой Дианой и завязалась небольшая ссора. Дальше рассказывать или может сама догадаешься? Кстати, если угадаешь что именно я хочу тебе сейчас рассказать, то развяжу тебе… ноги. Руки не могу, прости, но хотя бы ногами сможем двигать, а то наверняка затекли. Ну же, маленькая Ди, не молчи.
Слезы безмолвно текли по щекам. Она обо всем догадалась, все вспомнила. Безжизненное тело Лизы моментально возникло перед глазами. Чувство вины зажало в тиски и стало трудно дышать. Глотая слезы, Диана прошептала:
– Вы все видели. Это вы вырезали слово на лбу той девочки.
– Правильно, – он улыбнулся и стал по очереди развязывать лодыжки, – все видел, но тебя с Игорьком не выдал, наоборот, помог сделать так, чтобы в полиции решили, что это маньяк.
Ноги были развязаны, но шевелиться Диана не решалась.
– Тело рыжеволосой Лизы, кстати, нашли, но, – улыбнулся еще шире, – у меня везде свои люди. Я же колдун, помнишь? Но продолжим. Ваш с Игорьком, ммм… поступок меня впечатлил, и я подумал, что вы вполне могли бы на меня работать – убивали бы за отличные деньги. Стал следить за вами. Так много лет потратил, чтобы однажды ты взяла и бросила своего ненаглядного! Я-то хотел, чтобы вы были как мстительные мистер и миссис Смит. Мне нужна была парочка - это ведь так интересно, а вы… Эх.
Он махнул рукой и резко вытащил складной нож из кармана брюк. Диана перестала дышать. Говорят, привыкнуть можно ко всему, но у нее не получалось, и когда лезвие скользнуло по щеке, женщина вздрогнула. Мучитель тем временем продолжил:
– Ты бросила Игорька, а я стал его поддержкой. У меня возник довольно неплохой план как вас воссоединить и добиться нужной мне цели. Знаешь, а ведь Игорек тебя действительно любил. Он рассказал мне, почему ты уехала: паренек не сдержался, а ты вот так сразу. Ну и что, что ударил! Ты разве не знала – бьет, значит любит. Выпивать стал Игорек, вот тогда-то я и появился. Кстати, помню ты один день ему названивала как угорелая, так вот, он тогда потерял телефон по пьяни, естественно, а ты ребенка потеряла. Игорек мне все уши прожужжал про вас. Он был эмоциональным, ну да это ты и сама знаешь. И поиграть любил. Игра да ты и были его слабостью. Тем и воспользовался. Реви, реви, я не против. Конечно, вы были не единственным моим проектом. Были и другие, но все неудачные. А вы с Игорьком мне чем-то приглянулись. Наверно тем, что в вас совсем не было души, хотя и в других не было. Убили и жили себе спокойно. Как я. Мы все похожи, не правда ли?
Он приподнял одеяло, цокнул языком и заметил:
– У предыдущих женщин тоже было красивое тело, но одно сгорело, а другое сильно обгорело: делали шесть операций по пересадке кожи, но тебе это уже не грозит. Ты реви-то, реви, но слушай внимательно. Что-то из моего рассказа может спасти тебе жизнь, помнишь?
Она еле заметно кивнула, пытаясь не разрыдаться в голос.
– Как-то раз я предложил Игорьку сыграть в вашу любимую «Я выбираю…». Задание было простым: он должен был убить одну девчонку, взамен я обещал, что устрою вам встречу. Ты тогда еще не познакомилась с Ромой и жила в квартире одна. А он отказался! Убивать насекомых, мучить бабочек – пожалуйста, а убить девчонку для старшего друга не мог! В общем тогда я и решил, что он мне больше не нужен. А дальше все было просто: научиться писать, как Игорек, выучить его вкусы, скопировать некоторые фразы и вуаля! Я все надеялся, что ты заметишь подмену, ан нет. А хочешь скажу зачем убил Рому? А я все равно скажу. Все из-за его родителей! Они тоже тогда были в Чехословакии и летели тем же самолетом, что и мы! И лежали в одной больнице! Но выписали их раньше! А знаешь, почему я их запомнил? Потому, что и с травмами они истошно светились счастьем! Им было лет по двадцать, и я мечтал, чтобы они страдали. Такие живые эмоции!
Он резко наклонился и резанул Диану по белоснежной коже. На груди тут же появились красные капли. Монстр замолк и будто растерялся. Смотрел на кровь и хмурился, а потом неожиданно начал ее стирать своей отглаженной идеально чистой белой рубашкой.
– Прости, – шептали его губы, а глаза, наполнившиеся слезами, виновато бегали по ее лицу, словно ища поддержки, и тут Диана закричала что есть силы - страх вырвался наружу. Мучитель растерялся еще сильнее, а потом сильно ударил, злобно гаркнув:
– Кричать бесполезно! Никто не решится на твое спасение! Окружающим плевать, что происходит за чужими стенами! Но ты меня разочаровала.
