Даже после того, как узнала, каким ветром её занесло в их городишко. Девушка не вызывала у неё неприятных чувств, но какая-то досада за не рождённого мальчишку оставалась с ней ещё долгое время.
ККогда Тея выздоровела, Ванда не отпустила её в город, хоть Занг настаивал на том, что дом, который ей предназначался, стал выглядеть гораздо уютнее. Тея была Ванде благодарна, она охотно осталась в таверне и сначала помогала за стойкой бара, разносила еду и напитки, а потом как-то незаметно с благословения хозяйки, стала штатной проституткой. При этом в городе, конечно, уже водились дамы, промышляющие подобным ремеслом, но в таверне такие вещи всегда были под запретом. Тея на уличных девок была совсем не похожа, и Ванда, обычно не одобрявшая непотребств в своём заведении, ответила Тее согласием на её предложение о «расширении бизнеса». После истории с Джодо и с Юкасом, Тея решила, что терять ей нечего, и что, пожалуй, эту профессию она точно освоит.
Тогда решение остаться в заведении, и правда, спасло её. Новые знакомства, посиделки, шутки, немного выпивки, приятная атмосфера в целом отвлекали её. Вечером, когда таверна пустела, и последние посетители покидали зал, наступало даже какое-то спокойствие и умиротворение. Ванда, звеня браслетами, звала Тею пропустить стаканчик сладкой, но крепкой настойки. Уют этому месту добавлял мерцающий оранжевый свет фонарей, а неспешные беседы со старшей подругой приносили облегчение.
Вскоре Тея стала правой рукой Ванды и любимицей многих горожан. Она всё же смогла влиться в жизнь города, как оказалось, простую и понятную.
Ирай лежал на спине, закинув под голову руки, и смотрел в синее почти безоблачное небо. Под ним зеленела трава, было пасмурно, но тепло, лёгкий ветер касался лица мальчика. Его медведь расположился рядом с хозяином, положив свою крупную морду на вытянутые вперёд лапы. Чуть поодаль лежал его ремень с ножнами. Недавно туда добавились длинные ножны, из которых торчала рукоять меча.
Риган метал в дерево сюрекены в виде четырёхлучевой звезды. Он увидел это оружие у торговца на рынке и сразу обратил на внимание на заточенные железяки. Мальчик воспылал настоящей страстью к этим вещицам, привезённым откуда-то издалека. Джодо же считал это пустой забавой, возможно, потому, что сам никогда не питал нежность к метательному оружию. Бросать в неподвижную цель сюрекены у Ригана получалось неплохо, хоть и обладали звездочки гораздо меньшей поражающей силой, чем, например, тяжелые метательные ножи. Каждый раз мальчик загонял заточенные зубцы всё глубже и глубже в древесину и крайне редко промахивался.
Адель рассекала кнутом воздух, наполняя пространство приятными для слуха хлёсткими звуками. Она изображала в воздухе фигуры, перебрасывала кнут из руки в руку, раскручивала его, казалось, очень легко. При этом её волосы, собранные в хвост взлетали вверх, вся она была одним целым со соим оружием, получая от этого занятия огромное удовольствие. Вдруг из леса выбежал напуганный заяц и стремительно поскакал по лугу. Риган молниеносно поднял лук, прислонённый к дереву, наложил стрелу, быстро прицелился, но Адель уже поймала животные кнутом за заднюю ногу, сильно дёрнула, повредив её. Тут же вылетела стрела, мгновенно прекратив мучения животного.
- Вы все ещё считаете, что кнут – бесполезная вещь? – спросила мальчиков Адель.
- Почему же? Очень полезная, когда нужно пасти скот, например, - вяло ответил Ирай. – Или наказывать провинившихся.
- Я только что убила зайца!
Девочка подняла за уши зверька, вынула стрелу из его шеи и отдала её Ригану.
- Убил его я, - возразил тот, - ты лишь вывернула ему лапу.
- Ты бы в него не попал, если бы я его не остановила, а без лапы он далеко бы не ускакал! – горячо возражала та.
