Голова кругом. Как можно одновременно бояться и хотеть одного и того же человека? Может быть все дело в том, что у меня до этого не было полноценного секса? Да, скорее всего.
Я вздохнула. Хотя, похоже было это больше на стон. Откинулась на бортик ванны, пока он целовал мою шею, грудь. А сама почти неосознанно терлась о него. Вот словно мне чего-то не хватило. Только что же все было…
-- Я хочу, чтобы ты меня любила, -- зачем-то прошептал он.
Меня словно ледяной водой окатило. Какая, к черту, любовь?! Он рабовладелец, маг и мой хозяин. Бояться, слушаться, терпеть, но не любить! Его нельзя любить! Да и у него десятки разных женщин, которых он будет трахать регулярно, пока какая-то из них благополучно не залетит от него. И все равно, уверена, что он продолжит обслуживать эту толпу девиц. И с каждой из них он так зажигает, целуется, милуется. Опыт ведь заметно сразу.
Хорошо он не заметил моих эмоций. В это время он поднялся в ванной на ноги, держа меня на весу.
-- Заниматься любовью в воде не так уж чудесно, как кажется, если не пробовал, -- пояснил свои действия он.
Аккуратно ссадил на бортик ванной, вылез из нее сам и поманил пальцем. Я послушно подошла, стараясь не думать ни о чем. Не нужно, чтобы он видел мои чувства. И снова поцелуй, уже другой, жадный, глубокий. И его руки больше не гладили, нет, он тискал, вжимал меня в себя.
Наконец он резко повернул меня спиной к себе, облокотил о ванную, в бортик которой я судорожно вцепилась. Надавил на поясницу, вынуждая прогнуться. Я закусила губу. Смешанные чувства. Как-то это унизительно. Но то что мне сейчас будет очень хорошо -- очевидно. Предвкушение присутствует еще как.
На этот раз все произошло быстро и даже как-то… жестко, пожалуй. Резкие толчки, крепкие руки, перед самым оргазмом он схватил меня за волосы, повернул голову к себе и поцеловал снова, прикусив губу.
Отпустил меня только когда успокоился сам. Чтобы я привела себя в порядок. Ради этого он даже вышел из ванной, чтобы я чувствовала себя спокойно. Благодарность, я ее испытала. Потому что он на самом деле мог и остаться. Я слышала, есть мужчины, которым нравится смотреть на то, когда женщины моются или делают какие-то интимные процедуры.
Я завернулась в полотенце и вошла в спальню. Кайл уже залез под одеяло.
-- Иди сюда скорее, -- бодро позвал он, -- завтра рано вставать, нужно выспаться и быть в форме. И да, ты же упражнялась еще в верховой езде? -- уточнил он, когда я устроилась под одеялом.
-- Да. Думаю, в отчетах это было отражено.
-- Было, точно, -- он снова меня обнял.
Постоянный физический контакт. Интересно, это ему не надоедает? Это была моя последняя мысль, ибо я пригрелась и уснула. До самого утра.
Мы ехали уже третий день. Мне, признаться, было тяжеловато. Несмотря на занятия верховой ездой, я не справлялась. Особенно это было заметно на фоне остальных участников похода; отряда охраны и молодых магов, которые определенно в седле значительно дольше меня. Вот для них это точно было увеселительной поездкой. Они с удовольствием пили по вечерам вино, лакомились снедью, купленной в проезжаемых деревнях и пели незнакомые мне песни.
Кайл веселился с ними. При этом он не скрывал своего особого ко мне отношения. Постоянно обнимал, касался, прилюдно целовал. Но, вроде бы, никто ко мне отношения не поменял, не завидовал. И правда, слишком спорным было место наложницы хранителя Мерсонереса, чтобы желать на мое место. Но и сильно сочувствовать никто не стремился.
Для них господин Кайл был объектом восхищения и преклонения. Это стало сразу заметно. Он же относился к ним искренне, спокойно, с уважением. Не было и тени пренебрежения с его стороны. Видно, что аристократ, в воспитание которого вкладывались. Взвешенный, мудрый, даже несмотря на сравнительно юный возраст. Выглядел он не старше тридцати, может быть с небольшим хвостиком.
