Или, применить единственное свое оружие – полномочия. В любом случае, назад пути уже нет.
– Что ж. Поясните нам тогда вот какой момент. – Рука Генсека потянулась к щеке, чтобы почесать ее, но опомнившись, вернулась на стол. – Цифровая подпись, что мы видели на представленной записи, свидетельствует о том, что съемка велась членом экипажа магистрального космического судна класса СИД, с бортовым регистрационным номером… ? он прищурился, читая на поверхности стола перед собой, ? Р00454. – И снова взгляд его сверлил президента Торри. – Наши специалисты, проверили маршрутные данные этого судна и выяснили, что этот СИД, встал на тракцион в Порту чуть больше месяца назад, а до этого единственный зарегистрированный полет он выполнял больше двух лет назад в планетарную систему Сатурна. И это, ? он сделал жест рукой в сторону Торри, ? господин президент, совершенно нелогично. Но, по мнению наших специалистов, прекрасно совпадает с теми обстоятельствами, при которых, если таковые имели место, он совершал полет в систему Проксима Центавра. – Генсек замолчал, ожидая явно конкретного пояснения, а не разводов рук.
? Все верно. – Торри кивнул. – Судно, о котором идет речь, довольно длительное время находилось на рекламации в доках орбитальной верфи. Во время последнего полета произошел ряд аварийных ситуаций, одна из которых привела к гибели члена экипажа. Судно было возвращено на верфь, где и находилось довольно долго из-за возникших юридических разногласий между Колониальной Федерацией и судостроительной компанией. – Он пожал плечами. – Это все что мне известно. Если Вам нужны детали, я дам соответствующее поручение…
? Спасибо, господин президент! – Горбич значительно повысил тон голоса, перебивая его и чувствуя ложь в каждом произнесенном Торри звуке. – Не думаю, что у Вас есть сомнения в том, что экспертами секретариата Союза правящих партий Неополиса, уже было проведено соответствующее расследование. – Генсек недовольно хмыкнул. – И результаты этого расследования, о которых мне было вчера доложено, кардинально не совпадают с Вашими пояснениями.
Торри подвинулся в кресле ближе к столу и едва не выплюнул из себя такие слова, о которых он, несомненно, пожалел бы уже через минуту. Рано. Рано. Рано, господин президент!
? Это вся информация, которой я на сегодняшний день владею. Опять же повторюсь, что эти проекты курировал непосредственно вице-президент Даранович. Более детальные пояснения мог бы дать только он или, ? Торри едва заметно усмехнулся, ? я, если бы располагал Вашими запросами до начала заседания Президиума. – Он, прищурив глаза, старался усмотреть изменения в лице Генерального секретаря Союза правящих партий Неополиса, как реакцию на его намек на нарушение регламента созыва Президиума, согласно которому, повестка дня должна сообщаться всем членам собрания заблаговременно, чтобы у них было время подготовиться.
А тут, дело понятное. Смысл всего этого был как раз обратный – не дать успеть президенту Колониальной Федерации Герману Торри, к повестке дня, подготовиться. Так что, отсутствие Дарановича… уважительное отсутствие Дарановича, можно сказать, пошло сегодня только на пользу.
Генсек склонил голову и посмотрел на Торри в ответ. В его глазах была злоба. Пришел с вопросами, а ответов на них нет. Точнее есть и все они сложены словно в песню. Но и дураку понятно, что все это полный бред и обычное корпоративное вранье.
– Хорошо. – Горбич протянул слова басом своего голоса и задумчиво отбил пальцами дробь на глади стола, от чего изображение интел-сети, пустилось волнами. – Если все именно так, то у Союза правящих партий нет сомнений в том, что компания, в которую мы, – возможно, он даже имел в виду больше самого себя, чем всю остальную правящую элиту Неополиса, – вложили столько средств, вложили душу, ведет с нами не честную политику.
– Можете в этом не сомневаться, господин Генеральный секретарь! – Президент сказал это как можно громче и увереннее, но прекрасно понимая, что слова Горбича в данный момент имеют прямо противоположный сказанному смысл.
Он не верит ни единому его слову!
Торри хотел еще сказать что-то, но в этот момент Генсек остановил его властным и надменным жестом руки, поданным так, как можно было бы подать и фразу: «закрой свой рот, мразь».
