Мужчина лет тридцати доставал из дорожной сумки и выкладывал на алтарь предметы, но что именно, Андр не видел. Алтарь загораживала стоявшая спиной к проходящим стройная женщина в брючном костюме. А своей очереди ждали шумно перешучивающаяся компания подростков и хмурый толстяк с чемоданом.
Но Андр вслед за дядюшкой Тимом неторопливо шёл к алтарю Радана-Воина, стоявшего в глубине «отцовской половины». У статуи сурового юноши в лёгком доспехе и шлеме с гребнем, вскинувшего меч и выставившего вперёд руку с небольшим круглым щитом, они остановились.
Андр сделал шаг вперёд, преклоняя колено.
— Слава тебе, Отец Небесный, — начал он с детства затверженную молитву Воину, — ведущий в бой, приносящий победу…
Закончив молиться, он решительно поднял руку и провёл пальцем по острому краю щита. Резкая боль обожгла, а кровь закапала на алтарь у подножия статуи.
— О мести взываю, — продолжал Андр уже мысленно. — Ты ведь и сам отец…
Молитва, в отличие от затверженной, была сбивчивой, больше похожей на доверительный разговор с другом. И он вёл мысленный разговор. Но вдруг капли крови, обагрившие мрамор алтаря, вспыхнули ярким пламенем и пропали, а порез на руке зажил сам собой.
— Всех благ тебе, родич, — с восторгом произнёс Тим. — И пребудут они с тобой, потому что Отец Небесный услышал твою молитву! Он благословил твои начинания!
— Благодарю за добрую весть, дядюшка, — улыбнулся Андр жрецу, годившемуся ему в сыновья. — Благословение мне сейчас пригодится. А теперь проводи меня к дядюшке Иеремею.
— Следуй за мной, родич.
Они прошли к стене в самом углу зала, где Тим, остановился перед еле различимой дверью, коснулся рубином того места, где должна была бы быть скважина замка. Дверь бесшумно растворилась, пропуская служителя Радана и его спутника на узкую крутую лестницу. Проспиралив два пролёта ступеней, они вышли в приемную дядюшки Иеремея, где почтительно встретивший секретарь проводил их в кабинет главы столичных служителей Небесного Отца.
Кабинет — золото Мастера, кровь Воина и полночная синь Хранителя путей — был обставлен богато, но строго. У дальней стены стоял массивный, нарочито грубый стол, сделанный, судя по красноватому отсвету древесины, из драгоценной шенойской льяны. Из неё же были вырублены большое кресло хозяина и два гостевых поменьше. За спиной дядюшки в небольшой нише, обрамлённой деревянными инкрустациями из льяны, тангайской чатмы с голубовато-зеленоватыми прожилками и тёмной древесины катрильской чёрной ели, на фоне красной бархатной драпировки с золотыми и синими кистями висел золотой тройственный символ Небесного Отца — скрещённые меч и посох, и равновесные весы над ними. В книжных шкафах из той же льяны, занимавших углы по бокам от стола, выстроились ровными рядами книги с красными, синими и золотыми корешками, а с чатмовых полк между ними строго смотрели изображения всех трёх ипостасей Небесного Отца из мрамора, золота и драгоценных пород дерева.
Хозяин кабинета, возглавлявший столичных служителей Радана был так же основателен и массивен. Никто точно не знал, какой десяток разменял он после шестидесяти, но дядюшка был бодр и подтянут, его седые волосы красивыми волнами спускались на плечи, а в безупречных «капитанских» усах и аккуратной круглой бородке ещё просвечивали чёрные волосы. Но главными в облике дядюшки были карие, уже чуть выцветшие глаза, живые и выразительные.
— Добрый вечер, брат Тим. Представишь мне своего гостя? — подняв голову от бумаг, спросил он, когда посетители миновали середину просторного кабинета.
— Добрый вечер, дядюшка Иеремей, — отозвался молодой жрец, — это родич, получивший сегодня видимое благословение Радана Грозного.
В ярком свете светильников-факелов, висевших по стенам кабинета, Тим уже не выглядел юнцом. Теперь уже было незазорно всерьёз называть его дядюшкой, обращаясь как к старшему.
