Как-то не так я представляла себе спасителя. Сверкающие доспехи и прилагающийся белый конь не обязателен, но хотелось бы немного уважения, что ли. Да и внутри что-то упорно противилось самой мысли, что мои родители могли подослать такого негодяя. И если на секундочку предположить, что лис не солгал, все равно я с ним никуда не пойду. Не вызывает он доверия.
А вот Йен — напротив. Располагает. Но что, если и он мне солгал? Если мы не идем в замок?
Но это было еще не самое страшное. Посетившая меня догадка буквально выбила воздух из легких. Вдруг, он соврал про Гроша?
Если дракон даже не знает, что Йен нашел меня в лесу? Тогда бы рыжик меня искал и точно нашел.
И другая, еще более ужасная мысль, заставила сердечко испуганно споткнуться: дракошик сильно ранен и не может отправиться на мои поиски! Но зачем Йену мне врать, да еще и заводить не понятно куда?
А вдруг он с Демьяном заодно?! И... И ловушку на дракона они вместе делали! Потому и оказались у замка в одно время. Да-да, и меня Йен почти сразу нашел! Тогда получается, он предал Гроша? Тот, кому дракон даже мою безопасность доверил?
Может, я плохо разбираюсь в людях, все-таки встречала их мизерно мало, но чешуйчатый мой ведь должен такие вещи чувствовать. И нехорошие намерения сразу бы раскусил. Да и зачем Демьяну с моим провожатым друг на друга наговаривать? Несуразица какая-то.
А если...
И вот так продолжалось полночи... В своих бредовых предположениях я дошла до того, что лис и Йен получили от какого-то неизвестного задание, кто первый меня к нему доставит. Вот и уводят друг у друга. Потом вспомнила свои чувства к парню, окончательно запуталась. И совсем горько стало. Потому что, если он и правда плохой, то я себе не завидую. Но разве может быть игрой то, как он заботится обо мне? Как смотрит, обнимает? Разве это можно подделать?
Тогда почему он два дня ведет себя настолько отчужденно? Что его тревожит?
Только бы не чувство вины...
О вреде голодания
Утром солнце не спешило порадовать путников своим ликом. В смысле, бессовестным образом спряталось за низко нависшими тучами, через которые даже маленький бледный диск не просвечивал. Может, будь мы в поле, я бы и смогла определить направление, но в лесу это оказалось затруднительно.
Йен все так же хмурился и молчал. А еще бросал на меня украдкой косые взгляды, когда думал, что я не вижу. В этот раз завтрак в виде рыбки ловил мой "друг".
А пока он этим занимался, меня посетила очередная гениальная идея. У меня есть карта! Не зря же она болтается в сумке.
Как заправский воришка, я огляделась, не обнаружила признаков брюнетистых личностей (угу, кусты тоже тщательно осмотрела на наличие необычных лисов), достала карту, расстелила на своём одеяле и тщательнейшим образом принялась изучать.
Такс...
Вот Мухоморовка. Как и положено ей быть, на северо-западе от замка. Вот замок. Сюда, восточнее (а если быть совсем точной, то на северо-восток) летает на охоту Грош. Если верить солнцу, шли мы с лисом именно в этом направлении. Два дня, это приблизительно столько — отложила два пальца. То есть Йен нашел меня где-то... Тут! Обвела пальцем небольшой кружок. Я ведь понятия не имела, в какую сторону двигалась, когда сбежала от Демьяна.
Хорошо. А вот дальше... Если идти в сторону замка, то это расстояние в три дня, не больше. И еще одно "но", о котором я совершенно позабыла. Рек поблизости нет. Вообще никаких. Недалеко от замка есть озеро и небольшой ручеек, который ни в какое сравнение не идет с широкой лентой воды, вдоль которой мы сейчас движемся.
А вот река на карте одна. Тянется с северо-востока, протекает между Мухоморовкой и Желудевкой, огибает Летний, дальше сворачивает на юг и бежит к Морю.
Занятно. А вот и излучина, вдоль которой не хотел двигаться Йен, а повел нас напрямик... То есть, если мы идем вдоль реки, то... лис сказал правду. Мы не попадем домой. И куда же тогда? В деревню?
