С неизгладимым отпечатком пережитого кошмара, Иви отодралась от стола и посмотрела на Уэйла.
- Он постоянно переходил на баденский диалект! Я ему половину отвечала наугад, честное слово. До какой степени надо довести человека, чтобы он постоянно срывался с Хохдойч на диалект?! Это же… вы понимаете? Это корректная версия того, как если бы он все время переходил на мат!
- Ну, я думаю, ты преувеличи…
- Нет! – Иви не дослушала. – И чтоб вы знали, баденский диалект – это не просто парочка сменных дифтонгов. Это вообще другой язык, в нем прорва собственных слов, которых просто нет в нормальном немецком! Ужас…
- Так к чему все пришло? – уточнил Картер главное.
- Его секретарь свяжется с нашим отделом… эм, я не знаю, продаж, или переводчиков или с вами. В общем, с кем-то свяжется. Он согласен на вторые переговоры. И он посоветовал уволить Джессику. Как это вообще произошло? Ему делать нечего – звонить вам лично?
- Думаю, она просто наговорила много лишнего, и он был чудовищно зол. Хотел выплеснуть праведную ярость, – объяснил Лекс. – И либо Джесс, либо кто-то, кто не знал, куда его направить, отфутболил Обрта на рабочий контакт Картера.
- Она из ума выжила? – Поразилась Каро.
- Она понимает, что ее уволят еще до конца недели, – сказал Лоусен. – Это обычная агония. Когда человеком движет стойкое желание сделать напоследок гадость.
- Как это по-бабски, – пробормотала Каро и едва не прикусила язык. Вскинула глаза на Лекса. Похоже, он тоже вспомнил их разговор о женщинах.
- Эм, Каро, спасибо, – выдохнул наконец Картер. – Ты нас знатно выручила. Пойдем, награжу.
Иви отодвинулась от мужчины.
- Страшно представить, как.
Уэйл не стал лукавить.
- У нас есть комната отдыха. Пофилонишь полчасика, придешь в себя. – Мужчина поднялся и похлопал Каро по спине. Она очевидно перенервничала, радует только, что диалог с Обртом довела до точки, прежде, чем расслабиться. – На днях сделаю тебе ключ, а пока открою сам. Но! – Картер воздел палец вверх в предупредительном жесте. – Не больше двух часов в неделю, ясно?
- Эм… да. – Кажется, отпускало.
- Ну, идем! Сколько тебя ждать? – Уэйл подошел к двери. – Отведу, да пойду к начальству. Надо обрисовывать ситуацию.
- Лучше сразу идите. Вы же все равно сделаете мне ключ, так что я потом там осмотрюсь.
- Ну… – Картер помялся. – Как знаешь. Пригляди за ней, Лекс.
Каро отшатнулась на этой фразе. От упоминания имени Лоусена Иви настигло откровение. Оно еще не сформировалось в полноценную мысль, но уже камнем свело все мышцы.
- Мне надо в туалет.
Она вылетела прочь, оставив Уэйла в недоумении. Каро так и не заметила, что Лекс провожал ее взглядом. Возможно, даже хотел что-то сказать. Например, похвалить – что, не дрогнув, она приняла решение сесть за стол Уэйла и принять удар на себя, стараясь всеми силами достичь важной договоренности. Или напротив, Лекс мог бы поиздеваться: стоило Обрту отключиться, и выдержка Иви разлетелась, как вера маленького мальчика в Санта Клауса, когда он застал родителей за набиванием сладостями рождественского сапожка. А, быть может, Лекс, как и Картер, мог бы потрепать ее по плечу…
Но Каро не смотрела и не видела. Как только пережитый стресс общения с герром Обртом отступил, ее с головы до ног разрядом статического электричества прошибла истина.
Каро заглянула в кабинет проектировщиков, схватила сумку и бросилась в туалет. Заперлась в кабинке, достала вейп и вскоре затяжно приложилась, вдыхая.
Она никогда не станет Лексу Лоусену достойным соперником в его игре разговоров. Господи милосердный, да кого она собралась переиграть?! Человека, который каждый божий день выдерживает подобное и щелкает всяких там «Обртов» и прочих неуравновешенных психопатов, как орехи на завтрак? Сегодня имела место разовая ситуация, вызванная отсутствием своевременного переводчика, с которой Каро кое-как справилась. Но Лекс… Для него случившееся – просто еще один незначительный кадр в бесконечной ленте ежедневной рутины. Вот почему он всю дорогу молчал, оставаясь невозмутимым.
