«На заре человек украл мою сестру. Люди признавали его лучшим из них. Узнаешь, кто она, вернешь её нам, сможешь задать все вопросы».
На заре. Очень давно, в древние времена. Лучший из них ? князь или король?
«Вернешься не позже двух лун».
Ида снова бросила взгляд на руку. Видимо узор был каким-то видом магического контракта.
Как же теперь можно найти эту девушку из древних времен? А если она не найдет её за два месяца, как посмеет явиться перед Змееликим ни с чем? Ей никогда не выйти из леса живой…
Ида сложила свои записи в сумку. Закрыла дверь в комнату и спустилась в сад, не заходя на кухню, где Виола уже вовсю гремела посудой, готовя завтрак. Прошла вдоль дома, по узкой дорожке из насыпанного гравия. Не удержавшись, посмотрела на свое отражение в окнах веранды. Чуть бледновата после бессонной ночи, скулы и подбородок заострились.
Флигель представлял собой небольшой каменный дом, увитый многолетними цветами. Ида осторожно постучала в потемневшую резную дверь.
- Входи. – Хриплый сонный голос был едва слышен. Девушка очутилась в небольшой гостиной и долго раздумывала, насколько прилично появляться в спальне чужого мужчины. Но, из спальни так никто и не вышел, а приглашение прозвучало вновь. Отбросив в сторону приличия, решила войти. Рикард лежал в постели, обняв рукой одеяло. Ида не могла не отметить, что и спина и руки были весьма привлекательными. Она смутилась и подошла к окну, чтобы не смотреть на мужчину.
- Извини, что так рано, – Ида смотрела сквозь мутноватые стекла на сад и теребила в руках снятую с плеча сумку. Девушка надеялась, что голос её звучит беспристрастно. – Хотела задать тебе несколько вопросов, раз уж ты вызвался мне помогать.
Ида услышала, как Рикард встал с кровати и начал одеваться. В голове поплыл туман. Ида одернула себя злой мыслью, что этого мужчины есть жена.
Когда Рикард оказался полностью одет, Ида отвернулась от окна, протянула руку и показала инженеру свою ладонь со странным абстрактным узором. Некромант крепко схватил разрисованную ладонь. Ида попыталась вырвать её, но тщетно. Рикард не обратил на сопротивление никакого внимания.
- Похоже это нечто вроде магической метки, – он всё-таки отпустил руку. – Сейчас такие метки практически не используются, только в нескольких ритуалах. Это клятва, за нарушение которой человек расплачивается смертью своей или родных.
Ида вздрогнула.
Они молчали какое-то время.
- Я обречена. – Собственный голос казался жалким.
Рикард позволил себе не согласиться с девушкой:
- Магические существа всегда оставляют лазейку. Незаметный путь, по которому можно пройти. Осталось лишь найти его. Если ты расскажешь мне всё…
Ида откинув в сторону обиды и сердечные страдания, рассказала о неудачной встрече с Серым народом во всех подробностях.
Рикард слушал внимательно. Он умел слушать, а эта способность так редка, что её можно считать даром.
На завтрак Виола приготовила восхитительный ягодный пирог. Одной четвертью женщина решила угостить Рикарда, а оставшуюся часть Ида вызвалась отнести Матильде.
В комнате старухи было дымно и темно. В редких проникающих в комнату лучах света кружилось множество пылинок.
Матильда ещё не вставала с кровати.
- Ну что, бежала пятками сверкая? – Злорадно рассмеялась бабка, не тратя времени на приветствия. – Приветил тебя народец?
- Я Вам, матушка, пирог принесла, ешьте пока теплый. – Ида пропустила подколку мимо ушей.
Старуха, охая и стеная, села на кровати, свесила ноги с длинными желтыми ногтями и вздутыми венами на пол и принялась натягивать серые, видавшие свои лучшие годы, чулки.
- Ставь воду. – Прокряхтела она.
