С последним я мало чем могла помочь, а вот что помнила из песен, напевала, позволяя уловить мотив, и по памяти записывала стихи. Насколько я знаю, Хинсар уже некоторое время носится с идеей сделать концерт, посвященной творчеству 'из-за грани'.
С Айларом все было проще и сложнее одновременно.
Мы разговаривали мало, Смерть просто приходил с бутылкой какой-то редкой гадости для себя и эксклюзивным безалкогольным напитком для меня. Я также молча приносила бокалы и продолжала заниматься своим делом. Такое ощущение, что Мастер просто не хотел быть один в эти моменты. И мое молчаливое присутствие как-то помогало. Однажды он сказал, что со мной приятно молчать. Я еще пошутила, что, похоже, унаследовала от мамы умение вовремя заткнуться, красноглазый только улыбнулся и затянулся неизменной сигарой, выдыхая дым в распахнутое окно.
Да, друзья у меня очень разные.
Странные у нас отношения.
Потребительские с их стороны, но я не в обиде, так как обо мне заботятся и, по возможности, берегут, а это, знаете ли, дорогого стоит.
Хотя какие же потребительские, если они так поступают?
Да, самоуверенные, и, как правило, проскальзывает 'мы знаем, как тебе лучше', но ведь наш жизненный опыт и правда несопоставим. Есть вещи, которые надо пережить, и какие бы ни были у меня интуиция и уровень интеллекта, тут я проигрываю по всем фронтам.
Встряхнулась, отгоняя задумчивые мысли, и закрыла за собой дверь.
В доме никого не было, потому я быстренько перекусила, помянув незлым тихим словом заразу Ла-Шавоира, из-за которого сладкого мне так и не досталось! Хотя, наверное, с утверждением 'не досталось сладкого' некоторые бы поспорили.
Так что сделала крепкий, сладкий чай, выгребла из буфета остатки былой роскоши в виде слегка подсохшего и в прошлом невероятно вкусного кекса и, в обнимку со всем этим, потопала наверх. В кабинет не хотелось, потому решительно свернула в спальню и сгрузила это все на маленький столик у окна.
Уже через полчаса, после душа, в сорочке и халате приступила к трудовому вечеру.
Стоило как следует подумать о паре спорных вопросов, а для этого надо было прошерстить литературку, умными... нелюдями написанную. К сожалению, в психологии местных я еще довольно часто лажала, и только провидение спасало от последствий, как для меня, так и для пациентов.
Мда, иногда, когда осознаю, чем могут аукнуться мои ошибки - становится жутко, страшно и очень боязно. А еще начинаю злиться. На того, кто кинул меня в это море, из спасательного круга предоставив только ту самую информацию.
Вот именно поэтому уже полтора месяца спала я очень мало. Слишком большой пласт неизвестного надо было усвоить, а это не обходилось без ужасной головной боли, от которой опять же спасали Айлар, Лель или Феликс.
В таком свете, кстати, неудивительно, что я была в блаженном неведении о том, кто со мной ночует. Ведь засыпала, как только голова касалась подушки, а вставала с величайшим трудом, и то - только потому, что завела неимоверно противный и голосистый будильник, который еще был запрограммирован на минутное улетание от владельца. Так что пока поймаешь мерзкий источник звука - как раз проснешься!
Да, я взвалила на себя немало, но создатель, как же это хорошо!
Трудиться, работать и не просто ради выживания, а ради цели. Интересной тебе цели. ТВОЕЙ цели. Ради этого можно не спать ночами, забывать поесть, но... насколько же сильно ощущаешь себя живой!
Вот и сейчас я опять обложилась тетрадями со своими же записями, несколькими книжками, и очень остро сожалела об отсутствии интернета местного пошиба!
Наконец, когда я поймала себя на том, что даже страницы книги уже кажутся притягательно мягкими для моей головушки, то зевнула и все же решила ложиться.
И почему так долго сегодня сидела? Неужели... ждала?
Подумала, и пришла к неутешительному выводу, что, и правда, ждала.
