Только когда он отстранился, переводя дыхание, я хоть немного пришла в себя.
- Я же не ругаюсь!
- А как же твой повышенный тон? - выдохнул мужчина и снова прикоснулся к губам, легко-легко, но я сама уже потянулась за продолжением, вызвав его хриплый смешок.
Спустя минуту, когда он медленно целовал ушко, отчего я кусала губы и понимала что... как-то все не туда идет, я из последних сил указала белеющий на темном полу пакет и сказала:
- Ты пироженки помял, наверное.
- Ничего, - выдохнул мужчина, прижимая меня к себе, и медленно, сильно проводя ладонями от верхней части бедер, по талии, и до рук, закинутых ему на плечи. Господи, ничего особо интимного, но с губ сорвался длинный вздох. - Найдем... как употребить.
- И почему мне слышится в этом что-то неприличное?
- Потому что оно такое и есть? - мурлыкнул он, покрывая легкими поцелуями мои скулы, висок, ушко, легонько поглаживая поясницу.
- И не мечтай, - заявила я, не торопясь убирать руки с его тела.
- Мечтать никто не запретит, - тихо рассмеялся Феликс, обнимая крепче.
Так мы и стояли, наверное, с минуту, я положила голову ему на грудь, бездумно перебирала его гладкие волосы на затылке и улыбалась. Было почему-то хорошо-хорошо.
- Знаешь, чего я сейчас хочу? - шепотом спросил мужчина, медленно выписывая на моей пояснице замысловатые узорчики, от которых по телу словно покалывание распространялось.
- Что-то подсказывает, что мне такое знать еще рано, - хихикнула, немного отстранилась, приподнялась на цыпочки, ласково прикасаясь губами к его рту и, отстранившись прежде, чем он захотел углубить поцелуй, сказала: - А я хочу чаю с пирожными...
Кикимор тяжко вздохнул, грустно на меня посмотрел, но сочувствия не вызвал - я была непреклонна. Потому меня отпустили и пошли поднимать шляпку и сладости.
- Ну и зачем их было кидать? - укоризненно взглянула на Кика, заглядывая в пакет. - Фух, сильно не помялись.
- Зачем кидать? - задумался Кик, снимая пиджак, потом лукаво на меня взглянул и предположил: - Мне не терпелось тебя обнять?
- Скорее уж, поцеловать, - покраснела я.
- Не отрицаю, - хмыкнул риалан, подошел и взял за руку, привычно переплетая пальцы. - Пошли, сокровище, будет тебе чай.
Пошли мы.... в кабинет Феликса.
- Эм-м-м, - с намеком протянула я.
- Почему не в гостиной? - без лишних объяснений понял риалан. - Я хочу поработать еще, да и тебе, насколько знаю, надо систематизировать данные. Хочу, чтобы ты была рядом...
Наверное зря, но я растаяла.
Мне уже не раз хотелось просто побыть с ним рядом, зная, что он занимается в кабинете, но не решалась беспокоить.
- Мне надо сходить переодеться, - затормозила уже в коридоре второго этажа. - Платье несвежее, да и хотелось бы влезть во что-то более удобное.
- Хорошо, я тогда пока чай сделаю. Слуг-то отпустил...
Я стояла, полностью обалдевшая, но пришла в себя довольно быстро и ласково поинтересовалась:
- Драгоценный... а зачем ты отпустил слуг?!
- Потому что у них сегодня традиционный выходной. Несколько раз в месяц мне хочется побыть в абсолютно пустом доме, и я не отказываю себе в этом удовольствии,- непонимающе взглянул на меня Феликс, но почти сразу в голубых глазах мелькнула догадка, и он протянул. - А ты подумала, что это специально для твоего совращения?
Я покраснела, пойманная на неприличных догадках, но невинно взглянула на мужчину и помотала головой.
- Юль, - мурлыкнул Кик, оказываясь как-то слишком близко, прижимая меня к стене своим телом, но не прикасаясь, находясь буквально в нескольким миллиметрах. Но я все равно чувствовала, что он... рядом, его дыхание на щеке, шепот около уха. - Если бы была цель тебя соблазнить, то слуги бы мне ни капли не помешали, а наоборот. Да та же Даромира, узнав о таких планах, на радостях дорожку из лепестков роз от двери до спальни выложила бы.