— Йен, а долго нам еще идти? — это были первые слова с самого утра. А время близилось к полудню. Продвигались мы медленно, но на этот раз причина осталась не ясна. В том смысле, что больше моим самочувствием не интересовались, не останавливались передохнуть каждый час, поэтому полагать, что парень беспокоится обо мне, не было причины.
— Да нет. — Йен рассеянно пожал плечами. — Если в том же темпе, то за день должны добраться. — И продолжил целенаправленно продираться сквозь чащу.
Лес незаметно сменился на непроходимые дебри, вроде тех, по которым мы шли с лисом. Стройные сосенки заменили разлапистые ели и тоненькие кривые деревца без названий.
— А идти вдоль реки будем? — еще один уточняющий вопрос.
Утвердительный кивок. И с чего решил, что я на него смотрю, а не под ноги?
— Мухоморовка или Желудевка? — не стала юлить я и остановилась. Как раз вовремя, иначе налетела бы на широкую окаменевшую спину. Точно Каменюка!
Парень шумно выдохнул, даже, кажется, сквозь зубы.
— Желудевка, — бросил недовольное через плечо. Но все еще стоял на месте. Не поворачиваясь ко мне лицом, и не продолжая путь. Ожидал, что последует за этим открытием?
— Почему? — пока еще рано было придаваться панике и обвинять. Еще утром я договорилась с собой, рассудив, что для начала лучше все узнать, а потом уже делать выводы. Да и то, что Йену Грош верил, склоняло чашу весов в пользу парня.
— Ты там еще не была, там тебя не знают.
— Почему туда, а не домой? — уточнила вопрос.
Вот теперь брюнет соизволил обернуться, смерить меня настороженным взглядом, кивнуть своим мыслям и пойти дальше. Только после этого я услышала тихие слова:
— Я говорил, что дракону сейчас опасно показываться. За замком следил лис, поэтому там тоже лучше не появляться. Грош улетел.
— Как улетел? Куда? — опешила. "А как же я?" — хотелось спросить..
— В безопасное место, — продолжал односложно изъясняться Йен, что никоим образом ясности не вносило.
— Почему ты сразу не сказал? И где это место? Почему он с собой не взял? Почему мы идем в деревню, а не к нему?
Парень раздраженно выдохнул и, наконец, удостоил своим вниманием.
— Вась, я сказал сразу, что ему нужно скрыться сейчас.
— Но не говорил, что улететь! — совершенно не заметила, как повысила голос. Ночные метания, а теперь еще и такие весьма не радостные новости, выбили почву из-под ног.
А если Йен и правда с ним что-то сделал? И ловушка эта... Он же столько про драконов знает... Но ведь говорил тогда очень убедительно. Будто сам был зол, что кто-то тайну прознал.
Внимательнее присмотрелась к парню. Неужели он мог так поступить?
— Ничего я с драконом не делал! — верно оценил мой подозревающий взгляд брюнет. — С ним все в порядке. Ты же по амулету можешь проверить.
— Да не работает эта побрякушка! — разозлилась я и сорвала с шеи камень. — И откуда ты вообще...
— Вась, ты с ним каждый вечер разговариваешь, — терпеливо ответил Йен, поднял амулет, завязал узел на шнурке и протянул мне. — Я же видел. По-моему у тебя прекрасно получается. Только ты хочешь услышать больше, чем может передать эта штука. Но ведь чувствуешь, что все хорошо? — Светло-карие глаза пытливо вглядывались в мое лицо.
Сил ответить не было, только кивнула.
— Когда сказал, что ему нужно скрыться, я, правда, думал, что ты поймешь. Да и не до долгих разговоров тогда было.
Верно, и здесь он прав.
Только как Грош мог меня бросить?
Мне срочно нужно на что-то опереться. Бездумно огляделась и прислонилась спиной к ближайшему дереву.
Почему он улетел? Из-за ловушки? Все настолько серьезно?
Глаза вдруг защипало...
— Это я во всем виновата... Если бы мы не полетели в город...
