Я протянула корону слуге:
– Прекрасно. Тогда отдай это Деланей, пусть хранит дальше.
– Слушаюсь, – с лёгким поклоном ответил Драйк, почтительно забирая у меня корону.
– И ещё, – обратилась я к демону, – сможешь сообщить повелителю, что я вернулась в Зиграден? И когда именно мне к нему прийти?
– Да, госпожа, – портал, созданный Драйком, по всей видимости, увёл его в Пандемониум. Когда он входил в портал, короны Кавэлли в его руках не было.
На самом деле, мне хотелось оттянуть этот момент. Не сообщать, не идти… как можно дольше. Только был риск, что Люцифер узнает, что я сразу не сказала о своём возвращении. Что будет за это? Могло и ничего не быть. Но я не могла рисковать. Недовольство Люцифера могло ухудшить положение.
«А если… если придётся идти прямо сегодня? Смогу ли я сделать то, что от меня хотят? – и тут же я отмела эту мысль. – Смогу! О другом варианте и речи быть не может! Потому что, если – нет… Другой вопрос – как я себя заставлю? После… всего. С Фероксом получилось благодаря зову крови – не более. Здесь зова не будет. Будет только виновник того, что я всё потеряла…».
Вновь воспоминания. Руины дома, умирающий Дэм… холодное тело Кая. Осознание того, что я больше никогда не увижу того, кого любила, до сих пор, давалось с трудом. Несмотря на всё произошедшее, верить не хотелось…
«Дура ты, Милена, – упрекнула я себя. – Нельзя тебе держаться за это. За воспоминания, за любовь. Сейчас всё это для тебя… лишнее».
Но чувства отчаянно сопротивлялись доводам разума. В этот момент мне, как никогда, хотелось быть чистокровной демонессой. Которой не было бы больно.
– Рейф, – позвала я, ссадив с колен на пол недовольного этим Блэка.
– Мм? – ерат не заставил себя ждать и быстро подошёл ко мне. – Что-то нужно? Хотя, можешь не говорить, – он устроился на подлокотнике кресла, взял меня за руку, сжал её. Салер сердито шипел. Но, видя, что я спокойна, видимо, решил, что так надо. Шипеть не перестал, но и напасть на ерата не пытался.
– В чём дело, Милена? – спросил наблюдавший за этой сценой Лекс, но удивления в голосе особо не было.
– Его прикосновения меня успокаивают, – вынуждена была я признаться. – Я это ощутила после сегодняшней встречи с Аббадоном. Когда Рейф рядом и прикасается ко мне… страх не такой сильный. Если совсем не исчезает. И остальные чувства, вроде боли и от-чаяния… они как-то притупляются. И пока, я хочу этим пользоваться.
– Помнится, тебя воротило от одной мысли, чтобы подпустить к себе Рейфа ближе, чем на пару метров, – напомнил наёмник.
Рейф потянул мою руку к своему лицу, прижался щекой к ладони, потёрся, словно кот, выпрашивающий ласку.
Я пожала плечами:
– Всё меняется. Правильно я поступаю или нет… какая разница? Главное, что так лег-че.
В дверь постучали, и вошла демонесса-служанка. Она поклонилась:
– Правительница, вас хочет видеть господин Верде. Вы примете его здесь? Или в гостиной?
«А варианта, что я, вообще, не хочу его видеть, не предусматривается?» – хмыкнула я про себя, но ответила:
– Пусть проходит в гостиную. Я сейчас к нему выйду.
– Да, правительница, – служанка вышла.
– Рейф – пойдёшь со мной. Лекс… ты, думаю, тоже.
– Опасаешься угрозы со стороны своего дядюшки? – поинтересовался Мейснер.
– Да. Я ещё не знаю, чего от него ждать. Но, точно, ничего хорошего. Оставаться с ним наедине… я пока не хочу.
«Но что Верде понадобилось так сразу? Никакие вопросы я решать не могу. Советоваться со мной по какому-либо поводу… это даже смешно! Но что тогда? В принципе… я исчезла из Зиградена после коронации. Кавэлли же это заметили? Разумеется. Не могло от них укрыться то, что в другом мире я замуж вышла. Но тогда они знают и то, что теперь вся власть будет у Ферокса… Скорее всего, вопрос в этом. Хотя, тогда было бы логичнее, если бы ещё Деланей пришла…».