- С чего это? - ошеломленно вопросила, забыв даже смутиться.
- Ну так, с тобой я вроде добрею, - весело улыбнулся Ла-Шавоир, нежно коснулся губами виска и отступил. - Беги к себе. Пока я не принял к сведению твои подсознательные желания.
Стоит ли говорить, что с места меня почти снесло?
Выяснять, что себе нафантазировал зеленый, я не стала из принципа и соображений безопасности!
Уже в Нефритовом передо мной встала проблема. Исконно женская, всех времен и народов. Что надеть?! Наверное, даже первобытные дамы этим страдали, хотя им в чем-то было проще. Шкурка, бусики и ты готова!
А у меня тут немного вариантов домашнего наряда. Но! А-ля спортивки и безразмерная рубашка отметаются сразу. Остаются платья. Но почему-то, когда была одна, я носила их спокойно, но вот при мысли, что идти к Кику.... У этого больший вырез, у этого пятно не отстирывающееся на юбке, но удобное, потому и не выкидывала, это слишком облегает, а это мешком висит! Ы-ы-ы-ы!
В итоге остановилась на нейтральном, красивом, хоть и простого кроя наряде в греческом стиле. Грудь облегает, но не открывает, а ниже расходится широкой юбкой, ложащейся красивыми складками.
Расплела тугую прическу, посмотрела на себя в зеркало и поняла, что с распущенными идти точно нельзя. По той простой причине, что слишком провоцирующе выглядеть буду. Но про косу даже думать сил нет! В итоге завязала пушистую гриву в низкий хвост, покрутилась перед зеркалом, осталась довольна увиденным, быстренько влезла в балетки, схватила сумку и побежала обратно в особняк.
Да, все же очень трудно одеться так, чтобы мужчина не подумал, что для него наряжались, но впечатлился!
Блин, я так даже на свиданиях не волновалась!
Эта мысль меня настигла уже на подходе к дверям кабинете Кика, и я озадаченно затормозила.
А ведь это почти свидание, получается. А если учесть, что он мне говорил в машине и как целовал внизу...
Что-то снова стремно.
Но делать нечего, потому собралась с духом и решительно открыла двери.
- Ты вовремя, - поднял голову от бумаг Феликс, который, не дожидаясь меня, уже грыз кусочек козинака. - А то чай скоро остывать начнет.
- Видишь, как все удачно, - улыбнулась в ответ и, закрыв за собой тихо скрипнувшую створку, нерешительно остановилась около роскошного ковра в раздумьях. С одной стороны, хотелось разуться, а с другой, не будет ли это слишком вольно?
Раздались тихие шаги и через несколько секунд рядом остановился Ла-Шавоир, который мягко, но настойчиво забрал у меня сумку, кинув ее в кресло, и несколько секунд задумчиво меня рассматривал, отчего я не знала, куда деть взгляд и как не сгореть от смущения. Тишина давила на уши, мне казалось, что то, как стучит сердце и сбивается дыхание слышно и ему.
Глаза Феликса опять темные... с теми чарующими искрами божественной силы, что всегда проявлялись, если мужчина был охвачен сильными эмоциями. Стоило мне подумать КАКИМИ, как губы пересохли и мучительно захотелось их облизнуть. Что я и сделала, почти с наслаждением услышав прерывистый выдох кикимора, который прохладой прошелся по моей коже. Он протянул руку, пропустил сквозь пальцы выбившийся из хвоста пушистый завиток, мимолетно коснулся щеки, шеи, и вдруг улыбнулся и медленно опустился вниз, параллельно обозначая так и не сбывшееся прикосновение к груди, талии, бедру. Только когда дошел до ног – их наконец коснулся, отчего я вздрогнула, несмотря на разделяющую нас ткань платья. Скользнул ниже, не отпуская моего взгляда, дыша так же тяжело, как и я. Колено, нежное место за ним, что мимолетно приласкали, икра ноги, наконец, длина одежды заканчивается, и он дотрагивается до обнаженной кожи, от чего меня пронзает дрожью. Господи, ведь все так невинно, он даже не нажимает на активные точки, почему же я ТАК реагирую?!
