Вдруг, если она не ответит на сегодняшнее приглашение, Лекс разболтает Картеру, что Иви закончила с текущим заданием и может приниматься за следующее? Нет-нет, он не станет ее шантажировать, успокоила себя Каро. Будь Лоусен настолько мелкого помола, он бы не смог сохранять ту вопиющую невозмутимость, с какой держался вчера.
Чертово дерьмо.
Девушка таращилась на стакан, не зная, как поступить. Американо стыл. Пол интересовался прямо в ухо, чего это она встала посреди кабинета. Фрэнк бубнил, что на деле ей следовало бы замереть прямо в дверном проходе – тогда ее можно было бы безнаказанно пнуть оттуда и называть вылетевшей пробкой. Анальной.
Каро прикрыла глаза и выдохнула. Была не была.
Взяла презентованный напиток и, выйдя из помещения, направилась вверх по коридору. Не доходя до лестницы, свернула в кабинет дизайнеров.
Несколько пар глаз уставились на нее одновременно. Первым улыбнулся усач (надо бы спросить у Пола еще раз, как его зовут, и запомнить уже!), а вторым, расцветая, как куст сирени, разулыбался Уиллбер.
- Я принесла тебе кофе. – Каро углубилась в кабинет, отчасти напоминавший их, только без грандиозного макетного стола по центру. Уверенность, сопутствовавшая ей минутой ранее, улетучивалась как спирт на открытом воздухе в теплую погоду.
- Кофе? – Уиллбер вышел из-за стола, когда Иви приблизилась. Провел ладонями по груди – до брюк. Трясущимися руками взял предложенный стакан, глядя на Каро так, будто она представляла собой редкостное неоновое шоу. – О! – воскликнул Уилл, внезапно подпрыгнув, отчего часть кофе расплескалась, и парень, шипя, стал перехватывать стакан так и эдак.
Попало на какие-то бумаги. Каро, закатив глаза, в сотый раз пожалела, что вообще решила это сделать. Твердой рукой она перехватила подпрыгивающего, как потревоженное желе, парня, а другой вцепилась в стакан. Когда зрелище достигло статики, она отняла руки и спрятала за спину.
- Это американо. Я не знала, что ты пьешь, – сообщила девушка. – Надеюсь, тебе понравится.
- Мне… мне нравится. – Уиллбер очарованно и с придыханием взирал на Каро расширенными глазами. Брови его слегка приподнялись, так что теперь и вправду казалось, что парень увидел единорога.
Боже, ей ведь еще придется заплатить за решение прийти сюда, верно?
- О! Прости! – Уиллбер выпучил глаза, внезапно оживившись. – Я понял, что ты хочешь сказать! Тебе нравится кофе, да? Нужен не ресторан, а кофейня? Или ресторан, где подают отменный американо! Я все устрою! – Он наконец-то поставил многострадальную емкость на твердую поверхность и в успокаивающем жесте качнул перед Иви раскрытыми ладонями. – Не переживай!
«Я и не переживаю»
- Все будет готово сегодня же!
«Ладно. Переживаю».
- К вечеру я все организую!
«К вечеру…?»
Она быстро затрясла головой:
- Уиллбер, Уиллбер! – заговорила Каро, стараясь осадить прыткого ловеласа. – Сегодня боюсь не получится.
- А? – протянул молодой человек. По его игриво-загадочному тону не читалось, воспринял ли он ее отказ всерьез. – Мне надо поупрашивать, да? – Он сверкнул белозубой улыбкой, чуть поправив при этом край галстука-бабочки. Черного, но в мелкий горошек ужасного ядовито зеленого цвета. Пятерней прошелся по волосам, слегка взъерошив.
Каро поняла, что сейчас расхохочется. Она закусила губу и опустила глаза, чтобы не выдавать себя с головой. Уиллбер, однако, воспринял это по-своему.
- Ка-а-аро, ну брось. Тебе понравится мой выбор! Ну, если хочешь, я выберу несколько разных мест с отличным ассортиментом кофе, скину тебе на почту – ты только дай личную, ладно? И ты выберешь, куда мы пойдем. А лучше номер. А, как тебе?
