- Я, правда, хотела бы помочь, но… Женю видела только по видеосвязи. Когда он требовал показать, что мы живы. Все обычно происходило так быстро… И где его держат – тоже не знаю, - у женщины задрожали губы, но она сдержалась.
- Ничего. Нашли его медальон – найдем и его самого, - Грозный подошел и протянул женщине найденную цепочку, - держите пока у себя.
- Простите, а можно я посмотрю? Я верну, честно, - сама не зная зачем, Вета просительно посмотрела на Киру, - я просто таких никогда не видела.
- Конечно, смотри, - женщина кивнула и сосредоточила все свое внимание на ребенке. Девочка ела жадно, похныкивая, и едва не давясь.
Держа в ладони медальон и с любопытством его рассматривая, Вета склонилась над столешницей. Собиралась налить заваренный чай в чашку, чтоб быстрее остыл. Потом поднесла цепочку ближе к лампе, с интересом повертела пластинку.
- Костя, а что такое «сорок одна тысяча восемьсот»? Какой-то номер части? Или сумма?
- Где?
- Тут выцарапано мелкими цифрами.
Единым слаженным движением мужчины шагнули к девушке с обеих сторон.
- Вот тут. Еле видно, но это же цифры?
Склонившиеся над медальоном мужчины подняли друг на друга глаза.
- Частота! – словно озарение рявкнули оба.
- Веснушка, ты – чудо, - неожиданно развернув девушку к себе, Грозный поцеловал ее крепким коротким поцелуем, - Костя, ко мне в кабинет. Рация там. Девочки, вам закончить с ужином и спать. Меня не жди, ложись, - шепнул он Вете на ухо и быстро вышел в сопровождении друга.
- Красивый у тебя муж, - нарушила затянувшееся молчание Кира.
- Он – не муж. Мы… встречаемся. – отчего-то смутилась Вета.
- Думаю, это ненадолго. Мне кажется он из той же категории, что и мой Женя: если найдет свое – то не отпустит. Никогда и ни за что. Спасибо за ужин. Пожалуй, Костя прав, нам не стоит переедать. Хотя очень хочется. Никогда не думала, что голод – это настолько мучительно, - дрогнувшим голосом произнесла Кира.
- Пойдем, я провожу вас в комнату. Если что-то понадобится – спокойно спускайся на кухню или зови меня.
- После душа и еды, чистая постель – это единственное, чего хочется, - слабо улыбнулась бывшая узница.
- Завтра, когда вы выспитесь, мы закажем тебе и малышке одежду с доставкой. Все будет совсем замечательно, - ободряюще улыбнулась Вета.
- Одежда — это ерунда. Лишь бы с моим Женей ничего не случилось. За него сердце болит. Те люди – они звери! – в глазах Киры мелькнул ужас.
- Не думай больше о плохом. Не нужно. Вы с дочкой теперь в безопасности. А ребята постараются помочь твоему мужу тоже. Пока просто ложитесь спать.
- Спокойной ночи, - гостья, прижимая к себе засыпающего ребенка, скрылась за дверью комнаты.
Не зная куда себя деть, Вета решила вернуться на кухню, чтобы навести там порядок. И похолодела от ужаса, когда, стоя внизу у лестницы, увидела проходящего через гостиную Грозного. Привычным движением застегивающего бронежилет поверх футболки. Вместо домашних на нем были армейские штаны, а на бедре застегнута кобура с пистолетом. Грубые ботинки дополняли образ человека, готовящегося к неприятностям крупного калибра. Вета замерла, невольно поднеся ладонь ко рту. Все тело сковало от страха.
- Малышка, ты почему еще не спишь? – рыкнул он на девушку и, изменив траекторию, подошел широким шагом.
- Ты… Это что такое? – задрожавшие пальцы осторожно потрогали черные пластины жилета.
- Нам нужно отъехать. Это просто меры безопасности. Костя бывает таким параноиком, - беспечно ухмыльнулся Грозный.
- Ваня… - она чувствовала себя маленькой, испуганной и слезливой. Нужно было держаться, но получалось не очень.
- Так, Веснушка, я тебя сейчас поцелую, потом ты разворачиваешься и несешь свою красивую попку в спальню. Ложишься спать и ни о чем не беспокоишься. А мужчины идут делать свою работу.
- Но…
- Никаких «но». Сугубо как я сказал: поцелуй-кровать-сон. Приду – проверю.