Обхватывает лодыжку, заставляя приподнять ногу, аккуратно снимает туфельку и с нажимом проводит пальцем по ступне, и я, снова закусывая губу, пытаюсь сдержать короткий тихий стон. Становится вдруг так жарко, что даже та легкая ткань, что на мне, кажется лишней. Хочется почувствовать прохладный воздух и... его руки. Поймав себя на этих мыслях, испуганно охнула и вырвала ступню из его ладони. Но отступить не успела, кисть мужчины ложится на вторую, еще обутую ножку, и также снимает балетку, вновь лаская.
На сей раз я сдержалась и ничем не показала то, что ощутила. Ну, надеюсь на это.
Он неторопливо встал и властно притянул к себе, поглаживая спину, и тихо говоря:
- Чувствительная...
Наверное, даже слишком. Слишком, для моего и так не спокойного сердечка.
- Пожалуйста, хватит, - почти с мольбой посмотрела на него, не понимая, почему воздух вдруг стал таким тягучим и... бесполезным. Казалось, что кислорода не хватает, хотелось дышать чаще и глубже, но... это отравляло меня его запахом. Полынь и хризантемы. Лишают разума, заставляют видеть такую манящую светлую кожу, к которой хочется прижаться губами, чтобы узнать, какой же он на вкус. Только его тело, к которому почти отчаянно хочется приникнуть.
- Уверена? - почти неслышно спросил риалан, снова дразня меня призраком прикосновения к щеке, останавливая пальцы всего в миллиметре. Я подавила желание податься ему навстречу и решительно кивнула. Ну, постаралась решительно кивнуть.
- Д-д-да, - голос дрогнул, но не моя решимость остаться сегодня девственницей!
Потому что, если прозвучит хотя бы 'Не знаю', то не надо быть особо умной, чтобы понять, куда дело идет!
И дело даже не в первом разе... а в том, что же потом. На нас лалы, скоро приезжает Минавель. Слишком много обстоятельств в пользу 'Подождать'.
Какая-то я прямо до прискорбия здравомыслящая!
Мне указали на знакомый диванчик, около которого стоял столик с подносом. Я, подхватив по дороге сумочку, трепетно прижала ее к груди и села, настороженно глядя на мужчину. Он же вел себя как обычно, ни словом, ни жестом, ни взглядом не выходя за рамки приличий, и я постепенно успокоилась. Наверное, зря. Так как периодически мелькавшие искры в голубых глазах все же не давали окончательно расслабиться.
Моя жабка явно что-то задумала. И что-то весьма коварное, судя по всему!
Но вопреки ожиданиям, мысли о подлючей натуре риалана вызвали не возмущение, а... волнение и предвкушение игры, в которую он, конечно же, захочет меня втянуть. И имя этой игре - соблазнение.
Судя по всему, господин Ла-Шавиор понял, что жгучая стр-р-расть не произвела на меня нужного (и наверняка ожидаемого) эффекта, потому быстро сменил манеру поведения. Которая, черт возьми, оказалась очень действенной!
Блин, но все же насколько быстрый и предприимчивый тип! Только этим утром его бабушка нас навестила, презентовав жуткий дар, и мимоходом раскрыв то, что Кик уже некоторое время ночует в моей постели!
При мысли об этом к щекам прилила кровь, а при догадке о том, где он собирается провести и эту ночь... опять стало жарко.
Эх, жизненные принципы и здравый смысл, какие же вы, однако, неудобные!
Но... уммм, какой же интригующий меня ожидает вечер!
И, кстати, что радует: Кик никогда не применит силу. Меня, несомненно, постараются довести до такого состояния, чтобы я сама ему в руки свалилась. Ню-ню! Господин Ла-Шавоир, не знаю, насколько часто вы имели дело с совсем не разбуженными в телесном плане девственницами, но благодаря этому факту у меня есть шанс выстоять хотя бы до приезда Мины. Выстоять и не проявить решительной инициативы, в ходе которой еще неизвестно кто кого изнасилует!
