Минавель.
Настя, судя по всему, была хотя бы отчасти в курсе дел, потому что почти процедила знакомую фразочку:
- Жила была баба-яга. Добрая-предобрая, что б ее!
- А уж до чего красивая... - со вздохом закончила цитатку из любимого в детстве мультика.
Эльфа и правда была красивая, даже отсюда видно... видно, что изящная, хрупкая и грациозная. Уверена, что и мордочка подходящая. Недаром она так Элом и Киком крутила в свое время.
Я решительно приподняла подол юбки и пошла вниз. Все же Кик в свое время был прав, не всегда же он сам должен отстаивать МОИ на него права?
И вообще, после всего, что между нами было, хочет - не хочет, а жениться придется!
- Добрый день, - мягко произнесла я, приблизившись к спорящей паре.
Пара... какое отвратительное слово в этом контексте!
- Юль, - с улыбкой повернулся ко мне Кик и подал руку, сразу же привлекая к себе. - Позволь представить, это леди Минавель Гилвен, заместительница главы посольства Аквамарина.
- Здравствуйте, - вежливо улыбнулась я, пристально разглядывая хрупкую красавицу с огромными, невинными ореховыми глазами, совершенной кожей и восхитительными длинными волосам, частью уложенными в высокий венец, частью заплетенными в косы, рассыпавшиеся по плечам и спине. Платье цвета снега, с темно-золотыми складками, облегало женственную фигуру, алые губы изогнулись в приветливой улыбке.
Остроухая прелесть. Если бы не знала, что она из себя представляет, то прониклась бы симпатией.
Кик же продолжал церемонию знакомства.
- Леди Минавель, это моя риале, Юлия Аристова Ла-Шавоир.
- Очень приятно, - кивнула эльфийка и кинула на Феликса лукавый взгляд. - Риале, значит?
- И почти невеста, - с каменным лицом кивнул мужчина.
- Правда? - весело спросила эта.... И демонстративно посмотрела на мою руку.
Наверное, это что-то значило.
- Если вы думаете, что отсутствие родового кольца помешает моим планам, то глубоко ошибаетесь, - отрезал Ла-Шавоир, крепче сжимая мою руку.
Эльфа мелодично рассмеялась и, наклонив головку набок, сказала.
- Я -то ничего не думаю... А жрецы? Насколько я знаю, такой брак будет недействителен для наследника рода Ла-Шавоир.
Ответ поразил всех присутствующих:
- Значит, род останется без наследника.
- Как интересно, - вскинула бровь эльфийка.
- Очень интересно, - вмешалась я пристально глядя на девушку, и чуть ближе допустимого прижимаясь к моему мужчине. Мужчина не то что не возражал, он, наоборот, нарушая приличия притянул меня еще ближе и поцеловал в висок. Мимолетно, как будто это было так же естественно, как дыхание, так, что уже стало машинальным. Я улыбнулась в ответ, и поправила ему шейный платок, шепнув на ухо:
- Перекосился.
Он улыбнулся, и заправил мне за ухо выбившийся завиток волос.
Последовало выразительное покашливание и мы повернулись к эльфе.
Мина едва заметно нахмурилась и снова обратилась ко мне:
- Вы переселенка, как понимаю...
- Скоро эта переселенка займет аналогичное мне положение в иерархии Малахита, - вдруг сказал Феликс. - И не из-за того, кем она приходится МНЕ. Так что, леди Гилвен, придержите ваши остроты и 'тонкие' намеки на неравенство для другого случая.
Я удивленно посмотрела на риалана, потому что была в счастливом неведении о том, что он говорил, но решила придержать выяснение интересных обстоятельств до другого случая.
А эльфа... я, к сожалению не придворная пиранья, чтобы уметь элегантно оскорблять, да и для этого нужно иметь информацию и... основания. Оснований, кроме того, что она бывшая Кика, у меня не было, Минавель пока вела себя в пределах допустимых норм, а, стало быть... мне нечего ей сказать. Тем более ТУТ. Мы стоим в холле Калин-Зара.
Стало быть, глупить нельзя.