- Я у тебя такая трусиха. Прости, пожалуйста, - шмыгнула веснушчатый нос.
- Много болтаешь, женщина, – усмехнулся и накрыл ее губы в глубоком сладком поцелуе.
- Вань, время, - окликнул его Костя, - «Паучара» уже на месте.
Грозный нехотя разорвал поцелуй, после чего развернул обмякшее женское тело и мягко шлепнул по попе, указывая направление в сторону лестницы.
- Костя, а кто такой «Паучара»? – не выдержала Вета.
- Снайпер. А что? Познакомить? – задорно подмигнул безопасник.
- Да!
- Нет! – рявкнул Грозный, - он такой бабник, что я его на пушечный выстрел не подпущу.
- Кто бы говорил, - усмехнулся Костя, направляясь к дверям. Пора было делать работу.
Вета не смотрела на часы, чтобы не нервничать еще больше. Она просто ждала в гостиной, приготовив аптечку и полотенца. Как можно лечь спать, когда твой мужчина ушел в неизвестность с оружием в руках? Хотя внутри все сладко замирало при мысли о том, что Демон – ее мужчина. Он – такой гордый, независимый, пошло-грубоватый и вдруг – ее. Это было так пугающе и одновременно прекрасно, что сердце сладко замирало, а потом срывалось в галоп.
И становилось страшно вдвойне. А вдруг что-то случится и то хрупко-прекрасное, что только зарождалось между ними, может внезапно оборваться? Нет-нет и нет! Она не должна об этом думать. Ни за что! Все будет хорошо. Все должно быть хорошо. Потому что Демон пообещал. Он не соврет. Не должен. Только не ей.
Как Вета не крепилась, но бодрствовать у нее не получилось. Она задремала на диванчике, утомленная насыщенным днем и не менее насыщенной ночью, которая к тому же никак не хотела кончаться.
Разбудили ее мужские голоса, которые пытались говорить тихо.
- Давай, Жека, проходи. Вот так, аккуратнее.
- Да я нормальный, командир. Не дергайся…
- А то я не вижу.
- Волчара, ну хоть ты ему скажи...
- Да расслабься ты. Уже отгеройствовал. Со сломанной рукой полез…
Вета подняла от подушки голову, изо всех сил пытаясь разлепить веки.
- Вета, твою…! - рявкнул Грозный. - Я кому сказал?
- Ой, не рычи, - отмахнулась девушка.
Не обращая внимания на рявканье, она поднялась с дивана, расправляя затекшие плечи.
- Мамочки, это что за небесное создание? – на нее с порога смотрел крепкий плечистый мужчина с каштановыми волосами и широким добродушным лицом.
- Мое. Даже не рыпайся, - зыркнул Грозный.
- Уже и спросить нельзя?
- Ничего нельзя.
- Что тут у нас? – Вета подошла и пытливо посмотрела на мужчину. Он, прислонившись к стене, как-то бережно баюкал руку, - давайте осмотрю.
- Да что ему, лосю здоровому, сделается?
- Отойдите все! Вы загораживаете свет, - рявкнула Вета.
- Ух, какая грозная! – восхитился еще один мужчина помоложе, которого она поначалу не заметила. По сравнению с плечистым окружением он выглядел стройно-изящным, с копной ярко-рыжих кудрей, которые прятались за странной комканной шапкой.
- Вас тоже касается. Даже несмотря на волосы цвета осенней листвы.
- Э… что? – незнакомец растерянно захлопал глазами.
- Паучара, три шага назад. Иначе она нас сейчас взашей вытолкает, - усмехнулся Костя, увлекая гостя за собой.
- Дайте же хоть познакомиться! Меня так красиво еще никто не называл. Милая барышня, я – Дмитрий, - он по-мальчишески задорно улыбнулся.
- Сел в самом дальнем углу. Иначе, ты – смертник, - вперил в него свой знаменитый взгляд Грозецкий, попутно расстегивая бронник. Посмеивающийся Костя уже снял свой жилет и сбросил у дивана.
- Командир, так я ж ничего…
- Шагом марш! Иди налей лучше выпить.
- Так, мне здесь неудобно. И я вижу, что что вас еще бок беспокоит. Пойдемте лучше на кухню. Там больше света и удобнее будет промыть рану.
