- Шеогорат…
- Шеогорат? - вкрадчиво поинтересовался принц, довольно щурясь. - Да он больше любит пиры и развлечения. Не думаю, что ему будет интересно, что творится в Нирне. А тысяча лет еще не прошла. - Растянул довольно слова Молаг, сверкнув ядовито-желтыми глазами. - Многие принцы будут только рады начавшемуся хаосу среди людей… Не все такие добренькие и отзывчивые, как ты, Меридия! - прошипел Молаг Бал в зеркало. Хорошо, что их разделяла эта тонкая хрустальная грань: женщина могла поклясться, что у ее собеседника совсем не свежее дыхание.
- Ты ошибаешься, Молаг, - Меридия чуть наклонилась вперед к зеркалу, - Боэтия, Азура, Ноктюрнал… они будут рады отомстить тебе за все, что ты творил.
- Попробуйте остановить меня! - взревел Бал, бешено вращая змеиными глазами, в желтизне которых вспыхнули алые нити ярости. - Моих детей много, и их последователей, желающих приблизиться к бессмертию, так что в скором времени станет еще больше! И ваши жалкие сторонники канут в небытие, станут кормом для подрастающего поклонения. Вы жалки по сравнению со мной! В вас верили многие из смертных, но также большинство из них отвернулось, ибо вы слишком горды, чтобы отвечать и внемлеть каждому. Вас интересует только развлечения… впрочем, как и меня.
Меридия закусила губу. Как бы ей не хотелось этого признавать, но Молаг был в чем-то прав. И это было вдвойне больней слышать правду из уст извечного врага.
- Угомони своих детей, Бал. И решим все мирным путем, - стала увещевать того женщина, в душе чуть не плюясь от своего сладкого тона. Если бы это не грозило большими последствиями Нирну, то она бы и не подумала затевать весь этот разговор. Сколько веков его дети ходят по земле? И ничего, смертные, как жили, так и живут. Только благодаря ей жители Нирна научились бороться со злом самостоятельно. Только вот почему-то защитники света от темных сил поклоняются Стендарру. Не ей. Это, по меньшей мере, несправедливо.
- И не подумаю, - задрав чуть голову к верху, чванливо (наверняка даже выпятив грудь) ответил принц, сверкая яркими глазищами.
- Нарываешься, Молаг, - чуть не прошипела даэдра в зеркало, но вовремя спохватилась и гордо выпрямилась. - Ты ведь знаешь, что тебе одному против меня и других не выстоять. Зачем ерепенишься? Разве тебе мало наших стычек?
- Давай, Меридия, заключим пари? - в карих глаза мелькнуло удивление, и светловолосая женщина уставилась на ненавистного ей принца. - Если ты и твои союзники - да-да Меридия, я позволяю тебе отыскать себе сторонников, что хотят моего свержения - найдешь способ приструнить моих отпрысков, то я умою руки. Отойду в строну и какое-то время не буду мешаться под ногами. Только сама понимаешь, всех своих детей я приструнить не смогу, им же нужно как-то выживать. - Принцесса могла поклясться, что в этот момент противный ящер пожал плечами. - Только сам лично не буду вмешиваться.
- А если выиграешь ты? - поинтересовалась богиня, прожигая неприязненным взглядом собеседника.
- То ты и вся твоя шайка правильных, - Молаг особенно жирно выделил это слово, - божков, допустим, на несколько сотен лет уйдете в сторонку и не будете мешать мне творить то, что я хочу. И никого из моих вампиров не тронете и пальцем.
- Ты совсем ума лишился?! - взвилась Меридия. - Несколько сот лет - это слишком много! Убавь срок!
Розовый язык нарочито медленно прошелся по корявым, покрытым желтым налетом и острым как бритва зубам, а янтарные глаза ящера на краткий миг прикрылись прозрачной мигательной перепонкой, отчего его взгляд приобрел мечтательно-задумчивое выражение.
- Нет-нет. Ничего менять не буду. - Хриплый, почти загробный голос прокатился по апартаментам богини. - Или соглашаешься, или тогда вообще не встревай.
