Во-вторых, есть вещи, на которые я не могу повлиять, а раз так, то какой смысл переживать? Лучшее, что я сейчас могу для себя сделать, это быть бодрым и сытым. И искать подходящую возможность для побега. Самая сложная часть плана позади. Я сумел всех убедить, что цветы крайне необходимы, и без них никак. До полудня меня никто не трогал. Я спокойно обрабатывал свои раны, пока в лагере кипела работа. Я затребовал просто колоссальное количество ресурсов, для своего варева. Ближе к обеду, меня наконец позвал Гарубан.
— Все быть готово. Идти со мной.
Я встал, взял свои вещи, и последовал за стариком. Не знаю где, но эти туземцы и правда раздобыли огромный котел, который по их заверениям может уместить в себя около 80—100 литров воды, а толщина его стенок толще моей ладони. Здоровый зараза, тяжелый, наверное. Его уже наполнили водой, а под ним уже были сложены дрова для костра. Осталось только положить все ингредиенты, и поджечь. Но я же не могу все сделать слишком просто? Иначе, если все будет слишком просто, то зачем буду нужен я?
Внимательно изучив ингредиенты, я отправил помощницу лекаря по имени Каяра к колодцу, что бы она более тщательно промыла некоторые коренья. Меня до сих пор бросает в дрожь ее одежда из человеческой кожи, несмотря на то, что девушка довольно симпатичная.
Наконец, будучи полностью убежден, что все готово, я приступил к готовке. Забраковав несколько белых змеиных цветков только по ведомым мне недостаткам, я добавил первый десяток в чан. Убрав почти все дрова, я зажег очень маленькое пламя, в котором горело буквально полтора полена, и остался караулить его. Каждый час, я добавлял еще по паре ингредиентов в свой чан, который еще даже не начал нагреваться.
В тоже самое время, 2 обычных патрульных внимательно наблюдали за всеми действиями Алтанара.
— Он что, дурак? Такой большой чан с холодной водой, и таким маленьким огоньком, он же до ночи его кипятить будет!
Едва он закончил говорить, другой дал ему подзатыльник.
— Молчи, сам ты дурак! Это ученик великого мастера! Даже наш великий целитель Банзей сказал, что их методы обработки трав на совершенно ином уровне! Раз он сделал такое слабое пламя, значит так надо!
…
С таким огоньком, мое варево закипело лишь к ночи. Я добавил все необходимые ингредиенты, и периодически подливал воду, чтобы все не выкипело. Старик Банзей со своей помощницей постоянно крутились рядом со мной в своей жуткой кожаной одежде. Спустя какое-то время, они начали дежурить около меня по очереди. Не знаю из-за чего, но от моего котла начало исходить странное горькое зловоние. Это было похоже на смесь запаха старых носков, рыбы, и приторно сладкого миндаля. Ко мне несколько раз походил Гарубан, но я уверял его, что это нормально, так и задумано. Я следил за огнем до глубокой ночи, и едва держался, чтобы не уснуть. Когда мне уже совсем надоело сидеть и корчить комедию, я гордо объявил, что мое варево готово, и пошел спать. Перед этим, при помощи Гарубана, я объяснил, что отвар ни в коем случае не должен остывать, и его всегда нужно поддерживать горячим. Горячее обильное питье помогает при простуде, верно? Значит и при отравлении поможет. Прежде чем я ушел, меня заставили самому попробовать отвар, и я не смог отказать. Меня чуть не вырвало от бесподобного вкуса моего варева, а во рту потом всю ночь было мерзкое послевкусие, как будто кошки насрали. А ведь это будут давать больным, по три литра в день каждому. Не ну а что? Они значит могут пытать нас и сдирать с нас кожу, а мне нельзя даже немного их помучить? Я конечно не специально, такой богомерзкий запах с еще более отвратительным вкусом получился случайно, но что с того? Где вообще было видано хоть одно лекарство, которое было вкусными и приятным? Чем противнее на вкус, тем полезнее!