Я поднялась с кресла – Рейф мою руку сразу же отпустил. Я покосилась на ерата с подозрением:
– Ты как-то слишком покладисто себя ведёшь в последнее время. Сам отпускаешь, подходишь, когда я позову… На тебя это не похоже.
– А мне нравится, как всё складывается! Ты сама поняла, что нуждаешься во мне! Сама зовёшь… сама держишься за меня… При таком хорошем раскладе, зачем мне делать что-то, что может тебе не понравится? Кроме того… наша связь ещё так и осталась неполной – ты меня не чувствуешь. Я хочу посмотреть, что будет, когда это появится. А чтобы это быстрее произошло… думаю, тебя надо поменьше нервировать! – заявил этот наглый тип. Хотя, я не могла не признать, что логика в его словах была.
«Переодеваться мне или нет?» – такой женский и… обыденный вопрос в нынешнем положении звучал даже как-то странно. Но я так и была в том платье, в котором ходила к Нуару. Ни цвет, ни фасон явно не подходил для Преисподней. А я, как ни крути, должна была соответствовать хоть каким-то критериям, если надеялась когда-нибудь изменить здесь своё положение.
Я прошла в спальню, открыла шкаф, который обследовала ещё тогда, когда проводила в этих покоях время перед коронацией. В шкафу висело несколько платьев и несколько пар обуви, которые, как я выяснила, идеально подходили мне по размеру.
«Надо будет выяснить, кто, вообще, занимается моим гардеробом и как, – подумала я, вытаскивая чёрное платье до колен с вышивкой серебряной нитью по лифу и рукавам. – Того, что здесь есть, недостаточно, да и цветовая палитра… Не только же чёрное я носить могу!».
Переодевшись – платье было без заморочек в виде шнуровок и крючков, но с открытой спиной, и единственной застёжкой сзади на шее – я вышла в гостиную. Рейф и Лекс шли в нескольких шагах от меня и встали за моей спиной, когда я села в кресло:
– Здравствуй, дядя, – поприветствовала я демона, сидевшего напротив меня, на диване. – Что тебя ко мне привело?
На «вы» я к нему больше не обращалась. Если до коронации я не была, формально, Кавэлли, то теперь обладала и положением, и фамилией. И по статусу я была выше Верде. Обращаться к нему на «вы» означало бы, что я его либо боюсь, либо считаю выше себя. Ни того, ни другого я показывать не могла. Хотя, страх во мне, всё же, присутствовал. Радовало, что здесь был Рейф и, если эмоции возьмут верх, меня было кому успокоить.
– Я смотрю, ты осмелела, – Верде не оставил без внимания изменение в обращении. Хотя, по его голосу, я не поняла, как он к этому отнёсся. Но было ли мне до этого дело? Нет.
– А ты бы хотел, чтобы твоя глава и правительница Зиградена думала, что она ниже тебя? – ответа я ждать не стала. – Так, зачем ты здесь?
– Я узнал, что Преисподняя и Нирг-Драгаар заключили союз, – Верде откинулся на спинку дивана, и положил ногу на ногу. – И узнал, на основании чего он был заключён.
– И?
– Ты уже стала супругой повелителя драконов?
– Да. А если бы ещё и нет… какая разница? Изменить это, всё равно, никто не смог бы.
– Знаю. Я хочу знать, что Ферокс собирается делать с Зиграденом.
Я невольно усмехнулась:
– Надеешься, что я скажу, будто он отдаст власть тебе и твоим племянникам? Меня ведь на это ты совсем не рассматриваешь?
– Тебя? – демон посмотрел на меня с презрением, которое он и не собирался скрывать. – Полукровку без магии и знаний? Нет, не рассматриваю. А ты ожидала иного? Да, не скрою, что магия Зиградена стабилизировалась с тех пор, как ты надела кольцо главы. И да – никто из нас не думал, что ты, всё-таки, способна создавать ератов, – он бросил мимолётный взгляд на Рейфа. – Но это ничего не меняет. Ты – не правительница. Ты – слабая. Тебе не будут подчиняться. Ты ведь даже из своих покоев боишься выйти! Потому что знаешь, что не в состоянии себя защитить. Что? Неужто тебя задели мои слова? – Верде, почему-то, глянул на мои руки.
