— Прошу прощения, леди Кроу. Следуйте за мной, — опомнился старый слуга.
Мне не хотелось проявлять характер в первый же день в новом доме, но Бенет не оставил выбора. Мы вернулись в замок, прошли по веренице коридоров и остановились около массивной двери, ведущей в подвал. Дворецкий тихо постучал.
— Боюсь, лорд Кроу занят. Давайте заглянем в другой раз.
Узнай мама о моей последующей выходке, ей стало бы дурно. Я протиснулась к двери и что есть сил ударила несколько раз кулачком. Никакого эффекта. Бенет тяжело вздохнул. Но в моем арсенале были и другие приемы. Развернувшись спиной, я отвесила несколько громких пинков каблуком, и они сделали свое дело. Дверь сама собой открылась, являя взору крутую лестницу, ведущую вниз.
— Пожалуй, леди Кроу, я подожду вас здесь, — предложил Бенет и прирос к стене.
Пожав плечами, я спустилась по ступенькам. Свет факелов освещал путь. Алхимическая лаборатория в подвале — достаточно частое явление для поместий и замков. Прохлада, умеренная влажность и отсутствие солнечного света помогали сохранять зелья свежими, а нестабильные артефакты приобретали устойчивость в тишине, и ничто не могло их потревожить сквозь толстые стены и каменные своды подвала.
Мне хотелось заглянуть в каждый боковой проход. У семьи Кроу должно быть множество интересных магических предметов...
— Я не люблю, когда меня отвлекают от работы, — неожиданно раздавшийся рядом ледяной тон Валиана тут же пресек все мое любопытство на корню.
— Тебе не пришлось бы отвлекаться, покажи ты замок сам. У нас проблема.
— Как, уже? — с сарказмом спросил Валиан.
— Да. Оранжерея в ужасном состоянии. Ее нужно срочно починить, а Бенет без твоего разрешения боится даже нос почесать.
— Включим расходы на ремонт в смету на следующий месяц, — сам того не зная, Валиан повторил слова старого слуги.
— Нет же! — я упрямо тряхнула головой. — Послезавтра сюда привезут сотню моих растений, их нельзя размещать на улице. Так что в твоих интересах починить оранжерею как можно скорее. Иначе я размещу их в доме!
— Почему я узнаю? об этом только сейчас? — раздраженно спросил Валиан.
— Ну извини. Я даже представить не могла, что есть поместья, где оранжереи никто не использует!
Валиан прикрыл глаза. На его скулах заходили желваки.
— Я не могу надолго отлучаться из лаборатории. Передай Бенету, что все дела и расходы, связанные с садом, я оставляю на твое усмотрение, — Валиан развернулся и пошел обратно вглубь подвала.
Я повернулась к небольшой нише. Из-за тусклого освещения едва можно было разобрать очертания полок и каких-то плетеных корзин.
— На твоем месте я бы поспешил. Магическая дверь закроется через минуту, — донесло эхо слова Валиана.
Фыркнув, я направилась к выходу. Бенет так и стоял около стены, ожидая меня.
— Все улажено, — заверила я дворецкого. — Валиан просил передать, что все дела, связанные с замком, он оставляет на мое усмотрение. — Дворецкий неуверенно переминался с ноги на ногу. — Что-то не так, Бенет?
Я добавила металлические нотки в свой голос. Уверена, именно это Валиан и имел в виду. Просто из-за спешки не успел все подробно разъяснить. Хорошо, я сама догадалась.
— Нет, леди Кроу. Завтра же утром я найму рабочих, и мы начнем приводить в порядок оранжерею.
— И беседку, — добавила я.
— Простите, леди Кроу?
— Я видела в саду беседку, обвитую плющом. Ее нужно очистить от сухих веток и в случае необходимости отремонтировать и покрасить. После оранжереи, естественно.
Бенет кивнул. Мы продолжили осмотр замка. Бо?льшая часть помещений была заперта, во многих комнатах царило запустение, гостиные давно не отапливались. В принципе, я могла понять, почему Валиан так все запустил. Гости сюда не заглядывали, а о том, чтобы Валиан решил устроить бал или званый ужин, не могло быть и речи. Не в его это стиле.
