Впереди на расстоянии метров 50 от нас, на дальнем периметре, маячило ещё пять фигур. Мы не понимали, где они — справа или слева, за каким количеством стен. Термостат вообще работал интересно: он улавливал объекты с температурой человеческого тела в радиусе поблизости, в том числе те, которые находились за стенами. А вот через сколько помещений — это надо смотреть в бинокль Демоуса.
Мы в течение минуты наблюдали за передвижением этих пяти фигур. Они сначала шли все вместе, потом рассредоточились. Две фигуры ушли с поля радиуса, три другие передвигались так, что мы поняли, что они приближаются.
— Карамба! Мы потеряли Чёрного Кота, — выругалась я. Потому что те двое, за кем мы наблюдали, вышли из поля радиуса термостата, то есть попали на дальний периметр, ушли дальше, и прибор их не засекал.
— Смотри, эти трое идут вон туда, — показал Пит. Шли они в нашу сторону со стороны правого коридора. Остановились внезапно.
Мы прислушались. Ничего, полная тишина. Они далеко, либо за дверями-стенами. Решение пришло быстро:
— Разделяемся, — распорядилась я. — На твоём термостате я зелёная, на моём зелёный ты — не потеряемся. Нам нужно проверить, что это вообще такое.
— Согласен! Только можно я пойду направо? Мне кажется, что эта девушка... — начал Пит.
— Разумеется, ты пойдёшь направо! Это моя прерогатива ходить налево. Ни пуха, Сыщик.
— Ни пера и ко всем чертям, Сорвиголова! — мы с Питом обменялись коротким дружеским жестом на удачу и разошлись.
Думать, что это тут за аншлаг, некогда. Сюда пришли Чёрный Кот и его девушка, плюс тут бродили пятеро неизвестных. Интересно, это кто-то из них оставил те следы, по которым я сейчас иду?
Следы вскоре обрывались. Снова разветвление направо и налево. Карамба, какие-то лабиринты минотавра! Я решила, что если пойду налево — это будет параллельно тому коридору, по которому мы сюда дошли, а значит — фактически возвращение назад. И я пошла направо.
Стены были из древней каменной кладки. В некоторых местах потолок опасно провисал и кренился, пару раз я становилась на карачки и проползала, стараясь делать это быстро. Что будет, если случится обвал? Мы находились настолько глубоко, что тут и рация могла не работать. Никто не знает, где мы, никто нас не спасёт. Я уже не сомневалась, что мы находились уже не под Домом на набережной, а под другим районом Укосмо. Если не в параллельном мире.
Через несколько минут мне стало казаться, что я ошиблась и сглупила. Что нельзя нам с Питом было размыкаться. Но тут я увидела снова красные точки на термостате. Три с одной стороны и одну с другой. Та, которая с другой, быстро ушла с периметра обзора. Зато те три шли в мою сторону.
Я нашла ещё один коридор, забежала туда, увидела тупик. Тьфу! А я ведь хотела найти такое место, из которого можно понаблюдать за теми тремя. Но те трое вдруг исчезли. Я поняла, что из-за своих суматошных действий убежала далеко, и точки оказались дальше радиуса действия термостата.
Но потом я наткнулась на скелет. Или он на меня. Этот скелет растянулся на полу, посреди его грудной клетки торчало что-то ржавое и острое, вылезшее из продольной дыры-полоски в полу. Чуть далее впереди — решётка, и на ней на шипах подвешен второй скелет. В одном месте решётки виднелся спил, слишком ровный, как по маслу. Обычно такой спил оставляет Нож-Пиранья, но... откуда, как?
Я увидела впереди красную точку, она удалялась. То есть я нагнала кого-то! Обрадованная, я пролезла в месте спила сквозь решётку, и снова наткнулась на тело. На этот раз то не скелет, а мумия. В необычном виде, будто наткнутая на вертел. Сначала я решила, что попала в комнату пыток, но потом осознала, что это система ловушек. По спине пробежал неприятный холодок. Что, если часть этих ловушек всё ещё активирована? И я сама стану такой мумией на вертеле?