-- Что-то ты все время такая задумчивая, -- Ная почти касалась своим сапогом моей ноги, так близко она подвела свою лошадь к моей, -- боишься?
-- А есть чего бояться? -- да, самой интересно, ибо книгу я так и не читала, по милости своего хозяина.
-- В том и дело что нет, это здорово. Единственное, что я бы не хотела, чтобы моим даром было какое-то дурацкое целительство… -- наморщила носик та.
-- А что в целительстве ужасного? -- искренне удивилась я, -- мне кажется это чудесный дар. Как у господина Кайла, кстати!
Кстати да, Кайл - целитель и менталист. Как говорят, странно для хранителя Мерсонереса. Но тот отлично справляется. Маг долго развивал себя и стал достаточно универсальным. То есть и пульсаром в лоб залепит, и глыбой камня зашибет, и подлечит после этого, угадав и почувствовав, где и что болит. Полный комплекс услуг, так скажем.
-- Ну так есть более интересные таланты, -- посмотрела на меня, точно я глупости тут говорю, Ная, -- можно творить вещи, механизмы, предсказывать будущее, строить порталы, летать, -- она неопределенно махнула свободной рукой, обозначая ну просто невообразимое количество возможностей, -- да что угодно. Вот ты бы что хотела?
-- Вернуться домой, Най.
-- Оля, -- раздраженно одернула меня она, -- хватит уже! Это невозможно. Да и все у тебя хорошо. Ты в Мерсонересе, еще и господин Кайл тебя выбрал в наложницы! Я бы совсем не отказалась от такой чести! А ты…
-- Так попросись, -- улыбнулась я, -- у него их может быть сколько угодно, полный гарем всех видов и мастей. Он, думаю, с удовольствием тебя обслужит.
-- Дура ты, Оля, -- выплюнула Ная, поджала губы и отъехала от меня в сторону.
Не знаю, чего она так. Но не стала догонять и спрашивать. Отойдет, успокоится и поговорим. Уверена, она отлично понимает, что я не хотела ее обидеть или сказать что-то не то. Стало даже интересно, почему она так эмоционально отреагировала.
Кайл объявил вечером, что завтра к закату солнца мы будем уже на месте. Он это сказал на привале, когда дежурные готовили ужин, ставили палатки.
-- Так ты думаешь, что мне безразлично, с кем спать?
Он спросил это вкрадчиво, мягко, но я чувствовала, как маг злится. Он подошел со спины, стоял близко, слишком близко, настолько, что я ощущала его дыхание. Неужели, он слышал все? С другой стороны, ну что же я такого сказала?
-- Я этого не говорила, господин.
-- Но подумала. И ты не ответила на мой прямой вопрос.
-- Нет, я не думаю, что вам безразлично, с кем спать.
Конечно не без разницы. Думаю ему нравятся симпатичные, молодые, стройные девушки. Ну логично же.
-- Чем больше ты меня злишь, тем больше я хочу тебя, -- подмигнул он, -- и тем жестче и грубее я хочу это сделать.
Я сглотнула.
-- Ты невоспитанная, наглая девка, -- он резко перехватил меня поперек груди и почти волоком потащил прочь от лагеря, -- языкастая. И совершенно глупая. Никакого почтения к старшим!
Наконец, он меня отпустил. Хотя, скорее оттолкнул от себя. Мы встретились взглядами. Ох, Кайл зол. Теперь это стало очевидно.
-- Так плохо, значит, спать со мной? Быть моей любимицей? -- сквозь зубы процедил он.
И определенно ждал ответа, вперившись в меня, буквально прожигая насквозь взглядом.
-- Я уже сотни раз говорила, что не выбирала ничего этого, -- рыкнула я в ответ, -- каждый раз поднимается эта тема, и каждый раз одно и то же. Не понимаю этой великой милости, оказаться в вашей постели! Господин! -- я выплюнула вежливое обращение с таким отвращением, на которое только была способна.
-- На колени, -- прорычал он, -- пора знать свое место.
-- Да пошел ты к дьяволу! Наложницам своим приказывай!
