Я же отступил туда, где намерен был схватиться с Кровавым Орлом. И туда же стянулись мои союзники: воины племен Великой Степи, все те, у кого были свои счеты с чурдженями. Битва была жестокой, но чурджени поплатились за все содеянное. За все… - повторил Ся, невольно припомнив все так живо, как будто битва закончилась вчера.
- А что наложница? – напомнила ему Ли Эр, выдернув его из тех буйных беспощадных воспоминаний.
Ся улыбнулся, расслышав в ее голосе нотки ревности.
- Она примчалась на место битвы спасать меня. Обещала, что больше не будет слушаться отца, потому что поняла, что для нее стало важным. Она хотела вернуться ко мне и стать просто рабыней, больше ни на что не претендуя. Я велел ей возвращаться обратно к отцу, высказав правду о том, что они использовали меня, ну а я, в свою очередь, использовал их. Так, что мы были квиты и ничего друг другу не должны. Это то, что произошло со мной без тебя. В степи и я понял, что ты значишь в моей жизни. Знай, мое будущее зависит от тебя, Ли Эр. Ты вытащила меня из пропасти отчаяния и одиночества, из пропасти, в чью бездну я собирался кануть навечно. И я как никто другой понимаю, что ты сейчас чувствуешь и, поверь, я удержу тебя на краю бездны, как и ты, когда-то удержала меня.
Ли Эр повернувшись на спину, слушала его, разглядывая полог над кроватью. Ся смотрел на ее тонкий профиль и, затаив дыхание ждал ответа, умоляя про себя: «Будь со мной, Ли Эр, останься рядом». После недолгого молчания, показавшимся ему вечностью, она со вздохом произнесла:
- Ты очень изменился, мой муж, но и я уже не та Ли Эр. Наша жизнь разрушена и нам придется начинать все заново.
- О, да, да! – Рывок и Ся навис над нею.
Ли Эр напугал его порыв, и он заставил себя успокоиться. На следующий день явился призванный Ся лекарь. Осмотрев княгиню, вынес свое заключение:
- Госпожа здорова, но очень слаба и нервически истощена. Ей нужен покой и все наладиться, как и ее месячная кровь. Я прописал госпоже укрепляющие настои, не прекращайте их принимать весь месяц без перерыва.
Как только лекарь вышел за дверь опочивальни, как Ся провожавший его, тихо спросил:
- Могу ли я быть с женой?
Лекарь понял его вопрос, но, подумав, напомнил:
- Госпожа истощена, после долгого голодания, организм потрясен произошедшими изменениями и расстроен. Когда пройдут месячные крови, вы можете жить супружеской жизнью.
- Примите мою благодарность, почтенный, - и Ся протянул лекарю более чем щедрую плату за визит.
В те дни случилось знаменательное для империи, и для семьи Ся тоже, событие. У императора родился сын от любимой Прекрасной Супруги. По этому поводу был устроен небывало пышный пир. Купив Ли Эр наряд достойный жены князя и генерала, выбрав редкий и ценный подарок, что привез из Приграничья, чета Ся отправилась во дворец в возке покрытым снаружи лаком, внутри же обитом войлоком и атласом. Сидя в нем напротив жены, смотря ей в лицо, Ся подавил вздох. Если он думал, что пышное убранство, что необычайно шло Ли Эр, порадует ее, то надеялся, по-видимому, зря. Жена оставалась все такой же безучастной и отрешенной к тому, что делало счастливым многих женщин.
Когда в череде придворных вельмож, представителей знатных семей и влиятельных чиновников подошел их черед поклониться императору, его Прекрасной Супруге и новорожденному принцу и преподнести подарок, его величество, увидев чету Ся, оживился. Поманив их к себе, владыка Поднебесной, оставив свой официальный тон, сказал, обратившись к Ся по-свойски:
- Вот и ты генерал Чжэн, а я уже хотел послать за тобой.
- Как я мог пропустить столь значительное событие и не поздравить вас с рождением сына, - поклонился молодой генерал. – Я и моя жена счастливы за вас.