Аккуратно рассматривая эти мумии и скелеты, которых встретила потом ещё несколько, я постепенно понимала систему. Я шла по коридору, стены которого не ровны, а сплошь испещрены дырами, продольными щелями, из которых то и дело торчало что-то острое. Вот такая средневековая система безопасности. И никаких камер не надо. Просто идёшь — и тебя пригвождает вертелом к стене на веки вечные.
Пока я рассматривала эти ловушки, упустила из виду термостат. Мне стало попросту не до него, потому что я слышала впереди подозрительный звук — не то скрежет, не то шум и стук механизма. Он то приближался, то удалялся — амплитудно. Да, не все ловушки тут активированы. Я слишком заслушалась этим звуком, и тут меня схватили.
Синтия ни жива ни мертва от страха. Она изо всех сил старалась не показывать ужаса и паники, шла рядом с любимым плечом к плечу. Вчера он немного рассказал ей о цели своей жизни. Синтия поклялась быть верной ему, помогать, идти с ним до конца. Но она до конца ещё пока не осознавала, на что подписалась.
Да, она обожает острые ощущения, но с тех пор как она познакомилась с Чёрным Котом — этих острых ощущений наступил перебор! Сегодня ночью Чёрный Кот позвал её на готический бал. Он долго не говорил, зачем. Посреди Бала Синтия решила, что это такое эксклюзивное и экстравагантное свидание. Пока он вдруг не объявил, что находится в этом доме, чтобы найти и забрать одну вещь.
— Эта вещь позарез нужна моему врагу. Когда она будет у меня — я смогу влиять на него. То есть я буду иметь над ним власть, — ограничился он краткой фразой.
А потом повёл Синтию в эти подземелья.
Её всё время не покидало ощущение, что за ними кто-то наблюдает или идёт по пятам. Темнота, влажность, сырость, толща земли над головой, извилистые коридоры с прогнувшимися потолками, которые вот-вот обвалятся и похоронят их — всё это не прибавляло Синтии позитива. Но она успокаивала себя мыслью, что Чёрный Кот рядом и что он обязательно её защитит. Ещё Синтия поклялась себе не быть ему обузой и при необходимости тоже защитить Чёрного Кота. Один раз у неё это получилось. Она спасла ему жизнь в прошлую ночь.
Чёрный Кот руководствовался своей логикой, знал, куда идти. Хотя временами казалось, что он шёл наугад.
— Это здесь, это где-то здесь.
— А что это за вещь? — ёжась от сырости и страха, спрашивала Синтия.
— Это не важно. Тебя это не должно волновать, это моя забота.
Они уже почти дошли до огромной пещеры, напоминающей помещение под куполом, которое сплошь завалено разным хламом, булыжниками, сталагмитами, всё в буграх, с неровным дном, неровной формы. Этот пещерный зал по размеру был с футбольное поле, и Синтия поняла, что это их цель.
Чёрный Кот внезапно остановил её и потащил назад.
— В чём дело? — замирая, спросила она.
— Там кто-то есть. Побудь пока здесь, я разберусь, — заявил он уверенно, тоном, не допускающим возражений.
Хоть Синтия и упряма и не терпела, когда с ней обращаются как с маленькой девочкой, тем более если это её возлюбленный — она сейчас не посмела возражать. Чёрный Кот завёл ей в один из боковых коридоров и оставил ждать. Сам стремительно исчез, бросив, что сейчас сделает дело, заберёт загадочную "вещь" и вернётся за ней.
Синтия начала думать — а зачем она тут вообще тогда нужна, раз Чёрный Кот, по сути, сделает всё работу. Она начала дуться и возмущаться. Несколько раз она попыталась позвать его. Но её голос эхом отразился от стен, трансформировался в дикий вой, и Синтия перепугалась. Она переполошилась так, что побежала без оглядки в глубину того коридора, где её оставил Чёрный Кот. Ещё она услышала жуткий утробный звук, напоминающий нечеловеческий рык. Этот звук приближался, причём Синтия с ужасом поняла, что это нечто большое и не является человеком. Затряслись стены.
Синтия рванула в ещё один коридор. Кричать и звать на помощь Чёрного Кота она боялась. Но и оставаться здесь тоже — страшно! Что делать?! Синтия побежала дальше. Поворот. Прямо. Направо. Налево. Отдышаться. Ах. Ох.
