У Игаэля Йеуди, выдающегося эксперта по проверке еврейского происхождения, была более "приземлённая" версия.
- Я слышал, что в российском уголовном мире существует негласный закон: когда уголовник нарушил правило из внутреннего "устава" уголовников, и те за это приговорили его к смерти, - но если после этого он становится "религиозным евреем" - надевает кипу и приобретает прочие приметы ортодокса - его оставляют в покое. Возможно, с Курманом произошло нечто подобное. Люди, которые видели его в микве, говорят, что заметили на его теле татуировку. А на его сынка в израильской полиции открыто уже несколько уголовных дел. Ведь не зря говорят, что яблоко падает недалеко от яблони, - сказал Игаэль Семёну.
Семён вспомнил, что его друг Максим Вормзер рассказывал: когда он учился вместе с Курманом в московской мизрахистской (сионистской) йешиве, последний исполнял там по совместительству обязанности мадриха ("курирующего младших"; нечто вроде вожатого в советском пионерском лагере). По словам Вормзера, Курман бил своих подопечных.
А прозелит Славик поделился с Семёном своей версией.
- Вначале, очевидно, была какая-то сторонняя причина, по которой Курман с женой пришли в йешиву. Может, в те тяжёлые перестроечные времена у них не было работы. Ведь у Курмана нет профессии. А в йешиве их обеспечили бесплатным жильем и едой. Всяких новых евреев там принимали с распростёртыми объятиями, веря на слово, без всяких там проверок, что они евреи. С течением времени Курманы на самом деле, наверное, прониклись духом иудаизма. Но им было неудобно признаться, что они обманули, скрыли то, что они не евреи. И так всё пошло-поехало. Может быть, Курманы и сами уже почти забыли, что они не евреи; их сознание как бы вытеснило эту информацию в подсознание.
- Нафтали! Какая из этих версий тебе кажется наиболее близкой к истине? - спросил Семён своего друга.
- Какая внешняя причина привела Курманов в йешиву: уголовное прошлое или тяжёлое материальное положение, - мне кажется, не суть важно. Суть же, я думаю, заключается в том, что хотя в христианстве и существует формальный обряд перехода в эту религию - крещение, - главным условием "спасения" христианство провозглашает не столько акт перехода в него, а в первую очередь именно "веру" - веру в того, кого иудеи пренебрежительно называют Йошкой. «Если поверил - значит, ты уже спасён!» - особенно железно этот принцип заложен в лютеранстве, но в той или иной степени он существует во всех "классических" христианских конфессиях. Поэтому для человека, у которого христианство, как говорится, в крови, совершенно естественно ощущать и полагать, что если он поверил во что-то, - а в данном случае в Тору, - то этого одного уже достаточно, чтобы стать евреем. И ещё: самая неприемлемая и унизительная для нееврея идея - о богоизбранности еврейского народа. Это же, с простой человеческой точки зрения, несправедливость какая-то! Поэтому нееврей, даже поверив в Тору, всем своим нутром может противиться гиюру, не верить в него: ведь надобность проходить гиюр свидетельствует о том, что до сего момента богоизбранным этот человек не был!
- Ты прав, - ответил Семён. - Профессор Ави Бекер в своей книге "Миу ам анивхар?" ("Кто является избранным народом?", на иврите) убедительно доказывает, что главным камнем преткновения в христианстве при его отношении к иудаизму, главным источником ненависти христиан к евреям был иудейский постулат об избранности. Очень изящно свое неприятие этой идеи выразили современные руководители лютеранской церкви Северной Америки: Бекер на страницах 213-214 своей книги упоминает декларацию Совета лютеранских церквей США от 1994 года. В ней говорится, что христиане не понимают иудейский постулат о богоизбранности евреев по этническому принципу; по их словам, для них такой постулат был бы понятен, если он был бы основан только и единственно на основе веры человека. То есть христиане не понимают, как избранность может передаваться генетически, почему человек сам за себя не может решить, что он - избранный. Вот и Курманы тоже никак не могут этого понять.