Девушка вздохнула:
- Слушай, я польщена, правда. Но сегодня я действительно не могу.
- Надо проведать маму, да? – предположил Уиллбер. У Каро ассиметрично разошлись брови: одна чуть вверх, другая – вниз. Что это за предположение такое? – Или… или не лучшие дни? – чуть понизив голос, осведомился парень.
Каро закрыла глаза: еще немного, и она выплеснет остывший американо парню в лицо. Только сейчас дошло, что остальным дизайнерам в кабинете все прекрасно слышно. Порой, умение абстрагироваться и концентрироваться на задаче текущего момента играло с ней злую шутку!
- Нет, просто мне нужно…. – Что искупать черепаху? Подпилить ей когти и клюв? – Мне нужно сегодня вечером уделить время Джонсону.
- Джонсону? – Уиллбер попытался скрыть неудовлетворенность мужским именем, но вышло не полностью. Так что получившаяся в результате физиономия выглядела особенно коряво. – Кто это?
Каро самую малость пожала плечиком.
- Тот, кто будет меня по утрам. – Довольная произведенным эффектом, Иви развернулась на пятках в сторону выхода.
Одновременно с тем, как в дверях распрямился Лекс Лоусен.
«Заспавнился из воздуха»
Они обменялись прямыми немигающими взглядами. Каро прочувствовала, как внутри Лекса трещит от натуги какой-то важный скрепляющий трос.
Трос, удерживающий мужчину оттого, чтобы дернуть ее за руку, рывком швырнуть в коридор и спросить, какого хрена кофе, купленный для нее, оказался на столе Уиллбера.
Вместо этого, стоило Каро приблизиться, Лоусен отступил, беспрепятственно пропуская ее вон из кабинета. Только поравнявшись с мужчиной, Каро заметила, каким лютым напряжением сведены его челюсти, как сцеплены зубы, как широко расходится при дыхании грудь.
Лекс был в бешенстве. Теперь именно он считал, что лучше пресечь текущую встречу, пока не сорвался, дав Каро, тем самым, солидное преимущество. Выйдя в коридор, Иви облегченно выдохнула. Она понятия не имела, на что подписалась, отдав американо Уиллберу, но в отношениях с Лексом, похоже, отыграла назад все позиции.
=====
Друзья! В данный момент я не могу отвечать ни на какие комментарии и ничего не могу комментировать сама: Продаман меня по сути забанил на предмет комментирования. Жду ответа из Саппорта. Всем, кто остается с историей, признательна и благодарна. Если что, новости будут у меня на стене в ВК (ссылка на мою страницу у меня в профиле).
Еще один, конечно, неприятный пункт, который толкает меня уйти отсюда на Автортудей.
Всем хорошего дня!
Мало-помалу Каро вошла в колею.
Она сдала проделанную работу в строго оговоренный срок. Пока компания вела переговоры с другими заказчиками, и «солидные мужчины» приступали к первичной разбивке фундамента, Уэйл поручил Каро работу аналитика. Так что за следующую неделю Иви узнала о деятельности отдела проектирования внушительный объем информации. Пособничая начальству с подведением статистики, Каро прочувствовала смысл фразы «Помогая другим, ты помогаешь себе».
Она предложила Картеру завести секретаршу, потому что уж очень бы она ему не помешала.
Уэйл сначала осклабился:
- Так я и завел, – и намеренно прищурился в сторону Каро. Та отозвалась в духе «Очень смешно», и Картер сказал, что высшее руководство не одобрило затеи, хотя он неоднократно поднимал вопрос.
Пол сделал дубликат ключей от кабинета.
После случая с передаренным американо, Лоусен не оставлял Иви никаких приглашений. Но и не избегал ее. Почему? Если сначала заинтриговать, как Лекс, а потом скрыться из виду, получится классическая схема из романов: заинтригованный соблазненный, потеряв из виду соблазнителя, начинает скучать по нему, тянуться, искать встреч. Нет, качала Каро головой, это было бы слишком просто и читаемо.
Лекс играл иначе.
