Башкосшибательная бита растворяется в воздухе. Кажется, это хороший знак.
- Достаточно, - охотно делюсь я. В то же время ощущаю толику разочарования от того, что Эрий больше меня не держит. Оказывается, есть в этом особая прелесть – когда симпатяжка тебя в стену вжимает.
Или у меня слишком мало опыта по части романтических взаимоотношений.
- Последнее, что ты помнишь?
Меня разглядывают с повышенным вниманием. Как загустелую грязь, налипшую на лобовое стекло.
- Последнее… Легион кожистых тварей, состоящих в клубе «мясоед мясоеду – друг, брат и товарищ», активно пытался затащить меня в свою секту. Предположительно, в качестве мяса.
- Нет, я не про то, что случилось в Преддверии. – Эрий беседует со мной в умиротворяющей манере, а сам то и дело бросает быстрые взгляды на окружающие нас стены. По мне, те никак не изменились. Сияние «светлячков» внутри все такое же ровное. – Хорошо, начнем сначала, бесхо… белянка.
- Уже лучше, - одобряю я. – Но все же предпочту остаться Милой. Не по характеру, но по образу мыслей. В общем, имя я уже озвучила. Не особо меня устраивающее, но все же мое.
- То, что покидает Великое Тело и попадает в шкатулку фасовщика, не носит имен. – Эрий качает головой. – Без обид, девочка. Это всего лишь установленный факт.
- Значит, факты у вас – одна большая чушь. – Развожу руками и, отогнув до упора большие пальцы на руках, указываю ими на себя. - Принцип действия этого вашего Великого Тела я примерно поняла. Однако личность и индивидуальность мои не стерты. Имя при мне, да и деформаций нет и в помине. И Ацетон так и не сумел засунуть меня в свою дамскую сумочку.
- Ацетон… - задумчиво повторяет за мной Эрий и чуть слышно хмыкает. – Верно. Поэтому-то я и приложил столько усилий, чтобы вытащить тебя с нейтральной территории. Если прислужник темных величий не смог сходу предъявить на душу свои права, то посланники света обязаны немедленно оградить ее от вторичных поползновений. Тем не менее… - Парень хмурится. – О душах, находящихся в опасности, мы заранее получаем сигнал. Всегда. Но ты – другое дело. Не реши Ацелестий почесать свое эго и прибегнуть к моей помощи, то я бы не пересек Границу. Сегодня на той стороне мне, фактически, нечего было делать.
- Что ж, тогда спасибки, что прилетел. – Стучу костяшкой пальца по стеклянному полу - крепкому, будто отполированный камень. – А иначе меня бы съели. А, может, разорвали? Или как там обычно падальщики простой народ в растворенную жижу для прослойки миров превращают?
А если поразмыслить, кожистые гомункулы молодцы. Своими силами организуют безотходное производство. Честь и хвала трудягам.
- Ты – не грешная душа, так? – Эрий, похоже, подустал бродить вокруг да около, а потому и задает вопрос прямо в лоб.
- Вам, дяденька ангел, с вашей ангельской колокольни виднее. – Пожимаю плечами и выдергиваю нитку с распушившегося края джинсовой ткани вокруг длинной дыры, оставшейся от острых когтей. – По моему мнению, я душка. Но мое мнение может не совпадать с мнением общественности. Так и зафиксируйте в протоколе, пожалуйста.
- Будь ты гнилью, бубенцы выжгли бы на тебе раны, а не одарили бы печатью, - выслушав меня, продолжает рассуждать Эрий. – И талисманом ты тоже не сумела бы обзавестись. Бесконечная обитель, - он кивает на прозрачные стены, - в твоем присутствии тоже спокойна.
Прекрасный вывод. Согласна на все сто пятьсот процентов. Понятное дело, что все это – одно большое недоразумение и мне здесь совсем не место. Так что пора пробивать себе путь наверх. Или вниз? Короче, в мир асфальта, бетона, загазованного воздуха и жутких процентов по кредитам.
- Э-э-эм… Есть ли вероятность того, что я еще не двинула кони? В смысле, что я – не отдельная душа, а душа с полноценным туловищем и набором необходимых конечностей? Что я еще жива?
