- Люба! – перебил меня феникс. - Я вторгся в чужие владения. И не чьи-нибудь, а главы рода Бирюзы. Кроме того, мы его хорошенько приложили по темечку и связали. Это серьезная провинность. Минимум, что мне грозит – это пятно на репутации рода.
Очень хотелось спросить: «А что максимум?» Но я придержала язык за зубами, здраво рассудив, что не горю желанием знать всех подробностей. Вдруг у них тут в ходу пытки, розги и обрубание конечностей. Бррр.
- И что теперь делать? – задалась более насущным вопросом.
- Придется как-то выкручиваться. Только как, я пока представления не имею, - как-то очень устало произнес Фауст и от неимения стульев уселся прямо на пол. Видать, вконец умаялся.
Стаська, не долго думая, последовала его примеру. Нет бы лавку починить. Уселись тут, понимаешь ли. Да и я себя как-то слегка не комфортно чувствую. У меня-то табуретка.
Предложение о починке мебели уже повисло на языке, но сорваться с него так и не успело, ибо в этот момент в дверь постучали, и после громкого мужского «Войдите» на пороге появился молодой человек в униформе. Судя по виду, то ли лакей, то ли паж.
- Лорд Фауст Финийк? – обратился вошедший к фениксу и после утвердительного кивка возвестил. – Экипаж подан.
- Прекрасно. – Фауст поднялся на ноги и обратился уже к нам: - Если вы готовы, поехали. Путь неблизкий.
Собственно, собирать нам было нечего, а значит, мы были готовы. Эх, никогда еще так быстро не выходила из дома.
На проселочной дорожке, представляющей собой отполированный людскими ногами и колесами камень, нас ждала настоящая карета.
Нет, конечно, не такая, как в Оружейной палате в Кремле. Без всяких там завитушек, позолоты и прочих изысков. Эта была более современная, что ли. Более функциональная, мобильная и вместе с тем комфортная.
Меня, как больную, пропустили вперед. Лакей подал руку, чтобы я забралась. Хотя я и сама бы справилась - откидные ступеньки тут были совсем низенькие – но спорить с местным этикетом не стала и приняла помощь. Внутри было уютно, просторно. Мягкие сидения по обе стороны, на окнах занавески из плотной ткани, подобранные крученым шнурком с кисточками, а под окошком даже маленький раскладной столик, чем-то напомнивший мне купе в наших родных поездах, пусть я и каталась на них лишь в детстве.
Следом за мной влезла Стаська и с ногами забралась на сидение напротив, сразу же заняв всю его площадь. Вот ведь эгоистка. Растянулась тут полулежа. Я б тоже не отказалась. Но если мы займем таким макаром оба сидения, боюсь, Фауст не поймет.
Феникс перекинулся парой слов с нашим сопровождающим и тоже поспешил разместиться в карете. С завистью глянул на Стаську, что разлеглась почти во весь рост, и сел рядом со мной.
А дальше мы тронулись. Не сказать, чтобы ощущения были прям захватывающие, но жесткость подвески давала о себе знать постоянной легкой тряской и подпрыгиванием на ухабах. К счастью, вскоре мы выбрались на более ровную дорогу, и там нас уже просто слегка покачивало. Убаюкивающе так покачивало. А так как мы все не выспались, то почти дружно решили подремать.
Счастливица Стаська разлеглась на своем ложе. Фауст сложил руки, облокотился головой о боковую стенку и тоже прикрыл глазки. А я вроде и сидела, смежив веки, но сон почему-то не шел. В голове крутились всякие дурацкие мысли. Большей частью о том, какая я растяпа, что потеряла кинжал. И что Фауст теперь из-за меня может пострадать. Эх, все же надо было спросить, какое наказание светит ему за нашу провинность. А то теперь сижу, мучаюсь, предположения всякие идиотские строю.
А еще, провинность - наша общая. А вот отдуваться, похоже, мужик один будет. Мы-то со Стасей слиняем домой. Надеюсь… А так бы я взяла вину на себя. Обязательно.