- Твоя жена? – Император перевел недоуменный взгляд на коленопреклонную Ли Эр. - Неужели это старшая дочь Минь? Поднимите лицо, дорогая. Но разве возможно так измениться? Но от чего, Ся, ты так горестно вздохнул, когда поздравлял меня? Можно ли так грустить и печалиться, когда рядом с тобой столь изумительная красавица? Разве не должен был я прежде порадоваться известию, что это вы ждете первенца?
- Ваше величество, - поклонился Ся. – Из-за пошатнувшегося здоровья Ли Эр, после ее траура по отцу у нас не было возможности провести брачную ночь.
- Как?! Опять?! – Изумился император. – Что за злой рок преследует вас, что не позволяет воссоединиться вам на брачном ложе? То траур по твоим родственникам, то по ее семье? Подойди ко мне, - подозвал к себе Ли Эр император, и когда та повиновалась, тихо проговорил: - Ли Эр, ты почтительная дочь, что похвально. Однако ты провела достаточно времени в темнице где, как мне докладывали, неустанно оплакивала отца. Твой отец был достойным верноподданным и, отойдя от гнева, я стал сомневаться в его измене. Будь моя воля, я бы оправдал господина Минь. Только есть вещи, в которых неволен даже император и это соблюдение закона. Как бы я не относился к тому, кто был обвинен в измене, я должен следовать закону. Одно скажу, твой отец пожертвовал жизнью ради тебя. Своей кровью он смыл пятно позора с тебя и твоих потомков. Прими эту жертву ради своего будущего и помни о ней. А твой муж? Даже под угрозой моей немилости, не отказался от тебя. А вот ты малодушно продолжаешь игнорировать волю отца, пожертвовавшего собой ради тебя и своих внуков, упрямо отталкивая того, кто верен тебе даже перед моим гневом. Я не говорю уже о своих чаяньях, это же такой для тебя пустяк, - хмыкнул император, продолжая расстраиваться.
Стоящие рядом с императорским креслом евнухи угодливо захихикали. Прекрасная Супруга смотрела строго и ревниво. Ли Эр послушно простерлась ниц.
- Поднимись, - велел император.
И когда девушка встала, выпрямившись перед ним, протянул ей свиток, перевязанный конопляной суровой нитью.
- Это письмо твоего отца. Не отягчай его души на Небесах своими слезами, ты уже достаточно оплакала его.
Почтительно и благоговейно приняла Ли Эр свиток. Подбородок ее дрогнул, но ни слезинки не выступило на ее глазах. Ся и Ли Эр низко поклонились императору, коснувшись лбом пола. На пиру князь с упавшим сердце наблюдал за женой, с огорчением отметив, что слова императора не возымели на нее никакого воздействия. Все так же была погружена она в свои печальные мысли. Зато Ся то и дело ловил восхищенные взгляды царедворцев, бросаемы на его жену, которые он встречал суровым взглядом, жалея, что его жена не прежняя пампушка.
После торжества их остановил старый сановник.
- Поверить не возможно! Неужто передо мной та пухленькая Ли Эр которую я знавал прежде? Вы очень изменились, молодая госпожа.
Ли Эр изящно поклонилась в ответ на комплимент, зато Ся разворчался как всем недовольный старик:
- Мечтаю, чтобы она стала прежней Ли Эр.
С него было уже достаточно всех этих восхищений его женой.
- О, генерал, - рассмеялся мудрый царедворец. – Уверяю вас, что после того как ваша госпожа принесет вам трех-четырех детишек, она превратиться в ту же пухленькую особу которую вы знавали и полюбили раньше.
Вечером Ся оставил Ли Эр наедине с последним письмом господина Минь. Он слышал, как долго и горько она плакала над ним, а потом показала его мужу.
Строчки были неровными, письмо писалось впопыхах, да и мысли измученного пытками отца Ли Эр, явно путались. Но было видно, что он многое хотел сказать любимой дочери, но сказал лишь главное.