Вот это речь! Целая откровенность. По крайней мере, для Эрия. Тот подается вперед и напряженно прищуривается.
- Что ты имеешь в виду?
- Не уверена, что это такая уж редкость - отсутствие воспоминаний, но, честно говоря, не помню, чтобы я и правда погибла.
- Тогда что ты помнишь? – требует ответа Эрий.
- Помню, что придержала на улице грабителя, сумела отвоевать сумочку для незнакомой бабули. А та, видимо, решила, что мы с тем типом заодно. И побила меня спасенной сумкой и мимоходом, кажется, прокляла. Кричала что-то про Ад и все дела. А очнулась я уже в желудке великой дылды червячной наружности. Ой...
Прикосновение ладони к моему лбу становится для меня абсолютной неожиданностью. Я замираю, погружаясь в ощущение прохлады на коже. Пальцы котика скользят по моей щеке, а затем он чуть приподнимает мой подбородок.
Внутри меня загорается огонечек надежды. С нетерпением жду его вердикта. Еще чуть-чуть, и он скажет, что со мной все в порядке, и возможность вернуться есть. Ведь он - воплощение света. Ангел. А значит, обязательно поможет найти выход.
- Что со мной сотворили? - шепчу я, завороженная бликами, скользящими по волосам сияющего.
- Понятия не имею.
Облом.
Резко отворачиваюсь, прерывая контакт, и закусываю нижнюю губу.
- И ты не знаешь, почему вдруг обзавелась ангельскими крыльями? - вкрадчиво интересуется Эрий.
- Они ангельские?!
Сказать, что я в шоке, это почти смолчать в тряпочку. Меня бы меньше удивила новость о том, что я порхала на крыльях индюшки. А тут ангельские… Это вам не прокатные пластиковые конструкции с вялыми перышками на спину лепить.
Котик, изучая мою реакцию, кивает.
- Не… не знаю. Я не знаю, - лепечу и по-детски шмыгаю носом.
Надо же. Меня там, снаружи, чуть не съели, но нюни распускаю тут, в относительной безопасности. Запоздалая реакция, Мила, весьма запоздалая.
- Прошу прощения, что вмешиваюсь, - раздается в воцарившейся тишине незнакомый голос, максимально сдобренный смущением. - Я тут по сигналу непреложный блокатор экстренно запустил… Мне бы теперь узнать, манатки сразу собирать или дадут эту недельку доработать?
К дальней деформированной стене прижимается высокий тощенький мужчина лет тридцати пяти. И не просто прижимается, а практически обнимает стеклянные выступы, будто пытаясь удержать конструкцию от падения. Или удержаться самому. Вид у товарища потрепанный. Черные волосы стоят торчком, словно разбитая армия маленьких чертиков. Под глазами залегли живописные темные круги. А легкая небритость на щеках и подбородке напоминает хаотичные брызги мглистой краски. На незнакомце свободная белоснежная футболка и брюки, ткань которых от каждого движения вздувается и бродит по его тощим ногам волнами, а плечи покрывает полупрозрачная накидка, какие порой напяливают детишки, играя в супергероев.
Честно признаться, он сильно смахивает на беглеца из сумасшедшего дома. Все дело в «летящем» прикиде. Хотя сам изъясняется вполне осмысленно. Кажется.
- Джу? – Мой котик (в смысле, конечно же, не мой) поворачивается в сторону прибывшего. – Значит, это ты запустил непреложный блокатор?
Эрий кивает мне и жестом показывает следовать за ним. Оглядываюсь на сплошную стеклянную стену, изнутри которой, предположительно, мы и выпали, обреченно вздыхаю и топаю за сияющим. Выбор пока не велик. Или прыгать обратно к падальщикам и обиженному в лучших чувствах Ацетону, или тихонечко пристроиться за спину ангела. Авось, выведет меня к свету. Только, пожалуйста, не к тому, что в конце длинного темного тоннеля.