На этом мысли о самопожертвовании были прерваны. Причем прерваны довольно резко и грубо. Повозка подскочила на каком-то ухабе, и нас хорошенько тряхнуло, от чего Фауст, прислонившийся виском к стенке, благополучно от нее отлепился и завалился на другой бок, очень так удачненько приземлившись на мое плечо. Самое интересное, что мужчина при этом даже глаз не открыл, а стало быть, не почувствовал смены положения. Зато я очень хорошо прочувствовала вес блондинистой головушки на своем хрупком плечике.
- Эй, Фауст, - попыталась отпихнуть от себя мужское тело. – Проснись.
- Разгружайте туда, - неожиданно выдал феникс, чем поверг меня в некое замешательство. Причем глаз он при этом не открыл, а стало быть, не проснулся.
Эээм. Я, конечно, слышала, что некоторые люди разговаривают во сне. Но вот наблюдать этого как-то не приходилось. А сейчас, кажется, был тот самый случай.
- Что разгружать? – задала закономерный вопрос я.
- Мешки, - сквозь сон ответил феникс.
- Какие мешки?
- С навозом!
Эээ. Я не ослышалась? Мешки с навозом? Даже предположить боюсь, что ему там снится… Хотя… Судя по тому, как он улыбается, явно что-то приятное.
Ну вот, и что мне с ним делать? Я, конечно, понимаю, он не выспался, да еще и ночью выложился на полную. Но у меня плечо-то тоже не железное. А будить не хочется… Так сладко спит и, если поднапрячься, можно услышать, как легонько сопит во сне.
Эх. Ладно. Знаю, что он потом меня отчитает, но зато хоть выспится по-человечески и, может, будет не таким злым, как утром.
Короче, вместо того чтобы подальше отпихнуть мужика, я еще немного подвинулась на сиденье, перемещаясь к своему окошку и, аккуратно перехватив съезжающую вниз мужскую голову, устроила ее у себя на коленях. Вот, так и мне не тяжело, и ему наверняка спать удобнее.
А дальше… ну, короче, руки девать было некуда, так что пальчики сами зарылись в светлую гриву волос, кои Фауст не удосужился собрать даже в хвост, и как-то очень самостоятельно начали перебирать шелковистые прядки, даже в таком беспорядке не утратившие своей мягкости.
А еще мне вдруг стало любопытно: у Фауста тоже уши проколоты, как у брата, или он избежал этого веяния местной моды? Я аккуратно подцепила пальчиками шелковистую прядку и отвела ее в сторону, открывая маленькое милое ушко. Гы, будто девчачье. И да, не знаю, как насчет правого, а в левом ухе у феникса красуется маленькая дырочка. Ладно, будем надеяться, у него хотя бы не оба проколоты. А то это наводит на какие-то весьма неоднозначные мысли…
Вернула прядь на место и продолжила свое нехитрое занятие.
В какой-то момент просто перебирать локоны стало скучно, и я начала наматывать их на палец, а дальше и вовсе принялась потихоньку плести тоненькие косички. Получались они длинные-длинные, волосы-то у мужика аж до попы. В общем, я плела косички, потом сама же их расплетала и плела заново. И так раз за разом, пока в окошке кареты не показался стоящий на самом краю утеса изящный белокаменный замок, верхушка которого непостижимым образом сливалась с синевой неба.
Больше всего родовой замок Фауста походил на «Ласточкино гнездо», что стоит на берегу Черного моря в Крыму. Светлый природный камень, круглые башенки, невесомые балконы, перекидные мостики и открытые веранды, коих здесь было великое множество – все напоминало мне популярное туристическое место. Да и само расположение было соответствующее - замок стоял на краю голого каменного утеса. Только вот внизу простиралось не бушующее море, а пологое плато, бушующее душистым разнотравьем.
Собственно, по нему мы сейчас и ехали, снизу обозревая это великолепное архитектурное строение. Точнее, обозревала только я, так как остальные участники поездки до сих пор дрыхли. Ну и, как заботливая сестричка, я, конечно же, решила разбудить Стаську - обидно будет, если она пропустит такое зрелище.
