В какой-то момент их касание привело к невероятным ощущениям. Вдруг они почувствовали тепло и как будто оно проникает к самым глубоким уголкам своей души. Торн заметил в огромных глазах дракона свое отражение – свои страхи, желания и мечты. Это означало только одно. Он был всадником.
— Это невероятно, - проговорил Гимли, осмеливаясь подойти поближе. - Ты связан не только с драконом, но и со взрослым!
— Помоги мне извлечь это копье, - попросил парень.
Пока ребята медленно доставали копье, дракон терпеливо лежал на снегу, немного роющ носом по земле. По этому времени Балто уже вовсю возился рядом с ним, обнюхивая и даже нечаянно наступив на его морду передними лапками. Именно в тот момент Торн четко услышал грозный голос в своей голове.
— “Если он не остановится, я съем его!", - прозвучал голос.
Парень на мгновение замер, а затем вылез из-под крыла дракона и посмотрел на него. Он слышал дракона так ясно, словно тот разговаривал с ним.
— Гимли, ты слышал голос дракона? - спросил Торн.
Парень покачал головой, продолжая свою работу, словно не удивлен этой особенностью, в отличие от друга.
— "Неужели ты говоришь со мной?" - задумался юноша.
— "С тобой, конечно. Убери этого лохматого", - прозвучал голос в его голове.
— "Расскажешь, что произошло?" - осторожно спросил брюнет, отводя Балто в сторону.
— "Сам виноват. Залетел на территорию Снежных, хотя не имел на то право, и вот что получил. Меня зовут Нерей, кстати. А тебя, Торн, я знаю".
— "А откуда ты знаешь? И кто такие Снежные?" - быстро осведомился Торн.
— "Ты же мой всадник, я знаю все о тебе. А Снежные – это племя, которое не любит посторонних, особенно сейчас", - объяснил Нерей.
— "И что происходит сейчас?" - поинтересовался парень.
— "Шейданы. Они все больше увеличивают свое количество. Хотят проникнуть в мир людей, забрать тела, души, воспоминания", - предупредил дракон.
— "А ты можешь отвезти нас к Снежным?”
Нерей неожиданно издал ворчливый рык. Случилось так, что этот вопрос прозвучал именно в тот момент, когда Гимли вытащил копье, а затем, потеряв равновесие, упал в сугроб. Красная кровь дракона плеснула на снег, но Нерей проник поглубже в снег, чтобы остановить кровотечение. Несколько минут тишины и Нерей возобновил связь с Торном.
— "Чтобы они меня снова подстрелили? Нет!" — отвечал Нерей.
— "Пожалуйста, возможно, они знают что-то важное о Шейданах, надо попробовать" — умолял дракона парень, помогая другу подняться.
Прошел примерно час, прежде чем дракон, наконец, согласился помочь, и его кровотечение прекратилось. Полететь верхом на драконе не представлялось возможным из-за отсутствия специального седла и наличия собаки, которую Нерей решительно не собирался переносить на своей спине. Они отправились пешком, наблюдая, куда летит их новый великий друг. Целый день они продолжали путь и прошли более половины дороги, когда наступили сумерки. Было бессмысленно идти ночью, особенно учитывая, что мороз становился все сильнее. Нерей отправился на ночную охоту, а юноши собрали хворост и развели костер. Яркое пламя играло на ветру, а дым растворялся в ночной мгле.
— Как думаешь, мы сможем примириться со снежными? — спросил Гимли, отламывая следующий кусок козьего сыра.
— По крайней мере, мы узнаем, куда двигаться дальше, — пожал плечами Торн. — Хм, если все получится, ты, наконец-то, сможешь доказать своему отцу, что он неправильно судил о тебе.
— А какой в этом смысл? Он считает меня трусом и ничтожеством, раз послал меня сюда в одиннадцать лет, и уже восемь лет не интересуется, что со мной происходит, — возразил Гимли.
— Ты не трус, и ты знаешь это, — заверил его Торн.