- Я. – Джу еще пуще жмется к стене, словно веря, что та сумеет защитить его. – Я связной. Реагировать на призывы сияющих – моя работа. Я и отреагировал. Тем более что призыв послал сам Эрий Альва. Из Патруля. С другой стороны, блокатор – экстренная мера защиты и применяется в исключительных случаях. Но ведь призыв поступил от господина Альва. То есть применение этих мер требовал Патруль. Но как быть с экстренностью? А я же простой связной…
С каждой фразой скорость его речи все возрастала, пока не превратилась в совсем уж неясное бормотание. Одновременно с каждым высказыванием он становился на оттенок белее. А в больших светлых глазах плескалась паника.
Джу примолкает лишь тогда, когда мы подходим к нему вплотную, и Эрий кладет руку ему на плечо.
- Ты - первый и единственный, кто среагировал на призыв, - сухо сообщает испуганному мужчине Эрий. – Молодец.
Вау. Хвалить кого-то с такой постной физиономией – это надо уметь. Котик умеет.
Высказавшись, парень как ни в чем не бывало продолжает путь. Я тоже прохожу мимо, попутно оценивая ошарашенное выражение, застывшее на лице Джу. Моргнув раза два, тот на автомате присоединяется к нашей процессии. К слову, теперь он не только еще больше походит на психа, но и выглядит глубоко несчастным.
- Я же… связной, - жалобно поджимая губы, делится он со мной. – Мне же и невдомек, что там, в верхах, решают… - Тут он понижает голос: - А он ведь – Эрий Альва. Ангельский патруль. Я, ясное дело, призыв принял, но что-то мне подсказывает, дополнительный отгул мне за это не дадут. Или вообще… - Взгляд у бедняги становится совсем отсутствующим. – Распылят. За ненадобностью.
Да уж, видимо, обычные дисциплинарные взыскания здесь не в ходу.
- Я говорил, что ответственность за применение блокатора берет на себя Патруль, - повернувшись вполоборота и при этом не сбиваясь с шага, напоминает Эрий. – Твой поступок достоин уважения, связной.
При звуках его голоса Джу подскакивает чуть ли не до деформированного потолка.
«Он что, меня слы-ы-ышал? – шепчет мужчина, вцепляясь в рукав моей рубашки. – Я же тихохонько…»
- Похоже, что так. Слышал. - Даже не утруждаю себя понижением громкости голоса. А зачем? Скрывать мне нечего, да и у котика, по ходу, неплохой слух. – И спасибо вам, кстати, за своевременный блокатор.
Джу лупоглазо пялится на меня, затем на череп в моих руках.
- Это проклятые кости? – миролюбиво интересуется он, блуждая взглядом по моему когда-то шевелящемуся талисману.
- Говорят, да. – Киваю, приподнимаю череп на уровень лица и принимаюсь внимательно осматривать его, будто какой-то ценный экземпляр с выставки. – Полезная вещь, знаете ли. Самое то фигачить им падальщи…
- А-а-а! – Исполняется все это на одной тонкой фальцетной ноте.
Изумленно смотрю на Джу, рот которого из круга складывается в полноценный овал. И в этот же момент связной добавляет к первой порции визга вторую – чище и звонче.
Отлично, у нового знакомого напрочь вырубило предохранитель.
Пока собираюсь с мыслями, как бы поэффективнее и порезультативнее задать вопрос, а в чем, собственно, дело, Джу уже сам сообщает о причинах паники. Причем тем же способом, какой использовал ранее.
- Проклятые кости! – полирует он мой слух своими воплями. - Здесь проклятые кости!
Провопив последнюю фразу, Джу дает деру. Очень резво, кстати. При желании мог бы успешно посоревноваться с зайцами.
До выхода из очередной «пещеры» паникер так и не добирается. Его ловко перехватывает Эрий. Никаких лишних телодвижений. Просто подставляет руку на уровень груди мужчины и, как только тот врезается в нее, парень с легкостью отбрасывает его на несколько метров обратно. Прямиком на то же место, где он стоял - то есть рядом со мной.
- Спокойно, - просит сияющий. - Причин для паники нет.
Судя по перекошенному лицу, у Джу иное мнение. По-моему, он вообще прямо тут помирать собрался. Вон как его трясет.
