Но как только какой-нибудь сторонний Дом, желая возвыситься, покушается на один из первых Домов, объединяются все первые Дома, и тогда от дерзкой Матери и ее Дома, не остается даже воспоминания. О! Ваша мать, вот кто был искусен в подобного рода интригах. Она умела рассорить своих объединившихся противников и уничтожить всех, их же собственными руками, натравив друг на друга. И она неусыпно следила, чтобы Дом Си Нафай и Берн не объединились против нее, умело поддерживая между ними постоянную подозрительность. Ваша мудрая мать правила дроу тысячелетие, готовя себе на замену Тиреллу.
- Почему ты сказал, что Дом Берн только недавно стал одним из могущественных Домов? Ведь Мать Берн - Верховная Жрица? Как она сумела пролезть так высоко? В чем тут фишка?
- Могущественные Дома всегда стараются привлечь на свою сторону менее знатных Матерей с их кланами. Те возвышаются, если их покровителям сопутствует удача, и даже могут слиться с кланом своей покровительницы. Так, ваша мать подняла прозябающий в бедности и безвестности Дом Берн, который имел в ту пору только восемнадцать воинов, да и то это были мужчины. Каждый Дом имеет свое войско, чтобы защищаться и нападать. Если Дом имеет под своим началом до сотни воинов и хотя бы одного сильного мага, он становится желанным союзником для Первых Домов Мензоберранзана, и те стараются привлечь его на свою сторону.
Во главе воинов стоит оружейник, обычно это сын или супруг владычицы клана. Теперь вы понимаете, что, даже как союзник, Дом Берн не прельщал никого. Он был и оставался одним из многих, кто выживал в низах Мензоберранзана. Но вот ваша мать обратила на Дом Берн внимание, потому что они занимали в иерархии низов прочное положение. Когда старая Мать де Наль пригляделась к нему, она увидела, что Мать Берн обладает незаурядным запасом магической силы, а ее сын Дорган со своими восемнадцатью воинами не только успешно отбивает все нападения, но и упреждает их. И тогда ваша мать привлекла этот Дом на свою сторону. Для Берн это было неслыханной удачей, о которой никто из простых семей не смел помыслить. Мало того, вскоре с помощью Матери де Наль Мать Берн становится Верховной Жрицей. Естественно, что Правящий Совет выступил против назначения незнатной выскочки, взлетевшей так высоко. Пост Верховной Жрицы могли занимать только женщины из двух могущественных первых Домов Мензоберранзана: Де Наль и Си Нафай. Роптали все шесть Домов входящих в Правящий Совет. Не обошлось без подстрекательства со стороны Си Нафай. Ваша мать вместе с Матерью Берн, объединив своих воинов под началом Доргана, развязала против этого Дома кровавую бойню. В те дни Мензоберранзан утопал в крови дроу, пока ваша мать не привела Дома Правящего Совета к полной покорности.
Однако она мудро не тронула никого из выживших Дома Си Нафай. В те дни, дни борьбы, Тирелла была правой рукой вашей матери, и когда она неожиданно ушла в Вечность, для Мензоберранзана стало полной неожиданностью, что место Первой Матери Дома де Наль, заняла Фиселла, средняя дочь правящего Дома. То есть вы, моя владычица. Казалось, тут же должна была вспыхнуть война, и на Дом де Наль ополчаться все дроу, потому что нарушена законность прямого наследования. Но за Фиселлу вступилась Верховная Жрица, да и память о недавней резне, что устроила ваша мать вместе с Берн была еще слишком свежа. К тому же, Фиселла сделала своим оружейником и супругом сына Верховной Жрицы, Доргана. В то время по городу поползли слухи, что со смертью старой Матери Дом де Наль не так силен и Фиселла точно знала, от кого исходят эти слухи.
- Тирелла?
Клопси кивнул.