Мужчина удивленно посмотрел на Вету, но послушно отлепился от стены и беспрекословно последовал за ней. Могучая кучка, едва успевшая налить янтарной жидкости в толстостенные бокалы, недоуменно проследила за обоими.
- Что за… - пробормотал Грозный, сам не замечая, как ноги несут его в сторону кухни. Товарищам ничего не оставалось как потянуться вслед за его спиной. Кто с понимающей улыбкой. А кто-то – с искренним восхищением в глазах.
Она усадила незнакомца на стул и присела рядом, поставив на столешницу прихваченную аптечку и стопку полотенец.
- Давайте знакомиться. Я – Елизавета, но лучше Вета.
- Женя.
- Вы муж Киры? Я правильно понимаю?
- Да. Мужики сказали, что вытащили моих девочек. Как они?
- Накормленные и спят. Не переживайте, с ними все хорошо. А вот у вас я смотрю не очень. Что с рукой? - Она внимательно посмотрела на опухшую конечность.
- Перелом.
- Рентген сделали?
- Да ему уже дней 10. Потерплю до завтра. Мужики, итак, невозможное сотворили, когда меня сегодня вытащили.
- Тогда давайте так: я зафиксирую временной шиной, вколю вам антибиотик и обезболивающее, чтоб вы отдохнули. Но завтра утром – рентген, врач и гипс.
- А можно я вместо обезбола с мужиками за встречу хряпну? Потом хоть шины, хоть колеса… - мужчина скорчил умоляющую рожицу.
- Но …
- Кудряш, разреши. Сегодня ему можно, - подал голос Костя, стоя за спиной вошедшего первым Грозного.
- Хм… хорошо. А с боком что? Я вижу, что вас тянет на одну сторону.
- Вот глазастая, - добродушно улыбнулся Феникс, - там царапина.
- Снимайте рубашку. Я осмотрю.
- Веснушка?
- Какие-то возражения? – холодно полыхнули синие глаза. В очередной раз заставив Грозного изумленно замолчать. А Костю – рассмеяться.
- Милая Вета, а меня осмотрите? Я вот прямо сейчас майку сниму, - нахально улыбнулся Паучара.
- Я с тебя сейчас шкуру сниму, - негромко произнес Грозный, чуть поубавив пыл у рыжего нахала.
- Жека, заголяйся, продукт стынет, - Костя поставил на столешницу пузатую бутылку и пару стаканов.
Мужчина беспрекословно подчинился. Если бы у Веты за плечами не было учебы и практики в больницах, она наверняка бы разревелась. Крепкий торс был покрыт многочисленными синяками и ссадинами. Навскидку можно было предположить, как минимум, трещины в ребрах. В том, что его целенаправленно били не приходилось сомневаться. Сосредоточенно нахмурив брови, Вета смочила одно из полотенец, промыла рваную, но, к счастью, неглубокую рану на боку. Обработала и заклеила широким пластырем. Так же быстро и умело ощупала руку и наложила шины.
Все это время мужчины стояли в дальнем конце кухне, деловито обследуя содержимое холодильника.
- Можете уже выпить, - махнула она рукой и отошла к раковине, чтобы набрать в шприцы лекарство.
Костя с Грозным направились к другу, а хозяйственный снайпер потянул с полки холодильника кастрюлю.
- А тут что?
- А ну поставил на место, - рявкнул, как ни странно, Костя, - это наш борщ. Неприкосновенный. Даже не смотри в ту сторону.
- Как - борщ?! – простонал Паучара, - тот самый?
- Малышка его для нас варит. Убрал свои грязные ручищи.
- Вета, милая. Ну хоть вы им скажите! Я же сейчас подавлюсь слюной и упаду прямо к вашим ногам. Сжальтесь, прекраснейшая, - умудрившись сложить темно-рыжие брови домиком, Паучара сжимал кастрюлю, как вновь обретенного брата-близнеца.
- Если вам нужно мое разрешение, то у вас оно есть, - она не сдержала улыбки.
- Божественная! Я покорен! Я ваш навеки! – рыжий раскланялся с кастрюлей в руках, заставив Вету прыснуть от смеха.
- Ребят, вам помочь накрыть на стол?
- Справимся. Оставь шприцы, мы Жеке лекарство сами вколем. Иди отдыхать. Совсем вымоталась, - ничуть не стыдясь посторонних, Грозный подошел и нежно погладил ее щеку костяшками пальцев. После чего мягко коснулся губами ее губ. Подумав, обнял ее за плечи и вывел из кухни. После чего у подножья лестницы поцеловал глубоко и долго. Так как хотел.