Через несколько минут Синтия с ещё большим ужасом и паникой осознала, что заблудилась. И тут на неё напали.
Нападавший был рослым дюжим мужчиной с бандитской харей. Он появился перед Синтией как лист перед травой и, размахивая длинноствольным оружием в одной руке, схватил девушку на грани панического шока другой свободной рукой:
— Что это ты тут делаешь, цыпочка, ты потерялась? — коварно спросил он.
Он рванул Синтию так, что она мигом оказалась прижатая к стене. Одной рукой он схватил её за горло, второй перехватил ствол и прижал дуло к её щеке:
— Только пикни — без мозгов останешься. Хотя ты и так без мозгов.
Далее мужчина совершил то, что повергло Синтию в очередную пучину ужаса, кошмара и отчаяния: приблизил свой нос к лицу Синтии, принюхался. Потом облизнулся. Глаза его сверкнули жёлтым:
— Ага... Ты, наверное, вкусная. А я не ужинал сегодня. Босс меня плохо кормит, вот и приходится довольствоваться всяким, что попадётся, — он словно жаловался на жизнь.
— Пожалуйста... отпустите... — выдавила несчастная бедняжка, готовая потерять сознание.
Всплыл в памяти тот жуткий монстр-контролёр, который набросился на неё в автобусе и потом хотел сожрать на руинах. Этот точно из такой же породы!
— Отпустить? Еду? Я что, по-твоему, дурак? Я не дурак, цыпочка, — облизнулся снова мужчина. Его лицо начало искажаться. Утробным, полным предвкушения вкусного ужина голосом, он представился: — Я — Слесарь. А ты — Еда Слесаря!
Неожиданно Синтия услышала странный звук. Потом ещё один. Ещё. И ещё. Что-то, похожее на щелчки. Рука, сжимающая её горло, дёрнулась. Нехотя стала разжиматься. Вторая рука, держащая оружие, разжалась. Ствол упал, и, грохнувшись, вдруг выпустил короткую очередь в потолок. Сверху посыпались камни. Слесарь рухнул наземь. Синтия, получив волю, завизжала что есть мочи и задрожала как осиновый лист.
Через несколько секунд к ней кто-то подошёл. Фигура стройного юноши, роста чуть выше среднего, с тёмными волосами, в очках ночного видения. Он напряжён, сосредоточен, держал на мушке валяющееся тело Слесаря. Пока он не удостоверился, что Слесарь спит и не шевелится, даже не смотрел на Синтию. А потом посмотрел. И узнал её.
— Вот тебе на! Я же говорил, девушка знакомая! Привет, Синтия Грасс. Помнишь меня? — выдохнул он удивлённо и несколько сконфуженно.
Синтия узнала его. Этот юноша спасал её неоднократно. В этого юношу в своё время она была без памяти влюблена. Этого юношу зовут Питер Ривел.
Поняв, что опасность позади, Синтия выдохнула, что-то пролепетала неразборчивое и кинулась Питеру на грудь. Через секунду она сотрясалась в рыданиях в его объятиях. Питер так же сконфуженно, удивлённо и неловко поглаживал её по голове.
— Вот она. Это была она, пахнет так же! Что делаем, босс, свернуть ей шею?
Меня схватило нечто сильное и массивное. Оно держало меня в чрезвычайно мощной стальной хватке, по сравнению с которой боевая хватка моих коллег-напарников — нежное слабое объятие. Я вырывалась как могла, применяла все возможные болевые и боевые приёмы в бою на критической дистанции, но всё в бестолку. Это киборг какой-то!
Пока я пыталась бороться с этим мужланом, меня рассматривали двое других. Один из них — Кот в Сапогах, а второй — почти копия того, кто меня схватил, такая же косая сажень в плечах, бандитская рожа. А ещё он размахивал автоматом. Ему явно не терпелось пустить его в ход. И продырявить меня.
— Какая любопытная экземплярка! — произнёс Кот в Сапогах слащаво, разглядывая меня очень подробно и пристально. — Кондуктор, ты уверен?