Хмм… Любопытно, а с чисто технической стороны все эти сияющие и блестючие - мертвые? Живые? Половинка на серединку?
- Кто-о она?
Связной пялится на меня так, будто я уже замахнулась на него черепом. На самом деле я стою себе спокойно рядом, держу на ладони Йорика и вежливо смотрю на него в ответ. Ну, может, чуть набычившись смотрю.
Все помнят, что мне простительно? У меня стресс. И я не жрамши уже больше часа. Могу попробовать улыбнуться. Но в таком состоянии мой оскал вряд ли сохранит нервные клетки этого растрепанного индивида.
Эх, где там моя профессиональная этика?
- Это Мила, - представляет меня Эрий. – Ацелестий заявил на нее свои права.
- Прислужник темных величий? – Джу скидывает с головы край прозрачной накидки, которая уцепилась за его волосы, пока он завершал полет до меня, и растерянно сдвигает брови к переносице. – Он осознанно идет на конфликт с вами? Но разве у вас с ним не организовано результативное взаимодействие?
- Похоже, здесь каждый по-своему понимает значение слова «взаимодействие», - холодно замечает Эрий.
Связной в ответ смущенно розовеет.
- Иными словами, то, что Ацелестий участвует в рейдах Патруля, не вычеркивает тот факт, что он по-прежнему остается демоном. И действует исключительно для своей пользы. А его интересы – интересы Тьмы.
- А-а… - Джу искоса глядит на меня.
- С ней еще придется разобраться, - бросает сияющий и манит меня к себе.
- А, может, ну это все? – предлагаю я, растянув позитивную лыбу на половину лица. – Не надо со мной разбираться? Обойдемся как-нибудь, а?
- На данный момент я не знаю, каким образом вернуть тебя домой, Мила.
- О, о, о! Срочно разберитесь со мной, господин котик… в смысле, ангел, - исправляюсь я и едва ли не вприпрыжку направляюсь к нему.
Дело не в приоритетах, но Эрий, кажется, заинтересован в том, чтобы вернуть меня на путь истинный. Так что прилипну к нему мокрым листиком, и пусть так и щеголяет, пока не выяснит, как меня спасти.
- Ты тоже идешь с нами.
Джу, к которому и обращено требование, вздрагивает и начинает пятиться. Но почти сразу осознает, что подобная реакция не придется по вкусу сияющему. Активно шаркая подошвами сандалий по гладкому полу, связной наконец добирается до нас. Всю эту долгую минуту котик молча ждет его, демонстрируя чудеса терпения.
И вот наш дивный паровозик пускается в путь. Представляю, что Эрий, возглавляющий шествие, - это мощный локомотив. Замыкающий Джу – спальный вагон. А по серединке я – вагон-ресторан.
В голове проскакивает шаловливая мысль: на какое место нужно нажать на котике, чтобы он сделал «ту-ту»?
Погрузившись в размышления, явно отдающие легким сдвигом роликов за шарики, не замечаю, что наш «локомотив» впереди уже успел тормознуть, а потому благополучно впечатываюсь в спину Эрия.
Сцепление вагонов, так сказать, завершено.
Котик на мой конфуз никак не реагирует, поэтому я выглядываю из-за его спины, чтобы оценить обстановку. При этом не тороплюсь отлипать от парня. Что поделать, люблю спины. А особенно, спины конкретных котиков.
Для остановки мы выбрали вход в громадную пещеру. Голубое сияние, источаемое туманом внутри стеклянных стен, теряется в темных сводах на самом верху, а «светлячки» едва подают признаки жизни. Пространство пещеры исчерчивают каменистые гряды и выступы, похожие на скопище ледяных глыб и когда-то мгновенно заледеневших брызг…
Так, с Раем у них тоже печаль-беда. В Преддверии хоть трава росла - чуть-чуть гниющая правда. Но зачем акцентировать внимание на мелких деталях?
- Они здесь, - вдруг подает голос Эрий.
- Они? - Мнительно оглядываюсь.
Богатый опыт общения с неприветливой местной фауной показал, что многочисленность определенных особей приводит к потере нервных клеток, мобильных телефонов и в перспективе - конечностей.