После экскурсии я вернулась к себе. Пришла Марша и сообщила, что ванна готова. Я прихватила кружевную сорочку и шелковый пеньюар и отправилась в ванную комнату.
— Спасибо, Марша. Можете идти.
Теплая вода помогла немного расслабиться и успокоить нервы. Интересно, что сейчас творилось в парке? Мама, наверно, ужасно разозлилась из-за нашего побега.
Дверь скрипнула, и сердце тут же ушло в пятки. Я резко обернулась. В комнату просочился Зубастик. Поведя мордой по воздуху, словно принюхиваясь, он нашел источник влаги и залез ко мне в ванну.
— Эй! Я вообще-то мылась, а ты неизвестно где ползал весь день!
И неизвестно что жрал. Последнее я не стала произносить вслух. Зубастик проигнорировал мое замечание и принялся полоскать корешки в мыльной воде, по которой медленно расползались грязные разводы. Нежиться в ванной сразу расхотелось. Выпрыгнув настолько быстро, насколько позволяла сноровка, я завернулась в полотенце.
— Ночевать будешь здесь, — сказала я Зубастику.
Тот с блаженством погрузился целиком в воду, и на поверхность всплыли пузырьки воздуха. Боги, какое же странное растение у меня получилось.
В спальне тем временем успели разжечь камин. Во всполохах пламени портрет леди Лючии смотрелся особенно жутко. Я аккуратно сняла его со стены и спрятала за шкаф.
Все приготовления были закончены, и Валиан мог появиться в любую минуту.
Я попыталась принять естественно-соблазнительную позу. В книге «Порочные желания», что подложила под дверь Лили (кроме нее, больше некому), было много дельных советов, и я решила начать с самого простого — правильной подачи.
Прошло минут десять. Правый бок затек. Пришлось перевернуться на спину и расправить локоны по подушке. Терзаясь сомнениями, показывать ноги или нет, я пошла на сделку с совестью и чуть-чуть приподняла подол сорочки, тем самым оголив щиколотки.
«И где его носит?» — раздраженно подумала я. Не то чтобы мне не терпелось оказаться с ним в одной постели, но право первой ночи никто не отменял. Это, на секундочку, и мое право! Я сладко зевнула. Волнение отступило на второй план, усталость брала свое. Безумный день остался позади, и раз Валиан не спешил, ничего страшного не случится, если я прикрою ненадолго глаза.
Дверь тихо скрипнула. Услышав тяжелую поступь, я открыла слипшиеся веки, прекрасная зная, кто является источником шума. Валиан стоял спиной около ночного столика и медленно раздевался. Он небрежно скинул сюртук, стянул рубашку, оголяя широкую спину. Угли в камине давно погасли, и все, что я могла разглядеть, — очертания его фигуры в лунном свете. Но этого с лихвой хватало, чтобы бурное воображение дорисовало остальное. Настал черед ремня. Испугавшись, словно глупая девчонка, я зарылась в одеяло и зажмурила глаза. Валиан тихо усмехнулся. Он заметил, что я не сплю.
Притаившись, я ждала. Что-то тяжелое опустилось на кровать. Ткань одеяла натянулась. Теплая ладонь коснулась моего лица. Мурашки пробежали по телу от неожиданной ласки, и я широко раскрыла глаза. Темный силуэт склонился надо мной, всполохи молний на дне глаз завораживали и пугали одновременно. Я почувствовала исходящий от Валиана жар, и захотелось прижаться к нему всем телом. Совсем скоро он будет принадлежать мне, и эта собственническая мысль взбудоражила кровь. Протянув руку, я наткнулась на мускулистые плечи. Его гладкая кожа обожгла кончики пальцев. Захотелось вцепиться в нее ногтями, проникнуть внутрь и убедиться, что там, в глубине, находится существо из плоти и крови.
Валиан притянул меня к себе, и мы впервые поцеловались. Влажный горячий язык жадно проник внутрь моего рта. Сладкая истома разлилась по всему телу. Страха не было. Одни чувства и желания. Он отстранился, и прочертил поцелуями дорожку по щеке к уху.
