Она не уставала отвечать на вопросы, коими её завалили покупатели. Кролик произвёл на всех умилительное впечатление. Все гладили его, фотографировались, а кролику хоть бы хны. Похоже, он цирковой, дрессированный, привык к такому бешеному количеству народа. Либо его предварительно чем-то накормили, валерьянкой, например.
Маски мелькали, официант, подговоренный Альбертом ухаживать за мной, тоже мелькал и приносил угощение. Кажется, я незаметно для себя на автомате выпила аж три бокала шампанского! Это необычно, учитывая, что я в принципе не любитель алкоголя. Я видела периодически тех, кого определила как наших коллег. Мэтт в маске белого зайца и в белом костюме неоднократно проходил мимо меня, но не подавал виду, что меня знает.
Со мной иногда кто-то общался. Люди подходили, улыбались, говорили о том, что такая чудесная ночь. Все в восхищении. Приглушённый свет, музыка, маски, цветы, весна, кролик Джейн. Остара в самом разгаре. Время уже далеко за полночь.
Ан, нет. Только лишь начало первого. Как медленно движется время. Словно особняк Альберта находится на перепутье миров и эпох. Мне не то что бы скучно, просто я разомлела от шампанского, и хотелось веселиться со всеми, забыть о миссии, а не торчать тут возле горгульи. Я с трудом одёргивала себя. Нельзя отойти, я подведу коллег, подведу Эллен, мы упустим этого маньяка!
Да где же он? Из тех людей, кто ко мне подходил, никто не похож на маньяка. А может, среди них и был тот, кого мы ловим, но он догадался, что я не та, за кого себя выдаю? Поскорее бы он пришёл. А если не придёт?
Я посмотрела снизу вверх на могучую страшную горгулью. Она была моим боевым товарищем сегодня. Я мысленно обратилась к ней:
«Как думаешь, скоро или не скоро?»
Мой боевой товарищ промолчал. Я услышала рядом разговор каких-то девушек:
— Короля и королеву бала ещё не выбрали?
— Нет, их будут выбирать, когда Альберт выпустит на сцену спецгостей.
— А кто эти спецгости?
— О, Альберт говорит, что это будут очень крутые музыканты. И артисты. Что будет спектакль, посвящённый победе светлых сил весны над тёмными.
Да ведь они, карамба, обсуждают наш спектакль, нашу постановку!
Я с беспокойством стала высматривать коллег. Если мы тут будем долго медлить, Пол и Эллен так и не попадут на эту вечеринку. Неужели наш план обречён на провал? Между тем интересный разговор в двух шагах от меня продолжался:
— А как будут выбирать короля и королеву бала?
— Альберт хранит интригу. Говорит, это будет самая красивая и самая загадочная пара гостей этого вечера. Что они станцуют для всех танец Остары. И начнётся этот спектакль. Король будет олицетворять силы тьмы, Зимы, которая уходит, а королева — будет Остарой, воплощением Весны.
— Вот это да! О, давай посмотрим обереги. Здесь торгует профессиональная ведьма! Интересно, её волосы по-настоящему рыжие, или у неё парик?
Ну, девушка, ты даёшь! Хорошо, что Джейн тебя не слышит. За свои роскошные рыжие волосы и за то, что ты обозвала их париком, она выцарапает тебе глаза и как пить дать натравит этого бойцовского кролика. Я улыбнулась. Балаболки отправились к Джейн. Что ж, скучать ей не дадут!
Повернула голову, увидела Рома и Пита. На сцене как раз сменялись музыканты.
— Хлеба и зрелищ! — весело произнёс Ром.
— Ась? — спросила я.
— Это гимн сегодняшней ночи и сегодняшнего празднества. Хлеба и зрелищ! — повторил Ром с чувством.
— Да, зрелищ хоть отбавляй, — согласилась я.
— Да и хлебом тоже не обделили, — подмигнул Пит, энергично поглощая канапе с большой тарелки.
Потом он протянул тарелку мне, я взяла и съела несколько штук.
— Весна — пора изобилия. Весной всегда много хлеба и зрелищ, — добавил Ром.
— Это уж точно.