— Я плохо управляюсь с оружием и чертовски неуклюжий. Я многого боюсь, — грустно сказал парень.
— Трусость – это часть смелости, — похлопал его по плечу друг. — Все чего-то боятся.
— А чего боишься ты? — поинтересовался Гимли.
— Подвезти людей, которые на меня рассчитывают.
В ту ночь, когда морозные ветра задували наступающую пургу, Торн и Гимли, уставшие от долгого путешествия, уснули на заснеженной поляне. Несмотря на холод, они устроились на холодном снегу и погрузились в глубокий сон. Но там присутствовал еще один верный товарищ — Балто. Пес-проводник, привыкший к бесконечным опасностям и трудностям путешествий, оставался настороже. Балто охранял и беззвучно наблюдал, патрулируя этот темный царственный лес. Он знал, что в таких местах скрыты непредвиденные опасности, и потому мечтал о теплом уюте огня, позволяя своим спутникам спать спокойно. Только под утро, когда с охоты вернулся Нерей, пес смог провалиться в сон на несколько часов. Когда юноши проснулись, вьюга немного стихла. Позавтракав на скорую руку, они продолжили свой путь. К полудню они достигли ущелья.
— "Я буду лететь высоко, чтобы меня не заметили, но всегда поблизости", — сообщил нерей, поглаживая торна по морде.
Когда огромный дракон взмыл в небо, Торн и Гимли без колебаний направились вперед, в ущелье, которое простиралось перед ними. Это ущелье оказалось длинным, масштабным, словно просторы бессветного и бескрайнего царства, покрытого слоем льда. Пейзаж создавал неповторимую атмосферу, выделяя самой местности особое величие. Издалека ущелье казалось таким красивым и величественным, что восхищение пронизывало все мысли. Но по мере приближения стало ясно, что этот ледяной покров несет с собой опасность и тревогу. Торн и Гимли осознали, что им придется преодолеть все трудности, связанные с таким непредсказуемым и холодным покрытием. Тем не менее, друзья были настойчивы и готовы сделать все, чтобы достичь своей цели. Застыло ущелье — свидетель их смелости и веры в успех.
— Стойте! — неожиданно прозвучал женский голос, и ребята медленно повернулись.
Перед ними стояла девушка среднего роста, одетая в шубу из животных шкур, на которой небрежно лежали черные волосы. В ее хрупких руках был лук, а стрела направлена прямо на путников.
— Мы безоружны, — сказал Гимли, и они с другом медленно подняли руки вверх.
— Что вам нужно здесь? — спросила незнакомка, не выпуская лука из рук.
Торн сделал шаг ей навстречу, и девушка натянула тетиву сильнее, но ее хрупкие пальцы слегка задрожали. Когда он подошел ближе, руки совсем не слушались.
— Ты никогда раньше никого не убивала, — усмехнулся парень и ловко вырвал лук из ее рук.
Девушка гневно посмотрела на него, но Торн уже отошел на безопасное расстояние.
— Ты из снежных? Как тебя зовут? — спросил парень, передавая лук Гимли.
— Фейри, и да, я из снежных. А вы ворвались на нашу территорию!
— Нам нужно просто поговорить с вашим предводителем, узнать некоторые сведения. После этого мы уйдем, — едва заметно улыбнулся Гимли. — Мы будем благодарны, если ты поможешь нам.
Фейри бормотала что-то себе под нос и направлялась вперед по протоптанной дорожке, ребята следовали за ней. Ущелье оказалось длинным, и им пришлось пройти через лес. Наконец, они вышли на огромную поляну, где располагались шатры и самодельные хижины. У костров весело играли дети, женщины готовили еду или занимались одеждой, а мужчины готовились к охоте. Однако один невысокий мужчина с черными волосами и длинной бородой подошел к ним.
— Кто это такой? — спросил он насмешливо, прищурившись.
— Они хотят поговорить с тобой, Рагнар, — девушка подошла к нему, тихо сказав, — они из Млечного Дозора.
— Мне кажется, у нас есть общая проблема, — начал Торн.