Он, конечно, мог занять позицию уязвленного себялюбца. Смотреть на Каро свысока, чуть вздергивать голову и демонстративно отворачиваться, когда она смотрит. Это означало бы, что он обижен и разозлен, и Каро, ведомая чувством вины, должна первой подойти извиниться.
Такая манипуляция тоже была ниже его достоинства. Каро видела это в серых глазах: Лоусен мыслил себя способным сдвинуть землю, не прибегая к хрестоматийным советам из учебника пик-апа. В каждой его черте читалась настолько непробиваемая уверенность в собственной силе, что время от времени Иви чувствовала, как у нее слипаются легкие. Из-за этого нет-нет, она задыхалась – до тех пор, пока утомленный организм не требовал сделать глубокий шумный вдох.
Такой, который слышно на весь кабинет, на весь этаж, на всю обеденную зону.
Лекс наблюдал пристально. С королевской точностью он через день садился за обедом строго напротив Каро, не отводил и не прятал взгляд, и не говорил ни слова.
Как удав.
Иви не понимала смысла его действий. Они попросту дезориентировали ее. Язык, на котором Лекс общался, оказывался слишком сложен. Брачный танец – незнакомым. Каро все чаще сжимала кулаки, борясь с желанием крикнуть: «Да что тебе надо-то?!». Но закусывала губы и молчала.
Если она не хороша в сражениях на измор, это не значит, что не нужно стараться стать лучше. Кажется, представился отличный шанс.
Зато Уиллбер про измор знал все, и даже чуточку больше. Каро напоминала себе осажденный Иерусалим эпохи крестовых походов. По крайней мере, время от времени ей хотелось бросится с оборонительных укреплений головой вниз, чтобы все это поскорее закончилось. То есть, говоря кратко, сказать Уиллберу в лицо, что он – самовлюбленный, больной нарциссизмом идиот, которому просто не даст ни одна женщина.
В начале третьей рабочей недели на зарплатную карту пришел аванс, убедивший Каро, что собеседование «как в НАТО» – пустяк в ее жизни, и «Грейси-Холл» – очень увлекательное место работы. Аванс едва не подстегнул ее проявить трудовое рвение, но Иви успела одуматься. Правда, когда она заносила в кабинет Уэйла ворох распечаток с тьмой разноцветных пометок, которые предстояло озвучить начальству под разными комментариями, рвение вырвалось наружу само по себе. Не из необъяснимого энтузиазма, а потому что Картера нужно было срочно спасать.
Начальник метался перед собственным столом. Причем не столько из стороны в сторону, сколько вверх-вниз. Перед открытым ноутбуком он жестикулировал раскрытыми ладонями очевидно в надежде успокоить собеседника. Однако общий переполошенный облик Уэйла даже самому невнимательному школьнику сообщил бы: у Картера паника.
Ее причины скрывались от Каро недолго: из ноутбука на Уэйла кричал рявкающий мужской голос, все чаще срывающийся с английского с невообразимым акцентом на немецкий. Да и в том, как уловила Каро, постоянно проскальзывали словечки и интонации, не свойственные литературному языку.
Увидев Иви, Уэйл одними губами шепнул:
- Зови Лекса! Быстро!
Каро с интересом покосилась на ноутбук шефа прямо от двери и стремительно шагнула внутрь.
- Зовите сами. – Она нагло отодвинула начальство.
Вытолканный из-за собственного стола, как из спасительного окопа, Картер уставился на Каро, открыв рот. Очевидно, он не мог найти слов, которыми можно было бы наградить подчиненную в присутствии посторонних.
Лекса звать не пришлось: он зашел в кабинет Уэйла сам, услышав крики. Заглянул и увидел Каро на месте Картера. Лоусен хотел было посмеяться: «Вот нахалка!», но возобновлять общение явно стоило с другой фразы.
Картер закусил фаланги сжатого кулака и уставился на Каро взглядом Иоанна Крестителя, взирающего перед арестом на Саломею.
- Entschuldigen Sie bitte, was kann ich fur Sie tun?* – заговорила Каро с мужчиной на экране монитора.
Им оказался пухлый, страшно недовольный немец с солидными залысинами и красными объемистыми щеками. Будто его долго-долго варили, и он лопнул.
