Герцогиня вещала что-то насчет беспутного сына, опозорившего ее перед всей семьей, а ГримГайл кивал, и, похоже, мать даже не слушал. Герцог спокойно сел за стол, достал из ящика стопку бумаг и принялся их просматривать.
- Бриар! – завизжала герцогиня так, что мой жених вздрогнул. – Ты можешь уделить мне хотя бы немного внимания?!
- Я уделял тебе его, мама, на протяжении почти всей дороги от столовой, - ухмыльнулся герцог, не отрывая взгляд от документов. – Ничего важного, или хотя бы достойного, не услышал, и решил, что с меня достаточно. Поэтому все свои претензии можешь, как и раньше, изложить в письме, я обязательно его прочитаю. Приезжать в замок ради моего запоздалого воспитания и рассказов о детских увлечениях, право, не стоило.
- Конечно, изложить в письме, - скривилась герцогиня. – Думаешь, я не знаю, что на них мне отвечает твой констебль? Бриар, это не просто мои глупые капризы. Ты – гордость нашего рода, у тебя должна быть достойная спутница, ведь вполне возможно, что в будущем, именно тебе достанется честь возглавить государство…
- Мама! – оборвал ее герцог. – Во-первых, определись, я гордость рода или все-таки его позор. Во-вторых, во главе государства стоит его законный правитель, и твои мечты о смене власти, которые свели отца в могилу, неосуществимы хотя бы потому, что я их никогда не поддержу. А в-третьих, скажи мне, какова смертность женщин, обладающих драконьей кровью, в родах?
Герцогиня похватала воздух ртом.
- 8 из 10.
- Сколько выживает детей при смерти матери?
- 2 из 10.
Я закрыла рот рукой. Не думала, что у драконов существуют подобные проблемы. Никогда не слышала о том, чтобы они вообще болели, но честно говоря, я так мало ими интересовалась, что подобный пробел в моих знаниях неудивителен. Взглянула на Ханну, но она даже не пошевелилась, как видно, для нее такая печальная статистика новостью не была.
- И последний вопрос, - хладнокровно продолжил герцог. – Почему я единственный ребенок в семье?
- Не хотела рисковать, - мрачно признала будущая свекровь.
- Я тоже не хочу рисковать, мама. Я хочу большую семью, множество детей, а твои протеже никогда на это не согласятся. Судя по тенденции последних лет, драконья кровь вскоре совсем исчезнет, потому что наши женщины отказываются рожать.
- Так все дело в этом? – оживилась герцогиня. – Хорошо, в таком случае обрати внимание на дочь короля – ей уже почти восемнадцать, очень приятная девушка.
«Да, стоит обратить», тоже обрадовалась я.
- Опять ты недальновидно упираешься в свое желание править, - покачал головой ГримГайл. – Скажи мне, что будет, если я в гневе обращусь в дракона и случайно убью наследницу престола?
- Здесь ты прав, эту твою безродную девчонку хотя бы не жалко, но…
- Мама! Я женюсь на Лорелле потому, что ее род повелевает животными! И даже если я потеряю контроль и сменю сущность, она сумеет со мной поговорить, успокоит. Она выживет!
О, Духи! Все еще хуже, чем я думала! Мало того, что меня собираются использовать, как конвейер по производству детей, так еще и с драконом я должна буду договориться! Но как, если именно на мне, вы, Духи, решили отдохнуть, и отсыпали Дара не щедрой рукой, а сквозь крохотную прореху в кармане? Наверное, стоит признаться ГримГайлу, и он тогда будет вынужден разорвать помолвку – это безусловный плюс, но то, что в таком случае у меня исчезнет возможность посетить Королевство эгидов, это минус. Может быть, стоит отложить свою откровенность?
От испуга, голова у меня закружилась, и я ненароком коснулась двери. Она чуть скрипнула и приоткрылась всего на миллиметр. Я замерла, чувствуя, как сердце поднялось к горлу и громыхает так сильно, что Ханна наверняка оглушена.