Семён посмотрел на часы: через пять минут в ближайшей синагоге молятся маарив - вечернюю молитву. Он быстро надел пиджак и шляпу, и вышел из квартиры. У лестницы он увидел прозелита Петю Кривоногова.
Семён уважал Петю. Во-первых, потому что тот не менял свою фамилию, несмотря на то, что она трудно произносима на иврите и неблагозвучна на русском. Во-вторых, потому что, в отличие от многих других прозелитов, он не скрывал, что он гер. Даже напротив, немного афишировал это, любил при случае восклицать: «Что бы со мной было, если бы я не стал евреем?!» А в-третьих, потому что, несмотря на конфликт с женой, он нашел в себе силы помириться и возвратиться в семью.
«Помолюсь маарив потом, - подумал Семён. А сейчас Провидение мне послало Петю, чтобы я расспросил его о Курмане. Ведь Петя мне рассказывал, что учился в мизрахистской йешиве в Москве. Там же, где и Курман».
- Привет! - начал Семён без предисловий. - Ты знаешь Курмана?
- Да, я учился с ним в Москве в "Шатрах Яакова".
- А разве ты не учился вместе с ним в сионистской йешиве?
- Когда я туда пришёл, я его, кажись, не застал. Очевидно, к тому времени он уже успел слинять в "Шатры Яакова". Потом и я тоже туда перешёл. Там и встретились.
- Что ты о нём помнишь? Что ты можешь о нём рассказать? - спросил Семён.
- Ну, он был серьёзным аврехом... Слышал, что он в Израиле преподаёт в какой-то йешиве...
- А ты знаешь, что он не еврей? Долгие годы они с женой строили из себя евреев, а когда мы их поймали, они моментально сделали финт ушами и блестяще сыграли в раввинском суде спектакль: мол, вчера чудом нам стало известно, что мы не евреи! Судьи посмотрели на раввинское одеяние Курмана, его длинные бороду и пейсы, и очки по моде раввинов прошлых лет, - и поверили на слово. А может, и не только на слово. Не исключаю, что эти хитрые люди привезли с собой рекомендательные письма от каких-то ортодоксальных евреев - логично предположить, что эти артисты наскоро запаслись ими, прежде чем направиться в раввинский суд. А в этом суде очень любят подобные письма. Ну, и сделали там им гиюр, что называется, не отходя от кассы.
- А, интересно. Я не знал про то, что Курманы не евреи, - ответил Петя.
Семён был шокирован тем, что Петя не принял эту информацию в штыки.
- А как ты объясняешь их странное поведение? Почему они не проходили гиюр?
- Это ситра ахра, происки Сатаны, - ответил Петя.
- Ты хочешь сказать, что Курманы - посланцы Сатаны?
- Что-то вроде того.
- ??!
- Смотри, Семён, я слушаю по телефону организации "Шофар" лекции рава Дова Берковича. Если я правильно их понял, то он говорит, что после Второй мировой войны, Всевышний как бы передал весь мир во власть Сатаны. В том числе и Тору. Это безобразие будет продолжаться вплоть до прихода Машиаха. Это значит, что приходится совершать дикие усилия, чтобы не попасть под влияние Сатаны. Сегодня даже те, кто соблюдает заповеди Торы, при этом могут извращать её суть. Это происходит потому, что они попали под влияние Сатаны. То же самое, очевидно, произошло и с Курманом. Приведу тебе другой пример. Не так давно была эпидемия "ковида-19". Зайди на сайт ООН: там чёрным по белому написано, что их целью является сократить население земного шара в несколько раз. Значит, вот для этой цели они и создали в лаборатории вирус и пустили его по всему миру. А тех, кто не умер, свели с ума своими карантинами. Вот ты, наверное, слышал про одного авреха, который с женой сидел дома в карантине во время "ковида", и сошёл с ума: в субботу зарезал свою жену, а сам выбросился из окна.
- Да, я слышал про эту жуткую историю. Но я не знал, что это произошло, когда они сидели в карантине. А что, до этого он был совершенно нормальным?
