- Откуда вы все это знаете? – сглотнув, сипло спросил капитан Верта.
- Вчерашний день оказался богат на открытия, - с улыбкой ответил Альен Литин. – Архив в Порт-Домасо содержит много полезных сведений.
- Я слышал о кладе Биглоу, - немного придя в себя, снова заговорил капитан. – Говорят, он проклят. А еще говорят, что подобраться к острову почти невозможно. Морские стражи…
- Вы верите в сказки, капитан? – округлил глаза Сверчок. – Даже я уже не верю в болотных троллей и радужных фей.
- И все же…
- Вы можете отказаться, - пожал плечами Литин. – Это всего лишь продлит ожидание, но не отменит нашего похода. Мы найдем другой корабль, и его команда обогатится.
- Вы рискуете…
- Эта затея в любом случае - риск, - Сверчок, сейчас менее всего напоминавший подростка, потянулся и поднялся на ноги. – Однако Удача любит решительных и смелых. И только наш выбор – выиграть золотой билет или всю жизнь сокрушаться, что даже не попробовали.
- В конце концов, если добраться до острова будет действительно невозможно, мы всегда можем признать поражение и повернуть, - заметил Литин.
- Зато мы будем знать, что сделали все, что от нас зависело, - важно кивнул мальчишка, соглашаясь со своим нанимателем.
- Вы бесы, - хрипло выдохнул Верта. – Мне нужно выпить.
- Неплохая идея, - поддержал Альен.
К концу дня, ошалевший от свалившихся на него известий и от разыгравшегося воображения, разбуженного языкастым мальчонкой, капитан «Алиани» сдался. Хмельной от вина и предвкушения, Верта поднял свой бокал и провозгласил:
- Пусть ветер наполняет наши паруса, а Ржавый сдохнет, получив свинец между глаз. За удачу!
- За удачу, - отсалютовал в ответ Альен своим бокалом, а Тина потрясла жареной куриной ножкой, уже надкушенной с одной стороны.
По возвращении на шхуну уже трое кладоискателей закрылись в капитанской каюте и зависли над картами. Верта с благоговением смотрел на пожелтевшую бумагу, в нижнем углу которой красовался росчерк самого Ларса Биглоу. Трепетно погладив старую карту, капитан достал карту новую и развернул ее. Альен и Тина стояли рядом, зная, что сейчас скажет Верта, потому что они вчера уже столкнулись с этим:
- Здесь нет никакого острова.
- Нет, - согласно кивнул Литин. – На нашей карте его тоже нет. И в архивных картах нет… кроме одной, составленной неким господином Саларо. Мы смотрели его дневники. Так вот, господин Саларо уверяет, что в указанном Биглоу месте остров есть, и он видел его собственными глазами. Однако когда он возвращался по тому же пути, достигнув цели своего путешествия – берега Нартании, острова уже не было. Но один из трех кораблей Саларо потерпел крушение, напоровшись на подводные скалы как раз в том месте, где до этого они видели остров.
Верта потер подбородок и усмехнулся:
- К дьяволу, Биглоу был коварнейшим человеком. Значит, остров появляется с отливом.
- Выходит, так, - кивнул молодой человек.
- Но тогда подойти к нему может быть сложно, мы совершенно не знаем, что будет ожидать «Алиани» под водой, - капитан посмотрел на своих пассажиров.
- Шлюпки, - отозвалась Тина. – Придется идти на шлюпках.
- Да, мы думали над этим, - опять кивнул Альен. – Дно там не изучено.
- Так мы много не возьмем, - расстроился капитан Верта.
- Но мы сможем вернуться, - подмигнула мадемуазель Лоет. – Терпение всегда было в числе любимых добродетелей Всевышнего.