Леди ГримГайл ничего не заметила, она как раз принялась перечислять варианты, которые гораздо предпочтительнее меня, и их тоже совсем не жалко будет в том случае, если герцог слишком разгневается. Но мой жених странный звук услышал и внимательно уставился на шкаф. Долгие секунды я молила его списать шорох на проказы мышей – Патрик же совсем обленился, но герцог медленно, не сводя глаз с места нашего с Ханной убежища, поднялся и направился к нему. Герцогиня замолчала на полуслове.
- Продолжай, мама, - вкрадчиво попросил герцог. – Я только возьму сюртук.
Я замерла, не дыша. Ханна, по всей вероятности, была уже в бессознательном состоянии, потому что, хоть видеть герцога и не могла, как никто знала, где находится его сюртук – у нас под ногами.
Герцог потянул дверь шкафа на себя и клянусь, выражение его лица, когда он увидел меня, стоило моего испуга. Он не удивился, нет. У него глаза на лоб полезли. ГримГайл стоял, стремясь объять необъятное, и, в конце концов, герцогиня бы тоже меня обнаружила. Это в мои планы точно не входило, поэтому я поспешно вытащила из-под Ханны сюртук, сунула его в руки герцогу и закрыла дверь.
Теперь мне тоже ничего не было видно. Пришлось так же, как и Ханне, прислушиваться.
-…на худой конец вспомним маркиза БенФрана. Род многочисленный, дочерей много, выбирай любую. Подумаешь, одной не досчитается. Не думаю, что маркиз станет горевать так сильно, что мы не сможем это уладить, - вещала меж тем герцогиня. За такие речи ужасно захотелось выдворить ее из замка.
- Мама, тебе пора, - прорычал герцог. Ого, видно сильно разозлился, из шкафа теперь вылезать совсем боязно. Хотя не думаю, что он огнеупорный.
- Я еще не договорила, - заупрямилась герцогиня, но видно что-то углядела в глазах сына такое, что пошла на попятную.
- Хорошо, но надеюсь, ты уделишь мне время до отъезда?
- Конечно! – почти прокричал герцог, и мы услышали торопливый стук каблучков.
- Прошу вас, леди УолтВисби, - послышался злой голос ГримГайла после того, как дверь захлопнулась. – Выйдите из шкафа.
Не желая выдавать присутствие Ханны, я аккуратно, приоткрыв только одну створку, выбралась, и замерла перед герцогом, скромно опустив голову.
- Поясните, что вы там делали, - рыкнул он.
Вообще вариант для оправдания, после того, как ГримГайл меня заметил, я придумала только один. Была неплохая версия, что мне хотелось помочь герцогу одеться, но она оказалась несостоятельной, когда я заметила, что сюртук помят, измазан и отвратительно выглядит. Поэтому, пришлось говорить правду.
- Подслушивала, - с вызовом ответила я. Такой прямотой герцог оказался озадачен. Глаза прищурил, а голосом прямо-таки не своим, спросил:
- Вы считаете это достойным поступком?
Я так не считала, более того, сама не понимала, что на меня нашло. Но признаваться в этом желания не было, поэтому пришлось напустить в голос побольше стали, и очень уверенно сказать:
- А вы на меня не рычите, герцог! В своем будущем доме я могу сидеть где угодно, даже в вашем шкафу!
Духи знают, как ГримГайл сдерживался – пламя в зеленых глазах уже плясало, но в размерах пока не увеличивался. Я бы за такую наглость сама не представляю, что устроила бы.
- Вообще-то, вы утверждали, что никогда не назовете домом это драконье гнездо, - съязвил герцог.
И тут из шкафа донесся какой-то стон. Было не очень понятно – то ли Ханна возмущена моим определением жилища обожаемого ею герцога, то ли чихнула. В любом случае, ГримГайл звук тоже услышал и вопросительно приподнял брови.
- Так вы там еще и не одна сидели!
В первую секунду я онемела, настолько сильным был мой испуг – слишком хорошо мне было известно, что в отличие от меня, Ханну ждет суровое наказание. Вполне возможно, что в скором времени придется подыскивать другую горничную. Поэтому, когда герцог двинулся в стремлении проверить свое утверждение и раскрыть моего сообщника, я заступила ему дорогу и даже раскинула руки.