— Валиан, ты что... щекотно, — заплетающимся языком сказала я, но он не унимался.
Щекоча за ухом чем-то мягким и гладким, Валиан заставлял мое тело извиваться.
— Да, что там у тебя. Змеиный язык, что ли?! — взвизгнула я, и видение исчезло.
Было утро. Я лежала одна на кровати. Почти одна. Зубастик замер над моим лицом, медленно убирая свои листочки от моего уха. Бессовестная морда проголодалась и не нашла ничего лучше, как разбудить хозяйку, чтобы его соизволили покормить!
Боги, не будь я так разочарована, непременно бы устроила ему взбучку! Валиан не пришел. Я посмотрела на Зубастика и уже собралась его отчитать, когда заметила одну маленькую деталь.
— А ты подрос, — прошептала я, прикидывая полный рост растения.
Зубастик давно перемахнул отметку в один метр. Если так пойдет и дальше, придется его переселить в оранжерею. Тело после беспокойного сна словно одеревенело. Я медленно встала с кровати и подошла к окну. Внимание привлекли рабочие около оранжереи. Значит, работа уже началась.
Одеваясь, я пыталась понять, что же творится в голове Валиана. С одной стороны, он мог быть не готов к более близким отношениям. С другой, складывалось впечатление, что ему это и не нужно. В ужасном расположении духа я спустилась вниз.
— Доброе утро, леди Кроу, — поздоровался Бенет. — Изволите завтракать?
— Да, пожалуйста, — я направилась в столовую и, не найдя там Валаина, спросила; — А где лорд Кроу?
— Отбыл с утра во дворец, леди Кроу.
— Прекрасно, — оскалилась я в улыбке, не в силах сдержать едкие нотки.
Аппетит пропал. Зубастик устроился на стуле напротив, и, чтобы хоть как-то себя развлечь, я кидала в его раскрытую пасть кусочки хлеба. Он ловко ловил их в воздухе, а когда все же случался промах, кидался на пол и сжирал все до последней крошки, рискуя закусить ковром и паркетом в придачу. Бенет и Хильда следили за происходящим, держа мнение о манерах новой хозяйки при себе. Вот она — взрослая, самостоятельная жизнь.
Допив кофе, я прихватила булочек для Зубастика и собралась на улицу. Требовалось проверить, как идут работы в оранжерее.
Все переживания оказались напрасны. Бенет постарался на славу. Человек двадцать слаженно меняли стекла, жгли мусор и подкрашивали каркас.
— Бенет, отличная работа! — воскликнула я, когда из дома показался дворецкий. — Когда они обещали закончить?
— Завтра вечером.
— Значит, можно не переживать за цветы, — с облегчением выдохнула я. — Впервые вижу, чтобы рабочие так усердно трудились.
— Да, им не терпится побыстрее убраться.
Я непонимающе посмотрела на Бенета.
— Слухи, леди Кроу, — лаконично намекнул он.
В подтверждение его слов, вышедший из оранжереи рабочий бросил тревожный взгляд на замок, достал из-под рубашки бусы и вернулся к своим делам. Странное украшение больше подходило пожилой женщине, нежели молодому мужчине.
— Оникс, — определила я издалека и поджала губы.
— Простолюдины, что с них взять, — чопорно заметил Бенет. — Я могу вам еще чем-то помочь?
— Нет, Бенет. Можете идти.
В народе ходило глупое поверье, что этот полудрагоценный камень способен защитить от сглаза, черной магии и другого нежелательного влияния сил, которые были неподвластны простым смертным. По сути, ложь чистой воды. Никакой кусок камня не защитит от магии, если сам не является вместилищем магии. Другими словами — артефактом. Я решила еще раз обойти сад и определить фронт работ. Замку Кроу требовалась забота и любовь, и я, как новая хозяйка, планировала дать ему вторую жизнь.
Неспешная прогулка вернула хорошее настроение. Мы с Зубастиком придумали развлечение — я кидала палку, а он приносил ее обратно, словно какая-нибудь болонка.
Хорошенько замахнувшись, я сделала вид, что снова кинула палку, и цветочек молнией умчался искать ее в кустах. Интересно, как быстро Зубастик догадается, что на самом деле она так и осталась в моих руках.
