И когда появился сиреневый дым, прорезающий рассветный полумрак своим мерцанием, Винсент не запаниковал, как раньше. Он поддался этому явлению и отпил немного жизненных сил Виолы. И тут же вернул ей долг своими силами. К сиреневому мерцанию присоединился чёрный дым. Виола вскрикнула, но Винсент заглушил её поцелуем. Он обменивался с ней жизнью и при этом чувствовал... насыщение.
"Борнали – это сосуд", – так ему говорили всегда.
И вот он его наполнял, при этом отдавая частичку себя.
А потом мир для него взорвался миллионами звёзд.
Когда всё закончилось, дым рассеялся.
Виола свернулась клубочком в объятиях Винсента и уснула. А он уснуть не мог. Его переполняла невероятная эйфория.
Он впервые выпил чужую жизнь, не убив при этом человека.
Он впервые чувствовал себя счастливым.
Живым.
Человеком.
Виола проснулась в одиночестве на сбитых простынях. Дневной свет проступал из-под приподнятой шторки иллюминатора.
Она собрала свою одежду с пола, оделась и тихонечко вышла из каюты. В какую сторону идти на таком большом корабле, она не понимала. Но вдруг услышала ароматы горячей еды и кофе…
Виола брела в узком серебристо-белом коридоре, пока не наткнулась на открытую дверь каюты. С первого взгляда стало понятно, что это подобие кухни.
За квадратным металлическим столом сидел Винсент, что-то внимательно изучая в планшете. У высоких шкафов копошилась Ингрид.
Виола прошла внутрь, не зная, что сказать, и выдавила из себя банальное «Доброе утро».
– Уже вечер, – холодно заметил Винсент, не отрываясь от планшета.
Это неприятно кольнуло Виолу. Воспоминания о ночи ещё свежи, и она не понимала причину такой чёрствости.
– Вроде готово, – заявила Ингрид и со звоном поставила на стол тарелку с едой. – Мы с Винсентом такое не употребляем. Но из своей человеческой жизни я ещё помню, как выглядит съедобная пища.
Виола аккуратно села на стул. В тарелке дымился перегретый готовый завтрак из пакетика бочи-бан. Но пахло аппетитно. В животе призывно урчало, Виола согласилась бы съесть всё, что дадут.
Ингрид поставила рядом кружку с ароматным кофе. Виола поблагодарила её и заметила странную улыбку на сероватом лице. Вкупе с горящими красными глазами это выглядело пугающе. Вирсуи так и продолжила наблюдать за Виолой, опершись на высокий стол.
Виола смущалась от излишнего внимания. Несколько раз она бросала краткие взгляды на Ингрид, и каждый раз та расплывалась в улыбке.
– А куда мы летим? – решила нарушить неуютную тишину Виола.
– Никуда. – Винсент не отрывался от экрана.
– Корабль приземлён, – пояснила Ингрид. – Мы пока не знаем, куда отправиться. Это Винс и решает сейчас.
На этих словах Винсент покачал головой и, отшвырнул планшет на стол.
– Может, тебе всё-таки поспать? – с осторожностью спросила вирсуи.
Винсент ответил молчаливым и недобрым взглядом.
– Просто предложила… – Ингрид развела руками.
– Пойду, прогуляюсь.
Выходя, Винсент склонился к Виоле и чмокнул её в щёку.
– Не говори ничего лишнего, – шепнул он. – Помни, у неё такой же острый слух, как и у меня.
Так она всё слышала?! Всё, что творилось в каюте Винсента… отсюда эти загадочные улыбочки.
Виола стала, наверное, багровой. Судя по ощущениям прилившей крови к щекам.
Они стояли на краю высокой скалы. Внизу распростёрлась пустыня, а к горизонту опускалось красно-оранжевое солнце.
Позади, среди одиноких сосен, притаился летающий корабль «Бруно ФармИндастриал».
Винсент крутил в руке маленький продолговатый предмет, чёрный с серебристым логотипом в виде изогнутого полукруга. Тензор. Он напоминал обычную флешку, но вмещал в себя гораздо больше, и защищался паролем, который Винсент до сих пор помнил. Внутри этой маленькой вещи хранились важные документы по передаче прав на половину собственности и сбережений Конгломерата.
– Что это у тебя? – спросила Виола, обнимая его за талию.
– Да так, ерунда, – ответил Винсент и спрятал тензор обратно в карман.