- Конечно одна! Это, наверное, паучок! – понимая, как глупо выгляжу, я почему-то тараторила еще быстрее. – Незачем туда заглядывать, я жажду обсуждать мою невоспитанность.
- Обязательно обсудим, - заверил герцог, и мягко отодвинув меня с дороги, взялся за дверцу шкафа.
- Бриар! – взвизгнула я, хватая его за локоть. – Мне нужно вам кое-что сказать!
ГримГайл громко вздохнул.
- И, наверняка, слышать это «кое-что» при открытой дверце шкафа никак нельзя? – насколько я видела, герцог едва сдерживал смех, но продолжала нести околесицу.
- Совершенно нельзя. Отойдите от шкафа, вам обязательно понравится то, что я скажу.
- Интересно послушать, - ГримГайл повернулся к шкафу спиной и сложил руки на груди. – Приступайте, леди Лорелла.
А я замешкалась. Нечего мне было сказать, совершенно нечего, кроме того, что вопреки надеждам герцога, с животными общаться у меня не очень получается, но сомневаюсь, что ему это понравится. Поэтому я опустила ресницы и скромно сказала:
- Я читала о Королевстве эгидов.
- Сомневаюсь, что меня это интересует, - заявил ГримГайл. – Что-то новое по этой теме вы мне вряд ли поведаете, я сам могу преподать вам пару уроков.
- Когда начнем? – не упустила я такую возможность.
- Кто там сидит, Лорелла, - вздохнул ГримГайл.
- Никого, - прошептала я. Как бы я не держалась, глаза застилали беспомощные слезы. Герцог покачал головой.
- Я считаю до трех. Один!
- Никого.
- Два!
- Я же сказала, там пусто.
- Три!
Я зажмурилась, отчаянно моля Духов о том, чтобы Ханна чудесным образом испарилась, и вдруг почувствовала на своей талии руки герцога. Мгновение, и он уже нежно прикоснулся к моим губам своими, сначала неуверенно, а затем, не встречая сопротивления, все настойчивее завоевывая мои уста. Меня унесло на умопомрачительной волне восторга, которую дарили эти новые неизведанные ощущения. ГримГайл сминал мои губы, не позволяя опомниться и дать отпор. Куда-то исчезли мысли о том, что нахожусь в руках своего врага, человека, которого так долго ненавидела.
Я вся растворилась в своих впечатлениях, поэтому, когда герцог отстранился, светло улыбаясь, в себя пришла не сразу. Но когда очнулась, залилась краской и уперлась в грудь мужчины руками.
- Вы что себе позволяете?!
- Репетирую. Вдруг мама не поверит в наши чувства, - нагло заявил ГримГайл и вновь потянулся к моим губам. – По-моему, требуется генеральный прогон.
Я зашипела и вывернулась из его рук, ругая себя за то, что не сделала этого раньше. Если даже в своих глазах не получалось оправдаться, представляю, что теперь решит герцог. Догадываюсь, что следующим его шагом станет приглашение в постель – этот повеса все поймет извращенно, в соответствии со своим поведением.
- На счет три вы должны были открыть дверь шкафа, а не целовать меня, - сказала я, отходя к окну. ГримГайл взлохматил рукой свои волосы. Глаза его странно светились, и это довольное выражение лица мне жутко хотелось стереть. Как назло, ни одного подходящего тяжелого предмета поблизости не было.
- Не заметил, чтобы вам не понравилось, - улыбнулся ГримГайл. Мне внезапно подумалось, что ручкой тоже можно неплохо испортить настроение. Особенно, если она попадет в глаз.
- Не заметили? Так я скажу! Мне не понравилось!
- Что ж, тогда, может быть, сделаем работу над ошибками? – шагнул ко мне герцог. – Обещаю, теперь не подведу.
- ГримГайл, - тихо, но отчетливо произнесла я. – По-моему, вы уже достаточно меня унизили. Поэтому прошу вас, или откройте этот проклятый шкаф, или выйдите вон, - последние слова я прокричала. Герцог посерьезнел. Сжал зубы и без лишних слов наконец-то кабинет покинул.