Вот почему он вообще всегда оставался невозмутимым.
Кроме случая с кофе две недели назад. Интересно, задело ли его то, что ей удалось потревожить его непоколебимость? И как ей это удалось? Вернее – почему ей это удалось?
Каро затянулась опять. Так или иначе, в их спонтанных взаимоотношениях именно Лекс все больше походил на танка: он, похоже, был способен сдержать любой удар и любую бурю. А вот от ее былой уверенности оставалось все меньше.
Зато желания встретиться Лексом еще разок – все больше.
Додж
(уворот, блокирование, избежание удара. Команду рейду или группе «Доджим!» на каких-нибудь разновекторных способностях босса можно приравнять к команде «Никто не дохнет!»)
В тот день Каро пообедала как никогда быстро. Заметив ее немного скованное состояние, Пол поинтересовался, все ли в порядке. Каро заверила старшего коллегу: отлично. Однако всеучастливый Уиллбер с остервенением рекламного агента предлагал релакс-услуги:
- Я знаю, что тебе нужно! Давай прогуляемся вечером?
- М-м-м, – кое-как промычала Каро с набитым ртом.
- Можем съездить в кафе или ресторан. Или погулять в парке. Или просто покататься по городу! А хочешь, мотнем за город, посмотрим на звезды?
Каро покачала головой, быстро проглатывая недожеванную пищу. Желудок крякнул: за подобное пренебрежение чертовски обижался на хозяйку.
- Нет, спасибо!
Она как обычно первой вернулась в кабинет за сумкой и вейпом и отправилась покурить на балкон. Не потому, что надеялась встретить Лекса, а именно потому, что видела – тот остался в столовой.
Вынырнув на прогретую солнцем пристройку, Каро сделала первую затяжку. Улыбнулась: адреналин – такая удивительная штука. Она бы в жизни не подумала, что способна «разминировать» злющего баденца за мгновение до катастрофы.
Вышло хорошо.
Каро встала ближе к окошку. С улицы доносились звуки города – свистели и сигналили проезжающие авто, неразборчиво и гулко что-то вещали здоровенные рекламные борды, шелестели едва уловимые отголоски разговоров. Каро прислонилась виском к прозрачному перекрытию. Город, насыщенный жизнью, как ни странно успокаивал ее. Девушка не прислушивалась ни к чему конкретно, но общий шум обволакивал, создавая ощущения правильности. Все идет своим чередом, жизнь катится, ничего не меняется с ее, Каро, присутствием или отсутствием. Все, как должно быть.
Каро закрутила вейп.
Сегодня началась последняя неделя фарма рейда для их гильдии. Вечером они крайний в сезоне раз встретятся со злющим огром. После этого Грейв объявит об отдыхе на пару недель. Можно будет делать в игре что угодно или не играть вовсе. Порой – приятное разнообразие.
Иви отстранилась от окошка и направилась на выход. Дернула на себя дверь балкона и одновременно с этим услышала голос Лекса:
- Да отцепись ты от нее, Уилл!
На нее со стаканом в руках пятился Уиллбер, останавливаемый уговорами Лекса. Уилл сделал движение назад, словно собирался спиной открыть дверь. Однако та уже была открыта. Не найдя опоры, Уилл начал заваливаться и одновременно обернулся через плечо. Лекс постарался задержать падение спереди, ухватив Уилла, но тот уже размахивал конечностями, как делают герои фильмов, сорвавшись со скал. Барахтаясь, будто неумелый пловец, Уилл приземлился в руки стоявшей позади Каро. И только застыв с осознанием, что все-таки не упал, Уиллбер понял, что стакан с американо стал намного легче.
Каро, облитая от губ до живота горячим кофе, сначала зажмурилась – крепко, до морщин. Болевые ощущения накатывались волной, вытесняя из реальности остальное. Руки, удерживающие парня навесу, задрожали – от натуги, злости и, как обычно бывает, от желания погладить пострадавшее место.