— Добрый вечер, дядюшка Иеремей, — поздоровался Андр. — Благодарю, что согласились принять меня.
— Добрый вечер, господин Измайлов, — благодушно отозвался старик. — Ваша просьба о встрече оказалась приятным сюрпризом для меня. И уж точно я не отказал бы во встрече человеку, получившему благословение Небесного Отца. Присаживайтесь.
Он жестом радушного хозяина указал на гостевые кресла перед столом. Тим сел, но Андр садиться не спешил. Он сделал шаг к столу, протягивая дядюшке резную деревянную шкатулку.
— Прошу принять в качестве извинения за беспокойство эту безделицу.
Дядюшка Иеремей достал из шкатулки широкий золотой браслет с замысловатой чеканкой. Повертел в руках, разглядывая переплетение геометрических фигур и струящихся линий рисунка. Вернул на ложе из чёрного бархата, которым шкатулка была затянута изнутри, и замер, любуясь насыщенным игрой света и теней на полированном золоте.
— Великолепно, — произнёс он, налюбовавшись. — Порадовали старика, господин Измайлов. Порадовали! А чем прикажете порадовать вас?
— Мудрым советом, дядюшка, — скромно ответил Андр.
Он не был особо набожен. Удача его по большей части заключалась не в уповании на Радана, а в планировании своих действий и знании с кем и как следует говорить. Будучи владельцем огромной корпорации, он теоретически мог бы вести себя более напористо… Но к чему заводить себе неприятелей на ровном месте? Тем более после сегодняшнего чуда у алтаря…
И Андр вкратце изложил служителям Радана идею благотворительного фонда. И закончил выступление кратким:
— Благословите «Изюбр» поддержать фонд «Побед Радана», дядюшка Иеремей!
Дядюшки внимательно слушали его, а дядюшка Тим, взяв браслет, задумчиво разглядывал чеканные узоры. Когда Измайлов закончил, дядюшка Иеремей благосклонно кивнул.
— Одно к одному, брат, — сказал дядюшка Тим, возвращая браслет на бархатное ложе.
— Одно к одному, — многозначительно ответил ему дядюшка Иеремей.
И торжественно обратился к Андру:
— Это знак, родич, явный знак, ниспосланный нам Отцом Небесным.
Андр с облегчением выдохнул. «Родич» из уст главы служителей был знаком высшего благоволения.
— Знак, ниспосланный нам Раданом Грозным, — возвестил дядюшка Тим.
— Ты преклонил колено пред Воином и получил его благословение. — начал перечислять дядюшка Иеремей.
— Впервые за несколько месяцев явил он чудо, — добавил дядюшка Тим.
— Ты принёс в дар браслет, — продолжал глава служителей Радана.
— Это наследник фитанских наручей, а сей узор — суть сплетение щитов и копий. — подхватил дядюшка Тим.
— Ты пришёл с благой идеей напомнить миру о победах Радана. — сказал дядюшка Иеремей.
— Да, пришла пора вспомнить о них! — с жаром воскликнул дядюшка Тим.
— Потому я не только благословлю «Изюбр» на финансирование фонда, но и направлю в него часть подношений Земной Обители. Какую – решим завтра на совете, — пообещал дядюшка Иеремей.
Андр едва не присвистнул. Скромный фонд, созданный Софьей, на глазах превращался из малька в кита.
— Но и контроль за расходом средств возьмёт на себя Земная Обитель. Особенно за тем, о каких победах будет идти речь, — уточнил дядюшка Тим.
Андр согласно кивнул. Заниматься околбожеской вознёй ему совершенно не хотелось.
— А что с теми конкурсами, что уже были объявлены фондом? — спросил он.
— Тут у меня нет никаких возражений, — ответил дядюшка Тим. — Та-Кморцы, особенно красотка Уап-ау, прекрасно подойдут для привлечения внимания публики.
— Да и от карлика особого вреда не будет. — добавил дядюшка Иеремей.
— Но проследи, чтобы никто не упоминал Та-Кморского громовержца, — тут же предупредил дядюшка Тим.
