И не надо со мной спорить, потому что ты решаешь не один, а я уже поняла, что малыш тебе нужен не так, как… она. А вот я буду до последнего стоять за…
И тишина. Резкая, поломанная и плавающая. В следующий раз я проснулась в воде – я ощущала её телом и уже не зудящими точками, а скорее своей обыкновенной кожей. У меня появилась тактильность, пусть и не такая чёткая, как раньше. Воду я ощущала только от того, что сбоку был поток из крана и шум набирающегося фурако. А ещё мне сверху было холодно, а снизу тепло и приятно.
- Глаза открыла, - женщина, как и до этого, - ты проснулась? Ух, ты! – едва не взвизгнула она, - ты научилась поворачивать глаза? Д-да… ты глядишь на меня. Я прямо здесь! Ты меня видишь? – она не стала ждать ответ, - мы остались одни ненадолго, так что… ты очень красивая, вот, что я хотела тебе сказать. Знаешь, мне немного странно от того, что ты вообще появилась. Ты всегда для меня была такой… загадочной, что ли. Но близкой, это точно! Ты… всё, что ты мне оставила, помогло мне и помогает сейчас, так что… к-хм. Прости, мне сложно не плакать. Я все эти дни только и делаю, что… - она швыркнула носом, - жаль, что ты не можешь мне отвечать, иначе я бы хоть немного узнала тебя. Понимаешь же, что эти дни были ужасно сложными. Мы были в шоке, да и… можно вопрос? Там просто идут уже, а ты… почему у тебя глаза на портрете в папином кабинете карие, а сейчас зелёные?
Зеленые?! Блять! Что-то не то с моей Лесси?! Если тело реагирует так на это состояние, то мне срочно нужно что-то предпринять! Так. Прикрепление в норме, яичко плаценты твёрдое и не повреждено, да и, судя по тому, как она вяло тянет из меня силы, она сыта и не планирует ничего убегательного. Отчего тогда такая реакция?
- Пробудилась? – голос Виктора справа, - и, судя по всему, успела порадоваться новой встрече. Я прав? – он отчего-то решил подождать ответа, вероятно не моего, раз ответила та женщина:
- Мне бы тоже посидеть немного в её голове, - она хмыкнула, - давай я её покормлю. Я всё равно тут сижу, так что… придётся глотать, как в прошлый раз. Готова?
Не понимаю, к кому она обращалась, но… моя извечно открытая челюсть узнала, что такое жидкая тёплая пища. Каша? Фу, на молоке! Кто-то садист и изверг, с какой стороны не посмотри! Если бы мне кто мяса пережевал, было бы приятнее, а тут… ну и почему у меня нет рвотного рефлекса? Я бы сейчас тут им не только обосралась, но ещё и фонтанировала и сверху. А так… по горлу мерзко течёт. И да – глотать я пока не могла, и ощущалось это, как пытка, потому что меня поили через каждые две ложки.
- Не думаю, что ты бы обрадовалась её потоку размышлений, - хмыкнул Викторчик, - а он не заканчивается у Элли никогда. Она бывает не столько забавна, сколько груба. Тебе стоит принять это заранее. И подготовить себя к весьма нестандартному поведению.
Да я самая этикетная в мире!
Чем им всем вечно не нравится мой стиль общения? Он же не грубый, я хоть кого-то разочечек оскорбляла? Ну кроме, как оказалось, дохлого Варга? Надеюсь, что его Пустота к себе подсобрала или, нет! Пусть он переродился где-то в нормальной, блять, семье, чтобы таким же нормальным вырос, а не дебилёнком с припиздью! Вот всех благ ему, поганцу, желаю! От чистого, сука, сердца!
- Какая разница, если я буду рада любой ей? – женщина всё ещё швыркала носом, - её возвращение – чудо.
Кукусичек как-то язвительно хмыкнул, выдавая своё отношение совсем другого характера. Кривится, Ворчусичек, как обычно всё ему не так. Он себе распланировал идеальный мир, а мы ему все стены засрали говном и не только. Вот я, например – как долго он меня искал, и как давно нашёл. С другой стороны, Хакгардья падаль мог попытаться резануть мне по животу и через минуту после того, как утащил к себе в подвал. Есть конечно другая вероятность, что он и донести не успел, бедолага. Сразу сбежал с открученными яйцами и брызгливым отплёвыванием, кое его теперь ждёт всю жизнь. Надеюсь, что писается он теперь только через трубку, потому как у него там дыра, подобная той, что у моего старшего папаши имелась.