Он наклонил голову и сощурился. Вдруг стало страшно. И больно, что-то внутри, словно скрутилось в ужасный, саднящий узел. Ноги подкосились и я рухнула на влажную траву. Не могла даже поднять голову, чтобы посмотреть на него. Вот что значит талант менталиста. Он давил на меня изнутри, ломая, подчиняя. И делал это намеренно, больно. Урод.
Внутри меня пульсировало только одно, как же я его ненавижу. Когда же я ему, наконец, надоем и он отстанет от меня… маг стоял и смотрел на меня сверху вниз, брезгливо скривившись. Наконец он оставил мое сознание в покое, развернулся и ушел.
А я, не обращая внимание на вечернюю прохладу, влажность, свернулась на земле клубочком и позволила себе заплакать. Вот бы он про меня забыл. Прямо сейчас. Оставил тут навсегда. Я бы плакала и плакала. А потом все бы прошло. Но этого не случилось. За мной пришел один из отряда охраны, молодой маг, только вошедший в силу. Он помог мне подняться и отвел в палатку к господину.
Я утерлась, нечего ему видеть мои слезы и страдания. Меня не сломить. Успокоилась и приготовилась к дальнейшему противостоянию. Но его не было. Маг пришел через час примерно. Приказал быстро снять с себя одежду и ложиться в кровать. Точнее, на походное ее подобие -- мягкий и теплый тюфяк, плод бытовой магии. Спорить сил не было.
Проснулась оттого, что он меня трахал. Грубо, быстро, безо всяких лишних ласк. Только время от времени больно сжимал грудь и прикусывал то шею, то плечо. Быстро закончил и встал. Вытерся влажным полотенцем, бросил его на пол. Ну конечно, уберут. Оделся и вышел прочь, сообщив, что у меня есть совсем немного времени перед выездом отряда.
Гадко. Но ничего. Видимо, он уже устал от моей строптивости. Отыграется, поставит на место и оставит в покое. Так что все это к лучшему. Ну не получается у меня быть такой, какой ему нужно. С этим ничего не сделаешь.
Садиться на лошадь было откровенно больно. И я точно знаю, что это было сделано намеренно, и сейчас Кайл в курсе, что я испытываю. С трудом удержавшись от непрошенных слез я выпрямилась в седле. Не дождется.
Перст безмолвия выглядел более чем буднично. Просто большой камень и вода. Но среди магов, конечно, был ажиотаж. Искупались все. Мне не хотелось. Ни касаться воды, ни открывать в себе какие-то дары, таланты, способности. Но Ная, конечно же, затащила и меня. Она брызгалась, обливалась, смеялась.
Темнота пришла незаметно. И вот уже маги, вперемешку, и ученики, и охрана, собрались вокруг костров. Я думала это будет таинство, но ничего подобного не ощущалось. Словно обычный студенческий лагерь или поход. Я сидела с остальными учениками, было даже весело. Потихоньку запоминала их песни, повторяя несложные мотивы, ела с ними походные вкусности.
Пришел Кайл, с широкой улыбкой на лице. Он даже какое-то время посидел с нами, отвечая на вопросы о том, когда и как будут проявляться результаты нашего купания. А со стороны посмотреть -- ну какой же приятный, милый, положительный. На меня, естественно, даже не смотрел.
Но когда поднялся, чтобы уйти, протянул мне руку. Я постаралась не смотреть, не реагировать, просто приняла его помощь, поднялась и встала рядом. Кайл обнял меня за талию, увлекая за собой.
-- Ну, как я и предполагал, -- дежурным тоном сообщил маг, -- боевой маг. Без сомнения. Дар свой скоро почувствуешь сама, я пока не буду говорить раньше времени. Пусть это будет сюрпризом. Но ездили мы не зря, это очевидно уже сейчас.
И поцеловал в висок. Я вздрогнула. Не ждала от него. И мягкого тона, и ласкового поцелуя. Не думала, что он такой отходчивый.
-- Я хочу поплавать в источнике с тобой, -- он остановился, вздохнул, прижимаясь ко мне, -- давай на этот вечер объявим перемирие. Хорошо?
-- Да, господин.
Я дала ответ быстро и автоматически. Маг покачал головой.