…
В тоже самое время, Мия смотрела, и недоумевала. Что вообще происходит? Алтанар весь день сидит, и с умным видом варит какое-то непонятное зловонное зелье, от которого воротит живот, а запах распространяется на многие километры вокруг. Не похоже, что его там пытают. Более того, его там не просто кормят, но Алтанар еще и указания раздает! Мия не выдержала и сказала
— Какого хрена он там вообще делает!? Мы тут за него переживаем, а он мало того, что сдал нас, так еще и жирует сидит! Еще и баба какая-то около него постоянно крутится! — Мия сжала кулаки, и аж покраснела от злости. Белбас с Фаркасом недоумевающе переглянулись, а Ями тихонько рассмеялся, и сказал про себя
— Хах, а пацан молодец.
…
Следующим утром, меня разбудили возбужденные вздохи и ахи. Едва я вышел из своей палатки, как Гарубан слегка поклонился мне, и сказал
— От лица наш народ, мы благодарить молодой мастер. Твой великий отвар хоть и очень вонять, но помогать наш больной. Они уже чувствовать себя хороший — искренне улыбаясь, сказал Гарубан. За ним стоял старик Банзей и Каяра, а также несколько других вояк, в том числе и женщин. Народу в лагере было даже меньше, чем вчера. Многие отправились искать белый змеиный цветок, в то время как другие, покусанные змеями, отправились в лазарет на лечение. Несколько воинов не вернулось со вчерашнего дня, скорее всего они уже никогда не вернутся. Я долго выслушивал хвалебные тирады. Меня накормили, и попросили сварить больше отвара. Кажется, никто до последнего не верил, что мой отвар сработает. Еще бы он не сработал, я туда столько тонизирующего и обезболивающего напер, что даже слон будет скакать как кузнечик.
Каяра — так зовут ту молодую помощницу лекаря. Ее назначили моим помощником, и она теперь как тень, всюду следует за мной по пятам. Разве что отворачивается, когда я иду в туалет. Скорее всего, ее поставили следить за мной, чтобы в будущем, они могли готовить отвар без меня. Нужно придумать, как усложнить процесс приготовления.
Следующие два дня, я готовил свое варево особенно скрупулёзно. Ведь, теперь у меня появился зритель, еще и довольно симпатичный! Теперь мне уже не было так скучно, как вчера, потому что я мог театрально выделываться, и все это принималось за чистую монету. Но если честно, лучше бы я поскучал, ведь ее приставили ко мне не как «помощницу», а как надзирателя. Я постоянно менял количество токсин выводящих ингредиентов, а также время их добавления в общий котел.
…
Вечером, после того как Алтанар закончить варить очередную дозу лечебного отвара.
Каяра зашла в палатку, с очень недовольным, красным лицом. Она была злая как собака, казалось вот-вот пар из ушей пойдет, а руки, сжатые в кулаки, тряслись.
— Тебе удалось понять, как он готовит свой отвар? — спросил Банзей. Девушка молча опустила голову, и отрицательно покачала головой.
— Неужели он действительно настолько сложный? У тебя же феноменальная память, для тебя это должно быть плевым делом. Сколько времени тебе еще нужно? — вновь спросил Банзей, прищурив глаза.
— Я совершенно ничего не могу понять! — громко вскрикнула Каяра.
— Хоть он и говорил, что температура должна быть низкой, но он постоянно меняет ее! Сначала он кладет больше дров, температура увеличивается, затем они выгорают, температура падает, а потом он опять разжигает большой огонь. А еще травы, за эти два дня он делал все совершенно по-разному! Я никак не могу понять логику приготовления этого отвара, такое чувство, что он просто водит нас за нос! А еще он постоянно выпендривается, даже в мелочах! Как же это бесит! Да когда мне было восемь, я лучше него очищала коренья от поросли! — девушка вывалила все, что скопилось у нее на душе за эти два дня.
