На следующем видео эта парочка уже совсем взрослая. Они сидят в кафе, поедают мороженное. Парнишка отвлекается, засмотревшись на какую-то светловолосую девочку. Лора двигает бровями, подавая знаки тому, кто снимает их на камеру. После чего она окликает своего брата, предлагает ему попробовать шоколадный рожок, который держит в руках. Бедный парнишка наклоняется за лакомством, но коварная сестра, мажет ему нос. Парень возмущается, озирается по сторонам, застеснявшись, но затем решает отомстить сестре. Он шлёпает своим мороженным на палочке по губам Лоры. Я ожидаю, что она разозлится, но вместо этого девушка смеётся, слизывая молочный десерт. Удивительно. И полностью противоречит с образом, которым я её наградил.
- Мой голос больше не звучит в том доме, где мой братик спит. Чужая я, чужие сны, чужие окна до весны. Мой голос больше не звучит в том доме, где мой братик спит. Чужая я, чужие сны, чужие окна до весны!
Парочка на экране обнимается, замирает, словно их фотографируют. И видео останавливается на этом снимке, синхронизируясь с последними звуками печальной мелодией.
Я перевожу взгляд на Лору, а в голове все ещё звучит её голос. Щеки раскраснелись, а глаза блестят от влаги. И дураку видно, что она сдерживается из последних сил.
Зал, естественно, аплодирует, но этот звук заглушает мое собственное сердцебиение и громкий всхлип Ули.
- Она потрясающая! – По частоте всхлипов понимаю, что девушка ревёт, словно дождик проливной. – Не зря я голосовала за неё. Это выступление даже лучше, чем ваше совместное.
Не могу с ней не согласиться. Никогда так заворожено не следил за происходящим. Дьявол, я весь обратился в слух! Никто кроме Вита никогда не заставлял меня полностью забыться. И это удалось девушке, которую я на дух не переношу. Хотя сейчас ненависть к ней поугасла.
Это было не просто выступление, чтобы заявить свое право на победу. Скорее это было послание родному человеку. Текст песни такой неопытный, но подпитанный искренними эмоциями, любовью, заботой и… болью. Сильной болью, с которой она решила справиться, рассказав всем.
При этом Лора не старалась шокировать, хайпануть или скопировать кого-нибудь. С помощью видеороликов она приоткрыла занавес своей жизни, а песней сказала о том, что эти времена уже прошли, и сейчас что-то изменилось.
Почему её голос больше не звучит там, где её брат? Случилось что-то плохое?
Я зажмурился и отвернулся. Вит был прав. Я ненавидел Лору Ви, потому что считал её жизнь идеальной, и вот она растоптала это утверждение.
Я не знал, что произошло. Я не знал, кто такая Лора Ви. И я не понимал, почему это меня волнует.
Зарычав я, бросился в спальню, где плюхнулся на кровать.
- Ты разве не хочешь узнать, победит ли она? – прокричала Уля мне вдогонку. Я не ответил, борясь с желанием выкинуть её из своей квартиры, выключить проклятый телевизор и посидеть в тишине.
Но вместо этого я закурил сигарету, опрокинулся на кровать, чтобы медленно потягивать никотин, глядя в пустой потолок.
Я дотянулся до телефона, чтобы посмотреть, не звонила ли мне Снежа. Я плохой брат. Моя сестра всегда была со мной. Даже в самые страшные минуты нашей жизни. Я мог просто взять и приехать к ней, когда пожелаю, но я не делал этого. Сейчас жалею об этом.
Наше детство отличалось от того, что я только что увидел. Мы со Снежкой никогда вот так беззаботно не смеялись. В голову закрадываются параноидальные мысли: а что если это моя вина? Да, обстоятельства складывались отвратительно, но ради малышки-сестренки я должен был стараться лучше. Просто принять чужих людей, которых она теперь считает своей семье, вдруг показалось недостаточно.
Завтра я куплю огромный букет, отправлюсь на отчётный концерт, а после свожу её в кафе-мороженное...