- Достаточно, - охотно делюсь я. В то же время ощущаю толику разочарования от того, что Эрий больше меня не держит. Оказывается, есть в этом особая прелесть – когда симпатяжка тебя в стену вжимает.
Или у меня слишком мало опыта по части романтических взаимоотношений.
- Последнее, что ты помнишь?
Меня разглядывают с повышенным вниманием. Как загустелую грязь, налипшую на лобовое стекло.
- Последнее… Легион кожистых тварей, состоящих в клубе «мясоед мясоеду – друг, брат и товарищ», активно пытался затащить меня в свою секту. Предположительно, в качестве мяса.
- Нет, я не про то, что случилось в Преддверии. – Эрий беседует со мной в умиротворяющей манере, а сам то и дело бросает быстрые взгляды на окружающие нас стены. По мне, те никак не изменились. Сияние «светлячков» внутри все такое же ровное. – Хорошо, начнем сначала, бесхо… белянка.
- Уже лучше, - одобряю я. – Но все же предпочту остаться Милой. Не по характеру, но по образу мыслей. В общем, имя я уже озвучила. Не особо меня устраивающее, но все же мое.
- То, что покидает Великое Тело и попадает в шкатулку фасовщика, не носит имен. – Эрий качает головой. – Без обид, девочка. Это всего лишь установленный факт.
- Значит, факты у вас – одна большая чушь. – Развожу руками и, отогнув до упора большие пальцы на руках, указываю ими на себя. - Принцип действия этого вашего Великого Тела я примерно поняла. Однако личность и индивидуальность мои не стерты. Имя при мне, да и деформаций нет и в помине. И Ацетон так и не сумел засунуть меня в свою дамскую сумочку.
- Ацетон… - задумчиво повторяет за мной Эрий и чуть слышно хмыкает. – Верно. Поэтому-то я и приложил столько усилий, чтобы вытащить тебя с нейтральной территории. Если прислужник темных величий не смог сходу предъявить на душу свои права, то посланники света обязаны немедленно оградить ее от вторичных поползновений. Тем не менее… - Парень хмурится. – О душах, находящихся в опасности, мы заранее получаем сигнал. Всегда. Но ты – другое дело. Не реши Ацелестий почесать свое эго и прибегнуть к моей помощи, то я бы не пересек Границу. Сегодня на той стороне мне, фактически, нечего было делать.
- Что ж, тогда спасибки, что прилетел. – Стучу костяшкой пальца по стеклянному полу - крепкому, будто отполированный камень. – А иначе меня бы съели. А, может, разорвали? Или как там обычно падальщики простой народ в растворенную жижу для прослойки миров превращают?
А если поразмыслить, кожистые гомункулы молодцы. Своими силами организуют безотходное производство. Честь и хвала трудягам.
- Ты – не грешная душа, так? – Эрий, похоже, подустал бродить вокруг да около, а потому и задает вопрос прямо в лоб.
- Вам, дяденька ангел, с вашей ангельской колокольни виднее. – Пожимаю плечами и выдергиваю нитку с распушившегося края джинсовой ткани вокруг длинной дыры, оставшейся от острых когтей. – По моему мнению, я душка. Но мое мнение может не совпадать с мнением общественности. Так и зафиксируйте в протоколе, пожалуйста.
- Будь ты гнилью, бубенцы выжгли бы на тебе раны, а не одарили бы печатью, - выслушав меня, продолжает рассуждать Эрий. – И талисманом ты тоже не сумела бы обзавестись. Бесконечная обитель, - он кивает на прозрачные стены, - в твоем присутствии тоже спокойна.
Прекрасный вывод. Согласна на все сто пятьсот процентов. Понятное дело, что все это – одно большое недоразумение и мне здесь совсем не место. Так что пора пробивать себе путь наверх. Или вниз? Короче, в мир асфальта, бетона, загазованного воздуха и жутких процентов по кредитам.
- Э-э-эм… Есть ли вероятность того, что я еще не двинула кони? В смысле, что я – не отдельная душа, а душа с полноценным туловищем и набором необходимых конечностей? Что я еще жива?
Вот это речь! Целая откровенность. По крайней мере, для Эрия. Тот подается вперед и напряженно прищуривается.