Послышался приглушенный всхлип.
Постоянно требую невозможного. А ведь Грош предупреждал, что людишки всякого надумать могут. Или меня украсть, или его у...убить.
Сама не заметила, как оказалась прижата к крепкой груди.
— Василек, ты ни в чем не виновата. Слышишь?
— Но как же...
— Его бы все равно нашли, — Йен прижался щекой к моим волосам, и так тепло стало, приятно и... спокойно. — Рано или поздно это должно было случиться.
— Почему мне с ним нельзя?
— Опасно. Он же тебя защитить пытается, глупышка, — парень крепко сжал, что ребра захрустели. Пальцы перебирали волосы. Так почему-то... привычно. Оказывается, за день я успела соскучиться по его прикосновениям. И как могла даже мысль допустить, что Йен предатель? Вряд ли бы тогда от него веяло надёжностью и уютом. Иногда мне кажется, что сам его запах вселяет уверенность, затрагивает неведомые струны глубоко внутри, вызывает дрожь в коленях...
Слезы понемногу утихали. Я уткнулась парню в шею, водила носом по коже, совершенно не осознавая своих действий, вдыхала аромат тела. Почему-то казалось, что брюнет пахнет... жарким летним днем, цветочным лугом, разморенным полуденным зноем, сухим ветром, теплым огоньком костра... Свободой.
Совершенно не представляла, как все это вместе может пахнуть, но едва я закрыла глаза, явилась именно эта картинка. А еще полет... Дракона.
Грошик... Как же мне хотелось его увидеть, обнять, прижаться к чешуйчатому животу.
Вместо этого меня обнимал человек, я положила голову ему на грудь и тихонечко шмыгала носом.
— Мне его не хватает, — поделилась самым сокровенным.
— Я знаю, Василек, знаю, — вздохнул Йен. — Потерпи немножко.
— А ведь мы за день до Желудевки не дойдем, — заявила вся такая деловая я, когда солнце начало близиться к закату. — Туда же еще дня два топать.
В ответ буркнули что-то вроде "Научил на свою голову". К чему это было — не поняла.
Минутка тоски и душевных излияний прошла давно, а мы с Йеном идти продолжали. По моим подсчетам и внутреннему чутью, которое подводило меня с завидной регулярностью, дойдем мы до деревни в лучшем случае к завтрашнему вечеру. Так что мечты о теплой ванне я упорно заталкивала куда подальше, но их место занимало предвкушение сытного ужина, что тоже радости не внушало. Ведь ужин надо было еще поймать. А потом и приготовить. А чтобы заняться всем этим, следовало дойти до места ночного привала. И снова проблема! Это место знал только Йен (точнее определял каким-то неведомым мне способом), который упорно отмалчивался и вообще не реагировал на мое шмыганье носом, жалостливые моськи, отвратительное нытье и откровенный шантаж! Я честно могу сказать, что перепробовала все. Но мой провожатый и мучитель по совместительству оказался еще упертее меня и вреднючее Гроша. Невероятно! Так меня бесить не удавалось никому. И если раньше я считала, что Йен — прекрасен, то сегодня убедилась: он — совершенство!
В итоге парень подгонял меня вперед, пока желудок не начал возмущаться настолько громко, что разжалобил даже этого твердолобого.
К вечеру я была готова отправиться на охоту самостоятельно — настолько сильно оголодала. А Йен только и делал, что подшучивал, причитал, как в меня помещается столько еды, воздевал глаза к небу... Короче, как мог, издевался над маленькой бедной мной.
— Сиди уже, страдалица, — ерничал этот гад, когда я порывалась отправиться на охоту вместе с ним. — Ты так зверье все распугаешь.
— Это почему?! — не замедлила возмутиться подобным откровенным наговором.
— Потому что ты сейчас даже на меня наброситься готова, а звери одного несытого вида испугаются, — усмехнулся он, увернулся от шишки и утопал дальше в лес.
Ух! Паразит. Попробуй только без добычи вернуться!