? Тем не менее! – Горбич начал говорить так громко, что оператору конференц-зала, пришлось убавить громкость трансляции. – Чтобы подтвердить отсутствие фактов нарушений корпоративных регламентов, между Союзом правящих партий Неополиса и Колониальной Федерацией, к которым могли привести управленческие решения руководителей, принятые с целью умышленного сокрытия научных достижений и прибыльных активов за пределами Земли, постановляю. ? Все снова замерли в ожидании решения генсека и, наверное, только Торри прибывал в совершенно расслабленном, наполненном уверенности, состоянии. ? Назначить в отношении всех активов, а так же доходных проектов Колониальной Федерации комплексное ревизионное расследование. – Горбич нагнулся над столом, словно огромный медведь, сгибается над только что убитой добычей, решая с какой стороны откусить первый кусок. – Расследованию будут подвергнуты все отчетные данные по общей прибыли за последние два года, произведена инвентаризация объемов рудодобычи во всех колониях за тот же период времени. А так же подвергнут детальному анализу отчет вице-президента Дарановича, о разработке Проксима b и возможным связям судна СИД, бортовой номер Р00454, с представленной мной сегодня записью. ? Речь начинала приобретать поэтический характер и он, войдя во вкус, даже немного привстал в кресле, упираясь ладонями в стол, но самое интересное было еще не сказано.
– Мы незамедлительно представим все необходимые перечисленные документы, господин Генеральный Секретарь. В самый короткий срок! – Торри кивнул, продолжая играть свой спектакль.
– Это еще не все. – Генсек махнул рукой и расслабился в кресле.
Сейчас он перейдет к самой сладкой части своей речи и тогда посмотрит, пусть все увидят, как спадет поддельная уверенность с лица того, кто возомнил себя выше тех, кто правит этим миром.
В ответ Торри лишь сделал едва заметный жест, давая понять, что ради подтверждения преданности Союзу правящих партий, он выполнит любое распоряжение своего Генерального Секретаря.
– На время проведения проверочных мероприятий, Колониальная Федерации, должна отозвать с колоний свои группы производственного контроля! – И тут он улыбнулся, наслаждаясь, как до всех присутствующих понемногу начинает доходить смысл его слов. – На исполнение семьдесят два часа! Докладывать незамедлительно об исполнении лично мне! – И снова расслабился в кресле. – Президент Торри, Вы меня нормально слышите? До Вас дошел весь смысл моих слов? – Он, издеваясь, выделил интонацией последнюю фразу, которая, по его мнению, должна была служить пощечиной нерадивому школьнику за плохую отметку… и за обман, что скрыл провинность.
От лица господина Торри отступила кровь. Он, конечно, был готов к некоторым санкциям на момент всех этих разбирательств с подлинностью видеозаписи – наследия Штеер, но лишить компанию колоний! Этого он не ожидал. Об этом он не мог даже помыслить.
Дело в том, что рудодобывающая деятельность Колониальной Федерации, направленная на разработку планетарных тел Солнечной системы с целью превращения их недр в энергоресурсы, была основой экономики этой компании. Союз правящих партий Неополиса, как конечный бенефициар и держатель контрольного пакета акций, является самым главным получателем дивидендов от всех, основного и второстепенного, доходов.
Так что лишить Торри возможности добывать руды, значит, в первую очередь лишить самих себя очень большого куска прибыли, которая должна идти непосредственно в бюджет города. И какие разногласия не возникали бы между двумя взаимосвязанными обязательствами лагерями ? «феодалом» и его «вассалом», хороший хозяин никогда не лишит себя слуги, что всегда приносит гроши на его порог. Можно избить, отругать, унизить. Но, убить?
А это, по сути, было равносильно убийству.
Такие меры могут применяться лишь в отношении тех компаний, в существовании которых Союз правящих партий больше не заинтересован. Такие компании, принято сначала лишать доходов, ставить «на колени», сеять внутри хаос, а потом разрывать на части. Чтобы поделить среди нескольких мелких компаний, созданных специально с этими целями. И в памяти Германа Торри, такие случаи были. Были. Хоть уже несколько десятилетий, как такая практика, избавления мира от неугодных и зарвавшихся монополистов, была забыта, но он эти случаи помнил. И помнил хорошо.