- Ка… – Уилл не успел договорить.
Лекс Лоусен рывком отодрал дизайнера и бросил на пол – мешается! Осторожно коснулся женских плеч. Иви содрогнулась и потянулась рукой к ноющей груди.
- Каро! – В голосе Лоусена впервые на памяти Иви мелькнула обеспокоенность. Не думая, Лекс выудил из заднего кармана джинс носовой платок и стал промакивать влагу на краснеющей коже. Аккуратно и легко Лекс касался лица Каро, шеи, груди.
Поймал взгляд девушки: Иви выглядела растерянно и… чуточку удивленно. Будто не понимала, как такой, как он, может проявлять акт заботы. Лекс разглядел свою ладонь на женской шее и опомнился.
- Простите. – Чуть придержал платок у Каро на ключицах. Та перехватила и принялась вытираться сама.
- Каро! – с выпученными глазами бросился оклемавшийся Уилл. Он попытался отодвинуть Лекса, однако тот стоял, как прибитый гвоздями. – Прости, пожалуйста! Прости, тебе больно, я сей…
Лоусен поймал парня за грудки и с силой дернул на себя одной рукой.
- Уилл!
Первичный шок, в том числе болевой, отступил, и Иви взяла ситуацию в свои руки.
- Уилл, можешь сходить кое-куда?
Уиллбер резко приуныл.
- В задницу, да?
- На парковку.
- На парковку? – не понял Уиллбер. Лекс удивился молча.
Каро выудила из сумки и протянула связку ключей.
- Ряд джи-восемь. Черная AUDI-Q7.
- Номерные знаки?
Каро назвала.
- На заднем сидении спортивная сумка. Принеси, пожалуйста.
Уиллбер, одаренный возможностью загладить вину, тут же рассыпался в обещаниях, что он мигом, одна нога там, другая здесь, что он вот прямо сейчас, вот уже… Вылетел Уилл только после того, как Лекс волком посмотрел на парня: «Ты все еще здесь!»
Лоусен указал пальцем на те участки, где у Каро остались покраснения, и спросил:
- Как вы?
- Так себе, – честно созналась Иви. – Могла бы задоджить. – Она кашлянула, осторожно подступаясь к вопросу. – Как Уилл узнал, что я здесь?
Лоусен обошел собеседницу и приблизился к окну. Девушка тут же почувствовала себя свободнее. Как если бы, перемещаясь, Лекс развеял витавшее в воздухе заклинание обездвиживания. Иви посмотрела Лоусену в спину, сощурившись: она и правда не понимала его. Он отошел? Вот так просто? Разве сейчас он не должен был стоять рядом, смотреть ей в глаза, пытаться сыграть на близости? Удачные возможности сами собой валятся ему в руки, а он распинывает их барским сапогом за ненадобностью. Насколько же он в действительности самоуверен?
Каро сглотнула, впервые подумав, что Лекс Лоусен – невероятен.
- Вы всегда после обеда либо выходите из здания и прогуливаетесь до фонтана, либо идете в кабинет, разговаривать с кем-то по телефону, либо идете сюда. Одно из трех. Ральф видел, что вы поднялись наверх. Кабинет отдела проектирования был закрыт. Так что вариант остался один.
- То, что я поднималась наверх, ничего не значит. Я могла зайти в кабинет за сумкой и уже потом выйти из здания. – Каро поравнялась с мужчиной у окна на расстоянии вытянутой руки. Лекс мимолетно покосился на девушку и потянулся в карман за сигаретой.
- Могли. – Не стал спорить. – Поэтому я предложил Уиллберу взять кофе. В конце концов, если бы вас не оказалось в здании, он мог бы оставить его на вашем столе.
Каро прикрыла глаза и облизала расползающиеся в улыбке губы. Если раньше она еще допускала другие варианты, то сейчас окончательно убедилась: Лекс тот еще хитрец, и полностью карты никому не показывает.
- Я бы ни за что не подумала, что кофе от Уиллбера.
- Я знаю. – Лекс улыбнулся, не глядя на Каро.
Иви с трудом перевела дух так, чтобы Лоусен не услышал.
- Я подумал, вас не стоит беспокоить сейчас. По крайней мере, кому-то неугомонно приставучему вроде Уилла. Поверьте, он неплохой парень, но порой ужасно прилипчивый.