Высказала вслед все, что думаю о вредных и наглых парнях, и занялась костром. Нет, вовсе не для того, чтобы уберечь собственную чувствительную гордость от подтруниваний, когда брюнетик вернется с добычей, а потому, что к тому моменту ждать, пока он справится со всем этим сам, не будет никаких сил.
Отходила от места ночлега с опаской, постоянно осматривалась по сторонам, нет ли поблизости всяких полинявших лисов. То ли он понял, что его коварный план провалился, то ли просто отстал, но никаких признаков неучтенного хвоста я не обнаружила.
И то хорошо.
Когда добытчик, наконец, вернулся, я успела насобирать грибов, поджарить их и даже немного перекусить. Вот только голод никуда не делся, потому, едва завидев в руках парня освежеванную тушку, я окончательно потеряла себя. Рот в одну секунду наполнился слюной, в голове мелькнула и исчезла мысль, что мясо следует приготовить, а я... Жадно принюхиваясь, подкралась к добыче. Моей! Пусть она сейчас и в руках другого хищника. Но я точно знала, он поделится, немного поворчит для приличия, но позволит первой вонзить клыки в сочное, кровавое мясо... Теплое, еще не остывшее от едва ушедшей из него жизни...
— Вась, — царапнул голос на краю сознания. — Прекращай, это не смешно.
А кто здесь смеется? Зверь голоден. Зверь хочет есть. Разве это смешно? По-моему, ни капельки.
Я присела на задние лапы перед тем, кто удерживал мой ужин. Ну? "Отдай!" — говорил мой взгляд. Положи! Мое!
Человек не понял.
Раздраженно фыркнула: с людьми всегда так! И двинулась к добыче. Медленно перетекла на четвереньки, еще шаг... Нетерпеливый рык, прыжок и... еда у меня в зубах! А теперь отбежать, пока не схлопотала по моське.
М-м-м необыкновенно! Никогда не ела ничего вкуснее...
Оторвав мясистую лапку от зайца, я уселась на задние лапы под деревом и ела. Впивалась зубами в сочную плоть, смаковала привкус крови, обсасывала косточку... Пока человек не потянулся за оставшейся тушкой.
— Гр-р-р! — известила некоторых, что еще не закончила с трапезой. Тот не проникся. Поэтому, продолжая утробно рычать, выпустила когти — это уж точно должно его отпугнуть.
Боль в правой руке немного отрезвила.
Я посмотрела на Йена, с ошарашенным лицом взирающего на... мои пальцы, на меня... Огляделась. Осознание произошедшего яркой молнией пронеслось в голове... Я же.. Вела себя как зверь! Отобрала сырое мясо и ела его... Еще и нарычала на парня. И когти... Его взгляд.
Ох, святые драконы...
Закрыла лицо руками, а затем вскочила и побежала. Мне было все равно куда, лишь бы подальше. Подальше от его презрения... Чтобы не видеть, что сотворила.
Я же чудовище! Зверь под личиной человека. Как такая может понравиться? Он теперь вообще никогда ко мне не подойдет. Хорошо, если просто испугается. А если шарахаться в сторону станет? Нет, лучше вообще никогда больше не видеться. Убегу! Дурочка, размечталась о принцах. Да мне же в лесу самое место! Иначе на людей начну бросаться.
Слезы застилали глаза, деревья расплывались, сливались в одно мутное пятно, и даже улучшенное зрение не помогло. В итоге я просто споткнулась и упала на колени, продолжая плакать. Никогда еще так сильно я не хотела быть обычной, такой же, как все. Нормальной... а не...
— Василиса! — вздрогнула от окрикнувшего голоса. — Вася!
Парень быстро приближался ко мне, шелестя кустами и треща ветками.
— Вот ты где! — выдохнул и замер. — Вась...
Не хотела находиться рядом с ним, но и встать уже не могла. Каменная тяжесть давила на плечи, а пустота все увереннее овладевала всем моим существом, так, что выть хотелось.
— Василек, — осторожное. Неуверенные шаги. Совсем близко.
Боится? Правильно.
Прикосновение к плечу, и я вздрогнула, отползла дальше, назад, пока не уперлась спиной в ствол дерева.
Судорожно мотала головой из стороны в сторону.