Он не врал. Просто деньги, действительно, ничего не значили для него.
– А у тебя что? – Винсент указал на нарисованные ею знаки на земле.
«В+В»
– Винсент и Виола, – ответила она, смущаясь.
– А я думал, варксы и вирсуи... – Винсент рассмеялся.
Виола обиженно ткнула его в бок, а он поймал её в объятия и поцеловал в макушку.
– Эй, ребят, – прервала их Ингрид. Она стояла в тени грузового отсека, прячась от закатного солнца. – Тут бортовой компьютер получил странное сообщение. Нужно обсудить.
«БРУНО, ОТКРОЙ НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ. ЗЕМЛЯ ЖДЁТ ТЕБЯ»
Втроём они смотрели на коммуникационный экран в кабине пилотов и перечитывали присланную фразу несколько раз.
– Это сообщение адресовано Маркусу, – пренебрежительно заявила Ингрид.
– Не обязательно, – задумался Винсент. – У меня такая же фамилия.
– Но это его корабль. Тот, кто послал сообщение, наверняка обращался к Маркусу.
– С ним поддерживалась связь и через другие средства коммуникации. Зачем отправлять сообщение на борткомп, которое получит не лично адресат, а команда корабля? Маркус не любил находиться в кабине даже кратковременно.
Виола не разбиралась ни в лётных судах, ни в навигации, ни в средствах связи, ни даже в том, как пилоты запускают двигатели. У них есть какой-то ключ или они все знают секретную комбинацию кнопок, рычагов и тумблеров…
– Извините, если задам глупый вопрос, – подала она голос. – Но есть ли на корабле камеры, к которым можно получить доступ извне?
Ингрид и Винсент ошеломленно переглянулись и почти хором произнесли:
– Ну конечно!
– Почему я сам не догадался? – спросил Винсент, указывая на выпуклую линзу вверху приборной панели. – Эти камеры установлены почти во всех шаттлах. О них точно знают пилоты и их помощники. Записи с этих камер получить непросто даже владельцу самолета. Они предназначены исключительно для внутреннего разбирательства при нарушении правил авиации и катастрофах. Как и бортовой самописец. Например, при крушении или захвате судна…
– Если бы нас хотели обвинить в краже самолёта, тут уже стояли бы военные и полиция. А не посылали нам загадку.
– Верно.
Все снова задумались.
– Это Бен! – вдруг выкрикнул Винсент.
– С чего ты так решил? – нахмурилась Ингрид.
– Его фамилия Терра. Бенедикт Терра. А «terra» в переводе с латинского – это «земля»!
Виола нахмурилась.
– Бенедикт Терра? – переспросила она. – А он имел какое-то отношение к генной инженерии?
– Самое прямое, – ответил Винсент. – Известный генный инженер. Но десять лет назад его вынудили покинуть пост. Конгломерат узнал, что он связан с ополчением. Хорошо, что они не узнали, что он его возглавлял.
– Его не было в лагере, когда на нас напали, – заметила Виола.
– Да, он улетел с Шеной сразу после визита Маркуса. Я не придал этому значения. Но он явно что-то знал.
– Почему он не взял с собой Дженнет и остальных?
– Возможно, он догадывался о планах Маркуса, но не догадывался о кровавых мыслях Хель, – вставила Ингрид.
– Если это, правда, Бен, а не очередная ловушка… Тогда осталось понять, где нам открывать эти новые горизонты, – меланхолично заметила Виола.
– А тут есть координаты, – Ингрид указала на экран с сообщением. – Только это неблизко. Нам нужно на заправочную станцию, заполнить топливные и водяные баки.
– И пополнить запасы еды, – робко заметила Виола.
– И запасы еды, – повторила Ингрид. – Нужно привыкнуть к тому, что с нами человек... Только ещё нам нужны коины.
– У меня есть немного, – голос Винсента прозвучал неуверенно.
– Сколько?
– На заправку точно хватит.
Все трое переглянулись. Не сговариваясь, заняли места в креслах и пристегнулись.
Ингрид, как первый пилот, проверила уровень и давление масла, завела основные двигатели. Закрыла все наружные люки.
Винсент, как второй пилот, ввёл координаты в план маршрута и сверил все действия Ингрид по чек-листу, зафиксировал показатели датчиков, нажал какие-то тумблеры.