— Сомневаюсь, — усмехнулся вожак, сжимая руки на своей могучей груди, — вы вряд ли познали настоящий холод, голод и бесконечные скитания. Ваши предки выгнали нас за стену умирать, и уже сотню лет мы пытаемся выжить и вернуться домой. Так, какая проблема у нас общая?
— Шейданы, — коротко ответил Гимли, потоптавшись ногами по снегу.
Рагнар нахмурился, а Фейра дрогнула всем телом и глотнула.
— Пойдемте, — проговорил мужчина, убрав руки за спину.
Они прошли по лагерю и вошли в хижину, расположенную в центре поляны. Они уселись на шкуры животных, а Балто улегся у ног Торна, все время смотря на них, словно не доверял им. Рагнар внимательно изучил непрошеных гостей.
— Если вы ожидаете помощи от нас, то зря пришли. Вы для нас такие же враги, как и шейданы, — наконец проговорил мужчина, разгоняя тяжелую, звенящую тишину.
— Разве мы убиваем людей? — не выдержал Гимли — Мы только полгода назад прошли обряд посвящения. Вам нечего бояться таких, как мы.
Торн вздохнул и вытащил из кармана бумажку, на которой было написано послание на незнакомом языке, и передал ее Рагнару. Фейра закатила свои большие зеленые глаза, но, увидев, что Рагнар читает, поняла, что этот язык был известен их предкам.
— Никто не победит смерть, — прошло несколько минут, прежде чем мужчина наконец прочитал сообщение, удостоверившись в правильности перевода — Где вы это нашли?
— Я выписал координаты со старой карты, — пояснил Гимли — Мне показалось, что координаты содержат буквы, то есть рядом с каждой цифрой была приписана заглавная и строчная буква, но мы не смогли разобрать ничего. А вы, оказывается, знаете этот язык?
— Не то чтобы знаю, но знаю тех, кто очень хорошо владеет им, — ответил мужчина — Вот что, я могу отвезти вас туда, но отныне вы будете помогать моему народу.
— Я запечатлен с драконом, которого вы подстрелили, вероятно, на охоте, — сообщил Торн.
Рагнар строго посмотрел на Фейру, которая плотнее закуталась в шубу.
— А если мы заключим перемирие, дракон согласится помочь нам? — поинтересовался вожак.
— Мне нужно поговорить с ним, но думаю, он все поймет…
***
Когда наступило сумерки, Торн встретился с Нереем, чтобы обсудить предложение о снежном путешествии. Но идея дракона не вызывала у него радости, а узнав, что эта Фейра ранила его, разжигала настоящую ярость.
– "Четыре месяца рядом с этой девчонкой? Ни за что!" - из ноздрей дракона вырвалась струйка черного дыма.
Парень в отчаянии схватился руками за голову и сел на снег, прислонившись к теплому брюху дракона. С неба медленно падали снежинки, создавая волшебную атмосферу.
– "А что, если она извинится перед тобой?" - осторожно спросил Торн.
– "Ладно-ладно, мы как-нибудь разберемся, но я иду на это только ради тебя" - Нерей посмотрел на своего всадника, и Торн нежно погладил его по морде.
Пока Торн отсутствовал в лагере, Гимли решил прогуляться вокруг. Вечернее время подходило к концу, и повсюду разгорались костры, создавая уютную атмосферу. Шум детского смеха уже затихал, а с наступлением темноты взрослые начали живо общаться друг с другом. Проходя мимо одной из хижин, Гимли услышал тихий и горестный плач. Удивленный, он решил заглянуть внутрь и увидел девушку, свернувшуюся в клубок на постели. Ее русые волосы были пропитаны слезами, а она держала руки на округлившемся животе. При виде этой печальной сцены, любопытство начало терзать Гимли, но он решил не беспокоить девушку и осторожно закрыл палатку, чтобы не нарушить ее уединение. Затем он продолжил свой путь в поисках подходящего места для ночлега, понимая, что завтра начнется что-то важное и захватывающее - большое приключение, которое, вероятно, потребует от него всей его мудрости и сил.