Я тоже опустила взгляд. Я и сама не заметила, как слушая Верде, с такой силой вцепилась в кольцо главы, что поранила пальцы острой кромкой оправы. Да, слова демона больно били по мне. Они злили. Злили потому, что были правдой. Я была слабой. И я, на самом деле, никуда не выходила из своих комнат из-за страха. Но сильнее всего, почему-то, задели слова: «Ты – не правительница». И они тоже были правдой. Правдой, которую я пока никак не могла изменить.
– Позволишь? – я посмотрела на Рейфа, который с вожделением смотрел на капельки крови.
Спрашивающий Рейф… Тоже – странное явление. Но я не нашла ни одной причины ему отказать. Присутствие Верде, по моему мнению, такой причиной не являлось. Я кивнула. Ерат опустился на колено возле подлокотника кресла, взял мою руку, поднёс к губам… Влажный язык легко скользнул по кончикам пальцев… потом сильнее, настойчивее… Я ощутила не только его язык, но и горячие губы… Он взял мои пальцы в рот, начал посасывать… и я поймала себя на мысли что… не хочу этого прерывать. Что мне это нравится… Я почувствовал, как от всего этого по спине побежали мурашки. Я никогда бы не могла подумать, что такая мелочь, как позволить ерату слизать кровь с пальцев, может быть такой… пошло-приятной. Я смотрела на Рейфа, как заворожённая.
В чувство я себя привела усилием воли. Напомнив себе, кто такой Рейф… вспомнив, где нахожусь… Тем более, я начала ощущать то, что никак не вязалось у меня с ератом, с кровью. Начала ощущать сладкое томление внизу живота… Я выдернула свою руку из лап Рейфа:
– Достаточно!
Тот спорить не стал, но… даже когда я, вновь, повернулась к Верде, я чувствовала, как безумец смотрит на меня.
– Хочешь поспорить насчёт того, что я сказал? – демон, как будто, ничего и не видел… впрочем, наверняка, подобная сцена для Преисподней была обыденной. – Или, наконец, ответишь, что сказал Ферокс?
Поспорить, конечно, хотелось. Хотелось доказать, что я – не слабая… что я могу подчинять. И что правительница именно я! Только вот… не могла я доказать. Не могла опровергнуть истину: «Но я это изменю. Обязательно!».
– Ничего конкретного Ферокс не сказал, – заговорила я. – Но… власть над городом он не отдаст. Ни Кавэлли, ни мне самой.
– Но он не сможет править здесь сам.
– Не сможет. Будет это делать через кого-то. В Зиградене же немало полукровок с драконьей кровью?
– Немало.
– И кто-то из них больше верен Нирг-Драгаару, чем Преисподней. Не так ли?
– Так, – взгляд демона стал более внимательным. – Скорее всего, повелитель драконов поручит правление именно им. Но, как ты думаешь, почему он не отдаст власть Кавэлли?
Я такого вопроса от Верде не ожидала. Да и зачем ему было знать, что я думаю о той или иной ситуации? Это ничего не меняло. Но, тем не менее, я сказала:
– Ферокс хочет считать Зиграден именно своим городом. А он не будет таковым, если власть так и останется в руках правящей семьи. Для такого, как Ферокс… это неприемлемо. И пусть в жилах Кавэлли и течёт кровь драконов, но она слишком сильно разбавлена демонической. Ну, для меня-то, по сути, ничего не меняется. Вы хотели править через меня… теперь это будет делать Ферокс. Только ещё через одного посредника. Честно говоря, то, что ваш план провалился… меня даже радует, – не удержалась я от колкости.
В красных глазах демона полыхнула ярость, но быстро исчезла.
– Ладно, – помолчав, сказал он. – С… посредником как-нибудь разберёмся. И со следующим, который придёт на его место – тоже.
Я воззрилась на Верде с изумлением:
– Ты хочешь убивать каждого, кого пришлёт Ферокс? Зачем?
– Чтобы дать ему понять, что Кавэлли не примут над собой чужой руки. Чтобы, рано или поздно, дракону пришлось принять то, что здесь – в Зиградене – правят Кавэлли и больше никто!