Капитан поднял на нее взгляд и впервые присмотрелся, улавливая первые намеки на несоответствие между созданным образом непоседливого мальчишки и тем, кто сейчас стоял перед ним. И хоть возраст Сверчка вряд ли сильно разнился с названным, но в карих глазах теплилось нечто большее, чем азарт от предстоящего приключения. Вопрос: «Кто ты?», - едва не сорвался с языка господина Верта, но вмешался Литин, полностью завладев вниманием капитана, и личность Эмила Мулера осталась неразгаданной
Утром Верта отдал приказ отчалить. Часть команды, отпущенной на берег, уже вернулась, вторая часть так и не успела сойти, остановленная словами капитана. Под удивленным взглядом начальника порта, смотревшего в окно своего кабинета, «Алиани» подняла паруса и покинула гавань. Мужчина пожал плечами, деньги за оставшиеся дни стоянки можно было положить себе в карман, за ними никто не пришел. Шхуна просто ушла, не выстояв оплаченного срока.
Тина застыла у борта, сжав пальцами до побелевших костяшек венчавшие его перила. Взгляд девушки был устремлен вперед, туда, где ее ждали уже не просто приключения. Опасная затея больше не казалась ей легкой забавой, как в тот момент, когда она уговаривала Альена, а после, уже вместе со своим нанимателем и капитана «Алиани». Они не все рассказали господину Верта. Пара авантюристов умолчала о длинной веренице кладоискателей, сложивших свои головы, так и не добравшись до сокровищ Ларса Биглоу. К тому же тайна завещания старого пирата все еще оставалась не разгаданной.
Альен Литин, пока Тина просматривала документы, связанные с самим пиратом и тем местом, где он спрятал свой клад, занимался поисками способов чтения шифров и сокрытия их на бумаге. Познания в этой области у молодого человека имелись, и весьма неплохие, но сейчас он оказался бессилен. Возможно, он бы смог что-то найти, но времени у них было не так много. Задерживаться в Порт-Домасо дольше пары-тройки дней молодой человек не желал ни под каким видом. И виной тому стала мамзель Лусита, из-за которой и мадемуазель Лоет успела едва ли не разругаться в прах со своим нанимателем. И пусть она твердила себе, что поведение ее глупо, но язык молол раньше, чем его хозяйка успевала что-либо обдумать. Как Альен не задушил ее за ту порцию яда, что девушка вылила на его голову, Тина до сих пор не понимала.
После особняка Нарсиа пара отправилась немного пройтись по улицам чужого города прежде, чем засесть в архиве. Альен Литин шел молча, казалось, совсем не обращая внимания на девушку, бредущую рядом. О чем думал молодой человек, Тина не знала, но успела увериться, что он вспоминает прелестную Луситу. И чем больше мадемуазель Лоет накручивала себя, тем быстрей портилось ее и без того невеселое настроение.
- Ты похож на злого чертенка, - неожиданно произнес Альен, все так же не глядя на Тину.
- Такой же уродливый? – мрачно спросила она.
- Я бы так не сказал, - с легким удивлением ответил Литин, все-таки взглянув на девушку. – Скорей, такой же взъерошенный.
- Зато у меня не такой длинный нос, как у вашей прелестнейшей, - ядовито заметила Тина.
- У Луситы нос небольшой, - не согласился молодой человек. – Такой… очаровательный курносый носик.
- За ее большими ушами не заметил, - парировала мадемуазель Лоет.
- И уши маленькие и аккуратные, - усмехнулся Альен, уже с интересом наблюдая за бесившейся спутницей. - Она вся такая…
- Похожа на жабу, - перебила его девушка. – И голос у нее противный, писклявый.
- Нежный голосок, Эмил, приятный.
- Да?! – Тина почувствовала, что сейчас задушит своего нанимателя. – Вот и возвращайтесь к ней, она же любить стихи, и вы любить стихи – отличная пара стихолюбцев.
Она топнула в сердцах ногой и поспешила вперед. Литин быстро догнал девушку, пристроился рядом и положил ей на плечо руку, не давая снова вырваться вперед.
- Эмил, нет такого слова – стихолюбцы, - заметил мужчина, весело поблескивая глазами.
- Слова нет, а пара уже есть, - мрачно провозгласила Тина, скидывая его руку.
- И слова нет, и пары нет, - невозмутимо заметил Альен.
- Мне плевать, - отмахнулась мадемуазель Лоет, но убегать вперед перестала.