Ида ловко растопила камин и повесила на закопченный крючок чайник, в котором со вчерашнего дня воды осталось больше половины. Раздвинула тяжелые шторы. При дневном свете потертость мебели бросалась в глаза. Да и убрано было плохо: под креслами пыль, в углах паутина.
- Там в буфете чай возьми! – приказала бабушка, указав тросточкой на темный предмет мебели. – Не тот! За банкой стоит!
Вода вскипела. Наконец, уселись с фарфоровыми чашками за стол.
Старуха наливала чай в блюдце и с удовольствием отпивала горячий ароматный напиток через край, сёрпая и причмокивая.
После пробы пирога Матильда заметно подобрела, Ида даже отважилась полюбопытствовать:
- А как Вы, матушка, догадались, что бежать пришлось мне от Серого народца?
Девушка ожидала услышать какую-нибудь знахаркину мудрость, но ответ был прост:
- Вид у тебя больно пришибленный. Несолоно хлебавши ушла. – Старуха рассмеялась. – Я ведь тоже молодая была, все трудности по плечу казались, пока судьба по зазнавшемуся носу не щелкнула.
- Сама понимаю, матушка: глупость сделала. Меня отговаривали, я не послушала никого. А теперь клятвой связана, – Ида показала руку. – Беду себе накликала.
Старуха смотрела на девушку прищурившись:
- Нужно найти тебе что-то вижу. А погадаю я тебе! – Бодро добавила старуха.
Достала из тряпицы старые карты. Видно было, что служили они хозяйке верой и правдой, а она их берегла. Старуха быстро перетасовала колоду и начала раскладывать замусоленные яркие прямоугольники.
Подслеповато всмотрелась в получившийся расклад.
- В прошлом у тебя хлопоты, работа, удар. – Деловито начала она читать получившийся расклад, тыкая скрюченным пальцем в воина с рапирой. Сейчас выпадают хлопоты. В голове у тебя муж, молодой. В будущем у тебя дорога.
Она сделала еще ряд предсказаний.
Собрала карты и раскинула заново.
- Что ты ищешь? Знатную лэрту. Она при короле. Король этот в прошлом. У нее брак с этим королем. Много детей. Она…не людского рода.
Старуха замялась, смотря на следующие карты:
- Она не живая, не мертвая.
Помолчала, что-то пошептала и выкинула ещё две карты.
- Не показывают больше ничего.
Гадание было сомнительным способом узнать правду. В Магической школе признавали гадание как метод прорицания с низкой эффективностью, но доступный любому человеку. Привороты и заговоры и вовсе относили к псевдомагическим древним практикам. Часто положительный эффект от таких обрядов был лишь самовнушением. Большинство магов гнушалось народных методов взаимодействия с высшими силами. Ида полагала, что в снисходительном отношении прослеживался в большей степени сословный снобизм, чем опора на научные изыскания. Она не встречала ни одного труда, в котором бы говорилось об изучении бытовой крестьянской магии.
Ида убрала со стола посуду, поблагодарила бабушку и вышла из дома, погруженная в глубокие раздумья.
За поместьем протекала небольшая река. Девушка села у воды, опершись спиной о дерево, и продолжила размышлять.
Стоило признать, что она попала в ловушку добровольно и пока путь выхода из нее не виден. Если опираться на туманные слова Змееликого и гадание Матильды, выходило, что сестру Серого народца украл кто-то из королей, возможно князь, в те седые времена, когда люди еще жили со сверхъестественными существами в одном измерении. Тогда люди не удивлялись встречам со своенравным народцем. Иде было сложно представить, что зайдя в кладовку можно было отогнать от кадки с вареньем сладкоежку ниссе, помогающего по хозяйству или бекке, решившего на зиму переселиться из просторов полей в теплое человеческое жилище, пропахшее дымом и дегтем.
Ида решила, что утром следует посетить библиотеку соседнего городка. Рисегарде не относился к крупным городам, но краеведческая литература в небольшой библиотеке при управе должна быть. Поскольку, события затронувшие Серый народ, происходили в древности, скорее всего речь Змееликого относилась к кому-то из местных воевод или правителей, что тысячи лет назад часто было взаимозаменяемыми понятиями.