— Нет. Не подходи... — В глаза не смотрела. Не хотелось даже представлять, что там. Зачем он пришел? Посмеяться? Обидеть?
А вот Йен — напротив. Располагает. Но что, если и он мне солгал? Если мы не идем в замок?
Но это было еще не самое страшное. Посетившая меня догадка буквально выбила воздух из легких. Вдруг, он соврал про Гроша?
Если дракон даже не знает, что Йен нашел меня в лесу? Тогда бы рыжик меня искал и точно нашел.
И другая, еще более ужасная мысль, заставила сердечко испуганно споткнуться: дракошик сильно ранен и не может отправиться на мои поиски! Но зачем Йену мне врать, да еще и заводить не понятно куда?
А вдруг он с Демьяном заодно?! И... И ловушку на дракона они вместе делали! Потому и оказались у замка в одно время. Да-да, и меня Йен почти сразу нашел! Тогда получается, он предал Гроша? Тот, кому дракон даже мою безопасность доверил?
Может, я плохо разбираюсь в людях, все-таки встречала их мизерно мало, но чешуйчатый мой ведь должен такие вещи чувствовать. И нехорошие намерения сразу бы раскусил. Да и зачем Демьяну с моим провожатым друг на друга наговаривать? Несуразица какая-то.
А если...
И вот так продолжалось полночи... В своих бредовых предположениях я дошла до того, что лис и Йен получили от какого-то неизвестного задание, кто первый меня к нему доставит. Вот и уводят друг у друга. Потом вспомнила свои чувства к парню, окончательно запуталась. И совсем горько стало. Потому что, если он и правда плохой, то я себе не завидую. Но разве может быть игрой то, как он заботится обо мне? Как смотрит, обнимает? Разве это можно подделать?
Тогда почему он два дня ведет себя настолько отчужденно? Что его тревожит?
Только бы не чувство вины...
Глава 25
О вреде голодания
Утром солнце не спешило порадовать путников своим ликом. В смысле, бессовестным образом спряталось за низко нависшими тучами, через которые даже маленький бледный диск не просвечивал. Может, будь мы в поле, я бы и смогла определить направление, но в лесу это оказалось затруднительно.
Йен все так же хмурился и молчал. А еще бросал на меня украдкой косые взгляды, когда думал, что я не вижу. В этот раз завтрак в виде рыбки ловил мой "друг".
А пока он этим занимался, меня посетила очередная гениальная идея. У меня есть карта! Не зря же она болтается в сумке.
Как заправский воришка, я огляделась, не обнаружила признаков брюнетистых личностей (угу, кусты тоже тщательно осмотрела на наличие необычных лисов), достала карту, расстелила на своём одеяле и тщательнейшим образом принялась изучать.
Такс...
Вот Мухоморовка. Как и положено ей быть, на северо-западе от замка. Вот замок. Сюда, восточнее (а если быть совсем точной, то на северо-восток) летает на охоту Грош. Если верить солнцу, шли мы с лисом именно в этом направлении. Два дня, это приблизительно столько — отложила два пальца. То есть Йен нашел меня где-то... Тут! Обвела пальцем небольшой кружок. Я ведь понятия не имела, в какую сторону двигалась, когда сбежала от Демьяна.
Хорошо. А вот дальше... Если идти в сторону замка, то это расстояние в три дня, не больше. И еще одно "но", о котором я совершенно позабыла. Рек поблизости нет. Вообще никаких. Недалеко от замка есть озеро и небольшой ручеек, который ни в какое сравнение не идет с широкой лентой воды, вдоль которой мы сейчас движемся.
А вот река на карте одна. Тянется с северо-востока, протекает между Мухоморовкой и Желудевкой, огибает Летний, дальше сворачивает на юг и бежит к Морю.
Занятно. А вот и излучина, вдоль которой не хотел двигаться Йен, а повел нас напрямик... То есть, если мы идем вдоль реки, то... лис сказал правду. Мы не попадем домой. И куда же тогда? В деревню?