— Даю хвост на отсечение, босс, — тут мне показалось, что Кондуктор немного ослабил хватку. Я попыталась этим воспользоваться, извернулась и что было мочи ударила его в коленку.
Обычно после такого удара противники воют благим матом. Но тот лишь икнул, словно в рот попала муха, и перехватил меня слишком больно — так, что матом едва не завыла я:
— Но-но-но, экземплярка, слушайся босса! — зашипел Кондуктор.
— Продырявить её? — спросил третий тип с автоматом и передёрнул затвор.
— Погодь, Перфоратор, она может оказаться полезной нашему боссу. Да что там — она может оказаться полезной нам! Мне, тебе лично, Кондуктору! — Кот в Сапогах сузил глаза и приблизил весьма манерное лицо ко мне: — Ну, на кого работаем, девушка? Не скажем, естественно, да? Сдаётся мне, мы как-то связаны с Чёрным Котом, верно? Ты его напарница? Я прав? А может, ты его любовница?
Я злобно посмотрела на него. Говорить я не могла из-за того, что превозмогала дикую боль. Если я выживу — у меня будет если не сломана рука, то разорваны связки, мышцы и нервы — точно.
— Да, не скажем. Мы не тупицы, — немного разочаровано пропел Кот в Сапогах. — Но я знаю, как тебя разговорить. Пойдёшь с нами сейчас.
Глаза его стали холодными и злыми. Этот холодок и зло передался всему моему нутру. Кот в Сапогах тип далеко не простой и умеет делать неопознанные вещи. Швыряться энергетическими сгустками, например. Против такого даже пулемёт бессилен.
— Зачем она нам, босс? Лишнее лицо. Продырявлю я её рожу — и дело с концом, — пробурчал тот, кого назвали Перфоратором. Он продолжал потрясать автоматом.
— Успеется с этим. У девушки талант, знаешь ли. Она может делаться невидимой даже для Кондуктора. Босс таких ценит. Да что там босс — я таких ценю! Девушка, может, мы с тобой посотрудничаем. Если жизнь тебе дорога. Видишь ли, я приверженец делового подхода, — заулыбался Кот в Сапогах. — Кондуктор, а ну отпусти её. Будешь говорить со мной.
Хватка наконец ослабла. Я выдохнула с облегчением. Первым моим порывом было как следует наподдать этой троице и убежать, а также предупредить Пита, что здесь эти типы. И что они никакие не реконструкторы и ролевики-косплейщики, а натуральные бандиты. Но я сдержалась. Их трое, у них оружие. Кондуктор чертовски силён. Я даже не знаю, кто бы мог быть сильнее его. Когда он меня схватил — я словно оказалась в машине-измельчителе, которая перемалывает мусор.
— Итак, мы тебя отпустили. Помни, что это большая привилегия. Которую ты заслужила, потому что вызвала мой интерес. Если бы не твои магические способности, маленькая ведьмочка, Перфоратор давно бы продырявил тебя по мановению моего мизинца. Ответь для начала на вопрос, как тебя звать?
Я потирала руку, которую мне чуть не оторвали. В голове тупая пустота. Говорить с ними не хотелось. Но внезапно поняла — если они меня схватят, возможно, мне удастся не просто выжить — а узнать что-то о том, кто они такие. И что у них за дела с Чёрным Котом. Я к тому времени окончательно уверилась, что Чёрный Кот — сам бандит, одного с ними поля ягоды, он, возможно, из другой мафиозной группировки. И раз меня приняли за одну из его "подружек" — это надо использовать.
— Звать меня по-хорошему надо. А не по-плохому, — пробурчала я.
— Вы слышали, милки, она у нас бунтарь! Это мне по душе, — усмехнулся Кот в Сапогах. — Знаешь, девушка, я тоже бунтарь! И Кондуктор бунтарь, и Перфоратор — все мы. Не хочешь называть своё имя — это для тебя ещё не самое страшное. Вот когда не захочешь отвечать на наши более серьёзные вопросы — тогда готовься погрузиться в пучину кошмара. И первый серьёзный вопрос: ты одна здесь? Не считая Чёрного Кота, конечно? О том, что он тут — мы прекрасно осведомлены.