«Малышка, я страшно виноват перед тобой. Виноват тем, что привел и оставил эту страшную женщину в нашем доме. Думаешь, я не знал о таверне Цзя? И хоть мне не очень нравилось, что ты занимаешься стряпней как простая сельчанка, я видел, какой счастливой ты возвращалась оттуда. Но больше всего не хотел, чтобы тебя терзали твои брат и сестра. К тому же я очень боялся… Твоя матушка, память о которой не оставляет меня и сейчас, как и вина перед ней, скончалась странной скоропостижной смертью, как только я ввел в дом наложницу. Не без основания подозревая ее, я очень боялся за тебя, мое драгоценное дитя, и, быть может, временами был излишне строг и холоден с тобой, но это не говорило об умалении моей любви к тебе, наоборот, своей холодностью и строгостью я пытался защитить тебя от мачехи. Эта ужасная женщина была сильнее и хитрее меня. В конце концов, она отомстила, уничтожив нашу семью. Только я покидаю этот грешный мир с единственной надеждой, что ты дождешься Ся Чжэна, он твоя защита и опора. Будь верной и послушной женой, плати ему такой же любовью, какую он выказывает тебе, и тогда на Небесах я обрету блаженный покой».
Оба узнавали и не узнавали друг друга. Оба сильно изменились за полгода разлуки, а потому, казались друг другу незнакомыми, и нужно было все начинать сначала. Но если Ся принял жену безоговорочно и думал теперь о том, как приручить и присвоить себе, то Ли Эр дичилась его, чувствуя, что Ся намного искушеннее и опытнее. Как-то она увидела его ужасный шрам от стрелы, полученный в Хибине. Первым ее порывом было коснуться жуткой отметины, чуть не стоившей ему жизни, но она не посмела, остановившись на полпути. Только Ся не дал ей убрать руку, перехватив и стиснув пальчики жены, провел ими по своему шраму. Она ужасно испугалась, он видел это, но не его, а того, что можно опять потерять дорогого человека, ведь шрам был доказательством, что Ся не оглядывался на опасности. И она снова замкнулась в себе, понимая, что не сможет пройти через подобное второй раз. Ся выругал себя, на чем свет стоит. Его порывы только отдаляли от него Ли Эр, но порой он так жаждал ее прикосновении, что терял голову. Но что, в таком случае, ему делать? Она шла на поправку, но была с ним несколько напряжена, после случая, когда он силком заставил ее прикоснуться к своему шраму.
Но Ли Эр закрылась не только от него, но и от всего мира. У них не было даже тех теплых отношений, что вовсю развивались после свадьбы и вот-вот должны были перерасти в нечто большее, если бы они не расстались. Чтобы достать драгоценную жемчужину, нужно постараться открыть створки ее раковины. Как поймать в силок желанную добычу? Приманить ее. Это работает, так же как и с засадой, обманываешь врага своей слабостью и неведением и вот он уже в твоих руках. Так и с Ли Эр, нужна как-то приманить ее, чтобы она доверилась, а после приручить…. Но как? Что им делать, ведь если она не узнавала в нем прежнего Ся, то и он не мог отыскать в задумчивой красавице, открытую и добродушную Ли Эр с озорным огоньком в глазах.
Как-то он привел ее в таверну дядюшки Цзя, разузнав, что тот со своим семейством вернулся в столицу. Старик, увидев их, от радости всплеснул руками.
- Неужели… неужели… это вы, барышня Минь? Небо! Вы и раньше были миленькой, но сейчас стали просто раскрасавицей! Какая из вас чудесная пара, - хлопотал вокруг них счастливый Цзя, расчувствовавшийся так, что пустил слезу. – Садитесь, садитесь же вот сюда, на лучшие места.
Им принесли блюдо приготовленное по тому старинному рецепту, который в свое время чуть не погубил Ли Эр, и заставил Ся заговорить.
- Благодаря ему мои дела пошли намного лучше… намного и я каждый день благодарю Небо, что оно было настолько благосклонно ко мне, что послало такую ученицу, - хлопотал возле Ли Эр старик трактирщик.