- Я могу и не заключать с тобой сделок, - вздернув подбородок, упрямо проговорила даэдра.
- Как хочешь. Только заметь: так намного интересней. Хоть какая-то имеется мотивация. - Тихо, с шипящими нотками проговорил Бал. Он даже поковырял длинным, острым когтем в зубах, делая вид, что его жутко утомил разговор с глупой и ужасно занудной богиней.
Меридия же стояла, сжав кулаки, и гневно сверлила взглядом морду принца в отражении зеркала. Гад ползучий! Что он себе позволяет?! В принципе, она могла и так ему помешать, собрать сподвижников, но… драться просто так, не имея никакой мотивации, было и правда скучно. Да и своими подданными она не хотела слишком сильно жертвовать. Проще всего найти среди смертных носителя ее дара. Всегда так делалось. Так почему нужно изменять традициям? Ну, а если такого не найдется, то просто подарить частичку своей божественности первому попавшемуся.
Выдохнув и смирив свою раздражительность, принцесса спокойно произнесла:
- Я принимаю вызов.
Молаг Бал осклабился в довольной хищной улыбке.
- Я тебя услышал. Да начнется игра.
Нинель(Нина)
Дорога в Рорикстед длилась два с половиной часа!
Между прочим, я такого даже не ожидала, думала, что от Вайтрана до этой деревушки путь не так уж длинен. Впрочем, не важно.
Нам с котом повстречалось всего лишь пару путников. И то все шли в направлении Вайтрана, а не оттуда. Что довольно странно. Хотя, это давало надежду, что город смог пережить наплыв ночных созданий и сильно не пострадал, как и горожане. С другой стороны, они и не могли знать о случившемся. Пару раз я порывалась предупредить того или иного путника, но язык почему-то прилипал к небу, а в горле моментально пересыхало. И с горестным вздохом приходилось молча провожать путешественника обеспокоенным взглядом.
Хотя, возможно, они и не туда путешествуют: дорог от главного тракта отходит много.
Один раз на дороге перед нами мелькнула рыжая плутовка. К'Сор тут же отточенным движением вскинул лук, намереваясь отправить к праотцам лисячьим маленькую лисицу, но я будь не я, быстро повисла у него на руке с мольбой не убивать милую зверушку. В итоге пушистый спутник согласился и лисичку пожалел, отчего моя улыбка не сходила с лица практически весь остаток пути.
Ближе к городу, где-то на полпути, стали изредка появляться полуразрушенные каменные ограждения, сложенные по обочинам тракта. Странное дело, но ни одного оленя нам не встретилось за все время, а ведь Скайрим ими богат. Или они просто тут умнее, чем в игре, и стараются лишний раз охотникам не попадаться на глаза?
И вот, наконец (практически к обеду) из-за поворота моим глазам предстала деревушка Рорикстед. Обойдя холм-насыпь, обросший густой и на удивление зеленой травой, я с какой-то маниакальной радостью ускорила темп. Скоро я встречусь с Элриндиром и Трин. Только от этих мыслей в груди расползлось счастливое тепло, окутывающее своими махровыми руками.
Миновав большие огороды, засеянные капустой, картофелем, луком-пореем и еще какими-то культурами и злаками, мы оказались на одной единственной и широкой улице небольшой деревушки. Раньше тут было всего четыре дома включая таверну, а сейчас я заметила еще пару каменных домов, крытых соломой. Два стражника не спеша, в цветах Вайтрана, патрулировали улицу, несколько местных ребятишек игрались в пыли у забора.
- К'Сор, - я обернулась к каджиту, - мои знакомые где-то здесь, я поищу их. Ты со мной?
- К'Сору нужно приготовить обед, собрать кой-какие вещи и передать ключ от дома Нинель. Как только Нинель уладит дела, приходи в хижину К'Сора. Она находится на холме, - зверочеловек махнул перед собой рукой. - Спустишься по дороге вниз, и первая тропинка влево как раз приведет Нинель к этому дому.