- Подеритесь ещё из-за несчастного пушистика, - Ирай поднялся на ноги, медведь лениво последовал примеру хозяина.
- Ты завидуешь, потому что в борьбе с зайцем твой меч был бы бесполезен, - усмехнулась Адель.
Совсем недавно отец одарил Ирая настоящим мужским оружием, чему мальчишка был рад, хоть в силу своего характера старался этого не демонстрировать. Меч был для него, и в самом деле, тяжеловат, но пацан таскал его с собой постоянно, чтобы привыкнуть. И сейчас как раз занимался тем, что застёгивал на себе ремень с ножнами, предварительно вынув оттуда меч, чтобы тот не мешал ему.
- А я и не собирался вступать с ним в схватку, - красивый мальчишка пожал плечами и вставил меч в ножны, - когда мы поженимся, Адель, ты будешь ответственна за наличие мяса на нашем столе. И овцы не разберутся, и зайцами мы будем обеспечены.
- Что? – возмутилась девчонка. – Я не собираюсь замуж! Тем более, за тебя!
- Тогда подыщу себе супругу получше, чем ты! – легко согласился Ирай.
- У тебя для этого ещё есть немного времени, - сказал девочка. - Лет шесть, как минимум.
Медведь альбинос крутился возле её ног, она погладила его, что-то сказала и начала сворачивать свой кнут, прилаживая его на пояс с помощью специальной застёжки. Ирай исподлобья наблюдал за ней. Тонкая девочка, вовсе не казавшаяся ему хрупкой, взглянула на него из-под длинных ресниц своими разноцветными глазами и тут же их отвела. Она была одета в брюки, лёгкую кожаную кирасу с короткой юбкой, скроенную специально для неё. На тонких бёдрах болтался ремень, оттянутый прилаженным к нему кнутом и колчаном со стрелами. Она носила ремень именно так - не затягивая, свободно, и стрелы предпочитала таскать вовсе не за спиной. Ей так было удобнее, и плевала она на все правила! Впрочем, стрелы почти все носили на поясе.
Ираю не нравилось, когда ему в чем-то отказывали, и он совсем не оценил заявление подруги о том, что она не хочет стать его женой. Да, пока они еще дети, но когда-то же они вырастут, и он, как мужчина, уже всё распланировал. Адель не такая, как многие девочки, которых он знал, она смелая, сильная, эрудированная, лишенная излишней сентиментальности, коей обладают многие представительницы женского пола, в меру смешливая. Кто, как ни она, настоящая боевая подруга, как нельзя лучше годилась в спутницы жизни? Её владение кнутом и то, как она сегодня вывернула ногу зайцу (а это не так-то просто!), добавляло кучу очков к её привлекательности. Ирай было разозлился, как он обычно и поступал, когда ему перечили, но потом присел на корточки, сорвал нежно-фиолетовое приятно пахнущее соцветие медуницы, подошёл к девочке, протянул ей цветок со словами:
- А у тебя ещё есть время передумать.
Он сказал это очень серьёзно, так, что у Адель пропала с лица улыбка, она взяла цветок, поднесла к носу, затем попыталась вставить в волосы, как украшение. У неё не очень получилось, потому что волосы на висках были заплетены в косы довольно плотно, и Ирай помог ей, стараясь не дёргать, чтобы не причинить боль. Всё это они проделали, с сосредоточенным видом гляля друг на друга, а когда медуница оказалась на месте, Адель сказала:
- Не рано ли ты делаешь мне предложение? Если я соглашусь, передумать у тебя уже не получится.
- Я хорошо подумал. А у тебя есть время, ты же сама сказала! Когда там обед? Успеем отнести кухарке вашего зайца?
С этими словами он стал удаляться с луга в сторону города, медведь шёл за ним. Риган собрал сюрекены и свистнул своего медведя.
- Вы идёте? – обернулся Ирай.
- И как мне думать в такой обстановке? – вздохнула Адель.
- У тебя есть выбор, - шепнул девочке догнавший её Риган.
- Конечно, есть! Да или нет!
- Или сказать "да" мне, - так же тихо прошептал он.