- Феликс, - мурлыкнула проклятая девка, едва заметно, но завлекательно улыбаясь. - Ты не мог бы уделить мне время? Нам есть что обсудить... как деловые моменты, так и более личные.
- Леди Гилвен, - невозмутимо начал Ла-Шавоир. - Все мое время, за исключением рабочего, принадлежит моей женщине, и, не в обиду сказано, между обществом Юли и вашим, я выберу свою риале. Рабочие же вопросы... я предпочту обсудить с Алзаром Золотым.
Она нехорошо прищурилась и даже открыла рот, но сказать ничего не успела.
Нас прервал Лельер.
- Ле-е-еди Минавель! - протянул шут, подходя ближе и отвешивая издевательски-учтивый поклон. - Я так счастлив вас видеть, что еще бы столько же не встречался!
- Господин Хинсар, добрый день, - поздоровалась девушка, но... нежный румянец со скул пропал и теперь она была белее своего платья. А в ореховых глазах на миг мелькнула тень... страха? - Как вижу, вы не меняетесь со временем. Но, надо признать, что ваши манеры - не то неизменное, что я бы желала видеть.
- Леди, - ухмыльнулся Хинсар. - Кстати, цените, что я вас так называю. И цените то, что настроение сейчас... не игривое.
Почему-то 'игривое' прозвучало как-то совсем не так... как-то очень опасно прозвучало.
Мина вздрогнула, но быстро взяла себя в руки и, надменно вскинув голову, проговорила:
- Здравствуйте, Лельер. У меня к вам послание от... госпожи.
- Не заинтересован, - шут даже не соблаговолил скривить губы в вежливой улыбке. - Иначе, милая Мина, ответным моим посланием может быть ваша голова, - позади нас тихо охнула Настя, а Кик встревоженно посмотрел на друга, который приблизился к женщине почти вплотную и сказал на заостренное ушко. - И знаете, в чем прелесть ситуации? Мне ни-и-ичего за это не будет.
- Я заместительница главы посольства, высокая леди Аквамарина и личная ученица Серебряной Хозяйки, - отчеканила она, отшатнувшись. - Вы не имеете права и пальцем меня тронуть!
Мужчина же тихо рассмеялся в ответ, сверкнув безумным огоньком в синих глазах.
- А теперь вспомните, кто я, и подумайте над правильностью своих выводов, - ласково посоветовал Хинсар и, повернувшись к нам, сказал: - Вынужден вас оставить, господа.
Четко развернулся и пошел к выходу.
Я смотрела вслед и понимала, что сейчас либо маска упала... либо он примерил новую для меня.
Когда же я могу разгадать тебя, шут?
А, самое главное, надо ли?
- Лорд Ла-Шавоир, - очнулась гадюка подколодная. - Я повторю свою... настоятельную просьбу.
- А я повторю свой ответ, - тут же отозвался Феликс.
- Если мне не изменяет память, то еще при торжественной встрече Гудвин поставил вас ответственным и просил всячески содействовать, верно? - голос остроухой кобры стал нежным и сладким. - Моя просьба не выходит за рамки деловой, потому я не вижу оснований для отказала, Феликс.
- Хорошо, - тихо и зло ответил риалан, после пяти вечера будьте готовы.
- Замечательно, - расцвела Мина. - Тогда до вечера... Кик.
- Вы потеряли право так меня называть, - спокойно отозвался Феликс. - До свидания, леди Гилвен.
Не дожидаясь ответа, мужчина взял меня под локоток и повел к выходу
- К сожалению, сегодня нам с тобой поехать не получится, - начал Феликс, спустя десяток пройденных метров. Я только вздохнула и, понимая, что худшее, что сейчас могу сделать, это допытываться, только кивнула. Он невесомо погладил внутреннюю сторону ладони и почти неслышно добавил: - Юль, я не хочу тебя в этом пачкать. Не хочу, чтобы вы сталкивались лишний раз. Это моя битва... моя ноша.
- Я понимаю, - подняла на него глаза и слабо улыбнулась.
- Я ненадолго, - нежно поцеловал меня в лоб риалан. - Несколько часов, так что не волнуйся, а вечером, может, сходим погуляем, давно хотел тебя сводить в одно хорошее местечко.