Виола сидела в кресле позади, едва успевая запоминать непонятные ей фразы и следить за действиями пилотов.
Ингрид установила взлётный режим, переключила скорость, потянула штурвал.
Корабль оторвался от земли.
Вперёд к новым горизонтам!
"Борнали – это сосуд", – так ему говорили всегда.
И вот он его наполнял, при этом отдавая частичку себя.
А потом мир для него взорвался миллионами звёзд.
Когда всё закончилось, дым рассеялся.
Виола свернулась клубочком в объятиях Винсента и уснула. А он уснуть не мог. Его переполняла невероятная эйфория.
Он впервые выпил чужую жизнь, не убив при этом человека.
Он впервые чувствовал себя счастливым.
Живым.
Человеком.
***
Виола проснулась в одиночестве на сбитых простынях. Дневной свет проступал из-под приподнятой шторки иллюминатора.
Она собрала свою одежду с пола, оделась и тихонечко вышла из каюты. В какую сторону идти на таком большом корабле, она не понимала. Но вдруг услышала ароматы горячей еды и кофе…
Виола брела в узком серебристо-белом коридоре, пока не наткнулась на открытую дверь каюты. С первого взгляда стало понятно, что это подобие кухни.
За квадратным металлическим столом сидел Винсент, что-то внимательно изучая в планшете. У высоких шкафов копошилась Ингрид.
Виола прошла внутрь, не зная, что сказать, и выдавила из себя банальное «Доброе утро».
– Уже вечер, – холодно заметил Винсент, не отрываясь от планшета.
Это неприятно кольнуло Виолу. Воспоминания о ночи ещё свежи, и она не понимала причину такой чёрствости.
– Вроде готово, – заявила Ингрид и со звоном поставила на стол тарелку с едой. – Мы с Винсентом такое не употребляем. Но из своей человеческой жизни я ещё помню, как выглядит съедобная пища.
Виола аккуратно села на стул. В тарелке дымился перегретый готовый завтрак из пакетика бочи-бан. Но пахло аппетитно. В животе призывно урчало, Виола согласилась бы съесть всё, что дадут.
Ингрид поставила рядом кружку с ароматным кофе. Виола поблагодарила её и заметила странную улыбку на сероватом лице. Вкупе с горящими красными глазами это выглядело пугающе. Вирсуи так и продолжила наблюдать за Виолой, опершись на высокий стол.
Виола смущалась от излишнего внимания. Несколько раз она бросала краткие взгляды на Ингрид, и каждый раз та расплывалась в улыбке.
– А куда мы летим? – решила нарушить неуютную тишину Виола.
– Никуда. – Винсент не отрывался от экрана.
– Корабль приземлён, – пояснила Ингрид. – Мы пока не знаем, куда отправиться. Это Винс и решает сейчас.
На этих словах Винсент покачал головой и, отшвырнул планшет на стол.
– Может, тебе всё-таки поспать? – с осторожностью спросила вирсуи.
Винсент ответил молчаливым и недобрым взглядом.
– Просто предложила… – Ингрид развела руками.
– Пойду, прогуляюсь.
Выходя, Винсент склонился к Виоле и чмокнул её в щёку.
– Не говори ничего лишнего, – шепнул он. – Помни, у неё такой же острый слух, как и у меня.
Так она всё слышала?! Всё, что творилось в каюте Винсента… отсюда эти загадочные улыбочки.
Виола стала, наверное, багровой. Судя по ощущениям прилившей крови к щекам.
***
Они стояли на краю высокой скалы. Внизу распростёрлась пустыня, а к горизонту опускалось красно-оранжевое солнце.
Позади, среди одиноких сосен, притаился летающий корабль «Бруно ФармИндастриал».
Винсент крутил в руке маленький продолговатый предмет, чёрный с серебристым логотипом в виде изогнутого полукруга. Тензор. Он напоминал обычную флешку, но вмещал в себя гораздо больше, и защищался паролем, который Винсент до сих пор помнил. Внутри этой маленькой вещи хранились важные документы по передаче прав на половину собственности и сбережений Конгломерата.
– Что это у тебя? – спросила Виола, обнимая его за талию.
– Да так, ерунда, – ответил Винсент и спрятал тензор обратно в карман.
Он не врал. Просто деньги, действительно, ничего не значили для него.
– А у тебя что? – Винсент указал на нарисованные ею знаки на земле.
«В+В»
– Винсент и Виола, – ответила она, смущаясь.