Выйдя из Земной обители после долго разговора с дядюшкой Иеремеем, Андр вновь возблагодарил Бэтцу за притихшую головную боль. И заметил про себя, что Радан и его служители проигнорировали символ карлика, выгравированный на перстне с изумрудом приезжавшим днём ювелиром. А потому можно было прямо сейчас заехать в музей древностей. Поговорить об изучении фондов в рамках программы «Побед Радана», а заодно, в частном порядке, озаботиться и приобретением статуэтки Бэтцу.
Андр опаздывал на встречу. Важную, очень важную встречу. Он торопливо шёл по офисному коридору, выискивая на двери табличку «312». Но коридоры переходили один в другой, то и дело заканчиваясь тупиками, а лифт упрямо проезжал мимо нужного этажа. В конце концов, Андр плюнул на лифт и двинулся к лестнице. Каких-то три пролёта спустя он уже стоял перед выходом из здания. Мельком глянул на часы, убедился, что встреча вот-вот начнётся, и решительно толкнул дверь.
Сделав шаг, он оказался на берегу широкой реки, заросшем камышами. Только в одном месте камыши расступались, уступая место узкой полоске золотистого песка. На песке валялись куски белого мрамора — обломки статуй, колонн, барельефов… На большом обломке колонны, свесив не достающие до песка ножки, с кубком в руке сидел Бэтцу. Он был похож и одновременно непохож на свои изображения, как похож и непохож на парадный портрет может быть правящий монарх.
— Слава тебе, многомудрый, — поклонился ему Андр. — Благодарю за помощь.
— Я лишь тень того, кем был. — грустно ответил карлик. — Поклоняющихся мне можно перечитать по пальцам, даже помнят обо мне нынче немногие.
— Это скоро изменится, — воскликнул Андр, и принялся рассказывать о фонде «Побед Радана».
— Это мне не поможет. Пришлый, — Бэтцу словно выплюнул это слово, — не побеждал меня. Я не покорялся ему. Я — не Уап-ау и Инпур, Раабу или Тлоли, пресмыкавшиеся перед победителями, опустившиеся с вольных богов до прихвостней сумасбродного сынка пришельцев. И если кто-то думает, что я соглашусь ради видимости известности изменить себе…
Руку его обвила шипящая змея, чело увенчала корона из ярких перьев, а кубок сменился длинным жезлом с огромным рубином в навершии. От карлика, хотя никто бы теперь не подумал его так назвать, потянуло такой силой, что Андру захотелось оказаться подальше от разгневанного древнего бога.
— Я не знал, — с трудом выдавил из себя перепуганный Измайлов.
— Ты и не должен был знать, — усмехнулся Бэтцу, гнев которого стих так же внезапно, как вспыхнул.
И грозная ипостась вновь сменилась маской беспечного зубоскала. Жезл исчез из маленькой ручки, а вместо него опять появился кубок.
— То дела давно минувших дней. — продолжил карлик. — И знание о них может стоить тебе не только смерти, но и посмертия… Ну, ты меня понял… Твоё здоровье!
Карлик отсалютовал Андру кубком и залпом осушил его.
— Благодарю за помощь, о, многомудрый! — снова поклонился Измайлов, ещё до конца не отошедший от явления грозной ипостаси бога.
— Многомудрый, — вздохнул карлик. — Могучим меня уже не назовут.
Он снова вздохнул и отхлебнул из наполнившегося до краёв кубка. И продолжил:
— Кто-то провёл над тобой, смертный, ритуал «черного безумия», натравив на тебя шавок Инпура. Они терзают твой ментал, оттого и головная боль.
Карлик сокрушённо покачал головой.
— Совсем смертные Пришельца ослабили. Подавай им бога милостивого и щедрого. Не хотят его ныне видеть яростным да свирепым. Вот всякая пакость и распустилась. А мне ныне, — он сделал ещё глоток и поморщился, — на прямое противостояние сразу с псоглавым и его покровителем сил не хватит. Растратил недавно остатки… Но не жалею о том. Тебе же мало чем могу, только смягчить боль.
— И чем это мне грозит «чёрное безумие»? — встревожился Андр.