Я помогла выбраться из шкафа дрожащей Ханне и выглянула в коридор. ГримГайла не было. Наверное, ждал где-то за углом пока мы удалимся, поэтому, чтобы ненароком с ним не столкнуться (раскрывать инкогнито моей горничной не хотелось) мы скрылись в соседней комнате, оказавшейся хранилищем очередных документов.
- Ты в шкафу что, захрапела что ли? – набросилась я на горничную.
- Простите, миледи, - Ханна стыдливо потупилась. – Сама не знаю, как так получилось – облокотилась на стенку, а она заскрипела. Спасибо, что не выдали герцогу.
- Что уж там, - в комнате не было ни одного стула, поэтому я села прямо на пол и прислонилась спиной к стене. Ноги предательски дрожали, и тот факт, что мое душевное спокойствие поколебал отнюдь не испуг, а поцелуй герцога, ужасно бесил. – Ханна, надеюсь не стоит говорить, что об услышанном в кабинете, лучше молчать?
- Обижаете, - горничная присела рядом. – Леди Лорелла, позвольте мне кое-что сказать.
- Позволяю, - я устало прикрыла глаза.
- Мне кажется, вы нашему герцогу очень нравитесь.
Я презрительно фыркнула.
- Правда, правда, - поспешила заверить меня Ханна. – Если бы такое вытворила леди Бри, сомневаюсь, что он бы ее целовал. Скорее, она бы в ужасе убегала…если бы успела сбежать.
- Я не желаю ничего слышать о ГримГайле, - повысила я голос. – Или молчи, или выйди в коридор. Как знать, может герцог в коридоре караулит, проверим, простит ли он тебя.
Ханна недовольно завозилась, но промолчала. Я же уткнулась носом в колени и вопреки своему желанию улыбнулась.
На ужин мой жених не явился, бросив меня на растерзание своей матушке. Герцогиню отсутствие сына нисколько не смущало – она вовсю рассказывала о прелестях драконьих невест, и будто бы невольно проводила параллель между мной и каждой из представительниц их рода.
Я ожесточенно накалывала на вилку горошины из салата и мысленно слала проклятья на голову, так называемого возлюбленного. Отчего-то, когда светлая мысль о том, чтобы пропустить незабываемое общение с леди ГримГайл посетила мою голову, герцог тут же напомнил о честном выполнении обязательств, а сам где-то скрывается. Очень хочется в путешествие, иначе бы герцогиня уже обрела союзника в срыве помолвки.
Леди ГримГайл мое скверное настроение заметила, и, пригубив вино из бокала, спросила:
- Позвольте узнать, а где же мой сын?
- Не знаю, - довольно грубо ответила я, но вовремя спохватилась и добавила: - Полагаю, у него дела.
- Вы думаете? – довольно прищурилась герцогиня. – Я же считаю по-другому.
Мысли будущей свекрови по поводу отсутствия лорда ГримГайла меня интересовали мало, но из вежливости пришлось спросить:
- И как вы считаете?
Леди ГримГайл откинулась на спинку стула и наградила меня безумно довольным взглядом, полным такого явного превосходства, что появилось жгучее желание прицельно метнуть ей в лоб ускользающие горошинки. Вместо этого я с милой улыбкой изображала жгучий интерес.
- Мне кажется, Бриар просто всерьез задумался над моими словами. Пока не поздно, пакуйте чемоданы – вас ждет дорога домой.
Я тяжело вздохнула. Хорошо бы если так, но после подслушанного из шкафа разговора, лично у меня были сомнения, что из замка удастся уехать без раскрытия тайны о своем Даре.
- Леди ГримГайл, - медленно, как для малого ребенка, произнесла я. – Мы с Бриаром любим друг друга, и не знаю, что такого должно произойти, чтобы чувства его ко мне рассыпались в прах.
О, как завернула. Не зря Дарлайн зачитывала мне наиболее чувственные моменты из любовных романов. А я еще их бесполезной макулатурой называла.
- Милочка, - с явным наслаждением процедила герцогиня. – Моему сыну ты не пара! Он старше тебя почти на полвека, богат, умен, влиятелен, красив. Ты же всю жизнь будешь выгонять из вашей постели других женщин и чувствовать значительное превосходство своего мужа. Зачем это тебе? Твой удел – обычный мужчина со средним Даром, прекрати портить нервы себе и другим людям.