На несколько мгновений незнакомец замолчал. Каро, возникшая в кадре, резко меняла обстановку. К тому же, сегодня под жакетом девушка надела майку с глубоким полукруглым вырезом, отчего мужчина инстинктивно вытаращился на приоткрытую грудь. Затем опомнился и затараторил.
Говорил немец страх как быстро, и Каро, улыбаясь до боли в щеках, раз за разом просила его помедленнее, потому что «ее немецкий, к сожалению, не так хорош».
- Герр О… – Каро перевела взгляд на Картера не столько с вопросом, сколько с надеждой, что она не ошибется. – Обрт.
Мистер Уэйл облегченно выдохнул. Да-да, это Обрт. Фух.
Иви начала заговаривать немцу зубы, одним глазом шаря по столу начальства. Обрт говорил о проекте, который еще не утвержден. Больше того, грозил, что проект никогда и не будет утвержден в рамках контракта с «Грейси-Холл», потому что какая-то отвратительная женщина по имени Джессика наговорила ему черт-те что! Битый час болтала что-то заумное, а в итоге озвучила абсолютно неприемлемые, идиотские условия! Премерзкие варианты разбивки и сроки! Одним словом, выставила «Грейси-Холл» в таком свете, что связываться с ними не захочется даже в нетрезвом уме и нетвердой памяти! И как он, герр Обрт, такой уважаемый в Европе человек, может вести дела с такими…
Каро слушала, все еще обшаривая стол начальства в поисках документов, способных снабдить ее необходимой информацией. Она не переговорщик, а Обрт задает вопросы здесь и сейчас, не желая дожидаться переводчика. «Если мы не решим это сейчас, можете больше не пытаться…» – грозился герр.
Надо же, какой нервный для немца.
Картер и Лекс, наконец, сориентировались. Молнией Лоусен метнулся в отдел проектирования и вскоре вернулся с ноутбуком Каро. Пристроил его так, чтобы девушке было удобно смотреть. Присел на корточки, зашел в облачное хранилище. На тачпаде отмотал пальцем немного вниз.
Каро бросила взгляд на второй монитор. Здорово, конечно, но тут далеко не все, что требуется озвучить обозленному мужчине. Иви взглядом указала на место рядом с собой.
Лекс подставил стул для посетителей и отступил. Картер постарался вернуть себе невозмутимый вид и присел рядом, вновь появляясь в кадре лающе-квакающего немца.
Герр Обрт, едва-едва позабывший о начале видео-сессии, тут же напыжился. Каро сквозь экран ощутила его недовольное дыхание. Бычий пар из ноздрей обжигал ей лицо. Тем не менее, Иви все еще улыбалась, и теперь могла в случае сложных вопросов попросить Обрта немного подождать. Она уточняла информацию у Картера и переводила, как могла, время от времени извиняясь за свой немецкий.
Кое-как герр Обрт поддался уговорам составить еще один «вразумительный» и «солидный» диалог в присутствии профессионального переводчика («Разумеется, у «Грейси-Холл» есть! Просто вас сразу соединили не с тем!»), высшего руководства и еще кучи компетентных людей. Обрт заявил, что его секретарь свяжется с ними для уточнения времени переговоров. Каро пообещала все передать, добавила пожелание здоровья и прочих замечательных вещей, посоветовала не нервничать, вспомнив популярную немецкую поговорку «Держи ноги в тепле, а лоб в холоде». После услышанного присловья герр Обрт сказал, что при желании Каро тоже может присутствовать на конференции в следующий раз и был таков.
Картер, взиравший на Каро, как на Благодатную Матерь Божью, вытянул к ней дрожащие руки. Ни дать, ни взять – волхв с дарами за пазухой.
Лекс не сдержал улыбки, а вот Каро попросту упала лбом на стол с бумагами. Мужчины переглянулись: что с ней?
Уэйл потрепал Иви за плечо.
- Все в порядке?
Иви вскинула перекошенное лицо.
- У меня чуть сердце не остановилось!
- Эм… – Уэйл тут же напрягся. – Все плохо? Он послал нас?
Иви помотала головой. Уэйл выдохнул:
- Слава богу! Нам повезло, что ты знаешь немецкий!