- Стась. Просыпайся, - позвала полушепотом. Будить феникса почему-то не хотелось. Хотя и ему тоже пора было просыпаться. Подъезжаем все-таки. – Стася! – позвала еще раз и, вытянув ногу, коснулась Стаськиной коленки мысочком.
Сестренка почувствовала толчок и распахнула заспанные глазки.
- А? Что? Уже приехали? – мелкая, широко зевая, села и спустила вниз ноги. Потом перевела непонимающий взгляд на меня, и еще более ошарашенный на Фауста, лежащего у меня на коленях. – Это что за…
- Не обращай внимания, - отмахнулась я. – Ты в окно глянь!
Девчонка, хоть и не сразу, но оторвалась от созерцания дремлющего феникса, и выглянула в окно.
- Ни фига себе! – выдала сестренка, по-детски раскрыв рот. – Это что, мы туда сейчас едем?
- Надеюсь, что да. – Я и сама горела желанием очутиться в этом замке. Изучить его изнутри. Пройтись по висящему над пропастью полупрозрачному мостику или постоять на веранде на самом краю утеса. Уж если от одного только вида дух захватывает, что ж будет, когда я на самом деле это сделаю?
А еще я все пыталась понять, чем же таким облицованы верхние этажи и башенки, что они практически сливаются с небосводом. Причем цвет совпадает один в один, и если бы не яркое солнце, что играло на отполированных гранях, бликами плясало по гладкой поверхности, часть здания и вовсе бы растворилась в небесном мареве, делая замок практически невидимым.
- Потрясно! Хочу забраться на башню! – поделилась своими желаниями сестричка. И на этот раз я была полностью с ней солидарна. – Мы ведь заберемся?
- Если Фауст разрешит.
- Кстати, а разбудить его не пора? – поинтересовалась сестренка и, не дожидаясь ответа, перешла прямиком к задуманному: - Эй, спящая красавица! Подъем! – звонко крикнула Стаська, в отличие от меня, совершенно не заботящаяся о физическом и моральном состоянии нашего спутника.
Фауст от такого крика чуть на пол не свалился, подскочил словно ошпаренный, и мигом сел на попу. С непонимающим видом осмотрелся по сторонам.
- Что случилось?
- Все, что можно было, уже давно случилось, - изрекла какую-то охинею Стаська. – Мы, кажется, подъезжаем. Как спалось, кстати? Коленочки у Лу мягкие? – провокационно поинтересовалась мелкая, а я была готова чуть ли не задушить ее, а лучше - подвесить за болтливый язык, за который и тянуть не надо - и так живет своей жизнью.
С силой сжала зубы, приглушая гнев, и втихаря показала Стаське кулак. Приедем, всыплю ей по пятое число, чтобы думала, прежде чем такое говорить, срань мелкая. Срань, кстати, на мою угрозу лишь хмыкнула, и продолжила провоцировать феникса. Кажется, ей тупо нравилось его подзуживать. Да и меня заодно.
- Ну так как? Удобно?
- Стася! – рыкнула я. – Ротик прикрой! А то я помогу…
Феникс же до сих пор щурил сонные глазки и совершенно не втыкал, что происходит вокруг. Потом немного пришел в себя. Оценил расстояние до окна, на котором заснул, потом до моих колен, потер помятую щеку и мигом нахмурился. Кажись, до него дошло.
- Ну и как я оказался на твоих… кхм… коленях, интересно знать? – зловещим голосом начал допрос феникс.
Ну, другого я и не ожидала.
Флегматично пожала плечами и коротко пояснила:
- Упал.
- И почему ты меня не подняла? – продолжил обвинительную речь блондин.
Очень хотелось ответить ему чем-нибудь едким в стиле «Я еще твою тушу тяжеленную не таскала!», но я взяла себя в руки, сделала глубокий вдох, настраиваясь на позитив, вспомнила, как приятно было перебирать шелковистые волосики, и миролюбиво ответила:
- Будить не хотела, - и мило улыбнулась, аки сама невинность.
Ну вот не буду я сейчас с ним конфликтовать. Пусть хоть ядом изойдет. И огрызается, сколько влезет. Мне все по барабану. Я сегодня сама доброта. Вот. Гыы.