Я кивнула, а в голове шестеренки заскрипели, словно мельничьи жернова, выуживая из памяти название того заброшенного дома - хижина Лунда. Там жил один человек, но он помер по неизвестным причинам. Я туда как-то наведалась… и бегала с визгом от злокрыс. Не то, чтобы я не могла их убить, просто ненавижу огромных крыс, и мне было противно.
Бррр, жуть.
Кот зашагал вперед по дороге, а я, отвлекшись от своих воспоминаний, завернула к таверне «Мороженый фрукт». Пройдя одинокое, практически засохшее дерево, росшее рядом с плетеным загоном для скота, в котором ходили помимо коров, и куры, поднялась по крыльцу и, оглянувшись на своего провожатого, шагавшего бодрой походкой по дороге из деревни, вошла в здание.
Таверна как таверна. Похожая на другие. Большой просторный общий зал, вдоль стен которого расставлены длинные столы с лавками, рассчитанные на человека три или четыре. Практически у самого входа небольшой пятачок для отдыха в виде нескольких стульев, составленных кругом. Это нехитрое местечко, должно было служить для развлечений, но в таверне не наблюдалось барда и потому в ней было до безобразия тихо. Если не считать стука деревянных ложек о деревянные миски и потрескивания полений в огромном очаге, что жарко горел в середине помещения. Слева и справа от стойки располагались открытые входы в комнаты таверны.
А еще венки из снежных ягод, развешенных по всему помещению, бросались в глаза, привлекая своей яркостью и отвлекая от серой обстановки.
В общем, таверна была очень сухой, чистой (по мере возможности) и даже уютной в своем роде. Дополнительно помещение освещалось множеством светильников, сделанных из козьих рогов и прикрепленных к балкам и стенам, стоявших на столах и подвешенных к потолку на металлических креплениях.
Глазея по сторонам, сделала шаг и… тут же споткнулась о валящуюся кружку прямо у порога. Ойкнув и взмахнув руками, сделала пару быстрых шагов вперед, пытаясь удержать равновесие. Весь народ, что тут был (а это была практически вся деревня), оторвавшись от тарелок с едой, с замершим любопытством смотрели на мои почти акробатические телодвижения.
Приняв устойчивую позицию для своего тела, быстро окинув людей взглядом и отмечая, что ни Трин, ни Элриндира тут не наблюдается, стыдливо раскрасневшись и смотря в пол, отправилась к барной стойке, над которой висели охотничьи трофеи: голова волка, злокрыса, саблезуба и …козы. Я мысленно усмехнулась: видать, человек слишком долго бегал за бедным рогатым, что, то удостоилось висеть на стене сего заведения.
- Приветствую тебя, путница, в моем скромном доме. Желаешь снять комнату, отобедать или запастись припасами на долгую дорогу?
Посмотрев на практически лысого мужчину, одетого в добротную зеленую рубаху со шнуровкой на груди, покачала головой и смущенно (люди хоть и стучали ложками по тарелкам, но поглядывать в мою сторону не переставали) поинтересовалась:
- Вы знаете нордку Трин? Или Элриндира?
- Как же не знать, - ответил старый норд, снимая серую тряпку с широкого пояса и беря железную кружку в руки с намерением ее протереть. - Но ты лучше у Кима спроси, отца ее. Вон он как раз, в серой рубахе, за самым дальним столом сидит.
Проследив за взглядом его карих глаз, заметила в тускло освещенном углу за длинным столом одиноко сидящего немолодого мужчину.
Недолго думая, направилась в его сторону, попутно слушая местные сплетни об урожае и о том, сколько яиц снесла клушка соседа.
- Здравствуйте. Вы Ким? - поинтересовалась я у светловолосого, крепкого телосложения мужчины, что-то попивающего из кружки.
Оторвавшись от своего занятия, тот окинул меня взглядом серых и не совсем трезвых глаз и грубо буркнул:
- Ну, я. А тебе-то что за дело? Что-то хочешь предложить? Или просто лясы точить?
Я внутренне скривилась. Теперь понятно, в кого дочурка грубостью и неприветливостью пошла. Хотя, чего это я - в Скайриме нагрубить человеку обычное дело. Своего рода традиция. Сначала нагрубят, а только потом выясняют, хороший ли перед ними человек (ну или не человек) или нет.