Ветерок принес легкий запах костра, которым наполнялись все сады осенью и весной, когда жгли старую листву и ветки. Наконец-то у меня будет что-то свое, и никакие «Ой, Делия, красивый цветок, но давай пересадим его куда-нибудь поглубже в сад» или «Прекрасный экземпляр Купины Неопалимой. Пожалуйста, выкинь ее, не хватало, чтобы кто-то обжегся» не будут мне досаждать.
Зубастик все еще шуршал где-то в кустах, и я направилась дальше, к главному входу. Там, на фасаде, висело грустное воспоминание о некогда прекрасном цветке. Пальцы сами собой коснулись засохшей лозы.
— Как жаль, что ты умерла, — прошептала я. — Какие у тебя были цветы? Алые?
Палец наткнулся на острый шип. Я посмотрела на выступившую каплю крови, и в голову пришла безумная идея. Сжав в кулак несколько сухих веток, я поморщилась от боли. Шипы впивались в плоть, и магия с кровью стала проникать внутрь мертвого растения. Роза жадно глотала живительную влагу. Как завороженная, я наблюдала за возрождением. Еще никогда ничего подобного не получалось ни у мамы, ни у Лили.
Сухие ветки обрели насыщенный красный цвет. Распустились темно-зеленые листочки с бордовыми прожилками, и вскоре настал черед цветов. Завязи налились. Голова у меня кружилась, дыхание стало сбивчивым, но нужно было продержаться еще чуть-чуть. На уровне глаз распустился первый бутон. Темно-бордовый бархатный цветок, состоящий из множества лепестков, напоминал плотным соцветием Синтию Черноокую, но он все-таки был другим. Нежным и мягким, с округлыми лепестками, и оттенок был ближе к бордовому, нежели черному. В голову само собой пришло имя: «Черный принц». В глазах резко потемнело, и я почувствовала, как падаю.
Приходить в себя после обескровливания и магического истощения было вдвойне неприятно. Слабость во всем теле, мигрень, боль в руке, которой я совершила своеобразный магический прорыв, заставили меня едва слышно простонать. В горле пересохло. Ужасно хотелось пить.
— Леди Кроу? — раздался встревоженный голос сбоку.
Около кровати сидела Марша и, заметив, что я пришла в себя, тут же выбежала из комнаты, чтобы вернуться с Валианом. Он был мрачнее тучи и, не говоря ни слова, взял мою руку. Проверил пульс, достал из мешочка артефакты и разложил их на кровати. Тут же в воздухе возникла пентаграмма, и я почувствовала, как мое тело снова напитывается магией.
— Марша, спасибо. Можешь идти, — распорядился Валиан и, как только дверь за служанкой закрылась, набросился на меня.
— О чем ты только думала! Проклятые Боги тебя дери, Делия Гарден! — гаркнул он.
Я не смогла сдержать улыбку. Он за меня волновался, и это был первый признак того, что чувства становятся взаимными. По крайней мере, я на это надеялась.
— Если бы не мерзкий цветок, я бы овдовел уже на второй день после свадьбы!
— Ты про Зубастика? А что он сделал?
— Позвал на помощь первого попавшегося человека. Тебе, кстати, стоит извиниться перед Маршей. Она думала, цветок собирается ее сожрать. И убери это самодовольное выражение с лица. Я беспокоился вовсе не о тебе, а о своей репутации. Вокруг семьи Кроу и так достаточно сплетен!
— Спасибо, — улыбнулась я, давая понять, что на меня эти жалкие оправдания не возымели никакого эффекта. — Можно воды?
Валиан недовольно пожал губы и, аккуратно приподняв мою голову, приложил стакан к губам. «А бесчувственный чурбан вполне может быть заботливым», — отметила я.
— Не ожидал, что ты в состоянии оживить мертвое растение. Твой уровень магии ведь едва дотягивает до адепта, — сказал Валиан, пристально следя за моим выражением лица.
— Повезло, — предположила я и сразу перевела тему. — Леди Лючия вывела сорт Черный Принц?
— Как ты узнала? — он растерянно отстранился и поставил стакан на тумбочку.