Адель остановилась, смотря вслед мальчикам, которых до этого момента вовсе не рассматривала как существ противоположного пола, ощупала кирасу в районе груди.
- У меня ещё даже сиськи не выросли! - доверительно сообщила своему медведю.
Тот поднял на неё свои розовые глаза и подставил нос, чтобы хозяйка его погладила. Он её понимал, у него самого ещё ничего толком не выросло.
Кейл с нескрываемой радостью спешил к дому Юкаса, подгоняя своего отца, который, как ему казалось, двигался слишком медленно.
- Отец, ты специально оттягиваешь этот момент? Мама сказала, что когда у меня появится медведь, я стану совсем взрослым, и ей немного грустно от этого. Но с появлением у меня медведя ничего же не изменится?
- Изменится, сынок! У тебя появится такая ответственность, которая может стать для тебя тяжкой ношей, - ответил мальчику Занг.
- Не знаю ни одного человека, для кого бы его медведь был обузой! - горячо возразил Кейл.
- Ты знаком с не таким уж большим количеством людей, кому посчастливилось стать хозяевами этих животных. Многие отказываются от этой чести по собственной воле. Сейчас медвежата стоят гораздо дешевле, чем раньше, и скоро предложение превысит спрос на них. - Я никогда не откажусь от этой чести, даже если будет сложно. Спасибо, что взял меня с собой и позволил выбрать! Скорее, пап! Пожалуйста, скорее!
Лотта давно уже настроила себя на то, что ей придётся попрощаться с медвежатами, которые стали для неё настоящей семьёй. Она с самого начала знала, что их планируется продать, и утешала себя тем, что Джута от неё никуда не денется, да и старый медведь до конца своих дней останется с Юкасом. Она это точно знала, он сам сказал ей об этом. Медведь, конечно, не Юкас. Мужчина с ней почти не разговаривал и в свои планы ребёнка не посвящал.
Очень радовало девочку и то, что один из медвежат будет принадлежать её лучшему, вернее, её единственному другу. Кейл обещал, что это будет их общий медведь, ведь Лотте собственного мишку было взять совершенно неоткуда. Больного медвежонка она почему-то окончательно списала со счетов. Она подолгу пыталась выйти с ним на контакт, смотрела в его мутные глаза и пробивалась в его голову, но не получала никакого отклика. Обращалась к его матери и понимала, что медведица пытается делать то же самое, но так же, как и девочка, не получает от малыша ответа. Лотта продолжала его лечить, кормить и ухаживать, но делала это уже без особого интереса. Даже тогда, когда он сам встал на лапы и, шатаясь, сделал несколько шагов по направлению к миске с водой, она не была этому сильно обрадована, он казался ей ненастоящим, неправильным.
Юкас с Зангом заранее обо всём договорились, поэтому сделку совершили быстро, и остались чрезвычайно довольны друг другом.
- Пацан сам будет выбирать? - спросил Юкас, проходя к сараю вместе с Зангом.
- Он сказал, что знает, какого брать. Твоя девчонка посодействовала.
- Она не моя! - поморщился Юкас. - Но с мишками ладит.
Зайдя за угол, мужчины увидели, что Кейл валяется на земле, борясь с одним из медвежат, при этом весело хохочет. Медвежонок порыкивал и пытался схватить мальчика за одежду, впрочем, достаточно бережно. Потом дети - человеческий и медвежий, затихли, мальчишка обнял животное и уткнулся носом в его шерсть.
- Я к своему притирался гораздо дольше, - улыбнулся Занг, умиляясь.
- Я Джуту невзлюбил с первого взгляда! - поддакнул Юкас.
Джута нахмурилась.
- А взглянув второй раз, уже не сомневался, что ты моя судьба, детка! - сказал медведице уверенно.
"А ты мне до сих пор не нравишься! Но деваться мне некуда", - как будто ответила Джута и подлезла головой под руку хозяина, требуя её приласкать.
- Что за нежности при всех? Ты же медведь, а не болонка! - Юкас прижал её морду к своему боку и потрепал за щёку. - Моя девочка!