Старик глубоко задумался.
— Поначалу, видя, как небрежно он делал свою первую партию, я тоже думал, что он тянет время. Он делал это так… как будто занимается этим впервые в жизни. А этот запах, благослови меня Кохан, я не могу там находиться, у меня от него кружится голова. Но как не странно, это лекарство работает. Больные уже чувствуют себя лучше. У них понемногу появился аппетит, а черные точки уже не так сильно болят. Вполне возможно, что через две недели им и правда станет легче. Но есть новости и похуже. Несколько наших воинов до сих пор не вернулись. Что еще хуже, разведчики говорят, что уже почти собрали весь змеиный цветок в ближайших окрестностях, и теперь придётся расширить зону поиска. Еще более неприятно то, что этот цветок не просто является гнездом для змей, он очень часто растет в местах где водятся монстры. Если мы и дальше продолжим терять людей, то Вождь может просто вернуть всех на свои места, и бросить больных.
— Учитель, вы думаете он действительно может так сделать? — удивленно спросила Каяра.
— Может случиться так, что у него не останется выбора. Люди недовольны, им каждый день приходится рисковать жизнью. Рано или поздно, у кого-нибудь может возникнуть мысль убить нашего пленника, а без него мы не сможем продолжать готовить отвар — мрачно сказал старик Банзей.
— Вы думаете, кто-то действительно может так сделать!? — ошеломленно спросила Каяра, а потом продолжила
— Там же у многих находятся родственники, жены, там мой брат!
Банзей тяжело вздохнул.
— Сейчас люди просто слегка недовольны. Но подумай, что будет дальше? Если цветы уже закончились на ближайших территориях, то что будет через неделю? Насколько далеко им придется ехать? Успеют ли они собрать цветы и вернуться вовремя? А сколько их них вообще смогут вернуться? Этот, Алтанар сказал, что болезнь уже укоренилась в этих людях, и даже двух недель может быть недостаточно. Он всего лишь пленник, если его убьют, никто не будет скорбеть. Но если ты научишься варить отвар, то тебя никто не тронет, потому что ты — одна из нас.
Каяра нахмурилась, и долго молчала. Банзей глубоко вздохнул, а затем сказал
— Наверняка, этот Алтанар умолчал о многих аспектах приготовления своего отвара. Признаться, я впервые слышу эту, его теорию, о катализаторе. Но за годы своей практики, я действительно обнаружил, что некоторые растения, действительно могут взаимодействовать друг с другом, дополняя друг друга и усиливая лечебный эффект, поэтому его слова похожи на правду. Алтанар умный парень, и он так же понимает, с какой целью тебя приставили к нему. До тех пор, пока он нужен нам, к нему будут хорошо относиться, и он будет жить. Но если ты научишься готовить отвар без него, то он утратит свой единственный и самый мощный рычаг давления, поэтому он всеми силами будет стараться скрыть от тебя любые детали. Тебе нужно втереться к нему в доверие. Я попрошу Гарубана, что бы он поучил тебя их языку. Я обещал твоему отцу позаботиться о вас с братом. Беда еще не пришла, но мы уже должны начать готовиться к худшему. Тебе нужно до конца недели понять хотя бы основной принцип приготовления. Даже если твой отвар будет в два, или три раза менее эффективен, чем у этого чужака, пусть нам месяц придется поить твоего брата, но мы должны спасти хотя бы его. Я уже стар, и ко мне Алтанар относится более настороженно, но ты, моя лучшая ученица, еще так молода, но уже многое знаешь. Не показывай ему своих знаний, и незаметно выведай у него все что сможешь.
— Хорошо учитель, я все сделаю — сказала Каяра, с решительным блеском в глазах.