Мне не хотелось проявлять характер в первый же день в новом доме, но Бенет не оставил выбора. Мы вернулись в замок, прошли по веренице коридоров и остановились около массивной двери, ведущей в подвал. Дворецкий тихо постучал.
— Боюсь, лорд Кроу занят. Давайте заглянем в другой раз.
Узнай мама о моей последующей выходке, ей стало бы дурно. Я протиснулась к двери и что есть сил ударила несколько раз кулачком. Никакого эффекта. Бенет тяжело вздохнул. Но в моем арсенале были и другие приемы. Развернувшись спиной, я отвесила несколько громких пинков каблуком, и они сделали свое дело. Дверь сама собой открылась, являя взору крутую лестницу, ведущую вниз.
— Пожалуй, леди Кроу, я подожду вас здесь, — предложил Бенет и прирос к стене.
Пожав плечами, я спустилась по ступенькам. Свет факелов освещал путь. Алхимическая лаборатория в подвале — достаточно частое явление для поместий и замков. Прохлада, умеренная влажность и отсутствие солнечного света помогали сохранять зелья свежими, а нестабильные артефакты приобретали устойчивость в тишине, и ничто не могло их потревожить сквозь толстые стены и каменные своды подвала.
Мне хотелось заглянуть в каждый боковой проход. У семьи Кроу должно быть множество интересных магических предметов...
— Я не люблю, когда меня отвлекают от работы, — неожиданно раздавшийся рядом ледяной тон Валиана тут же пресек все мое любопытство на корню.
— Тебе не пришлось бы отвлекаться, покажи ты замок сам. У нас проблема.
— Как, уже? — с сарказмом спросил Валиан.
— Да. Оранжерея в ужасном состоянии. Ее нужно срочно починить, а Бенет без твоего разрешения боится даже нос почесать.
— Включим расходы на ремонт в смету на следующий месяц, — сам того не зная, Валиан повторил слова старого слуги.
— Нет же! — я упрямо тряхнула головой. — Послезавтра сюда привезут сотню моих растений, их нельзя размещать на улице. Так что в твоих интересах починить оранжерею как можно скорее. Иначе я размещу их в доме!
— Почему я узнаю? об этом только сейчас? — раздраженно спросил Валиан.
— Ну извини. Я даже представить не могла, что есть поместья, где оранжереи никто не использует!
Валиан прикрыл глаза. На его скулах заходили желваки.
— Я не могу надолго отлучаться из лаборатории. Передай Бенету, что все дела и расходы, связанные с садом, я оставляю на твое усмотрение, — Валиан развернулся и пошел обратно вглубь подвала.
Я повернулась к небольшой нише. Из-за тусклого освещения едва можно было разобрать очертания полок и каких-то плетеных корзин.
— На твоем месте я бы поспешил. Магическая дверь закроется через минуту, — донесло эхо слова Валиана.
Фыркнув, я направилась к выходу. Бенет так и стоял около стены, ожидая меня.
— Все улажено, — заверила я дворецкого. — Валиан просил передать, что все дела, связанные с замком, он оставляет на мое усмотрение. — Дворецкий неуверенно переминался с ноги на ногу. — Что-то не так, Бенет?
Я добавила металлические нотки в свой голос. Уверена, именно это Валиан и имел в виду. Просто из-за спешки не успел все подробно разъяснить. Хорошо, я сама догадалась.
— Нет, леди Кроу. Завтра же утром я найму рабочих, и мы начнем приводить в порядок оранжерею.
— И беседку, — добавила я.
— Простите, леди Кроу?
— Я видела в саду беседку, обвитую плющом. Ее нужно очистить от сухих веток и в случае необходимости отремонтировать и покрасить. После оранжереи, естественно.
Бенет кивнул. Мы продолжили осмотр замка. Бо?льшая часть помещений была заперта, во многих комнатах царило запустение, гостиные давно не отапливались. В принципе, я могла понять, почему Валиан так все запустил. Гости сюда не заглядывали, а о том, чтобы Валиан решил устроить бал или званый ужин, не могло быть и речи. Не в его это стиле.