А Ся боялся дышать, наблюдая как она, взяв палочки, принялась пробовать блюдо. Хоть Ли Эр и шла на поправку, но ела неохотно, через силу, повинуясь больше его воле, чем собственному желанию насыщения. Ся доставляло удовольствие ухаживать за ней, но ему все труднее было держаться от нее на расстоянии, сердце все время прихватывало от нежности. Теперь наблюдая за разговором жены и ее учителя о кулинарии, видя как она ожила и даже начала подшучивать, он вдруг понял как сможет заполучить Ли Эр. Почему он не подумал об этом раньше, зная эту ее страсть к кулинарии. Нужно просто создать безвыходную для ситуацию и сыграть на ее слабости, тогда Ли Эр сама придет к нему. Ся было важно, чтобы она сама пришла к нему. Ее робкое, пока еще желание быть с ним, поможет хоть ненадолго насытить его безысходную страсть, что съедала его с каждым биением сердца, так, что ему уже невмоготу держать себя в руках.
Вернувшись домой из харчевни дядюшки Цзя, Ли Эр пребывала в приподнятом настроении. Воодушевленная, она проболтала со своей служанкой гуляя с ней по саду, а после отправилась в свои покои, немного недоумевая, куда подевался прежде постоянно следовавший за ней Ся. Ведь обычно именно в это время начинались его попытки остаться на ночь в ее спальне. Она даже удивилась своему огорчению от того, что эти осады прекратились должно быть насовсем. Было ужасно грустно и ей очень не хватало Ся. Зря она сопротивлялась его законному желанию сделать ее своей. Какая же она глупая! Ведь он теперь вправе взять наложницу, хотя ни разу не заикался об этом. Только она не выдержит другой женщины рядом с мужем. Служанка уже распустила ее прическу и переодела в одежды для сна, и нет причин задерживаться вне спальни. Может, послать служанку, чтобы узнала, где Ся? Тогда он сразу примчится… Нет. Она к этому не готова. Чувственные отношения пугают ее. Вздохнув, она прошла на спальную половину и остановилась. В ее постели устроился Ся. Увидев ее, он, приподнялся и, подперев голову рукой, посоветовал:
- Не ставь ни меня, ни себя в неудобное положение. Ты ведь понимаешь, что случиться, если слухи о том, что ты выгоняешь из спальни собственного супруга, дойдут до его величества?
Она прекрасно помнила как Ся спас ее от неминуемой гибели, заступившись перед императором. А сейчас ее положение еще хуже прежнего, и не стоит лишний раз напоминать императору о том, что она дочь изменника. Ся усмехнулся, видя, как она нерешительно шагнула к ложу. Ловушка захлопнулась, теперь следовало осторожно приманивать ее к себе.
- А знаешь, - сел он в постели. Его ночная кофта распахнулась, открывая крепкую твердую грудь. – Я пришел к тебе для того, чтобы рассказать рецепт блюда, которым кормил нас в походах армейский кашевар. Оно необыкновенное, потому что простое и вкусное. Иногда я скучаю по нему и хотелось, что бы ты иногда готовила его мне. Я подумал, что ты наверняка захотела бы узнать его рецепт, только вот подзабыл за всеми треволнениями, едва прибыв в Лиян. И вспомнил лишь сегодня, когда ты разговаривала с почтенным Цзя, - увлеченно говорил он, делая вид, что не замечает ее загоревшихся глаз и того, что она подсела к нему на край постели. – Но когда вспомнил, тебя здесь не нашел и решил подождать, а заодно и отдохнуть. Ты ведь не против? – беспечно спросил он, хотя ему даже дышать стало трудно, так боялся спугнуть ее.
Она покачала головой, а он, плюхнувшись на валик подушки, пожаловался:
- Ужасно устал, так хочется спать. Может быть, завтра и расскажу тебе этот рецепт?
- Но, господин, - заволновалась Ли Эр. – Завтра вас опять призовут дела, и вам будет некогда рассказать о нем.
Приманка сработала, и теперь следовало окружить ее так, что бы ей некуда было деться.
- И то верно, - пробормотал Ся, задумчиво разглядывая, натянутый над ним полог постели. – Что ж, приляг рядом, не могу же я рассказывать твоей спине, а сидеть в постели я уже устал, пока ждал тебя.