…
Каяра внезапно заговорила. Я в шоке. Насколько я понял, она знает всего около 100 слов. Компенсируя нехватку словарного запаса жестами, она буквально начала выпытывать у меня, что и зачем я делаю. Почему мало дров, почему много, почему я положил кору тосан так поздно, вчера я положил ее раньше. Ей богу, было лучше, когда она молчала! У меня уже голова от нее кругом! Будто маленький ребенок почемучка, с тысячей вопросов из разряда, почему небо голубое. Если буквально вчера, я был весел, и показывал, как играючи я все делаю, то сегодня я был мрачен и немногословен. Она меня достала, и у меня в голове начал зарождаться очередной план.
На следующий день, я все делал, как всегда. Никакой структуры, никакой логики. Клал ингредиенты в котел как попало и когда мне вздумается. Теоретически, я им готовлю простейший чай, из кучи полезных и не очень трав, в котором присутствует легкое обезболивающее и тонизирующая трава. По сути, эти два ингредиента, в сочетании корой тосан, применять вместе крайне не рекомендуется, но свежеприготовленный раствор из этих компонентов дает взрывной эффект бодрости и притупляет болевые рецепторы, от чего больным и раненным кажется, будто им становится лучше. Его иногда дают солдатам перед боем, или раненным, когда нужно срочно отступать. Этот отвар вызывает привыкание, и с каждым приемом теряет эффективность. Если не увеличивать дозу лекарств, то через две недели он совсем утратит свои тонизирующие свойства. Гарубан уже интересовался, можно ли давать такой отвар больше трех литров в день, потому как некоторые больные просят еще. Нужно выждать еще несколько дней. Змеиный цветок наверняка уже начал заканчиваться в местах около лагеря, и скоро воинам и разведчикам придется уходить на большие расстояния, чтобы найти его. Что бы удовлетворить мои потребности, им придется отправить еще больше людей на поиски. Патрульных станет меньше, и это будет идеальное время для побега. Нужно только отделаться от этой настырной девочки.
Время шло к вечеру, и отвар был почти готов. Я положил все необходимое, и в запасе у меня оставалось около 15 белых змеиных цветов. Каяра весь день назойливо крутилась вокруг меня, внимательно следя за каждым моим шагом. Я окликнул ее, и попросил помочь. После двух дней полного отсутствия внимания с моей стороны, на ее лице расцвела лучезарная улыбка, и она быстро подбежала ко мне.
— Каяра, слушай внимательно. Мне срочно нужно отойти… в туалет. Вот-вот подойдет время, чтобы добавить один из главных ингредиентов. Если я не успею вернуться, это придется сделать тебе. Возьми в кладовой один стебель пятнистого камыша среднего размера, и добавь его примерно через 10 минут. На стебле камыша должно быть как можно больше черных вкраплений, ты поняла меня?
Девушка энергично закивала головой и сказала
— Ложить камыш средний один штук много пятен — она показа 10 пальцев — время, да?
— да, все верно — я удовлетворенно кивнул, и отправился по делам.
Спустя некоторое время, в лагере поднялась паника.
Я спокойно сидел в туалете и ждал, как вдруг дверь стали нервно стучать.
— Идти, идти, быстро! — взволнованно кричала Каяра.
Я прочистил горло, и ответил
— Одну минуту. Я почти закончил.
Спустя около 30 вдохов, я вышел. Каяра схватила меня за руку, и бегом потащила в сторону моего рабочего места. Когда мы прибыли, она указала пальцем на котел, и испуганно начала тараторить на смеси из понятных мне слов, и непонятного мне ее родного языка, а в конце подвела итог.
— Камыш ложить, пена — вуууу! — она показала руками что-то большое, вздымающееся откуда-то снизу. Проще говоря, с котла начала валить пена. Не сказать, чтобы ее прям было много, так, слегка. Но в другие разы, когда я готовил свое варево, пены не было, а это значит, что что-то пошло не так. Я с деловым видом подошел к котлу. Вдохнул прекрасный аромат моего варева, деловито разогнал половником пену, и с мрачным лицом, вынес свой вердикт.