- С тобой точно все в порядке? Ты не ранен?
- Нет, малышка. Все хорошо. Иди отдыхай, хотя уже утро. Длинная ночь вышла, да? – он так многозначительно посмотрел, что она невольно вспыхнула и опустила глаза.
- Прекрати.
- Я рад, что ты была рядом все это время. И спасибо за помощь Жеке и его девочкам.
- Мне было нетрудно, - она пожала плечами.
- Я знал, что ты – сокровище. Но сегодня еще раз убедился. Иди отдыхай, мое солнышко.
- Обещай, что завтра все расскажешь? А то любопытство будет кусать меня за пятки, - девушка смешно сморщила веснушчатый нос. И была немедленно в этот нос поцелована.
- Обещаю. Беги отдыхать.
Вета думала, что не уснет. Но как оказалось у всего есть предел, даже у ее выносливости. Едва только голова коснулась подушки, как она мгновенно провалилась в сон. Не слышала ни как мужчины шумно праздновали удачную операцию, ни как Феникс поднялся к своим девочкам, вызвав громкие слезы: радости у одной и испуга у маленькой.
Не проснулась Вета даже когда ее подняли с кровати и, как законную добычу, унесли в соседнюю комнату. Не разбудил последовавший за этим легкий поцелуй с привкусом алкоголя. Она лишь заворочалась, устраиваясь поудобнее на мужском плече. Вызвав одобрительный смешок, когда собственническим жестом закинула ногу Грозному на бедро.
Мужчина счастливо выдохнул. Теперь все точно будет хорошо. Они с Костей вырвали у Маркова такие козыри, что его проигрыш – дело ближайшего будущего. Хотя расслабляться рано: загнанная крыса бывает опаснее хищников.
Все это завтра. Сейчас ему хочется обнимать нежное тело своей девочки. Ради нее, ее тепла, ее улыбки он готов драться с утроенным остервенением.
Грозный не стал будить малышку. Проспав несколько часов, осторожно встал с кровати. Уже зная ее чуткий сон, прихватил домашнюю одежду и ушел в другую комнату принять душ. Освежившись, спустился вниз, где застал на кухне Костю и семейство Феникса в полном составе.
Кира с сияющими глазами хлопотала возле мужа, который держал дочь на руках, скупо, но счастливо, улыбаясь.
И вот удивительное дело: Грозный был рад видеть друга с семьей живыми и невредимыми. Но то, что посторонняя женщина хлопотала на кухне Веснушки, вызвало укол раздражения.
- Командир, приветствую! - открыто улыбнулся Феникс, помахивая свежим гипсом. Костя, не дожидаясь указаний, свозил друга больницу.
- Как ты, Жека?
- Готов к труду и обороне.
- Готов будешь, когда рука срастется.
- Иван, вам сделать кофе? – смущаясь, спросила Кира.
- Вполне могу сам.
- Просто я не знаю, как вас отблагодарить. Могу приготовить что-то. Только скажите, - стушевалась женщина.
- Кофе будет вполне достаточно, - скупо улыбнулся Грозный, удерживая раздражение.
В отличие от командира, Жека за столом наворачивал яичницу с беконом, умудряясь одновременно скармливать дочке банан.
- Как Вета? – негромко спросил Костя, прихлебывая кофе.
- Спит. Я не стал будить. Ночь вчера была не из простых.
- А у тебя еще и насыщенная, да? То-то рожа сияет.
- Не твое дело, - рыкнул Грозный.
- Молчу. Завидую и молчу.
- Всем позднее доброе утро! А где синеглазая? – на пороге стоял Паучара, сияя как всегда довольной рожей.
- Ты что тут делаешь? Уезжать же собирался.
- Да я с мужиками в охранном доме заболтался, так и остался ночевать. У них там пару комнат свободные.
- Врешь и не подпрыгиваешь.
- А что такого? Вы мне так расписывали свои завтраки, что я решил погостить. Давно не виделись, соскучился по вашим лицам. И некоторым мордам.
- Доброе утро. Хотя скорее – уже день, – раздалось с порога. Грозный вскинулся, шагнув к своей девочке быстрее, чем успел подумать об этом.