Поколебавшись немного, она несмело и робко легла рядом с ним на спину. Так… теперь нужно боле менее внятно и связно рассказать хоть что-то.
- А что наложница? – напомнила ему Ли Эр, выдернув его из тех буйных беспощадных воспоминаний.
Ся улыбнулся, расслышав в ее голосе нотки ревности.
- Она примчалась на место битвы спасать меня. Обещала, что больше не будет слушаться отца, потому что поняла, что для нее стало важным. Она хотела вернуться ко мне и стать просто рабыней, больше ни на что не претендуя. Я велел ей возвращаться обратно к отцу, высказав правду о том, что они использовали меня, ну а я, в свою очередь, использовал их. Так, что мы были квиты и ничего друг другу не должны. Это то, что произошло со мной без тебя. В степи и я понял, что ты значишь в моей жизни. Знай, мое будущее зависит от тебя, Ли Эр. Ты вытащила меня из пропасти отчаяния и одиночества, из пропасти, в чью бездну я собирался кануть навечно. И я как никто другой понимаю, что ты сейчас чувствуешь и, поверь, я удержу тебя на краю бездны, как и ты, когда-то удержала меня.
Ли Эр повернувшись на спину, слушала его, разглядывая полог над кроватью. Ся смотрел на ее тонкий профиль и, затаив дыхание ждал ответа, умоляя про себя: «Будь со мной, Ли Эр, останься рядом». После недолгого молчания, показавшимся ему вечностью, она со вздохом произнесла:
- Ты очень изменился, мой муж, но и я уже не та Ли Эр. Наша жизнь разрушена и нам придется начинать все заново.
- О, да, да! – Рывок и Ся навис над нею.
Ли Эр напугал его порыв, и он заставил себя успокоиться. На следующий день явился призванный Ся лекарь. Осмотрев княгиню, вынес свое заключение:
- Госпожа здорова, но очень слаба и нервически истощена. Ей нужен покой и все наладиться, как и ее месячная кровь. Я прописал госпоже укрепляющие настои, не прекращайте их принимать весь месяц без перерыва.
Как только лекарь вышел за дверь опочивальни, как Ся провожавший его, тихо спросил:
- Могу ли я быть с женой?
Лекарь понял его вопрос, но, подумав, напомнил:
- Госпожа истощена, после долгого голодания, организм потрясен произошедшими изменениями и расстроен. Когда пройдут месячные крови, вы можете жить супружеской жизнью.
- Примите мою благодарность, почтенный, - и Ся протянул лекарю более чем щедрую плату за визит.
В те дни случилось знаменательное для империи, и для семьи Ся тоже, событие. У императора родился сын от любимой Прекрасной Супруги. По этому поводу был устроен небывало пышный пир. Купив Ли Эр наряд достойный жены князя и генерала, выбрав редкий и ценный подарок, что привез из Приграничья, чета Ся отправилась во дворец в возке покрытым снаружи лаком, внутри же обитом войлоком и атласом. Сидя в нем напротив жены, смотря ей в лицо, Ся подавил вздох. Если он думал, что пышное убранство, что необычайно шло Ли Эр, порадует ее, то надеялся, по-видимому, зря. Жена оставалась все такой же безучастной и отрешенной к тому, что делало счастливым многих женщин.
Когда в череде придворных вельмож, представителей знатных семей и влиятельных чиновников подошел их черед поклониться императору, его Прекрасной Супруге и новорожденному принцу и преподнести подарок, его величество, увидев чету Ся, оживился. Поманив их к себе, владыка Поднебесной, оставив свой официальный тон, сказал, обратившись к Ся по-свойски:
- Вот и ты генерал Чжэн, а я уже хотел послать за тобой.
- Как я мог пропустить столь значительное событие и не поздравить вас с рождением сына, - поклонился молодой генерал. – Я и моя жена счастливы за вас.