- Что ты имеешь в виду?
- Не уверена, что это такая уж редкость - отсутствие воспоминаний, но, честно говоря, не помню, чтобы я и правда погибла.
- Тогда что ты помнишь? – требует ответа Эрий.
- Помню, что придержала на улице грабителя, сумела отвоевать сумочку для незнакомой бабули. А та, видимо, решила, что мы с тем типом заодно. И побила меня спасенной сумкой и мимоходом, кажется, прокляла. Кричала что-то про Ад и все дела. А очнулась я уже в желудке великой дылды червячной наружности. Ой...
Прикосновение ладони к моему лбу становится для меня абсолютной неожиданностью. Я замираю, погружаясь в ощущение прохлады на коже. Пальцы котика скользят по моей щеке, а затем он чуть приподнимает мой подбородок.
Внутри меня загорается огонечек надежды. С нетерпением жду его вердикта. Еще чуть-чуть, и он скажет, что со мной все в порядке, и возможность вернуться есть. Ведь он - воплощение света. Ангел. А значит, обязательно поможет найти выход.
- Что со мной сотворили? - шепчу я, завороженная бликами, скользящими по волосам сияющего.
- Понятия не имею.
Облом.
Резко отворачиваюсь, прерывая контакт, и закусываю нижнюю губу.
- И ты не знаешь, почему вдруг обзавелась ангельскими крыльями? - вкрадчиво интересуется Эрий.
- Они ангельские?!
Сказать, что я в шоке, это почти смолчать в тряпочку. Меня бы меньше удивила новость о том, что я порхала на крыльях индюшки. А тут ангельские… Это вам не прокатные пластиковые конструкции с вялыми перышками на спину лепить.
Котик, изучая мою реакцию, кивает.
- Не… не знаю. Я не знаю, - лепечу и по-детски шмыгаю носом.
Надо же. Меня там, снаружи, чуть не съели, но нюни распускаю тут, в относительной безопасности. Запоздалая реакция, Мила, весьма запоздалая.
- Прошу прощения, что вмешиваюсь, - раздается в воцарившейся тишине незнакомый голос, максимально сдобренный смущением. - Я тут по сигналу непреложный блокатор экстренно запустил… Мне бы теперь узнать, манатки сразу собирать или дадут эту недельку доработать?
Глава 17. ЭКСТРЕННОСТЬ И ЭТИКА
К дальней деформированной стене прижимается высокий тощенький мужчина лет тридцати пяти. И не просто прижимается, а практически обнимает стеклянные выступы, будто пытаясь удержать конструкцию от падения. Или удержаться самому. Вид у товарища потрепанный. Черные волосы стоят торчком, словно разбитая армия маленьких чертиков. Под глазами залегли живописные темные круги. А легкая небритость на щеках и подбородке напоминает хаотичные брызги мглистой краски. На незнакомце свободная белоснежная футболка и брюки, ткань которых от каждого движения вздувается и бродит по его тощим ногам волнами, а плечи покрывает полупрозрачная накидка, какие порой напяливают детишки, играя в супергероев.
Честно признаться, он сильно смахивает на беглеца из сумасшедшего дома. Все дело в «летящем» прикиде. Хотя сам изъясняется вполне осмысленно. Кажется.
- Джу? – Мой котик (в смысле, конечно же, не мой) поворачивается в сторону прибывшего. – Значит, это ты запустил непреложный блокатор?
Эрий кивает мне и жестом показывает следовать за ним. Оглядываюсь на сплошную стеклянную стену, изнутри которой, предположительно, мы и выпали, обреченно вздыхаю и топаю за сияющим. Выбор пока не велик. Или прыгать обратно к падальщикам и обиженному в лучших чувствах Ацетону, или тихонечко пристроиться за спину ангела. Авось, выведет меня к свету. Только, пожалуйста, не к тому, что в конце длинного темного тоннеля.