— Отвар испорчен. Его нельзя пить.
Каяру всю затрясло, а на глазах начали выступать слезы.
— К.. как нельзя? Испортить… я же положить камыш точно как ты говорить… — ошеломленно произнесла молодая девушка.
— Все быть готово. Идти со мной.
Я встал, взял свои вещи, и последовал за стариком. Не знаю где, но эти туземцы и правда раздобыли огромный котел, который по их заверениям может уместить в себя около 80—100 литров воды, а толщина его стенок толще моей ладони. Здоровый зараза, тяжелый, наверное. Его уже наполнили водой, а под ним уже были сложены дрова для костра. Осталось только положить все ингредиенты, и поджечь. Но я же не могу все сделать слишком просто? Иначе, если все будет слишком просто, то зачем буду нужен я?
Внимательно изучив ингредиенты, я отправил помощницу лекаря по имени Каяра к колодцу, что бы она более тщательно промыла некоторые коренья. Меня до сих пор бросает в дрожь ее одежда из человеческой кожи, несмотря на то, что девушка довольно симпатичная.
Наконец, будучи полностью убежден, что все готово, я приступил к готовке. Забраковав несколько белых змеиных цветков только по ведомым мне недостаткам, я добавил первый десяток в чан. Убрав почти все дрова, я зажег очень маленькое пламя, в котором горело буквально полтора полена, и остался караулить его. Каждый час, я добавлял еще по паре ингредиентов в свой чан, который еще даже не начал нагреваться.
В тоже самое время, 2 обычных патрульных внимательно наблюдали за всеми действиями Алтанара.
— Он что, дурак? Такой большой чан с холодной водой, и таким маленьким огоньком, он же до ночи его кипятить будет!
Едва он закончил говорить, другой дал ему подзатыльник.
— Молчи, сам ты дурак! Это ученик великого мастера! Даже наш великий целитель Банзей сказал, что их методы обработки трав на совершенно ином уровне! Раз он сделал такое слабое пламя, значит так надо!
…
С таким огоньком, мое варево закипело лишь к ночи. Я добавил все необходимые ингредиенты, и периодически подливал воду, чтобы все не выкипело. Старик Банзей со своей помощницей постоянно крутились рядом со мной в своей жуткой кожаной одежде. Спустя какое-то время, они начали дежурить около меня по очереди. Не знаю из-за чего, но от моего котла начало исходить странное горькое зловоние. Это было похоже на смесь запаха старых носков, рыбы, и приторно сладкого миндаля. Ко мне несколько раз походил Гарубан, но я уверял его, что это нормально, так и задумано. Я следил за огнем до глубокой ночи, и едва держался, чтобы не уснуть. Когда мне уже совсем надоело сидеть и корчить комедию, я гордо объявил, что мое варево готово, и пошел спать. Перед этим, при помощи Гарубана, я объяснил, что отвар ни в коем случае не должен остывать, и его всегда нужно поддерживать горячим. Горячее обильное питье помогает при простуде, верно? Значит и при отравлении поможет. Прежде чем я ушел, меня заставили самому попробовать отвар, и я не смог отказать. Меня чуть не вырвало от бесподобного вкуса моего варева, а во рту потом всю ночь было мерзкое послевкусие, как будто кошки насрали. А ведь это будут давать больным, по три литра в день каждому. Не ну а что? Они значит могут пытать нас и сдирать с нас кожу, а мне нельзя даже немного их помучить? Я конечно не специально, такой богомерзкий запах с еще более отвратительным вкусом получился случайно, но что с того? Где вообще было видано хоть одно лекарство, которое было вкусными и приятным? Чем противнее на вкус, тем полезнее!