- По непроверенным слухам, он принимал психотропные таблетки. А так, я его помню вроде нормальным.
- Он ведь прозелит, а она - еврейка, к тому же израильтянка. Как же она вышла за него замуж?
- Есть такая русская пословица: "Любовь зла - полюбишь и козла", - ухмыльнулся Петя. - Да оставим их в покое. Лучше продолжим о Сатане. Наместники Сатаны на земле сегодня - протестантские церкви. Посмотри: некоторые из них не только легитимизировали гомосексуализм и лесбиянство, но даже разрешили однополые браки своим священникам! Это же полное извращение Библии!
- Петя, а что ближе к иудаизму - православие или католицизм? - спросил Семён.
- Я не знаю. И то, и другое - исчадие ада, - ответил Петя.
- Почему ты так говоришь? - возразил Семён. - Ведь и в православии, и в католицизме есть некое подобие, пусть и искажённое, семи заповедей сынов Ноя!
- Сегодня там никто ничего не соблюдает. Осталась только внешняя оболочка. Аналогичные процессы, которые происходят сегодня в иудаизме, происходят, конечно, в гораздо большей степени, и в православии, и в католицизме, не говоря уже о протестантизме. Рав Амнон Ицхак сказал, что сегодня почти не найти настоящего харедимного, ортодоксального еврея. О причинах я тебе уже говорил - всему бедой Сатана. А в христианство по этой же причине вообще не осталось ничего святого. На самом же деле, христианство - идолопоклонство. Я слушаю лекции рава Шломо Бревде по Мегилат Эстер (Свитку Эсфири), и он сказал, что Виленский Гаон сказал в своё время, что идолопоклонство всегда сопровождает разврат.
- Ты знаешь, у меня есть к этому иллюстрация, - отреагировал Семён, - У меня есть один знакомый еврей, который делал на Украине бизнес со священниками. Он с ужасом рассказывал, что эти попы без стеснения устраивают групповые педерастические оргии! Но мне как-то не очень в это верится. Ведь "чёрному" духовенству в православии разрешается вступать в брак. Так зачем им эти оргии? А "белое" духовенство, кому браки запрещены, сидит по монастырям и бизнесом не занимается.
- Нет, нет, - ответил Петя, - это очень вероятно. Где идолопоклонство - там и разврат.
«Почему Петя так обсессивно занят темой Сатаны? - подумал Семён. - Неужто потому, что, как пишет Лев Гумилёв, согласно православной концепции, Всевышний якобы дал Сатане определенную "автономию", свободу действий, а Петя ещё не до конца освободился от этого вздора? А вот что ещё интересно: почему прозелиты Славик и Петя, в отличие от многих евреев от рождения, не пытаются защитить Курманов?»
Каков гиюр, таков и раввин
Семён собрался с духом и решил позвонить в Каунас Косте Усташеву - главному спонсору и официальному главе правления каунасской синагоги.
Костя был огромным амбалом, евреем по матери. Когда в 16 лет он получал паспорт, мать уговорила его, чтобы он записался русским - по национальности отца. В своё время Костя отслужил в армии, был на афганской войне. Когда демобилизовался, женился на татарке. В годы перестройки затеял бизнес по производству консервов, и разбогател. Потом сделал тшуву, стал религиозным евреем и обгиюрил свою гойскую жену.