— Я не имею никакого отношения к вашему Чёрному Коту, — внезапно разозлилась я. — Разбирайтесь с ним сами и делайте, что хотите. Я тут просто гуляю. Искала туалет и заблудилась.
Мы в течение минуты наблюдали за передвижением этих пяти фигур. Они сначала шли все вместе, потом рассредоточились. Две фигуры ушли с поля радиуса, три другие передвигались так, что мы поняли, что они приближаются.
— Карамба! Мы потеряли Чёрного Кота, — выругалась я. Потому что те двое, за кем мы наблюдали, вышли из поля радиуса термостата, то есть попали на дальний периметр, ушли дальше, и прибор их не засекал.
— Смотри, эти трое идут вон туда, — показал Пит. Шли они в нашу сторону со стороны правого коридора. Остановились внезапно.
Мы прислушались. Ничего, полная тишина. Они далеко, либо за дверями-стенами. Решение пришло быстро:
— Разделяемся, — распорядилась я. — На твоём термостате я зелёная, на моём зелёный ты — не потеряемся. Нам нужно проверить, что это вообще такое.
— Согласен! Только можно я пойду направо? Мне кажется, что эта девушка... — начал Пит.
— Разумеется, ты пойдёшь направо! Это моя прерогатива ходить налево. Ни пуха, Сыщик.
— Ни пера и ко всем чертям, Сорвиголова! — мы с Питом обменялись коротким дружеским жестом на удачу и разошлись.
Думать, что это тут за аншлаг, некогда. Сюда пришли Чёрный Кот и его девушка, плюс тут бродили пятеро неизвестных. Интересно, это кто-то из них оставил те следы, по которым я сейчас иду?
Следы вскоре обрывались. Снова разветвление направо и налево. Карамба, какие-то лабиринты минотавра! Я решила, что если пойду налево — это будет параллельно тому коридору, по которому мы сюда дошли, а значит — фактически возвращение назад. И я пошла направо.
Стены были из древней каменной кладки. В некоторых местах потолок опасно провисал и кренился, пару раз я становилась на карачки и проползала, стараясь делать это быстро. Что будет, если случится обвал? Мы находились настолько глубоко, что тут и рация могла не работать. Никто не знает, где мы, никто нас не спасёт. Я уже не сомневалась, что мы находились уже не под Домом на набережной, а под другим районом Укосмо. Если не в параллельном мире.
Через несколько минут мне стало казаться, что я ошиблась и сглупила. Что нельзя нам с Питом было размыкаться. Но тут я увидела снова красные точки на термостате. Три с одной стороны и одну с другой. Та, которая с другой, быстро ушла с периметра обзора. Зато те три шли в мою сторону.
Я нашла ещё один коридор, забежала туда, увидела тупик. Тьфу! А я ведь хотела найти такое место, из которого можно понаблюдать за теми тремя. Но те трое вдруг исчезли. Я поняла, что из-за своих суматошных действий убежала далеко, и точки оказались дальше радиуса действия термостата.
Но потом я наткнулась на скелет. Или он на меня. Этот скелет растянулся на полу, посреди его грудной клетки торчало что-то ржавое и острое, вылезшее из продольной дыры-полоски в полу. Чуть далее впереди — решётка, и на ней на шипах подвешен второй скелет. В одном месте решётки виднелся спил, слишком ровный, как по маслу. Обычно такой спил оставляет Нож-Пиранья, но... откуда, как?
Я увидела впереди красную точку, она удалялась. То есть я нагнала кого-то! Обрадованная, я пролезла в месте спила сквозь решётку, и снова наткнулась на тело. На этот раз то не скелет, а мумия. В необычном виде, будто наткнутая на вертел. Сначала я решила, что попала в комнату пыток, но потом осознала, что это система ловушек. По спине пробежал неприятный холодок. Что, если часть этих ловушек всё ещё активирована? И я сама стану такой мумией на вертеле?
Аккуратно рассматривая эти мумии и скелеты, которых встретила потом ещё несколько, я постепенно понимала систему. Я шла по коридору, стены которого не ровны, а сплошь испещрены дырами, продольными щелями, из которых то и дело торчало что-то острое. Вот такая средневековая система безопасности. И никаких камер не надо. Просто идёшь — и тебя пригвождает вертелом к стене на веки вечные.