- Давай, - сделав над собой усилие, я радостно и беззаботно улыбнулась, но все же не удержалась и тихо сказала. - Я тебе верю.
Он остановился, очень серьезно посмотрел на меня и одними губами шепнул:
- Спасибо.
Вечером я сидела на подоконнике в Нефритовом, бездумно водя ручкой по девственно чистому листу. Глядела в окно, за которым шел дождь, и думала.
Что такое несколько часов?
И сколько это?
Два-три-четыре?
Он должен был с ней встретиться в пять...
Повернула голову и с горечью посмотрела на стрелки часов, которые показывали почти девять вечера.
Девять вечера...
А его нет.
Не появился и в полдесятого, и даже в десять.
Я почему-то сидела, как замороженная, не было ни слез, ни метаний, ни заламывания рук. Просто как выморозило изнутри. Даже знобить начинает... странно. Машинально потянулась к чашке, и только когда обхватила фарфор ладонями и сделала первый глоток, поняла, что заваренный несколько часов назад чай никак не может быть горячим.
Пол одиннадцатого. А его нет. Его нет...
Ливень отчаянно хлестал в окно, оглушительно грохотал гром, так, что даже стекла дрожали, а зарницы почти слепили глаза. Дождь шел уже долго. Начался еще днем.
Создатель, ну почему же так?!
Он же знает, что я жду, он знает, как я к нему отношусь!
Неужели после всего, что... начиналось, он так просто сдастся?! Или я и правда слишком много о себе мнила? Может, первичные домыслы о том, что я лишь попытка хоть немного отвлечься от остроухой, верны? Что, если он изображал свои чувства?
Да и какие чувства?
Да, он меня хочет и я ему нравлюсь.
Но я уже говорила, что влюблена... а он даже никакого ответного намека не сделал. А ведь должен понимать, насколько это для меня важно!
По щеке скользнула обжигающе горячая капля, я коснулась скулы кончиками пальцев и даже с некоторым удивлением посмотрела на влажную кожу. Потом из груди вырвался тихий всхлип, и слезы полились уже потоком. Со стуком на пол упали тетрадка и ручка, да и чашка тоже отправилась туда, скинутая неловким движением. Звон разбившегося фарфора слился с громом.
Неужели все на этом и закончится?
Я не знаю, НЕ ЗНАЮ, что ему надо будет сказать мне, как оправдаться, чтобы я не просто поверила, чтобы осадка не осталось!
Какая же дурочка. Слишком близко пустила, слишком много позволила. Ведь знала, что больно будет.
Неужели эти несколько дней счастья и крыльев за спиной стоят этого?
Спросила... и вдруг поняла, что да, стоят. Что бы ни было потом, но стоят. Счастье в жизни должно быть, пусть даже такое... мимолетное.
Дождь начинал стихать, зарницы уже сверкали где-то вдалеке, а гром и вовсе был почти неслышен. Слезы тоже стихли, и я, еще более заторможенная, чем раньше, сидела и тупо смотрела в окно, считая секунды от молнии до грома.
Тишина такая, что слышно, как стучат в стекло совсем мелкие капельки, как скрипят стропила крыши... рассекшая небо вспышка...
Один.... три... семь... тринадцать...
Бабах!
И снова тишина...
Шум листвы, звук шагов где-то внизу...
Шаги?!
Всю оцепенелость как снесло, я так торопилась, что почти свалилась со своего насеста и бросилась вниз.
Пришел. Пришел! Вернулся!
Лестницу я преодолела почти так же, как и подоконник, то есть едва ли не кубарем. Вылетела в гостиную, заметила в дверях фигуру в черном плаще с капюшоном и, просияв, бросилась к нему. Уже когда обняла... поняла, что не тот.
Бергамот и цитрусы. Подняла голову, и мужчина со вздохом снял капюшон, открывая светлые волосы.
- Лель...
- Другого ждала, - грустно улыбнулся шут, обнимая, прижимая к себе и проводя ладонью по волосам.
А я... я крепко-крепко прижалась, прикусила губу, чтобы сдержать снова навернувшиеся на глаза слезы, и судорожно кивнула.