- Я. – Джу еще пуще жмется к стене, словно веря, что та сумеет защитить его. – Я связной. Реагировать на призывы сияющих – моя работа. Я и отреагировал. Тем более что призыв послал сам Эрий Альва. Из Патруля. С другой стороны, блокатор – экстренная мера защиты и применяется в исключительных случаях. Но ведь призыв поступил от господина Альва. То есть применение этих мер требовал Патруль. Но как быть с экстренностью? А я же простой связной…
С каждой фразой скорость его речи все возрастала, пока не превратилась в совсем уж неясное бормотание. Одновременно с каждым высказыванием он становился на оттенок белее. А в больших светлых глазах плескалась паника.
Джу примолкает лишь тогда, когда мы подходим к нему вплотную, и Эрий кладет руку ему на плечо.
- Ты - первый и единственный, кто среагировал на призыв, - сухо сообщает испуганному мужчине Эрий. – Молодец.
Вау. Хвалить кого-то с такой постной физиономией – это надо уметь. Котик умеет.
Высказавшись, парень как ни в чем не бывало продолжает путь. Я тоже прохожу мимо, попутно оценивая ошарашенное выражение, застывшее на лице Джу. Моргнув раза два, тот на автомате присоединяется к нашей процессии. К слову, теперь он не только еще больше походит на психа, но и выглядит глубоко несчастным.
- Я же… связной, - жалобно поджимая губы, делится он со мной. – Мне же и невдомек, что там, в верхах, решают… - Тут он понижает голос: - А он ведь – Эрий Альва. Ангельский патруль. Я, ясное дело, призыв принял, но что-то мне подсказывает, дополнительный отгул мне за это не дадут. Или вообще… - Взгляд у бедняги становится совсем отсутствующим. – Распылят. За ненадобностью.
Да уж, видимо, обычные дисциплинарные взыскания здесь не в ходу.
- Я говорил, что ответственность за применение блокатора берет на себя Патруль, - повернувшись вполоборота и при этом не сбиваясь с шага, напоминает Эрий. – Твой поступок достоин уважения, связной.
При звуках его голоса Джу подскакивает чуть ли не до деформированного потолка.
«Он что, меня слы-ы-ышал? – шепчет мужчина, вцепляясь в рукав моей рубашки. – Я же тихохонько…»
- Похоже, что так. Слышал. - Даже не утруждаю себя понижением громкости голоса. А зачем? Скрывать мне нечего, да и у котика, по ходу, неплохой слух. – И спасибо вам, кстати, за своевременный блокатор.
Джу лупоглазо пялится на меня, затем на череп в моих руках.
- Это проклятые кости? – миролюбиво интересуется он, блуждая взглядом по моему когда-то шевелящемуся талисману.
- Говорят, да. – Киваю, приподнимаю череп на уровень лица и принимаюсь внимательно осматривать его, будто какой-то ценный экземпляр с выставки. – Полезная вещь, знаете ли. Самое то фигачить им падальщи…
- А-а-а! – Исполняется все это на одной тонкой фальцетной ноте.
Изумленно смотрю на Джу, рот которого из круга складывается в полноценный овал. И в этот же момент связной добавляет к первой порции визга вторую – чище и звонче.
Отлично, у нового знакомого напрочь вырубило предохранитель.
Пока собираюсь с мыслями, как бы поэффективнее и порезультативнее задать вопрос, а в чем, собственно, дело, Джу уже сам сообщает о причинах паники. Причем тем же способом, какой использовал ранее.
- Проклятые кости! – полирует он мой слух своими воплями. - Здесь проклятые кости!
Провопив последнюю фразу, Джу дает деру. Очень резво, кстати. При желании мог бы успешно посоревноваться с зайцами.
До выхода из очередной «пещеры» паникер так и не добирается. Его ловко перехватывает Эрий. Никаких лишних телодвижений. Просто подставляет руку на уровень груди мужчины и, как только тот врезается в нее, парень с легкостью отбрасывает его на несколько метров обратно. Прямиком на то же место, где он стоял - то есть рядом со мной.
- Спокойно, - просит сияющий. - Причин для паники нет.
Судя по перекошенному лицу, у Джу иное мнение. По-моему, он вообще прямо тут помирать собрался. Вон как его трясет.
Хмм… Любопытно, а с чисто технической стороны все эти сияющие и блестючие - мертвые? Живые? Половинка на серединку?