Дело в том, что папа умер, когда мне было семнадцать, и до этого времени мальчики ко мне особо не клеились, потому как элементарно боялись грозного папку. А потом... траур, все же появляется молодой человек, но вот беда, дальше не особо чувственных поцелуев мы с ним зайти не успеваем. Пропадает мама.
Вот и появилась я в болоте вся такая к интиму не подготовленная. Бедный Кик, с учетом его популярности у противоположного пола (полдворца переимел, сволочь!), это наверняка казалось ему... обыдным!
Так тебе!
Пока я размышляла, Феликс уже успел наполнить чашки, стянуть со стола какую-то папку и.. сесть рядом со мной на диван. Притом кикимора явно не смущало то, что диван был немаленький, а я сидела в уголке, то есть в его распоряжении оставалось еще много места.
- Юль, - протянул бессовестный гад, полностью оправдывая мои домыслы. - Почему ты такая холодная?
- Дай мне чай, вдруг согреюсь, - мрачно отозвалась, по-возможности отстраняясь от риалана, перешедшего в решительное наступление.
- Но я же лучше... чая, - почти интимно шепнули на ухо, отчего я вздрогнула, понимая, что, кажется, несколько переоценила свою стойкость.
- Я предпочитаю... традиционность, - по возможности вежливо, корректно и прямо сообщила поганцу.
Кажется, я это сказала зря... Но почему, еще не понимаю. Ведь имела в виду, что хочу именно чай, а не то, что предлагают... попробовать. Я опять краснею.
- Традиционность, значит. Учтем, - Кикки окинул меня медленным, раздевающим взглядом, совершенно развратно подмигнул и, отстранившись, вернулся к нормальному тону. - Конфеты или печенье?
Вот... жабеныш!
- Конфету, пожалуйста, - сухо ответила и, немного подумав, с намеком пихнула его бедром. Таки места на диване много и не обязательно ко мне так прижиматься!
- Зай, изъясняйся более внятно, - сразил меня улыбкой болотный гад и, быстро освободив шоколадную сладость от яркой шуршащей обертки, протянул мне. Я попыталась забрать. Не дал, а поднес к губам, прозрачно намекая, как именно я должна это съесть.
- Печеньку, пожалуй, возьму, - непримиримо вздернула нос я и потянулась к блюду. Руку перехватили, перецеловали пальчики и покачали головой, со словами:
- Или так, или топай на кухню за провиантом. Правда, я тебя все равно не пущу...
- Кик! - возмущено воскликнула я. - Это уже не смешно!
- Ты права, - с искренним негодованием согласился этот бессовестный. - Ты заказывала трепетные ухаживания, я тебе их обеспечил, согласно озвученным тобой критериям. И что?! Да ты даже не заметила!
- Ты мне цветы не дарил! - нашлась, что возразить, пытаясь не сгореть от смущения. - Как я пойму, что это ухаживания, если нет цветов и подарков?!
- Как это нет?! - уже серьезно опешил Феликс. - Мы тебе пол цветочной лавки скупили, когда ты выдала, что тебе живых растений дома не хватает! Я подумал, что это новые заскоки и тебе подавай исключительно живые и в горшках!
- Ладно, - после секундных раздумий отбросила этот довод я. - А как же мелкие подарки, сладости, серенады под окном и прочее?
- Я мелких и бесполезных подарков дарить не умею и не собираюсь учиться, так как считаю это плохим, более того, неуважительным жестом! - Ла-Шавоир даже изволил от меня немного отодвинуться и сложить руки на груди. - Что еще... сладостей у тебя, благодаря Лелю, завались. Он постоянно что-нибудь эксклюзивное таскает и, если учитывать его источники, тут мне его не переплюнуть, потому даже пытаться не планировал. Серенады... ну, милая, во-первых, если ты спишь - тебя никакими силами не добудишься. А во-вторых, я плохо пою, а стало быть, позориться не собираюсь!
Я сидела... слушала... смотрела на такого дорогого мужчину, который сейчас явно пытался начать обижаться на меня, непонимающую, и чувствовала, как душу затапливает какое-то очень теплое, нежное и сладкое чувство.