— Скоро ваш выход, — подсказал Ром. — Альберт говорит, что сейчас выступит вот эта группа, потом ещё одна, потом он делает небольшой антракт, а потом — ваш спектакль. Для меня было несколько неожиданно, когда он решил ваш спектакль сделать квинтэссенцией Весеннего Маскарада.
— Вот это да! Это неожиданно и для нас, — поразилась я. — Ром, ты подменишь Пола в партии светлых сил весны?
— Видимо, придётся, если он не успеет сюда приехать. Тогда это будет уже не ваш, а наш спектакль, — поправился коллега.
— Спектакль — это ещё громко сказано, — подметил Пит. — Сначала мы с Клот споём две песни под фортепьяно, потом споёт или станцует Джейн.
— Ваших песен Альберт как раз и ждёт.
— А мы тут кое-кого тоже ждём, — напомнила я о миссии. — Только он, похоже, уже не придёт…
— Посмотрим ещё. Время есть. Если во время выступления этой группы он не появится, значит, наш план провалился. И мы вызываем сюда Пола и Эллен, так Мэтт просил передать, — подсказал Ром.
— Ясно. Я так и подумала, — вздохнула я.
— Не грусти! В конце концов, мы своё тут урвём, — Ром похлопал меня по плечу.
Я начала себя чувствовать опростоволосившейся ослицей. Это же моя идея — упросить коллег переодеть себя в Эллен, и ловить этого типа на живца. Уже и дураку понятно, что он не придёт.
Ром и Пит как назло отошли от меня в этот самый момент — а мне хотелось обсудить с ними создавшееся положение. Музыканты на сцене заиграли. Группа, не известная мне. Песня такая оказалась тихая, вкрадчивая. Певец запел, и песня с первых слов меня поразила.
Есть разные грани у Тьмы:
Тьма — это тайный запрет.
Тьма — это власть Зимы,
Это тусклый таинственный свет.
Тьма — загадка и ночь,
Тьма — вечерний туман.
Тьма — это когда не в мочь
Обойти манящий обман…
Не загадочно-эзотерическое содержание песни поразило меня. А совпадение с тем, что эта песня относилась к тем тёмным силам, которые будем вскоре олицетворять мы с Питом. И ещё такое удивительное совпадение, что эту песню я знала. Точнее, узнала недавно, благодаря сборнику, подаренному мне моей музыкальной учительницей. Эта песня там тоже была, называлась «Грани Тьмы», и автор был тот же, что написал «Красивую Смерть». Бывает же такое!
Тьма — это кровь на клинке,
Тьма — это блеск свечи.
Тьма — это тень на песке,
Тьма с оскалом молчит…
Тьма — дорога мерцающих глаз
Средь дремучих хищных лесов.
Тьма — в пещеру подземную лаз,
Тьма — победа меж диких боёв…
Так пели певцы. Вот это класс! Я заслушалась песню. Она вся целиком входила мне в душу, затрагивала личные укромные тёмные уголки. Освещение в зале стало ещё более приглушённым. Кто-то уже покачивался в такт песне с зажигалкой в руках. Какие музыканты молодцы, так круто играют! И песня малоизвестная, не заезженная, поэтому звучит как настоящий эксклюзив!
Моё настроение улучшалось, и я уже не переживала по поводу провала. Сейчас дослушаю эту песню, и буду уже решать, что делать. Буду придумывать. Подзову Мэтта и посоветуюсь с ним.
Поглощает она тебя вглубь,
И препятствовать не можешь ей ты.
На добычу наточит зуб —
Так коварны её мечты!
Повинуйся приказу Тьмы,
Обрати внутрь неё свой взгляд.
Вырвись прочь из оков тюрьмы,
Выпей сладкий восхитительный яд!..
Припев мне уже захотелось петь хором с музыкантами. Я так и сделала. Подпевала я тихо, стоя в тени горгульи. А потом был проигрыш.
— Класс! — произнесла я, широко улыбаясь и обращаясь ни к кому.
И тут…
Я услышала совсем рядом с собой…
Знакомый голос!!!
Голос пожелал:
— Хлеба и зрелищ тебе, королева.
Вкрадчивый хриплый голос, в котором звучало лукавство, покровительство, поучительные нотки, но при этом голос хотелось слушать. Что меня более всего потрясло — это сам факт нахождения здесь и сейчас обладателя этого голоса. Я повернула голову и увидела его рядом с собой. На нём цилиндр, как и всегда. Длинный чёрный плащ загадочно облегал фигуру. Облик дополняли длинные чёрные как смоль волосы. Под плащом виднелся сюртук старинного покроя. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел, как поют музыканты. А я вовсю рассматривала его. Он высокого роста, поэтому мне пришлось основательно так изогнуть и задрать голову.
Что он тут делает? Я не сразу сообразила, что надо ответить:
— И тебе того же.
Я сглотнула. Не поворачивая на меня головы, он спросил:
— И где же твоя сестра?
Я растерялась:
— К…какая сестра… Э… Клот? — чуть не выдала я себя, точнее, я понятия в тот момент не имела, роль кого мне играть — Эллен или Клот? Ведь он вроде как мой старый знакомый, жизнь мне спас и выручил из беды, значит — друг, а я не предупреждала его, что я переоденусь в свою сестру и что мы тут ловим маньяка!
Вообще, жутко неожиданная ситуация. По-весеннему неожиданная!
— Клот стоит тут же. Где же Эллен Харви? — чуть насмешливо спросил он и медленно повернул голову на меня.
Значит, он про Эллен знает. И меня узнал. Я тут же выдохнула с облегчением. Не придётся скрывать теперь, что я — не я! Ко мне вернулась прежняя невозмутимость. И я обрадовалась, что вижу его здесь снова. Ведь я даже не надеялась на эту встречу! Я улыбнулась и спросила, вопросом на вопрос:
— Ты ведь не только Паук, верно?
— Меня зовут Линсо Паук, — ответил он.
Линсо Паук. Где-то я это уже слышала. Я стала думать. Соображать, усиленно шевелить мозгами. И пока я шевелила мозгами — он окончательно меня добил:
— А ещё меня называют Хэйес. Точнее, я сам себя так называю.
Песню я, конечно же, в упор не слышала. Я посмотрела на Линсо Паука Хэйеса и захлопала глазами.
Линсо Паук, Хэйес. И это я тоже слышала! А он усмехался. Его глаза, такие тёмные и такие весёлые, смотрели на меня и видели меня всю.
— Э… и ты пришёл, чтобы… — начала я свой вопрос и снова растерялась и затормозила.
— Чтобы сказать тебе, что тебе этот костюм совсем не идёт! — весело заявил Паук. — Зачем ты надела маску своей сестры?
— Спасибо за критику, — проговорила я. И прошипела: — Это необходимо мне.
— Думаешь? И кого ты хотела обмануть?
— Э… ну… того, кто… кто нападёт на Эллен...
И тут у меня перед глазами всё начало медленно плыть. Почва уходила из-под ног. Я поняла, что только что сказала полную чушь, бред и ахинею. Точнее, до меня допёрло обо всём в тот момент, когда я даже не подозревала, что до меня может допереть.
— Это навряд ли, — слегка покачал головой Паук. — Таким Весенним Маскарадом меня не проведёшь. Тем более, я знал всё заранее. Все ваши ходы — твои и Эллен. В итоге всё сошлось к тому, что я болтаю здесь с тобой, и одновременно я не менее мило болтаю с Эллен, прямо здесь и сейчас.
По мере того, как мы смотрели друг на друга, у меня стала складываться такая картина в голове, паззл, такая мозаика, что я забывала даже дышать. Я забыла вообще обо всём!
Линсо Паук — если переставить буквы — то будет «купи слона».
Хэйес — так звали составителя сборника песен малоизвестных композиторов. Л. П. Хэйес — неужели Линсо Паук Хэйес? Удивительное совпадение инициалов! Этот составитель-редактор музыкального сборника издавал его, кстати, в издательстве «СЛОН».
Хэйес — так звали того таинственного маркиза, кто спас короля Александэра и кто похитил рапиру. Но как эта мифическая историческая полу-выдуманная личность связана с Пауком? Или снова совпадение? Может ли такое быть? А может, Паук, раз себя называет Хэйесом — потомок того «маркиза»?
Кассета в музее — «купи слона». Голос маленького мальчика.
Человек в Цилиндре. Эллен видела его, слышала его по телефону. Этот его хриплый задушевный голос — как маркер. И он знает об Эллен! Эллен, кажется, упоминала о мальчике.
Мальчик — Паж?
Кристин Грин, старая смотрительница, видела его.
Эллен видела его рядом с колледжем.
Все улики враз сошлись воедино.
Но как же сведения с Базы?! Как же тревога Аманды? Если б не эта «тревога» — не было бы этой миссии, операции «Весенний Маскарад»!
Рассказ Мэтта о Деле про Тёмного Фокусника. Статуэтка слона. Человек, выступающий на сцене — носил цилиндр. Пауки. Слишком много пауков.
Пауки — это такие членистоногие.
Всё сошлись. Мои невидящие и устремлённые в глубины мозга глаза обрели способность видеть. Мои руки и тело обрели способность ощущать, действовать, чувствовать. По-хорошему, мне сейчас нужно потрогать брошь. Позвать коллег. Вязать его, брать тёпленьким!
Но я не стала этого делать. Из всей горы вопросов, окативших меня в тот момент, я схватила пока только один. Посмотрев Пауку прямо в его тёмные глаза, я выпалила:
— Где рапира короля Александэра? Это ведь ты её украл?
Паук улыбнулся. Потом усмехнулся. И почти радостно расхохотался. Я поняла, что угадала.
После того, как Эллен пошла переодеваться наверх, в комнату Клот, Пол пообщался с Леонардом, младшим братом Эллен. Потом помог господину Итчи и господину Харви расставить стулья и сдвинуть мебель в гостиной, чтобы освободить пространство для танцев. А потом по ранее условленному графику наступило время связаться с Мэттом, по рации. Эллен ещё не успела переодеться к празднику. Пол решил, что не случится ничего страшного, если он выйдет через заднюю дверь чёрного хода дома Итчи. И пообщается с Мэттом по рации там на крыльце, ведь в доме шумно.
Пол вышел через чёрный ход, которым пользовался ранее неоднократно, гостя в доме у Клот. Но тут же он был вынужден искать себе новое место дислокации для переговоров: троюродный брат Клот, Зак Итчи, и Лилиан Ривел весело болтали, сидя на скамеечке с чашками горячего чая. Зак вежливо предложил присоединиться, но Пол, понимая, что он там совсем лишний и у него другие дела, вежливо отказался. И подметил, что троюродный брат Клот довольно смелый парень.
Чтобы связаться по рации, требовалось отойти подальше, дабы никто не услышал. Что Пол и сделал. Отойдя на безопасное расстояние, Пол кашлянул, включил рацию и вызвал Мэтта:
— Говорит Разрушитель, приём! У меня всё чисто.
— У нас тоже, — послышался голос Мэтта. — Похоже, будет провал.
— Ясно. Объект не явился, — вздохнул Пол. Его тут же кольнула совесть: Эллен было душно и не комфортно в этом доме, с ног до головы нашпигованном назойливыми родственничками, она так хотела уехать на Весенний бал, а Пол её не пустил. Может, у Эллен была интуиция, что ехать туда безопасно?
— Когда нам дёрнуться? — спросил Пол у Мэтта.
— Выжидаем ещё полчаса. Если всё останется чисто, дёргайтесь.
— Ладно. Я выйду на связь через полчаса.
— Прекрасно. Отбой.
Как позже вспоминал Пол, переговоры были короткие, длились несколько секунд. Убирая рацию, Пол мечтательно подумал, какие изысканные комплименты он скажет Эллен, когда увидит свою подругу в платье. Он стал возвращаться, и… Зак буквально поймал его в сачок! Перегородив ему дорогу, Зак начал оправдываться:
— Приятель, извини, мы тут тебя так стесняем. Ты не обращай внимание, у нас с Лилиан никакого тет-а-тет нет! Всё в порядке! Знаешь, приятель, я хотел тебя кое о чём спросить.
— Правда? О чём же?
— О паркуре. Ты ведь паркурщик?
— А откуда ты знаешь? — удивился Пол. О своём экстремальном хобби он ведь не распространялся на каждом углу!
Тут ещё больше удивила Лилиан:
— Я видела твои статьи в Сети, на форумах про паркур.
— Ты тоже паркурщица? — спросил Пол.
— Нет, паркурщиком был один мой… э… бывший человек, — кокетливо закатила глазки сестра Пита.
— Ну да, я числюсь на одном из форумов. Поскольку занимаюсь паркуром уже почти пять лет.