Все что сейчас хотел Торри, это подняться со своего места, обойти стол вокруг, подойти к Генеральному секретарю, взять стоящий недалеко от него графин с водой и, что было сил начать бить его им по голове. Президенту хотелось просто взять и разбить его голову, его череп, чтобы все его содержимое, красной пеной, растеклось по столу и по его белоснежному фраку, заливая пуговицы и запонки, инкрустированные драгоценными камнями.
Придет день, когда ты, Яков, будешь стоять на коленях предо мной и умолять о пощаде! Придет день, когда я скину с этого мира тень влияния всей правящей элиты. Я предам весь секретариат огню! Я верну этих зарвавшихся ублюдков к их первоначальной среде – служить и подчиняться! Скоро они уже никому не смогут ничего приказывать, никто на Земле не будет зависеть от их слова и их воли!
Торри сглотнул и зло посмотрел перед собой. В голове стали складываться предчувствия ближайшего будущего, напичканного последствиями введения таких санкций. Цифры бюджета Колониальной Федерации – миллиардные расходы при практически полном падении доходной части! Что это? Война?
Он не смотрел по сторонам. Но все сейчас смотрели на него. Все сейчас все прекрасно понимали. И в их глазах не важно, по каким причинам, Проксима b, поиск внеземной жизни или еще какие причины, виноват в происходящем был и будет только он. И Генеральный секретарь именно этого и добивался. Просто наказать и направить на путь истинный. На путь любви и преданности Союзу правящих партий Неополиса. Это была публичная порка. Порка при подчиненных. Он мог провести экзекуцию и при закрытых дверях, без посторонних, но решил показать всем, кого следует теперь винить в закате феномена Колониальной Федерации. И ведь показал!
– Господин Генеральный Секретарь! – Торри выпрямился и, ему вдруг показалось, что в зале очень жарко, нереально жарко.
Перед ним стоял выбор. Сказать прямо сейчас этому безмозглому придурку, что он плевал на его требования и, никто из присутствующих тут не собирается их выполнять, или снова подчиниться. Сказать, что он снова согласен на все условия и, как подобает преданным псам, примет любое наказание, дабы показать, что в его окружении предателей нет.
– Я готов отдать соответствующий приказ, но хотелось бы кое-что добавить…
Генеральный Секретарь прищурил глаза и нетерпеливо, желая слышать, что же скажет этот человек, быть может, в его словах теперь проявится то, что может указать ему на предательство, на заговор, сделал жест рукой.
– Лишить Колониальную Федерацию рудодобывающих колоний в такое время я считаю не самый разумный метод. Объявленная проверка никоим образом не может влиять на прямую деятельность компании, к тому же данное требование, полностью блокирует финансовый поток и больше является санкцией, чем мерой. Для скорейшего и полного проведения проверки, – даже через такой огромный и длинный стол Торри видел, как округляются глаза Генсека с каждым сказанным его словом, – решение ввести в отношении нас санкции неоправданно и неразумно. Так как наша вина на данный момент не установлена и не подтверждена, а является лишь подозрением, решение о введении подобных мер должно приниматься по результатам проверки, а не до ее проведения. И только в том случае, – он сглотнул, понимая, что прямым текстом просто выступает против воли всего Неополиса, – если наша вина будет доказана! Но как я уже сказал, чтобы доказать нашу преданность, я готов отдать соответствующий приказ и через трое суток, мы прекратим свою деятельность в колониях. – Торри вдруг встал и, все опять смотрели на него, а Горбич немного приоткрыв рот, ожидал конца его речи. – Уважаемый Генеральный секретарь! Я прошу повторить Ваше требование относительно отзыва с рудодобывающих колоний на Марсе, Каллисто, Европе и Ио групп контроля Колониальной Федерации! – Он сжал кулаки.
– Президент Торри! – Генсек вдруг закричал. – Как смеете Вы, переосмысливать решение, сказанное от имени секретариата и правительства? Кто дал Вам право обсуждать приказ?! Ваша задача управлять этой компанией, компанией которую Вам вверили мы! Мы дали Вам все то, что имеете и, когда придет время, то мы и заберем все это! А если же Вы плохо слышите отдаваемые приказы, то советую незамедлительно обратиться за медицинской помощью! – Он тяжело встал, а мальчики откатили кресло и поддержали его за локти. – Трое суток, президент Торри! Трое суток! – Он стукнул кулаком по столу и, переваливаясь с ноги на ногу быстрым шагом в сопровождении подросткового эскорта, направился к выходу из зала.