Семён уважал Усташева, потому что слышал о нём много хорошего. Во-первых, Костя - религиозный, соблюдающий заповеди еврей, не в пример сидящим в правлениях многих восточноевропейских ортодоксальных синагог светским евреям, чье "заседательство" в таких правлениях было Семёну совершенно не понятно. Во-вторых, Усташев жертвует собственные деньги, и немалые, - и на зарплату раввинам, и на проведение уроков Торы, и на ремонт синагоги. Да, он обгиюрил свою гоюху - но это была, по сути, не его вина. Усташев был уже готов с ней развестись – но не тут-то было: злой ангел в лице молодого авреха, гостившего с месяц в каунасской синагоге, отговорил его от этого. Мол, не боись, гиюрь, и всё будет хорошо... А в-третьих, Семёну импонировала история, которую про Усташева рассказывали. Идёт, значит, в субботу Костя в синагогу в сопровождении двух своих телохранителей-грузинов, а путь шел через городской парк. Им навстречу попался мужик, который, как бы невзначай, говорит: «Вот, посмотрите, жид идёт» (дело было летом, у Кости на голове была кипа). Усташев услышал это, что-то сказал своим грузинам, те подошли к мужику, схватили его, и на виду у всех бросили в фонтан. Тот стоит по пояс в воде, а выбраться не может: вокруг фонтана высокие круглые стены. Стоит мужик и кричит жалобно: «Я ничего особенного не говорил! Помогите мне выбраться!»
Эта история напомнила Семёну эпизод из жизни довоенного президента Латвии Карлиса Ульманиса, когда тот, задолго до своего президентства, находился в эмиграции в США (Марис Рукс, "Государственная тайна Латвии", на лат. яз., стр. 304):
«Примерно в 1908 году Ульманис работал на молочной ферме Робертса в качестве обычного рабочего. Парочке других рабочих этого предприятия доставляло удовольствие дразнить серьезного и трудолюбивого иностранца. Это продолжалось в течение долгих недель, пока терпение Ульманиса не лопнуло. В один прекрасный день, когда два насмешника опять издевались над Ульманисом, тот, ни слова не говоря, обхватил каждого из них рукой и отвел к чану с водой, схватил каждого за шевелюру и засунул их головы под воду. Ульманис это делал с таким выражением лица, словно он должен был выполнить какое-то неприятное, но неизбежное задание. Момент спустя, когда ему показалось, что уже можно прекратить это неожиданное купание, он отпустил обоих и, не обращая на них никакого внимания, пошел продолжать прерванную работу. После этого инцидента все работники предприятия относились к Ульманису с уважением».
Семён набрал телефонный номер Усташева.
- Здравствуйте, говорит Семён Фрайман. Когда я был в каунасской синагоге несколько лет назад, мы с вами перекинулись парой-тройкой слов...
- Да, я вас помню. Только в данный момент я не могу говорить: у нас сейчас идет урок по книге "Вайоиль Моше". Позвоните примерно через час. Всего доброго!
«"Вайоиль Моше"?! - возбуждённо думал Семён. - Ведь это же главная книга Сатмарского ребе, Библия религиозного антисионизма. Даже в Израиле нигде, кроме сатмарских синагог, её не изучают. А в Каунасе по ней дают уроки?»
Через час Семён позвонил снова.
- Здравствуйте, теперь вы можете говорить?
- Да.
- Извините за любопытство, а кто у вас преподаёт "Вайоиль Моше"?
- Раввин Курман.
- Курман?! А как он у вас оказался?
- Его пригласил наш главный раввин Кремеров на две недели "гастролирующим" преподавателем Торы.
- А что, Кремеров допускает, чтобы у вас преподавали "Вайоиль Моше"?
- Рав Кремеров, хоть и не одевается, как сатмарский хасид, но придерживается сатмарской идеологии. То же самое - рав Курман.
- Интересно; а ведь они оба начинали как религиозные сионисты. Впрочем, я позвонил, чтобы говорить с вами о другом. Вы знаете, что Кремеров - прозелит?
- Да, я знаю.
- А вы знаете, что, по еврейскому Закону, прозелит не может занимать пост раввина еврейской общины?
- Послушайте, его направили сюда главный раввин Москвы и его люди. Они лучше знают, что можно, а что нельзя. Не суйте свой нос, куда не просят!
- А вы знаете, что гиюр Кремерова более чем сомнительный? А вы знаете, что его жена - гойка? - не отступал Семён.
Костя взорвался.
- Послушай, ты, б*... Да ты кровавое уё*... Да я задушу тебя, гон*... вонючий, фашист! Рав Кремеров разрешил тебе, падла, взять книги из нашей гнизы, и это твоя благодарность?!