Роран находился уже несколько недель в Дуэнгаре, в одном из особняков, где королева правосудия принимала своих гостей. Он стремился получить аудиенцию у королевы, чтобы обратить ее внимание на дело Эрни, которое тревожило его сердце. Но, несмотря на все его усилия и просьбы, королева отказывалась принять его и выслушать его аргументы. Войско Рорана исчезло, некоторые солдаты погибли по пути, а некоторые бежали. Таким образом, Роран оказался запертым в своих комнатах, заброшенным и проигнорированным. Ему оставалось только погрузиться в свои мысли, притворяясь, что медленно тонет в море вина, которое поддерживало его все эти долгие дни. Он мог лишь смотреть в окно и восхищаться пейзажами залива, разворачивающимися перед его глазами. Все это время Роран проводил, заставляя свой ум работать, размышляя о том, как он может повлиять на королеву и найти путь к ее сердцу. Его мысли превратились в сложный ковер из планов и идей, созданных его мозгом. Однако он осознавал, что время ускользает из его рук, а возможность увидеть королеву и представить свое дело все больше уменьшается. Роран понимал, что ему нужно действовать, но без поддержки королевы его силы казались недостаточными. Каждый день он боролся с собой и укреплял свою решимость, полируя свои мысли до блеска, готовясь пойти на все, чтобы достичь своей цели. Он прилагал усилия, достойные самых искусных дипломатов, чтобы создать картину, способную убедить королеву в важности его дела и уговорить ее принять его. В это время за окном его комнат открывался потрясающий вид на залив с его играющими цветами и сиянием света на воде. Роран наслаждался этими моментами, видя в них метафору своей жизни - полной разнообразия и чудес, даже в самые трудные времена. В течение всего этого времени его сопровождали Генри и Эд, которые разделяли его беспокойство о судьбе Эрни. И наконец, настал момент, когда Роран получил возможность покинуть ограничения своей комнаты. Он получил аудиенцию у королевы правосудия, о которой так тревожно просил. Вместе с друзьями он прибыл на лошадях во дворецкий сад, надеясь, что его мечты и изысканные планы будут видны в его глазах, отражая его долгую борьбу. Он был готов покорить сердце королевы и изменить судьбу Эрни.
— Не думаю, что это будет легко, — сказал Генри, спешившись с лошади.
Эд, чуть позже слезая, едва смог справиться с лошадью и даже упал. Генри вздохнул и подал ему руку.
— Простите, пожалуйста, — пробормотал парень, увидев неодобрительные взгляды мужчин.
Внезапно из ниоткуда к ним подошла молодая женщина, одетая в атласное платье цвета морской волны. Ее появление было таким изящным и грациозным, что все присутствующие замерли в ожидании ее слов. Она сообщила, что королева Мориса ждет их в беседке, расположенной в самом центре сада, и приказала сопроводить их к ней. С изумлением они последовали за ней по тропинкам, окруженным морем ярких цветов. Статуи богов, расставленные по саду с такой изящностью, что казалось, оживают, подчеркивали великолепие и магию этого места. Нежный шелест воды из фонтана наполнил воздух ювелирной чистотой и приносил ощущение благополучия. В конце тропинки они обнаружили беседку, где королева Мориса наслаждалась чашечкой чая. Ее одежда, строго серого цвета, и аккуратно причесанные волосы, назад указывали на ее серьезный и высокопоставленный статус. Рядом с ней сидела молодая девушка, углубленная в чтение книги вслух. При взгляде на нее сердце Рорана сжалось. Он видел небольшую темноволосую головку, маленькие руки и ножки. Девушка была точным отражением самого Рорана - карлика. Возможно, это была его единственная родственная душа. Внезапно королева Мориса перевела свой взгляд на мужчин, а ее компаньонка осторожно положила книгу в сторону. Она сместилась на край скамейки и готовилась приготовить еще три чашки чая. Этот жест выражал грустное примирение с реальностью и готовность заботиться о других.