Эх... ладно, влюбилась - будем разгребать последствия. На свежую голову это делается лучше, а потому - спать!
Уснуть так сразу не получилось, несмотря на усталость, я еще некоторое время вертелась, но сон все же сморил... ровно до того момента, как меня осторожно обняли и прижали к прохладному телу.
И все. Обнял, прижал, уткнулся носом в волосы и, кажется, твердо решил спать. Я даже укол разочарования ощутила!
Потом включился здравый смысл, который пока был со мной, и я решила скандал не устраивать, но хоть немного отползти от мужчины. То, что на Кике хорошо, если трусы были, я ощущала прекрасно.
Осторожно попыталась сдвинуться, но не дали: не руки, а клещи какие-то!
Повертелась еще немного, пока усталый голос риалана не нарушил тишину спальни:
- Юлька, я вообще-то спать пришел, но если будешь так провокационно тереться об меня попкой, то в два счета могу передумать!
- Ой, - пискнула я, испуганно глядя в темноту комнаты.
- Спи, сокровище, - приподнялся на локтях и легко поцеловал в губы, снова упал на подушки рядом, сонно пробормотав: - Утром поговорим. Я устал как собака, только что от Гудвина, он нам три часа за компанию с Мастерами мозг выносил, змей подколодный.
Предупреждению я вняла, ерзать прекратила, но уснуть получилось, только когда поняла, что он и правда спит, и руки все также лежат на талии, не претендуя на что-то еще.
Спустя некоторое время осторожно повернулась, обняла Кика за шею, прижимаясь щекой к груди и вдыхая такой замечательный запах полыни и хризантем, и уплыла в сон, чувствуя себя глупой, но очень-очень счастливой.
Спокойного сна, моя ненормальная, но любимая сказка.
Это же время. Калин-Зар, малый Зал Совещаний.
Зал был большой, впочем, Гудвин тоже немаленький, потому масштаб помещения на фоне огромного змея уже не казался чем-то странным или необычным. Правитель свернулся кольцами на небольшом каменном возвышении и внимательно оглядывал сидящих за круглым столом.
Час был поздний, освещение слабое, по сути только колонны и искрились мягким серебором, месяц заливал зал призрачным светом сквозь прозрачные своды, да звезды подмигивали с небосклона. На то, чтобы разобрать черты лиц собеседников этого хватало, но вот с угадыванием эмоций было сложнее. Особенно тем, кто привык 'читать' настрой оппонента по мимике и жестикуляции. Настоящий ли настрой, или лишь то, что показывал не менее опытный игрок? Какая разница? Это все равно знания, это привычка, и без этого неуютно. Неуютно всем кроме Гудвина Ла-Дашра, которому свет по сути вообще был не нужен.
- И ш-ш-то нового вы можете мне поведать? - наконец прошипел левиафан и посмотрел на темную фигуру справа от себя. – Например, ты, С-с-семерть. Или Мастер в последнее веремя ставит в приоритет личное? Настолько, что на дела времени нехватает.
- До правителя дошли ложные слухи, - ровно отозвался Хранитель, вскинул руки и лунный свет на миг высек из ткани плаща кровавые отблески. Айлар поправил ворот мантии, опустив красные глаза и ровно продолжил: - Все мои ресурсы, от Всадников до личных сил, брошены на решение проблемы.
- И проблема не решается уже нес-с-сколько месс-с-сяцев! - зло ответил правитель зеленого сектора. - Прис-с-скорбно осознавать столь вопиющую некомпетенткость вас, как представителя моего ближнего круга, и как Атрибута сектора!
- Мы работаем, - все так же невозмутимо ответил мужчина, но... черные когти с едва слышным скрипом вошли в дерево подлокотника.
- Пытка, - повернулся в другую сторону Гудвин. - А что вы?
- Я - как обычно, - едва заметно улыбнулся Мастер. - Предоставят материал - буду 'колоть'. В данный момент ничего не требует моего личного вмешательства, со всем справляются ассистенты.