- Я слышал, что в российском уголовном мире существует негласный закон: когда уголовник нарушил правило из внутреннего "устава" уголовников, и те за это приговорили его к смерти, - но если после этого он становится "религиозным евреем" - надевает кипу и приобретает прочие приметы ортодокса - его оставляют в покое. Возможно, с Курманом произошло нечто подобное. Люди, которые видели его в микве, говорят, что заметили на его теле татуировку. А на его сынка в израильской полиции открыто уже несколько уголовных дел. Ведь не зря говорят, что яблоко падает недалеко от яблони, - сказал Игаэль Семёну.
Семён вспомнил, что его друг Максим Вормзер рассказывал: когда он учился вместе с Курманом в московской мизрахистской (сионистской) йешиве, последний исполнял там по совместительству обязанности мадриха ("курирующего младших"; нечто вроде вожатого в советском пионерском лагере). По словам Вормзера, Курман бил своих подопечных.
А прозелит Славик поделился с Семёном своей версией.
- Вначале, очевидно, была какая-то сторонняя причина, по которой Курман с женой пришли в йешиву. Может, в те тяжёлые перестроечные времена у них не было работы. Ведь у Курмана нет профессии. А в йешиве их обеспечили бесплатным жильем и едой. Всяких новых евреев там принимали с распростёртыми объятиями, веря на слово, без всяких там проверок, что они евреи. С течением времени Курманы на самом деле, наверное, прониклись духом иудаизма. Но им было неудобно признаться, что они обманули, скрыли то, что они не евреи. И так всё пошло-поехало. Может быть, Курманы и сами уже почти забыли, что они не евреи; их сознание как бы вытеснило эту информацию в подсознание.
- Нафтали! Какая из этих версий тебе кажется наиболее близкой к истине? - спросил Семён своего друга.
- Какая внешняя причина привела Курманов в йешиву: уголовное прошлое или тяжёлое материальное положение, - мне кажется, не суть важно. Суть же, я думаю, заключается в том, что хотя в христианстве и существует формальный обряд перехода в эту религию - крещение, - главным условием "спасения" христианство провозглашает не столько акт перехода в него, а в первую очередь именно "веру" - веру в того, кого иудеи пренебрежительно называют Йошкой. «Если поверил - значит, ты уже спасён!» - особенно железно этот принцип заложен в лютеранстве, но в той или иной степени он существует во всех "классических" христианских конфессиях. Поэтому для человека, у которого христианство, как говорится, в крови, совершенно естественно ощущать и полагать, что если он поверил во что-то, - а в данном случае в Тору, - то этого одного уже достаточно, чтобы стать евреем. И ещё: самая неприемлемая и унизительная для нееврея идея - о богоизбранности еврейского народа. Это же, с простой человеческой точки зрения, несправедливость какая-то! Поэтому нееврей, даже поверив в Тору, всем своим нутром может противиться гиюру, не верить в него: ведь надобность проходить гиюр свидетельствует о том, что до сего момента богоизбранным этот человек не был!
- Ты прав, - ответил Семён. - Профессор Ави Бекер в своей книге "Миу ам анивхар?" ("Кто является избранным народом?", на иврите) убедительно доказывает, что главным камнем преткновения в христианстве при его отношении к иудаизму, главным источником ненависти христиан к евреям был иудейский постулат об избранности. Очень изящно свое неприятие этой идеи выразили современные руководители лютеранской церкви Северной Америки: Бекер на страницах 213-214 своей книги упоминает декларацию Совета лютеранских церквей США от 1994 года. В ней говорится, что христиане не понимают иудейский постулат о богоизбранности евреев по этническому принципу; по их словам, для них такой постулат был бы понятен, если он был бы основан только и единственно на основе веры человека. То есть христиане не понимают, как избранность может передаваться генетически, почему человек сам за себя не может решить, что он - избранный. Вот и Курманы тоже никак не могут этого понять.