Когда двери хлопнули и эскорт исчез в кулуарах главного штаба, все уже более уверенно смотрели на президента, который сидел, стиснув челюсти и, медленно постукивал тонким стилусом по краю стола, задумавшись о происходящем. Все понимали, что теперь Торри в опале у Генерального Секретаря и с ним во главе этой компании многого не светит.
Нужно было созывать особый совет.
История насущных времен
Пилон-3000 совершил отстыковку со стартовой площадки с литерой «Е» шестнадцатого пирса орбитальной станции Порт ровно в восемь часов по общему орбитальному времени, равному времени нулевому меридиана Земли и взятому за стандарт на околоземной орбите. Как обычно и как уже было множество раз, экипаж судна привычно тряхнуло, как только тракционная линия закончилась и выстрел сжатого газа, мощно и бесшумно оттолкнул судно, и оно пока еще медленно и слегка поворачиваясь на один бок, поплыло в космическом пространстве на безопасное, от внешних технологических конструкций Порта расстояние. Вытянутый, похожий на древний ракетоноситель Пилон, сконструированный из нескольких модулей, расположенных в порядке увеличения и, как бы образующих своеобразную парящую колонну, отозвался интерфейсами на консолях управления системами, меняя их подсветку с красного на синий. Непривычные ярлыки устаревших операционных систем и строки контекстных меню, слишком крупные и непривычные, расположенные совсем не так, как хотелось бы, поочередно извещали о переходе с внешнего администрирования на внутреннее управление.
Пока Марк, занимая кресло пилота, обменивался любезностями с диспетчером пирса, Грек Маер, проплывая между неуклюже развалившегося в одной из сот, Виктора Карнеги, внезапно и резко ощутил подключение полимагнитного ядра. Неожиданно наполнивший каждую клетку организма, каждый орган и каждую конечность, вес, заставил споткнуться о свои же ноги, врезавшиеся в пол и выругаться.
? Внимание, гравитация! – Модуль озарил голос техника, исполняющего роль пилота.
– Что ж. Поясните нам тогда вот какой момент. – Рука Генсека потянулась к щеке, чтобы почесать ее, но опомнившись, вернулась на стол. – Цифровая подпись, что мы видели на представленной записи, свидетельствует о том, что съемка велась членом экипажа магистрального космического судна класса СИД, с бортовым регистрационным номером… ? он прищурился, читая на поверхности стола перед собой, ? Р00454. – И снова взгляд его сверлил президента Торри. – Наши специалисты, проверили маршрутные данные этого судна и выяснили, что этот СИД, встал на тракцион в Порту чуть больше месяца назад, а до этого единственный зарегистрированный полет он выполнял больше двух лет назад в планетарную систему Сатурна. И это, ? он сделал жест рукой в сторону Торри, ? господин президент, совершенно нелогично. Но, по мнению наших специалистов, прекрасно совпадает с теми обстоятельствами, при которых, если таковые имели место, он совершал полет в систему Проксима Центавра. – Генсек замолчал, ожидая явно конкретного пояснения, а не разводов рук.
? Все верно. – Торри кивнул. – Судно, о котором идет речь, довольно длительное время находилось на рекламации в доках орбитальной верфи. Во время последнего полета произошел ряд аварийных ситуаций, одна из которых привела к гибели члена экипажа. Судно было возвращено на верфь, где и находилось довольно долго из-за возникших юридических разногласий между Колониальной Федерацией и судостроительной компанией. – Он пожал плечами. – Это все что мне известно. Если Вам нужны детали, я дам соответствующее поручение…
? Спасибо, господин президент! – Горбич значительно повысил тон голоса, перебивая его и чувствуя ложь в каждом произнесенном Торри звуке. – Не думаю, что у Вас есть сомнения в том, что экспертами секретариата Союза правящих партий Неополиса, уже было проведено соответствующее расследование. – Генсек недовольно хмыкнул. – И результаты этого расследования, о которых мне было вчера доложено, кардинально не совпадают с Вашими пояснениями.
Торри подвинулся в кресле ближе к столу и едва не выплюнул из себя такие слова, о которых он, несомненно, пожалел бы уже через минуту. Рано. Рано. Рано, господин президент!