"Да уж, нежностей как-то чересчур много", - согласилась Джута и отошла подальше.
Медвежонок бежал за новым хозяином, полностью ему доверяясь и не обращая внимания на звуки и запахи, которых не ощущал до момента расставания с матерью. Грустный этот момент прошёл совсем не плохо. Джута нисколько не расстроилась, скорее, облегчённо выдохнула, хоть и немного проводила сына по тропинке, ведущей в город, и дала ему напутствие, тихонько рыкнув напоследок.
- А всё же ты печалишься! - улыбнулась ей Лотта.
Джута посмотрела на девочку и ответила: "Разве что немного".
- Это недоразумение, детка, - кивал он на оставшегося медвежонка, - портит все планы. Я же не могу увести тебя, пока оно ещё дышит. Придётся снова брать старика!
- Вообще-то, у него есть имя, - обиделась Лотта за старого медведя.
- Я тебе уже говорил, что он на него никогда не откликнется, - с раздражением в голосе ответил Юкас, - его хозяин мёртв и не может позвать его.
- Но мы-то живы! - возразила Лотта.
- И что с того?
- Бриг! - произнесла девочка.
Медведь тут же повернул к ней голову. Юкас переводил взгляд с медведя на ребёнка.
- Попробуй ты, - предложила Лотта.
- Эй, приятель, кис-кис! - сказал Юкас, и медведь обернулся к нему.
Мужчина довольно улыбнулся уголком рта, всем своим видом говорят, мол, видала, у нас с ним свои способы общения. Затем спохватился:
- Кстати, я тебе не говорил, как его зовут!
- Он сам мне сказал, - ответила девочка.
- Жалко, что я пропустил вашу беседу, - покачал головой Юкас. - Ты действительно думаешь, что мне хочется обсуждать детские фантазии? Имя медведя ты узнала от сыновей Юма, которые носят ему и Джуте рыбу. Какие, право, славные парни!
Лотта не стала спорить, но с теми мужчинами она на эту тему никогда не разговаривала.
Юкас собрался в путь, позвал медведя, взял медвежонка. Малыш сопротивлялся и никак не хотел покидать мать. Лотта поговорила с ним, успокоив. Он затих в руках Юкаса, но снова стал ворчать и изворачиваться, как только девочка отошла от него.
- Поехали вместе, - недовольно предложил Юкас.
- Не могу, - ответила та.
- Я сказал, что ты поедешь со мной, значит, заткнись и садись на медведя.
Юкас говорил совершенно спокойно, как будто не допуская того, что девочка может ему перечить.
- Я сбегаю к Тее и вернусь, - покладисто сказала она.
- Нет времени бегать к Тее, я уже сижу тут с отвратительным настроением! Оно испортится ещё больше, если ты продолжишь со мной спорить. Что ты от неё хочешь?
- Чтобы она продолжила лечить медвежонка, - смущённо пробормотала Лотта.
Она уже оставила идею повидаться с Теей и пыталась забраться на медведя.
Юкас одной рукой крепко держал медвежонка, которого собирался продать, второй грубо затащил девочку на спину медведю, потому что она никак не могла с этим пособиться.
- Ай! - пискнула она, мужчина, затаскивая её за одежду, прихватил её волосы и дёрнул за них.
Он этого не хотел, так получилось, но данное обстоятельство его нисколько не огорчило, он и не думал извиняться. А Лотта восприняла такое отношение, как должное и никаких извинений не ждала.
- Она говорит, что лучше бы он умер, не мучаясь, и если её не попросить, она не станет ему помогать, - причитала девочка.
- Иногда она говорит правильные вещи, - ответил мужчина.
Между тем ситуация с нехваткой продовольствия в городе начинала выходить из-под контроля. Инициативная группа горожан, осаждавшая дом Занга, пополнилась новыми лицами, и с каждым днём их становилось всё больше. Ситуация усугубилась тем, что Ванда, сама испытывая острую нужду в продуктах, как и обещала, перестала кормить горожан в долг.