За размышлениями, девушка осознала, что перед ней возникло земное и обыденное неудобство, которое до ночи необходимо было решить.
Виола нашлась в доме на втором этаже. Она мыла высокое окно в коридоре, напевая себе под нос.
- У меня возник неотложный вопрос, – скороговоркой выдала запыхавшаяся от быстрой ходьбы девушка. - Где можно достать скаковую лошадь, желательно спокойную, как старый водовоз?
Ида выехала в город, когда солнце едва коснулось лучами вершин окрестных гор. Лошадь, взятая в деревне на время, оказалось покладистой, как и уверял крестьянин. Ступала лошадка мягко. Иде того и нужно было. За последние годы девушка поднаторела в верховой езде, но мастером себя не считала. Путешествия в экипаже ей нравились больше.
Ночью прошел дождь, от полей и леса поднимался туман. Зелень вокруг приобрела насыщенные оттенки. Дорога не превратилась в непроходимую грязь, и это не могло не радовать.
Через полчаса пути Ида услышала далекий цокот копыт за спиной. Она оглянулась и остановила лошадь. Лошадка обрадовалась неожиданной передышке, встала поперек дороги как вкопанная, и на радостях попыталась ущипнуть с обочины клочок сочной мокрой травы. Ида позволила ей подойти к многообещающей полянке поближе.
Мужчина подъехал и сделал круг вокруг Иды. Его конь перебирал копытами и громко фыркал. Легкая утренняя разминка пришлась коню по душе, но ему явно хотелось большего. Мощные мышцы требовали движения.
- Люблю утренние прогулки верхом, - сообщил Рикард.
- Я помню об этом, лэрт Фальт. – Ида услышала в своем голосе нотки сарказма. – Но ведь гулять можно и в другую сторону? Поверь, там замечательные просторы, ручей, доброжелательные обитатели…
- Наслышан об их феноменальной доброте. Как жаль, что каждый гость к ним приходит лишь раз; этакий посетитель на один зубок.
Ида позволила себе лишь слабую улыбку. Ей было жаль всех пропавших на болотах, погибших среди тьмы и мерцающих болотных огней, что дарили заблудившимся надежду на спасение, и отнимающим эту же надежду, когда несчастный оказывался в трясине по пояс. Что ощущали несчастные жертвы в свои последние мгновения, когда зловонная жижа заполняла рот и приходило осознание, что вокруг нет никого из тех, чью помощь тонущий готов принять?
Ехали молча. Ида не видела смысла в разговоре. Прошедшие годы проложили пропасть между ними. Рикард смотрел на дорогу. Ида обратила внимание, что седельные сумки его были плотно набиты. Не похоже, что он выехал на легкую прогулку. Ида тоже взяла немного вещей, на тот случай если освободится поздно и придется ночевать на постоялом дворе. С исполнением двадцати трех лет закон позволял магичке самой распоряжаться своей судьбой, посещать любые заведения без дяди. Древний закон гарантировал магам свободу действий, независимо от пола. Девушке с наступлением совершеннолетия больше не требовался опекун.
Библиотека располагалась на центральной улице. Найти её не составило труда, благо улиц было совсем немного.
В небольшом пыльном помещении сидел один посетитель, полностью погруженный в записи: молодой семинарист, что-то лихорадочно переписывающий с книги в тетрадь. Пожилой мужчина, перебирающий пальцами карточки, надо полагать, был библиотекарем.
- Что Вам угодно, лэрты-магики? – обратился он к новым посетителям.
Ида озадачено окинула взглядом свое платье. Оно не походило на платье аристократки. А вот магический медальон был на месте.
- Как Вы сумели догадаться о титулах?
Библиотекарь посмотрел поверх пенсне на правую руку Рикарда.