- Бриар! – завизжала герцогиня так, что мой жених вздрогнул. – Ты можешь уделить мне хотя бы немного внимания?!
- Я уделял тебе его, мама, на протяжении почти всей дороги от столовой, - ухмыльнулся герцог, не отрывая взгляд от документов. – Ничего важного, или хотя бы достойного, не услышал, и решил, что с меня достаточно. Поэтому все свои претензии можешь, как и раньше, изложить в письме, я обязательно его прочитаю. Приезжать в замок ради моего запоздалого воспитания и рассказов о детских увлечениях, право, не стоило.
- Конечно, изложить в письме, - скривилась герцогиня. – Думаешь, я не знаю, что на них мне отвечает твой констебль? Бриар, это не просто мои глупые капризы. Ты – гордость нашего рода, у тебя должна быть достойная спутница, ведь вполне возможно, что в будущем, именно тебе достанется честь возглавить государство…
- Мама! – оборвал ее герцог. – Во-первых, определись, я гордость рода или все-таки его позор. Во-вторых, во главе государства стоит его законный правитель, и твои мечты о смене власти, которые свели отца в могилу, неосуществимы хотя бы потому, что я их никогда не поддержу. А в-третьих, скажи мне, какова смертность женщин, обладающих драконьей кровью, в родах?
Герцогиня похватала воздух ртом.
- 8 из 10.
- Сколько выживает детей при смерти матери?
- 2 из 10.
Я закрыла рот рукой. Не думала, что у драконов существуют подобные проблемы. Никогда не слышала о том, чтобы они вообще болели, но честно говоря, я так мало ими интересовалась, что подобный пробел в моих знаниях неудивителен. Взглянула на Ханну, но она даже не пошевелилась, как видно, для нее такая печальная статистика новостью не была.
- И последний вопрос, - хладнокровно продолжил герцог. – Почему я единственный ребенок в семье?
- Не хотела рисковать, - мрачно признала будущая свекровь.
- Я тоже не хочу рисковать, мама. Я хочу большую семью, множество детей, а твои протеже никогда на это не согласятся. Судя по тенденции последних лет, драконья кровь вскоре совсем исчезнет, потому что наши женщины отказываются рожать.
- Так все дело в этом? – оживилась герцогиня. – Хорошо, в таком случае обрати внимание на дочь короля – ей уже почти восемнадцать, очень приятная девушка.
«Да, стоит обратить», тоже обрадовалась я.
- Опять ты недальновидно упираешься в свое желание править, - покачал головой ГримГайл. – Скажи мне, что будет, если я в гневе обращусь в дракона и случайно убью наследницу престола?
- Здесь ты прав, эту твою безродную девчонку хотя бы не жалко, но…
- Мама! Я женюсь на Лорелле потому, что ее род повелевает животными! И даже если я потеряю контроль и сменю сущность, она сумеет со мной поговорить, успокоит. Она выживет!
О, Духи! Все еще хуже, чем я думала! Мало того, что меня собираются использовать, как конвейер по производству детей, так еще и с драконом я должна буду договориться! Но как, если именно на мне, вы, Духи, решили отдохнуть, и отсыпали Дара не щедрой рукой, а сквозь крохотную прореху в кармане? Наверное, стоит признаться ГримГайлу, и он тогда будет вынужден разорвать помолвку – это безусловный плюс, но то, что в таком случае у меня исчезнет возможность посетить Королевство эгидов, это минус. Может быть, стоит отложить свою откровенность?
От испуга, голова у меня закружилась, и я ненароком коснулась двери. Она чуть скрипнула и приоткрылась всего на миллиметр. Я замерла, чувствуя, как сердце поднялось к горлу и громыхает так сильно, что Ханна наверняка оглушена.
Леди ГримГайл ничего не заметила, она как раз принялась перечислять варианты, которые гораздо предпочтительнее меня, и их тоже совсем не жалко будет в том случае, если герцог слишком разгневается. Но мой жених странный звук услышал и внимательно уставился на шкаф. Долгие секунды я молила его списать шорох на проказы мышей – Патрик же совсем обленился, но герцог медленно, не сводя глаз с места нашего с Ханной убежища, поднялся и направился к нему. Герцогиня замолчала на полуслове.