ККогда Тея выздоровела, Ванда не отпустила её в город, хоть Занг настаивал на том, что дом, который ей предназначался, стал выглядеть гораздо уютнее. Тея была Ванде благодарна, она охотно осталась в таверне и сначала помогала за стойкой бара, разносила еду и напитки, а потом как-то незаметно с благословения хозяйки, стала штатной проституткой. При этом в городе, конечно, уже водились дамы, промышляющие подобным ремеслом, но в таверне такие вещи всегда были под запретом. Тея на уличных девок была совсем не похожа, и Ванда, обычно не одобрявшая непотребств в своём заведении, ответила Тее согласием на её предложение о «расширении бизнеса». После истории с Джодо и с Юкасом, Тея решила, что терять ей нечего, и что, пожалуй, эту профессию она точно освоит.
Тогда решение остаться в заведении, и правда, спасло её. Новые знакомства, посиделки, шутки, немного выпивки, приятная атмосфера в целом отвлекали её. Вечером, когда таверна пустела, и последние посетители покидали зал, наступало даже какое-то спокойствие и умиротворение. Ванда, звеня браслетами, звала Тею пропустить стаканчик сладкой, но крепкой настойки. Уют этому месту добавлял мерцающий оранжевый свет фонарей, а неспешные беседы со старшей подругой приносили облегчение.
Вскоре Тея стала правой рукой Ванды и любимицей многих горожан. Она всё же смогла влиться в жизнь города, как оказалось, простую и понятную.
Ирай лежал на спине, закинув под голову руки, и смотрел в синее почти безоблачное небо. Под ним зеленела трава, было пасмурно, но тепло, лёгкий ветер касался лица мальчика. Его медведь расположился рядом с хозяином, положив свою крупную морду на вытянутые вперёд лапы. Чуть поодаль лежал его ремень с ножнами. Недавно туда добавились длинные ножны, из которых торчала рукоять меча.
Риган метал в дерево сюрекены в виде четырёхлучевой звезды. Он увидел это оружие у торговца на рынке и сразу обратил на внимание на заточенные железяки. Мальчик воспылал настоящей страстью к этим вещицам, привезённым откуда-то издалека. Джодо же считал это пустой забавой, возможно, потому, что сам никогда не питал нежность к метательному оружию. Бросать в неподвижную цель сюрекены у Ригана получалось неплохо, хоть и обладали звездочки гораздо меньшей поражающей силой, чем, например, тяжелые метательные ножи. Каждый раз мальчик загонял заточенные зубцы всё глубже и глубже в древесину и крайне редко промахивался.
Адель рассекала кнутом воздух, наполняя пространство приятными для слуха хлёсткими звуками. Она изображала в воздухе фигуры, перебрасывала кнут из руки в руку, раскручивала его, казалось, очень легко. При этом её волосы, собранные в хвост взлетали вверх, вся она была одним целым со соим оружием, получая от этого занятия огромное удовольствие. Вдруг из леса выбежал напуганный заяц и стремительно поскакал по лугу. Риган молниеносно поднял лук, прислонённый к дереву, наложил стрелу, быстро прицелился, но Адель уже поймала животные кнутом за заднюю ногу, сильно дёрнула, повредив её. Тут же вылетела стрела, мгновенно прекратив мучения животного.
- Вы все ещё считаете, что кнут – бесполезная вещь? – спросила мальчиков Адель.
- Почему же? Очень полезная, когда нужно пасти скот, например, - вяло ответил Ирай. – Или наказывать провинившихся.
- Я только что убила зайца!
Девочка подняла за уши зверька, вынула стрелу из его шеи и отдала её Ригану.
- Убил его я, - возразил тот, - ты лишь вывернула ему лапу.
- Ты бы в него не попал, если бы я его не остановила, а без лапы он далеко бы не ускакал! – горячо возражала та.
- Подеритесь ещё из-за несчастного пушистика, - Ирай поднялся на ноги, медведь лениво последовал примеру хозяина.
- Ты завидуешь, потому что в борьбе с зайцем твой меч был бы бесполезен, - усмехнулась Адель.