После экскурсии я вернулась к себе. Пришла Марша и сообщила, что ванна готова. Я прихватила кружевную сорочку и шелковый пеньюар и отправилась в ванную комнату.
— Спасибо, Марша. Можете идти.
Теплая вода помогла немного расслабиться и успокоить нервы. Интересно, что сейчас творилось в парке? Мама, наверно, ужасно разозлилась из-за нашего побега.
Дверь скрипнула, и сердце тут же ушло в пятки. Я резко обернулась. В комнату просочился Зубастик. Поведя мордой по воздуху, словно принюхиваясь, он нашел источник влаги и залез ко мне в ванну.
— Эй! Я вообще-то мылась, а ты неизвестно где ползал весь день!
И неизвестно что жрал. Последнее я не стала произносить вслух. Зубастик проигнорировал мое замечание и принялся полоскать корешки в мыльной воде, по которой медленно расползались грязные разводы. Нежиться в ванной сразу расхотелось. Выпрыгнув настолько быстро, насколько позволяла сноровка, я завернулась в полотенце.
— Ночевать будешь здесь, — сказала я Зубастику.
Тот с блаженством погрузился целиком в воду, и на поверхность всплыли пузырьки воздуха. Боги, какое же странное растение у меня получилось.
В спальне тем временем успели разжечь камин. Во всполохах пламени портрет леди Лючии смотрелся особенно жутко. Я аккуратно сняла его со стены и спрятала за шкаф.
Все приготовления были закончены, и Валиан мог появиться в любую минуту.
Глава 13
Я попыталась принять естественно-соблазнительную позу. В книге «Порочные желания», что подложила под дверь Лили (кроме нее, больше некому), было много дельных советов, и я решила начать с самого простого — правильной подачи.
Прошло минут десять. Правый бок затек. Пришлось перевернуться на спину и расправить локоны по подушке. Терзаясь сомнениями, показывать ноги или нет, я пошла на сделку с совестью и чуть-чуть приподняла подол сорочки, тем самым оголив щиколотки.
«И где его носит?» — раздраженно подумала я. Не то чтобы мне не терпелось оказаться с ним в одной постели, но право первой ночи никто не отменял. Это, на секундочку, и мое право! Я сладко зевнула. Волнение отступило на второй план, усталость брала свое. Безумный день остался позади, и раз Валиан не спешил, ничего страшного не случится, если я прикрою ненадолго глаза.
Дверь тихо скрипнула. Услышав тяжелую поступь, я открыла слипшиеся веки, прекрасная зная, кто является источником шума. Валиан стоял спиной около ночного столика и медленно раздевался. Он небрежно скинул сюртук, стянул рубашку, оголяя широкую спину. Угли в камине давно погасли, и все, что я могла разглядеть, — очертания его фигуры в лунном свете. Но этого с лихвой хватало, чтобы бурное воображение дорисовало остальное. Настал черед ремня. Испугавшись, словно глупая девчонка, я зарылась в одеяло и зажмурила глаза. Валиан тихо усмехнулся. Он заметил, что я не сплю.
Притаившись, я ждала. Что-то тяжелое опустилось на кровать. Ткань одеяла натянулась. Теплая ладонь коснулась моего лица. Мурашки пробежали по телу от неожиданной ласки, и я широко раскрыла глаза. Темный силуэт склонился надо мной, всполохи молний на дне глаз завораживали и пугали одновременно. Я почувствовала исходящий от Валиана жар, и захотелось прижаться к нему всем телом. Совсем скоро он будет принадлежать мне, и эта собственническая мысль взбудоражила кровь. Протянув руку, я наткнулась на мускулистые плечи. Его гладкая кожа обожгла кончики пальцев. Захотелось вцепиться в нее ногтями, проникнуть внутрь и убедиться, что там, в глубине, находится существо из плоти и крови.
Валиан притянул меня к себе, и мы впервые поцеловались. Влажный горячий язык жадно проник внутрь моего рта. Сладкая истома разлилась по всему телу. Страха не было. Одни чувства и желания. Он отстранился, и прочертил поцелуями дорожку по щеке к уху.
— Валиан, ты что... щекотно, — заплетающимся языком сказала я, но он не унимался.