…
В тоже самое время, Мия смотрела, и недоумевала. Что вообще происходит? Алтанар весь день сидит, и с умным видом варит какое-то непонятное зловонное зелье, от которого воротит живот, а запах распространяется на многие километры вокруг. Не похоже, что его там пытают. Более того, его там не просто кормят, но Алтанар еще и указания раздает! Мия не выдержала и сказала
— Какого хрена он там вообще делает!? Мы тут за него переживаем, а он мало того, что сдал нас, так еще и жирует сидит! Еще и баба какая-то около него постоянно крутится! — Мия сжала кулаки, и аж покраснела от злости. Белбас с Фаркасом недоумевающе переглянулись, а Ями тихонько рассмеялся, и сказал про себя
— Хах, а пацан молодец.
…
Следующим утром, меня разбудили возбужденные вздохи и ахи. Едва я вышел из своей палатки, как Гарубан слегка поклонился мне, и сказал
— От лица наш народ, мы благодарить молодой мастер. Твой великий отвар хоть и очень вонять, но помогать наш больной. Они уже чувствовать себя хороший — искренне улыбаясь, сказал Гарубан. За ним стоял старик Банзей и Каяра, а также несколько других вояк, в том числе и женщин. Народу в лагере было даже меньше, чем вчера. Многие отправились искать белый змеиный цветок, в то время как другие, покусанные змеями, отправились в лазарет на лечение. Несколько воинов не вернулось со вчерашнего дня, скорее всего они уже никогда не вернутся. Я долго выслушивал хвалебные тирады. Меня накормили, и попросили сварить больше отвара. Кажется, никто до последнего не верил, что мой отвар сработает. Еще бы он не сработал, я туда столько тонизирующего и обезболивающего напер, что даже слон будет скакать как кузнечик.
Каяра — так зовут ту молодую помощницу лекаря. Ее назначили моим помощником, и она теперь как тень, всюду следует за мной по пятам. Разве что отворачивается, когда я иду в туалет. Скорее всего, ее поставили следить за мной, чтобы в будущем, они могли готовить отвар без меня. Нужно придумать, как усложнить процесс приготовления.
Следующие два дня, я готовил свое варево особенно скрупулёзно. Ведь, теперь у меня появился зритель, еще и довольно симпатичный! Теперь мне уже не было так скучно, как вчера, потому что я мог театрально выделываться, и все это принималось за чистую монету. Но если честно, лучше бы я поскучал, ведь ее приставили ко мне не как «помощницу», а как надзирателя. Я постоянно менял количество токсин выводящих ингредиентов, а также время их добавления в общий котел.
…
Вечером, после того как Алтанар закончить варить очередную дозу лечебного отвара.
Каяра зашла в палатку, с очень недовольным, красным лицом. Она была злая как собака, казалось вот-вот пар из ушей пойдет, а руки, сжатые в кулаки, тряслись.
— Тебе удалось понять, как он готовит свой отвар? — спросил Банзей. Девушка молча опустила голову, и отрицательно покачала головой.
— Неужели он действительно настолько сложный? У тебя же феноменальная память, для тебя это должно быть плевым делом. Сколько времени тебе еще нужно? — вновь спросил Банзей, прищурив глаза.
— Я совершенно ничего не могу понять! — громко вскрикнула Каяра.
— Хоть он и говорил, что температура должна быть низкой, но он постоянно меняет ее! Сначала он кладет больше дров, температура увеличивается, затем они выгорают, температура падает, а потом он опять разжигает большой огонь. А еще травы, за эти два дня он делал все совершенно по-разному! Я никак не могу понять логику приготовления этого отвара, такое чувство, что он просто водит нас за нос! А еще он постоянно выпендривается, даже в мелочах! Как же это бесит! Да когда мне было восемь, я лучше него очищала коренья от поросли! — девушка вывалила все, что скопилось у нее на душе за эти два дня.
Старик глубоко задумался.