Каро не сдержала насмешки.
- Я заметила. Но я все еще не верю, что вы шли сюда только для того, чтобы остановить его.
Лекс вытащил изо рта сигарету и почесал большим пальцем краешек губ.
Каро проследила движение, затаив дыхание. А потом отругала себя. Честное слово, она уже не знает, что этот мужчина делает естественно, а что делает нарочно, но настолько не задумываясь, что выглядит естественно! Она натурально запуталась, потому что весь он, Лекс Лоусен, как человек-театр! Театр одного актера! Господи!
- Я хорошо представляю, какую встряску переживает человек, впервые выдержавший переговоры с эмоционально неуравновешенным оппонентом. Который к тому же, как выяснилось, говорит на узко употребимом диалекте. Я погуглил, – признался Лекс. – Про баденский. На одинаковом английском-то люди зачастую не понимают друг друга, а тут… Словом, я решил, что могу побыть с вами.
- Побыть? Вы имеете в виду…?
- Постоять, помолчать. – Тут же нашелся Лоусен. – Послушать, если вы захотите высказаться. Или даже проораться.
Каро могла бы сказать, что баденский – отнюдь не самый мало употребимый из немецких диалектов. Или в самом деле могла поделиться переживаниями. Однако предпочла уточнить главное:
- Почему вы делаете это?
- Что именно?
- Проявляете заботу.
- Потому что это соответствует нормам цивилизованного общества. – Лекс подметил краем глаза, как дрогнули в усмешке губы Каро. – Почему вас это смешит?
- История убеждает нас, что нормы цивилизованного общества умещаются в разгуле, разврате и беззаконии.
- Вы слишком пессимистичны.
- Разве? Закат шумерского наследия в вавилонском царстве, античного мира в Римской империи, Ренессанса и барокко в абсолютизме, европейской цивилизации в окружающем нас хаосе – разве все это не умещается в словах «разврат» и «беззаконие»?
Лекс выдохнул сигаретный дым, опустил голову и… негромко рассмеялся.
- Что? Не ожидали, что я окажусь моралисткой?
Лекс все еще смеялся, и Каро почувствовала себя неловко.
- Если не хотите получить коленом в пах, Христа ради, заткнитесь, – посоветовала она.
- Вы говорите это не потому, что моралистка. Но вы правы: я не ожидал. – Лоусен открыто посмотрел на Каро и качнул головой: «Мое почтение». – Разделяете взгляды Шпенглера? – Поинтересовался Лекс отношением Каро к трудам философа, чьи суждения очевидно лежали в основе заявления о цивилизациях.
- Признаю их наличие. – Каро уклонилась от прямого ответа. – Шпенглер кажется мне не лишенным истины. Однако с некоторыми его оценками трудно соглашаться.
- Технократия? – с пониманием уточнил Лекс. Каро кивнула: именно.
- Сложно сегодня всерьез осуждать прогресс. Кто мы без него?
- Шпенглер все же осуждает не прогресс сам по себе, – поспорил Лекс.
- Но довольно навязчиво связывает идею смерти цивилизации с увеличением роли и значения техники.
- Мне кажется, – Лекс улыбнулся, – вы слишком категоричны и односторонни в отношении Шпенглера. Вы видите только ту часть его философии, где техника – это тупик истории. Но ведь есть еще та часть, где техника – это форма эволюции жизни.
Каро дернула бровью.
- Возможно. Но эсхатологическая ширма, которой Шпенглер занавесил собственные тексты, слишком толстая, чтобы разглядеть за ней оптимизм.
Лекс замер.
Эсхатологическая ширма… Он в последний раз слышал слово «эсхатология» на семинаре по философии в годы получения степени магистра.
Мужчина шумно вдохнул – как перед прыжком с вышки в бассейне. Затушил сигарету недокуренной и выбросил, что осталось. Сделал твердый широкий шаг на сближение с Каро. Та даже не поняла, как развернулась в ответ.
- У меня очень давно не было диалогов на подобные темы, – признался Лоусен.
- У меня тоже. Но зато теперь вы знаете, что далеко не все геймеры тупые. – Она скосила взгляд в сторону, чуть улыбнувшись. Однако Лекс сохранил настрой.