– А тебя не смущает, что ты сейчас это говоришь жене этого дракона? – поинтересовалась я. – И что я расскажу о твоём плане Фероксу?
– А я и не собираюсь этого скрывать, – ярость, ушедшая из его глаз, вернулась. – Я буду убивать открыто. И не только я. Деланей, Лэйрат и Элендар тоже не допустят здесь порядков Нирг-Драгаара.
– Не боишься, что Ферокс не станет этого терпеть и просто убьёт вас всех? – честно говоря, такой расклад мог бы стать даже выгоден для меня – избавиться от родственников. Правда, вот от Деланей избавляться бы не хотелось – всё-таки, она успела мне понравиться.
– Если ему нужен этот город, он этого никогда не сделает. Мы основали Зиграден. Наша кровь в его фундаментах и в его магии. Да, ты, как правительница, держишь его магию, и от тебя зависит многое. Но смерть любого Кавэлли из главной ветви рода скажется на городе. Его магия станет слабее. А слабый город… дракону не нужен.
В словах Верде был смысл, но… я была почти уверена, что Ферокс придумает, что де-лать с моими взбунтовавшимися родственниками, не убивая их.
«Запрёт их всех по темницам, да и всё. На что Верде рассчитывает? Он, правда, этого не понимает? Или его нежелание отдавать власть Фероксу настолько велико, что это затмевает его разум? Или просто я чего-то не знаю и не понимаю? Хм, но вся эта ситуация… Можно ли её будет как-то использовать против Ферокса?».
– А что ты сама собираешься делать, Милена? – я даже вздрогнула от этого вопроса – слишком глубоко задумалась, да и сам вопрос был неожиданным.
– Ничего, – прямо посмотрев на Верде, ответила я. – Разве, это не очевидно? Ты сам этого хочешь. И ты говорил, что я слабая. Я буду вести себя тихо и ни во что не вмешиваться. Тем более, пока вы с Фероксом тут конфликтуете… я ни на чью сторону вставать не собираюсь. Да и какой толк, если бы я это сделала?
Говорить сейчас о том, что я собираюсь стать реальной правительницей, было рано. Я ещё не привыкла к самому миру, многого не знала, у меня не было никакой поддержки… Мне нужно было время. Если и не получить ничьей поддержки, то, хотя бы, привыкнуть и узнать. Открыто заявлять в данный момент о том, что я чего-то хочу, было ещё и опасно. Пока, меня рассматривали как куклу, которой легко управлять. Которая не представляет никакой угрозы. Но всё могло измениться, скажи я хоть что-то. А я ещё не была готова к открытому противостоянию – ни с Кавэлли, ни с регентом, которого назначит Ферокс. Поэтому я, действительно, собиралась вести себя тихо и незаметно.
– Ты права. Толку от тебя никакого, – демон поднялся с дивана. – И инстинкт демона в тебе отсутствует полностью, – бросил Верде и ушёл.
– А это он сейчас про что? – обернулась я к ератам.
– Кто знает, – пожал плечами Лекс.
Через какое-то время вернулся Драйк, сообщив, что Люцифер будет ждать меня через два дня.
«Ну, хоть есть время морально подготовиться» – с облегчением подумала я.
– Что ещё за инстинкт? – спросила я Драйка, коротко пересказав ему разговор с Верде.
– Господин Верде имел в виду то, что любой демон будет стараться взять власть в свои руки, – ответил слуга. – Инстинкт превосходства над другими, так сказать. Поэтому с подчинением демона всегда достаточно сложно. Пока вы его полностью не сломаете… или вы не будете превосходить его по силе настолько, что он сразу это ощутит… подчиняться демон не станет. То, что Кавэлли не собираются подчиняться драконам или их полукровкам, вполне естественно. А вот ваше поведение, по мнению господина Верде, со-вершенно ненормально.
– И демону не понравится, если его назовут слабым, да? – вспомнила я, как сама вспыхнула от злости, когда Верде сказал мне это.
– Совершенно верно.
«Выходит, что по эмоциям я ощущаю себя, вполне, как демон, – сделала я вывод. – Наверное, это неплохо. С учётом того, что подчинять мне придётся именно демонов. И, получается, что Верде ошибается… Что ж, тем лучше».