- Еще бы он его знал! – заявила Каро.
- А? – Не понял Уэйл. Если они говорили не на немецком, что он – самка моржа.
Чертово дерьмо.
Девушка таращилась на стакан, не зная, как поступить. Американо стыл. Пол интересовался прямо в ухо, чего это она встала посреди кабинета. Фрэнк бубнил, что на деле ей следовало бы замереть прямо в дверном проходе – тогда ее можно было бы безнаказанно пнуть оттуда и называть вылетевшей пробкой. Анальной.
Каро прикрыла глаза и выдохнула. Была не была.
Взяла презентованный напиток и, выйдя из помещения, направилась вверх по коридору. Не доходя до лестницы, свернула в кабинет дизайнеров.
Несколько пар глаз уставились на нее одновременно. Первым улыбнулся усач (надо бы спросить у Пола еще раз, как его зовут, и запомнить уже!), а вторым, расцветая, как куст сирени, разулыбался Уиллбер.
- Я принесла тебе кофе. – Каро углубилась в кабинет, отчасти напоминавший их, только без грандиозного макетного стола по центру. Уверенность, сопутствовавшая ей минутой ранее, улетучивалась как спирт на открытом воздухе в теплую погоду.
- Кофе? – Уиллбер вышел из-за стола, когда Иви приблизилась. Провел ладонями по груди – до брюк. Трясущимися руками взял предложенный стакан, глядя на Каро так, будто она представляла собой редкостное неоновое шоу. – О! – воскликнул Уилл, внезапно подпрыгнув, отчего часть кофе расплескалась, и парень, шипя, стал перехватывать стакан так и эдак.
Попало на какие-то бумаги. Каро, закатив глаза, в сотый раз пожалела, что вообще решила это сделать. Твердой рукой она перехватила подпрыгивающего, как потревоженное желе, парня, а другой вцепилась в стакан. Когда зрелище достигло статики, она отняла руки и спрятала за спину.
- Это американо. Я не знала, что ты пьешь, – сообщила девушка. – Надеюсь, тебе понравится.
- Мне… мне нравится. – Уиллбер очарованно и с придыханием взирал на Каро расширенными глазами. Брови его слегка приподнялись, так что теперь и вправду казалось, что парень увидел единорога.
Боже, ей ведь еще придется заплатить за решение прийти сюда, верно?
- О! Прости! – Уиллбер выпучил глаза, внезапно оживившись. – Я понял, что ты хочешь сказать! Тебе нравится кофе, да? Нужен не ресторан, а кофейня? Или ресторан, где подают отменный американо! Я все устрою! – Он наконец-то поставил многострадальную емкость на твердую поверхность и в успокаивающем жесте качнул перед Иви раскрытыми ладонями. – Не переживай!
«Я и не переживаю»
- Все будет готово сегодня же!
«Ладно. Переживаю».
- К вечеру я все организую!
«К вечеру…?»
Она быстро затрясла головой:
- Уиллбер, Уиллбер! – заговорила Каро, стараясь осадить прыткого ловеласа. – Сегодня боюсь не получится.
- А? – протянул молодой человек. По его игриво-загадочному тону не читалось, воспринял ли он ее отказ всерьез. – Мне надо поупрашивать, да? – Он сверкнул белозубой улыбкой, чуть поправив при этом край галстука-бабочки. Черного, но в мелкий горошек ужасного ядовито зеленого цвета. Пятерней прошелся по волосам, слегка взъерошив.
Каро поняла, что сейчас расхохочется. Она закусила губу и опустила глаза, чтобы не выдавать себя с головой. Уиллбер, однако, воспринял это по-своему.
- Ка-а-аро, ну брось. Тебе понравится мой выбор! Ну, если хочешь, я выберу несколько разных мест с отличным ассортиментом кофе, скину тебе на почту – ты только дай личную, ладно? И ты выберешь, куда мы пойдем. А лучше номер. А, как тебе?
Девушка вздохнула:
- Слушай, я польщена, правда. Но сегодня я действительно не могу.