- Он постоянно переходил на баденский диалект! Я ему половину отвечала наугад, честное слово. До какой степени надо довести человека, чтобы он постоянно срывался с Хохдойч на диалект?! Это же… вы понимаете? Это корректная версия того, как если бы он все время переходил на мат!
- Ну, я думаю, ты преувеличи…
- Нет! – Иви не дослушала. – И чтоб вы знали, баденский диалект – это не просто парочка сменных дифтонгов. Это вообще другой язык, в нем прорва собственных слов, которых просто нет в нормальном немецком! Ужас…
- Так к чему все пришло? – уточнил Картер главное.
- Его секретарь свяжется с нашим отделом… эм, я не знаю, продаж, или переводчиков или с вами. В общем, с кем-то свяжется. Он согласен на вторые переговоры. И он посоветовал уволить Джессику. Как это вообще произошло? Ему делать нечего – звонить вам лично?
- Думаю, она просто наговорила много лишнего, и он был чудовищно зол. Хотел выплеснуть праведную ярость, – объяснил Лекс. – И либо Джесс, либо кто-то, кто не знал, куда его направить, отфутболил Обрта на рабочий контакт Картера.
- Она из ума выжила? – Поразилась Каро.
- Она понимает, что ее уволят еще до конца недели, – сказал Лоусен. – Это обычная агония. Когда человеком движет стойкое желание сделать напоследок гадость.
- Как это по-бабски, – пробормотала Каро и едва не прикусила язык. Вскинула глаза на Лекса. Похоже, он тоже вспомнил их разговор о женщинах.
- Эм, Каро, спасибо, – выдохнул наконец Картер. – Ты нас знатно выручила. Пойдем, награжу.
Иви отодвинулась от мужчины.
- Страшно представить, как.
Уэйл не стал лукавить.
- У нас есть комната отдыха. Пофилонишь полчасика, придешь в себя. – Мужчина поднялся и похлопал Каро по спине. Она очевидно перенервничала, радует только, что диалог с Обртом довела до точки, прежде, чем расслабиться. – На днях сделаю тебе ключ, а пока открою сам. Но! – Картер воздел палец вверх в предупредительном жесте. – Не больше двух часов в неделю, ясно?
- Эм… да. – Кажется, отпускало.
- Ну, идем! Сколько тебя ждать? – Уэйл подошел к двери. – Отведу, да пойду к начальству. Надо обрисовывать ситуацию.
- Лучше сразу идите. Вы же все равно сделаете мне ключ, так что я потом там осмотрюсь.
- Ну… – Картер помялся. – Как знаешь. Пригляди за ней, Лекс.
Каро отшатнулась на этой фразе. От упоминания имени Лоусена Иви настигло откровение. Оно еще не сформировалось в полноценную мысль, но уже камнем свело все мышцы.
- Мне надо в туалет.
Она вылетела прочь, оставив Уэйла в недоумении. Каро так и не заметила, что Лекс провожал ее взглядом. Возможно, даже хотел что-то сказать. Например, похвалить – что, не дрогнув, она приняла решение сесть за стол Уэйла и принять удар на себя, стараясь всеми силами достичь важной договоренности. Или напротив, Лекс мог бы поиздеваться: стоило Обрту отключиться, и выдержка Иви разлетелась, как вера маленького мальчика в Санта Клауса, когда он застал родителей за набиванием сладостями рождественского сапожка. А, быть может, Лекс, как и Картер, мог бы потрепать ее по плечу…
Но Каро не смотрела и не видела. Как только пережитый стресс общения с герром Обртом отступил, ее с головы до ног разрядом статического электричества прошибла истина.
Каро заглянула в кабинет проектировщиков, схватила сумку и бросилась в туалет. Заперлась в кабинке, достала вейп и вскоре затяжно приложилась, вдыхая.
Она никогда не станет Лексу Лоусену достойным соперником в его игре разговоров. Господи милосердный, да кого она собралась переиграть?! Человека, который каждый божий день выдерживает подобное и щелкает всяких там «Обртов» и прочих неуравновешенных психопатов, как орехи на завтрак? Сегодня имела место разовая ситуация, вызванная отсутствием своевременного переводчика, с которой Каро кое-как справилась. Но Лекс… Для него случившееся – просто еще один незначительный кадр в бесконечной ленте ежедневной рутины. Вот почему он всю дорогу молчал, оставаясь невозмутимым.