- Х-х-хорошо, - казалось, что из голоса правителя изчезли жесткие нотки. – Надеюс-с-с-сь, в остальном все в порядке. Нам не нужны сейчас срывы, Хин.
- Я понимаю, - лицо Пытки стало напоминать алебастровую маску, отчасти из-за слишком светлой кожи, отчасти... по иной причине. - Все в порядке, господин.
- Есть ли новости по поводу Зеркальника? - снова повернулся к главе разведслужбы государь. - И где Ла-Шавоир?!
- Решает проблемы в личной жизни, - фыркнул Пытка.
- Что-то прямо эпидемия какая-то, - пробормотал гиганский змей. - Тоже что ли заняться этим...
Мастера удивленно переглянулись. Пытка вскинул бровь, Айлар только пожал плечами, показывая, что личные заморочки змеистого начальства его не особо интересуют. Да, в том случае реально, со своими бы разобраться.
- С Зеркальником ничего нового, - спустя некоторое время заговорил Мастер Хин. - Предприимчивого гада по-прежнему ловят все разведки секторов, так что мы не первые в очереди на его дифицитную шкурку.
- Он все еще навещает тебя иногда? - склонил голову Гудвин и с шелестом сполз со своего ложа, чтобы спустя несколько секунд окутаться зеленоватым сиянием и, отряхнув рукав камзола, пройти к столу, чтобы налить бокал воды и, скривившись, выпить: - Что за гадство, зачем было делать правителям ипостась морского змея, если в Малахите полгода жара?!
- Спроси у создателя артефакта, - развел руками Тис.
- Помру - спрошу, - мрачно откликнулся Гудвин, откидывая со лба прядь волос. - Вот ответьте мне, пожалуйста, что у нас за разведка, которая уже два года не может поймать самого опасного организатора за последнее столетие?!
- У нас нормальная разведка, - хмыкнул Пытка. - Просто организатор необычный, да и гоняемся за ним эти два года не только мы. Если помнишь, даже отдел из специалистов всех четырех секторов создавали для его поимки. И ничего!
- Ты не ответил, - вдруг напомнил Гудвин. - Он приходит?
- Приходит, - вздохнул Мастер Хин. - Редко, но бывает. Мотивы самые непонятные, отловить не могу, у меня нет дара ходить зеркалами. Потому приходится терпеть гада.
- Мда... - проборотал правитель. - У нас с вами все веселее и веселее... надо думать, на чем можно поймать Охру. Кровь из носу надо, ребята. А то с таким рычагом давления, они от нас чего угодно добиться могут.
- Не идиоты, понимаем, - почти хором ответили Хранители.
- Тогда думайте и делайте, - воздух задрожал, и вот на месте человекоподобного мужчины снова гиганский змей. - Времени у нас мало. Подписывать договор придется все равно, но нельзя допустить еще одного. Потому что они осмелеют и условия будут поистине кабальные. И ведь придется соглашаться! Я не могу рисковать таким большим процентом населения.
Утро началось с прохладного ветра, касавшегося щеки, запаха кофе и шелеста страниц где-то над головой. На волосы легла чья-то рука и нежно погладила, потом осторожно коснулась щеки, и я со вздохом неосознанно потянулась за лаской. Раздался тихий смешок и голос:
- Доброе утро, солнце.
Осознание, что я кого-то обнимаю, наступило очень быстро.
Быстро открыла глаза и уткнулась взглядом в светлую кожу мужского живота, на котором очень красиво и рельефно выделялись кубики пресса. Тонкие волоски от пупка убегали вниз, загадочно скрываясь под одеялом, что наводило меня на самые... эм, просто самые мысли.
Немного погодя настигло осознание, что Кик все же не только в белье, так как я закинула ногу на него, а сама была в одной, уже очень изрядно задравшейся сорочке, стало быть, прекрасно ощущала, что риалан в мягких штанах.
Правда оптимизма эта деталь все равно не внушила.
Утро... оно такое... трезвое, чтоб вас!
Вернее, отрезвляющее.