- Надо было разбудить!
- Слушай, не парься, а? – отмахнулась от недовольного мужика. Ну что он взъелся на пустом месте? Надоел. - Мне было не трудно послужить подушечкой. Надеюсь, выспался?
- Вроде да, - был вынужден признать Фауст.
- Ну вот и славно, - широко улыбнулась и зачем-то еще и подмигнула, отчего блондин окончательно растерял весь свой пыл.
В общем, конфликт был исчерпан, и дальше мы в тихой-мирной обстановке стали готовиться к приезду. Стаська расчесывалась прихваченным гребешком. Феникс тер сонные глаза, потом тоже попытался пригладить встрепанные волосы, но почти сразу махнул на это рукой. Посчитав, что без особого средства для волос ему все равно не справиться.
Я этому несказанно обрадовалась, так как обнаружила, что случайно забыла расплести свои художества, и сейчас прическа у Фауста была довольно своеобразная – с одной стороны просто прямые волосы, с другой буйство кривеньких разномастных косичек. Благо, Фауст их на ощупь не заметил. А Стаська, очень даже заметившая, лишь усмехнулась в кулачок, воровато переглянулась со мной, но промолчала, решив, что веселее оставить феникса с такой прической.
А я вот была не уверена, стоит ли оставлять его в таком виде. Там поди нас родственники встречать будут. Неизвестно еще, как они отреагируют на такой экзотический причесон. Но и признаваться Фаусту, что без разрешения трогала его волосы, было тоже стремно. Короче, маялась я, маялась, но предупредить так и не успела, потому как, обогнув очередную острую скалу, вертикально встающую из-под земли, мы выехали прямиком в замковым воротам, тут же услужливо распахнутыми двумя охранниками.
Остановились у широкого крыльца. Навстречу нам вышло несколько лакеев в сине-серой униформе и господин управляющий – подтянутый крепенький старичок с сединой в волосах и моноклем на правом глазу.
- Доброго дня, Лорд Финийк, - поприветствовал Фауста управляющий. – Рады вашему возвращению в гнездо.
- Здравствуй, Лантьен. Я тоже рад. Отец дома? – поинтересовался Фауст.
- К сожалению, нет. Они с хозяйкой поутру отчалили в город. Обещали вернуться к обеду. Самое позднее к ужину.
- Прекрасно. Как раз будет время отдохнуть с дороги.
Нет, ну нормальный вообще? Всю дорогу спал. А теперь еще и отдохнуть желает. Совсем мужик расклеился. Нет, я, конечно, не против. Да и привести себя в порядок что нам, что ему не помешает. Но в наши со Стаськой планы еще входит как минимум погулять по замку. Хотя… мы наверно и одни можем. Ну, или с кем-нибудь из слуг. Надо будет поинтересоваться.
- Лантьен, позволь тебе представить моих спутниц, - вспомнил про нас Фауст. - Любовь и Станислава Орловы. Отныне они гости нашего гнезда и находятся под защитой рода. Будь добр выделить им апартаменты и все необходимое.
Управляющий воспринял эти слова крайне серьезно. Видимо, «защита рода» в этих краях много чего значит. Приятно, однако. А особенно приятно, что феникс не забыл о данном мне обещании.
Дальше нас передали в надежные руки управляющего, и мы дружно отправились в выделенные нам апартаменты. Фауст же остался позади. И уже поднимаясь по широкой лестнице на второй этаж, я услышала радостный визг и, обернувшись, краем глаза заметила, как к мужчине подбежала тоненькая белокурая девчонка примерно Стаськиного возраста и совершенно беспардонно повисла у него на шее, смешно болтая в воздухе ногами. Фауст обнял ее в ответ и легонько покружил на месте. Ну вот, может же быть нормальным, когда захочет. А то все строит из себя буку и недотрогу.
Дальше рассуждать о семейный отношениях феникса стало некогда, ибо мы свернули в один из боковых коридоров, и спустя каких-то пять минут перед нами галантно распахнули двери наших покоев.