- Но самое главное, что Дом Си Нафай, а Тирелла тайно встречалась с его Матерью, бездействовал, как и три сильных дома после него. Хотя все были уверены, что уж они-то не упустят такого случая, что бы выступить против де Наль и возвыситься. Никто не понимал такого бездействия. Ведь объединись шесть Домов против де Наль, то даже солдаты Доргена и Верховная Жрица, со своей уже истощенной в кровопролитной борьбе магией, вряд ли могли предотвратить его падение. Вот все, что мне известно, моя владычица.
Рассказанное Клопси впечатляло, и Ника, жуя корешки, обдумывала только что услышанное.
- Что значат в обществе дроу мужчины?
- Ничего не значат. Они - рабы и не имеют никаких прав. Женщины вольны полностью распоряжаться их жизнью. Некоторое исключение составляют мужчины знатных Домов. Им дают образования и высокое положение, приличествующее их рождению, взамен их преданности. Самое большее, на что может рассчитывать мужчина - это стать оружейником и супругом владычицы, какого-нибудь Дома. Рождение мальчиков не приветствуется, слабых и немощных приносят в жертву Ллос. Девочек выхаживают, дают им блестящее воспитание, готовя к тому, что любая из них может подняться собственным Домом. Правящий Совет регулярно приносит знатного мужчину в жертву Паучьей богине.
- Матриархат чистой воды.
- Мне неведомо, что это такое, моя владычица, но законы дроу мудры, потому что существуют по закону праматери дроу, богини Ллос. Да-да, дроу произошли от Паучьей богини. Ведь известно, что когда паучиха зачинает потомство, она пожирает самца. Ей он больше ни к чему. Когда Ллос родила первых дроу, то скормила им их отца - темного эльфа.
- Эта ужасно поучительная история нисколько не проясняет моей ситуации, - поморщилась Ника. - Почему Фиселла решила исчезнуть именно на три дня. Что такого должно произойти за это время? Ведь ты уже утром знал, что Фиселла - не Фиселла.
Клопси задумался, разминая своими тонкими пальчиками кусочек гриба.
- Признаться, я сам не понимаю, что все это значит. Вчера Фиселла сказала мне, что она испробует чары очень мощной магии. Она хотела подчинить ее себе, овладев ею. Она сказала, что утром ее тело займет другое существо, и, если опыт не удастся, это может даже будет демон. Она велела мне успокоить того, кто бы им ни оказался, и заставить его вести себя так, чтобы никто не догадался о подмене. Больше она ничего мне не сказала, кроме того, что если я не справлюсь с поручением, и мнимую Фиселлу в течение этих трех дней казнят, как самозванку, или убьют, то она скормит меня крысам. Можете себе представить, что я на Правящем Совете не раз прощался со своей жизнью, когда вы так упорно отстаивали жизнь ничтожного оружейника, ни сколько не заботясь, ни о своей, ни о моей безопасности.
- А, что это за Мать в зеленом? Фиселла ее чем-то обидела?
- Это Кьорл-Одран. Ее Дом последний, шестой в Правящем Совете. Она люто ненавидит вас за то, что вы как-то сумели осуществить ее мечту, став Первой Матерью, обойдя свою старшую сестру. Но вы не должны тревожиться из-за нее, моя владычица, ей вас не уязвить. Когда у старой матери де Наль погиб ее оружейник, во всем Мензоберранзане на поединке оружейников некого было противопоставить Утегенталю, оружейнику Дома Кьорл-Ордан. Но он сохранял свое первенство недолго и был полководцем до той поры, пока оружейником вашего дома не стал Дорган и тогда Утегенталь стал вторым.
- Полководцами здесь назначают тех, кто выигрывает какие-то поединки? - не поверила Ника.
- Ну да. На поединках первых оружейников Мензоберранзана знатные мужчины дроу должны доказать, что они достойны этого положения. Кстати, завтра и произойдет один из таких поединков.
- Потрясающе! Те полководцы, что были до Доргана, выигрывали битвы?
- Когда как, но они во всем слушались Правящий Совет, строго выполняя все его указания.