-- Называй меня по имени, когда мы наедине, -- он поправил воротник моей куртки, -- договорились?
Кивнула.
-- Ну скажи, -- он как-то особенно улыбнулся, -- как меня зовут.
-- Кайл.
Кай. Его зовут Кай. И он может быть не таким уж и мудаком и чудовищем. Возможно, не будь всех этих обстоятельств, мы бы подружились. Или влюбились бы друг в друга и были бы счастливы. Но это перемирие лишь до утра, я знаю. Слишком хорошо знаю себя и уже немного успела изучить его.
Знаете, что самое мерзкое и ужасное в жизни боевого мага? Не знаете, я уверена. Сейчас, наверняка вам приходят в голову всякие мысли об откатах, нечаянно зашибленных друзьях, родных и неодушевленных, но крайне ценных предметах. Но вы столь же далеки от истины, как и дворник, уверенный, что управлять страной значительно проще, чем мести двор.
Физическая подготовка. Вот он ад на земле. Бежал, упал, отжался, подтянулся. И повторить много-много-много раз. Хотеть умереть можно, умирать -- нельзя. Вот и вся мотивация. Не понимаю спортсменов. Истязать себя так… ужас. И ради чего?
Ладно еще ленивый женский фитнес, бассейн там, велотренажер. Прогулки. Но здесь готовят солдат. И скачешь ты наравне с огромными мужиками. Которые, между прочим, росли на экологически чистых продуктах, вон, рожи какие широкие и румяные. И целители у них есть, а у меня шов после аппендицита на половину пуза!
Но, конечно же, это никого не волновало. Со своими аппенидицитными и прочими проблемами мне посоветовали обратиться к господину Кайлу, который с большим удовольствием меня вылечит. Он же такой замечательный, всех любит и самый лучший на свете.
Я едва под ноги себе не сплюнула, выслушивая дифирамбы этому… словом, магу. Но воспитание не позволило. Господин Кайл со мной не разговаривал. Каждый вечер вызывал в свою долбанную спальню, трахал, правда, стоит отдать должное, не грубо. Отправлял спать в собственные покои, чему я особенно рада. И благодарна, да. Ибо глаза бы мои его не видели. Показывает он где мое место, ну-ну.
-- Надрыв, -- отрешенно глядя на то, как мы с остальными боевиками ползаем по-пластунски, вещал старший ученик, -- это то, что помогает раскрыть себя, свои возможности. Без него никак. Или вы отдаете себя и растете, нарываете, закрепляете, усиливаете, или вы ничто!
Мы ползли. Мысленно матерились и ползли. А мне еще читать море литературы, и не о магии тоже, медитировать, ибо нащупать магические каналы толком так и не получается. А вечером меня начистят как самовар и все для ровно получаса у хозяина. Мне в этот момент себя было жалко до слез.
Наконец-то нас оставили в покое. Помыться, перекусить и в библиотеку, вот мой план. Я поняла из всего, что узнала об этом богом забытом государствишке, что здесь, как верно заметил Кайл, ловить мне совершенно нечего. Во-первых, с магическими способностями, которые скрыть не так просто, меня в любом случае за шкирку притащат в родной и любимый Мерсонерес. А во-вторых, первый попавшийся мужик меня присвоит и будет или иметь во все толкательно-пихательные, или просто посадит кухаркой или судомойкой. Очешуительные перспективки, ничего не скажешь.
Но есть у меня подозрение, что не во всем мире именно так. Вполне возможно что мне есть куда бежать. Правда, сделать это будет значительно сложнее, чем просто смыться из Мерсонереса. Но хоть какая-то надежда. Главное это сделать до магической инициации. Иначе хранитель Мерсонереса всегда будет знать, где я. И сможет в любой момент меня призвать. Я еще толком не разобралась в конкретном механизме этого. Но, благо, от библиотеки меня никто не отличает, да и сильно не контролирует, так что разберусь. Да и до инициации мне еще как до Китая ползком, учитывая мои феерические успехи в магическом деле. Точнее, феерическое их отсутствие.
Кайл высказался по этому поводу один раз. Мол, я из другого, не магического мира, каналы не развиты, так что только ждать и трудиться.