- Д-д-доброе, - вежливо откликнулась, быстро убирая руки с Ла-Шавоировского тела. Так, ноги тоже не забыть, хотя им там и удобно.
Села и затравленно огляделась, не зная, как себя вести в такой ситуации.
И где вся вчерашняя бравада?
Хотела? Пришел!
Правда, как и я, мужчина, судя по всему, решил перевести отношения на иной уровень, да и я теперь знала о маленькой хитрости, а, стало быть, сбегать до того, как проснусь, теперь не надо.
- Кофе? - перед носом появилась небольшая чашка, в которую я радостно вцепилась.
Вот, можно занять себя пока этим.
- Ю-у-у-уль, - рассмеялся Кик. - Посмотри на меня.
Подняла глаза на Феликса. Он с затаенной иронией в голубых глазах глядел на меня, потом отложил бумаги, которые просматривал до моего пробуждения, на прикроватную тумбочку, туда же поставил свою чашку, переместился ближе ко мне и, поцеловав в щеку, проговорил:
- Не пугайся и выслушай, хорошо? - я немного судорожно кивнула и опять покраснела под его понимающим взглядом. Взгляд скользнул ниже, дошел до выреза на сорочке и стал заинтересованным! – Так, о чем это я?...
- О чем-то важном!
- Несомненно! - все еще не отрывая глаз от лишь наполовину прикрытой груди, кивнул риалан, но сделал над собой усилие и снова посмотрел мне в глаза. Вот зараза! - Так вот... я подумал над тем, что ты говорила. Мои шаги навстречу - это, и правда, никакого секса до отъезда Мины или того, как падут лалы. К сожалению, что случится первым, - я не знаю. Твой ответный шаг - мы пара и ты моя невеста. Ну и... спим вместе и ты меня не отталкиваешь, - увидев мое шокированное лицо, Кик поспешно добавил: - Напоминаю, секса не будет. Всё как ты хотела. И маленький бонус для тебя: если ты просишь три раза, я останавливаюсь...
Я сидела, аккуратно отпивала кофе и думала.
Впрочем, обдумывать особо было нечего.
- Согласна, - чего стоило не смущаться, глядя ему в глаза, не знал никто! - Но, ты уделяешь мне больше времени. Прогулки, приятности, совместные вечера и прочее. Также хотелось бы быть хоть немного в курсе твоих дел. Не хочу, чтобы на вопрос, как прошел день, ты отшучивался или менял тему, как это чаще всего было раньше.
- Хорошо, - также спокойно ответил Ла-Шавоир. – Но, предупреждаю сразу: некоторые вещи рассказывать просто не имею права.
- Я понимаю, - робко улыбнулась в ответ.
- Вот и замечательно, - он снова оказался как-то совсем близко и тихо попросил. - Может, ты все же поцелуешь меня сама? Хотя бы раз... а то я себя всегда едва ли не дорвавшимся маньяком чувствую.
Я все же залилась краской, но потянулась навстречу, осторожно касаясь его губ.
Поцелуй был очень нежным, медленным и... изучающим. Он не будил того сжигающего жара, в который окунали вчерашние, но почему-то приносил в душу какой-то трепет и тихую радость.
Он отстранился первым, потерся носом о мой и лукаво прищурил глаза:
- Совместные вечера и приятности, говоришь... - мечтательно промурлыкал Феликс. - Будут.
Что именно из перечисленного будет, я уточнить не успела, потому как болотный интриган плавно поднялся с постели и с коротким стоном удовольствия потянулся, отчего мне сразу стало не до вопросов. Ибо вид Феликса в одних свободных штанах, мало того что был непривычным, так еще и волновал!
Неимоверно довольный кикимор легкой походкой направился к двери, подхватил по дороге со спинки стула аккуратно сложенные вещи и, уже взявшись за ручку, обернулся:
- Спускайся завтракать, Юль.
Завтрак прошел уютно и очень по-домашнему, хотя был и недолгим.