Я могу сказать, сколько я так лежал, обманывая самого себя, что не слушаю. Дым клубился вокруг меня, защищая от глаз внешнего мира. Я бы хотел уснуть, но вместо этого все слушал и слушал. А Уля сделала звук на максимум, и пусть только попробует сказать, что оглохла. Зараза делает это специально. Мне стоит уволить её. Но и она и я знаем, что я этого не сделаю.
- Итак! Первое место занимает...
Барабанная дробь. Я, сам того не заметив, задержал дыхание. Моё сердце забилось с новой силой. Я сжал простынь в кулаках, чтобы сдержаться и не броситься в гостиную.
– Лора Ви! – прокричал ведущий, срываясь на хрип.
- Ура! – взвизгнула Ульяна, перекрывая телевизор. – Победа! Я знала! Гай! Ты слышал?
Да, я слышал. Напряжённые мышцы расслабляются. Я поворачиваюсь лицом в подушку, чтобы спрятать довольную улыбку.
POV Вили
6 месяцев спустя
- Для тебя это будет очень хорошей возможностью, - продолжала тараторить девушка, которую я знаю всего неделю. И она, если честно, уже успела мне порядком поднадоесть. В частности, потому что обращалась все это время со мной словно с неразумным ребёнком. Это раздражает. Нет, у меня не было никакой звёздной болезни или чего-то подобного. Но она постоянно говорила и говорила, а я старалась сделать всё, чтобы её не слышать, применяя изрядную толику находчивости. – Кирилл Анатольевич был просто в восторге, когда подвернулся такой шанс. Слышала, что его песен хватит на целый альбом.
Я знала, что это значит. Как догадывалась, что это будет очередным пиар ходом. Бывшие враги вдруг записывают целый дуэтный альбом. Чем вам ни интересная новость, которую можно смаковать долго и со вкусом?
Кирилл Анатольевич уже говорил со мной на эту тему. Ему нужно раскурить меня, словно юлу. Я вернулась с первого в моей жизни гастрольного тура, который устроил проект для отличившихся участников, финалистов и победителя, то есть меня. И сразу закружилась в водовороте планов и надежд. Я подписала контракт, заручилась поддержкой продюсера, получила призовые деньги, жилье и ассистента в подарок.
Моя сольная песня достаточно долго кружилась в хит-парадах, на радио, на телевиденье, но, как однажды случается со всеми песнями, ей пришлось уступить место другим хитам. А мне надо двигаться дальше, выстреливая новинками.
Я думала, что на меня начнут давить. И очень была удивлена, когда этого не наблюдалось. Но, как оказалось, на меня уже были планы задолго до окончания групповых гастролей.
И прямо сейчас мне предстояло встретиться с этими планами лицом к лицу.
- Он уже знает, - все не унималась Ляля (так она себя называла). – Говорят, что он очень обрадовался тому, что вы снова будете выступать вместе.
Рад? Гай Биго рад тому, что придётся снова работать в дуэте со мной?
Эта девушка либо не знает Биго, чтобы иметь возможность в это поверить, либо просто наивная до невозможности. Я голосую за оба варианта. Громко прыскаю, вызывая неприкрытое удивление у Ляли. Её пепельно-белые волосы висят сухими прядями, а бюст выпирает из лифа топа. Думаю, она не просто мне ассистирует. Цель её несколько иная.
Гай Биго точно не будет довольным таким поворотом событий. После того, как он ушёл со сцены восемь месяцев назад, от него ничего не было слышно. Я знаю, что с ним связывались с предложением повторить номер на финальном концерте, но он наотрез отказался.
Ну и пусть! Я тщательно убеждаю себя, что меня это нисколечко не обидело. Не после того, как этот козёл облапал меня на сцене, полностью изменив сценарий выступления! Не после того, как он почти поставил засос на моей шее!
Признать честно, эта секундная близость до сих пор заставляла мой живот с трепетом сокращаться. Поэтому разумная сторона меня, которая и не думала обижено надувать губы, убеждала меня, что его отказ к лучшему. Не придётся переживать это заново. Кто знает, к какому краю это меня подтолкнёт?