– Прекрасно. Тогда отдай это Деланей, пусть хранит дальше.
– Слушаюсь, – с лёгким поклоном ответил Драйк, почтительно забирая у меня корону.
– И ещё, – обратилась я к демону, – сможешь сообщить повелителю, что я вернулась в Зиграден? И когда именно мне к нему прийти?
– Да, госпожа, – портал, созданный Драйком, по всей видимости, увёл его в Пандемониум. Когда он входил в портал, короны Кавэлли в его руках не было.
На самом деле, мне хотелось оттянуть этот момент. Не сообщать, не идти… как можно дольше. Только был риск, что Люцифер узнает, что я сразу не сказала о своём возвращении. Что будет за это? Могло и ничего не быть. Но я не могла рисковать. Недовольство Люцифера могло ухудшить положение.
«А если… если придётся идти прямо сегодня? Смогу ли я сделать то, что от меня хотят? – и тут же я отмела эту мысль. – Смогу! О другом варианте и речи быть не может! Потому что, если – нет… Другой вопрос – как я себя заставлю? После… всего. С Фероксом получилось благодаря зову крови – не более. Здесь зова не будет. Будет только виновник того, что я всё потеряла…».
Вновь воспоминания. Руины дома, умирающий Дэм… холодное тело Кая. Осознание того, что я больше никогда не увижу того, кого любила, до сих пор, давалось с трудом. Несмотря на всё произошедшее, верить не хотелось…
«Дура ты, Милена, – упрекнула я себя. – Нельзя тебе держаться за это. За воспоминания, за любовь. Сейчас всё это для тебя… лишнее».
Но чувства отчаянно сопротивлялись доводам разума. В этот момент мне, как никогда, хотелось быть чистокровной демонессой. Которой не было бы больно.
– Рейф, – позвала я, ссадив с колен на пол недовольного этим Блэка.
– Мм? – ерат не заставил себя ждать и быстро подошёл ко мне. – Что-то нужно? Хотя, можешь не говорить, – он устроился на подлокотнике кресла, взял меня за руку, сжал её. Салер сердито шипел. Но, видя, что я спокойна, видимо, решил, что так надо. Шипеть не перестал, но и напасть на ерата не пытался.
– В чём дело, Милена? – спросил наблюдавший за этой сценой Лекс, но удивления в голосе особо не было.
– Его прикосновения меня успокаивают, – вынуждена была я признаться. – Я это ощутила после сегодняшней встречи с Аббадоном. Когда Рейф рядом и прикасается ко мне… страх не такой сильный. Если совсем не исчезает. И остальные чувства, вроде боли и от-чаяния… они как-то притупляются. И пока, я хочу этим пользоваться.
– Помнится, тебя воротило от одной мысли, чтобы подпустить к себе Рейфа ближе, чем на пару метров, – напомнил наёмник.
Рейф потянул мою руку к своему лицу, прижался щекой к ладони, потёрся, словно кот, выпрашивающий ласку.
Я пожала плечами:
– Всё меняется. Правильно я поступаю или нет… какая разница? Главное, что так лег-че.
В дверь постучали, и вошла демонесса-служанка. Она поклонилась:
– Правительница, вас хочет видеть господин Верде. Вы примете его здесь? Или в гостиной?
«А варианта, что я, вообще, не хочу его видеть, не предусматривается?» – хмыкнула я про себя, но ответила:
– Пусть проходит в гостиную. Я сейчас к нему выйду.
– Да, правительница, – служанка вышла.
– Рейф – пойдёшь со мной. Лекс… ты, думаю, тоже.
– Опасаешься угрозы со стороны своего дядюшки? – поинтересовался Мейснер.
– Да. Я ещё не знаю, чего от него ждать. Но, точно, ничего хорошего. Оставаться с ним наедине… я пока не хочу.
«Но что Верде понадобилось так сразу? Никакие вопросы я решать не могу. Советоваться со мной по какому-либо поводу… это даже смешно! Но что тогда? В принципе… я исчезла из Зиградена после коронации. Кавэлли же это заметили? Разумеется. Не могло от них укрыться то, что в другом мире я замуж вышла. Но тогда они знают и то, что теперь вся власть будет у Ферокса… Скорее всего, вопрос в этом. Хотя, тогда было бы логичнее, если бы ещё Деланей пришла…».