Потом Феликс отвез меня в резиденцию и смылся в неизвестном направлении, предупредив, что на обед проводить не сможет, так как вынужден уехать из Изумрудного, и будет только вечером, и уже дома.
С Айларом все было проще и сложнее одновременно.
Мы разговаривали мало, Смерть просто приходил с бутылкой какой-то редкой гадости для себя и эксклюзивным безалкогольным напитком для меня. Я также молча приносила бокалы и продолжала заниматься своим делом. Такое ощущение, что Мастер просто не хотел быть один в эти моменты. И мое молчаливое присутствие как-то помогало. Однажды он сказал, что со мной приятно молчать. Я еще пошутила, что, похоже, унаследовала от мамы умение вовремя заткнуться, красноглазый только улыбнулся и затянулся неизменной сигарой, выдыхая дым в распахнутое окно.
Да, друзья у меня очень разные.
Странные у нас отношения.
Потребительские с их стороны, но я не в обиде, так как обо мне заботятся и, по возможности, берегут, а это, знаете ли, дорогого стоит.
Хотя какие же потребительские, если они так поступают?
Да, самоуверенные, и, как правило, проскальзывает 'мы знаем, как тебе лучше', но ведь наш жизненный опыт и правда несопоставим. Есть вещи, которые надо пережить, и какие бы ни были у меня интуиция и уровень интеллекта, тут я проигрываю по всем фронтам.
Встряхнулась, отгоняя задумчивые мысли, и закрыла за собой дверь.
В доме никого не было, потому я быстренько перекусила, помянув незлым тихим словом заразу Ла-Шавоира, из-за которого сладкого мне так и не досталось! Хотя, наверное, с утверждением 'не досталось сладкого' некоторые бы поспорили.
Так что сделала крепкий, сладкий чай, выгребла из буфета остатки былой роскоши в виде слегка подсохшего и в прошлом невероятно вкусного кекса и, в обнимку со всем этим, потопала наверх. В кабинет не хотелось, потому решительно свернула в спальню и сгрузила это все на маленький столик у окна.
Уже через полчаса, после душа, в сорочке и халате приступила к трудовому вечеру.
Стоило как следует подумать о паре спорных вопросов, а для этого надо было прошерстить литературку, умными... нелюдями написанную. К сожалению, в психологии местных я еще довольно часто лажала, и только провидение спасало от последствий, как для меня, так и для пациентов.
Мда, иногда, когда осознаю, чем могут аукнуться мои ошибки - становится жутко, страшно и очень боязно. А еще начинаю злиться. На того, кто кинул меня в это море, из спасательного круга предоставив только ту самую информацию.
Вот именно поэтому уже полтора месяца спала я очень мало. Слишком большой пласт неизвестного надо было усвоить, а это не обходилось без ужасной головной боли, от которой опять же спасали Айлар, Лель или Феликс.
В таком свете, кстати, неудивительно, что я была в блаженном неведении о том, кто со мной ночует. Ведь засыпала, как только голова касалась подушки, а вставала с величайшим трудом, и то - только потому, что завела неимоверно противный и голосистый будильник, который еще был запрограммирован на минутное улетание от владельца. Так что пока поймаешь мерзкий источник звука - как раз проснешься!
Да, я взвалила на себя немало, но создатель, как же это хорошо!
Трудиться, работать и не просто ради выживания, а ради цели. Интересной тебе цели. ТВОЕЙ цели. Ради этого можно не спать ночами, забывать поесть, но... насколько же сильно ощущаешь себя живой!
Вот и сейчас я опять обложилась тетрадями со своими же записями, несколькими книжками, и очень остро сожалела об отсутствии интернета местного пошиба!
Наконец, когда я поймала себя на том, что даже страницы книги уже кажутся притягательно мягкими для моей головушки, то зевнула и все же решила ложиться.
И почему так долго сегодня сидела? Неужели... ждала?
Подумала, и пришла к неутешительному выводу, что, и правда, ждала.
Эх... ладно, влюбилась - будем разгребать последствия. На свежую голову это делается лучше, а потому - спать!
