Но самое страшное было то, что я увидела — два мужчины, вооруженные до зубов, безжалостно убивали ее родителей. Слезы наполнили мои глаза, и слова застряли в горле. Я потеряла все, что было ей дорого, и оказалась в плену. Эта судьба отняла у меня не только семью, но и свободу. Прошло много лет, но я до сих пор мечтаю о мире и свободе. Остров Пойнт с его блистательным солнцем и величественными водопадами стал символом надежды для меня. Рабство, странно, сделало меня сильнее, и я нашла силы и решимость идти вперед. Моя история может быть трагичной, но она также воплощает силу и желание жить. Потому что жизнь прекрасна, но дается только раз. Может быть, когда-нибудь я стану свободной, вернусь на родину и просто буду жить спокойно, не преклоняя колени... Я знаю, что это глупые мечты.
Женщина бросила камень, который треснул, упав на землю, и ее глаза отразили глубокую печаль. Эрни смотрел на нее и вдруг осознал, что сегодня узнал Брук совсем с другой стороны. За этим громоздким и неуклюжим телом скрывалась ранимая и нежная душа, где не было места маскам. Брук поежилась, а мужчина вспомнил, что она до сих пор носит неуместное коричневое платье. Ему Брук этот наряд не подходит, оно ей было мало и пошито для женщины с большой грудью.
— Тебе нужно найти более удобную одежду для сражений, — сказал Эрни.
— Пойду попрошу у стражи и найду тебе что-нибудь поесть, — отозвалась Брук и встала на ноги.
Она развернулась и направилась к палаткам, босиком ступая по траве, покрытой росой.
— Будь осторожна, — послышался голос Эрни сзади, и Брук вдруг почувствовала, что они сделали небольшой шаг друг к другу в эту темную ночь.
Женщина ушла, и Эрни снова остался один. Его тело болело, а его сердце было полно разочарования. Всей душой он стремился домой. Эрни тосковал по семье, особенно по Стелле. Он мечтал увидеть ее, прикоснуться к ее длинным волосам, поцеловать ее нежную кожу и ощутить тепло в своем теле.
— "Какие грязные мысли!" — раздался голос Сапфиры в его голове, и мужчина открыл глаза.
Дракоша спустилась на землю, сложив свои огромные крылья, и посмотрела на своего всадника.
— "Зря ты не позволяешь мне защищать тебя, ты скоро превратишься в мешок с костями!"
— "Не волнуйся, больше не буду убегать. Брук сказала, что если я раскаиваюсь, мы можем договориться", — лег на холодную землю Эрни.
— "А ты раскаиваешься?"
— "Ты прекрасно знаешь, что я переживаю за эту девочку и признаю свою вину".
— "Знаю", — сказала Сапфира и выпустила небольшой клубок дыма из ноздрей, — "Мне приятно, что ты слушаешь Брук. Она хорошо влияет на тебя".
— "Ты знаешь, она хороший человек. В ней больше чистоты, чем у большинства людей. И главное, она никогда не предаст, в отличие от..."
— "От Стеллы?" — Сапфира очень хотела съязвить, но сдержалась, — "Понимаю. Может быть, когда мы вернемся домой, ты посмотришь на нее другими глазами".
— "Не надейся, мы все равно будем вместе. Всегда".
— "Как знать, как знать'’.
Мужчина вздохнул и отвернулся от своего дракона, а она, в свою очередь, легла на землю, приподняв огромные и мощные лапы. Солнце медленно поднималось на небосводе, выталкивая звезды в утренней дымке. Первые птицы распевали свои утренние песни, будя своих собратьев. Эрни ощутил приближение кого-то и проснулся ото сна. Брук приближалась к ним. Простая холщовая рубашка, штаны и высокие ботинки вдохновляли женщину гораздо больше, чем платье. Даже фигура казалась обычной и женственной. Она принесла Эрни кашу, медленно жевала краюшку хлеба, пока он ел. Эрни попытался ещё раз уговорить Брук не сражаться, но она была настроена решительно.