- Веснушка, ты чего вскочила? – руки сами потянулись к ней, недвусмысленно обозначая ее принадлежность, - не отдохнула же совсем.
- Ничего. Нашли его медальон – найдем и его самого, - Грозный подошел и протянул женщине найденную цепочку, - держите пока у себя.
- Простите, а можно я посмотрю? Я верну, честно, - сама не зная зачем, Вета просительно посмотрела на Киру, - я просто таких никогда не видела.
- Конечно, смотри, - женщина кивнула и сосредоточила все свое внимание на ребенке. Девочка ела жадно, похныкивая, и едва не давясь.
Держа в ладони медальон и с любопытством его рассматривая, Вета склонилась над столешницей. Собиралась налить заваренный чай в чашку, чтоб быстрее остыл. Потом поднесла цепочку ближе к лампе, с интересом повертела пластинку.
- Костя, а что такое «сорок одна тысяча восемьсот»? Какой-то номер части? Или сумма?
- Где?
- Тут выцарапано мелкими цифрами.
Единым слаженным движением мужчины шагнули к девушке с обеих сторон.
- Вот тут. Еле видно, но это же цифры?
Склонившиеся над медальоном мужчины подняли друг на друга глаза.
- Частота! – словно озарение рявкнули оба.
- Веснушка, ты – чудо, - неожиданно развернув девушку к себе, Грозный поцеловал ее крепким коротким поцелуем, - Костя, ко мне в кабинет. Рация там. Девочки, вам закончить с ужином и спать. Меня не жди, ложись, - шепнул он Вете на ухо и быстро вышел в сопровождении друга.
- Красивый у тебя муж, - нарушила затянувшееся молчание Кира.
- Он – не муж. Мы… встречаемся. – отчего-то смутилась Вета.
- Думаю, это ненадолго. Мне кажется он из той же категории, что и мой Женя: если найдет свое – то не отпустит. Никогда и ни за что. Спасибо за ужин. Пожалуй, Костя прав, нам не стоит переедать. Хотя очень хочется. Никогда не думала, что голод – это настолько мучительно, - дрогнувшим голосом произнесла Кира.
- Пойдем, я провожу вас в комнату. Если что-то понадобится – спокойно спускайся на кухню или зови меня.
- После душа и еды, чистая постель – это единственное, чего хочется, - слабо улыбнулась бывшая узница.
- Завтра, когда вы выспитесь, мы закажем тебе и малышке одежду с доставкой. Все будет совсем замечательно, - ободряюще улыбнулась Вета.
- Одежда — это ерунда. Лишь бы с моим Женей ничего не случилось. За него сердце болит. Те люди – они звери! – в глазах Киры мелькнул ужас.
- Не думай больше о плохом. Не нужно. Вы с дочкой теперь в безопасности. А ребята постараются помочь твоему мужу тоже. Пока просто ложитесь спать.
- Спокойной ночи, - гостья, прижимая к себе засыпающего ребенка, скрылась за дверью комнаты.
Не зная куда себя деть, Вета решила вернуться на кухню, чтобы навести там порядок. И похолодела от ужаса, когда, стоя внизу у лестницы, увидела проходящего через гостиную Грозного. Привычным движением застегивающего бронежилет поверх футболки. Вместо домашних на нем были армейские штаны, а на бедре застегнута кобура с пистолетом. Грубые ботинки дополняли образ человека, готовящегося к неприятностям крупного калибра. Вета замерла, невольно поднеся ладонь ко рту. Все тело сковало от страха.
- Малышка, ты почему еще не спишь? – рыкнул он на девушку и, изменив траекторию, подошел широким шагом.
- Ты… Это что такое? – задрожавшие пальцы осторожно потрогали черные пластины жилета.
- Нам нужно отъехать. Это просто меры безопасности. Костя бывает таким параноиком, - беспечно ухмыльнулся Грозный.
- Ваня… - она чувствовала себя маленькой, испуганной и слезливой. Нужно было держаться, но получалось не очень.
- Так, Веснушка, я тебя сейчас поцелую, потом ты разворачиваешься и несешь свою красивую попку в спальню. Ложишься спать и ни о чем не беспокоишься. А мужчины идут делать свою работу.
- Но…
- Никаких «но». Сугубо как я сказал: поцелуй-кровать-сон. Приду – проверю.
- Я у тебя такая трусиха. Прости, пожалуйста, - шмыгнула веснушчатый нос.