Я опускаю подбородок вниз, чтобы ещё раз хорошенько рассмотреть бумаги формата А4, лежащие на моих коленях. Ляля была права: песен хватит на целый альбом. Но сегодня мне понадобится только одна, и я уже знаю её наизусть. Она почти каждую ночь все ещё напоминает мне о себе.
Хоть мы и исполнили её на концерте, на радио она так и не появилась. Наверняка, встал вопрос о необходимости распространения и об авторских правах. И сейчас вопрос решился. Все же, несмотря на то, что песня уже была записана на проекте, Кирилла Анатольевич решил, что лучше перезаписать. Не знаю, какое звучание он хотел получить, но ему виднее.
Машина двигалась в пробке со скоростью престарелой черепахи. Но мне казалось, что слишком быстро я приближаюсь к студии звукозаписи, где уже должен ждать Гай Биго. От осознания, что теперь мы проведём уйму времени вместе, пока будем записывать альбом, выступать на концертах и, возможно, снимать клипы. Живот связало, словно я проглотила гору хурмы.
Когда пришло время выбираться из машины, ноги отказывались идти. Я словно приклеилась к кожаному сиденью.
- Ты чего? – Ляля заглянула в салон, поняв, что я не последовала за ней. – Мы и так уже опоздали.
Я закусила губу, стараясь не обращать внимания на вытянувшееся лицо ассистентки, запихнула бумаги в маленький чёрный рюкзак, абсолютно точно помяв их, после чего, кривясь, вылезла из машины.
Пока мы шли по коридору, я чувствовала себя словно приговорённая к смерти. Ну, или к пыткам. Гай точно не встретит меня с распростёртыми объятиями. Скорее окинет презрительным взглядом, явно демонстрирующим своё отношение к идее совместного творчества.
Как только дверь открылась, мои глаза тут же принялись сканировать пространство в нервном поиске. И когда они увенчались успехом, я задержала дыхание, оробев.
Биго развалился на чёрном кожаным диванчике в углу студии с видом пафосного гавнюка. На нём тёмная обтягивающая футболка, не скрывающая гамму татуировок на шее и руках, и подранные джинсы. В его длинных пальцах, на которых тоже мелькают небольшие татушки, тлела сигарета, словно с вызовом окружая его дымным ореолом. Голубые глаза смотрят безжизненно, но, заметив меня, они словно оживают, сбрасывая ленивое оцепенение, и тут же вспыхивают неприязнью. Словно даже смотреть на меня тошно. Хотя это не мешает ему оценочно исследовать мой внешний вид, которым он, судя по всему, остался не доволен.
Я стискиваю зубы, чтобы не подать вида, как меня это задело. Боже, надеюсь, я не покраснела, а то прямо сейчас в моей голове нежданно-негаданно вспыхнули картинки, которые я день за днём представляла, прежде чем погрузиться в сонную негу. Озвучивать эти фантазии я не решалась при свете солнца. Главным героем всегда был этот надменный придурок. Его руки и губы неизменно скользили по моему телу, лаская чувствительную кожу…
Я задерживаю дыхание чуть дольше, чтобы избавиться от навязчивых воспоминаний, о которых я сейчас жалею. Отвожу взгляд, чтобы смотреть на кого угодно, лишь бы не выдать тот хаос, что кружит в моей голове.
- А! – воскликнул Кирилл Анатольевич. Не знала, что он тоже будет здесь. – Вот и ты, Вили! Морщусь, услышав своё настоящее имя, надеясь, что никто не заметит. Не слышала его с того момента, когда появилась Лора Ви. Конечно, исключением были дедушка и Захар, но первый не обращался ко мне по имени, называя внученькой. - Как настрой? Готова хорошенько потрудиться?
- Здравствуйте, - растягиваю губы, молясь, чтобы было похоже на искреннюю улыбку, - конечно, всегда готова.
Слышу за спиной смешок, делаю вдох. В горле запершило от едкого дыма. Как Гай ещё после такого в состоянии петь? Борюсь с желанием прокашляться. Кирилл Анатольевич замечает, смотрит на источник дыма позади меня.