- Надо проведать маму, да? – предположил Уиллбер. У Каро ассиметрично разошлись брови: одна чуть вверх, другая – вниз. Что это за предположение такое? – Или… или не лучшие дни? – чуть понизив голос, осведомился парень.
Каро закрыла глаза: еще немного, и она выплеснет остывший американо парню в лицо. Только сейчас дошло, что остальным дизайнерам в кабинете все прекрасно слышно. Порой, умение абстрагироваться и концентрироваться на задаче текущего момента играло с ней злую шутку!
- Нет, просто мне нужно…. – Что искупать черепаху? Подпилить ей когти и клюв? – Мне нужно сегодня вечером уделить время Джонсону.
- Джонсону? – Уиллбер попытался скрыть неудовлетворенность мужским именем, но вышло не полностью. Так что получившаяся в результате физиономия выглядела особенно коряво. – Кто это?
Каро самую малость пожала плечиком.
- Тот, кто будет меня по утрам. – Довольная произведенным эффектом, Иви развернулась на пятках в сторону выхода.
Одновременно с тем, как в дверях распрямился Лекс Лоусен.
«Заспавнился из воздуха»
Они обменялись прямыми немигающими взглядами. Каро прочувствовала, как внутри Лекса трещит от натуги какой-то важный скрепляющий трос.
Трос, удерживающий мужчину оттого, чтобы дернуть ее за руку, рывком швырнуть в коридор и спросить, какого хрена кофе, купленный для нее, оказался на столе Уиллбера.
Вместо этого, стоило Каро приблизиться, Лоусен отступил, беспрепятственно пропуская ее вон из кабинета. Только поравнявшись с мужчиной, Каро заметила, каким лютым напряжением сведены его челюсти, как сцеплены зубы, как широко расходится при дыхании грудь.
Лекс был в бешенстве. Теперь именно он считал, что лучше пресечь текущую встречу, пока не сорвался, дав Каро, тем самым, солидное преимущество. Выйдя в коридор, Иви облегченно выдохнула. Она понятия не имела, на что подписалась, отдав американо Уиллберу, но в отношениях с Лексом, похоже, отыграла назад все позиции.
=====
Друзья! В данный момент я не могу отвечать ни на какие комментарии и ничего не могу комментировать сама: Продаман меня по сути забанил на предмет комментирования. Жду ответа из Саппорта. Всем, кто остается с историей, признательна и благодарна. Если что, новости будут у меня на стене в ВК (ссылка на мою страницу у меня в профиле).
Еще один, конечно, неприятный пункт, который толкает меня уйти отсюда на Автортудей.
Всем хорошего дня!
Прода от 01.10.2021, 12:33
Мало-помалу Каро вошла в колею.
Она сдала проделанную работу в строго оговоренный срок. Пока компания вела переговоры с другими заказчиками, и «солидные мужчины» приступали к первичной разбивке фундамента, Уэйл поручил Каро работу аналитика. Так что за следующую неделю Иви узнала о деятельности отдела проектирования внушительный объем информации. Пособничая начальству с подведением статистики, Каро прочувствовала смысл фразы «Помогая другим, ты помогаешь себе».
Она предложила Картеру завести секретаршу, потому что уж очень бы она ему не помешала.
Уэйл сначала осклабился:
- Так я и завел, – и намеренно прищурился в сторону Каро. Та отозвалась в духе «Очень смешно», и Картер сказал, что высшее руководство не одобрило затеи, хотя он неоднократно поднимал вопрос.
Пол сделал дубликат ключей от кабинета.
После случая с передаренным американо, Лоусен не оставлял Иви никаких приглашений. Но и не избегал ее. Почему? Если сначала заинтриговать, как Лекс, а потом скрыться из виду, получится классическая схема из романов: заинтригованный соблазненный, потеряв из виду соблазнителя, начинает скучать по нему, тянуться, искать встреч. Нет, качала Каро головой, это было бы слишком просто и читаемо.
Лекс играл иначе.
Он, конечно, мог занять позицию уязвленного себялюбца. Смотреть на Каро свысока, чуть вздергивать голову и демонстративно отворачиваться, когда она смотрит. Это означало бы, что он обижен и разозлен, и Каро, ведомая чувством вины, должна первой подойти извиниться.