Да, именно покоев. Назвать выделенное нам пространство комнатой язык не поворачивался. Ибо, во-первых, помещений было несколько: одна общая гостиная,
Очень хотелось спросить: «А что максимум?» Но я придержала язык за зубами, здраво рассудив, что не горю желанием знать всех подробностей. Вдруг у них тут в ходу пытки, розги и обрубание конечностей. Бррр.
- И что теперь делать? – задалась более насущным вопросом.
- Придется как-то выкручиваться. Только как, я пока представления не имею, - как-то очень устало произнес Фауст и от неимения стульев уселся прямо на пол. Видать, вконец умаялся.
Стаська, не долго думая, последовала его примеру. Нет бы лавку починить. Уселись тут, понимаешь ли. Да и я себя как-то слегка не комфортно чувствую. У меня-то табуретка.
Предложение о починке мебели уже повисло на языке, но сорваться с него так и не успело, ибо в этот момент в дверь постучали, и после громкого мужского «Войдите» на пороге появился молодой человек в униформе. Судя по виду, то ли лакей, то ли паж.
- Лорд Фауст Финийк? – обратился вошедший к фениксу и после утвердительного кивка возвестил. – Экипаж подан.
- Прекрасно. – Фауст поднялся на ноги и обратился уже к нам: - Если вы готовы, поехали. Путь неблизкий.
Собственно, собирать нам было нечего, а значит, мы были готовы. Эх, никогда еще так быстро не выходила из дома.
На проселочной дорожке, представляющей собой отполированный людскими ногами и колесами камень, нас ждала настоящая карета.
Нет, конечно, не такая, как в Оружейной палате в Кремле. Без всяких там завитушек, позолоты и прочих изысков. Эта была более современная, что ли. Более функциональная, мобильная и вместе с тем комфортная.
Меня, как больную, пропустили вперед. Лакей подал руку, чтобы я забралась. Хотя я и сама бы справилась - откидные ступеньки тут были совсем низенькие – но спорить с местным этикетом не стала и приняла помощь. Внутри было уютно, просторно. Мягкие сидения по обе стороны, на окнах занавески из плотной ткани, подобранные крученым шнурком с кисточками, а под окошком даже маленький раскладной столик, чем-то напомнивший мне купе в наших родных поездах, пусть я и каталась на них лишь в детстве.
Следом за мной влезла Стаська и с ногами забралась на сидение напротив, сразу же заняв всю его площадь. Вот ведь эгоистка. Растянулась тут полулежа. Я б тоже не отказалась. Но если мы займем таким макаром оба сидения, боюсь, Фауст не поймет.
Феникс перекинулся парой слов с нашим сопровождающим и тоже поспешил разместиться в карете. С завистью глянул на Стаську, что разлеглась почти во весь рост, и сел рядом со мной.
А дальше мы тронулись. Не сказать, чтобы ощущения были прям захватывающие, но жесткость подвески давала о себе знать постоянной легкой тряской и подпрыгиванием на ухабах. К счастью, вскоре мы выбрались на более ровную дорогу, и там нас уже просто слегка покачивало. Убаюкивающе так покачивало. А так как мы все не выспались, то почти дружно решили подремать.
Счастливица Стаська разлеглась на своем ложе. Фауст сложил руки, облокотился головой о боковую стенку и тоже прикрыл глазки. А я вроде и сидела, смежив веки, но сон почему-то не шел. В голове крутились всякие дурацкие мысли. Большей частью о том, какая я растяпа, что потеряла кинжал. И что Фауст теперь из-за меня может пострадать. Эх, все же надо было спросить, какое наказание светит ему за нашу провинность. А то теперь сижу, мучаюсь, предположения всякие идиотские строю.
А еще, провинность - наша общая. А вот отдуваться, похоже, мужик один будет. Мы-то со Стасей слиняем домой. Надеюсь… А так бы я взяла вину на себя. Обязательно.