- Много болтаешь, женщина, – усмехнулся и накрыл ее губы в глубоком сладком поцелуе.
- Вань, время, - окликнул его Костя, - «Паучара» уже на месте.
Грозный нехотя разорвал поцелуй, после чего развернул обмякшее женское тело и мягко шлепнул по попе, указывая направление в сторону лестницы.
- Костя, а кто такой «Паучара»? – не выдержала Вета.
- Снайпер. А что? Познакомить? – задорно подмигнул безопасник.
- Да!
- Нет! – рявкнул Грозный, - он такой бабник, что я его на пушечный выстрел не подпущу.
- Кто бы говорил, - усмехнулся Костя, направляясь к дверям. Пора было делать работу.
Глава 28.
Вета не смотрела на часы, чтобы не нервничать еще больше. Она просто ждала в гостиной, приготовив аптечку и полотенца. Как можно лечь спать, когда твой мужчина ушел в неизвестность с оружием в руках? Хотя внутри все сладко замирало при мысли о том, что Демон – ее мужчина. Он – такой гордый, независимый, пошло-грубоватый и вдруг – ее. Это было так пугающе и одновременно прекрасно, что сердце сладко замирало, а потом срывалось в галоп.
И становилось страшно вдвойне. А вдруг что-то случится и то хрупко-прекрасное, что только зарождалось между ними, может внезапно оборваться? Нет-нет и нет! Она не должна об этом думать. Ни за что! Все будет хорошо. Все должно быть хорошо. Потому что Демон пообещал. Он не соврет. Не должен. Только не ей.
Как Вета не крепилась, но бодрствовать у нее не получилось. Она задремала на диванчике, утомленная насыщенным днем и не менее насыщенной ночью, которая к тому же никак не хотела кончаться.
Разбудили ее мужские голоса, которые пытались говорить тихо.
- Давай, Жека, проходи. Вот так, аккуратнее.
- Да я нормальный, командир. Не дергайся…
- А то я не вижу.
- Волчара, ну хоть ты ему скажи...
- Да расслабься ты. Уже отгеройствовал. Со сломанной рукой полез…
Вета подняла от подушки голову, изо всех сил пытаясь разлепить веки.
- Вета, твою…! - рявкнул Грозный. - Я кому сказал?
- Ой, не рычи, - отмахнулась девушка.
Не обращая внимания на рявканье, она поднялась с дивана, расправляя затекшие плечи.
- Мамочки, это что за небесное создание? – на нее с порога смотрел крепкий плечистый мужчина с каштановыми волосами и широким добродушным лицом.
- Мое. Даже не рыпайся, - зыркнул Грозный.
- Уже и спросить нельзя?
- Ничего нельзя.
- Что тут у нас? – Вета подошла и пытливо посмотрела на мужчину. Он, прислонившись к стене, как-то бережно баюкал руку, - давайте осмотрю.
- Да что ему, лосю здоровому, сделается?
- Отойдите все! Вы загораживаете свет, - рявкнула Вета.
- Ух, какая грозная! – восхитился еще один мужчина помоложе, которого она поначалу не заметила. По сравнению с плечистым окружением он выглядел стройно-изящным, с копной ярко-рыжих кудрей, которые прятались за странной комканной шапкой.
- Вас тоже касается. Даже несмотря на волосы цвета осенней листвы.
- Э… что? – незнакомец растерянно захлопал глазами.
- Паучара, три шага назад. Иначе она нас сейчас взашей вытолкает, - усмехнулся Костя, увлекая гостя за собой.
- Дайте же хоть познакомиться! Меня так красиво еще никто не называл. Милая барышня, я – Дмитрий, - он по-мальчишески задорно улыбнулся.
- Сел в самом дальнем углу. Иначе, ты – смертник, - вперил в него свой знаменитый взгляд Грозецкий, попутно расстегивая бронник. Посмеивающийся Костя уже снял свой жилет и сбросил у дивана.
- Командир, так я ж ничего…
- Шагом марш! Иди налей лучше выпить.
- Так, мне здесь неудобно. И я вижу, что что вас еще бок беспокоит. Пойдемте лучше на кухню. Там больше света и удобнее будет промыть рану.
Мужчина удивленно посмотрел на Вету, но послушно отлепился от стены и беспрекословно последовал за ней. Могучая кучка, едва успевшая налить янтарной жидкости в толстостенные бокалы, недоуменно проследила за обоими.