Такая манипуляция тоже была ниже его достоинства. Каро видела это в серых глазах: Лоусен мыслил себя способным сдвинуть землю, не прибегая к хрестоматийным советам из учебника пик-апа. В каждой его черте читалась настолько непробиваемая уверенность в собственной силе, что время от времени Иви чувствовала, как у нее слипаются легкие. Из-за этого нет-нет, она задыхалась – до тех пор, пока утомленный организм не требовал сделать глубокий шумный вдох.
Такой, который слышно на весь кабинет, на весь этаж, на всю обеденную зону.
Лекс наблюдал пристально. С королевской точностью он через день садился за обедом строго напротив Каро, не отводил и не прятал взгляд, и не говорил ни слова.
Как удав.
Иви не понимала смысла его действий. Они попросту дезориентировали ее. Язык, на котором Лекс общался, оказывался слишком сложен. Брачный танец – незнакомым. Каро все чаще сжимала кулаки, борясь с желанием крикнуть: «Да что тебе надо-то?!». Но закусывала губы и молчала.
Если она не хороша в сражениях на измор, это не значит, что не нужно стараться стать лучше. Кажется, представился отличный шанс.
Зато Уиллбер про измор знал все, и даже чуточку больше. Каро напоминала себе осажденный Иерусалим эпохи крестовых походов. По крайней мере, время от времени ей хотелось бросится с оборонительных укреплений головой вниз, чтобы все это поскорее закончилось. То есть, говоря кратко, сказать Уиллберу в лицо, что он – самовлюбленный, больной нарциссизмом идиот, которому просто не даст ни одна женщина.
В начале третьей рабочей недели на зарплатную карту пришел аванс, убедивший Каро, что собеседование «как в НАТО» – пустяк в ее жизни, и «Грейси-Холл» – очень увлекательное место работы. Аванс едва не подстегнул ее проявить трудовое рвение, но Иви успела одуматься. Правда, когда она заносила в кабинет Уэйла ворох распечаток с тьмой разноцветных пометок, которые предстояло озвучить начальству под разными комментариями, рвение вырвалось наружу само по себе. Не из необъяснимого энтузиазма, а потому что Картера нужно было срочно спасать.
Начальник метался перед собственным столом. Причем не столько из стороны в сторону, сколько вверх-вниз. Перед открытым ноутбуком он жестикулировал раскрытыми ладонями очевидно в надежде успокоить собеседника. Однако общий переполошенный облик Уэйла даже самому невнимательному школьнику сообщил бы: у Картера паника.
Ее причины скрывались от Каро недолго: из ноутбука на Уэйла кричал рявкающий мужской голос, все чаще срывающийся с английского с невообразимым акцентом на немецкий. Да и в том, как уловила Каро, постоянно проскальзывали словечки и интонации, не свойственные литературному языку.
Увидев Иви, Уэйл одними губами шепнул:
- Зови Лекса! Быстро!
Каро с интересом покосилась на ноутбук шефа прямо от двери и стремительно шагнула внутрь.
- Зовите сами. – Она нагло отодвинула начальство.
Вытолканный из-за собственного стола, как из спасительного окопа, Картер уставился на Каро, открыв рот. Очевидно, он не мог найти слов, которыми можно было бы наградить подчиненную в присутствии посторонних.
Лекса звать не пришлось: он зашел в кабинет Уэйла сам, услышав крики. Заглянул и увидел Каро на месте Картера. Лоусен хотел было посмеяться: «Вот нахалка!», но возобновлять общение явно стоило с другой фразы.
Картер закусил фаланги сжатого кулака и уставился на Каро взглядом Иоанна Крестителя, взирающего перед арестом на Саломею.
- Entschuldigen Sie bitte, was kann ich fur Sie tun?* – заговорила Каро с мужчиной на экране монитора.
Им оказался пухлый, страшно недовольный немец с солидными залысинами и красными объемистыми щеками. Будто его долго-долго варили, и он лопнул.
На несколько мгновений незнакомец замолчал. Каро, возникшая в кадре, резко меняла обстановку. К тому же, сегодня под жакетом девушка надела майку с глубоким полукруглым вырезом, отчего мужчина инстинктивно вытаращился на приоткрытую грудь. Затем опомнился и затараторил.