Вот почему он вообще всегда оставался невозмутимым.
Кроме случая с кофе две недели назад. Интересно, задело ли его то, что ей удалось потревожить его непоколебимость? И как ей это удалось? Вернее – почему ей это удалось?
Каро затянулась опять. Так или иначе, в их спонтанных взаимоотношениях именно Лекс все больше походил на танка: он, похоже, был способен сдержать любой удар и любую бурю. А вот от ее былой уверенности оставалось все меньше.
Зато желания встретиться Лексом еще разок – все больше.
Прода от 04.10.2021, 09:30
Глава 9
Додж
(уворот, блокирование, избежание удара. Команду рейду или группе «Доджим!» на каких-нибудь разновекторных способностях босса можно приравнять к команде «Никто не дохнет!»)
В тот день Каро пообедала как никогда быстро. Заметив ее немного скованное состояние, Пол поинтересовался, все ли в порядке. Каро заверила старшего коллегу: отлично. Однако всеучастливый Уиллбер с остервенением рекламного агента предлагал релакс-услуги:
- Я знаю, что тебе нужно! Давай прогуляемся вечером?
- М-м-м, – кое-как промычала Каро с набитым ртом.
- Можем съездить в кафе или ресторан. Или погулять в парке. Или просто покататься по городу! А хочешь, мотнем за город, посмотрим на звезды?
Каро покачала головой, быстро проглатывая недожеванную пищу. Желудок крякнул: за подобное пренебрежение чертовски обижался на хозяйку.
- Нет, спасибо!
Она как обычно первой вернулась в кабинет за сумкой и вейпом и отправилась покурить на балкон. Не потому, что надеялась встретить Лекса, а именно потому, что видела – тот остался в столовой.
Вынырнув на прогретую солнцем пристройку, Каро сделала первую затяжку. Улыбнулась: адреналин – такая удивительная штука. Она бы в жизни не подумала, что способна «разминировать» злющего баденца за мгновение до катастрофы.
Вышло хорошо.
Каро встала ближе к окошку. С улицы доносились звуки города – свистели и сигналили проезжающие авто, неразборчиво и гулко что-то вещали здоровенные рекламные борды, шелестели едва уловимые отголоски разговоров. Каро прислонилась виском к прозрачному перекрытию. Город, насыщенный жизнью, как ни странно успокаивал ее. Девушка не прислушивалась ни к чему конкретно, но общий шум обволакивал, создавая ощущения правильности. Все идет своим чередом, жизнь катится, ничего не меняется с ее, Каро, присутствием или отсутствием. Все, как должно быть.
Каро закрутила вейп.
Сегодня началась последняя неделя фарма рейда для их гильдии. Вечером они крайний в сезоне раз встретятся со злющим огром. После этого Грейв объявит об отдыхе на пару недель. Можно будет делать в игре что угодно или не играть вовсе. Порой – приятное разнообразие.
Иви отстранилась от окошка и направилась на выход. Дернула на себя дверь балкона и одновременно с этим услышала голос Лекса:
- Да отцепись ты от нее, Уилл!
На нее со стаканом в руках пятился Уиллбер, останавливаемый уговорами Лекса. Уилл сделал движение назад, словно собирался спиной открыть дверь. Однако та уже была открыта. Не найдя опоры, Уилл начал заваливаться и одновременно обернулся через плечо. Лекс постарался задержать падение спереди, ухватив Уилла, но тот уже размахивал конечностями, как делают герои фильмов, сорвавшись со скал. Барахтаясь, будто неумелый пловец, Уилл приземлился в руки стоявшей позади Каро. И только застыв с осознанием, что все-таки не упал, Уиллбер понял, что стакан с американо стал намного легче.
Каро, облитая от губ до живота горячим кофе, сначала зажмурилась – крепко, до морщин. Болевые ощущения накатывались волной, вытесняя из реальности остальное. Руки, удерживающие парня навесу, задрожали – от натуги, злости и, как обычно бывает, от желания погладить пострадавшее место.
- Ка… – Уилл не успел договорить.