- Почему бы тебе не докурить на улице? – Продюсер поджимает губы. – А еще лучше бросить совсем эту гадость.
- Я уже устал повторять ему это, - пожаловался невысокий полноватый мужчина – директор Гая.
- Свой голос певец должен беречь, словно сокровище, - принялся за наставления Кирилл Анатольевич. Он это дело любит, хотя не думаю, что кому-то помогли его умозаключения.
Вот и Гая лишь разозлили. Отчётливо слышу, как заскрипели зубы парня, затем окурок с шумом приземляется в урну.
- Мы ещё даже не начали работать вместе, а из-за неё уже куча правил, - пробубнил он так, чтобы все слышали его недовольство.
- Правила? – удивляюсь, резко разворачиваюсь. – Какие ещё правила?
Гай смотрит на мои хлопающие ресницы, приподнимая брови и, видимо, размышляя, притворяюсь я или нет. Он поворачивается, плюхается обратно на диванчик.
- Так что там с правилами? – повторяю я.
- Не переживай, - вмешивается Ляля, - для тебя нет ни одного.
Шире раскрывая глаза, молча спрашивая: это что ещё за новости?
В это время в комнату входит Ульяна – ассистентка Гая, удерживая в руках картонный подстаканник, в котором расположились четыре бумажных стакана со свежим кофе. Она приветливо улыбается мне, словно и правда рада видеть. Я искренне отвечаю ей тем же. Уля нравится мне гораздо больше, чем Ляля. В частности, потому что мозги у неё на месте.
- Что так долго? – капризно спрашивает Биго, но девушка в ответ даже бровью не ведёт. Выдержки ей не занимать.
- Вот, держи.
Хорошенькая блондинка протягивает ему стакан с кофе. Второй передает директору Гая, третий Кириллу Анатольевичу.
- О, - девушка смотрит на меня, затем опускает взгляд на кофе, и я понимаю, что на меня она не рассчитывала, - хочешь?
- Нет, спасибо, - отвечаю, поспешно махнув рукой, - я уже пила сегодня кофе.
- Не… - заикнулась было Ляля, видимо, собираясь поведать, что никакого кофе я сегодня не успела выпить. Она подняла меня с кровати, чуть ли не сама одела, после чего запихнула в машину, постоянно повторяя, что пробки нынче ошалели, и такими темпами мы точно опоздаем.
Я смотрю на неё, призывая закрыть свой рот. В этот момент ловлю на себе любопытный взгляд парня, нарочито медленно потягивающего кофе из своего стаканчика. Сомневаться не приходится: он всё понял.
- Ну, что, - выдыхаю я, старательно вкладываю в голос как можно больше бодрости, - может, начнём?
- Да! – отозвался мой продюсер. – Раз все в сборе. – Он покрутил телефон в своих руках, затем поднес его к лицу, чтобы разблокировать. Ещё несколько манипуляций, и дверь позади меня вновь открылась. – Вили, познакомься с Димой и Славой. – Я киваю, улыбаюсь, получая в ответ приятные взгляды. После того, как победила в проекте, таких взглядов стало чересчур много. Не скажу, что меня это радует, или раздувает моё эго. Скорее, они дико меня смущают. – Они звукоинженеры.
- Очень приятно.
POV Биго
От злости я так сильно сжал стаканчик, что чуть не выплеснул обжигающий напиток себе в лицо.
Ей очень приятно? Неужели? Поэтому она так приторно сладко улыбается этим олухам?
Ладно-ладно! Они вовсе не олухи, а толковые ребята. Но мне точно не нравится то, как их глаза проехались по её телу. На ней сегодня слишком короткое летнее платье, оголяющее хрупкие плечи и упругие бёдра. А волосы она собрала очень… мило, что ли. На макушке намотаны две култышки-рожки, но на плечах все же осталась основная масса кудрявой гривы. Синие пряди куда-то исчезли. Жаль. Они были очень даже ничего.