- Я подруга Трин, - ответила я, спокойно следя за реакцией на мужском обветренном лице. Может про подруг я и преувеличила, но не обманула, это было почти правдой.
- А-а-а-а, ты та самая костлявая девчонка, о которой нам дочь все уши прожужжала?! - воскликнул норд, расплываясь в широкой улыбке от уха до уха, и уже более внимательно стал приглядываться ко мне. А я надулась на его слова, как мышь на крупу. Вроде и в интонации не было никакой издевки, но мне стало жутко обидно за свое хрупкое тельце.
- Я самая, - буркнула я надув щеки и скрещивая руки на груди.
- Как тебя там… Низель… Нимнель… - стал перечислять мужчина немного заплетающимся языком, подымаясь из-за стола, словно объевшийся медведь на дорогу.
Невольно сделав шаг назад, я закатила глаза.
- Нинель, - поправила я своего пьяного собеседника. И, с чего спрашивается, нажрался практически в зюзю? Причем днем!
- Пойдем, Низель, я тебя до своего дома провожу, - бурчал светловолосый мужчина, шатаясь немного из стороны в сторону, аки дерево на ветру.
Я горестно вздохнула: он еще и глухой, словно тетерев на токовище. Интересно, это от природы, или его чем-то по голове ударили, что мужчина стал туговат на слух?
Махая перед собой руками (явно для поддержки баланса, я просто другое объяснение не находила такому активному жестикулированию), норд целенаправленно шагал к двери. Отойдя от него чуть дальше - ведь пришибет и не заметит, а если заметит, скажет, так и было - направилась за отцом Трин на выход из таверны.
Как только мы покинули слишком жаркую и душную таверну, Ким, споткнувшись и скатившись со ступенек, словно колобок, как ни в чем не бывало (не дождавшись моей помощи), кряхтя, поднялся с земли и целеустремленно (насколько позволяло его состояние) пошаркал к добротному дому, что стоял через дорогу чуть правее таверны. Он один единственный отличался из всех - двухэтажным строением. Хоть Рорикстед и был богатым, но даже для этой деревушки это строение выглядело слегка… неуместно. Оно будто говорило - я здесь главнее. Хотя, если местный люд позволил построить такую хибару, значит, его не особо волнуют размеры, а значит, и меня это не должно волновать.
Дойдя до дому, светловолосый мужчина со всей силы толкнул дверь, да так, что та с грохотом встретилась со стеной при открывании, и ввалился в хату, как медведь в берлогу. Не хватало только грозного рычания.
- Трин!!! - а нет, вот и рык. Я осторожно вошла вслед за мужчиной и аккуратно прикрыла за собой скрипучую входную дверь. - Спустись сюда! К тебе тут подруга явилась!
Надо отдать мужчине должное, пусть он и был пьян, но слова слетали с его пухлых губ практически твердо и без запинки. Вот что значит настоящий норд, хоть и шатает как при урагане, а соображает.
Пока хозяин дома что-то бормотал и пытался усесться за стол, я окидывала взглядом комнату первого этажа. Родители Трин, видимо, любили все простое и жили пусть и хорошо, можно сказать, даже зажиточно, судя по коврам, множеству шкур волков, медведей и кованым сундукам в дальнем углу, но по-простому. Вся мебель была «бедной», но добротной.
Напротив меня находился очаг, над которым на железной треноге были подвешены кастрюльки, правда, так, чтобы огонь в печи их не лизал. Над печной полкой стояли плетеные корзиночки, в которых, видимо, находилась сладкая выпечка, так как они были прикрыты белым полотенцем. А еще выше, прибитые крепкими гвоздями на стене, висели оленьи рога.
По правую сторону от входной двери стояла плетеная ширма, прятавшая за собой двуспальную кровать, уголок, что я успела разглядеть. Там же стояли и два кованых сундука. Широкий комод, на котором лежали в разноброд пара книг и - Ого! - золотой подсвечник с огарками свечей.