— Поначалу, видя, как небрежно он делал свою первую партию, я тоже думал, что он тянет время. Он делал это так… как будто занимается этим впервые в жизни. А этот запах, благослови меня Кохан, я не могу там находиться, у меня от него кружится голова. Но как не странно, это лекарство работает. Больные уже чувствуют себя лучше. У них понемногу появился аппетит, а черные точки уже не так сильно болят. Вполне возможно, что через две недели им и правда станет легче. Но есть новости и похуже. Несколько наших воинов до сих пор не вернулись. Что еще хуже, разведчики говорят, что уже почти собрали весь змеиный цветок в ближайших окрестностях, и теперь придётся расширить зону поиска. Еще более неприятно то, что этот цветок не просто является гнездом для змей, он очень часто растет в местах где водятся монстры. Если мы и дальше продолжим терять людей, то Вождь может просто вернуть всех на свои места, и бросить больных.
— Учитель, вы думаете он действительно может так сделать? — удивленно спросила Каяра.
— Может случиться так, что у него не останется выбора. Люди недовольны, им каждый день приходится рисковать жизнью. Рано или поздно, у кого-нибудь может возникнуть мысль убить нашего пленника, а без него мы не сможем продолжать готовить отвар — мрачно сказал старик Банзей.
— Вы думаете, кто-то действительно может так сделать!? — ошеломленно спросила Каяра, а потом продолжила
— Там же у многих находятся родственники, жены, там мой брат!
Банзей тяжело вздохнул.
— Сейчас люди просто слегка недовольны. Но подумай, что будет дальше? Если цветы уже закончились на ближайших территориях, то что будет через неделю? Насколько далеко им придется ехать? Успеют ли они собрать цветы и вернуться вовремя? А сколько их них вообще смогут вернуться? Этот, Алтанар сказал, что болезнь уже укоренилась в этих людях, и даже двух недель может быть недостаточно. Он всего лишь пленник, если его убьют, никто не будет скорбеть. Но если ты научишься варить отвар, то тебя никто не тронет, потому что ты — одна из нас.
Каяра нахмурилась, и долго молчала. Банзей глубоко вздохнул, а затем сказал
— Наверняка, этот Алтанар умолчал о многих аспектах приготовления своего отвара. Признаться, я впервые слышу эту, его теорию, о катализаторе. Но за годы своей практики, я действительно обнаружил, что некоторые растения, действительно могут взаимодействовать друг с другом, дополняя друг друга и усиливая лечебный эффект, поэтому его слова похожи на правду. Алтанар умный парень, и он так же понимает, с какой целью тебя приставили к нему. До тех пор, пока он нужен нам, к нему будут хорошо относиться, и он будет жить. Но если ты научишься готовить отвар без него, то он утратит свой единственный и самый мощный рычаг давления, поэтому он всеми силами будет стараться скрыть от тебя любые детали. Тебе нужно втереться к нему в доверие. Я попрошу Гарубана, что бы он поучил тебя их языку. Я обещал твоему отцу позаботиться о вас с братом. Беда еще не пришла, но мы уже должны начать готовиться к худшему. Тебе нужно до конца недели понять хотя бы основной принцип приготовления. Даже если твой отвар будет в два, или три раза менее эффективен, чем у этого чужака, пусть нам месяц придется поить твоего брата, но мы должны спасти хотя бы его. Я уже стар, и ко мне Алтанар относится более настороженно, но ты, моя лучшая ученица, еще так молода, но уже многое знаешь. Не показывай ему своих знаний, и незаметно выведай у него все что сможешь.
— Хорошо учитель, я все сделаю — сказала Каяра, с решительным блеском в глазах.
…
Каяра внезапно заговорила. Я в шоке. Насколько я понял, она знает всего около 100 слов. Компенсируя нехватку словарного запаса жестами, она буквально начала выпытывать у меня, что и зачем я делаю. Почему мало дров, почему много, почему я положил кору тосан так поздно, вчера я положил ее раньше. Ей богу, было лучше, когда она молчала! У меня уже голова от нее кругом! Будто маленький ребенок почемучка, с тысячей вопросов из разряда, почему небо голубое. Если буквально вчера, я был весел, и показывал, как играючи я все делаю, то сегодня я был мрачен и немногословен. Она меня достала, и у меня в голове начал зарождаться очередной план.