- Чудо не спровоцировало бы такой приток «посетителей», что пытаются всеми силами забрать себе свою Верховную, - кажется Кукурузичек что-то пил, - а я не услышал бы неожиданное правило, гласящее, что муж для висталки – лишь временная накладка на интимные места, поэтому права решать за свою супругу не имеет.
Женщина опрокинула мне в рот очередную ложку жужева, подтёрла тканью подбородок и ехидно хмыкнула:
- Понятно почему ты всегда ненавидел Нирраллин, - её пальцы скользнули по моей щеке до уха, заправляя мешающий мокрый волос, - она наглая и раздражающая. Не знаю, как её терпел лорд Варг, если она настолько… тараканистая. В любое отверстие пролезет и совьёт там гнездо!
Викторюсичек больше звуков двигательных не издавал, будто исчезнув на миг из пространства – его раскрыл его же ответ, который он явно долго подбирал, не в силах найти то ли правильный, то ли уместный:
- Он находился с ней в интимных отношениях. Только это было причиной терпения, - пока ложка застыла, ткнувшись в мою губу, - мужчины в некоторых случаях руководствуются совсем не разумом.
Теплое серебро ложки отстало от меня, переместившись по ощущениям куда-то вниз. Так и вышло, я услышала звяк о фарфор.
- Какая разница, если ты так не делаешь, а эта Нира думает, что когда-нибудь у неё получится и с тобой? – дрогнувший и надутый вопрос от женщины.
Она говорила капризно и высокомерно, чем меня окончательно путала в своей личности. Да, они обсуждали мою подругу, и во всём были правы насчёт неё, но это же не значит, что можно при мне обсуждать кто с кем спал, а кто не стал бы. Да и… странно, что Виктор вообще с кем-то поддерживал этот разговор. Может у меня глюки на фоне того болевого шока, про который они говорили?
- Не думал, что скажу это тебе это сейчас, однако… я не тот мужчина, что станет пользоваться подобными услугами. Это… тошно.
Женщина хмыкнула ещё более насмешливо, после чего выдала свысока, опрокинув в мой рот еду:
- Я заметила, если ты не понял, - смешок, - замужем я была лишь раз, переплюнув в брезгливости и педантичности тебя! Так что… хотя количество твоих жен за всё это время я кое-кому озвучу!
О, так он успевал… так, погодите, а Терра? Если меня ещё как-то можно было с его руки стереть, пусть и целенаправленно, да и… да, у меня не было на руках ни единой брачной метки. Я была свободна и вольна, как ветер над океяном, нахуй. Но если он снял метку, то почему я всё ещё тут, сижу в его фурако и подслушиваю как он… с женой своей новой пиздит? Не похоже, скорее это был кто-то из Ковена – я ощущала от неё потоки висталочьей силы, достаточно старые и окрепшие. А теперь додумываем логически – она говорила про «мой мир». Значит она с Фобоса. Не знала, что там есть висталки, ещё и достаточно мощные, чтобы сравниться с, я не знаю, той же Нирой? До уровня Ковена, понятно дело, эта хвостатая не тянет, но и нашей она очевидно не была, я всех поголовно знаю и перечислить могу, даже из только рожденных.
- Элли не склонна к ревности, - отчего-то совсем насмешливо фыркнул Керюсичек, - и способна осознать непреложные истины физиологии.
- О, всё. Дальше мы не будем это обсуждать! – запротестовала женщина, - я ещё не отошла от того разговора в мои тринадцать, когда ты узнал ту глупость моего сознания про лорда Варга! Нет уж! Я протестую против напоминания мне о подобном!
- Ты начала сам-м… - Виктор тоже улыбался голосом.
Ровно до того момента, как я затрепетала ресницами, звонко захлопнула проклятую челюсть и потонула в собственном беззвучном крике где-то глубоко внутри. Волна неудержимой магии резанула по пространству волной вкруг, в плечо воткнулось что-то острое, а голоса стали прорезаться лишь яркими вскриками:
- …укол подействовал… - женщина.