Совсем недавно отец одарил Ирая настоящим мужским оружием, чему мальчишка был рад, хоть в силу своего характера старался этого не демонстрировать. Меч был для него, и в самом деле, тяжеловат, но пацан таскал его с собой постоянно, чтобы привыкнуть. И сейчас как раз занимался тем, что застёгивал на себе ремень с ножнами, предварительно вынув оттуда меч, чтобы тот не мешал ему.
- А я и не собирался вступать с ним в схватку, - красивый мальчишка пожал плечами и вставил меч в ножны, - когда мы поженимся, Адель, ты будешь ответственна за наличие мяса на нашем столе. И овцы не разберутся, и зайцами мы будем обеспечены.
- Что? – возмутилась девчонка. – Я не собираюсь замуж! Тем более, за тебя!
- Тогда подыщу себе супругу получше, чем ты! – легко согласился Ирай.
- У тебя для этого ещё есть немного времени, - сказал девочка. - Лет шесть, как минимум.
Медведь альбинос крутился возле её ног, она погладила его, что-то сказала и начала сворачивать свой кнут, прилаживая его на пояс с помощью специальной застёжки. Ирай исподлобья наблюдал за ней. Тонкая девочка, вовсе не казавшаяся ему хрупкой, взглянула на него из-под длинных ресниц своими разноцветными глазами и тут же их отвела. Она была одета в брюки, лёгкую кожаную кирасу с короткой юбкой, скроенную специально для неё. На тонких бёдрах болтался ремень, оттянутый прилаженным к нему кнутом и колчаном со стрелами. Она носила ремень именно так - не затягивая, свободно, и стрелы предпочитала таскать вовсе не за спиной. Ей так было удобнее, и плевала она на все правила! Впрочем, стрелы почти все носили на поясе.
Ираю не нравилось, когда ему в чем-то отказывали, и он совсем не оценил заявление подруги о том, что она не хочет стать его женой. Да, пока они еще дети, но когда-то же они вырастут, и он, как мужчина, уже всё распланировал. Адель не такая, как многие девочки, которых он знал, она смелая, сильная, эрудированная, лишенная излишней сентиментальности, коей обладают многие представительницы женского пола, в меру смешливая. Кто, как ни она, настоящая боевая подруга, как нельзя лучше годилась в спутницы жизни? Её владение кнутом и то, как она сегодня вывернула ногу зайцу (а это не так-то просто!), добавляло кучу очков к её привлекательности. Ирай было разозлился, как он обычно и поступал, когда ему перечили, но потом присел на корточки, сорвал нежно-фиолетовое приятно пахнущее соцветие медуницы, подошёл к девочке, протянул ей цветок со словами:
- А у тебя ещё есть время передумать.
Он сказал это очень серьёзно, так, что у Адель пропала с лица улыбка, она взяла цветок, поднесла к носу, затем попыталась вставить в волосы, как украшение. У неё не очень получилось, потому что волосы на висках были заплетены в косы довольно плотно, и Ирай помог ей, стараясь не дёргать, чтобы не причинить боль. Всё это они проделали, с сосредоточенным видом гляля друг на друга, а когда медуница оказалась на месте, Адель сказала:
- Не рано ли ты делаешь мне предложение? Если я соглашусь, передумать у тебя уже не получится.
- Я хорошо подумал. А у тебя есть время, ты же сама сказала! Когда там обед? Успеем отнести кухарке вашего зайца?
С этими словами он стал удаляться с луга в сторону города, медведь шёл за ним. Риган собрал сюрекены и свистнул своего медведя.
- Вы идёте? – обернулся Ирай.
- И как мне думать в такой обстановке? – вздохнула Адель.
- У тебя есть выбор, - шепнул девочке догнавший её Риган.
- Конечно, есть! Да или нет!
- Или сказать "да" мне, - так же тихо прошептал он.
Адель остановилась, смотря вслед мальчикам, которых до этого момента вовсе не рассматривала как существ противоположного пола, ощупала кирасу в районе груди.
- У меня ещё даже сиськи не выросли! - доверительно сообщила своему медведю.