Говорил немец страх как быстро, и Каро, улыбаясь до боли в щеках, раз за разом просила его помедленнее, потому что «ее немецкий, к сожалению, не так хорош».
- Герр О… – Каро перевела взгляд на Картера не столько с вопросом, сколько с надеждой, что она не ошибется. – Обрт.
Мистер Уэйл облегченно выдохнул. Да-да, это Обрт. Фух.
Иви начала заговаривать немцу зубы, одним глазом шаря по столу начальства. Обрт говорил о проекте, который еще не утвержден. Больше того, грозил, что проект никогда и не будет утвержден в рамках контракта с «Грейси-Холл», потому что какая-то отвратительная женщина по имени Джессика наговорила ему черт-те что! Битый час болтала что-то заумное, а в итоге озвучила абсолютно неприемлемые, идиотские условия! Премерзкие варианты разбивки и сроки! Одним словом, выставила «Грейси-Холл» в таком свете, что связываться с ними не захочется даже в нетрезвом уме и нетвердой памяти! И как он, герр Обрт, такой уважаемый в Европе человек, может вести дела с такими…
Каро слушала, все еще обшаривая стол начальства в поисках документов, способных снабдить ее необходимой информацией. Она не переговорщик, а Обрт задает вопросы здесь и сейчас, не желая дожидаться переводчика. «Если мы не решим это сейчас, можете больше не пытаться…» – грозился герр.
Надо же, какой нервный для немца.
Картер и Лекс, наконец, сориентировались. Молнией Лоусен метнулся в отдел проектирования и вскоре вернулся с ноутбуком Каро. Пристроил его так, чтобы девушке было удобно смотреть. Присел на корточки, зашел в облачное хранилище. На тачпаде отмотал пальцем немного вниз.
Каро бросила взгляд на второй монитор. Здорово, конечно, но тут далеко не все, что требуется озвучить обозленному мужчине. Иви взглядом указала на место рядом с собой.
Лекс подставил стул для посетителей и отступил. Картер постарался вернуть себе невозмутимый вид и присел рядом, вновь появляясь в кадре лающе-квакающего немца.
Герр Обрт, едва-едва позабывший о начале видео-сессии, тут же напыжился. Каро сквозь экран ощутила его недовольное дыхание. Бычий пар из ноздрей обжигал ей лицо. Тем не менее, Иви все еще улыбалась, и теперь могла в случае сложных вопросов попросить Обрта немного подождать. Она уточняла информацию у Картера и переводила, как могла, время от времени извиняясь за свой немецкий.
Кое-как герр Обрт поддался уговорам составить еще один «вразумительный» и «солидный» диалог в присутствии профессионального переводчика («Разумеется, у «Грейси-Холл» есть! Просто вас сразу соединили не с тем!»), высшего руководства и еще кучи компетентных людей. Обрт заявил, что его секретарь свяжется с ними для уточнения времени переговоров. Каро пообещала все передать, добавила пожелание здоровья и прочих замечательных вещей, посоветовала не нервничать, вспомнив популярную немецкую поговорку «Держи ноги в тепле, а лоб в холоде». После услышанного присловья герр Обрт сказал, что при желании Каро тоже может присутствовать на конференции в следующий раз и был таков.
Картер, взиравший на Каро, как на Благодатную Матерь Божью, вытянул к ней дрожащие руки. Ни дать, ни взять – волхв с дарами за пазухой.
Лекс не сдержал улыбки, а вот Каро попросту упала лбом на стол с бумагами. Мужчины переглянулись: что с ней?
Уэйл потрепал Иви за плечо.
- Все в порядке?
Иви вскинула перекошенное лицо.
- У меня чуть сердце не остановилось!
- Эм… – Уэйл тут же напрягся. – Все плохо? Он послал нас?
Иви помотала головой. Уэйл выдохнул:
- Слава богу! Нам повезло, что ты знаешь немецкий!
- Еще бы он его знал! – заявила Каро.
- А? – Не понял Уэйл. Если они говорили не на немецком, что он – самка моржа.