Я вздохнула. Хотя, похоже было это больше на стон. Откинулась на бортик ванны, пока он целовал мою шею, грудь. А сама почти неосознанно терлась о него. Вот словно мне чего-то не хватило. Только что же все было…
-- Я хочу, чтобы ты меня любила, -- зачем-то прошептал он.
Меня словно ледяной водой окатило. Какая, к черту, любовь?! Он рабовладелец, маг и мой хозяин. Бояться, слушаться, терпеть, но не любить! Его нельзя любить! Да и у него десятки разных женщин, которых он будет трахать регулярно, пока какая-то из них благополучно не залетит от него. И все равно, уверена, что он продолжит обслуживать эту толпу девиц. И с каждой из них он так зажигает, целуется, милуется. Опыт ведь заметно сразу.
Хорошо он не заметил моих эмоций. В это время он поднялся в ванной на ноги, держа меня на весу.
-- Заниматься любовью в воде не так уж чудесно, как кажется, если не пробовал, -- пояснил свои действия он.
Аккуратно ссадил на бортик ванной, вылез из нее сам и поманил пальцем. Я послушно подошла, стараясь не думать ни о чем. Не нужно, чтобы он видел мои чувства. И снова поцелуй, уже другой, жадный, глубокий. И его руки больше не гладили, нет, он тискал, вжимал меня в себя.
Наконец он резко повернул меня спиной к себе, облокотил о ванную, в бортик которой я судорожно вцепилась. Надавил на поясницу, вынуждая прогнуться. Я закусила губу. Смешанные чувства. Как-то это унизительно. Но то что мне сейчас будет очень хорошо -- очевидно. Предвкушение присутствует еще как.
На этот раз все произошло быстро и даже как-то… жестко, пожалуй. Резкие толчки, крепкие руки, перед самым оргазмом он схватил меня за волосы, повернул голову к себе и поцеловал снова, прикусив губу.
Отпустил меня только когда успокоился сам. Чтобы я привела себя в порядок. Ради этого он даже вышел из ванной, чтобы я чувствовала себя спокойно. Благодарность, я ее испытала. Потому что он на самом деле мог и остаться. Я слышала, есть мужчины, которым нравится смотреть на то, когда женщины моются или делают какие-то интимные процедуры.
Я завернулась в полотенце и вошла в спальню. Кайл уже залез под одеяло.
-- Иди сюда скорее, -- бодро позвал он, -- завтра рано вставать, нужно выспаться и быть в форме. И да, ты же упражнялась еще в верховой езде? -- уточнил он, когда я устроилась под одеялом.
-- Да. Думаю, в отчетах это было отражено.
-- Было, точно, -- он снова меня обнял.
Постоянный физический контакт. Интересно, это ему не надоедает? Это была моя последняя мысль, ибо я пригрелась и уснула. До самого утра.
*****
Мы ехали уже третий день. Мне, признаться, было тяжеловато. Несмотря на занятия верховой ездой, я не справлялась. Особенно это было заметно на фоне остальных участников похода; отряда охраны и молодых магов, которые определенно в седле значительно дольше меня. Вот для них это точно было увеселительной поездкой. Они с удовольствием пили по вечерам вино, лакомились снедью, купленной в проезжаемых деревнях и пели незнакомые мне песни.
Кайл веселился с ними. При этом он не скрывал своего особого ко мне отношения. Постоянно обнимал, касался, прилюдно целовал. Но, вроде бы, никто ко мне отношения не поменял, не завидовал. И правда, слишком спорным было место наложницы хранителя Мерсонереса, чтобы желать на мое место. Но и сильно сочувствовать никто не стремился.
Для них господин Кайл был объектом восхищения и преклонения. Это стало сразу заметно. Он же относился к ним искренне, спокойно, с уважением. Не было и тени пренебрежения с его стороны. Видно, что аристократ, в воспитание которого вкладывались. Взвешенный, мудрый, даже несмотря на сравнительно юный возраст. Выглядел он не старше тридцати, может быть с небольшим хвостиком.