- Твоя жена? – Император перевел недоуменный взгляд на коленопреклонную Ли Эр. - Неужели это старшая дочь Минь? Поднимите лицо, дорогая. Но разве возможно так измениться? Но от чего, Ся, ты так горестно вздохнул, когда поздравлял меня? Можно ли так грустить и печалиться, когда рядом с тобой столь изумительная красавица? Разве не должен был я прежде порадоваться известию, что это вы ждете первенца?
- Ваше величество, - поклонился Ся. – Из-за пошатнувшегося здоровья Ли Эр, после ее траура по отцу у нас не было возможности провести брачную ночь.
- Как?! Опять?! – Изумился император. – Что за злой рок преследует вас, что не позволяет воссоединиться вам на брачном ложе? То траур по твоим родственникам, то по ее семье? Подойди ко мне, - подозвал к себе Ли Эр император, и когда та повиновалась, тихо проговорил: - Ли Эр, ты почтительная дочь, что похвально. Однако ты провела достаточно времени в темнице где, как мне докладывали, неустанно оплакивала отца. Твой отец был достойным верноподданным и, отойдя от гнева, я стал сомневаться в его измене. Будь моя воля, я бы оправдал господина Минь. Только есть вещи, в которых неволен даже император и это соблюдение закона. Как бы я не относился к тому, кто был обвинен в измене, я должен следовать закону. Одно скажу, твой отец пожертвовал жизнью ради тебя. Своей кровью он смыл пятно позора с тебя и твоих потомков. Прими эту жертву ради своего будущего и помни о ней. А твой муж? Даже под угрозой моей немилости, не отказался от тебя. А вот ты малодушно продолжаешь игнорировать волю отца, пожертвовавшего собой ради тебя и своих внуков, упрямо отталкивая того, кто верен тебе даже перед моим гневом. Я не говорю уже о своих чаяньях, это же такой для тебя пустяк, - хмыкнул император, продолжая расстраиваться.
Стоящие рядом с императорским креслом евнухи угодливо захихикали. Прекрасная Супруга смотрела строго и ревниво. Ли Эр послушно простерлась ниц.
- Поднимись, - велел император.
И когда девушка встала, выпрямившись перед ним, протянул ей свиток, перевязанный конопляной суровой нитью.
- Это письмо твоего отца. Не отягчай его души на Небесах своими слезами, ты уже достаточно оплакала его.
Почтительно и благоговейно приняла Ли Эр свиток. Подбородок ее дрогнул, но ни слезинки не выступило на ее глазах. Ся и Ли Эр низко поклонились императору, коснувшись лбом пола. На пиру князь с упавшим сердце наблюдал за женой, с огорчением отметив, что слова императора не возымели на нее никакого воздействия. Все так же была погружена она в свои печальные мысли. Зато Ся то и дело ловил восхищенные взгляды царедворцев, бросаемы на его жену, которые он встречал суровым взглядом, жалея, что его жена не прежняя пампушка.
После торжества их остановил старый сановник.
- Поверить не возможно! Неужто передо мной та пухленькая Ли Эр которую я знавал прежде? Вы очень изменились, молодая госпожа.
Ли Эр изящно поклонилась в ответ на комплимент, зато Ся разворчался как всем недовольный старик:
- Мечтаю, чтобы она стала прежней Ли Эр.
С него было уже достаточно всех этих восхищений его женой.
- О, генерал, - рассмеялся мудрый царедворец. – Уверяю вас, что после того как ваша госпожа принесет вам трех-четырех детишек, она превратиться в ту же пухленькую особу которую вы знавали и полюбили раньше.
Вечером Ся оставил Ли Эр наедине с последним письмом господина Минь. Он слышал, как долго и горько она плакала над ним, а потом показала его мужу.
Строчки были неровными, письмо писалось впопыхах, да и мысли измученного пытками отца Ли Эр, явно путались. Но было видно, что он многое хотел сказать любимой дочери, но сказал лишь главное.