- Продолжай, мама, - вкрадчиво попросил герцог. – Я только возьму сюртук.
Я замерла, не дыша. Ханна, по всей вероятности, была уже в бессознательном состоянии, потому что, хоть видеть герцога и не могла, как никто знала, где находится его сюртук – у нас под ногами.
Герцог потянул дверь шкафа на себя и клянусь, выражение его лица, когда он увидел меня, стоило моего испуга. Он не удивился, нет. У него глаза на лоб полезли. ГримГайл стоял, стремясь объять необъятное, и, в конце концов, герцогиня бы тоже меня обнаружила. Это в мои планы точно не входило, поэтому я поспешно вытащила из-под Ханны сюртук, сунула его в руки герцогу и закрыла дверь.
Теперь мне тоже ничего не было видно. Пришлось так же, как и Ханне, прислушиваться.
-…на худой конец вспомним маркиза БенФрана. Род многочисленный, дочерей много, выбирай любую. Подумаешь, одной не досчитается. Не думаю, что маркиз станет горевать так сильно, что мы не сможем это уладить, - вещала меж тем герцогиня. За такие речи ужасно захотелось выдворить ее из замка.
- Мама, тебе пора, - прорычал герцог. Ого, видно сильно разозлился, из шкафа теперь вылезать совсем боязно. Хотя не думаю, что он огнеупорный.
- Я еще не договорила, - заупрямилась герцогиня, но видно что-то углядела в глазах сына такое, что пошла на попятную.
- Хорошо, но надеюсь, ты уделишь мне время до отъезда?
- Конечно! – почти прокричал герцог, и мы услышали торопливый стук каблучков.
- Прошу вас, леди УолтВисби, - послышался злой голос ГримГайла после того, как дверь захлопнулась. – Выйдите из шкафа.
Не желая выдавать присутствие Ханны, я аккуратно, приоткрыв только одну створку, выбралась, и замерла перед герцогом, скромно опустив голову.
- Поясните, что вы там делали, - рыкнул он.
Вообще вариант для оправдания, после того, как ГримГайл меня заметил, я придумала только один. Была неплохая версия, что мне хотелось помочь герцогу одеться, но она оказалась несостоятельной, когда я заметила, что сюртук помят, измазан и отвратительно выглядит. Поэтому, пришлось говорить правду.
- Подслушивала, - с вызовом ответила я. Такой прямотой герцог оказался озадачен. Глаза прищурил, а голосом прямо-таки не своим, спросил:
- Вы считаете это достойным поступком?
Я так не считала, более того, сама не понимала, что на меня нашло. Но признаваться в этом желания не было, поэтому пришлось напустить в голос побольше стали, и очень уверенно сказать:
- А вы на меня не рычите, герцог! В своем будущем доме я могу сидеть где угодно, даже в вашем шкафу!
Духи знают, как ГримГайл сдерживался – пламя в зеленых глазах уже плясало, но в размерах пока не увеличивался. Я бы за такую наглость сама не представляю, что устроила бы.
- Вообще-то, вы утверждали, что никогда не назовете домом это драконье гнездо, - съязвил герцог.
И тут из шкафа донесся какой-то стон. Было не очень понятно – то ли Ханна возмущена моим определением жилища обожаемого ею герцога, то ли чихнула. В любом случае, ГримГайл звук тоже услышал и вопросительно приподнял брови.
- Так вы там еще и не одна сидели!
В первую секунду я онемела, настолько сильным был мой испуг – слишком хорошо мне было известно, что в отличие от меня, Ханну ждет суровое наказание. Вполне возможно, что в скором времени придется подыскивать другую горничную. Поэтому, когда герцог двинулся в стремлении проверить свое утверждение и раскрыть моего сообщника, я заступила ему дорогу и даже раскинула руки.
- Конечно одна! Это, наверное, паучок! – понимая, как глупо выгляжу, я почему-то тараторила еще быстрее. – Незачем туда заглядывать, я жажду обсуждать мою невоспитанность.