? Это вся информация, которой я на сегодняшний день владею. Опять же повторюсь, что эти проекты курировал непосредственно вице-президент Даранович. Более детальные пояснения мог бы дать только он или, ? Торри едва заметно усмехнулся, ? я, если бы располагал Вашими запросами до начала заседания Президиума. – Он, прищурив глаза, старался усмотреть изменения в лице Генерального секретаря Союза правящих партий Неополиса, как реакцию на его намек на нарушение регламента созыва Президиума, согласно которому, повестка дня должна сообщаться всем членам собрания заблаговременно, чтобы у них было время подготовиться.
А тут, дело понятное. Смысл всего этого был как раз обратный – не дать успеть президенту Колониальной Федерации Герману Торри, к повестке дня, подготовиться. Так что, отсутствие Дарановича… уважительное отсутствие Дарановича, можно сказать, пошло сегодня только на пользу.
Генсек склонил голову и посмотрел на Торри в ответ. В его глазах была злоба. Пришел с вопросами, а ответов на них нет. Точнее есть и все они сложены словно в песню. Но и дураку понятно, что все это полный бред и обычное корпоративное вранье.
– Хорошо. – Горбич протянул слова басом своего голоса и задумчиво отбил пальцами дробь на глади стола, от чего изображение интел-сети, пустилось волнами. – Если все именно так, то у Союза правящих партий нет сомнений в том, что компания, в которую мы, – возможно, он даже имел в виду больше самого себя, чем всю остальную правящую элиту Неополиса, – вложили столько средств, вложили душу, ведет с нами не честную политику.
– Можете в этом не сомневаться, господин Генеральный секретарь! – Президент сказал это как можно громче и увереннее, но прекрасно понимая, что слова Горбича в данный момент имеют прямо противоположный сказанному смысл.
Он не верит ни единому его слову!
Торри хотел еще сказать что-то, но в этот момент Генсек остановил его властным и надменным жестом руки, поданным так, как можно было бы подать и фразу: «закрой свой рот, мразь».
? Тем не менее! – Горбич начал говорить так громко, что оператору конференц-зала, пришлось убавить громкость трансляции. – Чтобы подтвердить отсутствие фактов нарушений корпоративных регламентов, между Союзом правящих партий Неополиса и Колониальной Федерацией, к которым могли привести управленческие решения руководителей, принятые с целью умышленного сокрытия научных достижений и прибыльных активов за пределами Земли, постановляю. ? Все снова замерли в ожидании решения генсека и, наверное, только Торри прибывал в совершенно расслабленном, наполненном уверенности, состоянии. ? Назначить в отношении всех активов, а так же доходных проектов Колониальной Федерации комплексное ревизионное расследование. – Горбич нагнулся над столом, словно огромный медведь, сгибается над только что убитой добычей, решая с какой стороны откусить первый кусок. – Расследованию будут подвергнуты все отчетные данные по общей прибыли за последние два года, произведена инвентаризация объемов рудодобычи во всех колониях за тот же период времени. А так же подвергнут детальному анализу отчет вице-президента Дарановича, о разработке Проксима b и возможным связям судна СИД, бортовой номер Р00454, с представленной мной сегодня записью. ? Речь начинала приобретать поэтический характер и он, войдя во вкус, даже немного привстал в кресле, упираясь ладонями в стол, но самое интересное было еще не сказано.
– Мы незамедлительно представим все необходимые перечисленные документы, господин Генеральный Секретарь. В самый короткий срок! – Торри кивнул, продолжая играть свой спектакль.
– Это еще не все. – Генсек махнул рукой и расслабился в кресле.
Сейчас он перейдет к самой сладкой части своей речи и тогда посмотрит, пусть все увидят, как спадет поддельная уверенность с лица того, кто возомнил себя выше тех, кто правит этим миром.
В ответ Торри лишь сделал едва заметный жест, давая понять, что ради подтверждения преданности Союзу правящих партий, он выполнит любое распоряжение своего Генерального Секретаря.