- Может, из-за этого поединка Фиселла, решила поменяться со мной телами?
- Вы все еще тревожитесь об этом, моя владычица, даже после того, как я все вам рассказал?
- Даже еще больше, - Ника налила в серебряный кубок вина. - Думаю, если бы ты напрягся, то вспомнил еще что-нибудь.
- Но, я право, больше ничего не знаю. Бедный Клопси рассказал вам все-все, что ему известно.
- Ты рассказал мне занимательную историю дроу, а как насчет Фиселлы? Все же тебе лучше поднапрячься, потому что у меня руки чешутся, негодник ты этакий, - свирепо глянула на него Ника поверх бокала.
- Чем я разгневал свою владычицу? - Клопси бухнулся на коленки, заломив ручки. - Бедный Клопси не знает за собой никакой вины.
- Да? А тогда что ты вытворял у меня за корсажем,маленький, гаденыш! - и она опять схватила, обомлевшего от страха Клопси за тоненькую шейку, легонько встряхнув его.
- Пощадите!.. Пожалейте бедного Клопси! - верещал, заикаясь, бедняга, болтая в воздухе ножками. - О... от вас так чудно пахло...
За этим занятием и застала Нику, Вифелла, вошедшая в ее покои. За нею следовали две солдатки, конвоировавшие первого оружейника Дома де Наль, лорда Доргана.
Ника непонимающе смотрела то на Вифеллу, то на стражников, то на Доргана, совсем позабыв о бедняге Клопси, сучившего ножками в воздухе.
- Моя госпожа, - поклонилась Вифелла. - Зная, что вы предпочитаете именно это время для разговора с ослушником, я взяла на себя смелость привести его, не дожидаясь вашего повеления.
Ника смотрела на нее, не понимая, о чем та вообще говорит. Ей некогда и совсем не интересно, что любила делать именно в это время Фиселла. Однако усердие Вифеллы должно быть вознаграждено. Ника перевела взгляд на окно, в узкой щели которого виднелся светящийся столб Норбонделя, будто она в нем хоть что-то понимала. Однако с уверенностью кивнула, и в следующую минуту с изумлением наблюдала, как свирепые солдатки, подтащив ослушника к широкой кровати, сорвали с него всю одежду. Одна из них отдернула на стене в изголовье гобелен, под которым обнаружились толстые стальные кольца, вбитые в стену. Другая толкнула обнаженного мужчину на кровать и, подтянув его руки к оковам, крепко сковала его запястья.
Нику привело в себя слабое трепыхание почти задохнувшегося Клопси. Спохватившись, она тут же опустила его на стол, разжав пальцы.
- Извини, я совсем задушила тебя...
Кроха только широко разевал рот, да махал ручкой, давая понять, что с ним все в порядке, и что госпожа может не беспокоится о таком ничтожестве, как он. Ника капнула ему на стол вина, и он тут же жадно припал к этой лужице, осушив ее всю.
Тем временем пугающая стража отошла от кровати.
- Надеюсь, на этот раз вы заставите своего мужа страдать так, чтобы он, в конце концов, издал крик боли,- с поклоном вежливо сказала Вифелла, как будто пожелала спокойной ночи.
И тут же удалилась в сопровождении суровых солдаток. Ника растерянно повернулась к Клопси.
- И... и что я теперь должна с этим... с ним делать? - кивнула Ника на вытянувшегося, на ее кровати, прикованного к стене мужчину, в чью сторону не решалась смотреть, смущенная его наготой. - Позови стражу обратно, и вели им одеть его.
- Вы должны его пытать и заставить делать то, что обычно делает самец со своей самкой, что бы у них появилось потомство, - поучал ее, уже пришедший в себя, Клопси.
Ника покраснела.
- А он... это самое... не может, да?
- Вернее, не хочет, моя владычица! - возмущенно заявил Клопси - Идемте. Я покажу, что поможет сломить его упрямство.
И он, ловко спрыгнув на пол, засеменил к одному из стоящих у стены, громоздких сундуков.