Уснуть так сразу не получилось, несмотря на усталость, я еще некоторое время вертелась, но сон все же сморил... ровно до того момента, как меня осторожно обняли и прижали к прохладному телу.
И все. Обнял, прижал, уткнулся носом в волосы и, кажется, твердо решил спать. Я даже укол разочарования ощутила!
Потом включился здравый смысл, который пока был со мной, и я решила скандал не устраивать, но хоть немного отползти от мужчины. То, что на Кике хорошо, если трусы были, я ощущала прекрасно.
Осторожно попыталась сдвинуться, но не дали: не руки, а клещи какие-то!
Повертелась еще немного, пока усталый голос риалана не нарушил тишину спальни:
- Юлька, я вообще-то спать пришел, но если будешь так провокационно тереться об меня попкой, то в два счета могу передумать!
- Ой, - пискнула я, испуганно глядя в темноту комнаты.
- Спи, сокровище, - приподнялся на локтях и легко поцеловал в губы, снова упал на подушки рядом, сонно пробормотав: - Утром поговорим. Я устал как собака, только что от Гудвина, он нам три часа за компанию с Мастерами мозг выносил, змей подколодный.
Предупреждению я вняла, ерзать прекратила, но уснуть получилось, только когда поняла, что он и правда спит, и руки все также лежат на талии, не претендуя на что-то еще.
Спустя некоторое время осторожно повернулась, обняла Кика за шею, прижимаясь щекой к груди и вдыхая такой замечательный запах полыни и хризантем, и уплыла в сон, чувствуя себя глупой, но очень-очень счастливой.
Спокойного сна, моя ненормальная, но любимая сказка.
Это же время. Калин-Зар, малый Зал Совещаний.
Зал был большой, впочем, Гудвин тоже немаленький, потому масштаб помещения на фоне огромного змея уже не казался чем-то странным или необычным. Правитель свернулся кольцами на небольшом каменном возвышении и внимательно оглядывал сидящих за круглым столом.
Час был поздний, освещение слабое, по сути только колонны и искрились мягким серебором, месяц заливал зал призрачным светом сквозь прозрачные своды, да звезды подмигивали с небосклона. На то, чтобы разобрать черты лиц собеседников этого хватало, но вот с угадыванием эмоций было сложнее. Особенно тем, кто привык 'читать' настрой оппонента по мимике и жестикуляции. Настоящий ли настрой, или лишь то, что показывал не менее опытный игрок? Какая разница? Это все равно знания, это привычка, и без этого неуютно. Неуютно всем кроме Гудвина Ла-Дашра, которому свет по сути вообще был не нужен.
- И ш-ш-то нового вы можете мне поведать? - наконец прошипел левиафан и посмотрел на темную фигуру справа от себя. – Например, ты, С-с-семерть. Или Мастер в последнее веремя ставит в приоритет личное? Настолько, что на дела времени нехватает.
- До правителя дошли ложные слухи, - ровно отозвался Хранитель, вскинул руки и лунный свет на миг высек из ткани плаща кровавые отблески. Айлар поправил ворот мантии, опустив красные глаза и ровно продолжил: - Все мои ресурсы, от Всадников до личных сил, брошены на решение проблемы.
- И проблема не решается уже нес-с-сколько месс-с-сяцев! - зло ответил правитель зеленого сектора. - Прис-с-скорбно осознавать столь вопиющую некомпетенткость вас, как представителя моего ближнего круга, и как Атрибута сектора!
- Мы работаем, - все так же невозмутимо ответил мужчина, но... черные когти с едва слышным скрипом вошли в дерево подлокотника.
- Пытка, - повернулся в другую сторону Гудвин. - А что вы?
- Я - как обычно, - едва заметно улыбнулся Мастер. - Предоставят материал - буду 'колоть'. В данный момент ничего не требует моего личного вмешательства, со всем справляются ассистенты.
- Х-х-хорошо, - казалось, что из голоса правителя изчезли жесткие нотки. – Надеюс-с-с-сь, в остальном все в порядке. Нам не нужны сейчас срывы, Хин.