- Я же не ругаюсь!
- А как же твой повышенный тон? - выдохнул мужчина и снова прикоснулся к губам, легко-легко, но я сама уже потянулась за продолжением, вызвав его хриплый смешок.
Спустя минуту, когда он медленно целовал ушко, отчего я кусала губы и понимала что... как-то все не туда идет, я из последних сил указала белеющий на темном полу пакет и сказала:
- Ты пироженки помял, наверное.
- Ничего, - выдохнул мужчина, прижимая меня к себе, и медленно, сильно проводя ладонями от верхней части бедер, по талии, и до рук, закинутых ему на плечи. Господи, ничего особо интимного, но с губ сорвался длинный вздох. - Найдем... как употребить.
- И почему мне слышится в этом что-то неприличное?
- Потому что оно такое и есть? - мурлыкнул он, покрывая легкими поцелуями мои скулы, висок, ушко, легонько поглаживая поясницу.
- И не мечтай, - заявила я, не торопясь убирать руки с его тела.
- Мечтать никто не запретит, - тихо рассмеялся Феликс, обнимая крепче.
Так мы и стояли, наверное, с минуту, я положила голову ему на грудь, бездумно перебирала его гладкие волосы на затылке и улыбалась. Было почему-то хорошо-хорошо.
- Знаешь, чего я сейчас хочу? - шепотом спросил мужчина, медленно выписывая на моей пояснице замысловатые узорчики, от которых по телу словно покалывание распространялось.
- Что-то подсказывает, что мне такое знать еще рано, - хихикнула, немного отстранилась, приподнялась на цыпочки, ласково прикасаясь губами к его рту и, отстранившись прежде, чем он захотел углубить поцелуй, сказала: - А я хочу чаю с пирожными...
Кикимор тяжко вздохнул, грустно на меня посмотрел, но сочувствия не вызвал - я была непреклонна. Потому меня отпустили и пошли поднимать шляпку и сладости.
- Ну и зачем их было кидать? - укоризненно взглянула на Кика, заглядывая в пакет. - Фух, сильно не помялись.
- Зачем кидать? - задумался Кик, снимая пиджак, потом лукаво на меня взглянул и предположил: - Мне не терпелось тебя обнять?
- Скорее уж, поцеловать, - покраснела я.
- Не отрицаю, - хмыкнул риалан, подошел и взял за руку, привычно переплетая пальцы. - Пошли, сокровище, будет тебе чай.
Пошли мы.... в кабинет Феликса.
- Эм-м-м, - с намеком протянула я.
- Почему не в гостиной? - без лишних объяснений понял риалан. - Я хочу поработать еще, да и тебе, насколько знаю, надо систематизировать данные. Хочу, чтобы ты была рядом...
Наверное зря, но я растаяла.
Мне уже не раз хотелось просто побыть с ним рядом, зная, что он занимается в кабинете, но не решалась беспокоить.
- Мне надо сходить переодеться, - затормозила уже в коридоре второго этажа. - Платье несвежее, да и хотелось бы влезть во что-то более удобное.
- Хорошо, я тогда пока чай сделаю. Слуг-то отпустил...
Я стояла, полностью обалдевшая, но пришла в себя довольно быстро и ласково поинтересовалась:
- Драгоценный... а зачем ты отпустил слуг?!
- Потому что у них сегодня традиционный выходной. Несколько раз в месяц мне хочется побыть в абсолютно пустом доме, и я не отказываю себе в этом удовольствии,- непонимающе взглянул на меня Феликс, но почти сразу в голубых глазах мелькнула догадка, и он протянул. - А ты подумала, что это специально для твоего совращения?
Я покраснела, пойманная на неприличных догадках, но невинно взглянула на мужчину и помотала головой.
- Юль, - мурлыкнул Кик, оказываясь как-то слишком близко, прижимая меня к стене своим телом, но не прикасаясь, находясь буквально в нескольким миллиметрах. Но я все равно чувствовала, что он... рядом, его дыхание на щеке, шепот около уха. - Если бы была цель тебя соблазнить, то слуги бы мне ни капли не помешали, а наоборот. Да та же Даромира, узнав о таких планах, на радостях дорожку из лепестков роз от двери до спальни выложила бы.