Я поднялась с кресла – Рейф мою руку сразу же отпустил. Я покосилась на ерата с подозрением:
– Ты как-то слишком покладисто себя ведёшь в последнее время. Сам отпускаешь, подходишь, когда я позову… На тебя это не похоже.
– А мне нравится, как всё складывается! Ты сама поняла, что нуждаешься во мне! Сама зовёшь… сама держишься за меня… При таком хорошем раскладе, зачем мне делать что-то, что может тебе не понравится? Кроме того… наша связь ещё так и осталась неполной – ты меня не чувствуешь. Я хочу посмотреть, что будет, когда это появится. А чтобы это быстрее произошло… думаю, тебя надо поменьше нервировать! – заявил этот наглый тип. Хотя, я не могла не признать, что логика в его словах была.
«Переодеваться мне или нет?» – такой женский и… обыденный вопрос в нынешнем положении звучал даже как-то странно. Но я так и была в том платье, в котором ходила к Нуару. Ни цвет, ни фасон явно не подходил для Преисподней. А я, как ни крути, должна была соответствовать хоть каким-то критериям, если надеялась когда-нибудь изменить здесь своё положение.
Я прошла в спальню, открыла шкаф, который обследовала ещё тогда, когда проводила в этих покоях время перед коронацией. В шкафу висело несколько платьев и несколько пар обуви, которые, как я выяснила, идеально подходили мне по размеру.
«Надо будет выяснить, кто, вообще, занимается моим гардеробом и как, – подумала я, вытаскивая чёрное платье до колен с вышивкой серебряной нитью по лифу и рукавам. – Того, что здесь есть, недостаточно, да и цветовая палитра… Не только же чёрное я носить могу!».
Переодевшись – платье было без заморочек в виде шнуровок и крючков, но с открытой спиной, и единственной застёжкой сзади на шее – я вышла в гостиную. Рейф и Лекс шли в нескольких шагах от меня и встали за моей спиной, когда я села в кресло:
– Здравствуй, дядя, – поприветствовала я демона, сидевшего напротив меня, на диване. – Что тебя ко мне привело?
На «вы» я к нему больше не обращалась. Если до коронации я не была, формально, Кавэлли, то теперь обладала и положением, и фамилией. И по статусу я была выше Верде. Обращаться к нему на «вы» означало бы, что я его либо боюсь, либо считаю выше себя. Ни того, ни другого я показывать не могла. Хотя, страх во мне, всё же, присутствовал. Радовало, что здесь был Рейф и, если эмоции возьмут верх, меня было кому успокоить.
– Я смотрю, ты осмелела, – Верде не оставил без внимания изменение в обращении. Хотя, по его голосу, я не поняла, как он к этому отнёсся. Но было ли мне до этого дело? Нет.
– А ты бы хотел, чтобы твоя глава и правительница Зиградена думала, что она ниже тебя? – ответа я ждать не стала. – Так, зачем ты здесь?
– Я узнал, что Преисподняя и Нирг-Драгаар заключили союз, – Верде откинулся на спинку дивана, и положил ногу на ногу. – И узнал, на основании чего он был заключён.
– И?
– Ты уже стала супругой повелителя драконов?
– Да. А если бы ещё и нет… какая разница? Изменить это, всё равно, никто не смог бы.
– Знаю. Я хочу знать, что Ферокс собирается делать с Зиграденом.
Я невольно усмехнулась:
– Надеешься, что я скажу, будто он отдаст власть тебе и твоим племянникам? Меня ведь на это ты совсем не рассматриваешь?
– Тебя? – демон посмотрел на меня с презрением, которое он и не собирался скрывать. – Полукровку без магии и знаний? Нет, не рассматриваю. А ты ожидала иного? Да, не скрою, что магия Зиградена стабилизировалась с тех пор, как ты надела кольцо главы. И да – никто из нас не думал, что ты, всё-таки, способна создавать ератов, – он бросил мимолётный взгляд на Рейфа. – Но это ничего не меняет. Ты – не правительница. Ты – слабая. Тебе не будут подчиняться. Ты ведь даже из своих покоев боишься выйти! Потому что знаешь, что не в состоянии себя защитить. Что? Неужто тебя задели мои слова? – Верде, почему-то, глянул на мои руки.