Они какое-то время молчали. Тина немного успокоилась, но настроение так и не вернулось. Город перестал радовать ее, больше раздражал, и девушка решила, что в Тарван она никогда в жизни не вернется. Альен посматривал на свою спутницу и не мог не признать, что ее ревность ему приятна. С того мгновения, как молодой человек открыл в себе не простой интерес к таинственной девушке, а нечто более глубокое и трепетное, его мучил вопрос, что она испытывает к нему. Сейчас мадемуазель во всей красе демонстрировала ответ. Теперь Литина занимало другое - как подвести ее к признанию своего истинного пола, загонять девушку в угол мужчине совсем не хотелось.
Они перебрасывались отдельными короткими репликами, пока обедали в ресторации. Ничего не изменилось и во время прогулки по набережной. В архиве мужчина и девушка также говорили только по делу. Эта напряженность не нравилась обоим. То Тина, то Альен поднимали глаза, отыскивая взглядом друг друга, но никак не могли разрушить отчуждение, вдруг возникшее между ними.
Теперь и Литин стал хмур. Ему нравилось, что рядом с девушкой можно чувствовать себя свободно, что она не пыталась кокетничать и очаровывать. Не было утомительных светских игр. И вот теперь она смотрит едва ли не волчонком, то отвечая спокойно, то вновь говоря гадости. Нервы молодого человека начали сдавать, но он держался изо всех сил, не позволяя себе обнажить раздражения.
Уже покидая архив, Альен решил, что с него хватит и стоит все вернуть на свои места.
- Лусита Нарсиа – невеста, выбранная для меня моей семьей, - произнес он, заметив, как шумно выдохнула Тина, но больше ничем не показала своего отношения к его словам. – Когда я отправлялся в Тарван, то был уверен, что всего лишь везу важные бумаги, не больше. Я не догадывался, что это смотрины. Должно быть, мой отец полагал, что, увидев невесту раньше, чем о ней скажут, я буду очарован и сам решу жениться. Подозрения о коварстве родителя у меня появились еще у ворот особняка. В доме знали о визите и ждали моего прибытия. – Девушка слушала его внимательно, не перебивая, и Альен улыбнулся, удовлетворенный тем, что она больше не огрызается. – Когда господин Алонсо отправил меня прогуляться к пруду, я уже знал, кого там встречу. Она сидела на берегу, красиво сидела, задумчиво глядя в книгу. Это было романтично и… фальшиво. Как и удивление, и разыгранный испуг от того, что Лусита обнаружила мое присутствие. Ее напряжение я приметил, только увидев это очаровательное создание. Намеренное желание говорить на языке, который она плохо знает, улыбки, кокетливые взгляды… Знаешь, Сверчок, это утомляет. Особенно, когда сталкиваешься с бомбардировкой женским очарованием достаточно часто. Когда ты появился, я был счастлив до невероятности. На тебя мне смотреть во сто крат приятней.
- Правда? – Тина недоверчиво взглянула на него.
- Чтоб я сдох, - серьезно ответил молодой человек и рассмеялся. – Правда. Лусита – прелестная девушка, и, желай я жениться, я выбрал бы ее, но в моих планах на будущее не было женитьбы…
- Вот и правильно! – воскликнула Тина, чувствуя огромное облегчение. – Женитьба – это чертов якорь. Я тоже не хочу за-а…разу какую-нибудь, которая будет стрелять глазами направо и налево. Я точно никогда не женюсь, - искренне закончила девушка.
- В этом я уверен. Такие, как ты, не женятся, - развеселился Альен.
- Да, - кивнула мадемуазель Лоет, вдруг ощущая, что вечер прекрасен, и зажигающиеся на небе звезды великолепны.
- И если я соберусь жениться, то невесту я выберу по собственной склонности, и это будет не мамзель Лусита. – Тина вновь подняла на него настороженный взгляд. – Я не особо люблю блондинок. Мне по душе больше темноволосые девушки.
- Правда?! – воскликнула мадемуазель Лоет, но опомнилась и продолжила со скучающим видом. – Да, темноволосые гораздо интересней.
- Гораздо, - важно согласился Альен и рассмеялся, заставив мадемуазель Лоет покраснеть и отвернуться. Прежний мир был восстановлен.