Семён посмотрел на часы: через пять минут в ближайшей синагоге молятся маарив - вечернюю молитву. Он быстро надел пиджак и шляпу, и вышел из квартиры. У лестницы он увидел прозелита Петю Кривоногова.
Семён уважал Петю. Во-первых, потому что тот не менял свою фамилию, несмотря на то, что она трудно произносима на иврите и неблагозвучна на русском. Во-вторых, потому что, в отличие от многих других прозелитов, он не скрывал, что он гер. Даже напротив, немного афишировал это, любил при случае восклицать: «Что бы со мной было, если бы я не стал евреем?!» А в-третьих, потому что, несмотря на конфликт с женой, он нашел в себе силы помириться и возвратиться в семью.
«Помолюсь маарив потом, - подумал Семён. А сейчас Провидение мне послало Петю, чтобы я расспросил его о Курмане. Ведь Петя мне рассказывал, что учился в мизрахистской йешиве в Москве. Там же, где и Курман».
- Привет! - начал Семён без предисловий. - Ты знаешь Курмана?
- Да, я учился с ним в Москве в "Шатрах Яакова".
- А разве ты не учился вместе с ним в сионистской йешиве?
- Когда я туда пришёл, я его, кажись, не застал. Очевидно, к тому времени он уже успел слинять в "Шатры Яакова". Потом и я тоже туда перешёл. Там и встретились.
- Что ты о нём помнишь? Что ты можешь о нём рассказать? - спросил Семён.
- Ну, он был серьёзным аврехом... Слышал, что он в Израиле преподаёт в какой-то йешиве...
- А ты знаешь, что он не еврей? Долгие годы они с женой строили из себя евреев, а когда мы их поймали, они моментально сделали финт ушами и блестяще сыграли в раввинском суде спектакль: мол, вчера чудом нам стало известно, что мы не евреи! Судьи посмотрели на раввинское одеяние Курмана, его длинные бороду и пейсы, и очки по моде раввинов прошлых лет, - и поверили на слово. А может, и не только на слово. Не исключаю, что эти хитрые люди привезли с собой рекомендательные письма от каких-то ортодоксальных евреев - логично предположить, что эти артисты наскоро запаслись ими, прежде чем направиться в раввинский суд. А в этом суде очень любят подобные письма. Ну, и сделали там им гиюр, что называется, не отходя от кассы.
- А, интересно. Я не знал про то, что Курманы не евреи, - ответил Петя.
Семён был шокирован тем, что Петя не принял эту информацию в штыки.
- А как ты объясняешь их странное поведение? Почему они не проходили гиюр?
- Это ситра ахра, происки Сатаны, - ответил Петя.
- Ты хочешь сказать, что Курманы - посланцы Сатаны?
- Что-то вроде того.
- ??!
- Смотри, Семён, я слушаю по телефону организации "Шофар" лекции рава Дова Берковича. Если я правильно их понял, то он говорит, что после Второй мировой войны, Всевышний как бы передал весь мир во власть Сатаны. В том числе и Тору. Это безобразие будет продолжаться вплоть до прихода Машиаха. Это значит, что приходится совершать дикие усилия, чтобы не попасть под влияние Сатаны. Сегодня даже те, кто соблюдает заповеди Торы, при этом могут извращать её суть. Это происходит потому, что они попали под влияние Сатаны. То же самое, очевидно, произошло и с Курманом. Приведу тебе другой пример. Не так давно была эпидемия "ковида-19". Зайди на сайт ООН: там чёрным по белому написано, что их целью является сократить население земного шара в несколько раз. Значит, вот для этой цели они и создали в лаборатории вирус и пустили его по всему миру. А тех, кто не умер, свели с ума своими карантинами. Вот ты, наверное, слышал про одного авреха, который с женой сидел дома в карантине во время "ковида", и сошёл с ума: в субботу зарезал свою жену, а сам выбросился из окна.
- Да, я слышал про эту жуткую историю. Но я не знал, что это произошло, когда они сидели в карантине. А что, до этого он был совершенно нормальным?