- Обязательно обсудим, - заверил герцог, и мягко отодвинув меня с дороги, взялся за дверцу шкафа.
- Бриар! – взвизгнула я, хватая его за локоть. – Мне нужно вам кое-что сказать!
ГримГайл громко вздохнул.
- И, наверняка, слышать это «кое-что» при открытой дверце шкафа никак нельзя? – насколько я видела, герцог едва сдерживал смех, но продолжала нести околесицу.
- Совершенно нельзя. Отойдите от шкафа, вам обязательно понравится то, что я скажу.
- Интересно послушать, - ГримГайл повернулся к шкафу спиной и сложил руки на груди. – Приступайте, леди Лорелла.
А я замешкалась. Нечего мне было сказать, совершенно нечего, кроме того, что вопреки надеждам герцога, с животными общаться у меня не очень получается, но сомневаюсь, что ему это понравится. Поэтому я опустила ресницы и скромно сказала:
- Я читала о Королевстве эгидов.
- Сомневаюсь, что меня это интересует, - заявил ГримГайл. – Что-то новое по этой теме вы мне вряд ли поведаете, я сам могу преподать вам пару уроков.
- Когда начнем? – не упустила я такую возможность.
- Кто там сидит, Лорелла, - вздохнул ГримГайл.
- Никого, - прошептала я. Как бы я не держалась, глаза застилали беспомощные слезы. Герцог покачал головой.
- Я считаю до трех. Один!
- Никого.
- Два!
- Я же сказала, там пусто.
- Три!
Я зажмурилась, отчаянно моля Духов о том, чтобы Ханна чудесным образом испарилась, и вдруг почувствовала на своей талии руки герцога. Мгновение, и он уже нежно прикоснулся к моим губам своими, сначала неуверенно, а затем, не встречая сопротивления, все настойчивее завоевывая мои уста. Меня унесло на умопомрачительной волне восторга, которую дарили эти новые неизведанные ощущения. ГримГайл сминал мои губы, не позволяя опомниться и дать отпор. Куда-то исчезли мысли о том, что нахожусь в руках своего врага, человека, которого так долго ненавидела.
Я вся растворилась в своих впечатлениях, поэтому, когда герцог отстранился, светло улыбаясь, в себя пришла не сразу. Но когда очнулась, залилась краской и уперлась в грудь мужчины руками.
- Вы что себе позволяете?!
- Репетирую. Вдруг мама не поверит в наши чувства, - нагло заявил ГримГайл и вновь потянулся к моим губам. – По-моему, требуется генеральный прогон.
Я зашипела и вывернулась из его рук, ругая себя за то, что не сделала этого раньше. Если даже в своих глазах не получалось оправдаться, представляю, что теперь решит герцог. Догадываюсь, что следующим его шагом станет приглашение в постель – этот повеса все поймет извращенно, в соответствии со своим поведением.
- На счет три вы должны были открыть дверь шкафа, а не целовать меня, - сказала я, отходя к окну. ГримГайл взлохматил рукой свои волосы. Глаза его странно светились, и это довольное выражение лица мне жутко хотелось стереть. Как назло, ни одного подходящего тяжелого предмета поблизости не было.
- Не заметил, чтобы вам не понравилось, - улыбнулся ГримГайл. Мне внезапно подумалось, что ручкой тоже можно неплохо испортить настроение. Особенно, если она попадет в глаз.
- Не заметили? Так я скажу! Мне не понравилось!
- Что ж, тогда, может быть, сделаем работу над ошибками? – шагнул ко мне герцог. – Обещаю, теперь не подведу.
- ГримГайл, - тихо, но отчетливо произнесла я. – По-моему, вы уже достаточно меня унизили. Поэтому прошу вас, или откройте этот проклятый шкаф, или выйдите вон, - последние слова я прокричала. Герцог посерьезнел. Сжал зубы и без лишних слов наконец-то кабинет покинул.
Я помогла выбраться из шкафа дрожащей Ханне и выглянула в коридор. ГримГайла не было. Наверное, ждал где-то за углом пока мы удалимся, поэтому, чтобы ненароком с ним не столкнуться (раскрывать инкогнито моей горничной не хотелось) мы скрылись в соседней комнате, оказавшейся хранилищем очередных документов.