Но это было несколько дней назад, а теперь «Алиани», распустив паруса, все более удалялась от берегов Тарвана. Тина скосила глаза на молодого мужчину, стоявшего рядом с ней. Губы девушки тронула едва заметная улыбка. Альен был сейчас невероятно серьезен и задумчив. Почувствовав ее взгляд, Литин обернулся. Он протянул руку, и Тина вложила в его ладонь свои пальцы.
- Что мы с тобой сотворили? – негромко спросил Альен.
- Ввязались в опасную авантюру, - ответила мадемуазель Лоет. – Даст Всевышний, выберемся.
- Очень на это надеюсь, - усмехнулся молодой человек.
Они обменялись пытливыми взглядами, вновь устремляя взгляд вперед, когда за их спиной послышалось:
- Неизвестный бриг по правому борту! Требуют остановиться!
Альен и Тина слаженно обернулись к правому борту. Их нагонял двухмачтовый корабль, летевший по волнам необычайно быстро. Пушечные порты были открыты, и дула выкаченных пушек недвусмысленно нацелились на шхуну.
- Не вижу ни флага, ни названия, - заметил Альен.
- Капитан, они будут стрелять, если мы не бросим якорь.
- Что это еще за дьявольщина? – воскликнул капитан Верта, и Тина выдохнула, сползая на палубу:
- «Счастливчик».
Альен Литин перевел на девушку вопросительный взгляд и нахмурился, отмечая, как она побледнела. В карих глазах плескались самые настоящие страх и обреченность.
- Кто это? – спросил он Тину, но ответ получить не успел, потому что бриг, уже почти поравнявшийся с «Алиани», дал залп из одной пушки, показывая серьезность своих намерений.
Ядро упало недалеко от кормы шхуны, взметнув фонтан брызг, окативших водой всех, кто находился на палубе. Верта отдал приказ, и якорь был брошен в воду. Неизвестный корабль поравнялся со шхуной. Высокий одноглазый мужчина, окинув свирепым взглядом матросов «Алиани», крикнул сильным уверенным голосом:
- Никаких глупостей, и вы вернетесь в Пьен целыми и невредимыми.
- Кто вы, и что вам от нас нужно? – крикнул в ответ капитан Верта.
Однако одноглазый уже не обращал на него внимания. Он оперся ладонями на резные перила и выкрикнул:
- Адамантина Лоет, или ты тащишь сюда свой вертлявый зад, или я пущу это корыто ко дну! Считаю до трех! Один…
- Лоет? – зашептались матросы. – Вэй Лоет?
- Адамантина? – Тина опустила взгляд и виновато вздохнула.
- Два!
- Мне конец, - простонала она, поднимаясь на ноги.
- Он сделает, как сказал? – спросил Литин.
- Папенька слов на ветер не бросает, - хмуро кивнула Тина и закричала. – Папенька, не надо! Я иду.
- Маленький ангелок! – возопил бородатый великан, кидаясь к борту.
- Мое сокровище, - с мрачным предвкушением изрек Вэйлр Лоет, и рука его легла на пряжку широкого ремня, что не осталось не замеченным молодым Литином, тут же вспомнившим слова девушки, что ее пороли. Это молодому человеку не понравилось.
- Гарпун мне в печень, - повторно простонала девушка, направляясь к правому борту под ошарашенными взглядами всей команды «Алиани».
- Сверчок – девка?..
- Дочка Лоета…
- Дьявол меня задери…
- А я ж ее за ухо таскал…
- На абордаж, - усмехнулся Лоет и успокоил команду шхуны. – Мне нужна только моя дочь.
Тина смотрела, как за борт шхуны цепляются крючья, как матросы натягивают тросы, подтягивая корабли друг к другу. Затем с борта «Счастливчика» протянулся мостик, и Вэйлр, скрестив на груди руки, кивнул дочери:
- Живо!
- Упадет же, - сокрушенно всплеснул руками Самель, и Лоет взревел:
- Мясник! Или закроешь пасть, или ее закрою я! – это было единственное, чем отец обозначил обуревавшие его волнение и злость.
Команда «Алиани» притихла, наблюдая за происходящим, и только один вздохнул:
- Плакали наши денежки.