А злюсь я, потому что мне она вообще ни разу не улыбнулась. Упрямый голосок внутри пропищал, что я и не заслужил. Хотя именно благодаря мне и моей идее номера, она уверенно заняла позицию лидера проекта, ни разу не спустившись с пьедестала. Всё тот же голос перечил, говоря, что если бы не я, то она бы стала лидером ещё после первого кастинга. Хмурюсь. Все сложно.
- Мой голос больше не звучит в том доме, где мой братик спит. Чужая я, чужие сны, чужие окна до весны. Мой голос больше не звучит в том доме, где мой братик спит. Чужая я, чужие сны, чужие окна до весны!
Парочка на экране обнимается, замирает, словно их фотографируют. И видео останавливается на этом снимке, синхронизируясь с последними звуками печальной мелодией.
Я перевожу взгляд на Лору, а в голове все ещё звучит её голос. Щеки раскраснелись, а глаза блестят от влаги. И дураку видно, что она сдерживается из последних сил.
Зал, естественно, аплодирует, но этот звук заглушает мое собственное сердцебиение и громкий всхлип Ули.
- Она потрясающая! – По частоте всхлипов понимаю, что девушка ревёт, словно дождик проливной. – Не зря я голосовала за неё. Это выступление даже лучше, чем ваше совместное.
Не могу с ней не согласиться. Никогда так заворожено не следил за происходящим. Дьявол, я весь обратился в слух! Никто кроме Вита никогда не заставлял меня полностью забыться. И это удалось девушке, которую я на дух не переношу. Хотя сейчас ненависть к ней поугасла.
Это было не просто выступление, чтобы заявить свое право на победу. Скорее это было послание родному человеку. Текст песни такой неопытный, но подпитанный искренними эмоциями, любовью, заботой и… болью. Сильной болью, с которой она решила справиться, рассказав всем.
При этом Лора не старалась шокировать, хайпануть или скопировать кого-нибудь. С помощью видеороликов она приоткрыла занавес своей жизни, а песней сказала о том, что эти времена уже прошли, и сейчас что-то изменилось.
Почему её голос больше не звучит там, где её брат? Случилось что-то плохое?
Я зажмурился и отвернулся. Вит был прав. Я ненавидел Лору Ви, потому что считал её жизнь идеальной, и вот она растоптала это утверждение.
Я не знал, что произошло. Я не знал, кто такая Лора Ви. И я не понимал, почему это меня волнует.
Зарычав я, бросился в спальню, где плюхнулся на кровать.
- Ты разве не хочешь узнать, победит ли она? – прокричала Уля мне вдогонку. Я не ответил, борясь с желанием выкинуть её из своей квартиры, выключить проклятый телевизор и посидеть в тишине.
Но вместо этого я закурил сигарету, опрокинулся на кровать, чтобы медленно потягивать никотин, глядя в пустой потолок.
Я дотянулся до телефона, чтобы посмотреть, не звонила ли мне Снежа. Я плохой брат. Моя сестра всегда была со мной. Даже в самые страшные минуты нашей жизни. Я мог просто взять и приехать к ней, когда пожелаю, но я не делал этого. Сейчас жалею об этом.
Наше детство отличалось от того, что я только что увидел. Мы со Снежкой никогда вот так беззаботно не смеялись. В голову закрадываются параноидальные мысли: а что если это моя вина? Да, обстоятельства складывались отвратительно, но ради малышки-сестренки я должен был стараться лучше. Просто принять чужих людей, которых она теперь считает своей семье, вдруг показалось недостаточно.
Завтра я куплю огромный букет, отправлюсь на отчётный концерт, а после свожу её в кафе-мороженное...
Я могу сказать, сколько я так лежал, обманывая самого себя, что не слушаю. Дым клубился вокруг меня, защищая от глаз внешнего мира. Я бы хотел уснуть, но вместо этого все слушал и слушал. А Уля сделала звук на максимум, и пусть только попробует сказать, что оглохла. Зараза делает это специально. Мне стоит уволить её. Но и она и я знаем, что я этого не сделаю.
- Итак! Первое место занимает...