- По непроверенным слухам, он принимал психотропные таблетки. А так, я его помню вроде нормальным.
- Он ведь прозелит, а она - еврейка, к тому же израильтянка. Как же она вышла за него замуж?
- Есть такая русская пословица: "Любовь зла - полюбишь и козла", - ухмыльнулся Петя. - Да оставим их в покое. Лучше продолжим о Сатане. Наместники Сатаны на земле сегодня - протестантские церкви. Посмотри: некоторые из них не только легитимизировали гомосексуализм и лесбиянство, но даже разрешили однополые браки своим священникам! Это же полное извращение Библии!
- Петя, а что ближе к иудаизму - православие или католицизм? - спросил Семён.
- Я не знаю. И то, и другое - исчадие ада, - ответил Петя.
- Почему ты так говоришь? - возразил Семён. - Ведь и в православии, и в католицизме есть некое подобие, пусть и искажённое, семи заповедей сынов Ноя!
- Сегодня там никто ничего не соблюдает. Осталась только внешняя оболочка. Аналогичные процессы, которые происходят сегодня в иудаизме, происходят, конечно, в гораздо большей степени, и в православии, и в католицизме, не говоря уже о протестантизме. Рав Амнон Ицхак сказал, что сегодня почти не найти настоящего харедимного, ортодоксального еврея. О причинах я тебе уже говорил - всему бедой Сатана. А в христианство по этой же причине вообще не осталось ничего святого. На самом же деле, христианство - идолопоклонство. Я слушаю лекции рава Шломо Бревде по Мегилат Эстер (Свитку Эсфири), и он сказал, что Виленский Гаон сказал в своё время, что идолопоклонство всегда сопровождает разврат.
- Ты знаешь, у меня есть к этому иллюстрация, - отреагировал Семён, - У меня есть один знакомый еврей, который делал на Украине бизнес со священниками. Он с ужасом рассказывал, что эти попы без стеснения устраивают групповые педерастические оргии! Но мне как-то не очень в это верится. Ведь "чёрному" духовенству в православии разрешается вступать в брак. Так зачем им эти оргии? А "белое" духовенство, кому браки запрещены, сидит по монастырям и бизнесом не занимается.
- Нет, нет, - ответил Петя, - это очень вероятно. Где идолопоклонство - там и разврат.
«Почему Петя так обсессивно занят темой Сатаны? - подумал Семён. - Неужто потому, что, как пишет Лев Гумилёв, согласно православной концепции, Всевышний якобы дал Сатане определенную "автономию", свободу действий, а Петя ещё не до конца освободился от этого вздора? А вот что ещё интересно: почему прозелиты Славик и Петя, в отличие от многих евреев от рождения, не пытаются защитить Курманов?»
Каков гиюр, таков и раввин
Семён собрался с духом и решил позвонить в Каунас Косте Усташеву - главному спонсору и официальному главе правления каунасской синагоги.
Костя был огромным амбалом, евреем по матери. Когда в 16 лет он получал паспорт, мать уговорила его, чтобы он записался русским - по национальности отца. В своё время Костя отслужил в армии, был на афганской войне. Когда демобилизовался, женился на татарке. В годы перестройки затеял бизнес по производству консервов, и разбогател. Потом сделал тшуву, стал религиозным евреем и обгиюрил свою гойскую жену.