На этом мысли о самопожертвовании были прерваны. Причем прерваны довольно резко и грубо. Повозка подскочила на каком-то ухабе, и нас хорошенько тряхнуло, от чего Фауст, прислонившийся виском к стенке, благополучно от нее отлепился и завалился на другой бок, очень так удачненько приземлившись на мое плечо. Самое интересное, что мужчина при этом даже глаз не открыл, а стало быть, не почувствовал смены положения. Зато я очень хорошо прочувствовала вес блондинистой головушки на своем хрупком плечике.
- Эй, Фауст, - попыталась отпихнуть от себя мужское тело. – Проснись.
- Разгружайте туда, - неожиданно выдал феникс, чем поверг меня в некое замешательство. Причем глаз он при этом не открыл, а стало быть, не проснулся.
Эээм. Я, конечно, слышала, что некоторые люди разговаривают во сне. Но вот наблюдать этого как-то не приходилось. А сейчас, кажется, был тот самый случай.
- Что разгружать? – задала закономерный вопрос я.
- Мешки, - сквозь сон ответил феникс.
- Какие мешки?
- С навозом!
Эээ. Я не ослышалась? Мешки с навозом? Даже предположить боюсь, что ему там снится… Хотя… Судя по тому, как он улыбается, явно что-то приятное.
Ну вот, и что мне с ним делать? Я, конечно, понимаю, он не выспался, да еще и ночью выложился на полную. Но у меня плечо-то тоже не железное. А будить не хочется… Так сладко спит и, если поднапрячься, можно услышать, как легонько сопит во сне.
Эх. Ладно. Знаю, что он потом меня отчитает, но зато хоть выспится по-человечески и, может, будет не таким злым, как утром.
Короче, вместо того чтобы подальше отпихнуть мужика, я еще немного подвинулась на сиденье, перемещаясь к своему окошку и, аккуратно перехватив съезжающую вниз мужскую голову, устроила ее у себя на коленях. Вот, так и мне не тяжело, и ему наверняка спать удобнее.
А дальше… ну, короче, руки девать было некуда, так что пальчики сами зарылись в светлую гриву волос, кои Фауст не удосужился собрать даже в хвост, и как-то очень самостоятельно начали перебирать шелковистые прядки, даже в таком беспорядке не утратившие своей мягкости.
А еще мне вдруг стало любопытно: у Фауста тоже уши проколоты, как у брата, или он избежал этого веяния местной моды? Я аккуратно подцепила пальчиками шелковистую прядку и отвела ее в сторону, открывая маленькое милое ушко. Гы, будто девчачье. И да, не знаю, как насчет правого, а в левом ухе у феникса красуется маленькая дырочка. Ладно, будем надеяться, у него хотя бы не оба проколоты. А то это наводит на какие-то весьма неоднозначные мысли…
Вернула прядь на место и продолжила свое нехитрое занятие.
В какой-то момент просто перебирать локоны стало скучно, и я начала наматывать их на палец, а дальше и вовсе принялась потихоньку плести тоненькие косички. Получались они длинные-длинные, волосы-то у мужика аж до попы. В общем, я плела косички, потом сама же их расплетала и плела заново. И так раз за разом, пока в окошке кареты не показался стоящий на самом краю утеса изящный белокаменный замок, верхушка которого непостижимым образом сливалась с синевой неба.
Глава 21: Родовое гнездо
Больше всего родовой замок Фауста походил на «Ласточкино гнездо», что стоит на берегу Черного моря в Крыму. Светлый природный камень, круглые башенки, невесомые балконы, перекидные мостики и открытые веранды, коих здесь было великое множество – все напоминало мне популярное туристическое место. Да и само расположение было соответствующее - замок стоял на краю голого каменного утеса. Только вот внизу простиралось не бушующее море, а пологое плато, бушующее душистым разнотравьем.
Собственно, по нему мы сейчас и ехали, снизу обозревая это великолепное архитектурное строение. Точнее, обозревала только я, так как остальные участники поездки до сих пор дрыхли. Ну и, как заботливая сестричка, я, конечно же, решила разбудить Стаську - обидно будет, если она пропустит такое зрелище.
- Стась. Просыпайся, - позвала полушепотом. Будить феникса почему-то не хотелось. Хотя и ему тоже пора было просыпаться. Подъезжаем все-таки. – Стася! – позвала еще раз и, вытянув ногу, коснулась Стаськиной коленки мысочком.