Он отстранился, снял промокший плащ и, взяв за руку, потащил меня на кухню, там насильно усадил на высокий стул около плиты, а сам, покопавшись в ящиках, достал маленький ковшик, налил воды и поставил на огонь. Потом достал из-за пазухи несколько мешочков и добавил в воду по ложке какой-то травки из каждого.
Я тупо сидела и смотрела. Мне как-то уже все равно было.
Сколько уже времени? А есть ли смысл?
- Значит так, красота моя, - начал Лель. - Дело в том, что у меня на твоем благоверном маячок стоит, то есть я знаю, где он. Потому, когда он к такому времени не появился дома... решил сходить, тебя, мнительную, проверить.
- Да, он не дома, - медленно кивнула я, задумчиво наблюдая, как шут разливает получившийся отвар по кружкам, добавляет и добавляет туда сахар. Раз, два, три, четыре... ложки. Много.
Лельер неодобрительно на меня взглянул, достал откуда-то маленькую бутылочку и, налив оттуда в столовую ложку какую-то тягучую янтарную жидкость, плюхнул это в 'чай', потом со стуком поставил передо мной напиток и приказал:
- Пей! - сам сел за стол и, попробовав свою порцию, одобрительно кивнул. - Итак, милая моя... Как ты знаешь, имение, что выделили Аквамарину под посольство, находится недалеко от Изумрудного. Притом, находится в низине, которая, конечно, обычно не затапливается, но такого ливня, как сегодня, в Малахите на моей памяти не случалось. То есть, если Кик оттуда не может выехать..
- А порталы? - тихо спросила я. - Или Смерть его забрать не может?
- Юля, - с иронией посмотрел на меня Хинсар. - Ты о ком говоришь? Айлар - Хранитель. Тип с огромным количеством обязанностей и работы. А твоему Феликсу никакая опасность не грозит, чтобы только ради этого бросать нащупанную ниточку расследования и нестись его выручать только из-за того, что ты ревнивая.
- А ты? - спросила. - Ты ведь тут. И ты сильный маг!
- Юль, я не телепортист! - развел руками мужчина. - Вот не поверишь, этот раздел мне всегда давался очень сложно, да и удачно у меня это получается в пятидесяти процентах случаев. В остальных выносит где угодно, в радиусе пяти километров от точки назначения. В прошлый раз вообще вывалился в небе, едва за дерево зацепиться успел! Потому, извини, но я тоже не поскачу за Киком, тем более что, в отличие от тебя, оцениваю нашего кикимора вполне адекватно. Кретином он никогда не был.
- Я поняла, спасибо, - сказала, чтобы закрыть эту тему. Я даже думать на нее не хотела, не то что обсуждать. Вот Феликс вернется... тогда посмотрим.
Феликс... словно в ответ на мысли, меня внезапно окутало волной жара, затаившейся внизу живота, дыхание сбилось, а по коже как плетью удовольствия хлестнули. Прекратилось все почти сразу, но...
Но я уже поняла. Помертвевшая, сидела с широко распахнутыми глазами, и все, на что меня хватило, это до боли прикусить губу.
Это не мое удовольствие. Это не мои чувства. Его. Все его.
И я даже могу догадаться, с кем...
Негнущимися пальцами, даже не совсем понимая, что и зачем, я стащила свое кольцо, которое блокировало действие лала и не позволяло Кику ощущать мои чувства, и... и отпустила все на волю. Все то, что сжатой пружиной находилось внутри все эти часы. Слезы, душевную боль и молчаливый крик 'Зачем?! Я же верила...'.
Потом вернула побрякушку обратно и, крепко-крепко сжав пальцы, так и сидела на своем стуле и молча плакала. Лель со вздохом подошел, быстро поднял меня к себе на руки и сел уже вместе со мной. Уткнулась в плечо блондину и зарыдала. Наверное, не очень красиво, со всхлипами, до судорожных вздохов. Не знаю, сколько это длилось... но он сидел, гладил меня по спине и ждал. Наконец, я уже просто положила голову ему на плечо, невидяще глядя в никуда. Мужчина положил ладонь мне на шею и быстро нажал на несколько точек, отчего я выгнулась, зашипев от секундной, но сильной боли, а после снова обмякла.