— Безумием, — хмыкнул Бэтцу. — На людей начнёшь кидаться
— И… никак этого не избежать? — чуть растерянно спросил Андр, пытаясь представить себя бросающимся на людей.
Как ни странно, он тут же представил себя сжимающим руки на тонкой шейке Адели. И людей в белых халатах, пакующих его в смирительную рубаху под её довольным взглядом.
— Ну, есть один способ, — усмехнулся карлик, с сочувствием глядя на ндра. — Могу предложить ритуал изгнания, проводимый ар-теем. Но для этого тебе надо будет отправиться в Абду. Там ныне одни развалины, но в бывшем месте моей силы я смогу тебе помочь.
— Значит, поеду в Абду, — ответил Андр. — Благодарю за совет, многомудрый.
Проснувшись среди ночи, Андр схватил телефон и забил в заметки, пока не забыл два слова: «Абда. Ар-тей?». Оставив на утро выяснение того, где находится эта самая Абда и водятся ли там ар-теи, он опустил голову на подушку, но заснуть не мог.
В голове вертелись ослабевший Радан-Воин, проклятье «чёрного безумия», вылазка в пустыню на поиски ар-тея …Он ещё раз покрутил придуманный Калесным план ловли убийцы на живца. Хорошо, что это наверняка отвлечёт его — или её — от Ани. И принялся добавлять детали к плану…
На следующее утро Андр вспомнил о своих ночных записях. И, просматривая материалы по Бэтцу — что бы карлик ни говорил, его можно будет популяризировать вместе с остальными богами Та-Кмора — изучил, где находится Абда и как туда добираться. Добираться оказалось непросто. Прямого рейса из Зарянска до Уапте не было, потому что желающих на прогулки по Красной пустыне нашлось бы немного. Поэтому нужно было сначала долететь до Юш-Итека, ставшего в последнее время весьма популярным курортом. А там пересесть на корабль до Тиа-Крууда или самолётом местных авиалиний добираться до Тиа-Мнецура. Потом нанять водителя с внедорожником и хоть одного Тиа, хоть от другого пылить день-два, в зависимости от погоды, до той самой Абды, в которую паломники некогда плыли на лодках… Андр посмотрел ещё раз и прикинул, что к рейсу на Юш-Итек в ближайшее воскресенье как раз закончит со всеми задачами, запланированными до отъезда.
Ближайшей из них была подготовка к переезду. Но прежде, чем отдавать приказ прислуге собирать вещи, Андр вызвал к себе начальника охраны. Как всегда строгий и подтянутый, коротко стриженный и гладко выбритый, без тени эмоции на лице — даже удивительно, как Адель смогла расшевелить эту замороженную рыбу — Ключников он возник в кабинете через три минуты после вызова.
— Доброе утро, Андрей Вениаминович, — поздоровался он.
Андр, стоявший у окна и задумчиво разглядывавший облетевшие деревья под окном, обернулся.
— Доброе утро, Павел Григорьевич, — отозвался Измайлов.
Ключников подождал, пока Андр займёт своё место за столом, и только потом аккуратно сел в гостевое кресло.
— Полагаю, вы, Павел Григорьевич, в курсе, что я начал бракоразводный процесс, — начал Измайлов.
— Да, Андрей Вениаминович.
— Процесс завершится двадцать первого ноября, то есть уже меньше, чем через три недели. Список имущества, которое достаётся моей бывшей жене, уже полностью согласован. — Андр сделал паузу, давая собеседникам осмыслить сказанное. — В него, в том числе, входит этот особняк. Поэтому сегодня мои личные вещи перевезут в арендованный для меня дом.
— Дом? — подобрался Ключников. — Но я должен сначала его осмотреть. Ваша безопасность…
— Уже не ваша забота, Павел Григорьевич, — прервал его Андр. — Насколько я знаю, вы … нашли общий язык с моей экс-супругой. Полагаю, будет логичным, если вы продолжите заниматься её охраной. А о моей безопасности позаботится новый начальник моей охраны. Он свяжется с вами для передачи дел. О вознаграждении вы, как и ваши люди, можете не беспокоиться. Насколько я знаю Адель, — Андр позволил себе улыбнуться, — она скупиться не будет. Особенно по отношению к вам.