Семён уважал Усташева, потому что слышал о нём много хорошего. Во-первых, Костя - религиозный, соблюдающий заповеди еврей, не в пример сидящим в правлениях многих восточноевропейских ортодоксальных синагог светским евреям, чье "заседательство" в таких правлениях было Семёну совершенно не понятно. Во-вторых, Усташев жертвует собственные деньги, и немалые, - и на зарплату раввинам, и на проведение уроков Торы, и на ремонт синагоги. Да, он обгиюрил свою гоюху - но это была, по сути, не его вина. Усташев был уже готов с ней развестись – но не тут-то было: злой ангел в лице молодого авреха, гостившего с месяц в каунасской синагоге, отговорил его от этого. Мол, не боись, гиюрь, и всё будет хорошо... А в-третьих, Семёну импонировала история, которую про Усташева рассказывали. Идёт, значит, в субботу Костя в синагогу в сопровождении двух своих телохранителей-грузинов, а путь шел через городской парк. Им навстречу попался мужик, который, как бы невзначай, говорит: «Вот, посмотрите, жид идёт» (дело было летом, у Кости на голове была кипа). Усташев услышал это, что-то сказал своим грузинам, те подошли к мужику, схватили его, и на виду у всех бросили в фонтан. Тот стоит по пояс в воде, а выбраться не может: вокруг фонтана высокие круглые стены. Стоит мужик и кричит жалобно: «Я ничего особенного не говорил! Помогите мне выбраться!»
Эта история напомнила Семёну эпизод из жизни довоенного президента Латвии Карлиса Ульманиса, когда тот, задолго до своего президентства, находился в эмиграции в США (Марис Рукс, "Государственная тайна Латвии", на лат. яз., стр. 304):
«Примерно в 1908 году Ульманис работал на молочной ферме Робертса в качестве обычного рабочего. Парочке других рабочих этого предприятия доставляло удовольствие дразнить серьезного и трудолюбивого иностранца. Это продолжалось в течение долгих недель, пока терпение Ульманиса не лопнуло. В один прекрасный день, когда два насмешника опять издевались над Ульманисом, тот, ни слова не говоря, обхватил каждого из них рукой и отвел к чану с водой, схватил каждого за шевелюру и засунул их головы под воду. Ульманис это делал с таким выражением лица, словно он должен был выполнить какое-то неприятное, но неизбежное задание. Момент спустя, когда ему показалось, что уже можно прекратить это неожиданное купание, он отпустил обоих и, не обращая на них никакого внимания, пошел продолжать прерванную работу. После этого инцидента все работники предприятия относились к Ульманису с уважением».
Семён набрал телефонный номер Усташева.
- Здравствуйте, говорит Семён Фрайман. Когда я был в каунасской синагоге несколько лет назад, мы с вами перекинулись парой-тройкой слов...
- Да, я вас помню. Только в данный момент я не могу говорить: у нас сейчас идет урок по книге "Вайоиль Моше". Позвоните примерно через час. Всего доброго!
«"Вайоиль Моше"?! - возбуждённо думал Семён. - Ведь это же главная книга Сатмарского ребе, Библия религиозного антисионизма. Даже в Израиле нигде, кроме сатмарских синагог, её не изучают. А в Каунасе по ней дают уроки?»
Через час Семён позвонил снова.
- Здравствуйте, теперь вы можете говорить?
- Да.
- Извините за любопытство, а кто у вас преподаёт "Вайоиль Моше"?
- Раввин Курман.
- Курман?! А как он у вас оказался?
- Его пригласил наш главный раввин Кремеров на две недели "гастролирующим" преподавателем Торы.
- А что, Кремеров допускает, чтобы у вас преподавали "Вайоиль Моше"?
- Рав Кремеров, хоть и не одевается, как сатмарский хасид, но придерживается сатмарской идеологии. То же самое - рав Курман.
- Интересно; а ведь они оба начинали как религиозные сионисты. Впрочем, я позвонил, чтобы говорить с вами о другом. Вы знаете, что Кремеров - прозелит?
- Да, я знаю.
- А вы знаете, что, по еврейскому Закону, прозелит не может занимать пост раввина еврейской общины?
- Послушайте, его направили сюда главный раввин Москвы и его люди. Они лучше знают, что можно, а что нельзя. Не суйте свой нос, куда не просят!
- А вы знаете, что гиюр Кремерова более чем сомнительный? А вы знаете, что его жена - гойка? - не отступал Семён.
Костя взорвался.
- Послушай, ты, б*... Да ты кровавое уё*... Да я задушу тебя, гон*... вонючий, фашист! Рав Кремеров разрешил тебе, падла, взять книги из нашей гнизы, и это твоя благодарность?!