Сестренка почувствовала толчок и распахнула заспанные глазки.
- А? Что? Уже приехали? – мелкая, широко зевая, села и спустила вниз ноги. Потом перевела непонимающий взгляд на меня, и еще более ошарашенный на Фауста, лежащего у меня на коленях. – Это что за…
- Не обращай внимания, - отмахнулась я. – Ты в окно глянь!
Девчонка, хоть и не сразу, но оторвалась от созерцания дремлющего феникса, и выглянула в окно.
- Ни фига себе! – выдала сестренка, по-детски раскрыв рот. – Это что, мы туда сейчас едем?
- Надеюсь, что да. – Я и сама горела желанием очутиться в этом замке. Изучить его изнутри. Пройтись по висящему над пропастью полупрозрачному мостику или постоять на веранде на самом краю утеса. Уж если от одного только вида дух захватывает, что ж будет, когда я на самом деле это сделаю?
А еще я все пыталась понять, чем же таким облицованы верхние этажи и башенки, что они практически сливаются с небосводом. Причем цвет совпадает один в один, и если бы не яркое солнце, что играло на отполированных гранях, бликами плясало по гладкой поверхности, часть здания и вовсе бы растворилась в небесном мареве, делая замок практически невидимым.
- Потрясно! Хочу забраться на башню! – поделилась своими желаниями сестричка. И на этот раз я была полностью с ней солидарна. – Мы ведь заберемся?
- Если Фауст разрешит.
- Кстати, а разбудить его не пора? – поинтересовалась сестренка и, не дожидаясь ответа, перешла прямиком к задуманному: - Эй, спящая красавица! Подъем! – звонко крикнула Стаська, в отличие от меня, совершенно не заботящаяся о физическом и моральном состоянии нашего спутника.
Фауст от такого крика чуть на пол не свалился, подскочил словно ошпаренный, и мигом сел на попу. С непонимающим видом осмотрелся по сторонам.
- Что случилось?
- Все, что можно было, уже давно случилось, - изрекла какую-то охинею Стаська. – Мы, кажется, подъезжаем. Как спалось, кстати? Коленочки у Лу мягкие? – провокационно поинтересовалась мелкая, а я была готова чуть ли не задушить ее, а лучше - подвесить за болтливый язык, за который и тянуть не надо - и так живет своей жизнью.
С силой сжала зубы, приглушая гнев, и втихаря показала Стаське кулак. Приедем, всыплю ей по пятое число, чтобы думала, прежде чем такое говорить, срань мелкая. Срань, кстати, на мою угрозу лишь хмыкнула, и продолжила провоцировать феникса. Кажется, ей тупо нравилось его подзуживать. Да и меня заодно.
- Ну так как? Удобно?
- Стася! – рыкнула я. – Ротик прикрой! А то я помогу…
Феникс же до сих пор щурил сонные глазки и совершенно не втыкал, что происходит вокруг. Потом немного пришел в себя. Оценил расстояние до окна, на котором заснул, потом до моих колен, потер помятую щеку и мигом нахмурился. Кажись, до него дошло.
- Ну и как я оказался на твоих… кхм… коленях, интересно знать? – зловещим голосом начал допрос феникс.
Ну, другого я и не ожидала.
Флегматично пожала плечами и коротко пояснила:
- Упал.
- И почему ты меня не подняла? – продолжил обвинительную речь блондин.
Очень хотелось ответить ему чем-нибудь едким в стиле «Я еще твою тушу тяжеленную не таскала!», но я взяла себя в руки, сделала глубокий вдох, настраиваясь на позитив, вспомнила, как приятно было перебирать шелковистые волосики, и миролюбиво ответила:
- Будить не хотела, - и мило улыбнулась, аки сама невинность.
Ну вот не буду я сейчас с ним конфликтовать. Пусть хоть ядом изойдет. И огрызается, сколько влезет. Мне все по барабану. Я сегодня сама доброта. Вот. Гыы.
- Надо было разбудить!