Если бы Андр,
Но Андр вслед за дядюшкой Тимом неторопливо шёл к алтарю Радана-Воина, стоявшего в глубине «отцовской половины». У статуи сурового юноши в лёгком доспехе и шлеме с гребнем, вскинувшего меч и выставившего вперёд руку с небольшим круглым щитом, они остановились.
Андр сделал шаг вперёд, преклоняя колено.
— Слава тебе, Отец Небесный, — начал он с детства затверженную молитву Воину, — ведущий в бой, приносящий победу…
Закончив молиться, он решительно поднял руку и провёл пальцем по острому краю щита. Резкая боль обожгла, а кровь закапала на алтарь у подножия статуи.
— О мести взываю, — продолжал Андр уже мысленно. — Ты ведь и сам отец…
Молитва, в отличие от затверженной, была сбивчивой, больше похожей на доверительный разговор с другом. И он вёл мысленный разговор. Но вдруг капли крови, обагрившие мрамор алтаря, вспыхнули ярким пламенем и пропали, а порез на руке зажил сам собой.
— Всех благ тебе, родич, — с восторгом произнёс Тим. — И пребудут они с тобой, потому что Отец Небесный услышал твою молитву! Он благословил твои начинания!
— Благодарю за добрую весть, дядюшка, — улыбнулся Андр жрецу, годившемуся ему в сыновья. — Благословение мне сейчас пригодится. А теперь проводи меня к дядюшке Иеремею.
— Следуй за мной, родич.
Они прошли к стене в самом углу зала, где Тим, остановился перед еле различимой дверью, коснулся рубином того места, где должна была бы быть скважина замка. Дверь бесшумно растворилась, пропуская служителя Радана и его спутника на узкую крутую лестницу. Проспиралив два пролёта ступеней, они вышли в приемную дядюшки Иеремея, где почтительно встретивший секретарь проводил их в кабинет главы столичных служителей Небесного Отца.
Кабинет — золото Мастера, кровь Воина и полночная синь Хранителя путей — был обставлен богато, но строго. У дальней стены стоял массивный, нарочито грубый стол, сделанный, судя по красноватому отсвету древесины, из драгоценной шенойской льяны. Из неё же были вырублены большое кресло хозяина и два гостевых поменьше. За спиной дядюшки в небольшой нише, обрамлённой деревянными инкрустациями из льяны, тангайской чатмы с голубовато-зеленоватыми прожилками и тёмной древесины катрильской чёрной ели, на фоне красной бархатной драпировки с золотыми и синими кистями висел золотой тройственный символ Небесного Отца — скрещённые меч и посох, и равновесные весы над ними. В книжных шкафах из той же льяны, занимавших углы по бокам от стола, выстроились ровными рядами книги с красными, синими и золотыми корешками, а с чатмовых полк между ними строго смотрели изображения всех трёх ипостасей Небесного Отца из мрамора, золота и драгоценных пород дерева.
Хозяин кабинета, возглавлявший столичных служителей Радана был так же основателен и массивен. Никто точно не знал, какой десяток разменял он после шестидесяти, но дядюшка был бодр и подтянут, его седые волосы красивыми волнами спускались на плечи, а в безупречных «капитанских» усах и аккуратной круглой бородке ещё просвечивали чёрные волосы. Но главными в облике дядюшки были карие, уже чуть выцветшие глаза, живые и выразительные.
— Добрый вечер, брат Тим. Представишь мне своего гостя? — подняв голову от бумаг, спросил он, когда посетители миновали середину просторного кабинета.
— Добрый вечер, дядюшка Иеремей, — отозвался молодой жрец, — это родич, получивший сегодня видимое благословение Радана Грозного.
В ярком свете светильников-факелов, висевших по стенам кабинета, Тим уже не выглядел юнцом. Теперь уже было незазорно всерьёз называть его дядюшкой, обращаясь как к старшему.
— Добрый вечер, дядюшка Иеремей, — поздоровался Андр. — Благодарю, что согласились принять меня.