-- Что-то ты все время такая задумчивая, -- Ная почти касалась своим сапогом моей ноги, так близко она подвела свою лошадь к моей, -- боишься?
-- А есть чего бояться? -- да, самой интересно, ибо книгу я так и не читала, по милости своего хозяина.
-- В том и дело что нет, это здорово. Единственное, что я бы не хотела, чтобы моим даром было какое-то дурацкое целительство… -- наморщила носик та.
-- А что в целительстве ужасного? -- искренне удивилась я, -- мне кажется это чудесный дар. Как у господина Кайла, кстати!
Кстати да, Кайл - целитель и менталист. Как говорят, странно для хранителя Мерсонереса. Но тот отлично справляется. Маг долго развивал себя и стал достаточно универсальным. То есть и пульсаром в лоб залепит, и глыбой камня зашибет, и подлечит после этого, угадав и почувствовав, где и что болит. Полный комплекс услуг, так скажем.
-- Ну так есть более интересные таланты, -- посмотрела на меня, точно я глупости тут говорю, Ная, -- можно творить вещи, механизмы, предсказывать будущее, строить порталы, летать, -- она неопределенно махнула свободной рукой, обозначая ну просто невообразимое количество возможностей, -- да что угодно. Вот ты бы что хотела?
-- Вернуться домой, Най.
-- Оля, -- раздраженно одернула меня она, -- хватит уже! Это невозможно. Да и все у тебя хорошо. Ты в Мерсонересе, еще и господин Кайл тебя выбрал в наложницы! Я бы совсем не отказалась от такой чести! А ты…
-- Так попросись, -- улыбнулась я, -- у него их может быть сколько угодно, полный гарем всех видов и мастей. Он, думаю, с удовольствием тебя обслужит.
-- Дура ты, Оля, -- выплюнула Ная, поджала губы и отъехала от меня в сторону.
Не знаю, чего она так. Но не стала догонять и спрашивать. Отойдет, успокоится и поговорим. Уверена, она отлично понимает, что я не хотела ее обидеть или сказать что-то не то. Стало даже интересно, почему она так эмоционально отреагировала.
Кайл объявил вечером, что завтра к закату солнца мы будем уже на месте. Он это сказал на привале, когда дежурные готовили ужин, ставили палатки.
-- Так ты думаешь, что мне безразлично, с кем спать?
Он спросил это вкрадчиво, мягко, но я чувствовала, как маг злится. Он подошел со спины, стоял близко, слишком близко, настолько, что я ощущала его дыхание. Неужели, он слышал все? С другой стороны, ну что же я такого сказала?
-- Я этого не говорила, господин.
-- Но подумала. И ты не ответила на мой прямой вопрос.
-- Нет, я не думаю, что вам безразлично, с кем спать.
Конечно не без разницы. Думаю ему нравятся симпатичные, молодые, стройные девушки. Ну логично же.
-- Чем больше ты меня злишь, тем больше я хочу тебя, -- подмигнул он, -- и тем жестче и грубее я хочу это сделать.
Я сглотнула.
-- Ты невоспитанная, наглая девка, -- он резко перехватил меня поперек груди и почти волоком потащил прочь от лагеря, -- языкастая. И совершенно глупая. Никакого почтения к старшим!
Наконец, он меня отпустил. Хотя, скорее оттолкнул от себя. Мы встретились взглядами. Ох, Кайл зол. Теперь это стало очевидно.
-- Так плохо, значит, спать со мной? Быть моей любимицей? -- сквозь зубы процедил он.
И определенно ждал ответа, вперившись в меня, буквально прожигая насквозь взглядом.
-- Я уже сотни раз говорила, что не выбирала ничего этого, -- рыкнула я в ответ, -- каждый раз поднимается эта тема, и каждый раз одно и то же. Не понимаю этой великой милости, оказаться в вашей постели! Господин! -- я выплюнула вежливое обращение с таким отвращением, на которое только была способна.
-- На колени, -- прорычал он, -- пора знать свое место.
-- Да пошел ты к дьяволу! Наложницам своим приказывай!