- Я понимаю, - лицо Пытки стало напоминать алебастровую маску, отчасти из-за слишком светлой кожи, отчасти... по иной причине. - Все в порядке, господин.
- Есть ли новости по поводу Зеркальника? - снова повернулся к главе разведслужбы государь. - И где Ла-Шавоир?!
- Решает проблемы в личной жизни, - фыркнул Пытка.
- Что-то прямо эпидемия какая-то, - пробормотал гиганский змей. - Тоже что ли заняться этим...
Мастера удивленно переглянулись. Пытка вскинул бровь, Айлар только пожал плечами, показывая, что личные заморочки змеистого начальства его не особо интересуют. Да, в том случае реально, со своими бы разобраться.
- С Зеркальником ничего нового, - спустя некоторое время заговорил Мастер Хин. - Предприимчивого гада по-прежнему ловят все разведки секторов, так что мы не первые в очереди на его дифицитную шкурку.
- Он все еще навещает тебя иногда? - склонил голову Гудвин и с шелестом сполз со своего ложа, чтобы спустя несколько секунд окутаться зеленоватым сиянием и, отряхнув рукав камзола, пройти к столу, чтобы налить бокал воды и, скривившись, выпить: - Что за гадство, зачем было делать правителям ипостась морского змея, если в Малахите полгода жара?!
- Спроси у создателя артефакта, - развел руками Тис.
- Помру - спрошу, - мрачно откликнулся Гудвин, откидывая со лба прядь волос. - Вот ответьте мне, пожалуйста, что у нас за разведка, которая уже два года не может поймать самого опасного организатора за последнее столетие?!
- У нас нормальная разведка, - хмыкнул Пытка. - Просто организатор необычный, да и гоняемся за ним эти два года не только мы. Если помнишь, даже отдел из специалистов всех четырех секторов создавали для его поимки. И ничего!
- Ты не ответил, - вдруг напомнил Гудвин. - Он приходит?
- Приходит, - вздохнул Мастер Хин. - Редко, но бывает. Мотивы самые непонятные, отловить не могу, у меня нет дара ходить зеркалами. Потому приходится терпеть гада.
- Мда... - проборотал правитель. - У нас с вами все веселее и веселее... надо думать, на чем можно поймать Охру. Кровь из носу надо, ребята. А то с таким рычагом давления, они от нас чего угодно добиться могут.
- Не идиоты, понимаем, - почти хором ответили Хранители.
- Тогда думайте и делайте, - воздух задрожал, и вот на месте человекоподобного мужчины снова гиганский змей. - Времени у нас мало. Подписывать договор придется все равно, но нельзя допустить еще одного. Потому что они осмелеют и условия будут поистине кабальные. И ведь придется соглашаться! Я не могу рисковать таким большим процентом населения.
Глава 8
Утро началось с прохладного ветра, касавшегося щеки, запаха кофе и шелеста страниц где-то над головой. На волосы легла чья-то рука и нежно погладила, потом осторожно коснулась щеки, и я со вздохом неосознанно потянулась за лаской. Раздался тихий смешок и голос:
- Доброе утро, солнце.
Осознание, что я кого-то обнимаю, наступило очень быстро.
Быстро открыла глаза и уткнулась взглядом в светлую кожу мужского живота, на котором очень красиво и рельефно выделялись кубики пресса. Тонкие волоски от пупка убегали вниз, загадочно скрываясь под одеялом, что наводило меня на самые... эм, просто самые мысли.
Немного погодя настигло осознание, что Кик все же не только в белье, так как я закинула ногу на него, а сама была в одной, уже очень изрядно задравшейся сорочке, стало быть, прекрасно ощущала, что риалан в мягких штанах.
Правда оптимизма эта деталь все равно не внушила.
Утро... оно такое... трезвое, чтоб вас!
Вернее, отрезвляющее.
- Д-д-доброе, - вежливо откликнулась, быстро убирая руки с Ла-Шавоировского тела. Так, ноги тоже не забыть, хотя им там и удобно.