Тот поднял на неё свои розовые глаза и подставил нос, чтобы хозяйка его погладила. Он её понимал, у него самого ещё ничего толком не выросло.
Часть вторая.
Глава 1.
Кейл с нескрываемой радостью спешил к дому Юкаса, подгоняя своего отца, который, как ему казалось, двигался слишком медленно.
- Отец, ты специально оттягиваешь этот момент? Мама сказала, что когда у меня появится медведь, я стану совсем взрослым, и ей немного грустно от этого. Но с появлением у меня медведя ничего же не изменится?
- Изменится, сынок! У тебя появится такая ответственность, которая может стать для тебя тяжкой ношей, - ответил мальчику Занг.
- Не знаю ни одного человека, для кого бы его медведь был обузой! - горячо возразил Кейл.
- Ты знаком с не таким уж большим количеством людей, кому посчастливилось стать хозяевами этих животных. Многие отказываются от этой чести по собственной воле. Сейчас медвежата стоят гораздо дешевле, чем раньше, и скоро предложение превысит спрос на них. - Я никогда не откажусь от этой чести, даже если будет сложно. Спасибо, что взял меня с собой и позволил выбрать! Скорее, пап! Пожалуйста, скорее!
Лотта давно уже настроила себя на то, что ей придётся попрощаться с медвежатами, которые стали для неё настоящей семьёй. Она с самого начала знала, что их планируется продать, и утешала себя тем, что Джута от неё никуда не денется, да и старый медведь до конца своих дней останется с Юкасом. Она это точно знала, он сам сказал ей об этом. Медведь, конечно, не Юкас. Мужчина с ней почти не разговаривал и в свои планы ребёнка не посвящал.
Очень радовало девочку и то, что один из медвежат будет принадлежать её лучшему, вернее, её единственному другу. Кейл обещал, что это будет их общий медведь, ведь Лотте собственного мишку было взять совершенно неоткуда. Больного медвежонка она почему-то окончательно списала со счетов. Она подолгу пыталась выйти с ним на контакт, смотрела в его мутные глаза и пробивалась в его голову, но не получала никакого отклика. Обращалась к его матери и понимала, что медведица пытается делать то же самое, но так же, как и девочка, не получает от малыша ответа. Лотта продолжала его лечить, кормить и ухаживать, но делала это уже без особого интереса. Даже тогда, когда он сам встал на лапы и, шатаясь, сделал несколько шагов по направлению к миске с водой, она не была этому сильно обрадована, он казался ей ненастоящим, неправильным.
***
Юкас с Зангом заранее обо всём договорились, поэтому сделку совершили быстро, и остались чрезвычайно довольны друг другом.
- Пацан сам будет выбирать? - спросил Юкас, проходя к сараю вместе с Зангом.
- Он сказал, что знает, какого брать. Твоя девчонка посодействовала.
- Она не моя! - поморщился Юкас. - Но с мишками ладит.
Зайдя за угол, мужчины увидели, что Кейл валяется на земле, борясь с одним из медвежат, при этом весело хохочет. Медвежонок порыкивал и пытался схватить мальчика за одежду, впрочем, достаточно бережно. Потом дети - человеческий и медвежий, затихли, мальчишка обнял животное и уткнулся носом в его шерсть.
- Я к своему притирался гораздо дольше, - улыбнулся Занг, умиляясь.
- Я Джуту невзлюбил с первого взгляда! - поддакнул Юкас.
Джута нахмурилась.
- А взглянув второй раз, уже не сомневался, что ты моя судьба, детка! - сказал медведице уверенно.
"А ты мне до сих пор не нравишься! Но деваться мне некуда", - как будто ответила Джута и подлезла головой под руку хозяина, требуя её приласкать.
- Что за нежности при всех? Ты же медведь, а не болонка! - Юкас прижал её морду к своему боку и потрепал за щёку. - Моя девочка!
"Да уж, нежностей как-то чересчур много", - согласилась Джута и отошла подальше.