Настя, судя по всему, была хотя бы отчасти в курсе дел, потому что почти процедила знакомую фразочку:
- Жила была баба-яга. Добрая-предобрая, что б ее!
- А уж до чего красивая... - со вздохом закончила цитатку из любимого в детстве мультика.
Эльфа и правда была красивая, даже отсюда видно... видно, что изящная, хрупкая и грациозная. Уверена, что и мордочка подходящая. Недаром она так Элом и Киком крутила в свое время.
Я решительно приподняла подол юбки и пошла вниз. Все же Кик в свое время был прав, не всегда же он сам должен отстаивать МОИ на него права?
И вообще, после всего, что между нами было, хочет - не хочет, а жениться придется!
- Добрый день, - мягко произнесла я, приблизившись к спорящей паре.
Пара... какое отвратительное слово в этом контексте!
- Юль, - с улыбкой повернулся ко мне Кик и подал руку, сразу же привлекая к себе. - Позволь представить, это леди Минавель Гилвен, заместительница главы посольства Аквамарина.
- Здравствуйте, - вежливо улыбнулась я, пристально разглядывая хрупкую красавицу с огромными, невинными ореховыми глазами, совершенной кожей и восхитительными длинными волосам, частью уложенными в высокий венец, частью заплетенными в косы, рассыпавшиеся по плечам и спине. Платье цвета снега, с темно-золотыми складками, облегало женственную фигуру, алые губы изогнулись в приветливой улыбке.
Остроухая прелесть. Если бы не знала, что она из себя представляет, то прониклась бы симпатией.
Кик же продолжал церемонию знакомства.
- Леди Минавель, это моя риале, Юлия Аристова Ла-Шавоир.
- Очень приятно, - кивнула эльфийка и кинула на Феликса лукавый взгляд. - Риале, значит?
- И почти невеста, - с каменным лицом кивнул мужчина.
- Правда? - весело спросила эта.... И демонстративно посмотрела на мою руку.
Наверное, это что-то значило.
- Если вы думаете, что отсутствие родового кольца помешает моим планам, то глубоко ошибаетесь, - отрезал Ла-Шавоир, крепче сжимая мою руку.
Эльфа мелодично рассмеялась и, наклонив головку набок, сказала.
- Я -то ничего не думаю... А жрецы? Насколько я знаю, такой брак будет недействителен для наследника рода Ла-Шавоир.
Ответ поразил всех присутствующих:
- Значит, род останется без наследника.
- Как интересно, - вскинула бровь эльфийка.
- Очень интересно, - вмешалась я пристально глядя на девушку, и чуть ближе допустимого прижимаясь к моему мужчине. Мужчина не то что не возражал, он, наоборот, нарушая приличия притянул меня еще ближе и поцеловал в висок. Мимолетно, как будто это было так же естественно, как дыхание, так, что уже стало машинальным. Я улыбнулась в ответ, и поправила ему шейный платок, шепнув на ухо:
- Перекосился.
Он улыбнулся, и заправил мне за ухо выбившийся завиток волос.
Последовало выразительное покашливание и мы повернулись к эльфе.
Мина едва заметно нахмурилась и снова обратилась ко мне:
- Вы переселенка, как понимаю...
- Скоро эта переселенка займет аналогичное мне положение в иерархии Малахита, - вдруг сказал Феликс. - И не из-за того, кем она приходится МНЕ. Так что, леди Гилвен, придержите ваши остроты и 'тонкие' намеки на неравенство для другого случая.
Я удивленно посмотрела на риалана, потому что была в счастливом неведении о том, что он говорил, но решила придержать выяснение интересных обстоятельств до другого случая.
А эльфа... я, к сожалению не придворная пиранья, чтобы уметь элегантно оскорблять, да и для этого нужно иметь информацию и... основания. Оснований, кроме того, что она бывшая Кика, у меня не было, Минавель пока вела себя в пределах допустимых норм, а, стало быть... мне нечего ей сказать. Тем более ТУТ. Мы стоим в холле Калин-Зара.
Стало быть, глупить нельзя.