- Что за… - пробормотал Грозный, сам не замечая, как ноги несут его в сторону кухни. Товарищам ничего не оставалось как потянуться вслед за его спиной. Кто с понимающей улыбкой. А кто-то – с искренним восхищением в глазах.
Она усадила незнакомца на стул и присела рядом, поставив на столешницу прихваченную аптечку и стопку полотенец.
- Давайте знакомиться. Я – Елизавета, но лучше Вета.
- Женя.
- Вы муж Киры? Я правильно понимаю?
- Да. Мужики сказали, что вытащили моих девочек. Как они?
- Накормленные и спят. Не переживайте, с ними все хорошо. А вот у вас я смотрю не очень. Что с рукой? - Она внимательно посмотрела на опухшую конечность.
- Перелом.
- Рентген сделали?
- Да ему уже дней 10. Потерплю до завтра. Мужики, итак, невозможное сотворили, когда меня сегодня вытащили.
- Тогда давайте так: я зафиксирую временной шиной, вколю вам антибиотик и обезболивающее, чтоб вы отдохнули. Но завтра утром – рентген, врач и гипс.
- А можно я вместо обезбола с мужиками за встречу хряпну? Потом хоть шины, хоть колеса… - мужчина скорчил умоляющую рожицу.
- Но …
- Кудряш, разреши. Сегодня ему можно, - подал голос Костя, стоя за спиной вошедшего первым Грозного.
- Хм… хорошо. А с боком что? Я вижу, что вас тянет на одну сторону.
- Вот глазастая, - добродушно улыбнулся Феникс, - там царапина.
- Снимайте рубашку. Я осмотрю.
- Веснушка?
- Какие-то возражения? – холодно полыхнули синие глаза. В очередной раз заставив Грозного изумленно замолчать. А Костю – рассмеяться.
- Милая Вета, а меня осмотрите? Я вот прямо сейчас майку сниму, - нахально улыбнулся Паучара.
- Я с тебя сейчас шкуру сниму, - негромко произнес Грозный, чуть поубавив пыл у рыжего нахала.
- Жека, заголяйся, продукт стынет, - Костя поставил на столешницу пузатую бутылку и пару стаканов.
Мужчина беспрекословно подчинился. Если бы у Веты за плечами не было учебы и практики в больницах, она наверняка бы разревелась. Крепкий торс был покрыт многочисленными синяками и ссадинами. Навскидку можно было предположить, как минимум, трещины в ребрах. В том, что его целенаправленно били не приходилось сомневаться. Сосредоточенно нахмурив брови, Вета смочила одно из полотенец, промыла рваную, но, к счастью, неглубокую рану на боку. Обработала и заклеила широким пластырем. Так же быстро и умело ощупала руку и наложила шины.
Все это время мужчины стояли в дальнем конце кухне, деловито обследуя содержимое холодильника.
- Можете уже выпить, - махнула она рукой и отошла к раковине, чтобы набрать в шприцы лекарство.
Костя с Грозным направились к другу, а хозяйственный снайпер потянул с полки холодильника кастрюлю.
- А тут что?
- А ну поставил на место, - рявкнул, как ни странно, Костя, - это наш борщ. Неприкосновенный. Даже не смотри в ту сторону.
- Как - борщ?! – простонал Паучара, - тот самый?
- Малышка его для нас варит. Убрал свои грязные ручищи.
- Вета, милая. Ну хоть вы им скажите! Я же сейчас подавлюсь слюной и упаду прямо к вашим ногам. Сжальтесь, прекраснейшая, - умудрившись сложить темно-рыжие брови домиком, Паучара сжимал кастрюлю, как вновь обретенного брата-близнеца.
- Если вам нужно мое разрешение, то у вас оно есть, - она не сдержала улыбки.
- Божественная! Я покорен! Я ваш навеки! – рыжий раскланялся с кастрюлей в руках, заставив Вету прыснуть от смеха.
- Ребят, вам помочь накрыть на стол?
- Справимся. Оставь шприцы, мы Жеке лекарство сами вколем. Иди отдыхать. Совсем вымоталась, - ничуть не стыдясь посторонних, Грозный подошел и нежно погладил ее щеку костяшками пальцев. После чего мягко коснулся губами ее губ. Подумав, обнял ее за плечи и вывел из кухни. После чего у подножья лестницы поцеловал глубоко и долго. Так как хотел.