— Добрый вечер, господин Измайлов, — благодушно отозвался старик. — Ваша просьба о встрече оказалась приятным сюрпризом для меня. И уж точно я не отказал бы во встрече человеку, получившему благословение Небесного Отца. Присаживайтесь.
Он жестом радушного хозяина указал на гостевые кресла перед столом. Тим сел, но Андр садиться не спешил. Он сделал шаг к столу, протягивая дядюшке резную деревянную шкатулку.
— Прошу принять в качестве извинения за беспокойство эту безделицу.
Дядюшка Иеремей достал из шкатулки широкий золотой браслет с замысловатой чеканкой. Повертел в руках, разглядывая переплетение геометрических фигур и струящихся линий рисунка. Вернул на ложе из чёрного бархата, которым шкатулка была затянута изнутри, и замер, любуясь насыщенным игрой света и теней на полированном золоте.
— Великолепно, — произнёс он, налюбовавшись. — Порадовали старика, господин Измайлов. Порадовали! А чем прикажете порадовать вас?
— Мудрым советом, дядюшка, — скромно ответил Андр.
Он не был особо набожен. Удача его по большей части заключалась не в уповании на Радана, а в планировании своих действий и знании с кем и как следует говорить. Будучи владельцем огромной корпорации, он теоретически мог бы вести себя более напористо… Но к чему заводить себе неприятелей на ровном месте? Тем более после сегодняшнего чуда у алтаря…
И Андр вкратце изложил служителям Радана идею благотворительного фонда. И закончил выступление кратким:
— Благословите «Изюбр» поддержать фонд «Побед Радана», дядюшка Иеремей!
Дядюшки внимательно слушали его, а дядюшка Тим, взяв браслет, задумчиво разглядывал чеканные узоры. Когда Измайлов закончил, дядюшка Иеремей благосклонно кивнул.
— Одно к одному, брат, — сказал дядюшка Тим, возвращая браслет на бархатное ложе.
— Одно к одному, — многозначительно ответил ему дядюшка Иеремей.
И торжественно обратился к Андру:
— Это знак, родич, явный знак, ниспосланный нам Отцом Небесным.
Андр с облегчением выдохнул. «Родич» из уст главы служителей был знаком высшего благоволения.
— Знак, ниспосланный нам Раданом Грозным, — возвестил дядюшка Тим.
— Ты преклонил колено пред Воином и получил его благословение. — начал перечислять дядюшка Иеремей.
— Впервые за несколько месяцев явил он чудо, — добавил дядюшка Тим.
— Ты принёс в дар браслет, — продолжал глава служителей Радана.
— Это наследник фитанских наручей, а сей узор — суть сплетение щитов и копий. — подхватил дядюшка Тим.
— Ты пришёл с благой идеей напомнить миру о победах Радана. — сказал дядюшка Иеремей.
— Да, пришла пора вспомнить о них! — с жаром воскликнул дядюшка Тим.
— Потому я не только благословлю «Изюбр» на финансирование фонда, но и направлю в него часть подношений Земной Обители. Какую – решим завтра на совете, — пообещал дядюшка Иеремей.
Андр едва не присвистнул. Скромный фонд, созданный Софьей, на глазах превращался из малька в кита.
— Но и контроль за расходом средств возьмёт на себя Земная Обитель. Особенно за тем, о каких победах будет идти речь, — уточнил дядюшка Тим.
Андр согласно кивнул. Заниматься околбожеской вознёй ему совершенно не хотелось.
— А что с теми конкурсами, что уже были объявлены фондом? — спросил он.
— Тут у меня нет никаких возражений, — ответил дядюшка Тим. — Та-Кморцы, особенно красотка Уап-ау, прекрасно подойдут для привлечения внимания публики.
— Да и от карлика особого вреда не будет. — добавил дядюшка Иеремей.
— Но проследи, чтобы никто не упоминал Та-Кморского громовержца, — тут же предупредил дядюшка Тим.