«Малышка, я страшно виноват перед тобой. Виноват тем, что привел и оставил эту страшную женщину в нашем доме. Думаешь, я не знал о таверне Цзя? И хоть мне не очень нравилось, что ты занимаешься стряпней как простая сельчанка, я видел, какой счастливой ты возвращалась оттуда. Но больше всего не хотел, чтобы тебя терзали твои брат и сестра. К тому же я очень боялся… Твоя матушка, память о которой не оставляет меня и сейчас, как и вина перед ней, скончалась странной скоропостижной смертью, как только я ввел в дом наложницу. Не без основания подозревая ее, я очень боялся за тебя, мое драгоценное дитя, и, быть может, временами был излишне строг и холоден с тобой, но это не говорило об умалении моей любви к тебе, наоборот, своей холодностью и строгостью я пытался защитить тебя от мачехи. Эта ужасная женщина была сильнее и хитрее меня. В конце концов, она отомстила, уничтожив нашу семью. Только я покидаю этот грешный мир с единственной надеждой, что ты дождешься Ся Чжэна, он твоя защита и опора. Будь верной и послушной женой, плати ему такой же любовью, какую он выказывает тебе, и тогда на Небесах я обрету блаженный покой».
Оба узнавали и не узнавали друг друга. Оба сильно изменились за полгода разлуки, а потому, казались друг другу незнакомыми, и нужно было все начинать сначала. Но если Ся принял жену безоговорочно и думал теперь о том, как приручить и присвоить себе, то Ли Эр дичилась его, чувствуя, что Ся намного искушеннее и опытнее. Как-то она увидела его ужасный шрам от стрелы, полученный в Хибине. Первым ее порывом было коснуться жуткой отметины, чуть не стоившей ему жизни, но она не посмела, остановившись на полпути. Только Ся не дал ей убрать руку, перехватив и стиснув пальчики жены, провел ими по своему шраму. Она ужасно испугалась, он видел это, но не его, а того, что можно опять потерять дорогого человека, ведь шрам был доказательством, что Ся не оглядывался на опасности. И она снова замкнулась в себе, понимая, что не сможет пройти через подобное второй раз. Ся выругал себя, на чем свет стоит. Его порывы только отдаляли от него Ли Эр, но порой он так жаждал ее прикосновении, что терял голову. Но что, в таком случае, ему делать? Она шла на поправку, но была с ним несколько напряжена, после случая, когда он силком заставил ее прикоснуться к своему шраму.
Но Ли Эр закрылась не только от него, но и от всего мира. У них не было даже тех теплых отношений, что вовсю развивались после свадьбы и вот-вот должны были перерасти в нечто большее, если бы они не расстались. Чтобы достать драгоценную жемчужину, нужно постараться открыть створки ее раковины. Как поймать в силок желанную добычу? Приманить ее. Это работает, так же как и с засадой, обманываешь врага своей слабостью и неведением и вот он уже в твоих руках. Так и с Ли Эр, нужна как-то приманить ее, чтобы она доверилась, а после приручить…. Но как? Что им делать, ведь если она не узнавала в нем прежнего Ся, то и он не мог отыскать в задумчивой красавице, открытую и добродушную Ли Эр с озорным огоньком в глазах.
Как-то он привел ее в таверну дядюшки Цзя, разузнав, что тот со своим семейством вернулся в столицу. Старик, увидев их, от радости всплеснул руками.
- Неужели… неужели… это вы, барышня Минь? Небо! Вы и раньше были миленькой, но сейчас стали просто раскрасавицей! Какая из вас чудесная пара, - хлопотал вокруг них счастливый Цзя, расчувствовавшийся так, что пустил слезу. – Садитесь, садитесь же вот сюда, на лучшие места.
Им принесли блюдо приготовленное по тому старинному рецепту, который в свое время чуть не погубил Ли Эр, и заставил Ся заговорить.
- Благодаря ему мои дела пошли намного лучше… намного и я каждый день благодарю Небо, что оно было настолько благосклонно ко мне, что послало такую ученицу, - хлопотал возле Ли Эр старик трактирщик.
