- Простите… - Не представляя, о каких выборах идет речь, я наивно переспросила: - Где победит?
- О, не переживайте, я буду нема как рыба, - заверила она.
Просто невероятно. То есть ей Варган рассказал, что в действительности им движет, а мне объяснить не озаботился. И обидно вдвойне, что Амина сбежала со словами «И вам я тоже обещаю молчать». Лучше бы она этого не обещала. Злость, досада, даже гнев грызли меня, пока лекарь Тос и Тиль пристегивали князя к седлу и попутно инструктировали о правилах перехода.
- Не кричать, не спускаться с водоносов, быть внимательными в дороге. У вашего жениха два с половиной, максимум три часа беспамятства, этого должно хватить на переход и подъем. Во избежание эксцессов, руки мы тоже свяжем. Еще я бы посоветовал завязать глаза, но если вы оба действительно не боитесь высоты, то все в порядке.
- Спасибо вам! – сказала я, едва взобралась в седло и позволила пристегнуть себя.
- Это мне стоит вас благодарить, Амина и Тиль до конца ночи могут изображать вашу пару. Так что все перевертыши в азарте бесполезного соблазнения забудут напиться, - с улыбкой поделился лекарь своей мудростью… или коварством.
На этом мы распрощались.
Получив команду «Цок-цок», кони уверенно двинулись сквозь парк, а затем и сквозь стену, что беззвучно отъехала в сторону.
14.
Водоносы шли легко и быстро. В считанные минуты пересекли степь, поросшую желтым кустарником, погрузились в красный лес и одним своим видом распугали всех живых и не очень существ. Завидев нас, исчезла стая ненормально больших стрекоз, огромные цветы, которыми я восхищалась и, восхищаясь, заказала их степняку, стали прятаться в почву. Ядовитые деревья скрыли листву и, кажется, даже пыльцу заглотили назад, чтобы лишний раз к себе внимания не привлекать. И чем дальше мы шли, тем все более крупные монстры стремились сбежать с нашего пути.
Что ж, путешествовать с устрашающими всех конями не так уж плохо, предположила я, пока с нашего пути не сбежал внушительных размеров олень или кто-то очень похожий на него. После этого я в некотором испуге стала чаще оборачиваться, чтобы посмотреть на бессознательного Варгана. Я и раньше смотрела часто, снедаемая мыслями о нем и победе в неизвестных выборах, а теперь едва ли не сидела вполоборота. Ведь если о тех самых выборах я и смогу узнать, то лишь у степняка живого.
В процессе наблюдения за князем пропустила момент, когда водоносы вошли в скальную расщелину. Только что вокруг был плотный пугающий тишиной и сумраком лес, а теперь гранитные стены и тонкая полоска неба в вышине. Поначалу широкая она все сужалась и сужалась, а затем окончательно исчезла, погрузив нас в темноту.
Одинокое «Цок-цок, цок-цок, цок-цок» разлеталось по пещере без эха, отчего казалось, что водоносов стало меньше на одного, и если бы не светящиеся глаза второго, я бы запаниковала. Впрочем, долго оставаться в спокойствии так же не смогла, потому что к светящимся глазам водоносов вдруг добавились стремительно растущие гривы и хвосты, которые тоже светились и льнули к каменным стенам. Словно прощупывая их. И вот еще одна странность: кони двигались след в след, и я это видела, потому что они наступали на фосфоресцирующие плоские камни размером точно подходящим под копыта. Это было невероятно, волшебно, любопытно, пока я не заметила, что камни находятся в некотором отдалении от земли. Поначалу малом – в две-три ладони, но чем дальше мы продвигались, тем дальше стены уходили от тропы, тем все выше и выше поднимались камни на тонких каменных столбиках. Вскоре меж ними стал появляться туман, а затем кусты, деревья… ядовитые исполинские дубы, что при нашем приближении прятали листья и пыльцу.
Я едва не научилась молиться высшим силам, когда над удаляющимися деревьями появился туман, затем небольшие облака, а водоносы все продолжали идти вверх к неясному свету. Слабая надежда, что перед нами воронка перехода, разбилась о реальность. Свет лился из расщелины, и преодолев этот разлом, водоносы продолжали идти по каменным столбикам, только теперь уже вдоль низко нависающей скалы. В волнении выхватила карту, развернула ее и не сразу поверила увиденному. Мы не поднялись в горы, мы наоборот провалились под землю. И что примечательно, весь наш путь от перевертышей был отмечен не тонкой красной линией, а жирной, состоящей из близко расположенных красных точек, словно все это время мы находились в смертельной опасности.
Но что является источником опасности?
Водоносы, другие монстры, идущие по следу, возможность упасть в непроглядную пропасть или что-то хуже… В этот самый миг тревоги и терзаний раздался всхрап, обычный сонный всхрап, который я с радостью приписала бы коню, однако провидение распорядилось иначе. Это Варган перешел из состояния беспамятства в глубокий сон, и теперь в любую минуту мог проснуться.
- Боже… - К кому, как не к богу степняков взывать сейчас? – Бог Адо-всевоитель, не дай раньше времени князю очну… - на этих словах, едва различимо произнесенных, подняла взгляд к небу и смолкла.
В свете дня скала, нависавшая над «тропой» водоносов, казалась пустой, но стоило первым сумеркам сгуститься, как среди камней и корней проявились летучие мыши с красными глазами кровопийц. Тысячи, десятки тысяч серокрылых мелких особей и пара сотен крупных черных следили за мной, принюхивались, скаля острые тонкие зубы. Молитва против них не поможет, магострел, скорее, нас всех погребет под скалой. Я потянулась в рюкзак за плащом, но это лишь растревожило монстров, побудило их атаковать. Размываясь от скорости, десять теней спикировало вниз в молчаливом азарте долететь – укусить-разорвать. Воинственный писк отразился от скалы, оглушил, подавляя волю. Кони остановились, а я в одно мгновение отцепила проверенный в деле казанок, замахнулась им и в немом изумлении чуть его не уронила.
Передо мной мелькнула конская грива, затем и хвост. Писк оборвался! Нападавшие кровопийцы исчезли, испуганно спрятались и те, что остались на скале. Водонос захрустел «чем-то» съедобным, а я прижала к груди казанок и подумала, что мне очень срочно, очень нужно в дамскую комнату на пару минут или просто в кустики. Позыв был слабый, но он усилился, стоило второму коню обиженно заржать, а Варгану дернуться.
- Нет-нет-нет! Адо, прошу тебя... – вознесла я молитву, что не была услышана богом степняков.
- Твою юж… приснится же! – вяло тряхнул головой князь и потянулся правой рукой, чтобы откинуть волосы назад - его личное движение, досконально изученное мной в последние дни.
- Варган, не дергайтесь, вы связаны! - объяснила я, когда он с удивлением ощутил путы и начал активнее дергать рукой.
- Орвей?! – Он моргнул пару раз, повел головой и размял затекшие плечи.
- Вы упали на ступеньках, лекарь Тос не сумел вернуть вас в сознание…
- Вот уж сомневаюсь.
-… меня заверили, что головной боли не будет, - поспешно сообщила я.
- Ее и нет, - заметил удивленно.
Спасибо Амине, появится возможность - обязательно ее поблагодарю.
- Варган, во избежание падений вас связали, не двигайтесь, пока мы не достигнем озера. До тех пор я не смогу вас ни развязать, ни отстегнуть, - сказала я и дала команду водоносам: - Цок-цок.
- Мбр-р-р! – отозвался конь степняка, и князь даже в сумерках заметно побелел.
- Я слышал ржание... - не вовремя вспомнил он о страхе.
- Это далеко.
- Нет. Здесь, подо мной, а еще я слышу ложь в твоем голосе, Орвей, – заявил, все больше дергаясь, тревожа свои путы и коня. У него даже голос изменился с уверенного на испуганно-скрипучий.
- Варган это ослы.
- Ослы не могут так… выражаться. Ты врешь! – вспылил князь еще сильней.
- Прошу вас, не кричите. Это помесь местного тяжеловоза с ослом, выведенная особым способом, - солгала я, постаравшись отринуть осуждающий взгляд своего водоноса и тихий хмык второго. - И неужели вам сложно озаботиться мной, моим состоянием? Сложно спросить, как мы преодолели больше половины пути, как я себя чувствую и что вижу? Или где мы сейчас находимся?
- Вопрос? – Он задумчиво замер, так что я успела отвернуться и чуть-чуть передохнуть перед следующим раундом уверток. – Да, вопрос есть, - вдруг продолжил Варган. - А где ослиные уши, Орвей?
Он дотянулся до ушей?!
Я оглянулась и пожалела, что не еду рядом. Прав был лекарь, мое спокойствие напрямую зависело от спокойствия степняка. Немыслимым образом он развязал веревки на руках, дотянулся до головы своего коня и теперь ощупывал весьма опасную гриву…
- Варган, оставьте в покое водоноса. И не отстегивайтесь, прошу вас! – воскликнула, едва он бросил гриву и потянулся к ремням. - Снизу пропасть! Если сорветесь, вас, возможно, спасут, но завершить поход не получится. Подумайте об обещанном мне артефакте, о Сагге, о прошлых провалах или о победе на выборах, о которых вы молчите до сих пор.
Увести князя от темы не вышло, взмокший и бледный, он сейчас больше походил на сумасшедшего, чем беловолосый житель острова Забвения. Глаза абсолютно черные и безумные, волосы всклокоченные, словно стали дыбом, сам он дрожащий, с перекошенным от ужаса лицом и голосом, пробирающим до колючих мурашек.
- Говори правду. Правду, Орвей!
- Хорошо, согласна, это не мул. - Князь натурально взвыл. - Но это и не лошадь! – Чистая правда, все же под нами кони или, что вероятнее, конеподобные монстры.
И словно нагнетая обстановку, мой водонос громко фыркнул, я шикнула на него, он фыркнул громче, я отвлеклась от степняка и в последний момент увидела скалу, низко нависающую над тропой. Пригнулась, спиной ощутила холод камня и поздно подумала о попутчике, продолжившем кричать.
- Орвей, от него разит лошадью, грива есть и хвост, и…
- Варган?
- Что?! - воскликнул он.
- Прости.
Звучное «Бум!» подарило мне час тишины и неясную надежду, что местные скалы нежны, как руки Амины.
Водяная воронка перехода из-за очередного поворота появилась неожиданно, и упали мы в нее вслед за водопадом тоже неожиданно и очень страшно – столбики из камней просто просыпались под ногами моего водоноса. Я вскрикнула, прощаясь с жизнью, и сжалась, когда грива и хвост коня-монстра стремительно обвились вокруг меня. Мысли о защите, не возникло, я испугалась, что меня сейчас съедят. Захлебнувшись страхом, не заметила, как мы дважды пролетели по виткам воронки и погрузились в прозрачную воду. Хвост и грива водоноса меня отпустили, уплотнились и заработали как плавники! Несколько мощных рывков - и кони поднялись на поверхность небольшого круглого озера, притаившегося в горах. Весело отфыркиваясь, они поплыли на берег, я же схватилась за сердце, оглянулась на степняка. Он все еще держался на спине своего водоноса и, кажется, дышал.
Здесь было невероятно и совсем темно!
Однако светящаяся бликами вода позволяла рассмотреть крупные цветущие кувшинки, серебристые ивы, склонявшиеся к водному зеркалу, более темные кусты, похожие на ели, и сине-зеленую траву. Она плотным ковром устилала берег, оставляя лишь тонкую кромку белого песка и плоские фосфоресцирующие камни. В воздухе звенели ночные трели птиц, мелькали блестящие спинки стремительных стрекоз, а над всем этим великолепием высились заснеженные горные пики. Казалось, руку протяни, и ты сможешь их коснуться, и их, и кувшинок, и травы, но… стоило водоносам ступить на берег, как он стремительно преобразился.
Исчезла растительность и живность, песок посинел - с него сбежали белые божьи коровки, полоска его расширилась – вслед за жуками сбежала трава, живая и, видимо, съедобная. Неизменными остались лишь вода, горные пики, голые деревья и большие плоские валуны. Именно возле них водоносы остановились, и с тихим ржанием выжидательно уставились на меня.
- Спускаться? - Мне кивнули. - Спускаюсь.
Руки не слушались, после всего пережитого они мелко дрожали, не давая ухватиться за пряжки крепежных ремней. Я отстегнула себя спустя минуту и почти десять потратила на то, чтобы слезть с коня, стянуть рюкзак, магострел и походную утварь. Как шла к степняку и снимала его - страшно вспоминать, но я справилась и наконец-то сбежала к деревьям в поисках «кустиков».
Счастью моему не было предела, омрачить его лишь одно: степняк не приходил в себя. Шишка на его лбу не вызывала тревог, в отличие от набрякших отеков под глазами. Я дважды синим целебным песком оттерла лицо князя от яда, намочила водой, побила по колючим щекам и назвала обидным словосочетанием «степняк-предатель», и совсем отчаялась, когда водоносы, вдоволь накупавшись, махнули мне хвостами и отбыли восвояси. С уходом всеядных монстров берег сразу стал оживать. Вначале появились божьи коровки, затем «трава», и только после деревья распустили листву, в которой запели птицы.
Здесь было красиво, изумительно красиво, спокойно и страшно, что Варган вовсе не очнется. Но я гнала эти мысли подальше от себя. Все же от степени ранения зависит скорость нашего обнаружения, и если хранители ущелья не нашли нас до сих пор, князь не так уж плох. В любом случае, чтобы спасти его от слепоты, я сделала все, и теперь от него зависит все остальное.
Суховея близ озера не нашлось, костер разжечь не получилось, стянуть степняка с валуна не вышло, поэтому я разложила палатку прямо над ним. Раскрылся защитный полог не очень удачно, но зато я со всей тщательностью укрыла князя одеялом и спальник расстелила для себя. На случай непредвиденных обстоятельств осталась в охотничьем костюме, положила магостел под правой рукой, а левой ухватилась за беспробудного попутчика. Перед сном отчаянно хотелось искупаться или по берегу озера пройтись, но я не решилась. Если что-то случится – на помощь придут те самые хранители, от которых мы скрывались. Так стоит ли рисковать?
Я решила не стоит. Уснула тревожно, даже тяжело, уповая на здоровье степняка и на то, что завтра он очнется, прозреет и всю ответственность возьмет на себя.
Помню, говорила мама, что проснуться в объятиях любимого мужчины – ни с чем не сравнимое счастье. Она ошибалась, проснуться в объятиях вышедшего из забытья мужчины - вот оно, счастье! Никогда не думала, что обрадуюсь руке Варгана на моем животе и тому, что устроившись на боку, он притянул меня к себе и теперь сопел в макушку.
Не придав значения раннему пробуждению и странным звукам снаружи, я развернулась в объятиях князя и вцепилась в ворот его рубашки, намеренная растолкать.
- Варган! Варга-а-ан… князь, скажите, что вы очнулись! Очень прошу, скажите, что очнулись… Пожалуйста!
- Если скажу, ты меня отпустишь? – прохрипел он, не раскрывая глаз. Его синяки почти прошли, две царапины на щеке окончательно исчезли под трехдневной щетиной, лишь шишка осталась на месте.
- Варган! – Вне себя от радости я кинулась ему на шею, попутно повалив на спину. Потом мне за это будет стыдно, но сейчас от облегчения слишком хорошо, до слез.
- Осторожно, удушишь! – Степняк схватил меня за плечи, кажется, хотел отцепить, но услышав первый всхлип, остановился. – Орвей, ты плачешь? Надеюсь, от счастья… хм. Даже приятно, но… Орвей, не стоит, я очнулся, теперь все в порядке, - сказал и обнял.
Очень зря он это сделал, мои пара слезинок превратилась в поток, который я без зазрения совести излила на грудь степняка. И я бы обязательно позволила себе получасовую жалость со всхлипами и вздохами, но Варган слишком быстро мыслями обратился в недавнее прошлое.
- О, не переживайте, я буду нема как рыба, - заверила она.
Просто невероятно. То есть ей Варган рассказал, что в действительности им движет, а мне объяснить не озаботился. И обидно вдвойне, что Амина сбежала со словами «И вам я тоже обещаю молчать». Лучше бы она этого не обещала. Злость, досада, даже гнев грызли меня, пока лекарь Тос и Тиль пристегивали князя к седлу и попутно инструктировали о правилах перехода.
- Не кричать, не спускаться с водоносов, быть внимательными в дороге. У вашего жениха два с половиной, максимум три часа беспамятства, этого должно хватить на переход и подъем. Во избежание эксцессов, руки мы тоже свяжем. Еще я бы посоветовал завязать глаза, но если вы оба действительно не боитесь высоты, то все в порядке.
- Спасибо вам! – сказала я, едва взобралась в седло и позволила пристегнуть себя.
- Это мне стоит вас благодарить, Амина и Тиль до конца ночи могут изображать вашу пару. Так что все перевертыши в азарте бесполезного соблазнения забудут напиться, - с улыбкой поделился лекарь своей мудростью… или коварством.
На этом мы распрощались.
Получив команду «Цок-цок», кони уверенно двинулись сквозь парк, а затем и сквозь стену, что беззвучно отъехала в сторону.
14.
Водоносы шли легко и быстро. В считанные минуты пересекли степь, поросшую желтым кустарником, погрузились в красный лес и одним своим видом распугали всех живых и не очень существ. Завидев нас, исчезла стая ненормально больших стрекоз, огромные цветы, которыми я восхищалась и, восхищаясь, заказала их степняку, стали прятаться в почву. Ядовитые деревья скрыли листву и, кажется, даже пыльцу заглотили назад, чтобы лишний раз к себе внимания не привлекать. И чем дальше мы шли, тем все более крупные монстры стремились сбежать с нашего пути.
Что ж, путешествовать с устрашающими всех конями не так уж плохо, предположила я, пока с нашего пути не сбежал внушительных размеров олень или кто-то очень похожий на него. После этого я в некотором испуге стала чаще оборачиваться, чтобы посмотреть на бессознательного Варгана. Я и раньше смотрела часто, снедаемая мыслями о нем и победе в неизвестных выборах, а теперь едва ли не сидела вполоборота. Ведь если о тех самых выборах я и смогу узнать, то лишь у степняка живого.
В процессе наблюдения за князем пропустила момент, когда водоносы вошли в скальную расщелину. Только что вокруг был плотный пугающий тишиной и сумраком лес, а теперь гранитные стены и тонкая полоска неба в вышине. Поначалу широкая она все сужалась и сужалась, а затем окончательно исчезла, погрузив нас в темноту.
Одинокое «Цок-цок, цок-цок, цок-цок» разлеталось по пещере без эха, отчего казалось, что водоносов стало меньше на одного, и если бы не светящиеся глаза второго, я бы запаниковала. Впрочем, долго оставаться в спокойствии так же не смогла, потому что к светящимся глазам водоносов вдруг добавились стремительно растущие гривы и хвосты, которые тоже светились и льнули к каменным стенам. Словно прощупывая их. И вот еще одна странность: кони двигались след в след, и я это видела, потому что они наступали на фосфоресцирующие плоские камни размером точно подходящим под копыта. Это было невероятно, волшебно, любопытно, пока я не заметила, что камни находятся в некотором отдалении от земли. Поначалу малом – в две-три ладони, но чем дальше мы продвигались, тем дальше стены уходили от тропы, тем все выше и выше поднимались камни на тонких каменных столбиках. Вскоре меж ними стал появляться туман, а затем кусты, деревья… ядовитые исполинские дубы, что при нашем приближении прятали листья и пыльцу.
Я едва не научилась молиться высшим силам, когда над удаляющимися деревьями появился туман, затем небольшие облака, а водоносы все продолжали идти вверх к неясному свету. Слабая надежда, что перед нами воронка перехода, разбилась о реальность. Свет лился из расщелины, и преодолев этот разлом, водоносы продолжали идти по каменным столбикам, только теперь уже вдоль низко нависающей скалы. В волнении выхватила карту, развернула ее и не сразу поверила увиденному. Мы не поднялись в горы, мы наоборот провалились под землю. И что примечательно, весь наш путь от перевертышей был отмечен не тонкой красной линией, а жирной, состоящей из близко расположенных красных точек, словно все это время мы находились в смертельной опасности.
Но что является источником опасности?
Водоносы, другие монстры, идущие по следу, возможность упасть в непроглядную пропасть или что-то хуже… В этот самый миг тревоги и терзаний раздался всхрап, обычный сонный всхрап, который я с радостью приписала бы коню, однако провидение распорядилось иначе. Это Варган перешел из состояния беспамятства в глубокий сон, и теперь в любую минуту мог проснуться.
- Боже… - К кому, как не к богу степняков взывать сейчас? – Бог Адо-всевоитель, не дай раньше времени князю очну… - на этих словах, едва различимо произнесенных, подняла взгляд к небу и смолкла.
В свете дня скала, нависавшая над «тропой» водоносов, казалась пустой, но стоило первым сумеркам сгуститься, как среди камней и корней проявились летучие мыши с красными глазами кровопийц. Тысячи, десятки тысяч серокрылых мелких особей и пара сотен крупных черных следили за мной, принюхивались, скаля острые тонкие зубы. Молитва против них не поможет, магострел, скорее, нас всех погребет под скалой. Я потянулась в рюкзак за плащом, но это лишь растревожило монстров, побудило их атаковать. Размываясь от скорости, десять теней спикировало вниз в молчаливом азарте долететь – укусить-разорвать. Воинственный писк отразился от скалы, оглушил, подавляя волю. Кони остановились, а я в одно мгновение отцепила проверенный в деле казанок, замахнулась им и в немом изумлении чуть его не уронила.
Передо мной мелькнула конская грива, затем и хвост. Писк оборвался! Нападавшие кровопийцы исчезли, испуганно спрятались и те, что остались на скале. Водонос захрустел «чем-то» съедобным, а я прижала к груди казанок и подумала, что мне очень срочно, очень нужно в дамскую комнату на пару минут или просто в кустики. Позыв был слабый, но он усилился, стоило второму коню обиженно заржать, а Варгану дернуться.
- Нет-нет-нет! Адо, прошу тебя... – вознесла я молитву, что не была услышана богом степняков.
- Твою юж… приснится же! – вяло тряхнул головой князь и потянулся правой рукой, чтобы откинуть волосы назад - его личное движение, досконально изученное мной в последние дни.
- Варган, не дергайтесь, вы связаны! - объяснила я, когда он с удивлением ощутил путы и начал активнее дергать рукой.
- Орвей?! – Он моргнул пару раз, повел головой и размял затекшие плечи.
- Вы упали на ступеньках, лекарь Тос не сумел вернуть вас в сознание…
- Вот уж сомневаюсь.
-… меня заверили, что головной боли не будет, - поспешно сообщила я.
- Ее и нет, - заметил удивленно.
Спасибо Амине, появится возможность - обязательно ее поблагодарю.
- Варган, во избежание падений вас связали, не двигайтесь, пока мы не достигнем озера. До тех пор я не смогу вас ни развязать, ни отстегнуть, - сказала я и дала команду водоносам: - Цок-цок.
- Мбр-р-р! – отозвался конь степняка, и князь даже в сумерках заметно побелел.
- Я слышал ржание... - не вовремя вспомнил он о страхе.
- Это далеко.
- Нет. Здесь, подо мной, а еще я слышу ложь в твоем голосе, Орвей, – заявил, все больше дергаясь, тревожа свои путы и коня. У него даже голос изменился с уверенного на испуганно-скрипучий.
- Варган это ослы.
- Ослы не могут так… выражаться. Ты врешь! – вспылил князь еще сильней.
- Прошу вас, не кричите. Это помесь местного тяжеловоза с ослом, выведенная особым способом, - солгала я, постаравшись отринуть осуждающий взгляд своего водоноса и тихий хмык второго. - И неужели вам сложно озаботиться мной, моим состоянием? Сложно спросить, как мы преодолели больше половины пути, как я себя чувствую и что вижу? Или где мы сейчас находимся?
- Вопрос? – Он задумчиво замер, так что я успела отвернуться и чуть-чуть передохнуть перед следующим раундом уверток. – Да, вопрос есть, - вдруг продолжил Варган. - А где ослиные уши, Орвей?
Он дотянулся до ушей?!
Я оглянулась и пожалела, что не еду рядом. Прав был лекарь, мое спокойствие напрямую зависело от спокойствия степняка. Немыслимым образом он развязал веревки на руках, дотянулся до головы своего коня и теперь ощупывал весьма опасную гриву…
- Варган, оставьте в покое водоноса. И не отстегивайтесь, прошу вас! – воскликнула, едва он бросил гриву и потянулся к ремням. - Снизу пропасть! Если сорветесь, вас, возможно, спасут, но завершить поход не получится. Подумайте об обещанном мне артефакте, о Сагге, о прошлых провалах или о победе на выборах, о которых вы молчите до сих пор.
Увести князя от темы не вышло, взмокший и бледный, он сейчас больше походил на сумасшедшего, чем беловолосый житель острова Забвения. Глаза абсолютно черные и безумные, волосы всклокоченные, словно стали дыбом, сам он дрожащий, с перекошенным от ужаса лицом и голосом, пробирающим до колючих мурашек.
- Говори правду. Правду, Орвей!
- Хорошо, согласна, это не мул. - Князь натурально взвыл. - Но это и не лошадь! – Чистая правда, все же под нами кони или, что вероятнее, конеподобные монстры.
И словно нагнетая обстановку, мой водонос громко фыркнул, я шикнула на него, он фыркнул громче, я отвлеклась от степняка и в последний момент увидела скалу, низко нависающую над тропой. Пригнулась, спиной ощутила холод камня и поздно подумала о попутчике, продолжившем кричать.
- Орвей, от него разит лошадью, грива есть и хвост, и…
- Варган?
- Что?! - воскликнул он.
- Прости.
Звучное «Бум!» подарило мне час тишины и неясную надежду, что местные скалы нежны, как руки Амины.
Водяная воронка перехода из-за очередного поворота появилась неожиданно, и упали мы в нее вслед за водопадом тоже неожиданно и очень страшно – столбики из камней просто просыпались под ногами моего водоноса. Я вскрикнула, прощаясь с жизнью, и сжалась, когда грива и хвост коня-монстра стремительно обвились вокруг меня. Мысли о защите, не возникло, я испугалась, что меня сейчас съедят. Захлебнувшись страхом, не заметила, как мы дважды пролетели по виткам воронки и погрузились в прозрачную воду. Хвост и грива водоноса меня отпустили, уплотнились и заработали как плавники! Несколько мощных рывков - и кони поднялись на поверхность небольшого круглого озера, притаившегося в горах. Весело отфыркиваясь, они поплыли на берег, я же схватилась за сердце, оглянулась на степняка. Он все еще держался на спине своего водоноса и, кажется, дышал.
Здесь было невероятно и совсем темно!
Однако светящаяся бликами вода позволяла рассмотреть крупные цветущие кувшинки, серебристые ивы, склонявшиеся к водному зеркалу, более темные кусты, похожие на ели, и сине-зеленую траву. Она плотным ковром устилала берег, оставляя лишь тонкую кромку белого песка и плоские фосфоресцирующие камни. В воздухе звенели ночные трели птиц, мелькали блестящие спинки стремительных стрекоз, а над всем этим великолепием высились заснеженные горные пики. Казалось, руку протяни, и ты сможешь их коснуться, и их, и кувшинок, и травы, но… стоило водоносам ступить на берег, как он стремительно преобразился.
Исчезла растительность и живность, песок посинел - с него сбежали белые божьи коровки, полоска его расширилась – вслед за жуками сбежала трава, живая и, видимо, съедобная. Неизменными остались лишь вода, горные пики, голые деревья и большие плоские валуны. Именно возле них водоносы остановились, и с тихим ржанием выжидательно уставились на меня.
- Спускаться? - Мне кивнули. - Спускаюсь.
Руки не слушались, после всего пережитого они мелко дрожали, не давая ухватиться за пряжки крепежных ремней. Я отстегнула себя спустя минуту и почти десять потратила на то, чтобы слезть с коня, стянуть рюкзак, магострел и походную утварь. Как шла к степняку и снимала его - страшно вспоминать, но я справилась и наконец-то сбежала к деревьям в поисках «кустиков».
Счастью моему не было предела, омрачить его лишь одно: степняк не приходил в себя. Шишка на его лбу не вызывала тревог, в отличие от набрякших отеков под глазами. Я дважды синим целебным песком оттерла лицо князя от яда, намочила водой, побила по колючим щекам и назвала обидным словосочетанием «степняк-предатель», и совсем отчаялась, когда водоносы, вдоволь накупавшись, махнули мне хвостами и отбыли восвояси. С уходом всеядных монстров берег сразу стал оживать. Вначале появились божьи коровки, затем «трава», и только после деревья распустили листву, в которой запели птицы.
Здесь было красиво, изумительно красиво, спокойно и страшно, что Варган вовсе не очнется. Но я гнала эти мысли подальше от себя. Все же от степени ранения зависит скорость нашего обнаружения, и если хранители ущелья не нашли нас до сих пор, князь не так уж плох. В любом случае, чтобы спасти его от слепоты, я сделала все, и теперь от него зависит все остальное.
Суховея близ озера не нашлось, костер разжечь не получилось, стянуть степняка с валуна не вышло, поэтому я разложила палатку прямо над ним. Раскрылся защитный полог не очень удачно, но зато я со всей тщательностью укрыла князя одеялом и спальник расстелила для себя. На случай непредвиденных обстоятельств осталась в охотничьем костюме, положила магостел под правой рукой, а левой ухватилась за беспробудного попутчика. Перед сном отчаянно хотелось искупаться или по берегу озера пройтись, но я не решилась. Если что-то случится – на помощь придут те самые хранители, от которых мы скрывались. Так стоит ли рисковать?
Я решила не стоит. Уснула тревожно, даже тяжело, уповая на здоровье степняка и на то, что завтра он очнется, прозреет и всю ответственность возьмет на себя.
***
Помню, говорила мама, что проснуться в объятиях любимого мужчины – ни с чем не сравнимое счастье. Она ошибалась, проснуться в объятиях вышедшего из забытья мужчины - вот оно, счастье! Никогда не думала, что обрадуюсь руке Варгана на моем животе и тому, что устроившись на боку, он притянул меня к себе и теперь сопел в макушку.
Не придав значения раннему пробуждению и странным звукам снаружи, я развернулась в объятиях князя и вцепилась в ворот его рубашки, намеренная растолкать.
- Варган! Варга-а-ан… князь, скажите, что вы очнулись! Очень прошу, скажите, что очнулись… Пожалуйста!
- Если скажу, ты меня отпустишь? – прохрипел он, не раскрывая глаз. Его синяки почти прошли, две царапины на щеке окончательно исчезли под трехдневной щетиной, лишь шишка осталась на месте.
- Варган! – Вне себя от радости я кинулась ему на шею, попутно повалив на спину. Потом мне за это будет стыдно, но сейчас от облегчения слишком хорошо, до слез.
- Осторожно, удушишь! – Степняк схватил меня за плечи, кажется, хотел отцепить, но услышав первый всхлип, остановился. – Орвей, ты плачешь? Надеюсь, от счастья… хм. Даже приятно, но… Орвей, не стоит, я очнулся, теперь все в порядке, - сказал и обнял.
Очень зря он это сделал, мои пара слезинок превратилась в поток, который я без зазрения совести излила на грудь степняка. И я бы обязательно позволила себе получасовую жалость со всхлипами и вздохами, но Варган слишком быстро мыслями обратился в недавнее прошлое.