- …должны попробовать… - Виктор.
И мрак. Как же без него в этом проклятом состоянии, мире и теле? Да я уже успела так намучаться, что у меня сил не оставалось на очередной виток судорожных волн по недееспособным мышцам! Не знаю, как долго это будет происходить, но терпеть сил больше не осталось. Смешно, да как бы ещё донести до этих двоих, что я согласна на любой опиум, только чтобы он помог? Менталиста мне больше никто не звал, а другим способом донести до старшего Кери, что я сдохну от ещё одной ложки каши, от ещё одного его беспечного пиздежа и ещё от одного решения не успокаивать меня сладким сном впервые за херову кучу времени, я не могла. Вот бы можно было высирать предложения из говняных букв. Тогда может что и вышло, но мата там было бы многовато, вы правы.
- Леди повезло, что у неё множество мелких острых зубов, а не обыкновенные человеческие, - вернул меня в сознание незнакомый голос, - откусить себе язык у неё вышло бы проще.
Я попыталась закрыть снова открытую, пусть и не по моей воле, челюсть. Не смогла, кто-то держал её так крепко, что я и пошевелить не смогла бы. Что толку от открытых глаз, если я не могу ими видеть даже тени? Просто темнота, пока кто-то в наглую фиксирует железяками мой язык, заставляет держать рот открытым и… игла в мягкую плоть языка! Спасибо, блять, за то, что под обезболом нихера не ощущалось, но сам факт того, что тебе шьют что-то там наживую – мерзкая херня!
- Не попали, леди Ариэлла, - усмехнулся мужчина, находящийся вплотную к моему лицу, - однако я наслышан о способностях вашего хвоста, поэтому попрошу лорда Кери уберечь меня от вероятной гибели, - он ещё и усмехнулся.
Пока Виктор, судя по кряхтению, ловил бьющийся едва ли не в конвульсиях истерики хвостик. Ему помогло то, что у него глаза нормально глядели, а не внутрь жопы, как у меня, поэтому-то пальцы сжали цепкой хваткой сразу два места, позволяя лишь кончику с кисточкой несильно шлёпать удерживателя по ближайшему кулаку.
- Не то слово «гибели», Люциус, - усмехнулся усталым голосом Викторюсичек.
Ах, целитель! Наш! Ещё один знакомый маг, делающий мне бяку, порось! Я им трогать мой язык разрешала, ась? Вот и хрен ли они его тут всем семейством нащупывают? Зажил бы себе чуть позже, но регенирировал бы сам, ёшкин хуй! Тем более мне и не больно совсем из-за того, чем они меня тут колют. Так нет же, надо извергам извергствовать, верно. Почему они этим вечно на мне занимаются, а не себя коцают?
- Меня впечатлял тот ваш месяц тягчайшего отравления, - у Люциуса отчего-то был совсем незнакомый мне голос, а не тот, к которому я привыкла, - пробитая иглой рука по всей длине и неспособность сохранить палец. И я помню, что попытки сопротивляться вы использовали на полную, хотя всего лишь пытались коснуться её ладони. Это пугает. Один, казалось бы, беспомощный хвост и леди в стазисе.
Кери хмыкнул, зачем-то решив потрогать кончик моего хвоста, и растопырил волосы кисточки в разные стороны. И нет, шип он там не заметил – выдвинуть эту штуку я отчего-то не могла, хотя ещё минуту назад перед попыткой отбиться она ядовито торчала откуда нужно.
- Висталочий стазис, Люциус. Крайне важное уточнение, - протянул умный Викторюсичек, - это состояние при беременности позволяет не просто впасть в лечебный сон, но и создаёт защиту для плода. Любое прикосновение к телу в стазисе активирует не только хвост, развивающий запредельную скорость и способный удлиняться при необходимости, помимо этого тело выделяет яд, запрещающий предполагаемому врагу регенирировать хоть как-то, в то время как сам кислотный состав будет растворять плоть. Весьма… болезненное действо. Однако я попрошу тебя больше не говорить про это при ней. Нас ждёт удручающий разговор позже. Сейчас я не хотел бы беспокоить её отсутствием у меня каких-либо частей тела из-за её действий.
