Мы теперь охотились за ними, нападали, заставляли их стрелять в нас в тот момент, когда мы были рядом с их товарищами. Скоро мы различили, что у роботов есть несколько типов. Больше всего шалтаев-болтаев и маленьких "стрелялок" на гусеничном ходу. Роботов с клешнями — раз-два и обчёлся. Но когда мы нашли второго такого робота, мы решили по-настоящему развлечься. Так как его снаряды были особенно опасными и разрушающими, мы пустили их на то, чтобы разрушить остальных роботов, а также стены.
Когда в стене образовалась очередная дыра, мы вбежали в неё и снова увидели роботов. За нами по пятам бежала "Клешня", вошедшая в раж и стреляющая во всё без разбору. Мы с Удавом замерли возле шалтаев-болтаев, приготовились отпрыгивать в стороны, как вдруг... Всё затихло, замерло и снова погас свет.
На всякий случай мы перешли в положение лёжа и расползлись по сторонам. Кто знает, что ещё за подлянка? Сердце бешено стучало, в горле почти не оставалось воздуха. Я готова сражаться здесь дальше на пределе сил. И внезапно всё закончилось. Стало тихо и как-то даже не по себе. Потом мы услышали голоса.
— Всё прекратилось? Это правда? Всё закончилось? — это была Джейн. Её голос приближался. — Это какой-то кошмар! Кто-то обязательно должен заплатить!
Там было отчаяние, гнев, страх... Что тут случилось!?
— Я согласен... — усталый голос Пита.
— Ведьма! Сыщик!!! — что было мочи крикнула я. Уже не заботясь, что нас могут услышать роботы.
На этот крик ушли все мои силы. Тело страшно болело и ломило. Ещё горели те места, куда попали выстрелы от "лазеров". Я приподняла только голову, но поняла, что не встану, и снова положила свою черепную коробку на пол.
— Сорвиголова!!! — почти непродолжительного молчания крикнули ребята. — Где ты?
Удав нашёл в себе силы залихватски свистнуть. Мы услышали робкие шаги. Джейн первая нашла меня, легла рядом, крепко сжала руку:
— Я, конечно, понимаю — война, всё такое, подготовка к встрече с инопланетными захватчиками. Но это уже перегиб. Они ранили Джулию! Джулия с нами, она у Пита.
Тут же я услышала обеспокоенный шёпот Сыщика и что Удав ему говорит что-то ободряющее.
— Что?! — испугалась я. — Что с Джулией?
— С ней всё будет в порядке, — откликается Удав.
— В неё попали эти твари! Почти сразу, — объяснил Пит.
Мы с Джейн подползли к ребятам. Зажёгся свет, мы увидели Джулию, которую держал Пит. Агент 002 была бледна. Как Пит и Джейн. Мы с Антонио тоже побледнели.
— Она живая, это главное, — совсем невесело проговорил Антонио. — Видимых ран нет. Болевой шок, наверное, либо сотрясение. Я не патологоанатом...
— Типун тебе на язык! — шикнула Джейн. Антонио, видимо, перепутал слова "патологоанатом" и "врач". — Я проклинаю Круэллу Люциус. Хочу, чтобы её изрешетили в решето. Прямо сейчас.
— Ты знаешь, я это сделаю. За Джулию, — поддержал её Антонио.
Мы с Питом переглянулись, я проговорила:
— Если Джулия ранена — кто-то ещё может быть ранен.
Похоже, эта мысль только что пришла в голову ребятам. Джейн испуганно посмотрела на меня:
— Мы дрались по парам. Нас объединили в троечку, потому что нечётное количество. Но мы не видели остальных, мы не знаем. Я бы хотела запустить сюда Круэллу.
— Вы видели, куда её ранили? Ведьма, ты осматривала её? У кого-нибудь есть вода? — Антонио был всерьёз обеспокоен состоянием Джулии.
Меня растрогало то, как он проявил соучастие и ответственность по отношению к раненой коллеге, маленькой девочке, которую едва знал. Сейчас он бережно держал Джулию на руках, поддерживая голову.
— У тебя есть Вода, — вздохнула Джейн. Ситуация с Джулией сильно расстроила и разозлила её. Я поддерживающе сжимала её руку.