— Йен, а долго нам еще идти? — это были первые слова с самого утра. А время близилось к полудню. Продвигались мы медленно, но на этот раз причина осталась не ясна. В том смысле, что больше моим самочувствием не интересовались, не останавливались передохнуть каждый час, поэтому полагать, что парень беспокоится обо мне, не было причины.
— Да нет. — Йен рассеянно пожал плечами. — Если в том же темпе, то за день должны добраться. — И продолжил целенаправленно продираться сквозь чащу.
Лес незаметно сменился на непроходимые дебри, вроде тех, по которым мы шли с лисом. Стройные сосенки заменили разлапистые ели и тоненькие кривые деревца без названий.
— А идти вдоль реки будем? — еще один уточняющий вопрос.
Утвердительный кивок. И с чего решил, что я на него смотрю, а не под ноги?
— Мухоморовка или Желудевка? — не стала юлить я и остановилась. Как раз вовремя, иначе налетела бы на широкую окаменевшую спину. Точно Каменюка!
Парень шумно выдохнул, даже, кажется, сквозь зубы.
— Желудевка, — бросил недовольное через плечо. Но все еще стоял на месте. Не поворачиваясь ко мне лицом, и не продолжая путь. Ожидал, что последует за этим открытием?
— Почему? — пока еще рано было придаваться панике и обвинять. Еще утром я договорилась с собой, рассудив, что для начала лучше все узнать, а потом уже делать выводы. Да и то, что Йену Грош верил, склоняло чашу весов в пользу парня.
— Ты там еще не была, там тебя не знают.
— Почему туда, а не домой? — уточнила вопрос.
Вот теперь брюнет соизволил обернуться, смерить меня настороженным взглядом, кивнуть своим мыслям и пойти дальше. Только после этого я услышала тихие слова:
— Я говорил, что дракону сейчас опасно показываться. За замком следил лис, поэтому там тоже лучше не появляться. Грош улетел.
— Как улетел? Куда? — опешила. "А как же я?" — хотелось спросить..
— В безопасное место, — продолжал односложно изъясняться Йен, что никоим образом ясности не вносило.
— Почему ты сразу не сказал? И где это место? Почему он с собой не взял? Почему мы идем в деревню, а не к нему?
Парень раздраженно выдохнул и, наконец, удостоил своим вниманием.
— Вась, я сказал сразу, что ему нужно скрыться сейчас.
— Но не говорил, что улететь! — совершенно не заметила, как повысила голос. Ночные метания, а теперь еще и такие весьма не радостные новости, выбили почву из-под ног.
А если Йен и правда с ним что-то сделал? И ловушка эта... Он же столько про драконов знает... Но ведь говорил тогда очень убедительно. Будто сам был зол, что кто-то тайну прознал.
Внимательнее присмотрелась к парню. Неужели он мог так поступить?
— Ничего я с драконом не делал! — верно оценил мой подозревающий взгляд брюнет. — С ним все в порядке. Ты же по амулету можешь проверить.
— Да не работает эта побрякушка! — разозлилась я и сорвала с шеи камень. — И откуда ты вообще...
— Вась, ты с ним каждый вечер разговариваешь, — терпеливо ответил Йен, поднял амулет, завязал узел на шнурке и протянул мне. — Я же видел. По-моему у тебя прекрасно получается. Только ты хочешь услышать больше, чем может передать эта штука. Но ведь чувствуешь, что все хорошо? — Светло-карие глаза пытливо вглядывались в мое лицо.
Сил ответить не было, только кивнула.
— Когда сказал, что ему нужно скрыться, я, правда, думал, что ты поймешь. Да и не до долгих разговоров тогда было.
Верно, и здесь он прав.
Только как Грош мог меня бросить?
Мне срочно нужно на что-то опереться. Бездумно огляделась и прислонилась спиной к ближайшему дереву.
Почему он улетел? Из-за ловушки? Все настолько серьезно?
Глаза вдруг защипало...
— Это я во всем виновата... Если бы мы не полетели в город...
Послышался приглушенный всхлип.
Постоянно требую невозможного. А ведь Грош предупреждал, что людишки всякого надумать могут. Или меня украсть, или его у...убить.