- Фиселла была искусна в пытке и любила этим заниматься, особенно когда ей докладывали о развлечениях ее лорда с другими эльфийками. Вы не представляете, как намучилась с ним госпожа. У него все время были припасены какие-нибудь заклинания. Порой госпожа просто не знала, как их обезвредить. Поэтому будет лучше, если он останется скованным.
- Вы здесь все ненормальные, - поморщившись, пробормотала Ника, увидев содержимое указанного Клопси сундука, откинув его крышку.
- А разве у вас это делается не так? - изумился кроха.
- Не так. У нас "это" дело добровольное, - и Ника вытащила из сундука длинные щипцы с закругленными концами.
Вертя их перед глазами и так, и эдак, она пыталась догадаться о предназначении этого жуткого предмета.
- Разве можно ожидать, чего-то другого от дикарей, - покачал большой головой Клопси. - "Дело добровольное"... Какое варварство.
Ника, пропустив мимо ушей слова Клопси, озадаченно посмотрела в сторону кровати, встретив напряженный взгляд мужчины. Его лицо застыло в, так хорошо знакомом Нике, непримиримом выражение. Он не собирался покоряться.
- Опусти глаза! Как ты смеешь так непочтительно вести себя?! - гневно пискнул Клопси.
Пленник не обратил на него внимания.
- Чего же ты медлишь?! - с лихорадочным, каким-то ненормальным блеском в глазах, выкрикнул он.
- Ой... О-он мазохист? - испугавшись его крика, повернулась Ника к Клопси.
Она была подавлена его ненавистью.
- Кто? - не понял ее вопроса кроха, заморгав глазами.
- Ну... может он любит, что бы его мучили и тогда... э...э... может сделать с женщиной то, что от него требуется. Уф!
Пока озадаченный Клопси раздумывал над ее словами, Ника открыла несколько стоявших рядом, изукрашенных тонкой резьбой медных сундуков, обнаружив, что они доверху набиты свитками.
- А это, что?
- Это личные бумаги... ваши личные бумаги, моя владычица. Конечно, лорд Дорган торопит вас с пыткой, но уж не из-за того, что получает от этого удовольствие. Он очень мучается, скрипит зубами, впадает в забытье, но ни разу мы не слышали его стона. О! Он очень хитер. Он всегда применяет магию, чтобы поскорее лишиться чувств. Ведь чем скорее он впадет в беспамятство и будет обессилен, тем скорее вы отправите его обратно. Фиселла давно разгадала его хитрость и ломала голову над тем, как продлить пытки, чтобы лорд так быстро не терял сознание и заставить его хотя бы стонать от боли.
- Твоя владычица больная на всю голову, - пробормотала Ника, разглядывая тонкие серебряные щипцы, извлеченные ею из стоящего рядом сундука.
- О, нет! - всплеснул тонкими ручками Клопси. - У нее все уже было продумано. Например, этот инструмент, что вы держите в руках, предназначен для того, что бы удерживать тот орган его тела, который... ой... не надо, умоляю, ворошить им свитки...
- Слушай, давай отложим пытку на потом. Пусть с ним разбирается сама Фиселла. Мне, сейчас, правда, не до этого. Я хочу посмотреть свитки. Вдруг, там найдется то, что поможет пролить свет на ту историю, в которую я влипла, и вернуть меня домой.
- Но, пытку никак, никак невозможно отложить. Сейчас, в это самое время, все жрицы Первых Домов, с помощью магии настроились на вашу спальню. Они тоже хотят насладиться воплями терзаемого, а заодно и удостовериться, что вы привели его к покорности.
- И для этого непременно нужно, что бы он вопил? - рассердилась Ника.
Мало ей проблем...
- Конечно. Тогда они безоговорочно признают ваше могущество и то, что вы по праву занимаете трон Первейшей из Первых. Ведь будет покорен и сломлен сам лорд Дорган.