Барабанная дробь. Я, сам того не заметив, задержал дыхание. Моё сердце забилось с новой силой. Я сжал простынь в кулаках, чтобы сдержаться и не броситься в гостиную.
– Лора Ви! – прокричал ведущий, срываясь на хрип.
- Ура! – взвизгнула Ульяна, перекрывая телевизор. – Победа! Я знала! Гай! Ты слышал?
Да, я слышал. Напряжённые мышцы расслабляются. Я поворачиваюсь лицом в подушку, чтобы спрятать довольную улыбку.
Глава 17
POV Вили
6 месяцев спустя
- Для тебя это будет очень хорошей возможностью, - продолжала тараторить девушка, которую я знаю всего неделю. И она, если честно, уже успела мне порядком поднадоесть. В частности, потому что обращалась все это время со мной словно с неразумным ребёнком. Это раздражает. Нет, у меня не было никакой звёздной болезни или чего-то подобного. Но она постоянно говорила и говорила, а я старалась сделать всё, чтобы её не слышать, применяя изрядную толику находчивости. – Кирилл Анатольевич был просто в восторге, когда подвернулся такой шанс. Слышала, что его песен хватит на целый альбом.
Я знала, что это значит. Как догадывалась, что это будет очередным пиар ходом. Бывшие враги вдруг записывают целый дуэтный альбом. Чем вам ни интересная новость, которую можно смаковать долго и со вкусом?
Кирилл Анатольевич уже говорил со мной на эту тему. Ему нужно раскурить меня, словно юлу. Я вернулась с первого в моей жизни гастрольного тура, который устроил проект для отличившихся участников, финалистов и победителя, то есть меня. И сразу закружилась в водовороте планов и надежд. Я подписала контракт, заручилась поддержкой продюсера, получила призовые деньги, жилье и ассистента в подарок.
Моя сольная песня достаточно долго кружилась в хит-парадах, на радио, на телевиденье, но, как однажды случается со всеми песнями, ей пришлось уступить место другим хитам. А мне надо двигаться дальше, выстреливая новинками.
Я думала, что на меня начнут давить. И очень была удивлена, когда этого не наблюдалось. Но, как оказалось, на меня уже были планы задолго до окончания групповых гастролей.
И прямо сейчас мне предстояло встретиться с этими планами лицом к лицу.
- Он уже знает, - все не унималась Ляля (так она себя называла). – Говорят, что он очень обрадовался тому, что вы снова будете выступать вместе.
Рад? Гай Биго рад тому, что придётся снова работать в дуэте со мной?
Эта девушка либо не знает Биго, чтобы иметь возможность в это поверить, либо просто наивная до невозможности. Я голосую за оба варианта. Громко прыскаю, вызывая неприкрытое удивление у Ляли. Её пепельно-белые волосы висят сухими прядями, а бюст выпирает из лифа топа. Думаю, она не просто мне ассистирует. Цель её несколько иная.
Гай Биго точно не будет довольным таким поворотом событий. После того, как он ушёл со сцены восемь месяцев назад, от него ничего не было слышно. Я знаю, что с ним связывались с предложением повторить номер на финальном концерте, но он наотрез отказался.
Ну и пусть! Я тщательно убеждаю себя, что меня это нисколечко не обидело. Не после того, как этот козёл облапал меня на сцене, полностью изменив сценарий выступления! Не после того, как он почти поставил засос на моей шее!
Признать честно, эта секундная близость до сих пор заставляла мой живот с трепетом сокращаться. Поэтому разумная сторона меня, которая и не думала обижено надувать губы, убеждала меня, что его отказ к лучшему. Не придётся переживать это заново. Кто знает, к какому краю это меня подтолкнёт?
Я опускаю подбородок вниз, чтобы ещё раз хорошенько рассмотреть бумаги формата А4, лежащие на моих коленях. Ляля была права: песен хватит на целый альбом. Но сегодня мне понадобится только одна, и я уже знаю её наизусть. Она почти каждую ночь все ещё напоминает мне о себе.