— Ваше величество, — трое мужчин склонились перед королевой, а она в ответ улыбнулась им достойно.
— Это невероятно, - проговорил Гимли, осмеливаясь подойти поближе. - Ты связан не только с драконом, но и со взрослым!
— Помоги мне извлечь это копье, - попросил парень.
Пока ребята медленно доставали копье, дракон терпеливо лежал на снегу, немного роющ носом по земле. По этому времени Балто уже вовсю возился рядом с ним, обнюхивая и даже нечаянно наступив на его морду передними лапками. Именно в тот момент Торн четко услышал грозный голос в своей голове.
— “Если он не остановится, я съем его!", - прозвучал голос.
Парень на мгновение замер, а затем вылез из-под крыла дракона и посмотрел на него. Он слышал дракона так ясно, словно тот разговаривал с ним.
— Гимли, ты слышал голос дракона? - спросил Торн.
Парень покачал головой, продолжая свою работу, словно не удивлен этой особенностью, в отличие от друга.
— "Неужели ты говоришь со мной?" - задумался юноша.
— "С тобой, конечно. Убери этого лохматого", - прозвучал голос в его голове.
— "Расскажешь, что произошло?" - осторожно спросил брюнет, отводя Балто в сторону.
— "Сам виноват. Залетел на территорию Снежных, хотя не имел на то право, и вот что получил. Меня зовут Нерей, кстати. А тебя, Торн, я знаю".
— "А откуда ты знаешь? И кто такие Снежные?" - быстро осведомился Торн.
— "Ты же мой всадник, я знаю все о тебе. А Снежные – это племя, которое не любит посторонних, особенно сейчас", - объяснил Нерей.
— "И что происходит сейчас?" - поинтересовался парень.
— "Шейданы. Они все больше увеличивают свое количество. Хотят проникнуть в мир людей, забрать тела, души, воспоминания", - предупредил дракон.
— "А ты можешь отвезти нас к Снежным?”
Нерей неожиданно издал ворчливый рык. Случилось так, что этот вопрос прозвучал именно в тот момент, когда Гимли вытащил копье, а затем, потеряв равновесие, упал в сугроб. Красная кровь дракона плеснула на снег, но Нерей проник поглубже в снег, чтобы остановить кровотечение. Несколько минут тишины и Нерей возобновил связь с Торном.
— "Чтобы они меня снова подстрелили? Нет!" — отвечал Нерей.
— "Пожалуйста, возможно, они знают что-то важное о Шейданах, надо попробовать" — умолял дракона парень, помогая другу подняться.
Прошел примерно час, прежде чем дракон, наконец, согласился помочь, и его кровотечение прекратилось. Полететь верхом на драконе не представлялось возможным из-за отсутствия специального седла и наличия собаки, которую Нерей решительно не собирался переносить на своей спине. Они отправились пешком, наблюдая, куда летит их новый великий друг. Целый день они продолжали путь и прошли более половины дороги, когда наступили сумерки. Было бессмысленно идти ночью, особенно учитывая, что мороз становился все сильнее. Нерей отправился на ночную охоту, а юноши собрали хворост и развели костер. Яркое пламя играло на ветру, а дым растворялся в ночной мгле.
— Как думаешь, мы сможем примириться со снежными? — спросил Гимли, отламывая следующий кусок козьего сыра.
— По крайней мере, мы узнаем, куда двигаться дальше, — пожал плечами Торн. — Хм, если все получится, ты, наконец-то, сможешь доказать своему отцу, что он неправильно судил о тебе.
— А какой в этом смысл? Он считает меня трусом и ничтожеством, раз послал меня сюда в одиннадцать лет, и уже восемь лет не интересуется, что со мной происходит, — возразил Гимли.
— Ты не трус, и ты знаешь это, — заверил его Торн.
— Я плохо управляюсь с оружием и чертовски неуклюжий. Я многого боюсь, — грустно сказал парень.
— Трусость – это часть смелости, — похлопал его по плечу друг. — Все чего-то боятся.