Ида заинтриговано повернулась в сторону инженера. На его пальцах красовался фамильный перстень и еще одно колечко, не столь примечательное: простой серебряный обруч, со слабо светящейся змейкой гравировки. Если перстень Иду не удивил, то над неприметным колечком она призадумалась. Занятная вещица с наложенным заклинанием. Интересно, с каким? До сегодняшнего дня она не видела подобных артефактов.
Рикард оказал должное почтение внимательности библиотекаря, и старик, довольный похвалой отправился искать книги о династиях Остланда до образования единого Нордланда и войнах эпохи ранних веков железной волчицы.
Книг оказалось более чем достаточно. Иде подумалось, что их подозрительно много для провинциальной библиотеки.
Фэрт Дринне пояснил, что собирал книги последние двадцать лет, ведя переписки с держателями частных библиотек по всему Нордланду. Многие книги существовали лишь в одном экземпляре, и нигде в королевстве нельзя было отыскать их копий.
Работа предстояла долгая. Маги зарылись в стопках томов со старинными переплетами, стараясь всецело сосредоточиться на чтении. От книг исходил легкий запах плесени, старой кожи и рассыпающейся бумаги.
Мысли Иды постоянно обращались к Рикарду, она то и дело ловила на себе его взгляды и сама тайком стремилась рассмотреть его лучше. Когда их взгляды встречались, каждый отводил взгляд и напускал на себя вид занятой и увлеченный.
Девушке по-прежнему был непонятен мотив, согласно которому Рикард следовал за ней повсюду. Желание защитить девушку от опасности? Возможно. Он действительно мог защитить её. Рикард обладал поистине пугающей темной силой, которой было сложно найти применение в обычной жизни. Но к чему резать по живому после тяжелого расставания? Зачем обрекать несчастную душу, только оправившуюся от потери на новые мучения? Пожалуй, этот вопрос она обязательно задаст инициатору поездки военного инженера вслед за лэри Хольмсварт в отчий дом. Она прибережет для этой встречи несколько крепких слов, подслушанных у старухи Матильды…
Из-за печальных мыслей, убивающих сосредоточенность, Иде приходилось несколько раз возвращаться к только что прочитанному тексту. Девушка сердилась. Усилием воли ей всё-таки удалось сконцентрировать внимание на книгах.
В рукописных фолиантах нашлись жизнеописания нескольких человек из прошлого, имеющих власть в древних княжествах. Теоретически все эти люди могли иметь связь с девушкой нечеловеческого происхождения. В книгах содержались лишь намеки. В некоторых случаях описывалась неземная красота девушек. Другие случаи говорили, что девушки обладали способностями, которые не доступны ни одному человеческому магу.
Все истории, хоть как-то связанные с намеком на сверхъестественность Ида старательно переносила в свои записи. Когда солнце начало клониться к горизонту и помещение залил теплый оранжевый свет, заставляя щурить глаза, подходящих историй в тетради накопилось пять штук. Ида спохватилась, что хотела успеть зайти в местную кузницу; необходимо выбрать из готовых изделий стальной нож. Ида была уверена, что кузнец найдет что-нибудь подходящее для нее.
Быстро собрав свои записи, она кинула на Рикарда короткий взгляд, попрощалась и библиотекарем и направилась к выходу. Лэрт Фальт, конечно же, отправился за ней. Идти до кузницы пришлось пешком. Кони отдыхали в конюшне на постоялом дворе, расположенном недалеко от въезда в город. Было бы слишком жестоко оставить их на улице без водопоя и защиты от солнца. День выдался душный.
Уже у самой кузницы, стоящей на значительном отдалении от остальных домов, Ида обернулась:
- Ты не мог бы оставить меня в одиночестве? Сейчас я не собираюсь гулять по болотам, в твоем сопровождении нет никакой необходимости. Зачем ты вызвался меня сопровождать? Мог бы наслаждаться жизнью морской столицы…
Рикард неопределенно пожал плечами:
- Я всё еще черный волк.
Ида вздрогнула. Она не хотела слышать этих слов. Может магия Ньёрд, связавшая их прочнее цепей, и стала причиной того, что расставание обернулось сильной болью? Неужели она никогда не получит свободу?