- Ты в шкафу что, захрапела что ли? – набросилась я на горничную.
- Простите, миледи, - Ханна стыдливо потупилась. – Сама не знаю, как так получилось – облокотилась на стенку, а она заскрипела. Спасибо, что не выдали герцогу.
- Что уж там, - в комнате не было ни одного стула, поэтому я села прямо на пол и прислонилась спиной к стене. Ноги предательски дрожали, и тот факт, что мое душевное спокойствие поколебал отнюдь не испуг, а поцелуй герцога, ужасно бесил. – Ханна, надеюсь не стоит говорить, что об услышанном в кабинете, лучше молчать?
- Обижаете, - горничная присела рядом. – Леди Лорелла, позвольте мне кое-что сказать.
- Позволяю, - я устало прикрыла глаза.
- Мне кажется, вы нашему герцогу очень нравитесь.
Я презрительно фыркнула.
- Правда, правда, - поспешила заверить меня Ханна. – Если бы такое вытворила леди Бри, сомневаюсь, что он бы ее целовал. Скорее, она бы в ужасе убегала…если бы успела сбежать.
- Я не желаю ничего слышать о ГримГайле, - повысила я голос. – Или молчи, или выйди в коридор. Как знать, может герцог в коридоре караулит, проверим, простит ли он тебя.
Ханна недовольно завозилась, но промолчала. Я же уткнулась носом в колени и вопреки своему желанию улыбнулась.
Глава 7.
На ужин мой жених не явился, бросив меня на растерзание своей матушке. Герцогиню отсутствие сына нисколько не смущало – она вовсю рассказывала о прелестях драконьих невест, и будто бы невольно проводила параллель между мной и каждой из представительниц их рода.
Я ожесточенно накалывала на вилку горошины из салата и мысленно слала проклятья на голову, так называемого возлюбленного. Отчего-то, когда светлая мысль о том, чтобы пропустить незабываемое общение с леди ГримГайл посетила мою голову, герцог тут же напомнил о честном выполнении обязательств, а сам где-то скрывается. Очень хочется в путешествие, иначе бы герцогиня уже обрела союзника в срыве помолвки.
Леди ГримГайл мое скверное настроение заметила, и, пригубив вино из бокала, спросила:
- Позвольте узнать, а где же мой сын?
- Не знаю, - довольно грубо ответила я, но вовремя спохватилась и добавила: - Полагаю, у него дела.
- Вы думаете? – довольно прищурилась герцогиня. – Я же считаю по-другому.
Мысли будущей свекрови по поводу отсутствия лорда ГримГайла меня интересовали мало, но из вежливости пришлось спросить:
- И как вы считаете?
Леди ГримГайл откинулась на спинку стула и наградила меня безумно довольным взглядом, полным такого явного превосходства, что появилось жгучее желание прицельно метнуть ей в лоб ускользающие горошинки. Вместо этого я с милой улыбкой изображала жгучий интерес.
- Мне кажется, Бриар просто всерьез задумался над моими словами. Пока не поздно, пакуйте чемоданы – вас ждет дорога домой.
Я тяжело вздохнула. Хорошо бы если так, но после подслушанного из шкафа разговора, лично у меня были сомнения, что из замка удастся уехать без раскрытия тайны о своем Даре.
- Леди ГримГайл, - медленно, как для малого ребенка, произнесла я. – Мы с Бриаром любим друг друга, и не знаю, что такого должно произойти, чтобы чувства его ко мне рассыпались в прах.
О, как завернула. Не зря Дарлайн зачитывала мне наиболее чувственные моменты из любовных романов. А я еще их бесполезной макулатурой называла.
- Милочка, - с явным наслаждением процедила герцогиня. – Моему сыну ты не пара! Он старше тебя почти на полвека, богат, умен, влиятелен, красив. Ты же всю жизнь будешь выгонять из вашей постели других женщин и чувствовать значительное превосходство своего мужа. Зачем это тебе? Твой удел – обычный мужчина со средним Даром, прекрати портить нервы себе и другим людям.