Пф-ф. Чувство вины? Ещё чего! Уверена, что он сам напоролся и сидит теперь на меня косится. Да и вообще – нехуй лезть к висталкам! Как в стазисе, так и без. Сам женился, сам хуя лишился. Даже в рифму вышло!
- Вы тогда, к тому же… - начал было лекарь, - к-хм. Вы сумели забрать у леди печать после пробуждения?
Тишина две пронзительные звенящие секунды. Ага. Мы с языком аж замерли и прекратили вырываться. Нужно было замереть и прислушаться ещё внимательнее, чем до этого. Что там с печатью?
- Люциус, - ну очень безликий тон Викторюсика, - напомню, что благодарить меня за кражу Элли не станет. А судя по глазам и реакции, она более чем сознательна.
- Прошу прощения, лорд Кери, - пробурчал целитель, неожиданно отпустив мой язык, а после и челюсть, которой я снова едва не щелкнула у себя на болталке, - мне показалось, что вы будете, как и прежде, говорить с леди обо всём прямо.
Я могла водить мышцами челюсти из стороны в сторону, чем и занималась, радуясь тому, что кажется меня ждёт твёрдая пища. И никаких ебучих каш!
- Так и будет, но позже, - задумчиво протянул Кривлюсик, - Люциус, представь свою реакцию, когда твоё пробуждение как минимум было спланировано и несуразно. Да, Элли, новострённая, новый лёгкий факт для тебя – лорд Хакгард установил на тебя стазис поверх твоего, триггером пробуждения выбрав смерть Аезелвалфа.
Ах ты ревнивая срака! Получается… я ожила ровно тогда, когда сдох Варжонок. Смешно немного. Надеюсь, что стая ждёт, пока я дойду и погляжу на его трупец. Приятно будет, конечно, жуть! Пускай и странно, что именно на него Владрыга поставил эту херь с пробуждением. Не на любимого мужа и отца моей дочери, а именно на этого придурка дохлого. Эх, ну почему так нечестно? Я же еще не нагляделась на его мучения в гномьей тюрьме! Ну как так-то?!
- Кстати, я вспомнил, что Варгу как-то раз было хуже, чем вам тогда, лорд Кери, - усмехнулся лекарь, - мне иногда казалось, что он целенаправленно трогал леди, попадая ко мне с передозировкой ещё не дошедшего до сердца висталочьего яда, - он усмехнулся, - вас, наверное, уже спрашивали кто-то из охотников, но… вы жалеете, что потеряли его прошлое воплощение? Всё же Варг был… своим.
Мне хотелось заржать. Чтобы Виктор скучал, да ещё и по щеночку, да ещё и его кто-то про это спрашивал… может иронично? Хотя, по тону казалось, будто шутки здесь не было.
- Да. Он неплохо помог бы сейчас. Как минимум, - пара секунд тишины, - как максимум его идеи были бы полезны для отвлечения внимания Элли.
Не надо меня отвлекать! Ни Варжонком, ни кем другим! Я и сама вечно на что-то отвлекаюсь, а он ещё… но фу. Что это за дичь? Уши бы закрыла и… подслушивала сквозь щелочки.
- Нет, лорд Кери, - поднялся Люциус, - вы. Именно вы скучаете по нему? Я помню, как вы всеми силами выгоняли его в первый год, а после всё как-то… слишком изменилось, не находите?
Три. Два. Оди-ин…
- Нахожу. Можешь идти, дальше я справлюсь сам, - скрип кресла со стороны Виктора.
Учесть стоило, что я в этот раз не просто сидела где-то рядом на таком же кресле, мягком и кажется обложенном подушками, но и была одета во что-то плотное, шершавое и свободное. Телу было приятно и свежо, пусть и раздражало, что я не голенькая. Не хватало мне свободы. Трусов никто конечно мне предложить сейчас не смог бы, и лозунги про свободу письке тут были не при чём. Попка тоже была слишком свободна и ветерком обдуваема.
- Попробуем сходить в туалет? – тёплая рука Викторюсика подлезла под моими коленками, вторя той, что пробралась между спиной и спинкой, - с некоторого времени те мышцы вновь стали функциональны, а значит ты способна терпеть, что сейчас и делаешь уже не менее четырёх часов.