Медвежонок бежал за новым хозяином, полностью ему доверяясь и не обращая внимания на звуки и запахи, которых не ощущал до момента расставания с матерью. Грустный этот момент прошёл совсем не плохо. Джута нисколько не расстроилась, скорее, облегчённо выдохнула, хоть и немного проводила сына по тропинке, ведущей в город, и дала ему напутствие, тихонько рыкнув напоследок.
- А всё же ты печалишься! - улыбнулась ей Лотта.
Джута посмотрела на девочку и ответила: "Разве что немного".
Продажу второго медвежонка тоже организовал Занг, как и обещал Юкасу, но для этого следовало отправиться в другое поселение. Вообще-то, заинтересованная в покупке семья могла бы явиться за приобретением сама, как все обычно и делали, но Юкас не имел ничего против прогулки.
- Это недоразумение, детка, - кивал он на оставшегося медвежонка, - портит все планы. Я же не могу увести тебя, пока оно ещё дышит. Придётся снова брать старика!
- Вообще-то, у него есть имя, - обиделась Лотта за старого медведя.
- Я тебе уже говорил, что он на него никогда не откликнется, - с раздражением в голосе ответил Юкас, - его хозяин мёртв и не может позвать его.
- Но мы-то живы! - возразила Лотта.
- И что с того?
- Бриг! - произнесла девочка.
Медведь тут же повернул к ней голову. Юкас переводил взгляд с медведя на ребёнка.
- Попробуй ты, - предложила Лотта.
- Эй, приятель, кис-кис! - сказал Юкас, и медведь обернулся к нему.
Мужчина довольно улыбнулся уголком рта, всем своим видом говорят, мол, видала, у нас с ним свои способы общения. Затем спохватился:
- Кстати, я тебе не говорил, как его зовут!
- Он сам мне сказал, - ответила девочка.
- Жалко, что я пропустил вашу беседу, - покачал головой Юкас. - Ты действительно думаешь, что мне хочется обсуждать детские фантазии? Имя медведя ты узнала от сыновей Юма, которые носят ему и Джуте рыбу. Какие, право, славные парни!
Лотта не стала спорить, но с теми мужчинами она на эту тему никогда не разговаривала.
Юкас собрался в путь, позвал медведя, взял медвежонка. Малыш сопротивлялся и никак не хотел покидать мать. Лотта поговорила с ним, успокоив. Он затих в руках Юкаса, но снова стал ворчать и изворачиваться, как только девочка отошла от него.
- Поехали вместе, - недовольно предложил Юкас.
- Не могу, - ответила та.
- Я сказал, что ты поедешь со мной, значит, заткнись и садись на медведя.
Юкас говорил совершенно спокойно, как будто не допуская того, что девочка может ему перечить.
- Я сбегаю к Тее и вернусь, - покладисто сказала она.
- Нет времени бегать к Тее, я уже сижу тут с отвратительным настроением! Оно испортится ещё больше, если ты продолжишь со мной спорить. Что ты от неё хочешь?
- Чтобы она продолжила лечить медвежонка, - смущённо пробормотала Лотта.
Она уже оставила идею повидаться с Теей и пыталась забраться на медведя.
Юкас одной рукой крепко держал медвежонка, которого собирался продать, второй грубо затащил девочку на спину медведю, потому что она никак не могла с этим пособиться.
- Ай! - пискнула она, мужчина, затаскивая её за одежду, прихватил её волосы и дёрнул за них.
Он этого не хотел, так получилось, но данное обстоятельство его нисколько не огорчило, он и не думал извиняться. А Лотта восприняла такое отношение, как должное и никаких извинений не ждала.
- Она говорит, что лучше бы он умер, не мучаясь, и если её не попросить, она не станет ему помогать, - причитала девочка.
- Иногда она говорит правильные вещи, - ответил мужчина.
***
Между тем ситуация с нехваткой продовольствия в городе начинала выходить из-под контроля. Инициативная группа горожан, осаждавшая дом Занга, пополнилась новыми лицами, и с каждым днём их становилось всё больше. Ситуация усугубилась тем, что Ванда, сама испытывая острую нужду в продуктах, как и обещала, перестала кормить горожан в долг.