- С тобой точно все в порядке? Ты не ранен?
- Нет, малышка. Все хорошо. Иди отдыхай, хотя уже утро. Длинная ночь вышла, да? – он так многозначительно посмотрел, что она невольно вспыхнула и опустила глаза.
- Прекрати.
- Я рад, что ты была рядом все это время. И спасибо за помощь Жеке и его девочкам.
- Мне было нетрудно, - она пожала плечами.
- Я знал, что ты – сокровище. Но сегодня еще раз убедился. Иди отдыхай, мое солнышко.
- Обещай, что завтра все расскажешь? А то любопытство будет кусать меня за пятки, - девушка смешно сморщила веснушчатый нос. И была немедленно в этот нос поцелована.
- Обещаю. Беги отдыхать.
Глава 29.
Вета думала, что не уснет. Но как оказалось у всего есть предел, даже у ее выносливости. Едва только голова коснулась подушки, как она мгновенно провалилась в сон. Не слышала ни как мужчины шумно праздновали удачную операцию, ни как Феникс поднялся к своим девочкам, вызвав громкие слезы: радости у одной и испуга у маленькой.
Не проснулась Вета даже когда ее подняли с кровати и, как законную добычу, унесли в соседнюю комнату. Не разбудил последовавший за этим легкий поцелуй с привкусом алкоголя. Она лишь заворочалась, устраиваясь поудобнее на мужском плече. Вызвав одобрительный смешок, когда собственническим жестом закинула ногу Грозному на бедро.
Мужчина счастливо выдохнул. Теперь все точно будет хорошо. Они с Костей вырвали у Маркова такие козыри, что его проигрыш – дело ближайшего будущего. Хотя расслабляться рано: загнанная крыса бывает опаснее хищников.
Все это завтра. Сейчас ему хочется обнимать нежное тело своей девочки. Ради нее, ее тепла, ее улыбки он готов драться с утроенным остервенением.
Грозный не стал будить малышку. Проспав несколько часов, осторожно встал с кровати. Уже зная ее чуткий сон, прихватил домашнюю одежду и ушел в другую комнату принять душ. Освежившись, спустился вниз, где застал на кухне Костю и семейство Феникса в полном составе.
Кира с сияющими глазами хлопотала возле мужа, который держал дочь на руках, скупо, но счастливо, улыбаясь.
И вот удивительное дело: Грозный был рад видеть друга с семьей живыми и невредимыми. Но то, что посторонняя женщина хлопотала на кухне Веснушки, вызвало укол раздражения.
- Командир, приветствую! - открыто улыбнулся Феникс, помахивая свежим гипсом. Костя, не дожидаясь указаний, свозил друга больницу.
- Как ты, Жека?
- Готов к труду и обороне.
- Готов будешь, когда рука срастется.
- Иван, вам сделать кофе? – смущаясь, спросила Кира.
- Вполне могу сам.
- Просто я не знаю, как вас отблагодарить. Могу приготовить что-то. Только скажите, - стушевалась женщина.
- Кофе будет вполне достаточно, - скупо улыбнулся Грозный, удерживая раздражение.
В отличие от командира, Жека за столом наворачивал яичницу с беконом, умудряясь одновременно скармливать дочке банан.
- Как Вета? – негромко спросил Костя, прихлебывая кофе.
- Спит. Я не стал будить. Ночь вчера была не из простых.
- А у тебя еще и насыщенная, да? То-то рожа сияет.
- Не твое дело, - рыкнул Грозный.
- Молчу. Завидую и молчу.
- Всем позднее доброе утро! А где синеглазая? – на пороге стоял Паучара, сияя как всегда довольной рожей.
- Ты что тут делаешь? Уезжать же собирался.
- Да я с мужиками в охранном доме заболтался, так и остался ночевать. У них там пару комнат свободные.
- Врешь и не подпрыгиваешь.
- А что такого? Вы мне так расписывали свои завтраки, что я решил погостить. Давно не виделись, соскучился по вашим лицам. И некоторым мордам.
- Доброе утро. Хотя скорее – уже день, – раздалось с порога. Грозный вскинулся, шагнув к своей девочке быстрее, чем успел подумать об этом.
- Веснушка, ты чего вскочила? – руки сами потянулись к ней, недвусмысленно обозначая ее принадлежность, - не отдохнула же совсем.