Я тоже опустила взгляд. Я и сама не заметила, как слушая Верде, с такой силой вцепилась в кольцо главы, что поранила пальцы острой кромкой оправы. Да, слова демона больно били по мне. Они злили. Злили потому, что были правдой. Я была слабой. И я, на самом деле, никуда не выходила из своих комнат из-за страха. Но сильнее всего, почему-то, задели слова: «Ты – не правительница». И они тоже были правдой. Правдой, которую я пока никак не могла изменить.
– Позволишь? – я посмотрела на Рейфа, который с вожделением смотрел на капельки крови.
Спрашивающий Рейф… Тоже – странное явление. Но я не нашла ни одной причины ему отказать. Присутствие Верде, по моему мнению, такой причиной не являлось. Я кивнула. Ерат опустился на колено возле подлокотника кресла, взял мою руку, поднёс к губам… Влажный язык легко скользнул по кончикам пальцев… потом сильнее, настойчивее… Я ощутила не только его язык, но и горячие губы… Он взял мои пальцы в рот, начал посасывать… и я поймала себя на мысли что… не хочу этого прерывать. Что мне это нравится… Я почувствовал, как от всего этого по спине побежали мурашки. Я никогда бы не могла подумать, что такая мелочь, как позволить ерату слизать кровь с пальцев, может быть такой… пошло-приятной. Я смотрела на Рейфа, как заворожённая.
В чувство я себя привела усилием воли. Напомнив себе, кто такой Рейф… вспомнив, где нахожусь… Тем более, я начала ощущать то, что никак не вязалось у меня с ератом, с кровью. Начала ощущать сладкое томление внизу живота… Я выдернула свою руку из лап Рейфа:
– Достаточно!
Тот спорить не стал, но… даже когда я, вновь, повернулась к Верде, я чувствовала, как безумец смотрит на меня.
– Хочешь поспорить насчёт того, что я сказал? – демон, как будто, ничего и не видел… впрочем, наверняка, подобная сцена для Преисподней была обыденной. – Или, наконец, ответишь, что сказал Ферокс?
Поспорить, конечно, хотелось. Хотелось доказать, что я – не слабая… что я могу подчинять. И что правительница именно я! Только вот… не могла я доказать. Не могла опровергнуть истину: «Но я это изменю. Обязательно!».
– Ничего конкретного Ферокс не сказал, – заговорила я. – Но… власть над городом он не отдаст. Ни Кавэлли, ни мне самой.
– Но он не сможет править здесь сам.
– Не сможет. Будет это делать через кого-то. В Зиградене же немало полукровок с драконьей кровью?
– Немало.
– И кто-то из них больше верен Нирг-Драгаару, чем Преисподней. Не так ли?
– Так, – взгляд демона стал более внимательным. – Скорее всего, повелитель драконов поручит правление именно им. Но, как ты думаешь, почему он не отдаст власть Кавэлли?
Я такого вопроса от Верде не ожидала. Да и зачем ему было знать, что я думаю о той или иной ситуации? Это ничего не меняло. Но, тем не менее, я сказала:
– Ферокс хочет считать Зиграден именно своим городом. А он не будет таковым, если власть так и останется в руках правящей семьи. Для такого, как Ферокс… это неприемлемо. И пусть в жилах Кавэлли и течёт кровь драконов, но она слишком сильно разбавлена демонической. Ну, для меня-то, по сути, ничего не меняется. Вы хотели править через меня… теперь это будет делать Ферокс. Только ещё через одного посредника. Честно говоря, то, что ваш план провалился… меня даже радует, – не удержалась я от колкости.
В красных глазах демона полыхнула ярость, но быстро исчезла.
– Ладно, – помолчав, сказал он. – С… посредником как-нибудь разберёмся. И со следующим, который придёт на его место – тоже.
Я воззрилась на Верде с изумлением:
– Ты хочешь убивать каждого, кого пришлёт Ферокс? Зачем?
– Чтобы дать ему понять, что Кавэлли не примут над собой чужой руки. Чтобы, рано или поздно, дракону пришлось принять то, что здесь – в Зиградене – правят Кавэлли и больше никто!