Выйдя из Земной обители после долго разговора с дядюшкой Иеремеем, Андр вновь возблагодарил Бэтцу за притихшую головную боль. И заметил про себя, что Радан и его служители проигнорировали символ карлика, выгравированный на перстне с изумрудом приезжавшим днём ювелиром. А потому можно было прямо сейчас заехать в музей древностей. Поговорить об изучении фондов в рамках программы «Побед Радана», а заодно, в частном порядке, озаботиться и приобретением статуэтки Бэтцу.
Глава 15 По плану и без
Андр опаздывал на встречу. Важную, очень важную встречу. Он торопливо шёл по офисному коридору, выискивая на двери табличку «312». Но коридоры переходили один в другой, то и дело заканчиваясь тупиками, а лифт упрямо проезжал мимо нужного этажа. В конце концов, Андр плюнул на лифт и двинулся к лестнице. Каких-то три пролёта спустя он уже стоял перед выходом из здания. Мельком глянул на часы, убедился, что встреча вот-вот начнётся, и решительно толкнул дверь.
Сделав шаг, он оказался на берегу широкой реки, заросшем камышами. Только в одном месте камыши расступались, уступая место узкой полоске золотистого песка. На песке валялись куски белого мрамора — обломки статуй, колонн, барельефов… На большом обломке колонны, свесив не достающие до песка ножки, с кубком в руке сидел Бэтцу. Он был похож и одновременно непохож на свои изображения, как похож и непохож на парадный портрет может быть правящий монарх.
— Слава тебе, многомудрый, — поклонился ему Андр. — Благодарю за помощь.
— Я лишь тень того, кем был. — грустно ответил карлик. — Поклоняющихся мне можно перечитать по пальцам, даже помнят обо мне нынче немногие.
— Это скоро изменится, — воскликнул Андр, и принялся рассказывать о фонде «Побед Радана».
— Это мне не поможет. Пришлый, — Бэтцу словно выплюнул это слово, — не побеждал меня. Я не покорялся ему. Я — не Уап-ау и Инпур, Раабу или Тлоли, пресмыкавшиеся перед победителями, опустившиеся с вольных богов до прихвостней сумасбродного сынка пришельцев. И если кто-то думает, что я соглашусь ради видимости известности изменить себе…
Руку его обвила шипящая змея, чело увенчала корона из ярких перьев, а кубок сменился длинным жезлом с огромным рубином в навершии. От карлика, хотя никто бы теперь не подумал его так назвать, потянуло такой силой, что Андру захотелось оказаться подальше от разгневанного древнего бога.
— Я не знал, — с трудом выдавил из себя перепуганный Измайлов.
— Ты и не должен был знать, — усмехнулся Бэтцу, гнев которого стих так же внезапно, как вспыхнул.
И грозная ипостась вновь сменилась маской беспечного зубоскала. Жезл исчез из маленькой ручки, а вместо него опять появился кубок.
— То дела давно минувших дней. — продолжил карлик. — И знание о них может стоить тебе не только смерти, но и посмертия… Ну, ты меня понял… Твоё здоровье!
Карлик отсалютовал Андру кубком и залпом осушил его.
— Благодарю за помощь, о, многомудрый! — снова поклонился Измайлов, ещё до конца не отошедший от явления грозной ипостаси бога.
— Многомудрый, — вздохнул карлик. — Могучим меня уже не назовут.
Он снова вздохнул и отхлебнул из наполнившегося до краёв кубка. И продолжил:
— Кто-то провёл над тобой, смертный, ритуал «черного безумия», натравив на тебя шавок Инпура. Они терзают твой ментал, оттого и головная боль.
Карлик сокрушённо покачал головой.
— Совсем смертные Пришельца ослабили. Подавай им бога милостивого и щедрого. Не хотят его ныне видеть яростным да свирепым. Вот всякая пакость и распустилась. А мне ныне, — он сделал ещё глоток и поморщился, — на прямое противостояние сразу с псоглавым и его покровителем сил не хватит. Растратил недавно остатки… Но не жалею о том. Тебе же мало чем могу, только смягчить боль.
— И чем это мне грозит «чёрное безумие»? — встревожился Андр.
— Безумием, — хмыкнул Бэтцу. — На людей начнёшь кидаться
— И… никак этого не избежать? — чуть растерянно спросил Андр, пытаясь представить себя бросающимся на людей.