— А чего боишься ты? — поинтересовался Гимли.
— Подвезти людей, которые на меня рассчитывают.
В ту ночь, когда морозные ветра задували наступающую пургу, Торн и Гимли, уставшие от долгого путешествия, уснули на заснеженной поляне. Несмотря на холод, они устроились на холодном снегу и погрузились в глубокий сон. Но там присутствовал еще один верный товарищ — Балто. Пес-проводник, привыкший к бесконечным опасностям и трудностям путешествий, оставался настороже. Балто охранял и беззвучно наблюдал, патрулируя этот темный царственный лес. Он знал, что в таких местах скрыты непредвиденные опасности, и потому мечтал о теплом уюте огня, позволяя своим спутникам спать спокойно. Только под утро, когда с охоты вернулся Нерей, пес смог провалиться в сон на несколько часов. Когда юноши проснулись, вьюга немного стихла. Позавтракав на скорую руку, они продолжили свой путь. К полудню они достигли ущелья.
— "Я буду лететь высоко, чтобы меня не заметили, но всегда поблизости", — сообщил нерей, поглаживая торна по морде.
Когда огромный дракон взмыл в небо, Торн и Гимли без колебаний направились вперед, в ущелье, которое простиралось перед ними. Это ущелье оказалось длинным, масштабным, словно просторы бессветного и бескрайнего царства, покрытого слоем льда. Пейзаж создавал неповторимую атмосферу, выделяя самой местности особое величие. Издалека ущелье казалось таким красивым и величественным, что восхищение пронизывало все мысли. Но по мере приближения стало ясно, что этот ледяной покров несет с собой опасность и тревогу. Торн и Гимли осознали, что им придется преодолеть все трудности, связанные с таким непредсказуемым и холодным покрытием. Тем не менее, друзья были настойчивы и готовы сделать все, чтобы достичь своей цели. Застыло ущелье — свидетель их смелости и веры в успех.
— Стойте! — неожиданно прозвучал женский голос, и ребята медленно повернулись.
Перед ними стояла девушка среднего роста, одетая в шубу из животных шкур, на которой небрежно лежали черные волосы. В ее хрупких руках был лук, а стрела направлена прямо на путников.
— Мы безоружны, — сказал Гимли, и они с другом медленно подняли руки вверх.
— Что вам нужно здесь? — спросила незнакомка, не выпуская лука из рук.
Торн сделал шаг ей навстречу, и девушка натянула тетиву сильнее, но ее хрупкие пальцы слегка задрожали. Когда он подошел ближе, руки совсем не слушались.
— Ты никогда раньше никого не убивала, — усмехнулся парень и ловко вырвал лук из ее рук.
Девушка гневно посмотрела на него, но Торн уже отошел на безопасное расстояние.
— Ты из снежных? Как тебя зовут? — спросил парень, передавая лук Гимли.
— Фейри, и да, я из снежных. А вы ворвались на нашу территорию!
— Нам нужно просто поговорить с вашим предводителем, узнать некоторые сведения. После этого мы уйдем, — едва заметно улыбнулся Гимли. — Мы будем благодарны, если ты поможешь нам.
Фейри бормотала что-то себе под нос и направлялась вперед по протоптанной дорожке, ребята следовали за ней. Ущелье оказалось длинным, и им пришлось пройти через лес. Наконец, они вышли на огромную поляну, где располагались шатры и самодельные хижины. У костров весело играли дети, женщины готовили еду или занимались одеждой, а мужчины готовились к охоте. Однако один невысокий мужчина с черными волосами и длинной бородой подошел к ним.
— Кто это такой? — спросил он насмешливо, прищурившись.
— Они хотят поговорить с тобой, Рагнар, — девушка подошла к нему, тихо сказав, — они из Млечного Дозора.
— Мне кажется, у нас есть общая проблема, — начал Торн.