Слезы вмиг высохли, а затем дверь шумно захлопнулась. Женщина осталась одна и теперь уже рыдала в голос.
Прода от 18.10.2018, 08:34
Глава 33
Рассказ Анны Андреевны удивил и воодушевил. Теперь Александра точно знала, где маньяк держит Диану. Забыв про обиду на Бриза, она первым делом позвонила ему и все рассказала, но тот ее удивил, сообщив, что по нужному адресу уже выехали. На вопрос как он догадался с раздражением ответил, что помог Соколов, и теперь оба детектива, Иван и целая толпа сотрудников, в том числе группа захвата, и люди из Управления мчались по КАДу в сторону Всеволожска. Атмосфера была напряженной: все понимали, что если не успеют, то скорее всего упустят Собирателя навсегда. О том, что станет с Дианой никто и думать не хотел. Селиверстову утешало одно: в запасе были еще сутки, а значит, если никто не сообщит маньяку, что его разоблачили, шанс на поимку есть.
Затянувшееся и невозможное в абсолютной тишине ожидание разорвал удивленный голос Резникова:
– Я все не понимаю, как можно было так хорошо запомнить лица Елесеевых? Сколько тогда Собирателю было? Лет пятнадцать, шестнадцать? А Елесеевым? Двадцать или около того? И все это время он точил зуб на несчастную семью?
Ответил Дмитрий Алексеевич:
– У фотографов часто хорошая память на лица, а месть, как известно, можно вынашивать очень долго.
– Детали, – добавила Александра, – не забывайте про детали. Собиратель тщательно продумывал каждое преступление, следил за жертвами и их окружением и у него отличные связи.
– Которые мы подрежем, – Дмитрий Алексеевич улыбнулся. В ответ улыбнулась одна Селиверстова.
– И все-таки я не понимаю: неужели он действительно такой влиятельный человек? – Иван обращался к подруге, но ответил Соколов:
– Миром правят деньги, Резников. Пора бы уже это понять.
Ивану стало неприятно. Даже если этот детектив, работающий при Управлении и не был связан с Собирателем, симпатию он все равно не вызывал. Какое право он имеет его учить?! Про себя он в очередной раз подумал, что этот тип склизкий как червяк, но, возможно, мнение было и ошибочным. Все-таки именно он помог разузнать все о маньяке. Он и Пуля. Они были похожи, и это бесило, наводило на ненужные мысли. Вызывало ревность.
– Если бы Пассажирова не прекратила свое расследование, а я продолжал следить за Бурцевой, то, возможно, узнал бы номера машины и что-то удалось выяснить еще раньше, – с досадой заметил Дмитрий Алексеевич, таким образом он признавался в своей ошибке. Пуля этого делать не умела. Или не хотела. Резников смерил мужчину хмурым взглядом и напрямую обратился к подруге:
– Пу… Александра, объясни, что означали те фотографии, найденные на месте пожара?
Соколов неожиданно и как-то странно улыбнулся, посмотрел на Селиверстову. Та отвлеклась от очередных размышлений на бумаге и ответила:
– Сейчас это не имеет значения.
– То есть ты не поняла? – уточнил детектив.
Она не ответила, переворачивая лист так, чтобы всем было видно:
– Итак, Собиратель по натуре игрок. Он играет эмоциями людей. С Дианой он сейчас именно это и проделывает. Эмоционален, нестабилен. Как рассказала Елесеева, реакции его крайне неожиданные. Помните, что было, когда, он навестил ее в больнице?
– Сначала бросился обнимать, а потом вытащил складной нож, – хором ответили мужчины. Александра улыбнулась: в детстве ее всегда перебивали, авторитетом она не для кого ни была, ее мнение и вовсе не признавали, а теперь… Она чувствовала себя королевой. Чувство было приятным и немного ослепляло, но Селиверстова заставила себя сосредоточиться и продолжила:
– Скорее всего Диане он сейчас промывает мозги, возможно склоняет к суициду, убеждает, что она виновата перед Богом.
– Она убила девочку шестнадцати лет, – напомнил Иван.
– И теперь должна пройти сквозь муки ада? Ты считаешь, что ее должен судить какой-то псих, не правосудие? Дмитрий Алексеевич, а вы что думаете?
– Думаю, что ты права. Я против самосуда.
– Продолжаем. Оба: и Собиратель, и жертва сейчас в эмоционально подвешенном состоянии и то, как будут развиваться события, мы не знаем.
– Может, он спокоен как удав, – предположил Резников.
– Сомневаюсь, но аргументов дать не могу.
– Интуиция?
– Она. Главное – вытащить Диану из дома. Для этого скорее всего придется пойти на переговоры с маньяком. Я – женщина, меня он слушать точно не станет. Кто пойдет?
– А нельзя чтобы группа захвата сразу его прижала?
– Нет, Бри… Иван. Так кто?
– Этим займется переговорщик, – ответили с переднего сидения.
– Хорошо. Честно говоря, что станет с Собирателем мне все равно, главное спасти Диану.
Машина въехала на территорию Всеволожска. Проблесковые маячки давно отключили. До нужного дома, того самого где когда-то провел часть детства известный бизнесмен, он же фотограф, решили добираться пешком и как можно незаметнее. Кованые ворота загораживали вид: что творилось во дворе оставалось загадкой. Не было возможности разглядеть, и что в доме. А вдруг Собиратель не один? Охрана поджидает возле входа? Спецов, конечно, много, но не пострадает ли заложница? Ведь лишний шум может привести маньяка к совершенно неожиданной реакции, однако Селиверстова почти не сомневалась в том, что Собирателя можно отвлечь. Почти.
Сотрудники, выехавшие раньше и все это время следившие за домом, сообщили, что никто не выходил, по крайней мере за пределы ворот. Спецы из Управления сделали знак, что водитель готов, аппаратура тоже. Кто-то показал жест, что можно начинать, и Александра затаила дыхание. Звук покореженного металла вдребезги раскрошил тишину. Где-то завыла сигнализация машины, ей вторил собачий лай. Из соседних домов повыскакивали испуганные люди, но, увидев кто стоит за шумом, поспешили убраться с глаз долой. Через разорванные ворота группа захвата вместе со специалистами проникли на частную территорию. Селиверстова и Иван шли позади и осматривали местность: полнейшее запустение. С первого взгляда было ясно, что дом был давно заброшен. После того инцидента с обвинением и внезапной командировкой бизнесмена, дом продали и много лет в нем никто не жил, но теперь он снова принимал гостей. Александра готова была сама ворваться внутрь и пристрелить этого гада: эмоции так и распирали, но нужно было действовать по плану. Она должна была сделать все возможное, чтобы жертва осталась жива.
Машин во дворе не было, распахнутый настежь гараж пустовал, но следы от шин имелись. Резников заметил их на земле недалеко от клумб с некогда цветущей растительностью, какой именно угадать было сложно. У лестницы, ведущей к входной двери, все замерли и прислушались. Маньяк наверняка слышал грохот, почему же ничего не происходит? Группа возле запасного выхода жестами показала, что с их стороны тишина. Александра и Дмитрий Алексеевич переглянулись. Зазвучала запись: приятный мелодичный голос заполнил все пространство. Селиверстова улыбнулась: «Посмотрим, какой ты гений».
***
Диане было страшно. Она снова чувствовала, что вот-вот сойдет с ума, думала о непогребенном Игоре, о несчастном Роме и молилась за их души. Молилась и за свою.
– Бог простит, Бог простит, – женщина шептала снова и снова, а слезы все текли по щекам, обжигая лицо. Щека неистово горела после удара. Теперь Диана не была так уверена, что мучитель собирается ее отпустить: он был слишком непредсказуем. Он был абсолютным психом. После ухода похитителя прошла целая вечность. Заложница смотрела на дверь, ожидая, когда монстр вернется, но его все не было. Лежать и оплакивать себя и тех, кому причинила боль она не должна. Нет, она попробует побороться. В последний раз. Пытаясь взять себя в руки, она кое-как скинула одеяло, подтянула ноги и пошевелила пальцами. Онемение, к счастью, миновало и возникла мысль: «Если попытаться раскачать один из столбиков ногой, вдруг поможет? И тогда можно попытаться, подобно акробатке, захватить кусок деревяшки пальцами и как-то вложить в руку. Перерезать острым краем веревку…»
Она рассмеялась, понимая, что сил на нормальные рассуждения у нее не осталось. Ну как она разломает столб? Откуда взять недюжинную силу?! И все же попытаться стоило.
После двух несчастных попыток и рези в пальцах дверь открылась. Монстр улыбался своей фирменной жуткой улыбкой.
– Думала кроватка на соплях держится? – он подошел к ней и резко схватил за лодыжку.
Не думая, второй ногой Диана попыталась ударить мучителя, но тот, угадав намерение, ловко перехватил ее и больно сжал за икру.
– Я думал ты особенная, послушная. Ты могла выжить, но сейчас я очень зол, – он завалился на свою жертву всем телом, – знаешь, маленькая Ди, почему умерли предыдущие? Не потому что они не признались, в том, что убийцы, а потому, что испугались. Помнишь нашу с тобой переписку? Точнее, переписку с Игорьком. До сих пор не понимаю, как ты могла подумать, будто он способен на убийство. Разве отрывание крылышек бабочкам идет в сравнение с человеческой жизнью?! Но ты повелась.