Пока я рассматривала эти ловушки, упустила из виду термостат. Мне стало попросту не до него, потому что я слышала впереди подозрительный звук — не то скрежет, не то шум и стук механизма. Он то приближался, то удалялся — амплитудно. Да, не все ловушки тут активированы. Я слишком заслушалась этим звуком, и тут меня схватили.
***
Синтия ни жива ни мертва от страха. Она изо всех сил старалась не показывать ужаса и паники, шла рядом с любимым плечом к плечу. Вчера он немного рассказал ей о цели своей жизни. Синтия поклялась быть верной ему, помогать, идти с ним до конца. Но она до конца ещё пока не осознавала, на что подписалась.
Да, она обожает острые ощущения, но с тех пор как она познакомилась с Чёрным Котом — этих острых ощущений наступил перебор! Сегодня ночью Чёрный Кот позвал её на готический бал. Он долго не говорил, зачем. Посреди Бала Синтия решила, что это такое эксклюзивное и экстравагантное свидание. Пока он вдруг не объявил, что находится в этом доме, чтобы найти и забрать одну вещь.
— Эта вещь позарез нужна моему врагу. Когда она будет у меня — я смогу влиять на него. То есть я буду иметь над ним власть, — ограничился он краткой фразой.
А потом повёл Синтию в эти подземелья.
Её всё время не покидало ощущение, что за ними кто-то наблюдает или идёт по пятам. Темнота, влажность, сырость, толща земли над головой, извилистые коридоры с прогнувшимися потолками, которые вот-вот обвалятся и похоронят их — всё это не прибавляло Синтии позитива. Но она успокаивала себя мыслью, что Чёрный Кот рядом и что он обязательно её защитит. Ещё Синтия поклялась себе не быть ему обузой и при необходимости тоже защитить Чёрного Кота. Один раз у неё это получилось. Она спасла ему жизнь в прошлую ночь.
Чёрный Кот руководствовался своей логикой, знал, куда идти. Хотя временами казалось, что он шёл наугад.
— Это здесь, это где-то здесь.
— А что это за вещь? — ёжась от сырости и страха, спрашивала Синтия.
— Это не важно. Тебя это не должно волновать, это моя забота.
Они уже почти дошли до огромной пещеры, напоминающей помещение под куполом, которое сплошь завалено разным хламом, булыжниками, сталагмитами, всё в буграх, с неровным дном, неровной формы. Этот пещерный зал по размеру был с футбольное поле, и Синтия поняла, что это их цель.
Чёрный Кот внезапно остановил её и потащил назад.
— В чём дело? — замирая, спросила она.
— Там кто-то есть. Побудь пока здесь, я разберусь, — заявил он уверенно, тоном, не допускающим возражений.
Хоть Синтия и упряма и не терпела, когда с ней обращаются как с маленькой девочкой, тем более если это её возлюбленный — она сейчас не посмела возражать. Чёрный Кот завёл ей в один из боковых коридоров и оставил ждать. Сам стремительно исчез, бросив, что сейчас сделает дело, заберёт загадочную "вещь" и вернётся за ней.
Синтия начала думать — а зачем она тут вообще тогда нужна, раз Чёрный Кот, по сути, сделает всё работу. Она начала дуться и возмущаться. Несколько раз она попыталась позвать его. Но её голос эхом отразился от стен, трансформировался в дикий вой, и Синтия перепугалась. Она переполошилась так, что побежала без оглядки в глубину того коридора, где её оставил Чёрный Кот. Ещё она услышала жуткий утробный звук, напоминающий нечеловеческий рык. Этот звук приближался, причём Синтия с ужасом поняла, что это нечто большое и не является человеком. Затряслись стены.
Синтия рванула в ещё один коридор. Кричать и звать на помощь Чёрного Кота она боялась. Но и оставаться здесь тоже — страшно! Что делать?! Синтия побежала дальше. Поворот. Прямо. Направо. Налево. Отдышаться. Ах. Ох.
Через несколько минут Синтия с ещё большим ужасом и паникой осознала, что заблудилась. И тут на неё напали.
Нападавший был рослым дюжим мужчиной с бандитской харей. Он появился перед Синтией как лист перед травой и, размахивая длинноствольным оружием в одной руке, схватил девушку на грани панического шока другой свободной рукой:
— Что это ты тут делаешь, цыпочка, ты потерялась? — коварно спросил он.
Он рванул Синтию так, что она мигом оказалась прижатая к стене. Одной рукой он схватил её за горло, второй перехватил ствол и прижал дуло к её щеке:
— Только пикни — без мозгов останешься. Хотя ты и так без мозгов.
Далее мужчина совершил то, что повергло Синтию в очередную пучину ужаса, кошмара и отчаяния: приблизил свой нос к лицу Синтии, принюхался. Потом облизнулся. Глаза его сверкнули жёлтым:
— Ага... Ты, наверное, вкусная. А я не ужинал сегодня. Босс меня плохо кормит, вот и приходится довольствоваться всяким, что попадётся, — он словно жаловался на жизнь.
— Пожалуйста... отпустите... — выдавила несчастная бедняжка, готовая потерять сознание.
Всплыл в памяти тот жуткий монстр-контролёр, который набросился на неё в автобусе и потом хотел сожрать на руинах. Этот точно из такой же породы!
— Отпустить? Еду? Я что, по-твоему, дурак? Я не дурак, цыпочка, — облизнулся снова мужчина. Его лицо начало искажаться. Утробным, полным предвкушения вкусного ужина голосом, он представился: — Я — Слесарь. А ты — Еда Слесаря!
Неожиданно Синтия услышала странный звук. Потом ещё один. Ещё. И ещё. Что-то, похожее на щелчки. Рука, сжимающая её горло, дёрнулась. Нехотя стала разжиматься. Вторая рука, держащая оружие, разжалась. Ствол упал, и, грохнувшись, вдруг выпустил короткую очередь в потолок. Сверху посыпались камни. Слесарь рухнул наземь. Синтия, получив волю, завизжала что есть мочи и задрожала как осиновый лист.
Через несколько секунд к ней кто-то подошёл. Фигура стройного юноши, роста чуть выше среднего, с тёмными волосами, в очках ночного видения. Он напряжён, сосредоточен, держал на мушке валяющееся тело Слесаря. Пока он не удостоверился, что Слесарь спит и не шевелится, даже не смотрел на Синтию. А потом посмотрел. И узнал её.
— Вот тебе на! Я же говорил, девушка знакомая! Привет, Синтия Грасс. Помнишь меня? — выдохнул он удивлённо и несколько сконфуженно.
Синтия узнала его. Этот юноша спасал её неоднократно. В этого юношу в своё время она была без памяти влюблена. Этого юношу зовут Питер Ривел.
Поняв, что опасность позади, Синтия выдохнула, что-то пролепетала неразборчивое и кинулась Питеру на грудь. Через секунду она сотрясалась в рыданиях в его объятиях. Питер так же сконфуженно, удивлённо и неловко поглаживал её по голове.
***
— Вот она. Это была она, пахнет так же! Что делаем, босс, свернуть ей шею?
Меня схватило нечто сильное и массивное. Оно держало меня в чрезвычайно мощной стальной хватке, по сравнению с которой боевая хватка моих коллег-напарников — нежное слабое объятие. Я вырывалась как могла, применяла все возможные болевые и боевые приёмы в бою на критической дистанции, но всё в бестолку. Это киборг какой-то!
Пока я пыталась бороться с этим мужланом, меня рассматривали двое других. Один из них — Кот в Сапогах, а второй — почти копия того, кто меня схватил, такая же косая сажень в плечах, бандитская рожа. А ещё он размахивал автоматом. Ему явно не терпелось пустить его в ход. И продырявить меня.
— Какая любопытная экземплярка! — произнёс Кот в Сапогах слащаво, разглядывая меня очень подробно и пристально. — Кондуктор, ты уверен?
— Даю хвост на отсечение, босс, — тут мне показалось, что Кондуктор немного ослабил хватку. Я попыталась этим воспользоваться, извернулась и что было мочи ударила его в коленку.
Обычно после такого удара противники воют благим матом. Но тот лишь икнул, словно в рот попала муха, и перехватил меня слишком больно — так, что матом едва не завыла я:
— Но-но-но, экземплярка, слушайся босса! — зашипел Кондуктор.
— Продырявить её? — спросил третий тип с автоматом и передёрнул затвор.
— Погодь, Перфоратор, она может оказаться полезной нашему боссу. Да что там — она может оказаться полезной нам! Мне, тебе лично, Кондуктору! — Кот в Сапогах сузил глаза и приблизил весьма манерное лицо ко мне: — Ну, на кого работаем, девушка? Не скажем, естественно, да? Сдаётся мне, мы как-то связаны с Чёрным Котом, верно? Ты его напарница? Я прав? А может, ты его любовница?
Я злобно посмотрела на него. Говорить я не могла из-за того, что превозмогала дикую боль. Если я выживу — у меня будет если не сломана рука, то разорваны связки, мышцы и нервы — точно.
— Да, не скажем. Мы не тупицы, — немного разочаровано пропел Кот в Сапогах. — Но я знаю, как тебя разговорить. Пойдёшь с нами сейчас.
Глаза его стали холодными и злыми. Этот холодок и зло передался всему моему нутру. Кот в Сапогах тип далеко не простой и умеет делать неопознанные вещи. Швыряться энергетическими сгустками, например. Против такого даже пулемёт бессилен.
— Зачем она нам, босс? Лишнее лицо. Продырявлю я её рожу — и дело с концом, — пробурчал тот, кого назвали Перфоратором. Он продолжал потрясать автоматом.
— Успеется с этим. У девушки талант, знаешь ли. Она может делаться невидимой даже для Кондуктора. Босс таких ценит. Да что там босс — я таких ценю! Девушка, может, мы с тобой посотрудничаем. Если жизнь тебе дорога. Видишь ли, я приверженец делового подхода, — заулыбался Кот в Сапогах. — Кондуктор, а ну отпусти её. Будешь говорить со мной.
Хватка наконец ослабла. Я выдохнула с облегчением. Первым моим порывом было как следует наподдать этой троице и убежать, а также предупредить Пита, что здесь эти типы. И что они никакие не реконструкторы и ролевики-косплейщики, а натуральные бандиты. Но я сдержалась. Их трое, у них оружие. Кондуктор чертовски силён. Я даже не знаю, кто бы мог быть сильнее его. Когда он меня схватил — я словно оказалась в машине-измельчителе, которая перемалывает мусор.
— Итак, мы тебя отпустили. Помни, что это большая привилегия. Которую ты заслужила, потому что вызвала мой интерес. Если бы не твои магические способности, маленькая ведьмочка, Перфоратор давно бы продырявил тебя по мановению моего мизинца. Ответь для начала на вопрос, как тебя звать?
Я потирала руку, которую мне чуть не оторвали. В голове тупая пустота. Говорить с ними не хотелось. Но внезапно поняла — если они меня схватят, возможно, мне удастся не просто выжить — а узнать что-то о том, кто они такие. И что у них за дела с Чёрным Котом. Я к тому времени окончательно уверилась, что Чёрный Кот — сам бандит, одного с ними поля ягоды, он, возможно, из другой мафиозной группировки. И раз меня приняли за одну из его "подружек" — это надо использовать.
— Звать меня по-хорошему надо. А не по-плохому, — пробурчала я.
— Вы слышали, милки, она у нас бунтарь! Это мне по душе, — усмехнулся Кот в Сапогах. — Знаешь, девушка, я тоже бунтарь! И Кондуктор бунтарь, и Перфоратор — все мы. Не хочешь называть своё имя — это для тебя ещё не самое страшное. Вот когда не захочешь отвечать на наши более серьёзные вопросы — тогда готовься погрузиться в пучину кошмара. И первый серьёзный вопрос: ты одна здесь? Не считая Чёрного Кота, конечно? О том, что он тут — мы прекрасно осведомлены.
— Я не имею никакого отношения к вашему Чёрному Коту, — внезапно разозлилась я. — Разбирайтесь с ним сами и делайте, что хотите. Я тут просто гуляю. Искала туалет и заблудилась.