Он наклонил голову и сощурился. Вдруг стало страшно. И больно, что-то внутри, словно скрутилось в ужасный, саднящий узел. Ноги подкосились и я рухнула на влажную траву. Не могла даже поднять голову, чтобы посмотреть на него. Вот что значит талант менталиста. Он давил на меня изнутри, ломая, подчиняя. И делал это намеренно, больно. Урод.
Внутри меня пульсировало только одно, как же я его ненавижу. Когда же я ему, наконец, надоем и он отстанет от меня… маг стоял и смотрел на меня сверху вниз, брезгливо скривившись. Наконец он оставил мое сознание в покое, развернулся и ушел.
А я, не обращая внимание на вечернюю прохладу, влажность, свернулась на земле клубочком и позволила себе заплакать. Вот бы он про меня забыл. Прямо сейчас. Оставил тут навсегда. Я бы плакала и плакала. А потом все бы прошло. Но этого не случилось. За мной пришел один из отряда охраны, молодой маг, только вошедший в силу. Он помог мне подняться и отвел в палатку к господину.
Я утерлась, нечего ему видеть мои слезы и страдания. Меня не сломить. Успокоилась и приготовилась к дальнейшему противостоянию. Но его не было. Маг пришел через час примерно. Приказал быстро снять с себя одежду и ложиться в кровать. Точнее, на походное ее подобие -- мягкий и теплый тюфяк, плод бытовой магии. Спорить сил не было.
Проснулась оттого, что он меня трахал. Грубо, быстро, безо всяких лишних ласк. Только время от времени больно сжимал грудь и прикусывал то шею, то плечо. Быстро закончил и встал. Вытерся влажным полотенцем, бросил его на пол. Ну конечно, уберут. Оделся и вышел прочь, сообщив, что у меня есть совсем немного времени перед выездом отряда.
Гадко. Но ничего. Видимо, он уже устал от моей строптивости. Отыграется, поставит на место и оставит в покое. Так что все это к лучшему. Ну не получается у меня быть такой, какой ему нужно. С этим ничего не сделаешь.
Садиться на лошадь было откровенно больно. И я точно знаю, что это было сделано намеренно, и сейчас Кайл в курсе, что я испытываю. С трудом удержавшись от непрошенных слез я выпрямилась в седле. Не дождется.
Перст безмолвия выглядел более чем буднично. Просто большой камень и вода. Но среди магов, конечно, был ажиотаж. Искупались все. Мне не хотелось. Ни касаться воды, ни открывать в себе какие-то дары, таланты, способности. Но Ная, конечно же, затащила и меня. Она брызгалась, обливалась, смеялась.
Темнота пришла незаметно. И вот уже маги, вперемешку, и ученики, и охрана, собрались вокруг костров. Я думала это будет таинство, но ничего подобного не ощущалось. Словно обычный студенческий лагерь или поход. Я сидела с остальными учениками, было даже весело. Потихоньку запоминала их песни, повторяя несложные мотивы, ела с ними походные вкусности.
Пришел Кайл, с широкой улыбкой на лице. Он даже какое-то время посидел с нами, отвечая на вопросы о том, когда и как будут проявляться результаты нашего купания. А со стороны посмотреть -- ну какой же приятный, милый, положительный. На меня, естественно, даже не смотрел.
Но когда поднялся, чтобы уйти, протянул мне руку. Я постаралась не смотреть, не реагировать, просто приняла его помощь, поднялась и встала рядом. Кайл обнял меня за талию, увлекая за собой.
-- Ну, как я и предполагал, -- дежурным тоном сообщил маг, -- боевой маг. Без сомнения. Дар свой скоро почувствуешь сама, я пока не буду говорить раньше времени. Пусть это будет сюрпризом. Но ездили мы не зря, это очевидно уже сейчас.
И поцеловал в висок. Я вздрогнула. Не ждала от него. И мягкого тона, и ласкового поцелуя. Не думала, что он такой отходчивый.
-- Я хочу поплавать в источнике с тобой, -- он остановился, вздохнул, прижимаясь ко мне, -- давай на этот вечер объявим перемирие. Хорошо?
-- Да, господин.
Я дала ответ быстро и автоматически. Маг покачал головой.
-- Называй меня по имени, когда мы наедине, -- он поправил воротник моей куртки, -- договорились?