На следующий день, я все делал, как всегда. Никакой структуры, никакой логики. Клал ингредиенты в котел как попало и когда мне вздумается. Теоретически, я им готовлю простейший чай, из кучи полезных и не очень трав, в котором присутствует легкое обезболивающее и тонизирующая трава. По сути, эти два ингредиента, в сочетании корой тосан, применять вместе крайне не рекомендуется, но свежеприготовленный раствор из этих компонентов дает взрывной эффект бодрости и притупляет болевые рецепторы, от чего больным и раненным кажется, будто им становится лучше. Его иногда дают солдатам перед боем, или раненным, когда нужно срочно отступать. Этот отвар вызывает привыкание, и с каждым приемом теряет эффективность. Если не увеличивать дозу лекарств, то через две недели он совсем утратит свои тонизирующие свойства. Гарубан уже интересовался, можно ли давать такой отвар больше трех литров в день, потому как некоторые больные просят еще. Нужно выждать еще несколько дней. Змеиный цветок наверняка уже начал заканчиваться в местах около лагеря, и скоро воинам и разведчикам придется уходить на большие расстояния, чтобы найти его. Что бы удовлетворить мои потребности, им придется отправить еще больше людей на поиски. Патрульных станет меньше, и это будет идеальное время для побега. Нужно только отделаться от этой настырной девочки.
Время шло к вечеру, и отвар был почти готов. Я положил все необходимое, и в запасе у меня оставалось около 15 белых змеиных цветов. Каяра весь день назойливо крутилась вокруг меня, внимательно следя за каждым моим шагом. Я окликнул ее, и попросил помочь. После двух дней полного отсутствия внимания с моей стороны, на ее лице расцвела лучезарная улыбка, и она быстро подбежала ко мне.
— Каяра, слушай внимательно. Мне срочно нужно отойти… в туалет. Вот-вот подойдет время, чтобы добавить один из главных ингредиентов. Если я не успею вернуться, это придется сделать тебе. Возьми в кладовой один стебель пятнистого камыша среднего размера, и добавь его примерно через 10 минут. На стебле камыша должно быть как можно больше черных вкраплений, ты поняла меня?
Девушка энергично закивала головой и сказала
— Ложить камыш средний один штук много пятен — она показа 10 пальцев — время, да?
— да, все верно — я удовлетворенно кивнул, и отправился по делам.
Спустя некоторое время, в лагере поднялась паника.
Я спокойно сидел в туалете и ждал, как вдруг дверь стали нервно стучать.
— Идти, идти, быстро! — взволнованно кричала Каяра.
Я прочистил горло, и ответил
— Одну минуту. Я почти закончил.
Спустя около 30 вдохов, я вышел. Каяра схватила меня за руку, и бегом потащила в сторону моего рабочего места. Когда мы прибыли, она указала пальцем на котел, и испуганно начала тараторить на смеси из понятных мне слов, и непонятного мне ее родного языка, а в конце подвела итог.
— Камыш ложить, пена — вуууу! — она показала руками что-то большое, вздымающееся откуда-то снизу. Проще говоря, с котла начала валить пена. Не сказать, чтобы ее прям было много, так, слегка. Но в другие разы, когда я готовил свое варево, пены не было, а это значит, что что-то пошло не так. Я с деловым видом подошел к котлу. Вдохнул прекрасный аромат моего варева, деловито разогнал половником пену, и с мрачным лицом, вынес свой вердикт.
— Отвар испорчен. Его нельзя пить.
Каяру всю затрясло, а на глазах начали выступать слезы.
— К.. как нельзя? Испортить… я же положить камыш точно как ты говорить… — ошеломленно произнесла молодая девушка.