Пит начал объяснять, как он увидел Джулию, когда она уже лежала, а рядом с ней стоял робот. Мы с Джейн слушали рассеянно. Антонио не слышал ничего. Он был поглощён вниманием к Джулии, словно впал в транс. Через несколько секунд Джулия зашевелилась и закашлялась. Джейн первая рванула к нашей маленькой подруге:
— Джу, ты жива! Мы отомстим за тебя, я это так просто не оставлю! — Джейн прижала Джулию к себе, почти вырвав её у Антонио. Это было, наверное, мило.
Джулия проговорила тихо:
— Не надо никому мстить. Не нужно плодить ненависть и войну. Нас готовят не для этого... Хуже, если мы уподобимся нашим врагам. Я сама виновата, была невнимательна.
— Я бы с тобой поспорила, Джу! Они не имели права так с нами поступать! — негодовала Джейн, растерявшись.
— Нас стараются готовить к будущей войне. Как умеют, — мягко возражала Джулия.
— И всё же ставить нас в такие условия — это не честно! Безнравственно!
— На войне нет нравственности...
— И это говоришь ты, Мирный Воин. Джулия, как же так?! У тебя должна быть гордость! Тебя загнали в угол, сделали из тебя жертву, заставили играть по своим правилам. Тебя ранили, ты поплатилась здоровьем. Я считаю, те, кто это сделал, должны быть наказаны! Я заставлю Аманду наказать тех, кто всё это организовал!
— Гистон идёт, — проговорил Пит.
Мы все услышали его свисток. Гистон шёл к нам в сопровождении двух медиков – наших коллег, которых я плохо знала.
— Так, разговорчики. Где раненый агент 002? Забираем.
— Я не ранена. Я просто немного отдохнула, — к Джу вернулось полностью самообладание и чувство собственного достоинства. — И готова продолжать бой.
— Насколько ты, агент 002, готова продолжать бой, решат врачи, — Феликс указал на медиков.
Они подошли к Джулии, затем увели её. Джейн взъелась:
— Что вы тут устроили? Вы хотите угробить нас?
Антонио успокаивающе положил ей руку на плечо:
— Ведьма, все живы, всё нормально.
— Ага, нормально! Это пока! Феликс, отвечай! Это была идея Круэллы, да? С этими дурацкими роботами!
— Агент 005, советую тебе отдохнуть. И подумать над контролем эмоций. Если ты не хочешь лишиться нескольких сотен очков. И ещё. Вам по-прежнему запрещено пересекаться командами. Агент 015, на выход! — Феликс принялся выгонять Удава. Он строго и властно взглянул на 015-го.
Тот успел мне передать:
— В девять.
Я успела кивнуть. Но не успела спросить — парк Аргентум, а где конкретно? И всё-таки почему именно там? Джейн же обиженно развернулась к Феликсу спиной и принялась уходить. Пит устремился за ней, говоря ей что-то успокаивающее.
— Вот что, агент 001, — Феликс многозначительно посмотрел на меня. — Советую тебе готовить вещички на выход. И 015-му тоже. На выход — имеется в виду совсем.
— Да? А что мы такого сделали? — упёрла я руки в боки. Я подозревала, что агент Гистон не особо сейчас серьёзен, но пытается предупредить о чём-то.
— Вы только что разгромили Лабиринт.
— Мы? А мне казалось, это были те пустонабивалки. Можете посмотреть на камеры, там всё видно! — заявила я.
Я собралась уходить. Феликс кашлянул призывно. Я оглянулась. Феликс подошёл ко мне и тихо сказал:
— Не для протокола. Вы молодцы. Я бы представил вас к награде на самом-то деле. Роботы должны были вам мешать, но не должны были открывать огонь. Мы не сразу это просекли, потому что камеры подключили правдивую картинку не сразу. С госпожой Люциус мы поговорим на эту тему.
Теперь Феликс посмотрел на меня уважительно и как на полноправного союзника. Мне стало приятно. Меня принимали всерьёз.
— Отдыхайте. Вы сегодня показали класс.
Я кратко улыбнулась агенту Гистону и отправилась к лестницам. Когда я поднялась, то наткнулась на Круэллу. Она стояла в коридоре минус первого этажа, уперев руки в боки. И ждала, пока я выйду. Её глаза метали молнии. Я на короткий миг остановилась, мы обе замерли. Глаза Круэллы сначала расширились до невообразимых размеров, а потом превратились в две узкие щёлочки:
— Вон. Ты больше не агент ТДВГ. Ты и этот твой мерзкий клептоман! Если я вас обоих увижу тут ещё раз — мало не покажется.
В её голосе — опасный шелест приближающейся пустонабивалки, цоканье ножек шалтая-болтая. Я хотела ей сказать что-то колкое, но воздержалась. Прошмыгнула в сторону дверей, ведущих на верхние этажи.
На верхних этажах я застала не совсем здоровую, мягко говоря, атмосферу. Столкнулась с несколькими агентами-медиками. Увидела старших коллег. Лица их напряжены, растеряны. Будто стряслась беда. Была мысль даже заскочить к Аманде, но всё объяснил Грэнжер. Он встретил меня как раз на пересечении коридора, Рецепции и Антикварной комнаты:
— Вы с 015-м дали, конечно, прикурить! — в его взгляде истинное восхищение.
Я развела руками:
— Нас вынудили. Мы же не могли ждать, пока эти роботы продырявят нас?!
— Да дело не в этом, — Грэнжер жестами показал, чтобы мы с ним выходили и двигались в сторону коридора и улицы. И тихо прояснил ситуацию: — Изначально роботы не должны были стрелять. Они должны были быть мешающим элементом. Круэлла запрограммировала их на боевой режим, не согласовав это ни с кем. А на наши камеры вывела пустые изображения. Мы первые несколько минут понять никак не могли, почему мы никого не видим. Я вообще высказал идею, что вы накануне сговорились, устроили бойкот и попрятались, чтоб дать нам шороху. Так мы думали примерно четверть часа, пока Аманда и агент Стимвитз не догадались связаться с айтишниками. Они перепроверили трансляцию и перевели на вас. Мы были в шоке, когда увидели, что несколько ваших валяются в отрубе, за другими гоняются эти роботы и пытаются убить. А главное — всё управление экзаменационными помещениями, дверями и роботами заблокировано! Айтишникам Аманда приказала отключить роботов. Но Круэлла поменяла код, настройки и пароль доступа к управлению. Им пришлось взламывать всю систему, и у них долго ничего не получалось. Ты можешь себе представить наше замешательство?! Вас фактически мочили у нас на глазах! А в это время вы с агентом Тенбруком почти всех порешили. Когда роботы начали стрелять друг в друга с вашей помощью, система стала давать сбой и отключилась. Сейчас все в шоке, никто не знает, как замять это дело.
— Ну и дела! И что же, Круэлле это с рук сойдёт? Только что она, например, выгнала меня из ТДВГ! — мы с Ренсо дошли до коридора. Я не заметила, как Ренсо уже галантно помог надеть мне курточку.
— Круэлла перегнула палку, с ней будут разборки, вот она и выкаблучивается. Не обращай внимания, Сорвиголова, если тебя уволят из этого ТДВГ — моё ТДВГ в Старе всегда тебе радо! — Ренсо посмотрел на меня так обрадованно, будто только и ждал, что я брошу всё в Укосмо или меня отсюда взаправду уволят, и я смогу помогать в Старе расследовать всякую дичь.
— Я буду иметь это в виду. Если тут будет продолжаться и дальше всякая дичь — с удовольствием приеду расследовать твою, — улыбнулась я. — Ты мне лучше вот что скажи, кто из наших ранен ещё, кроме бедняги Джулии?
— Это очень конфиденциально — то, что я тебе сказал, ты ж понимаешь, — оговорился Грэнжер. — Серьёзно ранены шестеро. Вместе с Джулией. У Спиксона скорее всего будет гипс на ноге, ещё трое ребят из Знака Вопроса временно выпали из строя — я, к сожалению, позабыл их имена, ну и хорошенько так Орсу досталось.
— Ужас. У меня нет слов! Наша База разваливается по частям, — выдохнула я.
— Прорвёмся. Препятствия закаляют, — улыбнулся Грэнжер, ибо он оптимист.
Наша База всегда была оплотом надёжности. Мы могли прийти сюда и получить поддержку. А как только началось Большое Глазное Собрание и все эти экзамены — мир с цепи сорвался. Несогласованность действий, бюрократия, сплошной дурдом. Словно кто-то пытался разрушить Базу изнутри, пустить корни недоверия, ненависти, заставить всех нервничать, испытывать страх, боль, гнев. Да что там — кто-то! Ясно, кто — Круэлла Люциус. Ром говорил о каких-то трёх членах верховного Жюри, но кроме Круэллы мы никого не видели больше. Они всё время оставались в тени. Я стала подозревать, что Круэлла лишь "пешка".
Мы разучились слышать и понимать друг друга. Вот что было обиднее всего. Джейн стала обидчивой, скрытной, огрызающейся по пустякам. Джулия наоборот — мягкой и гиперответственной. Пит весь в любовном бреду. Ром растерянный и уставший, переживает за всё, ничего толком не успевает, и в итоге его подопечные брошены. Одно радует — мы помирились с Антонио.
Зимний вечер возле парка Аргентум встретил меня лёгкой метелицей. Люблю снег. Он падал на шапку, на куртку, был мягким и пушистым. Когда идёт такой густой снег, в мире вокруг становится спокойнее, тише. Всё замирает, потому что ждёт некоего чуда, сказки. Многие сказки начинались как раз такими волшебными снежными вечерами.
Это небольшой парк, с двумя прудами. В одном из них правда нашли труп год назад. Мы с ребятами из Великолепной Шестёрки расследовали тогда дело о чёрном колдуне Снайксе.
Удав появился из ниоткуда, когда я смотрела на опушку парка, стоя у небольшой оградки и вспоминала расследование. Глядя на этот зимний вечер, я осознала, что устала и что неплохо бы отдохнуть.
— Покажешь мне тот пруд, где труп нашли? — Удав выглядел весело и бодро.
Весь его вид настраивал на шалости. Он отличный друг. С ним я готова к любым спецзаданиям и не только к спецзаданиям — к приключениям в принципе. Да, сейчас его вид повышал мне настроение. А почему бы не превратить нашу очную ставку в свидание? Нестандартное свидание.
— Покажу, только не думаю, что искать там ещё один труп — отличная идея. Пусть его ищут наши бывшие начальники! — я довольно подставила лицо снегу.
— Бывшие?
— Нас же уволили часа три назад. За то, что мы разгромили Лабиринт.
— Ну, знаешь ли, я просто так сдаваться не намерен. Я вытащил тебя сюда, чтобы поговорить конфиденциально. Мне нужно завершить свою миссию. За которой меня сюда послали. Если ты, конечно, поможешь мне. Учитывая твой опыт и послужной список.
Удав заговорил слишком по-деловому. Заважничал. Мой намёк про то, что мы уволены и можем тут заняться в парке совершенно посторонними, не относящимися к работе делами, он проигнорировал. А я бы хотела поговорить с ним совсем не о работе. А может и не поговорить, а просто походить в тишине, гулять по городу всю ночь.
— Конечно, я помогу тебе, — я тоже напустила на себя деловой важный вид. И добавила мягче: — Тем более, я у тебя в долгу. За дело Платтеров.
— Нет, — покачал он головой. — Это я у тебя в долгу. За то, что ты дала мне шанс попасть к вам. Если меня уволят — а это наверняка произойдёт со дня на день — я всё равно сделаю всё, чтобы та единственная миссия была хоть как-то выполнена.
В его голосе теперь слышалась неподдельная грусть, сожаление. Лицо его изменилось. Весёлость и бесшабашность были маской. Теперь Удав стал напряжён, глаза опустились.
— Та-а-ак, пошли вылавливать труп из пруда, — я хлопнула его по плечу и отправилась вглубь парка. Удав пошёл за мной, теперь не очень бодро, а еле передвигая ноги.
Словно он до последнего держался таким вот бравым парнем, а сейчас уже невмоготу. И то, что у него на душе, груз, камень, прорывались наружу.
Пруд имел небольшую набережную, круговую, по которой часто гуляли люди с собаками и бегали спортсмены. Сейчас, в девять часов вечера в феврале, здесь никто не бегал и не гулял. Мы начали делать наш первый круг, пошли небыстро.
— Рассказывай.
— Я провалил миссию, — выдохнул Удав после незначительной паузы.
— Что-что? Ты имеешь в виду, что ты разгромил Лабиринт? — поглядела я на него скептически.
— Нет, я имею в виду то, что я имею в виду, — он насупился. Но я же не специально была такой непонятливой!? Кто его знает, что он имеет в виду?
Когда в стене образовалась очередная дыра, мы вбежали в неё и снова увидели роботов. За нами по пятам бежала "Клешня", вошедшая в раж и стреляющая во всё без разбору. Мы с Удавом замерли возле шалтаев-болтаев, приготовились отпрыгивать в стороны, как вдруг... Всё затихло, замерло и снова погас свет.
На всякий случай мы перешли в положение лёжа и расползлись по сторонам. Кто знает, что ещё за подлянка? Сердце бешено стучало, в горле почти не оставалось воздуха. Я готова сражаться здесь дальше на пределе сил. И внезапно всё закончилось. Стало тихо и как-то даже не по себе. Потом мы услышали голоса.
— Всё прекратилось? Это правда? Всё закончилось? — это была Джейн. Её голос приближался. — Это какой-то кошмар! Кто-то обязательно должен заплатить!
Там было отчаяние, гнев, страх... Что тут случилось!?
— Я согласен... — усталый голос Пита.
— Ведьма! Сыщик!!! — что было мочи крикнула я. Уже не заботясь, что нас могут услышать роботы.
На этот крик ушли все мои силы. Тело страшно болело и ломило. Ещё горели те места, куда попали выстрелы от "лазеров". Я приподняла только голову, но поняла, что не встану, и снова положила свою черепную коробку на пол.
— Сорвиголова!!! — почти непродолжительного молчания крикнули ребята. — Где ты?
Удав нашёл в себе силы залихватски свистнуть. Мы услышали робкие шаги. Джейн первая нашла меня, легла рядом, крепко сжала руку:
— Я, конечно, понимаю — война, всё такое, подготовка к встрече с инопланетными захватчиками. Но это уже перегиб. Они ранили Джулию! Джулия с нами, она у Пита.
Тут же я услышала обеспокоенный шёпот Сыщика и что Удав ему говорит что-то ободряющее.
— Что?! — испугалась я. — Что с Джулией?
— С ней всё будет в порядке, — откликается Удав.
— В неё попали эти твари! Почти сразу, — объяснил Пит.
Мы с Джейн подползли к ребятам. Зажёгся свет, мы увидели Джулию, которую держал Пит. Агент 002 была бледна. Как Пит и Джейн. Мы с Антонио тоже побледнели.
— Она живая, это главное, — совсем невесело проговорил Антонио. — Видимых ран нет. Болевой шок, наверное, либо сотрясение. Я не патологоанатом...
— Типун тебе на язык! — шикнула Джейн. Антонио, видимо, перепутал слова "патологоанатом" и "врач". — Я проклинаю Круэллу Люциус. Хочу, чтобы её изрешетили в решето. Прямо сейчас.
— Ты знаешь, я это сделаю. За Джулию, — поддержал её Антонио.
Мы с Питом переглянулись, я проговорила:
— Если Джулия ранена — кто-то ещё может быть ранен.
Похоже, эта мысль только что пришла в голову ребятам. Джейн испуганно посмотрела на меня:
— Мы дрались по парам. Нас объединили в троечку, потому что нечётное количество. Но мы не видели остальных, мы не знаем. Я бы хотела запустить сюда Круэллу.
— Вы видели, куда её ранили? Ведьма, ты осматривала её? У кого-нибудь есть вода? — Антонио был всерьёз обеспокоен состоянием Джулии.
Меня растрогало то, как он проявил соучастие и ответственность по отношению к раненой коллеге, маленькой девочке, которую едва знал. Сейчас он бережно держал Джулию на руках, поддерживая голову.
— У тебя есть Вода, — вздохнула Джейн. Ситуация с Джулией сильно расстроила и разозлила её. Я поддерживающе сжимала её руку.
Пит начал объяснять, как он увидел Джулию, когда она уже лежала, а рядом с ней стоял робот. Мы с Джейн слушали рассеянно. Антонио не слышал ничего. Он был поглощён вниманием к Джулии, словно впал в транс. Через несколько секунд Джулия зашевелилась и закашлялась. Джейн первая рванула к нашей маленькой подруге:
— Джу, ты жива! Мы отомстим за тебя, я это так просто не оставлю! — Джейн прижала Джулию к себе, почти вырвав её у Антонио. Это было, наверное, мило.
Джулия проговорила тихо:
— Не надо никому мстить. Не нужно плодить ненависть и войну. Нас готовят не для этого... Хуже, если мы уподобимся нашим врагам. Я сама виновата, была невнимательна.
— Я бы с тобой поспорила, Джу! Они не имели права так с нами поступать! — негодовала Джейн, растерявшись.
— Нас стараются готовить к будущей войне. Как умеют, — мягко возражала Джулия.
— И всё же ставить нас в такие условия — это не честно! Безнравственно!
— На войне нет нравственности...
— И это говоришь ты, Мирный Воин. Джулия, как же так?! У тебя должна быть гордость! Тебя загнали в угол, сделали из тебя жертву, заставили играть по своим правилам. Тебя ранили, ты поплатилась здоровьем. Я считаю, те, кто это сделал, должны быть наказаны! Я заставлю Аманду наказать тех, кто всё это организовал!
— Гистон идёт, — проговорил Пит.
Мы все услышали его свисток. Гистон шёл к нам в сопровождении двух медиков – наших коллег, которых я плохо знала.
— Так, разговорчики. Где раненый агент 002? Забираем.
— Я не ранена. Я просто немного отдохнула, — к Джу вернулось полностью самообладание и чувство собственного достоинства. — И готова продолжать бой.
— Насколько ты, агент 002, готова продолжать бой, решат врачи, — Феликс указал на медиков.
Они подошли к Джулии, затем увели её. Джейн взъелась:
— Что вы тут устроили? Вы хотите угробить нас?
Антонио успокаивающе положил ей руку на плечо:
— Ведьма, все живы, всё нормально.
— Ага, нормально! Это пока! Феликс, отвечай! Это была идея Круэллы, да? С этими дурацкими роботами!
— Агент 005, советую тебе отдохнуть. И подумать над контролем эмоций. Если ты не хочешь лишиться нескольких сотен очков. И ещё. Вам по-прежнему запрещено пересекаться командами. Агент 015, на выход! — Феликс принялся выгонять Удава. Он строго и властно взглянул на 015-го.
Тот успел мне передать:
— В девять.
Я успела кивнуть. Но не успела спросить — парк Аргентум, а где конкретно? И всё-таки почему именно там? Джейн же обиженно развернулась к Феликсу спиной и принялась уходить. Пит устремился за ней, говоря ей что-то успокаивающее.
— Вот что, агент 001, — Феликс многозначительно посмотрел на меня. — Советую тебе готовить вещички на выход. И 015-му тоже. На выход — имеется в виду совсем.
— Да? А что мы такого сделали? — упёрла я руки в боки. Я подозревала, что агент Гистон не особо сейчас серьёзен, но пытается предупредить о чём-то.
— Вы только что разгромили Лабиринт.
— Мы? А мне казалось, это были те пустонабивалки. Можете посмотреть на камеры, там всё видно! — заявила я.
Я собралась уходить. Феликс кашлянул призывно. Я оглянулась. Феликс подошёл ко мне и тихо сказал:
— Не для протокола. Вы молодцы. Я бы представил вас к награде на самом-то деле. Роботы должны были вам мешать, но не должны были открывать огонь. Мы не сразу это просекли, потому что камеры подключили правдивую картинку не сразу. С госпожой Люциус мы поговорим на эту тему.
Теперь Феликс посмотрел на меня уважительно и как на полноправного союзника. Мне стало приятно. Меня принимали всерьёз.
— Отдыхайте. Вы сегодня показали класс.
Я кратко улыбнулась агенту Гистону и отправилась к лестницам. Когда я поднялась, то наткнулась на Круэллу. Она стояла в коридоре минус первого этажа, уперев руки в боки. И ждала, пока я выйду. Её глаза метали молнии. Я на короткий миг остановилась, мы обе замерли. Глаза Круэллы сначала расширились до невообразимых размеров, а потом превратились в две узкие щёлочки:
— Вон. Ты больше не агент ТДВГ. Ты и этот твой мерзкий клептоман! Если я вас обоих увижу тут ещё раз — мало не покажется.
В её голосе — опасный шелест приближающейся пустонабивалки, цоканье ножек шалтая-болтая. Я хотела ей сказать что-то колкое, но воздержалась. Прошмыгнула в сторону дверей, ведущих на верхние этажи.
На верхних этажах я застала не совсем здоровую, мягко говоря, атмосферу. Столкнулась с несколькими агентами-медиками. Увидела старших коллег. Лица их напряжены, растеряны. Будто стряслась беда. Была мысль даже заскочить к Аманде, но всё объяснил Грэнжер. Он встретил меня как раз на пересечении коридора, Рецепции и Антикварной комнаты:
— Вы с 015-м дали, конечно, прикурить! — в его взгляде истинное восхищение.
Я развела руками:
— Нас вынудили. Мы же не могли ждать, пока эти роботы продырявят нас?!
— Да дело не в этом, — Грэнжер жестами показал, чтобы мы с ним выходили и двигались в сторону коридора и улицы. И тихо прояснил ситуацию: — Изначально роботы не должны были стрелять. Они должны были быть мешающим элементом. Круэлла запрограммировала их на боевой режим, не согласовав это ни с кем. А на наши камеры вывела пустые изображения. Мы первые несколько минут понять никак не могли, почему мы никого не видим. Я вообще высказал идею, что вы накануне сговорились, устроили бойкот и попрятались, чтоб дать нам шороху. Так мы думали примерно четверть часа, пока Аманда и агент Стимвитз не догадались связаться с айтишниками. Они перепроверили трансляцию и перевели на вас. Мы были в шоке, когда увидели, что несколько ваших валяются в отрубе, за другими гоняются эти роботы и пытаются убить. А главное — всё управление экзаменационными помещениями, дверями и роботами заблокировано! Айтишникам Аманда приказала отключить роботов. Но Круэлла поменяла код, настройки и пароль доступа к управлению. Им пришлось взламывать всю систему, и у них долго ничего не получалось. Ты можешь себе представить наше замешательство?! Вас фактически мочили у нас на глазах! А в это время вы с агентом Тенбруком почти всех порешили. Когда роботы начали стрелять друг в друга с вашей помощью, система стала давать сбой и отключилась. Сейчас все в шоке, никто не знает, как замять это дело.
— Ну и дела! И что же, Круэлле это с рук сойдёт? Только что она, например, выгнала меня из ТДВГ! — мы с Ренсо дошли до коридора. Я не заметила, как Ренсо уже галантно помог надеть мне курточку.
— Круэлла перегнула палку, с ней будут разборки, вот она и выкаблучивается. Не обращай внимания, Сорвиголова, если тебя уволят из этого ТДВГ — моё ТДВГ в Старе всегда тебе радо! — Ренсо посмотрел на меня так обрадованно, будто только и ждал, что я брошу всё в Укосмо или меня отсюда взаправду уволят, и я смогу помогать в Старе расследовать всякую дичь.
— Я буду иметь это в виду. Если тут будет продолжаться и дальше всякая дичь — с удовольствием приеду расследовать твою, — улыбнулась я. — Ты мне лучше вот что скажи, кто из наших ранен ещё, кроме бедняги Джулии?
— Это очень конфиденциально — то, что я тебе сказал, ты ж понимаешь, — оговорился Грэнжер. — Серьёзно ранены шестеро. Вместе с Джулией. У Спиксона скорее всего будет гипс на ноге, ещё трое ребят из Знака Вопроса временно выпали из строя — я, к сожалению, позабыл их имена, ну и хорошенько так Орсу досталось.
— Ужас. У меня нет слов! Наша База разваливается по частям, — выдохнула я.
— Прорвёмся. Препятствия закаляют, — улыбнулся Грэнжер, ибо он оптимист.
Наша База всегда была оплотом надёжности. Мы могли прийти сюда и получить поддержку. А как только началось Большое Глазное Собрание и все эти экзамены — мир с цепи сорвался. Несогласованность действий, бюрократия, сплошной дурдом. Словно кто-то пытался разрушить Базу изнутри, пустить корни недоверия, ненависти, заставить всех нервничать, испытывать страх, боль, гнев. Да что там — кто-то! Ясно, кто — Круэлла Люциус. Ром говорил о каких-то трёх членах верховного Жюри, но кроме Круэллы мы никого не видели больше. Они всё время оставались в тени. Я стала подозревать, что Круэлла лишь "пешка".
Мы разучились слышать и понимать друг друга. Вот что было обиднее всего. Джейн стала обидчивой, скрытной, огрызающейся по пустякам. Джулия наоборот — мягкой и гиперответственной. Пит весь в любовном бреду. Ром растерянный и уставший, переживает за всё, ничего толком не успевает, и в итоге его подопечные брошены. Одно радует — мы помирились с Антонио.
Зимний вечер возле парка Аргентум встретил меня лёгкой метелицей. Люблю снег. Он падал на шапку, на куртку, был мягким и пушистым. Когда идёт такой густой снег, в мире вокруг становится спокойнее, тише. Всё замирает, потому что ждёт некоего чуда, сказки. Многие сказки начинались как раз такими волшебными снежными вечерами.
Это небольшой парк, с двумя прудами. В одном из них правда нашли труп год назад. Мы с ребятами из Великолепной Шестёрки расследовали тогда дело о чёрном колдуне Снайксе.
Удав появился из ниоткуда, когда я смотрела на опушку парка, стоя у небольшой оградки и вспоминала расследование. Глядя на этот зимний вечер, я осознала, что устала и что неплохо бы отдохнуть.
— Покажешь мне тот пруд, где труп нашли? — Удав выглядел весело и бодро.
Весь его вид настраивал на шалости. Он отличный друг. С ним я готова к любым спецзаданиям и не только к спецзаданиям — к приключениям в принципе. Да, сейчас его вид повышал мне настроение. А почему бы не превратить нашу очную ставку в свидание? Нестандартное свидание.
— Покажу, только не думаю, что искать там ещё один труп — отличная идея. Пусть его ищут наши бывшие начальники! — я довольно подставила лицо снегу.
— Бывшие?
— Нас же уволили часа три назад. За то, что мы разгромили Лабиринт.
— Ну, знаешь ли, я просто так сдаваться не намерен. Я вытащил тебя сюда, чтобы поговорить конфиденциально. Мне нужно завершить свою миссию. За которой меня сюда послали. Если ты, конечно, поможешь мне. Учитывая твой опыт и послужной список.
Удав заговорил слишком по-деловому. Заважничал. Мой намёк про то, что мы уволены и можем тут заняться в парке совершенно посторонними, не относящимися к работе делами, он проигнорировал. А я бы хотела поговорить с ним совсем не о работе. А может и не поговорить, а просто походить в тишине, гулять по городу всю ночь.
— Конечно, я помогу тебе, — я тоже напустила на себя деловой важный вид. И добавила мягче: — Тем более, я у тебя в долгу. За дело Платтеров.
— Нет, — покачал он головой. — Это я у тебя в долгу. За то, что ты дала мне шанс попасть к вам. Если меня уволят — а это наверняка произойдёт со дня на день — я всё равно сделаю всё, чтобы та единственная миссия была хоть как-то выполнена.
В его голосе теперь слышалась неподдельная грусть, сожаление. Лицо его изменилось. Весёлость и бесшабашность были маской. Теперь Удав стал напряжён, глаза опустились.
— Та-а-ак, пошли вылавливать труп из пруда, — я хлопнула его по плечу и отправилась вглубь парка. Удав пошёл за мной, теперь не очень бодро, а еле передвигая ноги.
Словно он до последнего держался таким вот бравым парнем, а сейчас уже невмоготу. И то, что у него на душе, груз, камень, прорывались наружу.
Пруд имел небольшую набережную, круговую, по которой часто гуляли люди с собаками и бегали спортсмены. Сейчас, в девять часов вечера в феврале, здесь никто не бегал и не гулял. Мы начали делать наш первый круг, пошли небыстро.
— Рассказывай.
— Я провалил миссию, — выдохнул Удав после незначительной паузы.
— Что-что? Ты имеешь в виду, что ты разгромил Лабиринт? — поглядела я на него скептически.
— Нет, я имею в виду то, что я имею в виду, — он насупился. Но я же не специально была такой непонятливой!? Кто его знает, что он имеет в виду?