— Сомневаюсь, — усмехнулся вожак, сжимая руки на своей могучей груди, — вы вряд ли познали настоящий холод, голод и бесконечные скитания. Ваши предки выгнали нас за стену умирать, и уже сотню лет мы пытаемся выжить и вернуться домой. Так, какая проблема у нас общая?
— Шейданы, — коротко ответил Гимли, потоптавшись ногами по снегу.
Рагнар нахмурился, а Фейра дрогнула всем телом и глотнула.
— Пойдемте, — проговорил мужчина, убрав руки за спину.
Они прошли по лагерю и вошли в хижину, расположенную в центре поляны. Они уселись на шкуры животных, а Балто улегся у ног Торна, все время смотря на них, словно не доверял им. Рагнар внимательно изучил непрошеных гостей.
— Если вы ожидаете помощи от нас, то зря пришли. Вы для нас такие же враги, как и шейданы, — наконец проговорил мужчина, разгоняя тяжелую, звенящую тишину.
— Разве мы убиваем людей? — не выдержал Гимли — Мы только полгода назад прошли обряд посвящения. Вам нечего бояться таких, как мы.
Торн вздохнул и вытащил из кармана бумажку, на которой было написано послание на незнакомом языке, и передал ее Рагнару. Фейра закатила свои большие зеленые глаза, но, увидев, что Рагнар читает, поняла, что этот язык был известен их предкам.
— Никто не победит смерть, — прошло несколько минут, прежде чем мужчина наконец прочитал сообщение, удостоверившись в правильности перевода — Где вы это нашли?
— Я выписал координаты со старой карты, — пояснил Гимли — Мне показалось, что координаты содержат буквы, то есть рядом с каждой цифрой была приписана заглавная и строчная буква, но мы не смогли разобрать ничего. А вы, оказывается, знаете этот язык?
— Не то чтобы знаю, но знаю тех, кто очень хорошо владеет им, — ответил мужчина — Вот что, я могу отвезти вас туда, но отныне вы будете помогать моему народу.
— Я запечатлен с драконом, которого вы подстрелили, вероятно, на охоте, — сообщил Торн.
Рагнар строго посмотрел на Фейру, которая плотнее закуталась в шубу.
— А если мы заключим перемирие, дракон согласится помочь нам? — поинтересовался вожак.
— Мне нужно поговорить с ним, но думаю, он все поймет…
***
Когда наступило сумерки, Торн встретился с Нереем, чтобы обсудить предложение о снежном путешествии. Но идея дракона не вызывала у него радости, а узнав, что эта Фейра ранила его, разжигала настоящую ярость.
– "Четыре месяца рядом с этой девчонкой? Ни за что!" - из ноздрей дракона вырвалась струйка черного дыма.
Парень в отчаянии схватился руками за голову и сел на снег, прислонившись к теплому брюху дракона. С неба медленно падали снежинки, создавая волшебную атмосферу.
– "А что, если она извинится перед тобой?" - осторожно спросил Торн.
– "Ладно-ладно, мы как-нибудь разберемся, но я иду на это только ради тебя" - Нерей посмотрел на своего всадника, и Торн нежно погладил его по морде.
Пока Торн отсутствовал в лагере, Гимли решил прогуляться вокруг. Вечернее время подходило к концу, и повсюду разгорались костры, создавая уютную атмосферу. Шум детского смеха уже затихал, а с наступлением темноты взрослые начали живо общаться друг с другом. Проходя мимо одной из хижин, Гимли услышал тихий и горестный плач. Удивленный, он решил заглянуть внутрь и увидел девушку, свернувшуюся в клубок на постели. Ее русые волосы были пропитаны слезами, а она держала руки на округлившемся животе. При виде этой печальной сцены, любопытство начало терзать Гимли, но он решил не беспокоить девушку и осторожно закрыл палатку, чтобы не нарушить ее уединение. Затем он продолжил свой путь в поисках подходящего места для ночлега, понимая, что завтра начнется что-то важное и захватывающее - большое приключение, которое, вероятно, потребует от него всей его мудрости и сил.