Села и затравленно огляделась, не зная, как себя вести в такой ситуации.
И где вся вчерашняя бравада?
Хотела? Пришел!
Правда, как и я, мужчина, судя по всему, решил перевести отношения на иной уровень, да и я теперь знала о маленькой хитрости, а, стало быть, сбегать до того, как проснусь, теперь не надо.
- Кофе? - перед носом появилась небольшая чашка, в которую я радостно вцепилась.
Вот, можно занять себя пока этим.
- Ю-у-у-уль, - рассмеялся Кик. - Посмотри на меня.
Подняла глаза на Феликса. Он с затаенной иронией в голубых глазах глядел на меня, потом отложил бумаги, которые просматривал до моего пробуждения, на прикроватную тумбочку, туда же поставил свою чашку, переместился ближе ко мне и, поцеловав в щеку, проговорил:
- Не пугайся и выслушай, хорошо? - я немного судорожно кивнула и опять покраснела под его понимающим взглядом. Взгляд скользнул ниже, дошел до выреза на сорочке и стал заинтересованным! – Так, о чем это я?...
- О чем-то важном!
- Несомненно! - все еще не отрывая глаз от лишь наполовину прикрытой груди, кивнул риалан, но сделал над собой усилие и снова посмотрел мне в глаза. Вот зараза! - Так вот... я подумал над тем, что ты говорила. Мои шаги навстречу - это, и правда, никакого секса до отъезда Мины или того, как падут лалы. К сожалению, что случится первым, - я не знаю. Твой ответный шаг - мы пара и ты моя невеста. Ну и... спим вместе и ты меня не отталкиваешь, - увидев мое шокированное лицо, Кик поспешно добавил: - Напоминаю, секса не будет. Всё как ты хотела. И маленький бонус для тебя: если ты просишь три раза, я останавливаюсь...
Я сидела, аккуратно отпивала кофе и думала.
Впрочем, обдумывать особо было нечего.
- Согласна, - чего стоило не смущаться, глядя ему в глаза, не знал никто! - Но, ты уделяешь мне больше времени. Прогулки, приятности, совместные вечера и прочее. Также хотелось бы быть хоть немного в курсе твоих дел. Не хочу, чтобы на вопрос, как прошел день, ты отшучивался или менял тему, как это чаще всего было раньше.
- Хорошо, - также спокойно ответил Ла-Шавоир. – Но, предупреждаю сразу: некоторые вещи рассказывать просто не имею права.
- Я понимаю, - робко улыбнулась в ответ.
- Вот и замечательно, - он снова оказался как-то совсем близко и тихо попросил. - Может, ты все же поцелуешь меня сама? Хотя бы раз... а то я себя всегда едва ли не дорвавшимся маньяком чувствую.
Я все же залилась краской, но потянулась навстречу, осторожно касаясь его губ.
Поцелуй был очень нежным, медленным и... изучающим. Он не будил того сжигающего жара, в который окунали вчерашние, но почему-то приносил в душу какой-то трепет и тихую радость.
Он отстранился первым, потерся носом о мой и лукаво прищурил глаза:
- Совместные вечера и приятности, говоришь... - мечтательно промурлыкал Феликс. - Будут.
Что именно из перечисленного будет, я уточнить не успела, потому как болотный интриган плавно поднялся с постели и с коротким стоном удовольствия потянулся, отчего мне сразу стало не до вопросов. Ибо вид Феликса в одних свободных штанах, мало того что был непривычным, так еще и волновал!
Неимоверно довольный кикимор легкой походкой направился к двери, подхватил по дороге со спинки стула аккуратно сложенные вещи и, уже взявшись за ручку, обернулся:
- Спускайся завтракать, Юль.
Завтрак прошел уютно и очень по-домашнему, хотя был и недолгим.
Потом Феликс отвез меня в резиденцию и смылся в неизвестном направлении, предупредив, что на обед проводить не сможет, так как вынужден уехать из Изумрудного, и будет только вечером, и уже дома.