— Я не привыкла отступать, — вздохнула женщина. — Если ты помнишь, я хорошо сражаюсь, и вот теперь я победила великого цареубийцу, победила женщина! Я чего-то стою!
— Если откажешься драться, я расскажу, как стал цареубийцей, — последняя попытка мужчины.
— Хорошая попытка. Но нет, — Брук оставалась непоколебимой.
Брук встала, чтобы уйти из клетки, но Эрни неожиданно схватил ее за руку. Второе прикосновение вызвало в женщине то же самое чувство, что и четыре месяца назад — грунт исчезал у нее из-под ног. И держал он ее не так крепко, она могла бы вырваться. Но не хотелось. Эрни ее не отпускал. И внезапно он понял, что пальцы женщины, несмотря на их размер, были аккуратными и красивыми. Ее ладонь была теплой, а кожа нежной, даже нежнее, чем у Стеллы. При его прикосновении она мгновенно покрылась мурашками. Ее глаза наполнились слезами.
— Как я ненавижу тебя, — прошептала женщина.
Брук вырвалась из его рук и скрылась за деревьями. Там, под темным дубом, она плакала, обхватив руками могучий ствол. Она потратила столько усилий, чтобы оттолкнуть его от себя. Он смотрел на нее с надеждой, держа ее за руку. Она хотела быть рядом с ним, но снова бросила его. Когда Брук вернулась, мужчина опять превратился во льда.
— Явилась… — проговорил он.
— Послушай меня…
— Я устал и хочу спать, — буркнул Эрни и отвернулся от нее.
Настала полная тишина. Такая тишина, что слышно было, как ветер шепчет в листьях деревьев.
— Прости меня, Эрни, — тихо сказала Брук.
Услышав эти слова, мужчина обернулся, сел и с удивлением посмотрел на Брук. Она впервые назвала его по имени. Эрни услышал ее, хотя она произнесла его голосом, будто не хотела, чтобы кто-то услышал. Так мало людей знали его по имени, а теперь она вошла в их узкий круг.
— Не нужно, все в порядке, — ответил Эрни, глядя, как Брук убирает прядь волос за ухо. — Я просто обеспокоен за тебя. Они превращают людей в мясо на этих боях, и я не хочу, чтобы ты пострадала.
— Я справлюсь. Потом я еще приду и принесу ключи. Обещаю.
Брук вышла из клетки и оставила его одного. Эрни подполз к решетке клетки и легонько толкнул спящую Сапфиру в бок.
— “А? Что?” — Сапфира проснулась, открыв огромную пасть и показывая свои белоснежные клыки.
— “Полети проследи за ней. Когда они начнут поединок, покажи мне его,” — сказал Эрни.
— “А ты же не хочешь видеть через мои глаза…”
— “Не хочу, но иначе мне не узнать. Лети.”
— “Ты изменился, вырос, к своим тридцати семи годам. Мне нравится,” — промолвила Сапфира
Сапфира взлетела вверх, проникая в голубое небо, где ее синяя чешуя сверкала под яркими солнечными лучами. Ее огромные крылья создавали огромную тень, поглощающую землю. В то время как она свободно парила среди облаков, она заметила Брук, находившуюся на земле. Дракониха была заинтересована каждым ее движением и следила за ней издалека, ни одного момента не упуская. И вот, внезапно, ее внимание привлекла делегация, которая подошла к лагерю Чарльза. Во главе делегации, на белом коне, сидел мужчина средних лет, его блестящие доспехи и меч на поясе притягивали взгляд. Рядом с ним, на другой лошади, находилась светловолосая женщина, лицо которой полностью было закрыто вуалью. Дальше, на гнедой лошади, Гела вела небольшое войско. Волновалась Сапфира, заинтригованная этой делегацией. Кто они? Что они хотят? Возможно, они пришли с каким-то предложением или с намерением совершить акт агрессии. Дракониха решила остаться в облаках и продолжать наблюдение, не желая пропустить ни одного важного момента. Сапфира заметила, как Стефан, мужчина на белом коне, начал разговаривать с Чарльзом. Их разговор был интенсивным, они жестикулировали руками, выражая свои мысли и намерения. Дракониха могла только предположить, что они обсуждают что-то серьезное. Светловолосая женщина, сидевшая рядом с Стефаном, оставалась загадкой для Сапфиры. Кто она? Что она скрывает под вуалью? В то время как дракониха продолжала наблюдать за делегацией, она заметила, что Гела, находящаяся на гнедой лошади, была окружена небольшим войском, хорошо вооруженным и готовым к действию. Ясно было, что эта делегация не пришла с мирными намерениями. Сапфира волновалась. Что делать? Она не могла пропустить возможность предотвратить возможную угрозу для Брук, Эрни и мирных жителей. Дракониха решила остаться в облаках и готовиться к действию, если ситуация станет критической. Она видела, как Пойнт, которая тоже держала руку на рукоятке меча, была готова в любой момент защитить Чарльза. Из королевского шатра вышла Камилла. Беременность давала ей тяжело, усталость измучила девушку не меньше, чем тошнота, но королева считала своим долгом поддержать мужа. Свой брак они заключили в одной крипте недалеко от севера, в окружении самых близких. Брук в глубине души печалилась в тот день. Все же она любила Чарльза, или думала, что любила.
— Ваше величество, вам следует лежать и отдыхать, — тихо проговорила женщина, когда брюнетка проходила мимо нее.
— Спасибо за заботу, Брук, но я в порядке, — улыбнулась Камилла уголками губ, но улыбка не смогла скрыть усталость.
Камилла подошла к Чарльзу и взяла его за руку. Стефан слез с коня и внимательно посмотрел на девушку. В его серых глазах было презрение и отчуждение. В это время Брук подняла голову и, заметив Сапфиру, цыкнула под нос. Стефан помог загадочной женщине слезть с лошади, и она, наконец-то, приподняла черную вуаль. Увиденное шокировало всех, даже Сапфиру, которая считала себя непоколебимой. Лицо красавицы, когда-то было искажено и покрыто мелкими чешуйками. Чары привлекательности и очарования были заменены страхом и отчаянием. Сапфира не могла отвести глаз от этой горькой судьбы, которая постигла некогда прекрасную женщину. Все присутствующие были поражены трагичностью ситуации. Это был настоящий драматический поворот, который заставил каждого задуматься о своих предрассудках и о том, что может произойти, когда красота и сила покидают нас. Внезапно все, что казалось стабильным и привычным, рухнуло, и осталась только боль и разочарование. Теперь перед ними стояла женщина, лицо которой стало символом жестокости судьбы и беспощадности времени.
— Кларисса, моя жена, и ее поразила болезнь, — в голосе Стефана слышалось презрение к женщине — Она даже не может говорить.
— Мне очень жаль, — Камилла обняла женщину за плечи. — Надеюсь, наши целители смогут помочь.
Когда они прошли в главный шатер, а солдаты разошлись, Сапфира наконец-то смогла укрыться от Брук в небе, но ей не понравилось, что женщина так подробно наблюдает за ней. Она хотела вернуться к клетке и высказать Эрни все, что думает, но остановилась и направилась к шатрам, осознавая, что они и так уже слишком много сказали друг другу в этот день. Нужно знать и границы.
***
Когда слуги принесли разнообразные яства для завтрака, королевская элита уже активно вела беседу на высоких тонах. Никаких особых знаний в политике не требовалось, чтобы понять, что речь идет о законном наследнике престола королевства Фейрис. Стефан и Чарльз старались доказать свою правоту, в то время как Кларисса молчала, а Камилла пыталась успокоить мужчин. Брук, стоявшая у входа в шатер, с пренебрежением наблюдала за всем происходящим. Ей казалось, что этот спор — не более чем бессмыслица, полная суеты и пустоты. В своей мудрости и понимании она видела, что наследник престола должен быть не просто умеющим убедительно спорить, а способным принести настоящие перемены в жизнь королевства и решать его проблемы на основе мудрости и справедливости. Таким образом, завтрак королевской элиты стал свидетельством не только политического спора, но и противоречий, неразрешимых разногласий и поиска настоящего лидера для королевства Фейрис. Однако, игры престолов лишали родных, даже если это было только по отцу; братские узы и простая человечность уступали место жажде власти и гневу. С каждой минутой Брук все яснее осознавала, что Чарльз, который когда-то был идеалом для нее, ничем не отличался от своего брата, который был одержим властью. Не выдержав тяжёлой атмосферы, она бесшумно вышла на улицу. Яркое солнце ослепляло ее глаза, а влажный ветер ласкал холодом кожу. Женщина медленно прогуливалась по лагерю, игнорируя украдкой любопытные взгляды окружающих. За ее спиной солдаты шептались, обсуждая ее. Без сомнения, если боги хотели создать самую неуклюжую и некрасивую женщину, то им удалось превзойти самих себя. Мощное и красивое телосложение украшало мужчин, но женщине оно просто придавало уродливость. Брук чувствовала себя неуклюжей и даже испытывала вину из-за своей внешности, что заставляло ее искривляться с юности, но боль в спине научила ее правильной осанке. Глубоко погруженная в свои мысли, она даже не заметила, как непреднамеренно столкнулась с молодым солдатом, который в результате упал лицом в грязь. Брук поспешила помочь парню встать, но он недружелюбно посмотрел на нее и сильно ударил протянутую руку.
— Смотри, куда идешь, безмозглая дылда! — завопил юноша.
Без произнесения ни слова, женщина развернулась и пошла в другую сторону. Глаза неприятно щипало, а сердце разъедала обида. Брук очень часто слышала подобные речи от людей, но к этому привыкнуть не смогла. Можно ли вообще привыкнуть к такому, женщине? Расстроенная, она поспешила к тому, кто так внезапно изменил всю ее привычную жизнь. Эрни подлез к стене клетки, когда женщина села на землю и устало опиралась спиной о деревянные прутья. Странные чувства вызывала Брук в его душе — потребность защищать и оберегать ее. Пусть он ее никогда не полюбит, но все же она его истинная пара. Они могли быть связаны и в прошлой жизни, как говорят легенды.
— Холодает, — заговорил первым Эрни. — Зима, наверное, уже скоро наступит.
— Цареубийца, а может, ты прав? — задумчиво протянула Брук, на что мужчина посмотрел на нее с непониманием. — Здесь все лгут. Надо же, еще полгода назад я думала, что мы с Чарльзом будем вместе, а теперь он... он оказался не таким, каким я думала.
— Но ведь ты все равно его любишь.
Вывод мужчины заставил женщину задуматься. Возможно, она просто много времени провела вместе с Эрни, и ее чувства к Чарльзу на самом деле? Точно!
— Мне надо поговорить с ним, и тогда я все пойму!
— Не уверен, что я тебя понял, но будь осторожна. — но слова Эрни Брук уже не слышала, продолжая идти к шатрам.
Но сейчас разговор был неуместен из-за суеты вокруг Чарльза, поэтому женщина начала готовиться к поединку. Ровно в полдень на большой поляне собрались солдаты, король с королевой и их гости. Только сейчас Брук поняла, что Эрни был прав. Господа наслаждались этой забавой. Это был бой без правил. Однако уже поздно отступать. На кону стояли и обещание, и честь самой женщины. Никто ее не защитит, кроме нее самой. Над поляной летала Сапфира, и Брук поняла, что она не одна. Она больше не является ничем бесполезным в этом огромном, жестоком мире, где властвуют люди, а что-то большее, и эта мысль придала ей силы. Брук Пойнт вышла на бой, готовясь отражать мечом атаки Талли стальным клинком. Их движения были быстрыми, словно вихрь. В одно мгновение Брук задержалась, и Талли ударил ее кулаком в живот. Удар был настолько сильным, что женщина отшатнулась, скрючившись от боли. Перед глазами у нее всё плыло, но она сумела заметить самодовольную ухмылку стражника.
— Советую помыться вечером, не люблю неопрятных женщин, — презрительно произнес он.
Брук, безжалостная и решительная, возобновила схватку, несмотря на усталость и боль.
Женщина бросила камень, который треснул, упав на землю, и ее глаза отразили глубокую печаль. Эрни смотрел на нее и вдруг осознал, что сегодня узнал Брук совсем с другой стороны. За этим громоздким и неуклюжим телом скрывалась ранимая и нежная душа, где не было места маскам. Брук поежилась, а мужчина вспомнил, что она до сих пор носит неуместное коричневое платье. Ему Брук этот наряд не подходит, оно ей было мало и пошито для женщины с большой грудью.
— Тебе нужно найти более удобную одежду для сражений, — сказал Эрни.
— Пойду попрошу у стражи и найду тебе что-нибудь поесть, — отозвалась Брук и встала на ноги.
Она развернулась и направилась к палаткам, босиком ступая по траве, покрытой росой.
— Будь осторожна, — послышался голос Эрни сзади, и Брук вдруг почувствовала, что они сделали небольшой шаг друг к другу в эту темную ночь.
Женщина ушла, и Эрни снова остался один. Его тело болело, а его сердце было полно разочарования. Всей душой он стремился домой. Эрни тосковал по семье, особенно по Стелле. Он мечтал увидеть ее, прикоснуться к ее длинным волосам, поцеловать ее нежную кожу и ощутить тепло в своем теле.
— "Какие грязные мысли!" — раздался голос Сапфиры в его голове, и мужчина открыл глаза.
Дракоша спустилась на землю, сложив свои огромные крылья, и посмотрела на своего всадника.
— "Зря ты не позволяешь мне защищать тебя, ты скоро превратишься в мешок с костями!"
— "Не волнуйся, больше не буду убегать. Брук сказала, что если я раскаиваюсь, мы можем договориться", — лег на холодную землю Эрни.
— "А ты раскаиваешься?"
— "Ты прекрасно знаешь, что я переживаю за эту девочку и признаю свою вину".
— "Знаю", — сказала Сапфира и выпустила небольшой клубок дыма из ноздрей, — "Мне приятно, что ты слушаешь Брук. Она хорошо влияет на тебя".
— "Ты знаешь, она хороший человек. В ней больше чистоты, чем у большинства людей. И главное, она никогда не предаст, в отличие от..."
— "От Стеллы?" — Сапфира очень хотела съязвить, но сдержалась, — "Понимаю. Может быть, когда мы вернемся домой, ты посмотришь на нее другими глазами".
— "Не надейся, мы все равно будем вместе. Всегда".
— "Как знать, как знать'’.
Мужчина вздохнул и отвернулся от своего дракона, а она, в свою очередь, легла на землю, приподняв огромные и мощные лапы. Солнце медленно поднималось на небосводе, выталкивая звезды в утренней дымке. Первые птицы распевали свои утренние песни, будя своих собратьев. Эрни ощутил приближение кого-то и проснулся ото сна. Брук приближалась к ним. Простая холщовая рубашка, штаны и высокие ботинки вдохновляли женщину гораздо больше, чем платье. Даже фигура казалась обычной и женственной. Она принесла Эрни кашу, медленно жевала краюшку хлеба, пока он ел. Эрни попытался ещё раз уговорить Брук не сражаться, но она была настроена решительно.
— Я не привыкла отступать, — вздохнула женщина. — Если ты помнишь, я хорошо сражаюсь, и вот теперь я победила великого цареубийцу, победила женщина! Я чего-то стою!
— Если откажешься драться, я расскажу, как стал цареубийцей, — последняя попытка мужчины.
— Хорошая попытка. Но нет, — Брук оставалась непоколебимой.
Брук встала, чтобы уйти из клетки, но Эрни неожиданно схватил ее за руку. Второе прикосновение вызвало в женщине то же самое чувство, что и четыре месяца назад — грунт исчезал у нее из-под ног. И держал он ее не так крепко, она могла бы вырваться. Но не хотелось. Эрни ее не отпускал. И внезапно он понял, что пальцы женщины, несмотря на их размер, были аккуратными и красивыми. Ее ладонь была теплой, а кожа нежной, даже нежнее, чем у Стеллы. При его прикосновении она мгновенно покрылась мурашками. Ее глаза наполнились слезами.
— Как я ненавижу тебя, — прошептала женщина.
Брук вырвалась из его рук и скрылась за деревьями. Там, под темным дубом, она плакала, обхватив руками могучий ствол. Она потратила столько усилий, чтобы оттолкнуть его от себя. Он смотрел на нее с надеждой, держа ее за руку. Она хотела быть рядом с ним, но снова бросила его. Когда Брук вернулась, мужчина опять превратился во льда.
— Явилась… — проговорил он.
— Послушай меня…
— Я устал и хочу спать, — буркнул Эрни и отвернулся от нее.
Настала полная тишина. Такая тишина, что слышно было, как ветер шепчет в листьях деревьев.
— Прости меня, Эрни, — тихо сказала Брук.
Услышав эти слова, мужчина обернулся, сел и с удивлением посмотрел на Брук. Она впервые назвала его по имени. Эрни услышал ее, хотя она произнесла его голосом, будто не хотела, чтобы кто-то услышал. Так мало людей знали его по имени, а теперь она вошла в их узкий круг.
— Не нужно, все в порядке, — ответил Эрни, глядя, как Брук убирает прядь волос за ухо. — Я просто обеспокоен за тебя. Они превращают людей в мясо на этих боях, и я не хочу, чтобы ты пострадала.
— Я справлюсь. Потом я еще приду и принесу ключи. Обещаю.
Брук вышла из клетки и оставила его одного. Эрни подполз к решетке клетки и легонько толкнул спящую Сапфиру в бок.
— “А? Что?” — Сапфира проснулась, открыв огромную пасть и показывая свои белоснежные клыки.
— “Полети проследи за ней. Когда они начнут поединок, покажи мне его,” — сказал Эрни.
— “А ты же не хочешь видеть через мои глаза…”
— “Не хочу, но иначе мне не узнать. Лети.”
— “Ты изменился, вырос, к своим тридцати семи годам. Мне нравится,” — промолвила Сапфира
Сапфира взлетела вверх, проникая в голубое небо, где ее синяя чешуя сверкала под яркими солнечными лучами. Ее огромные крылья создавали огромную тень, поглощающую землю. В то время как она свободно парила среди облаков, она заметила Брук, находившуюся на земле. Дракониха была заинтересована каждым ее движением и следила за ней издалека, ни одного момента не упуская. И вот, внезапно, ее внимание привлекла делегация, которая подошла к лагерю Чарльза. Во главе делегации, на белом коне, сидел мужчина средних лет, его блестящие доспехи и меч на поясе притягивали взгляд. Рядом с ним, на другой лошади, находилась светловолосая женщина, лицо которой полностью было закрыто вуалью. Дальше, на гнедой лошади, Гела вела небольшое войско. Волновалась Сапфира, заинтригованная этой делегацией. Кто они? Что они хотят? Возможно, они пришли с каким-то предложением или с намерением совершить акт агрессии. Дракониха решила остаться в облаках и продолжать наблюдение, не желая пропустить ни одного важного момента. Сапфира заметила, как Стефан, мужчина на белом коне, начал разговаривать с Чарльзом. Их разговор был интенсивным, они жестикулировали руками, выражая свои мысли и намерения. Дракониха могла только предположить, что они обсуждают что-то серьезное. Светловолосая женщина, сидевшая рядом с Стефаном, оставалась загадкой для Сапфиры. Кто она? Что она скрывает под вуалью? В то время как дракониха продолжала наблюдать за делегацией, она заметила, что Гела, находящаяся на гнедой лошади, была окружена небольшим войском, хорошо вооруженным и готовым к действию. Ясно было, что эта делегация не пришла с мирными намерениями. Сапфира волновалась. Что делать? Она не могла пропустить возможность предотвратить возможную угрозу для Брук, Эрни и мирных жителей. Дракониха решила остаться в облаках и готовиться к действию, если ситуация станет критической. Она видела, как Пойнт, которая тоже держала руку на рукоятке меча, была готова в любой момент защитить Чарльза. Из королевского шатра вышла Камилла. Беременность давала ей тяжело, усталость измучила девушку не меньше, чем тошнота, но королева считала своим долгом поддержать мужа. Свой брак они заключили в одной крипте недалеко от севера, в окружении самых близких. Брук в глубине души печалилась в тот день. Все же она любила Чарльза, или думала, что любила.
— Ваше величество, вам следует лежать и отдыхать, — тихо проговорила женщина, когда брюнетка проходила мимо нее.
— Спасибо за заботу, Брук, но я в порядке, — улыбнулась Камилла уголками губ, но улыбка не смогла скрыть усталость.
Камилла подошла к Чарльзу и взяла его за руку. Стефан слез с коня и внимательно посмотрел на девушку. В его серых глазах было презрение и отчуждение. В это время Брук подняла голову и, заметив Сапфиру, цыкнула под нос. Стефан помог загадочной женщине слезть с лошади, и она, наконец-то, приподняла черную вуаль. Увиденное шокировало всех, даже Сапфиру, которая считала себя непоколебимой. Лицо красавицы, когда-то было искажено и покрыто мелкими чешуйками. Чары привлекательности и очарования были заменены страхом и отчаянием. Сапфира не могла отвести глаз от этой горькой судьбы, которая постигла некогда прекрасную женщину. Все присутствующие были поражены трагичностью ситуации. Это был настоящий драматический поворот, который заставил каждого задуматься о своих предрассудках и о том, что может произойти, когда красота и сила покидают нас. Внезапно все, что казалось стабильным и привычным, рухнуло, и осталась только боль и разочарование. Теперь перед ними стояла женщина, лицо которой стало символом жестокости судьбы и беспощадности времени.
— Кларисса, моя жена, и ее поразила болезнь, — в голосе Стефана слышалось презрение к женщине — Она даже не может говорить.
— Мне очень жаль, — Камилла обняла женщину за плечи. — Надеюсь, наши целители смогут помочь.
Когда они прошли в главный шатер, а солдаты разошлись, Сапфира наконец-то смогла укрыться от Брук в небе, но ей не понравилось, что женщина так подробно наблюдает за ней. Она хотела вернуться к клетке и высказать Эрни все, что думает, но остановилась и направилась к шатрам, осознавая, что они и так уже слишком много сказали друг другу в этот день. Нужно знать и границы.
***
Когда слуги принесли разнообразные яства для завтрака, королевская элита уже активно вела беседу на высоких тонах. Никаких особых знаний в политике не требовалось, чтобы понять, что речь идет о законном наследнике престола королевства Фейрис. Стефан и Чарльз старались доказать свою правоту, в то время как Кларисса молчала, а Камилла пыталась успокоить мужчин. Брук, стоявшая у входа в шатер, с пренебрежением наблюдала за всем происходящим. Ей казалось, что этот спор — не более чем бессмыслица, полная суеты и пустоты. В своей мудрости и понимании она видела, что наследник престола должен быть не просто умеющим убедительно спорить, а способным принести настоящие перемены в жизнь королевства и решать его проблемы на основе мудрости и справедливости. Таким образом, завтрак королевской элиты стал свидетельством не только политического спора, но и противоречий, неразрешимых разногласий и поиска настоящего лидера для королевства Фейрис. Однако, игры престолов лишали родных, даже если это было только по отцу; братские узы и простая человечность уступали место жажде власти и гневу. С каждой минутой Брук все яснее осознавала, что Чарльз, который когда-то был идеалом для нее, ничем не отличался от своего брата, который был одержим властью. Не выдержав тяжёлой атмосферы, она бесшумно вышла на улицу. Яркое солнце ослепляло ее глаза, а влажный ветер ласкал холодом кожу. Женщина медленно прогуливалась по лагерю, игнорируя украдкой любопытные взгляды окружающих. За ее спиной солдаты шептались, обсуждая ее. Без сомнения, если боги хотели создать самую неуклюжую и некрасивую женщину, то им удалось превзойти самих себя. Мощное и красивое телосложение украшало мужчин, но женщине оно просто придавало уродливость. Брук чувствовала себя неуклюжей и даже испытывала вину из-за своей внешности, что заставляло ее искривляться с юности, но боль в спине научила ее правильной осанке. Глубоко погруженная в свои мысли, она даже не заметила, как непреднамеренно столкнулась с молодым солдатом, который в результате упал лицом в грязь. Брук поспешила помочь парню встать, но он недружелюбно посмотрел на нее и сильно ударил протянутую руку.
— Смотри, куда идешь, безмозглая дылда! — завопил юноша.
Без произнесения ни слова, женщина развернулась и пошла в другую сторону. Глаза неприятно щипало, а сердце разъедала обида. Брук очень часто слышала подобные речи от людей, но к этому привыкнуть не смогла. Можно ли вообще привыкнуть к такому, женщине? Расстроенная, она поспешила к тому, кто так внезапно изменил всю ее привычную жизнь. Эрни подлез к стене клетки, когда женщина села на землю и устало опиралась спиной о деревянные прутья. Странные чувства вызывала Брук в его душе — потребность защищать и оберегать ее. Пусть он ее никогда не полюбит, но все же она его истинная пара. Они могли быть связаны и в прошлой жизни, как говорят легенды.
— Холодает, — заговорил первым Эрни. — Зима, наверное, уже скоро наступит.
— Цареубийца, а может, ты прав? — задумчиво протянула Брук, на что мужчина посмотрел на нее с непониманием. — Здесь все лгут. Надо же, еще полгода назад я думала, что мы с Чарльзом будем вместе, а теперь он... он оказался не таким, каким я думала.
— Но ведь ты все равно его любишь.
Вывод мужчины заставил женщину задуматься. Возможно, она просто много времени провела вместе с Эрни, и ее чувства к Чарльзу на самом деле? Точно!
— Мне надо поговорить с ним, и тогда я все пойму!
— Не уверен, что я тебя понял, но будь осторожна. — но слова Эрни Брук уже не слышала, продолжая идти к шатрам.
Но сейчас разговор был неуместен из-за суеты вокруг Чарльза, поэтому женщина начала готовиться к поединку. Ровно в полдень на большой поляне собрались солдаты, король с королевой и их гости. Только сейчас Брук поняла, что Эрни был прав. Господа наслаждались этой забавой. Это был бой без правил. Однако уже поздно отступать. На кону стояли и обещание, и честь самой женщины. Никто ее не защитит, кроме нее самой. Над поляной летала Сапфира, и Брук поняла, что она не одна. Она больше не является ничем бесполезным в этом огромном, жестоком мире, где властвуют люди, а что-то большее, и эта мысль придала ей силы. Брук Пойнт вышла на бой, готовясь отражать мечом атаки Талли стальным клинком. Их движения были быстрыми, словно вихрь. В одно мгновение Брук задержалась, и Талли ударил ее кулаком в живот. Удар был настолько сильным, что женщина отшатнулась, скрючившись от боли. Перед глазами у нее всё плыло, но она сумела заметить самодовольную ухмылку стражника.
— Советую помыться вечером, не люблю неопрятных женщин, — презрительно произнес он.
Брук, безжалостная и решительная, возобновила схватку, несмотря на усталость и боль.