Глава 8
Роран находился уже несколько недель в Дуэнгаре, в одном из особняков, где королева правосудия принимала своих гостей. Он стремился получить аудиенцию у королевы, чтобы обратить ее внимание на дело Эрни, которое тревожило его сердце. Но, несмотря на все его усилия и просьбы, королева отказывалась принять его и выслушать его аргументы. Войско Рорана исчезло, некоторые солдаты погибли по пути, а некоторые бежали. Таким образом, Роран оказался запертым в своих комнатах, заброшенным и проигнорированным. Ему оставалось только погрузиться в свои мысли, притворяясь, что медленно тонет в море вина, которое поддерживало его все эти долгие дни. Он мог лишь смотреть в окно и восхищаться пейзажами залива, разворачивающимися перед его глазами. Все это время Роран проводил, заставляя свой ум работать, размышляя о том, как он может повлиять на королеву и найти путь к ее сердцу. Его мысли превратились в сложный ковер из планов и идей, созданных его мозгом. Однако он осознавал, что время ускользает из его рук, а возможность увидеть королеву и представить свое дело все больше уменьшается. Роран понимал, что ему нужно действовать, но без поддержки королевы его силы казались недостаточными. Каждый день он боролся с собой и укреплял свою решимость, полируя свои мысли до блеска, готовясь пойти на все, чтобы достичь своей цели. Он прилагал усилия, достойные самых искусных дипломатов, чтобы создать картину, способную убедить королеву в важности его дела и уговорить ее принять его. В это время за окном его комнат открывался потрясающий вид на залив с его играющими цветами и сиянием света на воде. Роран наслаждался этими моментами, видя в них метафору своей жизни - полной разнообразия и чудес, даже в самые трудные времена. В течение всего этого времени его сопровождали Генри и Эд, которые разделяли его беспокойство о судьбе Эрни. И наконец, настал момент, когда Роран получил возможность покинуть ограничения своей комнаты. Он получил аудиенцию у королевы правосудия, о которой так тревожно просил. Вместе с друзьями он прибыл на лошадях во дворецкий сад, надеясь, что его мечты и изысканные планы будут видны в его глазах, отражая его долгую борьбу. Он был готов покорить сердце королевы и изменить судьбу Эрни.
— Не думаю, что это будет легко, — сказал Генри, спешившись с лошади.
Эд, чуть позже слезая, едва смог справиться с лошадью и даже упал. Генри вздохнул и подал ему руку.
— Простите, пожалуйста, — пробормотал парень, увидев неодобрительные взгляды мужчин.
Внезапно из ниоткуда к ним подошла молодая женщина, одетая в атласное платье цвета морской волны. Ее появление было таким изящным и грациозным, что все присутствующие замерли в ожидании ее слов. Она сообщила, что королева Мориса ждет их в беседке, расположенной в самом центре сада, и приказала сопроводить их к ней. С изумлением они последовали за ней по тропинкам, окруженным морем ярких цветов. Статуи богов, расставленные по саду с такой изящностью, что казалось, оживают, подчеркивали великолепие и магию этого места. Нежный шелест воды из фонтана наполнил воздух ювелирной чистотой и приносил ощущение благополучия. В конце тропинки они обнаружили беседку, где королева Мориса наслаждалась чашечкой чая. Ее одежда, строго серого цвета, и аккуратно причесанные волосы, назад указывали на ее серьезный и высокопоставленный статус. Рядом с ней сидела молодая девушка, углубленная в чтение книги вслух. При взгляде на нее сердце Рорана сжалось. Он видел небольшую темноволосую головку, маленькие руки и ножки. Девушка была точным отражением самого Рорана - карлика. Возможно, это была его единственная родственная душа. Внезапно королева Мориса перевела свой взгляд на мужчин, а ее компаньонка осторожно положила книгу в сторону. Она сместилась на край скамейки и готовилась приготовить еще три чашки чая. Этот жест выражал грустное примирение с реальностью и готовность заботиться о других.
— Ваше величество, — трое мужчин склонились перед королевой, а она в ответ улыбнулась им достойно.