– А тебя не смущает, что ты сейчас это говоришь жене этого дракона? – поинтересовалась я. – И что я расскажу о твоём плане Фероксу?
– А я и не собираюсь этого скрывать, – ярость, ушедшая из его глаз, вернулась. – Я буду убивать открыто. И не только я. Деланей, Лэйрат и Элендар тоже не допустят здесь порядков Нирг-Драгаара.
– Не боишься, что Ферокс не станет этого терпеть и просто убьёт вас всех? – честно говоря, такой расклад мог бы стать даже выгоден для меня – избавиться от родственников. Правда, вот от Деланей избавляться бы не хотелось – всё-таки, она успела мне понравиться.
– Если ему нужен этот город, он этого никогда не сделает. Мы основали Зиграден. Наша кровь в его фундаментах и в его магии. Да, ты, как правительница, держишь его магию, и от тебя зависит многое. Но смерть любого Кавэлли из главной ветви рода скажется на городе. Его магия станет слабее. А слабый город… дракону не нужен.
В словах Верде был смысл, но… я была почти уверена, что Ферокс придумает, что де-лать с моими взбунтовавшимися родственниками, не убивая их.
«Запрёт их всех по темницам, да и всё. На что Верде рассчитывает? Он, правда, этого не понимает? Или его нежелание отдавать власть Фероксу настолько велико, что это затмевает его разум? Или просто я чего-то не знаю и не понимаю? Хм, но вся эта ситуация… Можно ли её будет как-то использовать против Ферокса?».
– А что ты сама собираешься делать, Милена? – я даже вздрогнула от этого вопроса – слишком глубоко задумалась, да и сам вопрос был неожиданным.
– Ничего, – прямо посмотрев на Верде, ответила я. – Разве, это не очевидно? Ты сам этого хочешь. И ты говорил, что я слабая. Я буду вести себя тихо и ни во что не вмешиваться. Тем более, пока вы с Фероксом тут конфликтуете… я ни на чью сторону вставать не собираюсь. Да и какой толк, если бы я это сделала?
Говорить сейчас о том, что я собираюсь стать реальной правительницей, было рано. Я ещё не привыкла к самому миру, многого не знала, у меня не было никакой поддержки… Мне нужно было время. Если и не получить ничьей поддержки, то, хотя бы, привыкнуть и узнать. Открыто заявлять в данный момент о том, что я чего-то хочу, было ещё и опасно. Пока, меня рассматривали как куклу, которой легко управлять. Которая не представляет никакой угрозы. Но всё могло измениться, скажи я хоть что-то. А я ещё не была готова к открытому противостоянию – ни с Кавэлли, ни с регентом, которого назначит Ферокс. Поэтому я, действительно, собиралась вести себя тихо и незаметно.
– Ты права. Толку от тебя никакого, – демон поднялся с дивана. – И инстинкт демона в тебе отсутствует полностью, – бросил Верде и ушёл.
– А это он сейчас про что? – обернулась я к ератам.
– Кто знает, – пожал плечами Лекс.
Через какое-то время вернулся Драйк, сообщив, что Люцифер будет ждать меня через два дня.
«Ну, хоть есть время морально подготовиться» – с облегчением подумала я.
– Что ещё за инстинкт? – спросила я Драйка, коротко пересказав ему разговор с Верде.
– Господин Верде имел в виду то, что любой демон будет стараться взять власть в свои руки, – ответил слуга. – Инстинкт превосходства над другими, так сказать. Поэтому с подчинением демона всегда достаточно сложно. Пока вы его полностью не сломаете… или вы не будете превосходить его по силе настолько, что он сразу это ощутит… подчиняться демон не станет. То, что Кавэлли не собираются подчиняться драконам или их полукровкам, вполне естественно. А вот ваше поведение, по мнению господина Верде, со-вершенно ненормально.
– И демону не понравится, если его назовут слабым, да? – вспомнила я, как сама вспыхнула от злости, когда Верде сказал мне это.
– Совершенно верно.
«Выходит, что по эмоциям я ощущаю себя, вполне, как демон, – сделала я вывод. – Наверное, это неплохо. С учётом того, что подчинять мне придётся именно демонов. И, получается, что Верде ошибается… Что ж, тем лучше».