Альен Литин тоже смотрел на то, как Тина забирается на мостик и перебирается на отцовский бриг. Он увидел, как девушка спрыгнула на палубу, виновато опустив взгляд, как убирают мостик, и очнулся:
- Вчерашний день оказался богат на открытия, - с улыбкой ответил Альен Литин. – Архив в Порт-Домасо содержит много полезных сведений.
- Я слышал о кладе Биглоу, - немного придя в себя, снова заговорил капитан. – Говорят, он проклят. А еще говорят, что подобраться к острову почти невозможно. Морские стражи…
- Вы верите в сказки, капитан? – округлил глаза Сверчок. – Даже я уже не верю в болотных троллей и радужных фей.
- И все же…
- Вы можете отказаться, - пожал плечами Литин. – Это всего лишь продлит ожидание, но не отменит нашего похода. Мы найдем другой корабль, и его команда обогатится.
- Вы рискуете…
- Эта затея в любом случае - риск, - Сверчок, сейчас менее всего напоминавший подростка, потянулся и поднялся на ноги. – Однако Удача любит решительных и смелых. И только наш выбор – выиграть золотой билет или всю жизнь сокрушаться, что даже не попробовали.
- В конце концов, если добраться до острова будет действительно невозможно, мы всегда можем признать поражение и повернуть, - заметил Литин.
- Зато мы будем знать, что сделали все, что от нас зависело, - важно кивнул мальчишка, соглашаясь со своим нанимателем.
- Вы бесы, - хрипло выдохнул Верта. – Мне нужно выпить.
- Неплохая идея, - поддержал Альен.
К концу дня, ошалевший от свалившихся на него известий и от разыгравшегося воображения, разбуженного языкастым мальчонкой, капитан «Алиани» сдался. Хмельной от вина и предвкушения, Верта поднял свой бокал и провозгласил:
- Пусть ветер наполняет наши паруса, а Ржавый сдохнет, получив свинец между глаз. За удачу!
- За удачу, - отсалютовал в ответ Альен своим бокалом, а Тина потрясла жареной куриной ножкой, уже надкушенной с одной стороны.
По возвращении на шхуну уже трое кладоискателей закрылись в капитанской каюте и зависли над картами. Верта с благоговением смотрел на пожелтевшую бумагу, в нижнем углу которой красовался росчерк самого Ларса Биглоу. Трепетно погладив старую карту, капитан достал карту новую и развернул ее. Альен и Тина стояли рядом, зная, что сейчас скажет Верта, потому что они вчера уже столкнулись с этим:
- Здесь нет никакого острова.
- Нет, - согласно кивнул Литин. – На нашей карте его тоже нет. И в архивных картах нет… кроме одной, составленной неким господином Саларо. Мы смотрели его дневники. Так вот, господин Саларо уверяет, что в указанном Биглоу месте остров есть, и он видел его собственными глазами. Однако когда он возвращался по тому же пути, достигнув цели своего путешествия – берега Нартании, острова уже не было. Но один из трех кораблей Саларо потерпел крушение, напоровшись на подводные скалы как раз в том месте, где до этого они видели остров.
Верта потер подбородок и усмехнулся:
- К дьяволу, Биглоу был коварнейшим человеком. Значит, остров появляется с отливом.
- Выходит, так, - кивнул молодой человек.
- Но тогда подойти к нему может быть сложно, мы совершенно не знаем, что будет ожидать «Алиани» под водой, - капитан посмотрел на своих пассажиров.
- Шлюпки, - отозвалась Тина. – Придется идти на шлюпках.
- Да, мы думали над этим, - опять кивнул Альен. – Дно там не изучено.
- Так мы много не возьмем, - расстроился капитан Верта.
- Но мы сможем вернуться, - подмигнула мадемуазель Лоет. – Терпение всегда было в числе любимых добродетелей Всевышнего.
Капитан поднял на нее взгляд и впервые присмотрелся, улавливая первые намеки на несоответствие между созданным образом непоседливого мальчишки и тем, кто сейчас стоял перед ним. И хоть возраст Сверчка вряд ли сильно разнился с названным, но в карих глазах теплилось нечто большее, чем азарт от предстоящего приключения. Вопрос: «Кто ты?», - едва не сорвался с языка господина Верта, но вмешался Литин, полностью завладев вниманием капитана, и личность Эмила Мулера осталась неразгаданной
Утром Верта отдал приказ отчалить. Часть команды, отпущенной на берег, уже вернулась, вторая часть так и не успела сойти, остановленная словами капитана. Под удивленным взглядом начальника порта, смотревшего в окно своего кабинета, «Алиани» подняла паруса и покинула гавань. Мужчина пожал плечами, деньги за оставшиеся дни стоянки можно было положить себе в карман, за ними никто не пришел. Шхуна просто ушла, не выстояв оплаченного срока.