На заре. Очень давно, в древние времена. Лучший из них ? князь или король?
«Вернешься не позже двух лун».
Ида снова бросила взгляд на руку. Видимо узор был каким-то видом магического контракта.
Как же теперь можно найти эту девушку из древних времен? А если она не найдет её за два месяца, как посмеет явиться перед Змееликим ни с чем? Ей никогда не выйти из леса живой…
Ида сложила свои записи в сумку. Закрыла дверь в комнату и спустилась в сад, не заходя на кухню, где Виола уже вовсю гремела посудой, готовя завтрак. Прошла вдоль дома, по узкой дорожке из насыпанного гравия. Не удержавшись, посмотрела на свое отражение в окнах веранды. Чуть бледновата после бессонной ночи, скулы и подбородок заострились.
Флигель представлял собой небольшой каменный дом, увитый многолетними цветами. Ида осторожно постучала в потемневшую резную дверь.
- Входи. – Хриплый сонный голос был едва слышен. Девушка очутилась в небольшой гостиной и долго раздумывала, насколько прилично появляться в спальне чужого мужчины. Но, из спальни так никто и не вышел, а приглашение прозвучало вновь. Отбросив в сторону приличия, решила войти. Рикард лежал в постели, обняв рукой одеяло. Ида не могла не отметить, что и спина и руки были весьма привлекательными. Она смутилась и подошла к окну, чтобы не смотреть на мужчину.
- Извини, что так рано, – Ида смотрела сквозь мутноватые стекла на сад и теребила в руках снятую с плеча сумку. Девушка надеялась, что голос её звучит беспристрастно. – Хотела задать тебе несколько вопросов, раз уж ты вызвался мне помогать.
Ида услышала, как Рикард встал с кровати и начал одеваться. В голове поплыл туман. Ида одернула себя злой мыслью, что этого мужчины есть жена.
Когда Рикард оказался полностью одет, Ида отвернулась от окна, протянула руку и показала инженеру свою ладонь со странным абстрактным узором. Некромант крепко схватил разрисованную ладонь. Ида попыталась вырвать её, но тщетно. Рикард не обратил на сопротивление никакого внимания.
- Похоже это нечто вроде магической метки, – он всё-таки отпустил руку. – Сейчас такие метки практически не используются, только в нескольких ритуалах. Это клятва, за нарушение которой человек расплачивается смертью своей или родных.
Ида вздрогнула.
Они молчали какое-то время.
- Я обречена. – Собственный голос казался жалким.
Рикард позволил себе не согласиться с девушкой:
- Магические существа всегда оставляют лазейку. Незаметный путь, по которому можно пройти. Осталось лишь найти его. Если ты расскажешь мне всё…
Ида откинув в сторону обиды и сердечные страдания, рассказала о неудачной встрече с Серым народом во всех подробностях.
Рикард слушал внимательно. Он умел слушать, а эта способность так редка, что её можно считать даром.
***
На завтрак Виола приготовила восхитительный ягодный пирог. Одной четвертью женщина решила угостить Рикарда, а оставшуюся часть Ида вызвалась отнести Матильде.
В комнате старухи было дымно и темно. В редких проникающих в комнату лучах света кружилось множество пылинок.
Матильда ещё не вставала с кровати.
- Ну что, бежала пятками сверкая? – Злорадно рассмеялась бабка, не тратя времени на приветствия. – Приветил тебя народец?
- Я Вам, матушка, пирог принесла, ешьте пока теплый. – Ида пропустила подколку мимо ушей.
Старуха, охая и стеная, села на кровати, свесила ноги с длинными желтыми ногтями и вздутыми венами на пол и принялась натягивать серые, видавшие свои лучшие годы, чулки.
- Ставь воду. – Прокряхтела она.
Ида ловко растопила камин и повесила на закопченный крючок чайник, в котором со вчерашнего дня воды осталось больше половины. Раздвинула тяжелые шторы. При дневном свете потертость мебели бросалась в глаза. Да и убрано было плохо: под креслами пыль, в углах паутина.