- Шеогорат? - вкрадчиво поинтересовался принц, довольно щурясь. - Да он больше любит пиры и развлечения. Не думаю, что ему будет интересно, что творится в Нирне. А тысяча лет еще не прошла. - Растянул довольно слова Молаг, сверкнув ядовито-желтыми глазами. - Многие принцы будут только рады начавшемуся хаосу среди людей… Не все такие добренькие и отзывчивые, как ты, Меридия! - прошипел Молаг Бал в зеркало. Хорошо, что их разделяла эта тонкая хрустальная грань: женщина могла поклясться, что у ее собеседника совсем не свежее дыхание.
- Ты ошибаешься, Молаг, - Меридия чуть наклонилась вперед к зеркалу, - Боэтия, Азура, Ноктюрнал… они будут рады отомстить тебе за все, что ты творил.
- Попробуйте остановить меня! - взревел Бал, бешено вращая змеиными глазами, в желтизне которых вспыхнули алые нити ярости. - Моих детей много, и их последователей, желающих приблизиться к бессмертию, так что в скором времени станет еще больше! И ваши жалкие сторонники канут в небытие, станут кормом для подрастающего поклонения. Вы жалки по сравнению со мной! В вас верили многие из смертных, но также большинство из них отвернулось, ибо вы слишком горды, чтобы отвечать и внемлеть каждому. Вас интересует только развлечения… впрочем, как и меня.
Меридия закусила губу. Как бы ей не хотелось этого признавать, но Молаг был в чем-то прав. И это было вдвойне больней слышать правду из уст извечного врага.
- Угомони своих детей, Бал. И решим все мирным путем, - стала увещевать того женщина, в душе чуть не плюясь от своего сладкого тона. Если бы это не грозило большими последствиями Нирну, то она бы и не подумала затевать весь этот разговор. Сколько веков его дети ходят по земле? И ничего, смертные, как жили, так и живут. Только благодаря ей жители Нирна научились бороться со злом самостоятельно. Только вот почему-то защитники света от темных сил поклоняются Стендарру. Не ей. Это, по меньшей мере, несправедливо.
- И не подумаю, - задрав чуть голову к верху, чванливо (наверняка даже выпятив грудь) ответил принц, сверкая яркими глазищами.
- Нарываешься, Молаг, - чуть не прошипела даэдра в зеркало, но вовремя спохватилась и гордо выпрямилась. - Ты ведь знаешь, что тебе одному против меня и других не выстоять. Зачем ерепенишься? Разве тебе мало наших стычек?
- Давай, Меридия, заключим пари? - в карих глаза мелькнуло удивление, и светловолосая женщина уставилась на ненавистного ей принца. - Если ты и твои союзники - да-да Меридия, я позволяю тебе отыскать себе сторонников, что хотят моего свержения - найдешь способ приструнить моих отпрысков, то я умою руки. Отойду в строну и какое-то время не буду мешаться под ногами. Только сама понимаешь, всех своих детей я приструнить не смогу, им же нужно как-то выживать. - Принцесса могла поклясться, что в этот момент противный ящер пожал плечами. - Только сам лично не буду вмешиваться.
- А если выиграешь ты? - поинтересовалась богиня, прожигая неприязненным взглядом собеседника.
- То ты и вся твоя шайка правильных, - Молаг особенно жирно выделил это слово, - божков, допустим, на несколько сотен лет уйдете в сторонку и не будете мешать мне творить то, что я хочу. И никого из моих вампиров не тронете и пальцем.
- Ты совсем ума лишился?! - взвилась Меридия. - Несколько сот лет - это слишком много! Убавь срок!
Розовый язык нарочито медленно прошелся по корявым, покрытым желтым налетом и острым как бритва зубам, а янтарные глаза ящера на краткий миг прикрылись прозрачной мигательной перепонкой, отчего его взгляд приобрел мечтательно-задумчивое выражение.
- Нет-нет. Ничего менять не буду. - Хриплый, почти загробный голос прокатился по апартаментам богини. - Или соглашаешься, или тогда вообще не встревай.