Лекс Лоусен рывком отодрал дизайнера и бросил на пол – мешается! Осторожно коснулся женских плеч. Иви содрогнулась и потянулась рукой к ноющей груди.
- Каро! – В голосе Лоусена впервые на памяти Иви мелькнула обеспокоенность. Не думая, Лекс выудил из заднего кармана джинс носовой платок и стал промакивать влагу на краснеющей коже. Аккуратно и легко Лекс касался лица Каро, шеи, груди.
Поймал взгляд девушки: Иви выглядела растерянно и… чуточку удивленно. Будто не понимала, как такой, как он, может проявлять акт заботы. Лекс разглядел свою ладонь на женской шее и опомнился.
- Простите. – Чуть придержал платок у Каро на ключицах. Та перехватила и принялась вытираться сама.
- Каро! – с выпученными глазами бросился оклемавшийся Уилл. Он попытался отодвинуть Лекса, однако тот стоял, как прибитый гвоздями. – Прости, пожалуйста! Прости, тебе больно, я сей…
Лоусен поймал парня за грудки и с силой дернул на себя одной рукой.
- Уилл!
Первичный шок, в том числе болевой, отступил, и Иви взяла ситуацию в свои руки.
- Уилл, можешь сходить кое-куда?
Уиллбер резко приуныл.
- В задницу, да?
- На парковку.
- На парковку? – не понял Уиллбер. Лекс удивился молча.
Каро выудила из сумки и протянула связку ключей.
- Ряд джи-восемь. Черная AUDI-Q7.
- Номерные знаки?
Каро назвала.
- На заднем сидении спортивная сумка. Принеси, пожалуйста.
Уиллбер, одаренный возможностью загладить вину, тут же рассыпался в обещаниях, что он мигом, одна нога там, другая здесь, что он вот прямо сейчас, вот уже… Вылетел Уилл только после того, как Лекс волком посмотрел на парня: «Ты все еще здесь!»
Лоусен указал пальцем на те участки, где у Каро остались покраснения, и спросил:
- Как вы?
- Так себе, – честно созналась Иви. – Могла бы задоджить. – Она кашлянула, осторожно подступаясь к вопросу. – Как Уилл узнал, что я здесь?
Лоусен обошел собеседницу и приблизился к окну. Девушка тут же почувствовала себя свободнее. Как если бы, перемещаясь, Лекс развеял витавшее в воздухе заклинание обездвиживания. Иви посмотрела Лоусену в спину, сощурившись: она и правда не понимала его. Он отошел? Вот так просто? Разве сейчас он не должен был стоять рядом, смотреть ей в глаза, пытаться сыграть на близости? Удачные возможности сами собой валятся ему в руки, а он распинывает их барским сапогом за ненадобностью. Насколько же он в действительности самоуверен?
Каро сглотнула, впервые подумав, что Лекс Лоусен – невероятен.
- Вы всегда после обеда либо выходите из здания и прогуливаетесь до фонтана, либо идете в кабинет, разговаривать с кем-то по телефону, либо идете сюда. Одно из трех. Ральф видел, что вы поднялись наверх. Кабинет отдела проектирования был закрыт. Так что вариант остался один.
- То, что я поднималась наверх, ничего не значит. Я могла зайти в кабинет за сумкой и уже потом выйти из здания. – Каро поравнялась с мужчиной у окна на расстоянии вытянутой руки. Лекс мимолетно покосился на девушку и потянулся в карман за сигаретой.
- Могли. – Не стал спорить. – Поэтому я предложил Уиллберу взять кофе. В конце концов, если бы вас не оказалось в здании, он мог бы оставить его на вашем столе.
Каро прикрыла глаза и облизала расползающиеся в улыбке губы. Если раньше она еще допускала другие варианты, то сейчас окончательно убедилась: Лекс тот еще хитрец, и полностью карты никому не показывает.
- Я бы ни за что не подумала, что кофе от Уиллбера.
- Я знаю. – Лекс улыбнулся, не глядя на Каро.
Иви с трудом перевела дух так, чтобы Лоусен не услышал.
- Я подумал, вас не стоит беспокоить сейчас. По крайней мере, кому-то неугомонно приставучему вроде Уилла. Поверьте, он неплохой парень, но порой ужасно прилипчивый.
Каро не сдержала насмешки.
- Я заметила. Но я все еще не верю, что вы шли сюда только для того, чтобы остановить его.
Лекс вытащил изо рта сигарету и почесал большим пальцем краешек губ.
Каро проследила движение, затаив дыхание. А потом отругала себя. Честное слово, она уже не знает, что этот мужчина делает естественно, а что делает нарочно, но настолько не задумываясь, что выглядит естественно! Она натурально запуталась, потому что весь он, Лекс Лоусен, как человек-театр! Театр одного актера! Господи!
- Я хорошо представляю, какую встряску переживает человек, впервые выдержавший переговоры с эмоционально неуравновешенным оппонентом. Который к тому же, как выяснилось, говорит на узко употребимом диалекте. Я погуглил, – признался Лекс. – Про баденский. На одинаковом английском-то люди зачастую не понимают друг друга, а тут… Словом, я решил, что могу побыть с вами.
- Побыть? Вы имеете в виду…?
- Постоять, помолчать. – Тут же нашелся Лоусен. – Послушать, если вы захотите высказаться. Или даже проораться.
Каро могла бы сказать, что баденский – отнюдь не самый мало употребимый из немецких диалектов. Или в самом деле могла поделиться переживаниями. Однако предпочла уточнить главное:
- Почему вы делаете это?
- Что именно?
- Проявляете заботу.
- Потому что это соответствует нормам цивилизованного общества. – Лекс подметил краем глаза, как дрогнули в усмешке губы Каро. – Почему вас это смешит?
- История убеждает нас, что нормы цивилизованного общества умещаются в разгуле, разврате и беззаконии.
- Вы слишком пессимистичны.
- Разве? Закат шумерского наследия в вавилонском царстве, античного мира в Римской империи, Ренессанса и барокко в абсолютизме, европейской цивилизации в окружающем нас хаосе – разве все это не умещается в словах «разврат» и «беззаконие»?
Лекс выдохнул сигаретный дым, опустил голову и… негромко рассмеялся.
- Что? Не ожидали, что я окажусь моралисткой?
Лекс все еще смеялся, и Каро почувствовала себя неловко.
- Если не хотите получить коленом в пах, Христа ради, заткнитесь, – посоветовала она.
- Вы говорите это не потому, что моралистка. Но вы правы: я не ожидал. – Лоусен открыто посмотрел на Каро и качнул головой: «Мое почтение». – Разделяете взгляды Шпенглера? – Поинтересовался Лекс отношением Каро к трудам философа, чьи суждения очевидно лежали в основе заявления о цивилизациях.
- Признаю их наличие. – Каро уклонилась от прямого ответа. – Шпенглер кажется мне не лишенным истины. Однако с некоторыми его оценками трудно соглашаться.
- Технократия? – с пониманием уточнил Лекс. Каро кивнула: именно.
- Сложно сегодня всерьез осуждать прогресс. Кто мы без него?
- Шпенглер все же осуждает не прогресс сам по себе, – поспорил Лекс.
- Но довольно навязчиво связывает идею смерти цивилизации с увеличением роли и значения техники.
- Мне кажется, – Лекс улыбнулся, – вы слишком категоричны и односторонни в отношении Шпенглера. Вы видите только ту часть его философии, где техника – это тупик истории. Но ведь есть еще та часть, где техника – это форма эволюции жизни.
Каро дернула бровью.
- Возможно. Но эсхатологическая ширма, которой Шпенглер занавесил собственные тексты, слишком толстая, чтобы разглядеть за ней оптимизм.
Лекс замер.
Эсхатологическая ширма… Он в последний раз слышал слово «эсхатология» на семинаре по философии в годы получения степени магистра.
Мужчина шумно вдохнул – как перед прыжком с вышки в бассейне. Затушил сигарету недокуренной и выбросил, что осталось. Сделал твердый широкий шаг на сближение с Каро. Та даже не поняла, как развернулась в ответ.
- У меня очень давно не было диалогов на подобные темы, – признался Лоусен.
- У меня тоже. Но зато теперь вы знаете, что далеко не все геймеры тупые. – Она скосила взгляд в сторону, чуть улыбнувшись. Однако Лекс сохранил настрой.