- Там в буфете чай возьми! – приказала бабушка, указав тросточкой на темный предмет мебели. – Не тот! За банкой стоит!
Вода вскипела. Наконец, уселись с фарфоровыми чашками за стол.
Старуха наливала чай в блюдце и с удовольствием отпивала горячий ароматный напиток через край, сёрпая и причмокивая.
После пробы пирога Матильда заметно подобрела, Ида даже отважилась полюбопытствовать:
- А как Вы, матушка, догадались, что бежать пришлось мне от Серого народца?
Девушка ожидала услышать какую-нибудь знахаркину мудрость, но ответ был прост:
- Вид у тебя больно пришибленный. Несолоно хлебавши ушла. – Старуха рассмеялась. – Я ведь тоже молодая была, все трудности по плечу казались, пока судьба по зазнавшемуся носу не щелкнула.
- Сама понимаю, матушка: глупость сделала. Меня отговаривали, я не послушала никого. А теперь клятвой связана, – Ида показала руку. – Беду себе накликала.
Старуха смотрела на девушку прищурившись:
- Нужно найти тебе что-то вижу. А погадаю я тебе! – Бодро добавила старуха.
Достала из тряпицы старые карты. Видно было, что служили они хозяйке верой и правдой, а она их берегла. Старуха быстро перетасовала колоду и начала раскладывать замусоленные яркие прямоугольники.
Подслеповато всмотрелась в получившийся расклад.
- В прошлом у тебя хлопоты, работа, удар. – Деловито начала она читать получившийся расклад, тыкая скрюченным пальцем в воина с рапирой. Сейчас выпадают хлопоты. В голове у тебя муж, молодой. В будущем у тебя дорога.
Она сделала еще ряд предсказаний.
Собрала карты и раскинула заново.
- Что ты ищешь? Знатную лэрту. Она при короле. Король этот в прошлом. У нее брак с этим королем. Много детей. Она…не людского рода.
Старуха замялась, смотря на следующие карты:
- Она не живая, не мертвая.
Помолчала, что-то пошептала и выкинула ещё две карты.
- Не показывают больше ничего.
Гадание было сомнительным способом узнать правду. В Магической школе признавали гадание как метод прорицания с низкой эффективностью, но доступный любому человеку. Привороты и заговоры и вовсе относили к псевдомагическим древним практикам. Часто положительный эффект от таких обрядов был лишь самовнушением. Большинство магов гнушалось народных методов взаимодействия с высшими силами. Ида полагала, что в снисходительном отношении прослеживался в большей степени сословный снобизм, чем опора на научные изыскания. Она не встречала ни одного труда, в котором бы говорилось об изучении бытовой крестьянской магии.
Ида убрала со стола посуду, поблагодарила бабушку и вышла из дома, погруженная в глубокие раздумья.
За поместьем протекала небольшая река. Девушка села у воды, опершись спиной о дерево, и продолжила размышлять.
Стоило признать, что она попала в ловушку добровольно и пока путь выхода из нее не виден. Если опираться на туманные слова Змееликого и гадание Матильды, выходило, что сестру Серого народца украл кто-то из королей, возможно князь, в те седые времена, когда люди еще жили со сверхъестественными существами в одном измерении. Тогда люди не удивлялись встречам со своенравным народцем. Иде было сложно представить, что зайдя в кладовку можно было отогнать от кадки с вареньем сладкоежку ниссе, помогающего по хозяйству или бекке, решившего на зиму переселиться из просторов полей в теплое человеческое жилище, пропахшее дымом и дегтем.
Ида решила, что утром следует посетить библиотеку соседнего городка. Рисегарде не относился к крупным городам, но краеведческая литература в небольшой библиотеке при управе должна быть. Поскольку, события затронувшие Серый народ, происходили в древности, скорее всего речь Змееликого относилась к кому-то из местных воевод или правителей, что тысячи лет назад часто было взаимозаменяемыми понятиями.