- Феликс, - мурлыкнула проклятая девка, едва заметно, но завлекательно улыбаясь. - Ты не мог бы уделить мне время? Нам есть что обсудить... как деловые моменты, так и более личные.
- Леди Гилвен, - невозмутимо начал Ла-Шавоир. - Все мое время, за исключением рабочего, принадлежит моей женщине, и, не в обиду сказано, между обществом Юли и вашим, я выберу свою риале. Рабочие же вопросы... я предпочту обсудить с Алзаром Золотым.
Она нехорошо прищурилась и даже открыла рот, но сказать ничего не успела.
Нас прервал Лельер.
- Ле-е-еди Минавель! - протянул шут, подходя ближе и отвешивая издевательски-учтивый поклон. - Я так счастлив вас видеть, что еще бы столько же не встречался!
- Господин Хинсар, добрый день, - поздоровалась девушка, но... нежный румянец со скул пропал и теперь она была белее своего платья. А в ореховых глазах на миг мелькнула тень... страха? - Как вижу, вы не меняетесь со временем. Но, надо признать, что ваши манеры - не то неизменное, что я бы желала видеть.
- Леди, - ухмыльнулся Хинсар. - Кстати, цените, что я вас так называю. И цените то, что настроение сейчас... не игривое.
Почему-то 'игривое' прозвучало как-то совсем не так... как-то очень опасно прозвучало.
Мина вздрогнула, но быстро взяла себя в руки и, надменно вскинув голову, проговорила:
- Здравствуйте, Лельер. У меня к вам послание от... госпожи.
- Не заинтересован, - шут даже не соблаговолил скривить губы в вежливой улыбке. - Иначе, милая Мина, ответным моим посланием может быть ваша голова, - позади нас тихо охнула Настя, а Кик встревоженно посмотрел на друга, который приблизился к женщине почти вплотную и сказал на заостренное ушко. - И знаете, в чем прелесть ситуации? Мне ни-и-ичего за это не будет.
- Я заместительница главы посольства, высокая леди Аквамарина и личная ученица Серебряной Хозяйки, - отчеканила она, отшатнувшись. - Вы не имеете права и пальцем меня тронуть!
Мужчина же тихо рассмеялся в ответ, сверкнув безумным огоньком в синих глазах.
- А теперь вспомните, кто я, и подумайте над правильностью своих выводов, - ласково посоветовал Хинсар и, повернувшись к нам, сказал: - Вынужден вас оставить, господа.
Четко развернулся и пошел к выходу.
Я смотрела вслед и понимала, что сейчас либо маска упала... либо он примерил новую для меня.
Когда же я могу разгадать тебя, шут?
А, самое главное, надо ли?
- Лорд Ла-Шавоир, - очнулась гадюка подколодная. - Я повторю свою... настоятельную просьбу.
- А я повторю свой ответ, - тут же отозвался Феликс.
- Если мне не изменяет память, то еще при торжественной встрече Гудвин поставил вас ответственным и просил всячески содействовать, верно? - голос остроухой кобры стал нежным и сладким. - Моя просьба не выходит за рамки деловой, потому я не вижу оснований для отказала, Феликс.
- Хорошо, - тихо и зло ответил риалан, после пяти вечера будьте готовы.
- Замечательно, - расцвела Мина. - Тогда до вечера... Кик.
- Вы потеряли право так меня называть, - спокойно отозвался Феликс. - До свидания, леди Гилвен.
Не дожидаясь ответа, мужчина взял меня под локоток и повел к выходу
- К сожалению, сегодня нам с тобой поехать не получится, - начал Феликс, спустя десяток пройденных метров. Я только вздохнула и, понимая, что худшее, что сейчас могу сделать, это допытываться, только кивнула. Он невесомо погладил внутреннюю сторону ладони и почти неслышно добавил: - Юль, я не хочу тебя в этом пачкать. Не хочу, чтобы вы сталкивались лишний раз. Это моя битва... моя ноша.
- Я понимаю, - подняла на него глаза и слабо улыбнулась.
- Я ненадолго, - нежно поцеловал меня в лоб риалан. - Несколько часов, так что не волнуйся, а вечером, может, сходим погуляем, давно хотел тебя сводить в одно хорошее местечко.