- Я могу и не заключать с тобой сделок, - вздернув подбородок, упрямо проговорила даэдра.
- Как хочешь. Только заметь: так намного интересней. Хоть какая-то имеется мотивация. - Тихо, с шипящими нотками проговорил Бал. Он даже поковырял длинным, острым когтем в зубах, делая вид, что его жутко утомил разговор с глупой и ужасно занудной богиней.
Меридия же стояла, сжав кулаки, и гневно сверлила взглядом морду принца в отражении зеркала. Гад ползучий! Что он себе позволяет?! В принципе, она могла и так ему помешать, собрать сподвижников, но… драться просто так, не имея никакой мотивации, было и правда скучно. Да и своими подданными она не хотела слишком сильно жертвовать. Проще всего найти среди смертных носителя ее дара. Всегда так делалось. Так почему нужно изменять традициям? Ну, а если такого не найдется, то просто подарить частичку своей божественности первому попавшемуся.
Выдохнув и смирив свою раздражительность, принцесса спокойно произнесла:
- Я принимаю вызов.
Молаг Бал осклабился в довольной хищной улыбке.
- Я тебя услышал. Да начнется игра.
Нинель(Нина)
Дорога в Рорикстед длилась два с половиной часа!
Между прочим, я такого даже не ожидала, думала, что от Вайтрана до этой деревушки путь не так уж длинен. Впрочем, не важно.
Нам с котом повстречалось всего лишь пару путников. И то все шли в направлении Вайтрана, а не оттуда. Что довольно странно. Хотя, это давало надежду, что город смог пережить наплыв ночных созданий и сильно не пострадал, как и горожане. С другой стороны, они и не могли знать о случившемся. Пару раз я порывалась предупредить того или иного путника, но язык почему-то прилипал к небу, а в горле моментально пересыхало. И с горестным вздохом приходилось молча провожать путешественника обеспокоенным взглядом.
Хотя, возможно, они и не туда путешествуют: дорог от главного тракта отходит много.
Один раз на дороге перед нами мелькнула рыжая плутовка. К'Сор тут же отточенным движением вскинул лук, намереваясь отправить к праотцам лисячьим маленькую лисицу, но я будь не я, быстро повисла у него на руке с мольбой не убивать милую зверушку. В итоге пушистый спутник согласился и лисичку пожалел, отчего моя улыбка не сходила с лица практически весь остаток пути.
Ближе к городу, где-то на полпути, стали изредка появляться полуразрушенные каменные ограждения, сложенные по обочинам тракта. Странное дело, но ни одного оленя нам не встретилось за все время, а ведь Скайрим ими богат. Или они просто тут умнее, чем в игре, и стараются лишний раз охотникам не попадаться на глаза?
И вот, наконец (практически к обеду) из-за поворота моим глазам предстала деревушка Рорикстед. Обойдя холм-насыпь, обросший густой и на удивление зеленой травой, я с какой-то маниакальной радостью ускорила темп. Скоро я встречусь с Элриндиром и Трин. Только от этих мыслей в груди расползлось счастливое тепло, окутывающее своими махровыми руками.
Миновав большие огороды, засеянные капустой, картофелем, луком-пореем и еще какими-то культурами и злаками, мы оказались на одной единственной и широкой улице небольшой деревушки. Раньше тут было всего четыре дома включая таверну, а сейчас я заметила еще пару каменных домов, крытых соломой. Два стражника не спеша, в цветах Вайтрана, патрулировали улицу, несколько местных ребятишек игрались в пыли у забора.
- К'Сор, - я обернулась к каджиту, - мои знакомые где-то здесь, я поищу их. Ты со мной?
- К'Сору нужно приготовить обед, собрать кой-какие вещи и передать ключ от дома Нинель. Как только Нинель уладит дела, приходи в хижину К'Сора. Она находится на холме, - зверочеловек махнул перед собой рукой. - Спустишься по дороге вниз, и первая тропинка влево как раз приведет Нинель к этому дому.
Я кивнула, а в голове шестеренки заскрипели, словно мельничьи жернова, выуживая из памяти название того заброшенного дома - хижина Лунда. Там жил один человек, но он помер по неизвестным причинам. Я туда как-то наведалась… и бегала с визгом от злокрыс. Не то, чтобы я не могла их убить, просто ненавижу огромных крыс, и мне было противно.
Бррр, жуть.
Кот зашагал вперед по дороге, а я, отвлекшись от своих воспоминаний, завернула к таверне «Мороженый фрукт». Пройдя одинокое, практически засохшее дерево, росшее рядом с плетеным загоном для скота, в котором ходили помимо коров, и куры, поднялась по крыльцу и, оглянувшись на своего провожатого, шагавшего бодрой походкой по дороге из деревни, вошла в здание.
Таверна как таверна. Похожая на другие. Большой просторный общий зал, вдоль стен которого расставлены длинные столы с лавками, рассчитанные на человека три или четыре. Практически у самого входа небольшой пятачок для отдыха в виде нескольких стульев, составленных кругом. Это нехитрое местечко, должно было служить для развлечений, но в таверне не наблюдалось барда и потому в ней было до безобразия тихо. Если не считать стука деревянных ложек о деревянные миски и потрескивания полений в огромном очаге, что жарко горел в середине помещения. Слева и справа от стойки располагались открытые входы в комнаты таверны.
А еще венки из снежных ягод, развешенных по всему помещению, бросались в глаза, привлекая своей яркостью и отвлекая от серой обстановки.
В общем, таверна была очень сухой, чистой (по мере возможности) и даже уютной в своем роде. Дополнительно помещение освещалось множеством светильников, сделанных из козьих рогов и прикрепленных к балкам и стенам, стоявших на столах и подвешенных к потолку на металлических креплениях.
Глазея по сторонам, сделала шаг и… тут же споткнулась о валящуюся кружку прямо у порога. Ойкнув и взмахнув руками, сделала пару быстрых шагов вперед, пытаясь удержать равновесие. Весь народ, что тут был (а это была практически вся деревня), оторвавшись от тарелок с едой, с замершим любопытством смотрели на мои почти акробатические телодвижения.
Приняв устойчивую позицию для своего тела, быстро окинув людей взглядом и отмечая, что ни Трин, ни Элриндира тут не наблюдается, стыдливо раскрасневшись и смотря в пол, отправилась к барной стойке, над которой висели охотничьи трофеи: голова волка, злокрыса, саблезуба и …козы. Я мысленно усмехнулась: видать, человек слишком долго бегал за бедным рогатым, что, то удостоилось висеть на стене сего заведения.
- Приветствую тебя, путница, в моем скромном доме. Желаешь снять комнату, отобедать или запастись припасами на долгую дорогу?
Посмотрев на практически лысого мужчину, одетого в добротную зеленую рубаху со шнуровкой на груди, покачала головой и смущенно (люди хоть и стучали ложками по тарелкам, но поглядывать в мою сторону не переставали) поинтересовалась:
- Вы знаете нордку Трин? Или Элриндира?
- Как же не знать, - ответил старый норд, снимая серую тряпку с широкого пояса и беря железную кружку в руки с намерением ее протереть. - Но ты лучше у Кима спроси, отца ее. Вон он как раз, в серой рубахе, за самым дальним столом сидит.
Проследив за взглядом его карих глаз, заметила в тускло освещенном углу за длинным столом одиноко сидящего немолодого мужчину.
Недолго думая, направилась в его сторону, попутно слушая местные сплетни об урожае и о том, сколько яиц снесла клушка соседа.
- Здравствуйте. Вы Ким? - поинтересовалась я у светловолосого, крепкого телосложения мужчины, что-то попивающего из кружки.
Оторвавшись от своего занятия, тот окинул меня взглядом серых и не совсем трезвых глаз и грубо буркнул:
- Ну, я. А тебе-то что за дело? Что-то хочешь предложить? Или просто лясы точить?
Я внутренне скривилась. Теперь понятно, в кого дочурка грубостью и неприветливостью пошла. Хотя, чего это я - в Скайриме нагрубить человеку обычное дело. Своего рода традиция. Сначала нагрубят, а только потом выясняют, хороший ли перед ними человек (ну или не человек) или нет.
- Я подруга Трин, - ответила я, спокойно следя за реакцией на мужском обветренном лице. Может про подруг я и преувеличила, но не обманула, это было почти правдой.
- А-а-а-а, ты та самая костлявая девчонка, о которой нам дочь все уши прожужжала?! - воскликнул норд, расплываясь в широкой улыбке от уха до уха, и уже более внимательно стал приглядываться ко мне. А я надулась на его слова, как мышь на крупу. Вроде и в интонации не было никакой издевки, но мне стало жутко обидно за свое хрупкое тельце.
- Я самая, - буркнула я надув щеки и скрещивая руки на груди.
- Как тебя там… Низель… Нимнель… - стал перечислять мужчина немного заплетающимся языком, подымаясь из-за стола, словно объевшийся медведь на дорогу.
Невольно сделав шаг назад, я закатила глаза.
- Нинель, - поправила я своего пьяного собеседника. И, с чего спрашивается, нажрался практически в зюзю? Причем днем!
- Пойдем, Низель, я тебя до своего дома провожу, - бурчал светловолосый мужчина, шатаясь немного из стороны в сторону, аки дерево на ветру.
Я горестно вздохнула: он еще и глухой, словно тетерев на токовище. Интересно, это от природы, или его чем-то по голове ударили, что мужчина стал туговат на слух?
Махая перед собой руками (явно для поддержки баланса, я просто другое объяснение не находила такому активному жестикулированию), норд целенаправленно шагал к двери. Отойдя от него чуть дальше - ведь пришибет и не заметит, а если заметит, скажет, так и было - направилась за отцом Трин на выход из таверны.
Как только мы покинули слишком жаркую и душную таверну, Ким, споткнувшись и скатившись со ступенек, словно колобок, как ни в чем не бывало (не дождавшись моей помощи), кряхтя, поднялся с земли и целеустремленно (насколько позволяло его состояние) пошаркал к добротному дому, что стоял через дорогу чуть правее таверны. Он один единственный отличался из всех - двухэтажным строением. Хоть Рорикстед и был богатым, но даже для этой деревушки это строение выглядело слегка… неуместно. Оно будто говорило - я здесь главнее. Хотя, если местный люд позволил построить такую хибару, значит, его не особо волнуют размеры, а значит, и меня это не должно волновать.
Дойдя до дому, светловолосый мужчина со всей силы толкнул дверь, да так, что та с грохотом встретилась со стеной при открывании, и ввалился в хату, как медведь в берлогу. Не хватало только грозного рычания.
- Трин!!! - а нет, вот и рык. Я осторожно вошла вслед за мужчиной и аккуратно прикрыла за собой скрипучую входную дверь. - Спустись сюда! К тебе тут подруга явилась!
Надо отдать мужчине должное, пусть он и был пьян, но слова слетали с его пухлых губ практически твердо и без запинки. Вот что значит настоящий норд, хоть и шатает как при урагане, а соображает.
Пока хозяин дома что-то бормотал и пытался усесться за стол, я окидывала взглядом комнату первого этажа. Родители Трин, видимо, любили все простое и жили пусть и хорошо, можно сказать, даже зажиточно, судя по коврам, множеству шкур волков, медведей и кованым сундукам в дальнем углу, но по-простому. Вся мебель была «бедной», но добротной.
Напротив меня находился очаг, над которым на железной треноге были подвешены кастрюльки, правда, так, чтобы огонь в печи их не лизал. Над печной полкой стояли плетеные корзиночки, в которых, видимо, находилась сладкая выпечка, так как они были прикрыты белым полотенцем. А еще выше, прибитые крепкими гвоздями на стене, висели оленьи рога.
По правую сторону от входной двери стояла плетеная ширма, прятавшая за собой двуспальную кровать, уголок, что я успела разглядеть. Там же стояли и два кованых сундука. Широкий комод, на котором лежали в разноброд пара книг и - Ого! - золотой подсвечник с огарками свечей.