- С чего это? - ошеломленно вопросила, забыв даже смутиться.
- Ну так, с тобой я вроде добрею, - весело улыбнулся Ла-Шавоир, нежно коснулся губами виска и отступил. - Беги к себе. Пока я не принял к сведению твои подсознательные желания.
Стоит ли говорить, что с места меня почти снесло?
Выяснять, что себе нафантазировал зеленый, я не стала из принципа и соображений безопасности!
Уже в Нефритовом передо мной встала проблема. Исконно женская, всех времен и народов. Что надеть?! Наверное, даже первобытные дамы этим страдали, хотя им в чем-то было проще. Шкурка, бусики и ты готова!
А у меня тут немного вариантов домашнего наряда. Но! А-ля спортивки и безразмерная рубашка отметаются сразу. Остаются платья. Но почему-то, когда была одна, я носила их спокойно, но вот при мысли, что идти к Кику.... У этого больший вырез, у этого пятно не отстирывающееся на юбке, но удобное, потому и не выкидывала, это слишком облегает, а это мешком висит! Ы-ы-ы-ы!
В итоге остановилась на нейтральном, красивом, хоть и простого кроя наряде в греческом стиле. Грудь облегает, но не открывает, а ниже расходится широкой юбкой, ложащейся красивыми складками.
Расплела тугую прическу, посмотрела на себя в зеркало и поняла, что с распущенными идти точно нельзя. По той простой причине, что слишком провоцирующе выглядеть буду. Но про косу даже думать сил нет! В итоге завязала пушистую гриву в низкий хвост, покрутилась перед зеркалом, осталась довольна увиденным, быстренько влезла в балетки, схватила сумку и побежала обратно в особняк.
Да, все же очень трудно одеться так, чтобы мужчина не подумал, что для него наряжались, но впечатлился!
Блин, я так даже на свиданиях не волновалась!
Эта мысль меня настигла уже на подходе к дверям кабинете Кика, и я озадаченно затормозила.
А ведь это почти свидание, получается. А если учесть, что он мне говорил в машине и как целовал внизу...
Что-то снова стремно.
Но делать нечего, потому собралась с духом и решительно открыла двери.
- Ты вовремя, - поднял голову от бумаг Феликс, который, не дожидаясь меня, уже грыз кусочек козинака. - А то чай скоро остывать начнет.
- Видишь, как все удачно, - улыбнулась в ответ и, закрыв за собой тихо скрипнувшую створку, нерешительно остановилась около роскошного ковра в раздумьях. С одной стороны, хотелось разуться, а с другой, не будет ли это слишком вольно?
Раздались тихие шаги и через несколько секунд рядом остановился Ла-Шавоир, который мягко, но настойчиво забрал у меня сумку, кинув ее в кресло, и несколько секунд задумчиво меня рассматривал, отчего я не знала, куда деть взгляд и как не сгореть от смущения. Тишина давила на уши, мне казалось, что то, как стучит сердце и сбивается дыхание слышно и ему.
Глаза Феликса опять темные... с теми чарующими искрами божественной силы, что всегда проявлялись, если мужчина был охвачен сильными эмоциями. Стоило мне подумать КАКИМИ, как губы пересохли и мучительно захотелось их облизнуть. Что я и сделала, почти с наслаждением услышав прерывистый выдох кикимора, который прохладой прошелся по моей коже. Он протянул руку, пропустил сквозь пальцы выбившийся из хвоста пушистый завиток, мимолетно коснулся щеки, шеи, и вдруг улыбнулся и медленно опустился вниз, параллельно обозначая так и не сбывшееся прикосновение к груди, талии, бедру. Только когда дошел до ног – их наконец коснулся, отчего я вздрогнула, несмотря на разделяющую нас ткань платья. Скользнул ниже, не отпуская моего взгляда, дыша так же тяжело, как и я. Колено, нежное место за ним, что мимолетно приласкали, икра ноги, наконец, длина одежды заканчивается, и он дотрагивается до обнаженной кожи, от чего меня пронзает дрожью. Господи, ведь все так невинно, он даже не нажимает на активные точки, почему же я ТАК реагирую?!