Сама не заметила, как оказалась прижата к крепкой груди.
— Василек, ты ни в чем не виновата. Слышишь?
— Но как же...
— Его бы все равно нашли, — Йен прижался щекой к моим волосам, и так тепло стало, приятно и... спокойно. — Рано или поздно это должно было случиться.
— Почему мне с ним нельзя?
— Опасно. Он же тебя защитить пытается, глупышка, — парень крепко сжал, что ребра захрустели. Пальцы перебирали волосы. Так почему-то... привычно. Оказывается, за день я успела соскучиться по его прикосновениям. И как могла даже мысль допустить, что Йен предатель? Вряд ли бы тогда от него веяло надёжностью и уютом. Иногда мне кажется, что сам его запах вселяет уверенность, затрагивает неведомые струны глубоко внутри, вызывает дрожь в коленях...
Слезы понемногу утихали. Я уткнулась парню в шею, водила носом по коже, совершенно не осознавая своих действий, вдыхала аромат тела. Почему-то казалось, что брюнет пахнет... жарким летним днем, цветочным лугом, разморенным полуденным зноем, сухим ветром, теплым огоньком костра... Свободой.
Совершенно не представляла, как все это вместе может пахнуть, но едва я закрыла глаза, явилась именно эта картинка. А еще полет... Дракона.
Грошик... Как же мне хотелось его увидеть, обнять, прижаться к чешуйчатому животу.
Вместо этого меня обнимал человек, я положила голову ему на грудь и тихонечко шмыгала носом.
— Мне его не хватает, — поделилась самым сокровенным.
— Я знаю, Василек, знаю, — вздохнул Йен. — Потерпи немножко.
***
— А ведь мы за день до Желудевки не дойдем, — заявила вся такая деловая я, когда солнце начало близиться к закату. — Туда же еще дня два топать.
В ответ буркнули что-то вроде "Научил на свою голову". К чему это было — не поняла.
Минутка тоски и душевных излияний прошла давно, а мы с Йеном идти продолжали. По моим подсчетам и внутреннему чутью, которое подводило меня с завидной регулярностью, дойдем мы до деревни в лучшем случае к завтрашнему вечеру. Так что мечты о теплой ванне я упорно заталкивала куда подальше, но их место занимало предвкушение сытного ужина, что тоже радости не внушало. Ведь ужин надо было еще поймать. А потом и приготовить. А чтобы заняться всем этим, следовало дойти до места ночного привала. И снова проблема! Это место знал только Йен (точнее определял каким-то неведомым мне способом), который упорно отмалчивался и вообще не реагировал на мое шмыганье носом, жалостливые моськи, отвратительное нытье и откровенный шантаж! Я честно могу сказать, что перепробовала все. Но мой провожатый и мучитель по совместительству оказался еще упертее меня и вреднючее Гроша. Невероятно! Так меня бесить не удавалось никому. И если раньше я считала, что Йен — прекрасен, то сегодня убедилась: он — совершенство!
В итоге парень подгонял меня вперед, пока желудок не начал возмущаться настолько громко, что разжалобил даже этого твердолобого.
К вечеру я была готова отправиться на охоту самостоятельно — настолько сильно оголодала. А Йен только и делал, что подшучивал, причитал, как в меня помещается столько еды, воздевал глаза к небу... Короче, как мог, издевался над маленькой бедной мной.
— Сиди уже, страдалица, — ерничал этот гад, когда я порывалась отправиться на охоту вместе с ним. — Ты так зверье все распугаешь.
— Это почему?! — не замедлила возмутиться подобным откровенным наговором.
— Потому что ты сейчас даже на меня наброситься готова, а звери одного несытого вида испугаются, — усмехнулся он, увернулся от шишки и утопал дальше в лес.
Ух! Паразит. Попробуй только без добычи вернуться!
Высказала вслед все, что думаю о вредных и наглых парнях, и занялась костром. Нет, вовсе не для того, чтобы уберечь собственную чувствительную гордость от подтруниваний, когда брюнетик вернется с добычей, а потому, что к тому моменту ждать, пока он справится со всем этим сам, не будет никаких сил.