Щекоча за ухом чем-то мягким и гладким, Валиан заставлял мое тело извиваться.
— Да, что там у тебя. Змеиный язык, что ли?! — взвизгнула я, и видение исчезло.
Было утро. Я лежала одна на кровати. Почти одна. Зубастик замер над моим лицом, медленно убирая свои листочки от моего уха. Бессовестная морда проголодалась и не нашла ничего лучше, как разбудить хозяйку, чтобы его соизволили покормить!
Боги, не будь я так разочарована, непременно бы устроила ему взбучку! Валиан не пришел. Я посмотрела на Зубастика и уже собралась его отчитать, когда заметила одну маленькую деталь.
— А ты подрос, — прошептала я, прикидывая полный рост растения.
Зубастик давно перемахнул отметку в один метр. Если так пойдет и дальше, придется его переселить в оранжерею. Тело после беспокойного сна словно одеревенело. Я медленно встала с кровати и подошла к окну. Внимание привлекли рабочие около оранжереи. Значит, работа уже началась.
Одеваясь, я пыталась понять, что же творится в голове Валиана. С одной стороны, он мог быть не готов к более близким отношениям. С другой, складывалось впечатление, что ему это и не нужно. В ужасном расположении духа я спустилась вниз.
— Доброе утро, леди Кроу, — поздоровался Бенет. — Изволите завтракать?
— Да, пожалуйста, — я направилась в столовую и, не найдя там Валаина, спросила; — А где лорд Кроу?
— Отбыл с утра во дворец, леди Кроу.
— Прекрасно, — оскалилась я в улыбке, не в силах сдержать едкие нотки.
Аппетит пропал. Зубастик устроился на стуле напротив, и, чтобы хоть как-то себя развлечь, я кидала в его раскрытую пасть кусочки хлеба. Он ловко ловил их в воздухе, а когда все же случался промах, кидался на пол и сжирал все до последней крошки, рискуя закусить ковром и паркетом в придачу. Бенет и Хильда следили за происходящим, держа мнение о манерах новой хозяйки при себе. Вот она — взрослая, самостоятельная жизнь.
Допив кофе, я прихватила булочек для Зубастика и собралась на улицу. Требовалось проверить, как идут работы в оранжерее.
Все переживания оказались напрасны. Бенет постарался на славу. Человек двадцать слаженно меняли стекла, жгли мусор и подкрашивали каркас.
— Бенет, отличная работа! — воскликнула я, когда из дома показался дворецкий. — Когда они обещали закончить?
— Завтра вечером.
— Значит, можно не переживать за цветы, — с облегчением выдохнула я. — Впервые вижу, чтобы рабочие так усердно трудились.
— Да, им не терпится побыстрее убраться.
Я непонимающе посмотрела на Бенета.
— Слухи, леди Кроу, — лаконично намекнул он.
В подтверждение его слов, вышедший из оранжереи рабочий бросил тревожный взгляд на замок, достал из-под рубашки бусы и вернулся к своим делам. Странное украшение больше подходило пожилой женщине, нежели молодому мужчине.
— Оникс, — определила я издалека и поджала губы.
— Простолюдины, что с них взять, — чопорно заметил Бенет. — Я могу вам еще чем-то помочь?
— Нет, Бенет. Можете идти.
В народе ходило глупое поверье, что этот полудрагоценный камень способен защитить от сглаза, черной магии и другого нежелательного влияния сил, которые были неподвластны простым смертным. По сути, ложь чистой воды. Никакой кусок камня не защитит от магии, если сам не является вместилищем магии. Другими словами — артефактом. Я решила еще раз обойти сад и определить фронт работ. Замку Кроу требовалась забота и любовь, и я, как новая хозяйка, планировала дать ему вторую жизнь.
Неспешная прогулка вернула хорошее настроение. Мы с Зубастиком придумали развлечение — я кидала палку, а он приносил ее обратно, словно какая-нибудь болонка.
Хорошенько замахнувшись, я сделала вид, что снова кинула палку, и цветочек молнией умчался искать ее в кустах. Интересно, как быстро Зубастик догадается, что на самом деле она так и осталась в моих руках.