Кивнула.
-- Ну скажи, -- он как-то особенно улыбнулся, -- как меня зовут.
-- Кайл.
Кай. Его зовут Кай. И он может быть не таким уж и мудаком и чудовищем. Возможно, не будь всех этих обстоятельств, мы бы подружились. Или влюбились бы друг в друга и были бы счастливы. Но это перемирие лишь до утра, я знаю. Слишком хорошо знаю себя и уже немного успела изучить его.
Глава 4 Великий дар, господин Ирвин и яичница
Знаете, что самое мерзкое и ужасное в жизни боевого мага? Не знаете, я уверена. Сейчас, наверняка вам приходят в голову всякие мысли об откатах, нечаянно зашибленных друзьях, родных и неодушевленных, но крайне ценных предметах. Но вы столь же далеки от истины, как и дворник, уверенный, что управлять страной значительно проще, чем мести двор.
Физическая подготовка. Вот он ад на земле. Бежал, упал, отжался, подтянулся. И повторить много-много-много раз. Хотеть умереть можно, умирать -- нельзя. Вот и вся мотивация. Не понимаю спортсменов. Истязать себя так… ужас. И ради чего?
Ладно еще ленивый женский фитнес, бассейн там, велотренажер. Прогулки. Но здесь готовят солдат. И скачешь ты наравне с огромными мужиками. Которые, между прочим, росли на экологически чистых продуктах, вон, рожи какие широкие и румяные. И целители у них есть, а у меня шов после аппендицита на половину пуза!
Но, конечно же, это никого не волновало. Со своими аппенидицитными и прочими проблемами мне посоветовали обратиться к господину Кайлу, который с большим удовольствием меня вылечит. Он же такой замечательный, всех любит и самый лучший на свете.
Я едва под ноги себе не сплюнула, выслушивая дифирамбы этому… словом, магу. Но воспитание не позволило. Господин Кайл со мной не разговаривал. Каждый вечер вызывал в свою долбанную спальню, трахал, правда, стоит отдать должное, не грубо. Отправлял спать в собственные покои, чему я особенно рада. И благодарна, да. Ибо глаза бы мои его не видели. Показывает он где мое место, ну-ну.
-- Надрыв, -- отрешенно глядя на то, как мы с остальными боевиками ползаем по-пластунски, вещал старший ученик, -- это то, что помогает раскрыть себя, свои возможности. Без него никак. Или вы отдаете себя и растете, нарываете, закрепляете, усиливаете, или вы ничто!
Мы ползли. Мысленно матерились и ползли. А мне еще читать море литературы, и не о магии тоже, медитировать, ибо нащупать магические каналы толком так и не получается. А вечером меня начистят как самовар и все для ровно получаса у хозяина. Мне в этот момент себя было жалко до слез.
Наконец-то нас оставили в покое. Помыться, перекусить и в библиотеку, вот мой план. Я поняла из всего, что узнала об этом богом забытом государствишке, что здесь, как верно заметил Кайл, ловить мне совершенно нечего. Во-первых, с магическими способностями, которые скрыть не так просто, меня в любом случае за шкирку притащат в родной и любимый Мерсонерес. А во-вторых, первый попавшийся мужик меня присвоит и будет или иметь во все толкательно-пихательные, или просто посадит кухаркой или судомойкой. Очешуительные перспективки, ничего не скажешь.
Но есть у меня подозрение, что не во всем мире именно так. Вполне возможно что мне есть куда бежать. Правда, сделать это будет значительно сложнее, чем просто смыться из Мерсонереса. Но хоть какая-то надежда. Главное это сделать до магической инициации. Иначе хранитель Мерсонереса всегда будет знать, где я. И сможет в любой момент меня призвать. Я еще толком не разобралась в конкретном механизме этого. Но, благо, от библиотеки меня никто не отличает, да и сильно не контролирует, так что разберусь. Да и до инициации мне еще как до Китая ползком, учитывая мои феерические успехи в магическом деле. Точнее, феерическое их отсутствие.
Кайл высказался по этому поводу один раз. Мол, я из другого, не магического мира, каналы не развиты, так что только ждать и трудиться.