- Кто-о она?
Связной пялится на меня так, будто я уже замахнулась на него черепом. На самом деле я стою себе спокойно рядом, держу на ладони Йорика и вежливо смотрю на него в ответ. Ну, может, чуть набычившись смотрю.
Все помнят, что мне простительно? У меня стресс. И я не жрамши уже больше часа. Могу попробовать улыбнуться. Но в таком состоянии мой оскал вряд ли сохранит нервные клетки этого растрепанного индивида.
Эх, где там моя профессиональная этика?
Глава 18. ПАРОВОЗИК И ПЕСТРОТА
- Это Мила, - представляет меня Эрий. – Ацелестий заявил на нее свои права.
- Прислужник темных величий? – Джу скидывает с головы край прозрачной накидки, которая уцепилась за его волосы, пока он завершал полет до меня, и растерянно сдвигает брови к переносице. – Он осознанно идет на конфликт с вами? Но разве у вас с ним не организовано результативное взаимодействие?
- Похоже, здесь каждый по-своему понимает значение слова «взаимодействие», - холодно замечает Эрий.
Связной в ответ смущенно розовеет.
- Иными словами, то, что Ацелестий участвует в рейдах Патруля, не вычеркивает тот факт, что он по-прежнему остается демоном. И действует исключительно для своей пользы. А его интересы – интересы Тьмы.
- А-а… - Джу искоса глядит на меня.
- С ней еще придется разобраться, - бросает сияющий и манит меня к себе.
- А, может, ну это все? – предлагаю я, растянув позитивную лыбу на половину лица. – Не надо со мной разбираться? Обойдемся как-нибудь, а?
- На данный момент я не знаю, каким образом вернуть тебя домой, Мила.
- О, о, о! Срочно разберитесь со мной, господин котик… в смысле, ангел, - исправляюсь я и едва ли не вприпрыжку направляюсь к нему.
Дело не в приоритетах, но Эрий, кажется, заинтересован в том, чтобы вернуть меня на путь истинный. Так что прилипну к нему мокрым листиком, и пусть так и щеголяет, пока не выяснит, как меня спасти.
- Ты тоже идешь с нами.
Джу, к которому и обращено требование, вздрагивает и начинает пятиться. Но почти сразу осознает, что подобная реакция не придется по вкусу сияющему. Активно шаркая подошвами сандалий по гладкому полу, связной наконец добирается до нас. Всю эту долгую минуту котик молча ждет его, демонстрируя чудеса терпения.
И вот наш дивный паровозик пускается в путь. Представляю, что Эрий, возглавляющий шествие, - это мощный локомотив. Замыкающий Джу – спальный вагон. А по серединке я – вагон-ресторан.
В голове проскакивает шаловливая мысль: на какое место нужно нажать на котике, чтобы он сделал «ту-ту»?
Погрузившись в размышления, явно отдающие легким сдвигом роликов за шарики, не замечаю, что наш «локомотив» впереди уже успел тормознуть, а потому благополучно впечатываюсь в спину Эрия.
Сцепление вагонов, так сказать, завершено.
Котик на мой конфуз никак не реагирует, поэтому я выглядываю из-за его спины, чтобы оценить обстановку. При этом не тороплюсь отлипать от парня. Что поделать, люблю спины. А особенно, спины конкретных котиков.
Для остановки мы выбрали вход в громадную пещеру. Голубое сияние, источаемое туманом внутри стеклянных стен, теряется в темных сводах на самом верху, а «светлячки» едва подают признаки жизни. Пространство пещеры исчерчивают каменистые гряды и выступы, похожие на скопище ледяных глыб и когда-то мгновенно заледеневших брызг…
Так, с Раем у них тоже печаль-беда. В Преддверии хоть трава росла - чуть-чуть гниющая правда. Но зачем акцентировать внимание на мелких деталях?
- Они здесь, - вдруг подает голос Эрий.
- Они? - Мнительно оглядываюсь.
Богатый опыт общения с неприветливой местной фауной показал, что многочисленность определенных особей приводит к потере нервных клеток, мобильных телефонов и в перспективе - конечностей.