И тишина. Резкая, поломанная и плавающая. В следующий раз я проснулась в воде – я ощущала её телом и уже не зудящими точками, а скорее своей обыкновенной кожей. У меня появилась тактильность, пусть и не такая чёткая, как раньше. Воду я ощущала только от того, что сбоку был поток из крана и шум набирающегося фурако. А ещё мне сверху было холодно, а снизу тепло и приятно.
- Глаза открыла, - женщина, как и до этого, - ты проснулась? Ух, ты! – едва не взвизгнула она, - ты научилась поворачивать глаза? Д-да… ты глядишь на меня. Я прямо здесь! Ты меня видишь? – она не стала ждать ответ, - мы остались одни ненадолго, так что… ты очень красивая, вот, что я хотела тебе сказать. Знаешь, мне немного странно от того, что ты вообще появилась. Ты всегда для меня была такой… загадочной, что ли. Но близкой, это точно! Ты… всё, что ты мне оставила, помогло мне и помогает сейчас, так что… к-хм. Прости, мне сложно не плакать. Я все эти дни только и делаю, что… - она швыркнула носом, - жаль, что ты не можешь мне отвечать, иначе я бы хоть немного узнала тебя. Понимаешь же, что эти дни были ужасно сложными. Мы были в шоке, да и… можно вопрос? Там просто идут уже, а ты… почему у тебя глаза на портрете в папином кабинете карие, а сейчас зелёные?
Зеленые?! Блять! Что-то не то с моей Лесси?! Если тело реагирует так на это состояние, то мне срочно нужно что-то предпринять! Так. Прикрепление в норме, яичко плаценты твёрдое и не повреждено, да и, судя по тому, как она вяло тянет из меня силы, она сыта и не планирует ничего убегательного. Отчего тогда такая реакция?
- Пробудилась? – голос Виктора справа, - и, судя по всему, успела порадоваться новой встрече. Я прав? – он отчего-то решил подождать ответа, вероятно не моего, раз ответила та женщина:
- Мне бы тоже посидеть немного в её голове, - она хмыкнула, - давай я её покормлю. Я всё равно тут сижу, так что… придётся глотать, как в прошлый раз. Готова?
Не понимаю, к кому она обращалась, но… моя извечно открытая челюсть узнала, что такое жидкая тёплая пища. Каша? Фу, на молоке! Кто-то садист и изверг, с какой стороны не посмотри! Если бы мне кто мяса пережевал, было бы приятнее, а тут… ну и почему у меня нет рвотного рефлекса? Я бы сейчас тут им не только обосралась, но ещё и фонтанировала и сверху. А так… по горлу мерзко течёт. И да – глотать я пока не могла, и ощущалось это, как пытка, потому что меня поили через каждые две ложки.
- Не думаю, что ты бы обрадовалась её потоку размышлений, - хмыкнул Викторчик, - а он не заканчивается у Элли никогда. Она бывает не столько забавна, сколько груба. Тебе стоит принять это заранее. И подготовить себя к весьма нестандартному поведению.
Да я самая этикетная в мире!
Чем им всем вечно не нравится мой стиль общения? Он же не грубый, я хоть кого-то разочечек оскорбляла? Ну кроме, как оказалось, дохлого Варга? Надеюсь, что его Пустота к себе подсобрала или, нет! Пусть он переродился где-то в нормальной, блять, семье, чтобы таким же нормальным вырос, а не дебилёнком с припиздью! Вот всех благ ему, поганцу, желаю! От чистого, сука, сердца!
- Какая разница, если я буду рада любой ей? – женщина всё ещё швыркала носом, - её возвращение – чудо.
Кукусичек как-то язвительно хмыкнул, выдавая своё отношение совсем другого характера. Кривится, Ворчусичек, как обычно всё ему не так. Он себе распланировал идеальный мир, а мы ему все стены засрали говном и не только. Вот я, например – как долго он меня искал, и как давно нашёл. С другой стороны, Хакгардья падаль мог попытаться резануть мне по животу и через минуту после того, как утащил к себе в подвал. Есть конечно другая вероятность, что он и донести не успел, бедолага. Сразу сбежал с открученными яйцами и брызгливым отплёвыванием, кое его теперь ждёт всю жизнь. Надеюсь, что писается он теперь только через трубку, потому как у него там дыра, подобная той, что у моего старшего папаши имелась.