Как ни странно, он тут же представил себя сжимающим руки на тонкой шейке Адели. И людей в белых халатах, пакующих его в смирительную рубаху под её довольным взглядом.
— Ну, есть один способ, — усмехнулся карлик, с сочувствием глядя на ндра. — Могу предложить ритуал изгнания, проводимый ар-теем. Но для этого тебе надо будет отправиться в Абду. Там ныне одни развалины, но в бывшем месте моей силы я смогу тебе помочь.
— Значит, поеду в Абду, — ответил Андр. — Благодарю за совет, многомудрый.
Проснувшись среди ночи, Андр схватил телефон и забил в заметки, пока не забыл два слова: «Абда. Ар-тей?». Оставив на утро выяснение того, где находится эта самая Абда и водятся ли там ар-теи, он опустил голову на подушку, но заснуть не мог.
В голове вертелись ослабевший Радан-Воин, проклятье «чёрного безумия», вылазка в пустыню на поиски ар-тея …Он ещё раз покрутил придуманный Калесным план ловли убийцы на живца. Хорошо, что это наверняка отвлечёт его — или её — от Ани. И принялся добавлять детали к плану…
На следующее утро Андр вспомнил о своих ночных записях. И, просматривая материалы по Бэтцу — что бы карлик ни говорил, его можно будет популяризировать вместе с остальными богами Та-Кмора — изучил, где находится Абда и как туда добираться. Добираться оказалось непросто. Прямого рейса из Зарянска до Уапте не было, потому что желающих на прогулки по Красной пустыне нашлось бы немного. Поэтому нужно было сначала долететь до Юш-Итека, ставшего в последнее время весьма популярным курортом. А там пересесть на корабль до Тиа-Крууда или самолётом местных авиалиний добираться до Тиа-Мнецура. Потом нанять водителя с внедорожником и хоть одного Тиа, хоть от другого пылить день-два, в зависимости от погоды, до той самой Абды, в которую паломники некогда плыли на лодках… Андр посмотрел ещё раз и прикинул, что к рейсу на Юш-Итек в ближайшее воскресенье как раз закончит со всеми задачами, запланированными до отъезда.
Ближайшей из них была подготовка к переезду. Но прежде, чем отдавать приказ прислуге собирать вещи, Андр вызвал к себе начальника охраны. Как всегда строгий и подтянутый, коротко стриженный и гладко выбритый, без тени эмоции на лице — даже удивительно, как Адель смогла расшевелить эту замороженную рыбу — Ключников он возник в кабинете через три минуты после вызова.
— Доброе утро, Андрей Вениаминович, — поздоровался он.
Андр, стоявший у окна и задумчиво разглядывавший облетевшие деревья под окном, обернулся.
— Доброе утро, Павел Григорьевич, — отозвался Измайлов.
Ключников подождал, пока Андр займёт своё место за столом, и только потом аккуратно сел в гостевое кресло.
— Полагаю, вы, Павел Григорьевич, в курсе, что я начал бракоразводный процесс, — начал Измайлов.
— Да, Андрей Вениаминович.
— Процесс завершится двадцать первого ноября, то есть уже меньше, чем через три недели. Список имущества, которое достаётся моей бывшей жене, уже полностью согласован. — Андр сделал паузу, давая собеседникам осмыслить сказанное. — В него, в том числе, входит этот особняк. Поэтому сегодня мои личные вещи перевезут в арендованный для меня дом.
— Дом? — подобрался Ключников. — Но я должен сначала его осмотреть. Ваша безопасность…
— Уже не ваша забота, Павел Григорьевич, — прервал его Андр. — Насколько я знаю, вы … нашли общий язык с моей экс-супругой. Полагаю, будет логичным, если вы продолжите заниматься её охраной. А о моей безопасности позаботится новый начальник моей охраны. Он свяжется с вами для передачи дел. О вознаграждении вы, как и ваши люди, можете не беспокоиться. Насколько я знаю Адель, — Андр позволил себе улыбнуться, — она скупиться не будет. Особенно по отношению к вам.
Если бы Андр,