За размышлениями, девушка осознала, что перед ней возникло земное и обыденное неудобство, которое до ночи необходимо было решить.
Виола нашлась в доме на втором этаже. Она мыла высокое окно в коридоре, напевая себе под нос.
- У меня возник неотложный вопрос, – скороговоркой выдала запыхавшаяся от быстрой ходьбы девушка. - Где можно достать скаковую лошадь, желательно спокойную, как старый водовоз?
Глава 5
Ида выехала в город, когда солнце едва коснулось лучами вершин окрестных гор. Лошадь, взятая в деревне на время, оказалось покладистой, как и уверял крестьянин. Ступала лошадка мягко. Иде того и нужно было. За последние годы девушка поднаторела в верховой езде, но мастером себя не считала. Путешествия в экипаже ей нравились больше.
Ночью прошел дождь, от полей и леса поднимался туман. Зелень вокруг приобрела насыщенные оттенки. Дорога не превратилась в непроходимую грязь, и это не могло не радовать.
Через полчаса пути Ида услышала далекий цокот копыт за спиной. Она оглянулась и остановила лошадь. Лошадка обрадовалась неожиданной передышке, встала поперек дороги как вкопанная, и на радостях попыталась ущипнуть с обочины клочок сочной мокрой травы. Ида позволила ей подойти к многообещающей полянке поближе.
Мужчина подъехал и сделал круг вокруг Иды. Его конь перебирал копытами и громко фыркал. Легкая утренняя разминка пришлась коню по душе, но ему явно хотелось большего. Мощные мышцы требовали движения.
- Люблю утренние прогулки верхом, - сообщил Рикард.
- Я помню об этом, лэрт Фальт. – Ида услышала в своем голосе нотки сарказма. – Но ведь гулять можно и в другую сторону? Поверь, там замечательные просторы, ручей, доброжелательные обитатели…
- Наслышан об их феноменальной доброте. Как жаль, что каждый гость к ним приходит лишь раз; этакий посетитель на один зубок.
Ида позволила себе лишь слабую улыбку. Ей было жаль всех пропавших на болотах, погибших среди тьмы и мерцающих болотных огней, что дарили заблудившимся надежду на спасение, и отнимающим эту же надежду, когда несчастный оказывался в трясине по пояс. Что ощущали несчастные жертвы в свои последние мгновения, когда зловонная жижа заполняла рот и приходило осознание, что вокруг нет никого из тех, чью помощь тонущий готов принять?
Ехали молча. Ида не видела смысла в разговоре. Прошедшие годы проложили пропасть между ними. Рикард смотрел на дорогу. Ида обратила внимание, что седельные сумки его были плотно набиты. Не похоже, что он выехал на легкую прогулку. Ида тоже взяла немного вещей, на тот случай если освободится поздно и придется ночевать на постоялом дворе. С исполнением двадцати трех лет закон позволял магичке самой распоряжаться своей судьбой, посещать любые заведения без дяди. Древний закон гарантировал магам свободу действий, независимо от пола. Девушке с наступлением совершеннолетия больше не требовался опекун.
Библиотека располагалась на центральной улице. Найти её не составило труда, благо улиц было совсем немного.
В небольшом пыльном помещении сидел один посетитель, полностью погруженный в записи: молодой семинарист, что-то лихорадочно переписывающий с книги в тетрадь. Пожилой мужчина, перебирающий пальцами карточки, надо полагать, был библиотекарем.
- Что Вам угодно, лэрты-магики? – обратился он к новым посетителям.
Ида озадачено окинула взглядом свое платье. Оно не походило на платье аристократки. А вот магический медальон был на месте.
- Как Вы сумели догадаться о титулах?
Библиотекарь посмотрел поверх пенсне на правую руку Рикарда.
Ида заинтриговано повернулась в сторону инженера. На его пальцах красовался фамильный перстень и еще одно колечко, не столь примечательное: простой серебряный обруч, со слабо светящейся змейкой гравировки. Если перстень Иду не удивил, то над неприметным колечком она призадумалась. Занятная вещица с наложенным заклинанием. Интересно, с каким? До сегодняшнего дня она не видела подобных артефактов.
Рикард оказал должное почтение внимательности библиотекаря, и старик, довольный похвалой отправился искать книги о династиях Остланда до образования единого Нордланда и войнах эпохи ранних веков железной волчицы.
Книг оказалось более чем достаточно. Иде подумалось, что их подозрительно много для провинциальной библиотеки.
Фэрт Дринне пояснил, что собирал книги последние двадцать лет, ведя переписки с держателями частных библиотек по всему Нордланду. Многие книги существовали лишь в одном экземпляре, и нигде в королевстве нельзя было отыскать их копий.
Работа предстояла долгая. Маги зарылись в стопках томов со старинными переплетами, стараясь всецело сосредоточиться на чтении. От книг исходил легкий запах плесени, старой кожи и рассыпающейся бумаги.
Мысли Иды постоянно обращались к Рикарду, она то и дело ловила на себе его взгляды и сама тайком стремилась рассмотреть его лучше. Когда их взгляды встречались, каждый отводил взгляд и напускал на себя вид занятой и увлеченный.
Девушке по-прежнему был непонятен мотив, согласно которому Рикард следовал за ней повсюду. Желание защитить девушку от опасности? Возможно. Он действительно мог защитить её. Рикард обладал поистине пугающей темной силой, которой было сложно найти применение в обычной жизни. Но к чему резать по живому после тяжелого расставания? Зачем обрекать несчастную душу, только оправившуюся от потери на новые мучения? Пожалуй, этот вопрос она обязательно задаст инициатору поездки военного инженера вслед за лэри Хольмсварт в отчий дом. Она прибережет для этой встречи несколько крепких слов, подслушанных у старухи Матильды…
Из-за печальных мыслей, убивающих сосредоточенность, Иде приходилось несколько раз возвращаться к только что прочитанному тексту. Девушка сердилась. Усилием воли ей всё-таки удалось сконцентрировать внимание на книгах.
В рукописных фолиантах нашлись жизнеописания нескольких человек из прошлого, имеющих власть в древних княжествах. Теоретически все эти люди могли иметь связь с девушкой нечеловеческого происхождения. В книгах содержались лишь намеки. В некоторых случаях описывалась неземная красота девушек. Другие случаи говорили, что девушки обладали способностями, которые не доступны ни одному человеческому магу.
Все истории, хоть как-то связанные с намеком на сверхъестественность Ида старательно переносила в свои записи. Когда солнце начало клониться к горизонту и помещение залил теплый оранжевый свет, заставляя щурить глаза, подходящих историй в тетради накопилось пять штук. Ида спохватилась, что хотела успеть зайти в местную кузницу; необходимо выбрать из готовых изделий стальной нож. Ида была уверена, что кузнец найдет что-нибудь подходящее для нее.
Быстро собрав свои записи, она кинула на Рикарда короткий взгляд, попрощалась и библиотекарем и направилась к выходу. Лэрт Фальт, конечно же, отправился за ней. Идти до кузницы пришлось пешком. Кони отдыхали в конюшне на постоялом дворе, расположенном недалеко от въезда в город. Было бы слишком жестоко оставить их на улице без водопоя и защиты от солнца. День выдался душный.
Уже у самой кузницы, стоящей на значительном отдалении от остальных домов, Ида обернулась:
- Ты не мог бы оставить меня в одиночестве? Сейчас я не собираюсь гулять по болотам, в твоем сопровождении нет никакой необходимости. Зачем ты вызвался меня сопровождать? Мог бы наслаждаться жизнью морской столицы…
Рикард неопределенно пожал плечами:
- Я всё еще черный волк.
Ида вздрогнула. Она не хотела слышать этих слов. Может магия Ньёрд, связавшая их прочнее цепей, и стала причиной того, что расставание обернулось сильной болью? Неужели она никогда не получит свободу?