Обхватывает лодыжку, заставляя приподнять ногу, аккуратно снимает туфельку и с нажимом проводит пальцем по ступне, и я, снова закусывая губу, пытаюсь сдержать короткий тихий стон. Становится вдруг так жарко, что даже та легкая ткань, что на мне, кажется лишней. Хочется почувствовать прохладный воздух и... его руки. Поймав себя на этих мыслях, испуганно охнула и вырвала ступню из его ладони. Но отступить не успела, кисть мужчины ложится на вторую, еще обутую ножку, и также снимает балетку, вновь лаская.
На сей раз я сдержалась и ничем не показала то, что ощутила. Ну, надеюсь на это.
Он неторопливо встал и властно притянул к себе, поглаживая спину, и тихо говоря:
- Чувствительная...
Наверное, даже слишком. Слишком, для моего и так не спокойного сердечка.
- Пожалуйста, хватит, - почти с мольбой посмотрела на него, не понимая, почему воздух вдруг стал таким тягучим и... бесполезным. Казалось, что кислорода не хватает, хотелось дышать чаще и глубже, но... это отравляло меня его запахом. Полынь и хризантемы. Лишают разума, заставляют видеть такую манящую светлую кожу, к которой хочется прижаться губами, чтобы узнать, какой же он на вкус. Только его тело, к которому почти отчаянно хочется приникнуть.
- Уверена? - почти неслышно спросил риалан, снова дразня меня призраком прикосновения к щеке, останавливая пальцы всего в миллиметре. Я подавила желание податься ему навстречу и решительно кивнула. Ну, постаралась решительно кивнуть.
- Д-д-да, - голос дрогнул, но не моя решимость остаться сегодня девственницей!
Потому что, если прозвучит хотя бы 'Не знаю', то не надо быть особо умной, чтобы понять, куда дело идет!
И дело даже не в первом разе... а в том, что же потом. На нас лалы, скоро приезжает Минавель. Слишком много обстоятельств в пользу 'Подождать'.
Какая-то я прямо до прискорбия здравомыслящая!
Мне указали на знакомый диванчик, около которого стоял столик с подносом. Я, подхватив по дороге сумочку, трепетно прижала ее к груди и села, настороженно глядя на мужчину. Он же вел себя как обычно, ни словом, ни жестом, ни взглядом не выходя за рамки приличий, и я постепенно успокоилась. Наверное, зря. Так как периодически мелькавшие искры в голубых глазах все же не давали окончательно расслабиться.
Моя жабка явно что-то задумала. И что-то весьма коварное, судя по всему!
Но вопреки ожиданиям, мысли о подлючей натуре риалана вызвали не возмущение, а... волнение и предвкушение игры, в которую он, конечно же, захочет меня втянуть. И имя этой игре - соблазнение.
Судя по всему, господин Ла-Шавиор понял, что жгучая стр-р-расть не произвела на меня нужного (и наверняка ожидаемого) эффекта, потому быстро сменил манеру поведения. Которая, черт возьми, оказалась очень действенной!
Блин, но все же насколько быстрый и предприимчивый тип! Только этим утром его бабушка нас навестила, презентовав жуткий дар, и мимоходом раскрыв то, что Кик уже некоторое время ночует в моей постели!
При мысли об этом к щекам прилила кровь, а при догадке о том, где он собирается провести и эту ночь... опять стало жарко.
Эх, жизненные принципы и здравый смысл, какие же вы, однако, неудобные!
Но... уммм, какой же интригующий меня ожидает вечер!
И, кстати, что радует: Кик никогда не применит силу. Меня, несомненно, постараются довести до такого состояния, чтобы я сама ему в руки свалилась. Ню-ню! Господин Ла-Шавоир, не знаю, насколько часто вы имели дело с совсем не разбуженными в телесном плане девственницами, но благодаря этому факту у меня есть шанс выстоять хотя бы до приезда Мины. Выстоять и не проявить решительной инициативы, в ходе которой еще неизвестно кто кого изнасилует!