Хоть мы и исполнили её на концерте, на радио она так и не появилась. Наверняка, встал вопрос о необходимости распространения и об авторских правах. И сейчас вопрос решился. Все же, несмотря на то, что песня уже была записана на проекте, Кирилла Анатольевич решил, что лучше перезаписать. Не знаю, какое звучание он хотел получить, но ему виднее.
Машина двигалась в пробке со скоростью престарелой черепахи. Но мне казалось, что слишком быстро я приближаюсь к студии звукозаписи, где уже должен ждать Гай Биго. От осознания, что теперь мы проведём уйму времени вместе, пока будем записывать альбом, выступать на концертах и, возможно, снимать клипы. Живот связало, словно я проглотила гору хурмы.
Когда пришло время выбираться из машины, ноги отказывались идти. Я словно приклеилась к кожаному сиденью.
- Ты чего? – Ляля заглянула в салон, поняв, что я не последовала за ней. – Мы и так уже опоздали.
Я закусила губу, стараясь не обращать внимания на вытянувшееся лицо ассистентки, запихнула бумаги в маленький чёрный рюкзак, абсолютно точно помяв их, после чего, кривясь, вылезла из машины.
Пока мы шли по коридору, я чувствовала себя словно приговорённая к смерти. Ну, или к пыткам. Гай точно не встретит меня с распростёртыми объятиями. Скорее окинет презрительным взглядом, явно демонстрирующим своё отношение к идее совместного творчества.
Как только дверь открылась, мои глаза тут же принялись сканировать пространство в нервном поиске. И когда они увенчались успехом, я задержала дыхание, оробев.
Биго развалился на чёрном кожаным диванчике в углу студии с видом пафосного гавнюка. На нём тёмная обтягивающая футболка, не скрывающая гамму татуировок на шее и руках, и подранные джинсы. В его длинных пальцах, на которых тоже мелькают небольшие татушки, тлела сигарета, словно с вызовом окружая его дымным ореолом. Голубые глаза смотрят безжизненно, но, заметив меня, они словно оживают, сбрасывая ленивое оцепенение, и тут же вспыхивают неприязнью. Словно даже смотреть на меня тошно. Хотя это не мешает ему оценочно исследовать мой внешний вид, которым он, судя по всему, остался не доволен.
Я стискиваю зубы, чтобы не подать вида, как меня это задело. Боже, надеюсь, я не покраснела, а то прямо сейчас в моей голове нежданно-негаданно вспыхнули картинки, которые я день за днём представляла, прежде чем погрузиться в сонную негу. Озвучивать эти фантазии я не решалась при свете солнца. Главным героем всегда был этот надменный придурок. Его руки и губы неизменно скользили по моему телу, лаская чувствительную кожу…
Я задерживаю дыхание чуть дольше, чтобы избавиться от навязчивых воспоминаний, о которых я сейчас жалею. Отвожу взгляд, чтобы смотреть на кого угодно, лишь бы не выдать тот хаос, что кружит в моей голове.
- А! – воскликнул Кирилл Анатольевич. Не знала, что он тоже будет здесь. – Вот и ты, Вили! Морщусь, услышав своё настоящее имя, надеясь, что никто не заметит. Не слышала его с того момента, когда появилась Лора Ви. Конечно, исключением были дедушка и Захар, но первый не обращался ко мне по имени, называя внученькой. - Как настрой? Готова хорошенько потрудиться?
- Здравствуйте, - растягиваю губы, молясь, чтобы было похоже на искреннюю улыбку, - конечно, всегда готова.
Слышу за спиной смешок, делаю вдох. В горле запершило от едкого дыма. Как Гай ещё после такого в состоянии петь? Борюсь с желанием прокашляться. Кирилл Анатольевич замечает, смотрит на источник дыма позади меня.
- Почему бы тебе не докурить на улице? – Продюсер поджимает губы. – А еще лучше бросить совсем эту гадость.
- Я уже устал повторять ему это, - пожаловался невысокий полноватый мужчина – директор Гая.