- И что, вы применяли к нему все эти инструменты? - Ника с отвращением бросила взгляд на содержимое того сундука, из которого извлекла щипцы и с содроганием швырнула их обратно.
- О, конечно! Но лорд просто издевался над Фиселлой. Единственное, чего она могла добиться от него, это зубовного скрежета, да прокушенной губы.
- Почему ты сказал, что Дом Берн только недавно стал одним из могущественных Домов? Ведь Мать Берн - Верховная Жрица? Как она сумела пролезть так высоко? В чем тут фишка?
- Могущественные Дома всегда стараются привлечь на свою сторону менее знатных Матерей с их кланами. Те возвышаются, если их покровителям сопутствует удача, и даже могут слиться с кланом своей покровительницы. Так, ваша мать подняла прозябающий в бедности и безвестности Дом Берн, который имел в ту пору только восемнадцать воинов, да и то это были мужчины. Каждый Дом имеет свое войско, чтобы защищаться и нападать. Если Дом имеет под своим началом до сотни воинов и хотя бы одного сильного мага, он становится желанным союзником для Первых Домов Мензоберранзана, и те стараются привлечь его на свою сторону.
Во главе воинов стоит оружейник, обычно это сын или супруг владычицы клана. Теперь вы понимаете, что, даже как союзник, Дом Берн не прельщал никого. Он был и оставался одним из многих, кто выживал в низах Мензоберранзана. Но вот ваша мать обратила на Дом Берн внимание, потому что они занимали в иерархии низов прочное положение. Когда старая Мать де Наль пригляделась к нему, она увидела, что Мать Берн обладает незаурядным запасом магической силы, а ее сын Дорган со своими восемнадцатью воинами не только успешно отбивает все нападения, но и упреждает их. И тогда ваша мать привлекла этот Дом на свою сторону. Для Берн это было неслыханной удачей, о которой никто из простых семей не смел помыслить. Мало того, вскоре с помощью Матери де Наль Мать Берн становится Верховной Жрицей. Естественно, что Правящий Совет выступил против назначения незнатной выскочки, взлетевшей так высоко. Пост Верховной Жрицы могли занимать только женщины из двух могущественных первых Домов Мензоберранзана: Де Наль и Си Нафай. Роптали все шесть Домов входящих в Правящий Совет. Не обошлось без подстрекательства со стороны Си Нафай. Ваша мать вместе с Матерью Берн, объединив своих воинов под началом Доргана, развязала против этого Дома кровавую бойню. В те дни Мензоберранзан утопал в крови дроу, пока ваша мать не привела Дома Правящего Совета к полной покорности.
Однако она мудро не тронула никого из выживших Дома Си Нафай. В те дни, дни борьбы, Тирелла была правой рукой вашей матери, и когда она неожиданно ушла в Вечность, для Мензоберранзана стало полной неожиданностью, что место Первой Матери Дома де Наль, заняла Фиселла, средняя дочь правящего Дома. То есть вы, моя владычица. Казалось, тут же должна была вспыхнуть война, и на Дом де Наль ополчаться все дроу, потому что нарушена законность прямого наследования. Но за Фиселлу вступилась Верховная Жрица, да и память о недавней резне, что устроила ваша мать вместе с Берн была еще слишком свежа. К тому же, Фиселла сделала своим оружейником и супругом сына Верховной Жрицы, Доргана. В то время по городу поползли слухи, что со смертью старой Матери Дом де Наль не так силен и Фиселла точно знала, от кого исходят эти слухи.
- Тирелла?
Клопси кивнул.
- Но самое главное, что Дом Си Нафай, а Тирелла тайно встречалась с его Матерью, бездействовал, как и три сильных дома после него. Хотя все были уверены, что уж они-то не упустят такого случая, что бы выступить против де Наль и возвыситься. Никто не понимал такого бездействия. Ведь объединись шесть Домов против де Наль, то даже солдаты Доргена и Верховная Жрица, со своей уже истощенной в кровопролитной борьбе магией, вряд ли могли предотвратить его падение. Вот все, что мне известно, моя владычица.
Рассказанное Клопси впечатляло, и Ника, жуя корешки, обдумывала только что услышанное.
- Что значат в обществе дроу мужчины?
- Ничего не значат. Они - рабы и не имеют никаких прав. Женщины вольны полностью распоряжаться их жизнью. Некоторое исключение составляют мужчины знатных Домов. Им дают образования и высокое положение, приличествующее их рождению, взамен их преданности. Самое большее, на что может рассчитывать мужчина - это стать оружейником и супругом владычицы, какого-нибудь Дома. Рождение мальчиков не приветствуется, слабых и немощных приносят в жертву Ллос. Девочек выхаживают, дают им блестящее воспитание, готовя к тому, что любая из них может подняться собственным Домом. Правящий Совет регулярно приносит знатного мужчину в жертву Паучьей богине.
- Матриархат чистой воды.
- Мне неведомо, что это такое, моя владычица, но законы дроу мудры, потому что существуют по закону праматери дроу, богини Ллос. Да-да, дроу произошли от Паучьей богини. Ведь известно, что когда паучиха зачинает потомство, она пожирает самца. Ей он больше ни к чему. Когда Ллос родила первых дроу, то скормила им их отца - темного эльфа.
- Эта ужасно поучительная история нисколько не проясняет моей ситуации, - поморщилась Ника. - Почему Фиселла решила исчезнуть именно на три дня. Что такого должно произойти за это время? Ведь ты уже утром знал, что Фиселла - не Фиселла.
Клопси задумался, разминая своими тонкими пальчиками кусочек гриба.
- Признаться, я сам не понимаю, что все это значит. Вчера Фиселла сказала мне, что она испробует чары очень мощной магии. Она хотела подчинить ее себе, овладев ею. Она сказала, что утром ее тело займет другое существо, и, если опыт не удастся, это может даже будет демон. Она велела мне успокоить того, кто бы им ни оказался, и заставить его вести себя так, чтобы никто не догадался о подмене. Больше она ничего мне не сказала, кроме того, что если я не справлюсь с поручением, и мнимую Фиселлу в течение этих трех дней казнят, как самозванку, или убьют, то она скормит меня крысам. Можете себе представить, что я на Правящем Совете не раз прощался со своей жизнью, когда вы так упорно отстаивали жизнь ничтожного оружейника, ни сколько не заботясь, ни о своей, ни о моей безопасности.
- А, что это за Мать в зеленом? Фиселла ее чем-то обидела?
- Это Кьорл-Одран. Ее Дом последний, шестой в Правящем Совете. Она люто ненавидит вас за то, что вы как-то сумели осуществить ее мечту, став Первой Матерью, обойдя свою старшую сестру. Но вы не должны тревожиться из-за нее, моя владычица, ей вас не уязвить. Когда у старой матери де Наль погиб ее оружейник, во всем Мензоберранзане на поединке оружейников некого было противопоставить Утегенталю, оружейнику Дома Кьорл-Ордан. Но он сохранял свое первенство недолго и был полководцем до той поры, пока оружейником вашего дома не стал Дорган и тогда Утегенталь стал вторым.
- Полководцами здесь назначают тех, кто выигрывает какие-то поединки? - не поверила Ника.
- Ну да. На поединках первых оружейников Мензоберранзана знатные мужчины дроу должны доказать, что они достойны этого положения. Кстати, завтра и произойдет один из таких поединков.
- Потрясающе! Те полководцы, что были до Доргана, выигрывали битвы?
- Когда как, но они во всем слушались Правящий Совет, строго выполняя все его указания.
- Может, из-за этого поединка Фиселла, решила поменяться со мной телами?
- Вы все еще тревожитесь об этом, моя владычица, даже после того, как я все вам рассказал?
- Даже еще больше, - Ника налила в серебряный кубок вина. - Думаю, если бы ты напрягся, то вспомнил еще что-нибудь.
- Но, я право, больше ничего не знаю. Бедный Клопси рассказал вам все-все, что ему известно.
- Ты рассказал мне занимательную историю дроу, а как насчет Фиселлы? Все же тебе лучше поднапрячься, потому что у меня руки чешутся, негодник ты этакий, - свирепо глянула на него Ника поверх бокала.
- Чем я разгневал свою владычицу? - Клопси бухнулся на коленки, заломив ручки. - Бедный Клопси не знает за собой никакой вины.
- Да? А тогда что ты вытворял у меня за корсажем,маленький, гаденыш! - и она опять схватила, обомлевшего от страха Клопси за тоненькую шейку, легонько встряхнув его.
- Пощадите!.. Пожалейте бедного Клопси! - верещал, заикаясь, бедняга, болтая в воздухе ножками. - О... от вас так чудно пахло...
За этим занятием и застала Нику, Вифелла, вошедшая в ее покои. За нею следовали две солдатки, конвоировавшие первого оружейника Дома де Наль, лорда Доргана.
Ника непонимающе смотрела то на Вифеллу, то на стражников, то на Доргана, совсем позабыв о бедняге Клопси, сучившего ножками в воздухе.
- Моя госпожа, - поклонилась Вифелла. - Зная, что вы предпочитаете именно это время для разговора с ослушником, я взяла на себя смелость привести его, не дожидаясь вашего повеления.
Ника смотрела на нее, не понимая, о чем та вообще говорит. Ей некогда и совсем не интересно, что любила делать именно в это время Фиселла. Однако усердие Вифеллы должно быть вознаграждено. Ника перевела взгляд на окно, в узкой щели которого виднелся светящийся столб Норбонделя, будто она в нем хоть что-то понимала. Однако с уверенностью кивнула, и в следующую минуту с изумлением наблюдала, как свирепые солдатки, подтащив ослушника к широкой кровати, сорвали с него всю одежду. Одна из них отдернула на стене в изголовье гобелен, под которым обнаружились толстые стальные кольца, вбитые в стену. Другая толкнула обнаженного мужчину на кровать и, подтянув его руки к оковам, крепко сковала его запястья.
Нику привело в себя слабое трепыхание почти задохнувшегося Клопси. Спохватившись, она тут же опустила его на стол, разжав пальцы.
- Извини, я совсем задушила тебя...
Кроха только широко разевал рот, да махал ручкой, давая понять, что с ним все в порядке, и что госпожа может не беспокоится о таком ничтожестве, как он. Ника капнула ему на стол вина, и он тут же жадно припал к этой лужице, осушив ее всю.
Тем временем пугающая стража отошла от кровати.
- Надеюсь, на этот раз вы заставите своего мужа страдать так, чтобы он, в конце концов, издал крик боли,- с поклоном вежливо сказала Вифелла, как будто пожелала спокойной ночи.
И тут же удалилась в сопровождении суровых солдаток. Ника растерянно повернулась к Клопси.
- И... и что я теперь должна с этим... с ним делать? - кивнула Ника на вытянувшегося, на ее кровати, прикованного к стене мужчину, в чью сторону не решалась смотреть, смущенная его наготой. - Позови стражу обратно, и вели им одеть его.
- Вы должны его пытать и заставить делать то, что обычно делает самец со своей самкой, что бы у них появилось потомство, - поучал ее, уже пришедший в себя, Клопси.
Ника покраснела.
- А он... это самое... не может, да?
- Вернее, не хочет, моя владычица! - возмущенно заявил Клопси - Идемте. Я покажу, что поможет сломить его упрямство.
И он, ловко спрыгнув на пол, засеменил к одному из стоящих у стены, громоздких сундуков.
- Фиселла была искусна в пытке и любила этим заниматься, особенно когда ей докладывали о развлечениях ее лорда с другими эльфийками. Вы не представляете, как намучилась с ним госпожа. У него все время были припасены какие-нибудь заклинания. Порой госпожа просто не знала, как их обезвредить. Поэтому будет лучше, если он останется скованным.