- Слушай, не парься, а? – отмахнулась от недовольного мужика. Ну что он взъелся на пустом месте? Надоел. - Мне было не трудно послужить подушечкой. Надеюсь, выспался?
- Вроде да, - был вынужден признать Фауст.
- Ну вот и славно, - широко улыбнулась и зачем-то еще и подмигнула, отчего блондин окончательно растерял весь свой пыл.
В общем, конфликт был исчерпан, и дальше мы в тихой-мирной обстановке стали готовиться к приезду. Стаська расчесывалась прихваченным гребешком. Феникс тер сонные глаза, потом тоже попытался пригладить встрепанные волосы, но почти сразу махнул на это рукой. Посчитав, что без особого средства для волос ему все равно не справиться.
Я этому несказанно обрадовалась, так как обнаружила, что случайно забыла расплести свои художества, и сейчас прическа у Фауста была довольно своеобразная – с одной стороны просто прямые волосы, с другой буйство кривеньких разномастных косичек. Благо, Фауст их на ощупь не заметил. А Стаська, очень даже заметившая, лишь усмехнулась в кулачок, воровато переглянулась со мной, но промолчала, решив, что веселее оставить феникса с такой прической.
А я вот была не уверена, стоит ли оставлять его в таком виде. Там поди нас родственники встречать будут. Неизвестно еще, как они отреагируют на такой экзотический причесон. Но и признаваться Фаусту, что без разрешения трогала его волосы, было тоже стремно. Короче, маялась я, маялась, но предупредить так и не успела, потому как, обогнув очередную острую скалу, вертикально встающую из-под земли, мы выехали прямиком в замковым воротам, тут же услужливо распахнутыми двумя охранниками.
Остановились у широкого крыльца. Навстречу нам вышло несколько лакеев в сине-серой униформе и господин управляющий – подтянутый крепенький старичок с сединой в волосах и моноклем на правом глазу.
- Доброго дня, Лорд Финийк, - поприветствовал Фауста управляющий. – Рады вашему возвращению в гнездо.
- Здравствуй, Лантьен. Я тоже рад. Отец дома? – поинтересовался Фауст.
- К сожалению, нет. Они с хозяйкой поутру отчалили в город. Обещали вернуться к обеду. Самое позднее к ужину.
- Прекрасно. Как раз будет время отдохнуть с дороги.
Нет, ну нормальный вообще? Всю дорогу спал. А теперь еще и отдохнуть желает. Совсем мужик расклеился. Нет, я, конечно, не против. Да и привести себя в порядок что нам, что ему не помешает. Но в наши со Стаськой планы еще входит как минимум погулять по замку. Хотя… мы наверно и одни можем. Ну, или с кем-нибудь из слуг. Надо будет поинтересоваться.
- Лантьен, позволь тебе представить моих спутниц, - вспомнил про нас Фауст. - Любовь и Станислава Орловы. Отныне они гости нашего гнезда и находятся под защитой рода. Будь добр выделить им апартаменты и все необходимое.
Управляющий воспринял эти слова крайне серьезно. Видимо, «защита рода» в этих краях много чего значит. Приятно, однако. А особенно приятно, что феникс не забыл о данном мне обещании.
Дальше нас передали в надежные руки управляющего, и мы дружно отправились в выделенные нам апартаменты. Фауст же остался позади. И уже поднимаясь по широкой лестнице на второй этаж, я услышала радостный визг и, обернувшись, краем глаза заметила, как к мужчине подбежала тоненькая белокурая девчонка примерно Стаськиного возраста и совершенно беспардонно повисла у него на шее, смешно болтая в воздухе ногами. Фауст обнял ее в ответ и легонько покружил на месте. Ну вот, может же быть нормальным, когда захочет. А то все строит из себя буку и недотрогу.
Дальше рассуждать о семейный отношениях феникса стало некогда, ибо мы свернули в один из боковых коридоров, и спустя каких-то пять минут перед нами галантно распахнули двери наших покоев.
Да, именно покоев. Назвать выделенное нам пространство комнатой язык не поворачивался. Ибо, во-первых, помещений было несколько: одна общая гостиная,