— Ну и каково это? Расскажи! Что нужно знать начинающим? Какой твой самый любимый трюк? О, а показать сможешь!? — окончательно насел Зак.
Маски мелькали, официант, подговоренный Альбертом ухаживать за мной, тоже мелькал и приносил угощение. Кажется, я незаметно для себя на автомате выпила аж три бокала шампанского! Это необычно, учитывая, что я в принципе не любитель алкоголя. Я видела периодически тех, кого определила как наших коллег. Мэтт в маске белого зайца и в белом костюме неоднократно проходил мимо меня, но не подавал виду, что меня знает.
Со мной иногда кто-то общался. Люди подходили, улыбались, говорили о том, что такая чудесная ночь. Все в восхищении. Приглушённый свет, музыка, маски, цветы, весна, кролик Джейн. Остара в самом разгаре. Время уже далеко за полночь.
Ан, нет. Только лишь начало первого. Как медленно движется время. Словно особняк Альберта находится на перепутье миров и эпох. Мне не то что бы скучно, просто я разомлела от шампанского, и хотелось веселиться со всеми, забыть о миссии, а не торчать тут возле горгульи. Я с трудом одёргивала себя. Нельзя отойти, я подведу коллег, подведу Эллен, мы упустим этого маньяка!
Да где же он? Из тех людей, кто ко мне подходил, никто не похож на маньяка. А может, среди них и был тот, кого мы ловим, но он догадался, что я не та, за кого себя выдаю? Поскорее бы он пришёл. А если не придёт?
Я посмотрела снизу вверх на могучую страшную горгулью. Она была моим боевым товарищем сегодня. Я мысленно обратилась к ней:
«Как думаешь, скоро или не скоро?»
Мой боевой товарищ промолчал. Я услышала рядом разговор каких-то девушек:
— Короля и королеву бала ещё не выбрали?
— Нет, их будут выбирать, когда Альберт выпустит на сцену спецгостей.
— А кто эти спецгости?
— О, Альберт говорит, что это будут очень крутые музыканты. И артисты. Что будет спектакль, посвящённый победе светлых сил весны над тёмными.
Да ведь они, карамба, обсуждают наш спектакль, нашу постановку!
Я с беспокойством стала высматривать коллег. Если мы тут будем долго медлить, Пол и Эллен так и не попадут на эту вечеринку. Неужели наш план обречён на провал? Между тем интересный разговор в двух шагах от меня продолжался:
— А как будут выбирать короля и королеву бала?
— Альберт хранит интригу. Говорит, это будет самая красивая и самая загадочная пара гостей этого вечера. Что они станцуют для всех танец Остары. И начнётся этот спектакль. Король будет олицетворять силы тьмы, Зимы, которая уходит, а королева — будет Остарой, воплощением Весны.
— Вот это да! О, давай посмотрим обереги. Здесь торгует профессиональная ведьма! Интересно, её волосы по-настоящему рыжие, или у неё парик?
Ну, девушка, ты даёшь! Хорошо, что Джейн тебя не слышит. За свои роскошные рыжие волосы и за то, что ты обозвала их париком, она выцарапает тебе глаза и как пить дать натравит этого бойцовского кролика. Я улыбнулась. Балаболки отправились к Джейн. Что ж, скучать ей не дадут!
Повернула голову, увидела Рома и Пита. На сцене как раз сменялись музыканты.
— Хлеба и зрелищ! — весело произнёс Ром.
— Ась? — спросила я.
— Это гимн сегодняшней ночи и сегодняшнего празднества. Хлеба и зрелищ! — повторил Ром с чувством.
— Да, зрелищ хоть отбавляй, — согласилась я.
— Да и хлебом тоже не обделили, — подмигнул Пит, энергично поглощая канапе с большой тарелки.
Потом он протянул тарелку мне, я взяла и съела несколько штук.
— Весна — пора изобилия. Весной всегда много хлеба и зрелищ, — добавил Ром.
— Это уж точно.
— Скоро ваш выход, — подсказал Ром. — Альберт говорит, что сейчас выступит вот эта группа, потом ещё одна, потом он делает небольшой антракт, а потом — ваш спектакль. Для меня было несколько неожиданно, когда он решил ваш спектакль сделать квинтэссенцией Весеннего Маскарада.
— Вот это да! Это неожиданно и для нас, — поразилась я. — Ром, ты подменишь Пола в партии светлых сил весны?
— Видимо, придётся, если он не успеет сюда приехать. Тогда это будет уже не ваш, а наш спектакль, — поправился коллега.
— Спектакль — это ещё громко сказано, — подметил Пит. — Сначала мы с Клот споём две песни под фортепьяно, потом споёт или станцует Джейн.
— Ваших песен Альберт как раз и ждёт.
— А мы тут кое-кого тоже ждём, — напомнила я о миссии. — Только он, похоже, уже не придёт…
— Посмотрим ещё. Время есть. Если во время выступления этой группы он не появится, значит, наш план провалился. И мы вызываем сюда Пола и Эллен, так Мэтт просил передать, — подсказал Ром.
— Ясно. Я так и подумала, — вздохнула я.
— Не грусти! В конце концов, мы своё тут урвём, — Ром похлопал меня по плечу.
Я начала себя чувствовать опростоволосившейся ослицей. Это же моя идея — упросить коллег переодеть себя в Эллен, и ловить этого типа на живца. Уже и дураку понятно, что он не придёт.
Ром и Пит как назло отошли от меня в этот самый момент — а мне хотелось обсудить с ними создавшееся положение. Музыканты на сцене заиграли. Группа, не известная мне. Песня такая оказалась тихая, вкрадчивая. Певец запел, и песня с первых слов меня поразила.
Есть разные грани у Тьмы:
Тьма — это тайный запрет.
Тьма — это власть Зимы,
Это тусклый таинственный свет.
Тьма — загадка и ночь,
Тьма — вечерний туман.
Тьма — это когда не в мочь
Обойти манящий обман…
Не загадочно-эзотерическое содержание песни поразило меня. А совпадение с тем, что эта песня относилась к тем тёмным силам, которые будем вскоре олицетворять мы с Питом. И ещё такое удивительное совпадение, что эту песню я знала. Точнее, узнала недавно, благодаря сборнику, подаренному мне моей музыкальной учительницей. Эта песня там тоже была, называлась «Грани Тьмы», и автор был тот же, что написал «Красивую Смерть». Бывает же такое!
Тьма — это кровь на клинке,
Тьма — это блеск свечи.
Тьма — это тень на песке,
Тьма с оскалом молчит…
Тьма — дорога мерцающих глаз
Средь дремучих хищных лесов.
Тьма — в пещеру подземную лаз,
Тьма — победа меж диких боёв…
Так пели певцы. Вот это класс! Я заслушалась песню. Она вся целиком входила мне в душу, затрагивала личные укромные тёмные уголки. Освещение в зале стало ещё более приглушённым. Кто-то уже покачивался в такт песне с зажигалкой в руках. Какие музыканты молодцы, так круто играют! И песня малоизвестная, не заезженная, поэтому звучит как настоящий эксклюзив!
Моё настроение улучшалось, и я уже не переживала по поводу провала. Сейчас дослушаю эту песню, и буду уже решать, что делать. Буду придумывать. Подзову Мэтта и посоветуюсь с ним.
Поглощает она тебя вглубь,
И препятствовать не можешь ей ты.
На добычу наточит зуб —
Так коварны её мечты!
Повинуйся приказу Тьмы,
Обрати внутрь неё свой взгляд.
Вырвись прочь из оков тюрьмы,
Выпей сладкий восхитительный яд!..
Припев мне уже захотелось петь хором с музыкантами. Я так и сделала. Подпевала я тихо, стоя в тени горгульи. А потом был проигрыш.
— Класс! — произнесла я, широко улыбаясь и обращаясь ни к кому.
И тут…
Я услышала совсем рядом с собой…
Знакомый голос!!!
Голос пожелал:
— Хлеба и зрелищ тебе, королева.
Вкрадчивый хриплый голос, в котором звучало лукавство, покровительство, поучительные нотки, но при этом голос хотелось слушать. Что меня более всего потрясло — это сам факт нахождения здесь и сейчас обладателя этого голоса. Я повернула голову и увидела его рядом с собой. На нём цилиндр, как и всегда. Длинный чёрный плащ загадочно облегал фигуру. Облик дополняли длинные чёрные как смоль волосы. Под плащом виднелся сюртук старинного покроя. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел, как поют музыканты. А я вовсю рассматривала его. Он высокого роста, поэтому мне пришлось основательно так изогнуть и задрать голову.
Что он тут делает? Я не сразу сообразила, что надо ответить:
— И тебе того же.
Я сглотнула. Не поворачивая на меня головы, он спросил:
— И где же твоя сестра?
Я растерялась:
— К…какая сестра… Э… Клот? — чуть не выдала я себя, точнее, я понятия в тот момент не имела, роль кого мне играть — Эллен или Клот? Ведь он вроде как мой старый знакомый, жизнь мне спас и выручил из беды, значит — друг, а я не предупреждала его, что я переоденусь в свою сестру и что мы тут ловим маньяка!
Вообще, жутко неожиданная ситуация. По-весеннему неожиданная!
— Клот стоит тут же. Где же Эллен Харви? — чуть насмешливо спросил он и медленно повернул голову на меня.
Значит, он про Эллен знает. И меня узнал. Я тут же выдохнула с облегчением. Не придётся скрывать теперь, что я — не я! Ко мне вернулась прежняя невозмутимость. И я обрадовалась, что вижу его здесь снова. Ведь я даже не надеялась на эту встречу! Я улыбнулась и спросила, вопросом на вопрос:
— Ты ведь не только Паук, верно?
— Меня зовут Линсо Паук, — ответил он.
Линсо Паук. Где-то я это уже слышала. Я стала думать. Соображать, усиленно шевелить мозгами. И пока я шевелила мозгами — он окончательно меня добил:
— А ещё меня называют Хэйес. Точнее, я сам себя так называю.
Песню я, конечно же, в упор не слышала. Я посмотрела на Линсо Паука Хэйеса и захлопала глазами.
Линсо Паук, Хэйес. И это я тоже слышала! А он усмехался. Его глаза, такие тёмные и такие весёлые, смотрели на меня и видели меня всю.
— Э… и ты пришёл, чтобы… — начала я свой вопрос и снова растерялась и затормозила.
— Чтобы сказать тебе, что тебе этот костюм совсем не идёт! — весело заявил Паук. — Зачем ты надела маску своей сестры?
— Спасибо за критику, — проговорила я. И прошипела: — Это необходимо мне.
— Думаешь? И кого ты хотела обмануть?
— Э… ну… того, кто… кто нападёт на Эллен...
И тут у меня перед глазами всё начало медленно плыть. Почва уходила из-под ног. Я поняла, что только что сказала полную чушь, бред и ахинею. Точнее, до меня допёрло обо всём в тот момент, когда я даже не подозревала, что до меня может допереть.
— Это навряд ли, — слегка покачал головой Паук. — Таким Весенним Маскарадом меня не проведёшь. Тем более, я знал всё заранее. Все ваши ходы — твои и Эллен. В итоге всё сошлось к тому, что я болтаю здесь с тобой, и одновременно я не менее мило болтаю с Эллен, прямо здесь и сейчас.
По мере того, как мы смотрели друг на друга, у меня стала складываться такая картина в голове, паззл, такая мозаика, что я забывала даже дышать. Я забыла вообще обо всём!
Линсо Паук — если переставить буквы — то будет «купи слона».
Хэйес — так звали составителя сборника песен малоизвестных композиторов. Л. П. Хэйес — неужели Линсо Паук Хэйес? Удивительное совпадение инициалов! Этот составитель-редактор музыкального сборника издавал его, кстати, в издательстве «СЛОН».
Хэйес — так звали того таинственного маркиза, кто спас короля Александэра и кто похитил рапиру. Но как эта мифическая историческая полу-выдуманная личность связана с Пауком? Или снова совпадение? Может ли такое быть? А может, Паук, раз себя называет Хэйесом — потомок того «маркиза»?
Кассета в музее — «купи слона». Голос маленького мальчика.
Человек в Цилиндре. Эллен видела его, слышала его по телефону. Этот его хриплый задушевный голос — как маркер. И он знает об Эллен! Эллен, кажется, упоминала о мальчике.
Мальчик — Паж?
Кристин Грин, старая смотрительница, видела его.
Эллен видела его рядом с колледжем.
Все улики враз сошлись воедино.
Но как же сведения с Базы?! Как же тревога Аманды? Если б не эта «тревога» — не было бы этой миссии, операции «Весенний Маскарад»!
Рассказ Мэтта о Деле про Тёмного Фокусника. Статуэтка слона. Человек, выступающий на сцене — носил цилиндр. Пауки. Слишком много пауков.
Пауки — это такие членистоногие.
Всё сошлись. Мои невидящие и устремлённые в глубины мозга глаза обрели способность видеть. Мои руки и тело обрели способность ощущать, действовать, чувствовать. По-хорошему, мне сейчас нужно потрогать брошь. Позвать коллег. Вязать его, брать тёпленьким!
Но я не стала этого делать. Из всей горы вопросов, окативших меня в тот момент, я схватила пока только один. Посмотрев Пауку прямо в его тёмные глаза, я выпалила:
— Где рапира короля Александэра? Это ведь ты её украл?
Паук улыбнулся. Потом усмехнулся. И почти радостно расхохотался. Я поняла, что угадала.
***
После того, как Эллен пошла переодеваться наверх, в комнату Клот, Пол пообщался с Леонардом, младшим братом Эллен. Потом помог господину Итчи и господину Харви расставить стулья и сдвинуть мебель в гостиной, чтобы освободить пространство для танцев. А потом по ранее условленному графику наступило время связаться с Мэттом, по рации. Эллен ещё не успела переодеться к празднику. Пол решил, что не случится ничего страшного, если он выйдет через заднюю дверь чёрного хода дома Итчи. И пообщается с Мэттом по рации там на крыльце, ведь в доме шумно.
Пол вышел через чёрный ход, которым пользовался ранее неоднократно, гостя в доме у Клот. Но тут же он был вынужден искать себе новое место дислокации для переговоров: троюродный брат Клот, Зак Итчи, и Лилиан Ривел весело болтали, сидя на скамеечке с чашками горячего чая. Зак вежливо предложил присоединиться, но Пол, понимая, что он там совсем лишний и у него другие дела, вежливо отказался. И подметил, что троюродный брат Клот довольно смелый парень.
Чтобы связаться по рации, требовалось отойти подальше, дабы никто не услышал. Что Пол и сделал. Отойдя на безопасное расстояние, Пол кашлянул, включил рацию и вызвал Мэтта:
— Говорит Разрушитель, приём! У меня всё чисто.
— У нас тоже, — послышался голос Мэтта. — Похоже, будет провал.
— Ясно. Объект не явился, — вздохнул Пол. Его тут же кольнула совесть: Эллен было душно и не комфортно в этом доме, с ног до головы нашпигованном назойливыми родственничками, она так хотела уехать на Весенний бал, а Пол её не пустил. Может, у Эллен была интуиция, что ехать туда безопасно?
— Когда нам дёрнуться? — спросил Пол у Мэтта.
— Выжидаем ещё полчаса. Если всё останется чисто, дёргайтесь.
— Ладно. Я выйду на связь через полчаса.
— Прекрасно. Отбой.
Как позже вспоминал Пол, переговоры были короткие, длились несколько секунд. Убирая рацию, Пол мечтательно подумал, какие изысканные комплименты он скажет Эллен, когда увидит свою подругу в платье. Он стал возвращаться, и… Зак буквально поймал его в сачок! Перегородив ему дорогу, Зак начал оправдываться:
— Приятель, извини, мы тут тебя так стесняем. Ты не обращай внимание, у нас с Лилиан никакого тет-а-тет нет! Всё в порядке! Знаешь, приятель, я хотел тебя кое о чём спросить.
— Правда? О чём же?
— О паркуре. Ты ведь паркурщик?
— А откуда ты знаешь? — удивился Пол. О своём экстремальном хобби он ведь не распространялся на каждом углу!
Тут ещё больше удивила Лилиан:
— Я видела твои статьи в Сети, на форумах про паркур.
— Ты тоже паркурщица? — спросил Пол.
— Нет, паркурщиком был один мой… э… бывший человек, — кокетливо закатила глазки сестра Пита.
— Ну да, я числюсь на одном из форумов. Поскольку занимаюсь паркуром уже почти пять лет.
— Ну и каково это? Расскажи! Что нужно знать начинающим? Какой твой самый любимый трюк? О, а показать сможешь!? — окончательно насел Зак.