- Вы здесь все ненормальные, - поморщившись, пробормотала Ника, увидев содержимое указанного Клопси сундука, откинув его крышку.
- А разве у вас это делается не так? - изумился кроха.
- Не так. У нас "это" дело добровольное, - и Ника вытащила из сундука длинные щипцы с закругленными концами.
Вертя их перед глазами и так, и эдак, она пыталась догадаться о предназначении этого жуткого предмета.
- Разве можно ожидать, чего-то другого от дикарей, - покачал большой головой Клопси. - "Дело добровольное"... Какое варварство.
Ника, пропустив мимо ушей слова Клопси, озадаченно посмотрела в сторону кровати, встретив напряженный взгляд мужчины. Его лицо застыло в, так хорошо знакомом Нике, непримиримом выражение. Он не собирался покоряться.
- Опусти глаза! Как ты смеешь так непочтительно вести себя?! - гневно пискнул Клопси.
Пленник не обратил на него внимания.
- Чего же ты медлишь?! - с лихорадочным, каким-то ненормальным блеском в глазах, выкрикнул он.
- Ой... О-он мазохист? - испугавшись его крика, повернулась Ника к Клопси.
Она была подавлена его ненавистью.
- Кто? - не понял ее вопроса кроха, заморгав глазами.
- Ну... может он любит, что бы его мучили и тогда... э...э... может сделать с женщиной то, что от него требуется. Уф!
Пока озадаченный Клопси раздумывал над ее словами, Ника открыла несколько стоявших рядом, изукрашенных тонкой резьбой медных сундуков, обнаружив, что они доверху набиты свитками.
- А это, что?
- Это личные бумаги... ваши личные бумаги, моя владычица. Конечно, лорд Дорган торопит вас с пыткой, но уж не из-за того, что получает от этого удовольствие. Он очень мучается, скрипит зубами, впадает в забытье, но ни разу мы не слышали его стона. О! Он очень хитер. Он всегда применяет магию, чтобы поскорее лишиться чувств. Ведь чем скорее он впадет в беспамятство и будет обессилен, тем скорее вы отправите его обратно. Фиселла давно разгадала его хитрость и ломала голову над тем, как продлить пытки, чтобы лорд так быстро не терял сознание и заставить его хотя бы стонать от боли.
- Твоя владычица больная на всю голову, - пробормотала Ника, разглядывая тонкие серебряные щипцы, извлеченные ею из стоящего рядом сундука.
- О, нет! - всплеснул тонкими ручками Клопси. - У нее все уже было продумано. Например, этот инструмент, что вы держите в руках, предназначен для того, что бы удерживать тот орган его тела, который... ой... не надо, умоляю, ворошить им свитки...
- Слушай, давай отложим пытку на потом. Пусть с ним разбирается сама Фиселла. Мне, сейчас, правда, не до этого. Я хочу посмотреть свитки. Вдруг, там найдется то, что поможет пролить свет на ту историю, в которую я влипла, и вернуть меня домой.
- Но, пытку никак, никак невозможно отложить. Сейчас, в это самое время, все жрицы Первых Домов, с помощью магии настроились на вашу спальню. Они тоже хотят насладиться воплями терзаемого, а заодно и удостовериться, что вы привели его к покорности.
- И для этого непременно нужно, что бы он вопил? - рассердилась Ника.
Мало ей проблем...
- Конечно. Тогда они безоговорочно признают ваше могущество и то, что вы по праву занимаете трон Первейшей из Первых. Ведь будет покорен и сломлен сам лорд Дорган.
- И что, вы применяли к нему все эти инструменты? - Ника с отвращением бросила взгляд на содержимое того сундука, из которого извлекла щипцы и с содроганием швырнула их обратно.
- О, конечно! Но лорд просто издевался над Фиселлой. Единственное, чего она могла добиться от него, это зубовного скрежета, да прокушенной губы.