- Давай, - сделав над собой усилие, я радостно и беззаботно улыбнулась, но все же не удержалась и тихо сказала. - Я тебе верю.
Он остановился, очень серьезно посмотрел на меня и одними губами шепнул:
- Спасибо.
Вечером я сидела на подоконнике в Нефритовом, бездумно водя ручкой по девственно чистому листу. Глядела в окно, за которым шел дождь, и думала.
Что такое несколько часов?
И сколько это?
Два-три-четыре?
Он должен был с ней встретиться в пять...
Повернула голову и с горечью посмотрела на стрелки часов, которые показывали почти девять вечера.
Девять вечера...
А его нет.
Не появился и в полдесятого, и даже в десять.
Я почему-то сидела, как замороженная, не было ни слез, ни метаний, ни заламывания рук. Просто как выморозило изнутри. Даже знобить начинает... странно. Машинально потянулась к чашке, и только когда обхватила фарфор ладонями и сделала первый глоток, поняла, что заваренный несколько часов назад чай никак не может быть горячим.
Пол одиннадцатого. А его нет. Его нет...
Ливень отчаянно хлестал в окно, оглушительно грохотал гром, так, что даже стекла дрожали, а зарницы почти слепили глаза. Дождь шел уже долго. Начался еще днем.
Создатель, ну почему же так?!
Он же знает, что я жду, он знает, как я к нему отношусь!
Неужели после всего, что... начиналось, он так просто сдастся?! Или я и правда слишком много о себе мнила? Может, первичные домыслы о том, что я лишь попытка хоть немного отвлечься от остроухой, верны? Что, если он изображал свои чувства?
Да и какие чувства?
Да, он меня хочет и я ему нравлюсь.
Но я уже говорила, что влюблена... а он даже никакого ответного намека не сделал. А ведь должен понимать, насколько это для меня важно!
По щеке скользнула обжигающе горячая капля, я коснулась скулы кончиками пальцев и даже с некоторым удивлением посмотрела на влажную кожу. Потом из груди вырвался тихий всхлип, и слезы полились уже потоком. Со стуком на пол упали тетрадка и ручка, да и чашка тоже отправилась туда, скинутая неловким движением. Звон разбившегося фарфора слился с громом.
Неужели все на этом и закончится?
Я не знаю, НЕ ЗНАЮ, что ему надо будет сказать мне, как оправдаться, чтобы я не просто поверила, чтобы осадка не осталось!
Какая же дурочка. Слишком близко пустила, слишком много позволила. Ведь знала, что больно будет.
Неужели эти несколько дней счастья и крыльев за спиной стоят этого?
Спросила... и вдруг поняла, что да, стоят. Что бы ни было потом, но стоят. Счастье в жизни должно быть, пусть даже такое... мимолетное.
Дождь начинал стихать, зарницы уже сверкали где-то вдалеке, а гром и вовсе был почти неслышен. Слезы тоже стихли, и я, еще более заторможенная, чем раньше, сидела и тупо смотрела в окно, считая секунды от молнии до грома.
Тишина такая, что слышно, как стучат в стекло совсем мелкие капельки, как скрипят стропила крыши... рассекшая небо вспышка...
Один.... три... семь... тринадцать...
Бабах!
И снова тишина...
Шум листвы, звук шагов где-то внизу...
Шаги?!
Всю оцепенелость как снесло, я так торопилась, что почти свалилась со своего насеста и бросилась вниз.
Пришел. Пришел! Вернулся!
Лестницу я преодолела почти так же, как и подоконник, то есть едва ли не кубарем. Вылетела в гостиную, заметила в дверях фигуру в черном плаще с капюшоном и, просияв, бросилась к нему. Уже когда обняла... поняла, что не тот.
Бергамот и цитрусы. Подняла голову, и мужчина со вздохом снял капюшон, открывая светлые волосы.
- Лель...
- Другого ждала, - грустно улыбнулся шут, обнимая, прижимая к себе и проводя ладонью по волосам.
А я... я крепко-крепко прижалась, прикусила губу, чтобы сдержать снова навернувшиеся на глаза слезы, и судорожно кивнула.