А Ся боялся дышать, наблюдая как она, взяв палочки, принялась пробовать блюдо. Хоть Ли Эр и шла на поправку, но ела неохотно, через силу, повинуясь больше его воле, чем собственному желанию насыщения. Ся доставляло удовольствие ухаживать за ней, но ему все труднее было держаться от нее на расстоянии, сердце все время прихватывало от нежности. Теперь наблюдая за разговором жены и ее учителя о кулинарии, видя как она ожила и даже начала подшучивать, он вдруг понял как сможет заполучить Ли Эр. Почему он не подумал об этом раньше, зная эту ее страсть к кулинарии. Нужно просто создать безвыходную для ситуацию и сыграть на ее слабости, тогда Ли Эр сама придет к нему. Ся было важно, чтобы она сама пришла к нему. Ее робкое, пока еще желание быть с ним, поможет хоть ненадолго насытить его безысходную страсть, что съедала его с каждым биением сердца, так, что ему уже невмоготу держать себя в руках.
Вернувшись домой из харчевни дядюшки Цзя, Ли Эр пребывала в приподнятом настроении. Воодушевленная, она проболтала со своей служанкой гуляя с ней по саду, а после отправилась в свои покои, немного недоумевая, куда подевался прежде постоянно следовавший за ней Ся. Ведь обычно именно в это время начинались его попытки остаться на ночь в ее спальне. Она даже удивилась своему огорчению от того, что эти осады прекратились должно быть насовсем. Было ужасно грустно и ей очень не хватало Ся. Зря она сопротивлялась его законному желанию сделать ее своей. Какая же она глупая! Ведь он теперь вправе взять наложницу, хотя ни разу не заикался об этом. Только она не выдержит другой женщины рядом с мужем. Служанка уже распустила ее прическу и переодела в одежды для сна, и нет причин задерживаться вне спальни. Может, послать служанку, чтобы узнала, где Ся? Тогда он сразу примчится… Нет. Она к этому не готова. Чувственные отношения пугают ее. Вздохнув, она прошла на спальную половину и остановилась. В ее постели устроился Ся. Увидев ее, он, приподнялся и, подперев голову рукой, посоветовал:
- Не ставь ни меня, ни себя в неудобное положение. Ты ведь понимаешь, что случиться, если слухи о том, что ты выгоняешь из спальни собственного супруга, дойдут до его величества?
Она прекрасно помнила как Ся спас ее от неминуемой гибели, заступившись перед императором. А сейчас ее положение еще хуже прежнего, и не стоит лишний раз напоминать императору о том, что она дочь изменника. Ся усмехнулся, видя, как она нерешительно шагнула к ложу. Ловушка захлопнулась, теперь следовало осторожно приманивать ее к себе.
- А знаешь, - сел он в постели. Его ночная кофта распахнулась, открывая крепкую твердую грудь. – Я пришел к тебе для того, чтобы рассказать рецепт блюда, которым кормил нас в походах армейский кашевар. Оно необыкновенное, потому что простое и вкусное. Иногда я скучаю по нему и хотелось, что бы ты иногда готовила его мне. Я подумал, что ты наверняка захотела бы узнать его рецепт, только вот подзабыл за всеми треволнениями, едва прибыв в Лиян. И вспомнил лишь сегодня, когда ты разговаривала с почтенным Цзя, - увлеченно говорил он, делая вид, что не замечает ее загоревшихся глаз и того, что она подсела к нему на край постели. – Но когда вспомнил, тебя здесь не нашел и решил подождать, а заодно и отдохнуть. Ты ведь не против? – беспечно спросил он, хотя ему даже дышать стало трудно, так боялся спугнуть ее.
Она покачала головой, а он, плюхнувшись на валик подушки, пожаловался:
- Ужасно устал, так хочется спать. Может быть, завтра и расскажу тебе этот рецепт?
- Но, господин, - заволновалась Ли Эр. – Завтра вас опять призовут дела, и вам будет некогда рассказать о нем.
Приманка сработала, и теперь следовало окружить ее так, что бы ей некуда было деться.
- И то верно, - пробормотал Ся, задумчиво разглядывая, натянутый над ним полог постели. – Что ж, приляг рядом, не могу же я рассказывать твоей спине, а сидеть в постели я уже устал, пока ждал тебя.
Поколебавшись немного, она несмело и робко легла рядом с ним на спину. Так… теперь нужно боле менее внятно и связно рассказать хоть что-то.