Отходила от места ночлега с опаской, постоянно осматривалась по сторонам, нет ли поблизости всяких полинявших лисов. То ли он понял, что его коварный план провалился, то ли просто отстал, но никаких признаков неучтенного хвоста я не обнаружила.
И то хорошо.
Когда добытчик, наконец, вернулся, я успела насобирать грибов, поджарить их и даже немного перекусить. Вот только голод никуда не делся, потому, едва завидев в руках парня освежеванную тушку, я окончательно потеряла себя. Рот в одну секунду наполнился слюной, в голове мелькнула и исчезла мысль, что мясо следует приготовить, а я... Жадно принюхиваясь, подкралась к добыче. Моей! Пусть она сейчас и в руках другого хищника. Но я точно знала, он поделится, немного поворчит для приличия, но позволит первой вонзить клыки в сочное, кровавое мясо... Теплое, еще не остывшее от едва ушедшей из него жизни...
— Вась, — царапнул голос на краю сознания. — Прекращай, это не смешно.
А кто здесь смеется? Зверь голоден. Зверь хочет есть. Разве это смешно? По-моему, ни капельки.
Я присела на задние лапы перед тем, кто удерживал мой ужин. Ну? "Отдай!" — говорил мой взгляд. Положи! Мое!
Человек не понял.
Раздраженно фыркнула: с людьми всегда так! И двинулась к добыче. Медленно перетекла на четвереньки, еще шаг... Нетерпеливый рык, прыжок и... еда у меня в зубах! А теперь отбежать, пока не схлопотала по моське.
М-м-м необыкновенно! Никогда не ела ничего вкуснее...
Оторвав мясистую лапку от зайца, я уселась на задние лапы под деревом и ела. Впивалась зубами в сочную плоть, смаковала привкус крови, обсасывала косточку... Пока человек не потянулся за оставшейся тушкой.
— Гр-р-р! — известила некоторых, что еще не закончила с трапезой. Тот не проникся. Поэтому, продолжая утробно рычать, выпустила когти — это уж точно должно его отпугнуть.
Боль в правой руке немного отрезвила.
Я посмотрела на Йена, с ошарашенным лицом взирающего на... мои пальцы, на меня... Огляделась. Осознание произошедшего яркой молнией пронеслось в голове... Я же.. Вела себя как зверь! Отобрала сырое мясо и ела его... Еще и нарычала на парня. И когти... Его взгляд.
Ох, святые драконы...
Закрыла лицо руками, а затем вскочила и побежала. Мне было все равно куда, лишь бы подальше. Подальше от его презрения... Чтобы не видеть, что сотворила.
Я же чудовище! Зверь под личиной человека. Как такая может понравиться? Он теперь вообще никогда ко мне не подойдет. Хорошо, если просто испугается. А если шарахаться в сторону станет? Нет, лучше вообще никогда больше не видеться. Убегу! Дурочка, размечталась о принцах. Да мне же в лесу самое место! Иначе на людей начну бросаться.
Слезы застилали глаза, деревья расплывались, сливались в одно мутное пятно, и даже улучшенное зрение не помогло. В итоге я просто споткнулась и упала на колени, продолжая плакать. Никогда еще так сильно я не хотела быть обычной, такой же, как все. Нормальной... а не...
— Василиса! — вздрогнула от окрикнувшего голоса. — Вася!
Парень быстро приближался ко мне, шелестя кустами и треща ветками.
— Вот ты где! — выдохнул и замер. — Вась...
Не хотела находиться рядом с ним, но и встать уже не могла. Каменная тяжесть давила на плечи, а пустота все увереннее овладевала всем моим существом, так, что выть хотелось.
— Василек, — осторожное. Неуверенные шаги. Совсем близко.
Боится? Правильно.
Прикосновение к плечу, и я вздрогнула, отползла дальше, назад, пока не уперлась спиной в ствол дерева.
Судорожно мотала головой из стороны в сторону.
— Нет. Не подходи... — В глаза не смотрела. Не хотелось даже представлять, что там. Зачем он пришел? Посмеяться? Обидеть?