– На время проведения проверочных мероприятий, Колониальная Федерации, должна отозвать с колоний свои группы производственного контроля! – И тут он улыбнулся, наслаждаясь, как до всех присутствующих понемногу начинает доходить смысл его слов. – На исполнение семьдесят два часа! Докладывать незамедлительно об исполнении лично мне! – И снова расслабился в кресле. – Президент Торри, Вы меня нормально слышите? До Вас дошел весь смысл моих слов? – Он, издеваясь, выделил интонацией последнюю фразу, которая, по его мнению, должна была служить пощечиной нерадивому школьнику за плохую отметку… и за обман, что скрыл провинность.
От лица господина Торри отступила кровь. Он, конечно, был готов к некоторым санкциям на момент всех этих разбирательств с подлинностью видеозаписи – наследия Штеер, но лишить компанию колоний! Этого он не ожидал. Об этом он не мог даже помыслить.
Дело в том, что рудодобывающая деятельность Колониальной Федерации, направленная на разработку планетарных тел Солнечной системы с целью превращения их недр в энергоресурсы, была основой экономики этой компании. Союз правящих партий Неополиса, как конечный бенефициар и держатель контрольного пакета акций, является самым главным получателем дивидендов от всех, основного и второстепенного, доходов.
Так что лишить Торри возможности добывать руды, значит, в первую очередь лишить самих себя очень большого куска прибыли, которая должна идти непосредственно в бюджет города. И какие разногласия не возникали бы между двумя взаимосвязанными обязательствами лагерями ? «феодалом» и его «вассалом», хороший хозяин никогда не лишит себя слуги, что всегда приносит гроши на его порог. Можно избить, отругать, унизить. Но, убить?
А это, по сути, было равносильно убийству.
Такие меры могут применяться лишь в отношении тех компаний, в существовании которых Союз правящих партий больше не заинтересован. Такие компании, принято сначала лишать доходов, ставить «на колени», сеять внутри хаос, а потом разрывать на части. Чтобы поделить среди нескольких мелких компаний, созданных специально с этими целями. И в памяти Германа Торри, такие случаи были. Были. Хоть уже несколько десятилетий, как такая практика, избавления мира от неугодных и зарвавшихся монополистов, была забыта, но он эти случаи помнил. И помнил хорошо.
Все что сейчас хотел Торри, это подняться со своего места, обойти стол вокруг, подойти к Генеральному секретарю, взять стоящий недалеко от него графин с водой и, что было сил начать бить его им по голове. Президенту хотелось просто взять и разбить его голову, его череп, чтобы все его содержимое, красной пеной, растеклось по столу и по его белоснежному фраку, заливая пуговицы и запонки, инкрустированные драгоценными камнями.
Придет день, когда ты, Яков, будешь стоять на коленях предо мной и умолять о пощаде! Придет день, когда я скину с этого мира тень влияния всей правящей элиты. Я предам весь секретариат огню! Я верну этих зарвавшихся ублюдков к их первоначальной среде – служить и подчиняться! Скоро они уже никому не смогут ничего приказывать, никто на Земле не будет зависеть от их слова и их воли!
Торри сглотнул и зло посмотрел перед собой. В голове стали складываться предчувствия ближайшего будущего, напичканного последствиями введения таких санкций. Цифры бюджета Колониальной Федерации – миллиардные расходы при практически полном падении доходной части! Что это? Война?
Он не смотрел по сторонам. Но все сейчас смотрели на него. Все сейчас все прекрасно понимали. И в их глазах не важно, по каким причинам, Проксима b, поиск внеземной жизни или еще какие причины, виноват в происходящем был и будет только он. И Генеральный секретарь именно этого и добивался. Просто наказать и направить на путь истинный. На путь любви и преданности Союзу правящих партий Неополиса. Это была публичная порка. Порка при подчиненных. Он мог провести экзекуцию и при закрытых дверях, без посторонних, но решил показать всем, кого следует теперь винить в закате феномена Колониальной Федерации. И ведь показал!
– Господин Генеральный Секретарь! – Торри выпрямился и, ему вдруг показалось, что в зале очень жарко, нереально жарко.
Перед ним стоял выбор. Сказать прямо сейчас этому безмозглому придурку, что он плевал на его требования и, никто из присутствующих тут не собирается их выполнять, или снова подчиниться. Сказать, что он снова согласен на все условия и, как подобает преданным псам, примет любое наказание, дабы показать, что в его окружении предателей нет.