Ветерок принес легкий запах костра, которым наполнялись все сады осенью и весной, когда жгли старую листву и ветки. Наконец-то у меня будет что-то свое, и никакие «Ой, Делия, красивый цветок, но давай пересадим его куда-нибудь поглубже в сад» или «Прекрасный экземпляр Купины Неопалимой. Пожалуйста, выкинь ее, не хватало, чтобы кто-то обжегся» не будут мне досаждать.
Зубастик все еще шуршал где-то в кустах, и я направилась дальше, к главному входу. Там, на фасаде, висело грустное воспоминание о некогда прекрасном цветке. Пальцы сами собой коснулись засохшей лозы.
— Как жаль, что ты умерла, — прошептала я. — Какие у тебя были цветы? Алые?
Палец наткнулся на острый шип. Я посмотрела на выступившую каплю крови, и в голову пришла безумная идея. Сжав в кулак несколько сухих веток, я поморщилась от боли. Шипы впивались в плоть, и магия с кровью стала проникать внутрь мертвого растения. Роза жадно глотала живительную влагу. Как завороженная, я наблюдала за возрождением. Еще никогда ничего подобного не получалось ни у мамы, ни у Лили.
Сухие ветки обрели насыщенный красный цвет. Распустились темно-зеленые листочки с бордовыми прожилками, и вскоре настал черед цветов. Завязи налились. Голова у меня кружилась, дыхание стало сбивчивым, но нужно было продержаться еще чуть-чуть. На уровне глаз распустился первый бутон. Темно-бордовый бархатный цветок, состоящий из множества лепестков, напоминал плотным соцветием Синтию Черноокую, но он все-таки был другим. Нежным и мягким, с округлыми лепестками, и оттенок был ближе к бордовому, нежели черному. В голову само собой пришло имя: «Черный принц». В глазах резко потемнело, и я почувствовала, как падаю.
Приходить в себя после обескровливания и магического истощения было вдвойне неприятно. Слабость во всем теле, мигрень, боль в руке, которой я совершила своеобразный магический прорыв, заставили меня едва слышно простонать. В горле пересохло. Ужасно хотелось пить.
— Леди Кроу? — раздался встревоженный голос сбоку.
Около кровати сидела Марша и, заметив, что я пришла в себя, тут же выбежала из комнаты, чтобы вернуться с Валианом. Он был мрачнее тучи и, не говоря ни слова, взял мою руку. Проверил пульс, достал из мешочка артефакты и разложил их на кровати. Тут же в воздухе возникла пентаграмма, и я почувствовала, как мое тело снова напитывается магией.
— Марша, спасибо. Можешь идти, — распорядился Валиан и, как только дверь за служанкой закрылась, набросился на меня.
— О чем ты только думала! Проклятые Боги тебя дери, Делия Гарден! — гаркнул он.
Я не смогла сдержать улыбку. Он за меня волновался, и это был первый признак того, что чувства становятся взаимными. По крайней мере, я на это надеялась.
— Если бы не мерзкий цветок, я бы овдовел уже на второй день после свадьбы!
— Ты про Зубастика? А что он сделал?
— Позвал на помощь первого попавшегося человека. Тебе, кстати, стоит извиниться перед Маршей. Она думала, цветок собирается ее сожрать. И убери это самодовольное выражение с лица. Я беспокоился вовсе не о тебе, а о своей репутации. Вокруг семьи Кроу и так достаточно сплетен!
— Спасибо, — улыбнулась я, давая понять, что на меня эти жалкие оправдания не возымели никакого эффекта. — Можно воды?
Валиан недовольно пожал губы и, аккуратно приподняв мою голову, приложил стакан к губам. «А бесчувственный чурбан вполне может быть заботливым», — отметила я.
— Не ожидал, что ты в состоянии оживить мертвое растение. Твой уровень магии ведь едва дотягивает до адепта, — сказал Валиан, пристально следя за моим выражением лица.
— Повезло, — предположила я и сразу перевела тему. — Леди Лючия вывела сорт Черный Принц?
— Как ты узнала? — он растерянно отстранился и поставил стакан на тумбочку.