Он отстранился, снял промокший плащ и, взяв за руку, потащил меня на кухню, там насильно усадил на высокий стул около плиты, а сам, покопавшись в ящиках, достал маленький ковшик, налил воды и поставил на огонь. Потом достал из-за пазухи несколько мешочков и добавил в воду по ложке какой-то травки из каждого.
Я тупо сидела и смотрела. Мне как-то уже все равно было.
Сколько уже времени? А есть ли смысл?
- Значит так, красота моя, - начал Лель. - Дело в том, что у меня на твоем благоверном маячок стоит, то есть я знаю, где он. Потому, когда он к такому времени не появился дома... решил сходить, тебя, мнительную, проверить.
- Да, он не дома, - медленно кивнула я, задумчиво наблюдая, как шут разливает получившийся отвар по кружкам, добавляет и добавляет туда сахар. Раз, два, три, четыре... ложки. Много.
Лельер неодобрительно на меня взглянул, достал откуда-то маленькую бутылочку и, налив оттуда в столовую ложку какую-то тягучую янтарную жидкость, плюхнул это в 'чай', потом со стуком поставил передо мной напиток и приказал:
- Пей! - сам сел за стол и, попробовав свою порцию, одобрительно кивнул. - Итак, милая моя... Как ты знаешь, имение, что выделили Аквамарину под посольство, находится недалеко от Изумрудного. Притом, находится в низине, которая, конечно, обычно не затапливается, но такого ливня, как сегодня, в Малахите на моей памяти не случалось. То есть, если Кик оттуда не может выехать..
- А порталы? - тихо спросила я. - Или Смерть его забрать не может?
- Юля, - с иронией посмотрел на меня Хинсар. - Ты о ком говоришь? Айлар - Хранитель. Тип с огромным количеством обязанностей и работы. А твоему Феликсу никакая опасность не грозит, чтобы только ради этого бросать нащупанную ниточку расследования и нестись его выручать только из-за того, что ты ревнивая.
- А ты? - спросила. - Ты ведь тут. И ты сильный маг!
- Юль, я не телепортист! - развел руками мужчина. - Вот не поверишь, этот раздел мне всегда давался очень сложно, да и удачно у меня это получается в пятидесяти процентах случаев. В остальных выносит где угодно, в радиусе пяти километров от точки назначения. В прошлый раз вообще вывалился в небе, едва за дерево зацепиться успел! Потому, извини, но я тоже не поскачу за Киком, тем более что, в отличие от тебя, оцениваю нашего кикимора вполне адекватно. Кретином он никогда не был.
- Я поняла, спасибо, - сказала, чтобы закрыть эту тему. Я даже думать на нее не хотела, не то что обсуждать. Вот Феликс вернется... тогда посмотрим.
Феликс... словно в ответ на мысли, меня внезапно окутало волной жара, затаившейся внизу живота, дыхание сбилось, а по коже как плетью удовольствия хлестнули. Прекратилось все почти сразу, но...
Но я уже поняла. Помертвевшая, сидела с широко распахнутыми глазами, и все, на что меня хватило, это до боли прикусить губу.
Это не мое удовольствие. Это не мои чувства. Его. Все его.
И я даже могу догадаться, с кем...
Негнущимися пальцами, даже не совсем понимая, что и зачем, я стащила свое кольцо, которое блокировало действие лала и не позволяло Кику ощущать мои чувства, и... и отпустила все на волю. Все то, что сжатой пружиной находилось внутри все эти часы. Слезы, душевную боль и молчаливый крик 'Зачем?! Я же верила...'.
Потом вернула побрякушку обратно и, крепко-крепко сжав пальцы, так и сидела на своем стуле и молча плакала. Лель со вздохом подошел, быстро поднял меня к себе на руки и сел уже вместе со мной. Уткнулась в плечо блондину и зарыдала. Наверное, не очень красиво, со всхлипами, до судорожных вздохов. Не знаю, сколько это длилось... но он сидел, гладил меня по спине и ждал. Наконец, я уже просто положила голову ему на плечо, невидяще глядя в никуда. Мужчина положил ладонь мне на шею и быстро нажал на несколько точек, отчего я выгнулась, зашипев от секундной, но сильной боли, а после снова обмякла.