– Я готов отдать соответствующий приказ, но хотелось бы кое-что добавить…
Генеральный Секретарь прищурил глаза и нетерпеливо, желая слышать, что же скажет этот человек, быть может, в его словах теперь проявится то, что может указать ему на предательство, на заговор, сделал жест рукой.
– Лишить Колониальную Федерацию рудодобывающих колоний в такое время я считаю не самый разумный метод. Объявленная проверка никоим образом не может влиять на прямую деятельность компании, к тому же данное требование, полностью блокирует финансовый поток и больше является санкцией, чем мерой. Для скорейшего и полного проведения проверки, – даже через такой огромный и длинный стол Торри видел, как округляются глаза Генсека с каждым сказанным его словом, – решение ввести в отношении нас санкции неоправданно и неразумно. Так как наша вина на данный момент не установлена и не подтверждена, а является лишь подозрением, решение о введении подобных мер должно приниматься по результатам проверки, а не до ее проведения. И только в том случае, – он сглотнул, понимая, что прямым текстом просто выступает против воли всего Неополиса, – если наша вина будет доказана! Но как я уже сказал, чтобы доказать нашу преданность, я готов отдать соответствующий приказ и через трое суток, мы прекратим свою деятельность в колониях. – Торри вдруг встал и, все опять смотрели на него, а Горбич немного приоткрыв рот, ожидал конца его речи. – Уважаемый Генеральный секретарь! Я прошу повторить Ваше требование относительно отзыва с рудодобывающих колоний на Марсе, Каллисто, Европе и Ио групп контроля Колониальной Федерации! – Он сжал кулаки.
– Президент Торри! – Генсек вдруг закричал. – Как смеете Вы, переосмысливать решение, сказанное от имени секретариата и правительства? Кто дал Вам право обсуждать приказ?! Ваша задача управлять этой компанией, компанией которую Вам вверили мы! Мы дали Вам все то, что имеете и, когда придет время, то мы и заберем все это! А если же Вы плохо слышите отдаваемые приказы, то советую незамедлительно обратиться за медицинской помощью! – Он тяжело встал, а мальчики откатили кресло и поддержали его за локти. – Трое суток, президент Торри! Трое суток! – Он стукнул кулаком по столу и, переваливаясь с ноги на ногу быстрым шагом в сопровождении подросткового эскорта, направился к выходу из зала.
Когда двери хлопнули и эскорт исчез в кулуарах главного штаба, все уже более уверенно смотрели на президента, который сидел, стиснув челюсти и, медленно постукивал тонким стилусом по краю стола, задумавшись о происходящем. Все понимали, что теперь Торри в опале у Генерального Секретаря и с ним во главе этой компании многого не светит.
Нужно было созывать особый совет.
Глава 58
История насущных времен
Пилон-3000 совершил отстыковку со стартовой площадки с литерой «Е» шестнадцатого пирса орбитальной станции Порт ровно в восемь часов по общему орбитальному времени, равному времени нулевому меридиана Земли и взятому за стандарт на околоземной орбите. Как обычно и как уже было множество раз, экипаж судна привычно тряхнуло, как только тракционная линия закончилась и выстрел сжатого газа, мощно и бесшумно оттолкнул судно, и оно пока еще медленно и слегка поворачиваясь на один бок, поплыло в космическом пространстве на безопасное, от внешних технологических конструкций Порта расстояние. Вытянутый, похожий на древний ракетоноситель Пилон, сконструированный из нескольких модулей, расположенных в порядке увеличения и, как бы образующих своеобразную парящую колонну, отозвался интерфейсами на консолях управления системами, меняя их подсветку с красного на синий. Непривычные ярлыки устаревших операционных систем и строки контекстных меню, слишком крупные и непривычные, расположенные совсем не так, как хотелось бы, поочередно извещали о переходе с внешнего администрирования на внутреннее управление.
Пока Марк, занимая кресло пилота, обменивался любезностями с диспетчером пирса, Грек Маер, проплывая между неуклюже развалившегося в одной из сот, Виктора Карнеги, внезапно и резко ощутил подключение полимагнитного ядра. Неожиданно наполнивший каждую клетку организма, каждый орган и каждую конечность, вес, заставил споткнуться о свои же ноги, врезавшиеся в пол и выругаться.
? Внимание, гравитация! – Модуль озарил голос техника, исполняющего роль пилота.