– А я думал, варксы и вирсуи... – Винсент рассмеялся.
Виола обиженно ткнула его в бок, а он поймал её в объятия и поцеловал в макушку.
– Эй, ребят, – прервала их Ингрид. Она стояла в тени грузового отсека, прячась от закатного солнца. – Тут бортовой компьютер получил странное сообщение. Нужно обсудить.
***
«БРУНО, ОТКРОЙ НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ. ЗЕМЛЯ ЖДЁТ ТЕБЯ»
Втроём они смотрели на коммуникационный экран в кабине пилотов и перечитывали присланную фразу несколько раз.
– Это сообщение адресовано Маркусу, – пренебрежительно заявила Ингрид.
– Не обязательно, – задумался Винсент. – У меня такая же фамилия.
– Но это его корабль. Тот, кто послал сообщение, наверняка обращался к Маркусу.
– С ним поддерживалась связь и через другие средства коммуникации. Зачем отправлять сообщение на борткомп, которое получит не лично адресат, а команда корабля? Маркус не любил находиться в кабине даже кратковременно.
Виола не разбиралась ни в лётных судах, ни в навигации, ни в средствах связи, ни даже в том, как пилоты запускают двигатели. У них есть какой-то ключ или они все знают секретную комбинацию кнопок, рычагов и тумблеров…
– Извините, если задам глупый вопрос, – подала она голос. – Но есть ли на корабле камеры, к которым можно получить доступ извне?
Ингрид и Винсент ошеломленно переглянулись и почти хором произнесли:
– Ну конечно!
– Почему я сам не догадался? – спросил Винсент, указывая на выпуклую линзу вверху приборной панели. – Эти камеры установлены почти во всех шаттлах. О них точно знают пилоты и их помощники. Записи с этих камер получить непросто даже владельцу самолета. Они предназначены исключительно для внутреннего разбирательства при нарушении правил авиации и катастрофах. Как и бортовой самописец. Например, при крушении или захвате судна…
– Если бы нас хотели обвинить в краже самолёта, тут уже стояли бы военные и полиция. А не посылали нам загадку.
– Верно.
Все снова задумались.
– Это Бен! – вдруг выкрикнул Винсент.
– С чего ты так решил? – нахмурилась Ингрид.
– Его фамилия Терра. Бенедикт Терра. А «terra» в переводе с латинского – это «земля»!
Виола нахмурилась.
– Бенедикт Терра? – переспросила она. – А он имел какое-то отношение к генной инженерии?
– Самое прямое, – ответил Винсент. – Известный генный инженер. Но десять лет назад его вынудили покинуть пост. Конгломерат узнал, что он связан с ополчением. Хорошо, что они не узнали, что он его возглавлял.
– Его не было в лагере, когда на нас напали, – заметила Виола.
– Да, он улетел с Шеной сразу после визита Маркуса. Я не придал этому значения. Но он явно что-то знал.
– Почему он не взял с собой Дженнет и остальных?
– Возможно, он догадывался о планах Маркуса, но не догадывался о кровавых мыслях Хель, – вставила Ингрид.
– Если это, правда, Бен, а не очередная ловушка… Тогда осталось понять, где нам открывать эти новые горизонты, – меланхолично заметила Виола.
– А тут есть координаты, – Ингрид указала на экран с сообщением. – Только это неблизко. Нам нужно на заправочную станцию, заполнить топливные и водяные баки.
– И пополнить запасы еды, – робко заметила Виола.
– И запасы еды, – повторила Ингрид. – Нужно привыкнуть к тому, что с нами человек... Только ещё нам нужны коины.
– У меня есть немного, – голос Винсента прозвучал неуверенно.
– Сколько?
– На заправку точно хватит.
Все трое переглянулись. Не сговариваясь, заняли места в креслах и пристегнулись.
Ингрид, как первый пилот, проверила уровень и давление масла, завела основные двигатели. Закрыла все наружные люки.
Винсент, как второй пилот, ввёл координаты в план маршрута и сверил все действия Ингрид по чек-листу, зафиксировал показатели датчиков, нажал какие-то тумблеры.
Виола сидела в кресле позади, едва успевая запоминать непонятные ей фразы и следить за действиями пилотов.
Ингрид установила взлётный режим, переключила скорость, потянула штурвал.
Корабль оторвался от земли.
Вперёд к новым горизонтам!