Тина застыла у борта, сжав пальцами до побелевших костяшек венчавшие его перила. Взгляд девушки был устремлен вперед, туда, где ее ждали уже не просто приключения. Опасная затея больше не казалась ей легкой забавой, как в тот момент, когда она уговаривала Альена, а после, уже вместе со своим нанимателем и капитана «Алиани». Они не все рассказали господину Верта. Пара авантюристов умолчала о длинной веренице кладоискателей, сложивших свои головы, так и не добравшись до сокровищ Ларса Биглоу. К тому же тайна завещания старого пирата все еще оставалась не разгаданной.
Альен Литин, пока Тина просматривала документы, связанные с самим пиратом и тем местом, где он спрятал свой клад, занимался поисками способов чтения шифров и сокрытия их на бумаге. Познания в этой области у молодого человека имелись, и весьма неплохие, но сейчас он оказался бессилен. Возможно, он бы смог что-то найти, но времени у них было не так много. Задерживаться в Порт-Домасо дольше пары-тройки дней молодой человек не желал ни под каким видом. И виной тому стала мамзель Лусита, из-за которой и мадемуазель Лоет успела едва ли не разругаться в прах со своим нанимателем. И пусть она твердила себе, что поведение ее глупо, но язык молол раньше, чем его хозяйка успевала что-либо обдумать. Как Альен не задушил ее за ту порцию яда, что девушка вылила на его голову, Тина до сих пор не понимала.
После особняка Нарсиа пара отправилась немного пройтись по улицам чужого города прежде, чем засесть в архиве. Альен Литин шел молча, казалось, совсем не обращая внимания на девушку, бредущую рядом. О чем думал молодой человек, Тина не знала, но успела увериться, что он вспоминает прелестную Луситу. И чем больше мадемуазель Лоет накручивала себя, тем быстрей портилось ее и без того невеселое настроение.
- Ты похож на злого чертенка, - неожиданно произнес Альен, все так же не глядя на Тину.
- Такой же уродливый? – мрачно спросила она.
- Я бы так не сказал, - с легким удивлением ответил Литин, все-таки взглянув на девушку. – Скорей, такой же взъерошенный.
- Зато у меня не такой длинный нос, как у вашей прелестнейшей, - ядовито заметила Тина.
- У Луситы нос небольшой, - не согласился молодой человек. – Такой… очаровательный курносый носик.
- За ее большими ушами не заметил, - парировала мадемуазель Лоет.
- И уши маленькие и аккуратные, - усмехнулся Альен, уже с интересом наблюдая за бесившейся спутницей. - Она вся такая…
- Похожа на жабу, - перебила его девушка. – И голос у нее противный, писклявый.
- Нежный голосок, Эмил, приятный.
- Да?! – Тина почувствовала, что сейчас задушит своего нанимателя. – Вот и возвращайтесь к ней, она же любить стихи, и вы любить стихи – отличная пара стихолюбцев.
Она топнула в сердцах ногой и поспешила вперед. Литин быстро догнал девушку, пристроился рядом и положил ей на плечо руку, не давая снова вырваться вперед.
- Эмил, нет такого слова – стихолюбцы, - заметил мужчина, весело поблескивая глазами.
- Слова нет, а пара уже есть, - мрачно провозгласила Тина, скидывая его руку.
- И слова нет, и пары нет, - невозмутимо заметил Альен.
- Мне плевать, - отмахнулась мадемуазель Лоет, но убегать вперед перестала.