- Свой голос певец должен беречь, словно сокровище, - принялся за наставления Кирилл Анатольевич. Он это дело любит, хотя не думаю, что кому-то помогли его умозаключения.
Вот и Гая лишь разозлили. Отчётливо слышу, как заскрипели зубы парня, затем окурок с шумом приземляется в урну.
- Мы ещё даже не начали работать вместе, а из-за неё уже куча правил, - пробубнил он так, чтобы все слышали его недовольство.
- Правила? – удивляюсь, резко разворачиваюсь. – Какие ещё правила?
Гай смотрит на мои хлопающие ресницы, приподнимая брови и, видимо, размышляя, притворяюсь я или нет. Он поворачивается, плюхается обратно на диванчик.
- Так что там с правилами? – повторяю я.
- Не переживай, - вмешивается Ляля, - для тебя нет ни одного.
Шире раскрывая глаза, молча спрашивая: это что ещё за новости?
В это время в комнату входит Ульяна – ассистентка Гая, удерживая в руках картонный подстаканник, в котором расположились четыре бумажных стакана со свежим кофе. Она приветливо улыбается мне, словно и правда рада видеть. Я искренне отвечаю ей тем же. Уля нравится мне гораздо больше, чем Ляля. В частности, потому что мозги у неё на месте.
- Что так долго? – капризно спрашивает Биго, но девушка в ответ даже бровью не ведёт. Выдержки ей не занимать.
- Вот, держи.
Хорошенькая блондинка протягивает ему стакан с кофе. Второй передает директору Гая, третий Кириллу Анатольевичу.
- О, - девушка смотрит на меня, затем опускает взгляд на кофе, и я понимаю, что на меня она не рассчитывала, - хочешь?
- Нет, спасибо, - отвечаю, поспешно махнув рукой, - я уже пила сегодня кофе.
- Не… - заикнулась было Ляля, видимо, собираясь поведать, что никакого кофе я сегодня не успела выпить. Она подняла меня с кровати, чуть ли не сама одела, после чего запихнула в машину, постоянно повторяя, что пробки нынче ошалели, и такими темпами мы точно опоздаем.
Я смотрю на неё, призывая закрыть свой рот. В этот момент ловлю на себе любопытный взгляд парня, нарочито медленно потягивающего кофе из своего стаканчика. Сомневаться не приходится: он всё понял.
- Ну, что, - выдыхаю я, старательно вкладываю в голос как можно больше бодрости, - может, начнём?
- Да! – отозвался мой продюсер. – Раз все в сборе. – Он покрутил телефон в своих руках, затем поднес его к лицу, чтобы разблокировать. Ещё несколько манипуляций, и дверь позади меня вновь открылась. – Вили, познакомься с Димой и Славой. – Я киваю, улыбаюсь, получая в ответ приятные взгляды. После того, как победила в проекте, таких взглядов стало чересчур много. Не скажу, что меня это радует, или раздувает моё эго. Скорее, они дико меня смущают. – Они звукоинженеры.
- Очень приятно.
POV Биго
От злости я так сильно сжал стаканчик, что чуть не выплеснул обжигающий напиток себе в лицо.
Ей очень приятно? Неужели? Поэтому она так приторно сладко улыбается этим олухам?
Ладно-ладно! Они вовсе не олухи, а толковые ребята. Но мне точно не нравится то, как их глаза проехались по её телу. На ней сегодня слишком короткое летнее платье, оголяющее хрупкие плечи и упругие бёдра. А волосы она собрала очень… мило, что ли. На макушке намотаны две култышки-рожки, но на плечах все же осталась основная масса кудрявой гривы. Синие пряди куда-то исчезли. Жаль. Они были очень даже ничего.
А злюсь я, потому что мне она вообще ни разу не улыбнулась. Упрямый голосок внутри пропищал, что я и не заслужил. Хотя именно благодаря мне и моей идее номера, она уверенно заняла позицию лидера проекта, ни разу не спустившись с пьедестала. Всё тот же голос перечил, говоря, что если бы не я, то она бы стала лидером ещё после первого кастинга. Хмурюсь. Все сложно.