Дело в том, что папа умер, когда мне было семнадцать, и до этого времени мальчики ко мне особо не клеились, потому как элементарно боялись грозного папку. А потом... траур, все же появляется молодой человек, но вот беда, дальше не особо чувственных поцелуев мы с ним зайти не успеваем. Пропадает мама.
Вот и появилась я в болоте вся такая к интиму не подготовленная. Бедный Кик, с учетом его популярности у противоположного пола (полдворца переимел, сволочь!), это наверняка казалось ему... обыдным!
Так тебе!
Пока я размышляла, Феликс уже успел наполнить чашки, стянуть со стола какую-то папку и.. сесть рядом со мной на диван. Притом кикимора явно не смущало то, что диван был немаленький, а я сидела в уголке, то есть в его распоряжении оставалось еще много места.
- Юль, - протянул бессовестный гад, полностью оправдывая мои домыслы. - Почему ты такая холодная?
- Дай мне чай, вдруг согреюсь, - мрачно отозвалась, по-возможности отстраняясь от риалана, перешедшего в решительное наступление.
- Но я же лучше... чая, - почти интимно шепнули на ухо, отчего я вздрогнула, понимая, что, кажется, несколько переоценила свою стойкость.
- Я предпочитаю... традиционность, - по возможности вежливо, корректно и прямо сообщила поганцу.
Кажется, я это сказала зря... Но почему, еще не понимаю. Ведь имела в виду, что хочу именно чай, а не то, что предлагают... попробовать. Я опять краснею.
- Традиционность, значит. Учтем, - Кикки окинул меня медленным, раздевающим взглядом, совершенно развратно подмигнул и, отстранившись, вернулся к нормальному тону. - Конфеты или печенье?
Вот... жабеныш!
- Конфету, пожалуйста, - сухо ответила и, немного подумав, с намеком пихнула его бедром. Таки места на диване много и не обязательно ко мне так прижиматься!
- Зай, изъясняйся более внятно, - сразил меня улыбкой болотный гад и, быстро освободив шоколадную сладость от яркой шуршащей обертки, протянул мне. Я попыталась забрать. Не дал, а поднес к губам, прозрачно намекая, как именно я должна это съесть.
- Печеньку, пожалуй, возьму, - непримиримо вздернула нос я и потянулась к блюду. Руку перехватили, перецеловали пальчики и покачали головой, со словами:
- Или так, или топай на кухню за провиантом. Правда, я тебя все равно не пущу...
- Кик! - возмущено воскликнула я. - Это уже не смешно!
- Ты права, - с искренним негодованием согласился этот бессовестный. - Ты заказывала трепетные ухаживания, я тебе их обеспечил, согласно озвученным тобой критериям. И что?! Да ты даже не заметила!
- Ты мне цветы не дарил! - нашлась, что возразить, пытаясь не сгореть от смущения. - Как я пойму, что это ухаживания, если нет цветов и подарков?!
- Как это нет?! - уже серьезно опешил Феликс. - Мы тебе пол цветочной лавки скупили, когда ты выдала, что тебе живых растений дома не хватает! Я подумал, что это новые заскоки и тебе подавай исключительно живые и в горшках!
- Ладно, - после секундных раздумий отбросила этот довод я. - А как же мелкие подарки, сладости, серенады под окном и прочее?
- Я мелких и бесполезных подарков дарить не умею и не собираюсь учиться, так как считаю это плохим, более того, неуважительным жестом! - Ла-Шавоир даже изволил от меня немного отодвинуться и сложить руки на груди. - Что еще... сладостей у тебя, благодаря Лелю, завались. Он постоянно что-нибудь эксклюзивное таскает и, если учитывать его источники, тут мне его не переплюнуть, потому даже пытаться не планировал. Серенады... ну, милая, во-первых, если ты спишь - тебя никакими силами не добудишься. А во-вторых, я плохо пою, а стало быть, позориться не собираюсь!
Я сидела... слушала... смотрела на такого дорогого мужчину, который сейчас явно пытался начать обижаться на меня, непонимающую, и чувствовала, как душу затапливает какое-то очень теплое, нежное и сладкое чувство.