Они какое-то время молчали. Тина немного успокоилась, но настроение так и не вернулось. Город перестал радовать ее, больше раздражал, и девушка решила, что в Тарван она никогда в жизни не вернется. Альен посматривал на свою спутницу и не мог не признать, что ее ревность ему приятна. С того мгновения, как молодой человек открыл в себе не простой интерес к таинственной девушке, а нечто более глубокое и трепетное, его мучил вопрос, что она испытывает к нему. Сейчас мадемуазель во всей красе демонстрировала ответ. Теперь Литина занимало другое - как подвести ее к признанию своего истинного пола, загонять девушку в угол мужчине совсем не хотелось.
Они перебрасывались отдельными короткими репликами, пока обедали в ресторации. Ничего не изменилось и во время прогулки по набережной. В архиве мужчина и девушка также говорили только по делу. Эта напряженность не нравилась обоим. То Тина, то Альен поднимали глаза, отыскивая взглядом друг друга, но никак не могли разрушить отчуждение, вдруг возникшее между ними.
Теперь и Литин стал хмур. Ему нравилось, что рядом с девушкой можно чувствовать себя свободно, что она не пыталась кокетничать и очаровывать. Не было утомительных светских игр. И вот теперь она смотрит едва ли не волчонком, то отвечая спокойно, то вновь говоря гадости. Нервы молодого человека начали сдавать, но он держался изо всех сил, не позволяя себе обнажить раздражения.
Уже покидая архив, Альен решил, что с него хватит и стоит все вернуть на свои места.
- Лусита Нарсиа – невеста, выбранная для меня моей семьей, - произнес он, заметив, как шумно выдохнула Тина, но больше ничем не показала своего отношения к его словам. – Когда я отправлялся в Тарван, то был уверен, что всего лишь везу важные бумаги, не больше. Я не догадывался, что это смотрины. Должно быть, мой отец полагал, что, увидев невесту раньше, чем о ней скажут, я буду очарован и сам решу жениться. Подозрения о коварстве родителя у меня появились еще у ворот особняка. В доме знали о визите и ждали моего прибытия. – Девушка слушала его внимательно, не перебивая, и Альен улыбнулся, удовлетворенный тем, что она больше не огрызается. – Когда господин Алонсо отправил меня прогуляться к пруду, я уже знал, кого там встречу. Она сидела на берегу, красиво сидела, задумчиво глядя в книгу. Это было романтично и… фальшиво. Как и удивление, и разыгранный испуг от того, что Лусита обнаружила мое присутствие. Ее напряжение я приметил, только увидев это очаровательное создание. Намеренное желание говорить на языке, который она плохо знает, улыбки, кокетливые взгляды… Знаешь, Сверчок, это утомляет. Особенно, когда сталкиваешься с бомбардировкой женским очарованием достаточно часто. Когда ты появился, я был счастлив до невероятности. На тебя мне смотреть во сто крат приятней.
- Правда? – Тина недоверчиво взглянула на него.
- Чтоб я сдох, - серьезно ответил молодой человек и рассмеялся. – Правда. Лусита – прелестная девушка, и, желай я жениться, я выбрал бы ее, но в моих планах на будущее не было женитьбы…
- Вот и правильно! – воскликнула Тина, чувствуя огромное облегчение. – Женитьба – это чертов якорь. Я тоже не хочу за-а…разу какую-нибудь, которая будет стрелять глазами направо и налево. Я точно никогда не женюсь, - искренне закончила девушка.
- В этом я уверен. Такие, как ты, не женятся, - развеселился Альен.
- Да, - кивнула мадемуазель Лоет, вдруг ощущая, что вечер прекрасен, и зажигающиеся на небе звезды великолепны.
- И если я соберусь жениться, то невесту я выберу по собственной склонности, и это будет не мамзель Лусита. – Тина вновь подняла на него настороженный взгляд. – Я не особо люблю блондинок. Мне по душе больше темноволосые девушки.
- Правда?! – воскликнула мадемуазель Лоет, но опомнилась и продолжила со скучающим видом. – Да, темноволосые гораздо интересней.
- Гораздо, - важно согласился Альен и рассмеялся, заставив мадемуазель Лоет покраснеть и отвернуться. Прежний мир был восстановлен.
Но это было несколько дней назад, а теперь «Алиани», распустив паруса, все более удалялась от берегов Тарвана. Тина скосила глаза на молодого мужчину, стоявшего рядом с ней. Губы девушки тронула едва заметная улыбка. Альен был сейчас невероятно серьезен и задумчив. Почувствовав ее взгляд, Литин обернулся. Он протянул руку, и Тина вложила в его ладонь свои пальцы.