- Чудо не спровоцировало бы такой приток «посетителей», что пытаются всеми силами забрать себе свою Верховную, - кажется Кукурузичек что-то пил, - а я не услышал бы неожиданное правило, гласящее, что муж для висталки – лишь временная накладка на интимные места, поэтому права решать за свою супругу не имеет.
Женщина опрокинула мне в рот очередную ложку жужева, подтёрла тканью подбородок и ехидно хмыкнула:
- Понятно почему ты всегда ненавидел Нирраллин, - её пальцы скользнули по моей щеке до уха, заправляя мешающий мокрый волос, - она наглая и раздражающая. Не знаю, как её терпел лорд Варг, если она настолько… тараканистая. В любое отверстие пролезет и совьёт там гнездо!
Викторюсичек больше звуков двигательных не издавал, будто исчезнув на миг из пространства – его раскрыл его же ответ, который он явно долго подбирал, не в силах найти то ли правильный, то ли уместный:
- Он находился с ней в интимных отношениях. Только это было причиной терпения, - пока ложка застыла, ткнувшись в мою губу, - мужчины в некоторых случаях руководствуются совсем не разумом.
Теплое серебро ложки отстало от меня, переместившись по ощущениям куда-то вниз. Так и вышло, я услышала звяк о фарфор.
- Какая разница, если ты так не делаешь, а эта Нира думает, что когда-нибудь у неё получится и с тобой? – дрогнувший и надутый вопрос от женщины.
Она говорила капризно и высокомерно, чем меня окончательно путала в своей личности. Да, они обсуждали мою подругу, и во всём были правы насчёт неё, но это же не значит, что можно при мне обсуждать кто с кем спал, а кто не стал бы. Да и… странно, что Виктор вообще с кем-то поддерживал этот разговор. Может у меня глюки на фоне того болевого шока, про который они говорили?
- Не думал, что скажу это тебе это сейчас, однако… я не тот мужчина, что станет пользоваться подобными услугами. Это… тошно.
Женщина хмыкнула ещё более насмешливо, после чего выдала свысока, опрокинув в мой рот еду:
- Я заметила, если ты не понял, - смешок, - замужем я была лишь раз, переплюнув в брезгливости и педантичности тебя! Так что… хотя количество твоих жен за всё это время я кое-кому озвучу!
О, так он успевал… так, погодите, а Терра? Если меня ещё как-то можно было с его руки стереть, пусть и целенаправленно, да и… да, у меня не было на руках ни единой брачной метки. Я была свободна и вольна, как ветер над океяном, нахуй. Но если он снял метку, то почему я всё ещё тут, сижу в его фурако и подслушиваю как он… с женой своей новой пиздит? Не похоже, скорее это был кто-то из Ковена – я ощущала от неё потоки висталочьей силы, достаточно старые и окрепшие. А теперь додумываем логически – она говорила про «мой мир». Значит она с Фобоса. Не знала, что там есть висталки, ещё и достаточно мощные, чтобы сравниться с, я не знаю, той же Нирой? До уровня Ковена, понятно дело, эта хвостатая не тянет, но и нашей она очевидно не была, я всех поголовно знаю и перечислить могу, даже из только рожденных.
- Элли не склонна к ревности, - отчего-то совсем насмешливо фыркнул Керюсичек, - и способна осознать непреложные истины физиологии.
- О, всё. Дальше мы не будем это обсуждать! – запротестовала женщина, - я ещё не отошла от того разговора в мои тринадцать, когда ты узнал ту глупость моего сознания про лорда Варга! Нет уж! Я протестую против напоминания мне о подобном!
- Ты начала сам-м… - Виктор тоже улыбался голосом.
Ровно до того момента, как я затрепетала ресницами, звонко захлопнула проклятую челюсть и потонула в собственном беззвучном крике где-то глубоко внутри. Волна неудержимой магии резанула по пространству волной вкруг, в плечо воткнулось что-то острое, а голоса стали прорезаться лишь яркими вскриками:
- …укол подействовал… - женщина.
- …должны попробовать… - Виктор.
И мрак. Как же без него в этом проклятом состоянии, мире и теле? Да я уже успела так намучаться, что у меня сил не оставалось на очередной виток судорожных волн по недееспособным мышцам! Не знаю, как долго это будет происходить, но терпеть сил больше не осталось. Смешно, да как бы ещё донести до этих двоих, что я согласна на любой опиум, только чтобы он помог? Менталиста мне больше никто не звал, а другим способом донести до старшего Кери, что я сдохну от ещё одной ложки каши, от ещё одного его беспечного пиздежа и ещё от одного решения не успокаивать меня сладким сном впервые за херову кучу времени, я не могла. Вот бы можно было высирать предложения из говняных букв. Тогда может что и вышло, но мата там было бы многовато, вы правы.
- Леди повезло, что у неё множество мелких острых зубов, а не обыкновенные человеческие, - вернул меня в сознание незнакомый голос, - откусить себе язык у неё вышло бы проще.
Я попыталась закрыть снова открытую, пусть и не по моей воле, челюсть. Не смогла, кто-то держал её так крепко, что я и пошевелить не смогла бы. Что толку от открытых глаз, если я не могу ими видеть даже тени? Просто темнота, пока кто-то в наглую фиксирует железяками мой язык, заставляет держать рот открытым и… игла в мягкую плоть языка! Спасибо, блять, за то, что под обезболом нихера не ощущалось, но сам факт того, что тебе шьют что-то там наживую – мерзкая херня!
- Не попали, леди Ариэлла, - усмехнулся мужчина, находящийся вплотную к моему лицу, - однако я наслышан о способностях вашего хвоста, поэтому попрошу лорда Кери уберечь меня от вероятной гибели, - он ещё и усмехнулся.
Пока Виктор, судя по кряхтению, ловил бьющийся едва ли не в конвульсиях истерики хвостик. Ему помогло то, что у него глаза нормально глядели, а не внутрь жопы, как у меня, поэтому-то пальцы сжали цепкой хваткой сразу два места, позволяя лишь кончику с кисточкой несильно шлёпать удерживателя по ближайшему кулаку.
- Не то слово «гибели», Люциус, - усмехнулся усталым голосом Викторюсичек.
Ах, целитель! Наш! Ещё один знакомый маг, делающий мне бяку, порось! Я им трогать мой язык разрешала, ась? Вот и хрен ли они его тут всем семейством нащупывают? Зажил бы себе чуть позже, но регенирировал бы сам, ёшкин хуй! Тем более мне и не больно совсем из-за того, чем они меня тут колют. Так нет же, надо извергам извергствовать, верно. Почему они этим вечно на мне занимаются, а не себя коцают?
- Меня впечатлял тот ваш месяц тягчайшего отравления, - у Люциуса отчего-то был совсем незнакомый мне голос, а не тот, к которому я привыкла, - пробитая иглой рука по всей длине и неспособность сохранить палец. И я помню, что попытки сопротивляться вы использовали на полную, хотя всего лишь пытались коснуться её ладони. Это пугает. Один, казалось бы, беспомощный хвост и леди в стазисе.
Кери хмыкнул, зачем-то решив потрогать кончик моего хвоста, и растопырил волосы кисточки в разные стороны. И нет, шип он там не заметил – выдвинуть эту штуку я отчего-то не могла, хотя ещё минуту назад перед попыткой отбиться она ядовито торчала откуда нужно.
- Висталочий стазис, Люциус. Крайне важное уточнение, - протянул умный Викторюсичек, - это состояние при беременности позволяет не просто впасть в лечебный сон, но и создаёт защиту для плода. Любое прикосновение к телу в стазисе активирует не только хвост, развивающий запредельную скорость и способный удлиняться при необходимости, помимо этого тело выделяет яд, запрещающий предполагаемому врагу регенирировать хоть как-то, в то время как сам кислотный состав будет растворять плоть. Весьма… болезненное действо. Однако я попрошу тебя больше не говорить про это при ней. Нас ждёт удручающий разговор позже. Сейчас я не хотел бы беспокоить её отсутствием у меня каких-либо частей тела из-за её действий.
Пф-ф. Чувство вины? Ещё чего! Уверена, что он сам напоролся и сидит теперь на меня косится. Да и вообще – нехуй лезть к висталкам! Как в стазисе, так и без. Сам женился, сам хуя лишился. Даже в рифму вышло!
- Вы тогда, к тому же… - начал было лекарь, - к-хм. Вы сумели забрать у леди печать после пробуждения?
Тишина две пронзительные звенящие секунды. Ага. Мы с языком аж замерли и прекратили вырываться. Нужно было замереть и прислушаться ещё внимательнее, чем до этого. Что там с печатью?
- Люциус, - ну очень безликий тон Викторюсика, - напомню, что благодарить меня за кражу Элли не станет. А судя по глазам и реакции, она более чем сознательна.
- Прошу прощения, лорд Кери, - пробурчал целитель, неожиданно отпустив мой язык, а после и челюсть, которой я снова едва не щелкнула у себя на болталке, - мне показалось, что вы будете, как и прежде, говорить с леди обо всём прямо.
Я могла водить мышцами челюсти из стороны в сторону, чем и занималась, радуясь тому, что кажется меня ждёт твёрдая пища. И никаких ебучих каш!
- Так и будет, но позже, - задумчиво протянул Кривлюсик, - Люциус, представь свою реакцию, когда твоё пробуждение как минимум было спланировано и несуразно. Да, Элли, новострённая, новый лёгкий факт для тебя – лорд Хакгард установил на тебя стазис поверх твоего, триггером пробуждения выбрав смерть Аезелвалфа.
Ах ты ревнивая срака! Получается… я ожила ровно тогда, когда сдох Варжонок. Смешно немного. Надеюсь, что стая ждёт, пока я дойду и погляжу на его трупец. Приятно будет, конечно, жуть! Пускай и странно, что именно на него Владрыга поставил эту херь с пробуждением. Не на любимого мужа и отца моей дочери, а именно на этого придурка дохлого. Эх, ну почему так нечестно? Я же еще не нагляделась на его мучения в гномьей тюрьме! Ну как так-то?!
- Кстати, я вспомнил, что Варгу как-то раз было хуже, чем вам тогда, лорд Кери, - усмехнулся лекарь, - мне иногда казалось, что он целенаправленно трогал леди, попадая ко мне с передозировкой ещё не дошедшего до сердца висталочьего яда, - он усмехнулся, - вас, наверное, уже спрашивали кто-то из охотников, но… вы жалеете, что потеряли его прошлое воплощение? Всё же Варг был… своим.
Мне хотелось заржать. Чтобы Виктор скучал, да ещё и по щеночку, да ещё и его кто-то про это спрашивал… может иронично? Хотя, по тону казалось, будто шутки здесь не было.
- Да. Он неплохо помог бы сейчас. Как минимум, - пара секунд тишины, - как максимум его идеи были бы полезны для отвлечения внимания Элли.
Не надо меня отвлекать! Ни Варжонком, ни кем другим! Я и сама вечно на что-то отвлекаюсь, а он ещё… но фу. Что это за дичь? Уши бы закрыла и… подслушивала сквозь щелочки.
- Нет, лорд Кери, - поднялся Люциус, - вы. Именно вы скучаете по нему? Я помню, как вы всеми силами выгоняли его в первый год, а после всё как-то… слишком изменилось, не находите?
Три. Два. Оди-ин…
- Нахожу. Можешь идти, дальше я справлюсь сам, - скрип кресла со стороны Виктора.
Учесть стоило, что я в этот раз не просто сидела где-то рядом на таком же кресле, мягком и кажется обложенном подушками, но и была одета во что-то плотное, шершавое и свободное. Телу было приятно и свежо, пусть и раздражало, что я не голенькая. Не хватало мне свободы. Трусов никто конечно мне предложить сейчас не смог бы, и лозунги про свободу письке тут были не при чём. Попка тоже была слишком свободна и ветерком обдуваема.
- Попробуем сходить в туалет? – тёплая рука Викторюсика подлезла под моими коленками, вторя той, что пробралась между спиной и спинкой, - с некоторого времени те мышцы вновь стали функциональны, а значит ты способна терпеть, что сейчас и делаешь уже не менее четырёх часов.