- Что мы с тобой сотворили? – негромко спросил Альен.
- Ввязались в опасную авантюру, - ответила мадемуазель Лоет. – Даст Всевышний, выберемся.
- Очень на это надеюсь, - усмехнулся молодой человек.
Они обменялись пытливыми взглядами, вновь устремляя взгляд вперед, когда за их спиной послышалось:
- Неизвестный бриг по правому борту! Требуют остановиться!
Альен и Тина слаженно обернулись к правому борту. Их нагонял двухмачтовый корабль, летевший по волнам необычайно быстро. Пушечные порты были открыты, и дула выкаченных пушек недвусмысленно нацелились на шхуну.
- Не вижу ни флага, ни названия, - заметил Альен.
- Капитан, они будут стрелять, если мы не бросим якорь.
- Что это еще за дьявольщина? – воскликнул капитан Верта, и Тина выдохнула, сползая на палубу:
- «Счастливчик».
Альен Литин перевел на девушку вопросительный взгляд и нахмурился, отмечая, как она побледнела. В карих глазах плескались самые настоящие страх и обреченность.
- Кто это? – спросил он Тину, но ответ получить не успел, потому что бриг, уже почти поравнявшийся с «Алиани», дал залп из одной пушки, показывая серьезность своих намерений.
Ядро упало недалеко от кормы шхуны, взметнув фонтан брызг, окативших водой всех, кто находился на палубе. Верта отдал приказ, и якорь был брошен в воду. Неизвестный корабль поравнялся со шхуной. Высокий одноглазый мужчина, окинув свирепым взглядом матросов «Алиани», крикнул сильным уверенным голосом:
- Никаких глупостей, и вы вернетесь в Пьен целыми и невредимыми.
- Кто вы, и что вам от нас нужно? – крикнул в ответ капитан Верта.
Однако одноглазый уже не обращал на него внимания. Он оперся ладонями на резные перила и выкрикнул:
- Адамантина Лоет, или ты тащишь сюда свой вертлявый зад, или я пущу это корыто ко дну! Считаю до трех! Один…
- Лоет? – зашептались матросы. – Вэй Лоет?
- Адамантина? – Тина опустила взгляд и виновато вздохнула.
- Два!
- Мне конец, - простонала она, поднимаясь на ноги.
- Он сделает, как сказал? – спросил Литин.
- Папенька слов на ветер не бросает, - хмуро кивнула Тина и закричала. – Папенька, не надо! Я иду.
- Маленький ангелок! – возопил бородатый великан, кидаясь к борту.
- Мое сокровище, - с мрачным предвкушением изрек Вэйлр Лоет, и рука его легла на пряжку широкого ремня, что не осталось не замеченным молодым Литином, тут же вспомнившим слова девушки, что ее пороли. Это молодому человеку не понравилось.
- Гарпун мне в печень, - повторно простонала девушка, направляясь к правому борту под ошарашенными взглядами всей команды «Алиани».
- Сверчок – девка?..
- Дочка Лоета…
- Дьявол меня задери…
- А я ж ее за ухо таскал…
- На абордаж, - усмехнулся Лоет и успокоил команду шхуны. – Мне нужна только моя дочь.
Тина смотрела, как за борт шхуны цепляются крючья, как матросы натягивают тросы, подтягивая корабли друг к другу. Затем с борта «Счастливчика» протянулся мостик, и Вэйлр, скрестив на груди руки, кивнул дочери:
- Живо!
- Упадет же, - сокрушенно всплеснул руками Самель, и Лоет взревел:
- Мясник! Или закроешь пасть, или ее закрою я! – это было единственное, чем отец обозначил обуревавшие его волнение и злость.
Команда «Алиани» притихла, наблюдая за происходящим, и только один вздохнул:
- Плакали наши денежки.
Альен Литин тоже смотрел на то, как Тина забирается на мостик и перебирается на отцовский бриг. Он увидел, как девушка спрыгнула на палубу, виновато опустив взгляд, как убирают мостик, и очнулся:
