Прикосновения были осторожными, легкими-легкими, но вызывали в ответ жаркую, пьянящую волну: – Ла… неприличное слово – тоже до сих пор не ешь?
- Фу, не вспоминай! – поморщилась Женька. Потом села на диване и накрыла Ромкину ладонь своей. – Ромка, не дразнись! Ты же понял, о каких вкусняшках речь.
- Понял, конечно! - хитро улыбнулся он. Ромкины пальцы рисовали загадочные символы на Женькиной коленке: - Чего желаешь – сладкого или горячего?
- Мне того и другого! – голосом Винни-Пуха из старого мультика отозвалась Женька и придвинулась ближе к краю дивана. Ромкины игры разливали по телу тягучее томление: – И можно без хлеба. Но вначале, конечно, сладенького.
- Сладкоежка!! Неисправимая! – его рука поползла еще выше, к краю халатика: - По правилам сервировки, чтоб ты знала, сладкое на десерт подают. После основных блюд.
- А я люблю сразу! – Женька картинно надула губы, словно маленькая капризная девочка. – И много. И вообще – это ты меня так приучил! Сам разбаловал, так тебе и надо.
- З-з-з… запомнила, вредина! – снова рассмеялся Ромка и легонько ущипнул за бедро. – Было дело, признаю. В затерянном мире сначала эклеры выпросила, потом шашлыками закусила. И я не смог отказать. Слабохарактерный, наверное.
Он одернул халатик и убрал руку:
- Но не настолько, как кое-кто надеется. Потерпишь еще немного без вкусняшек. Мы не договорили.
Женька обиженно поджала ноги под себя и прикрыла сверху полами халата:
- Зануда ты, Илларионов! Редкостный! Каждый раз уговаривать надо. Кому рассказать – не поверят!
Тело ныло и просило продолжения - немедленно, и по всем пунктам меню. И было совершенно непонятно, что обсуждать? Двое любят друг друга, соскучились, ничего плохого не было. Отчего просто не быть вместе?
- Ты все свои вопросы задала? – прервал поток ее мыслей Ромка.
- А что тут еще… - начала она и вдруг мстительно улыбнулась: - Нет, не все! Ты мне еще про Алину не рассказал!!
- Какую Алину? – не понял он.
- Которая в соцсетях признания каждый день строчила!! На твоей странице!!
- Первый раз слышу, - Ромка щелкнул пряжкой ремня на джинсах. – Когда это было?
Женька повернула голову и заинтересованно наблюдала за его действиями:
- В начале октября вроде бы… Или раньше.
- Я только пятнадцатого октября в рабочий поселок прилетел. Была нештатная ситуация, но ничего, разрулили. Никаких сообщений в соцсетях не видел. Даже от тебя, хотя надеялся. Но на страницу сразу зайти не смог – восстанавливал пароль через телефон и номер паспорта.
Ромка расстегнул молнию и потянул брюки вниз:
- С твоего позволения, верхнюю одежду сниму. А то жарко в квартире. Еще и с поддевкой.
Он снял джинсы, аккуратно сложил их и пристроил на пустой стул рядом. Под джинсами обнаружились аккуратные темно-серые брючки, похожие на спортивные.
«Термобелье, - поняла Женька. – Но не в обтяжку, а довольно свободного покроя. Хотя Ромкиными длинными ногами любоваться не мешает».
И сладко вздохнула. Но следом пришла и другая мысль – отрезвляющая:
«Или это он так похудел?!»
Взгляд уткнулся в Ромку, разглядывая его досконально.
«В плечах даже шире стал, - отметила Женька. – А живот реально к спине прилип! Откормить бы…»
Тут она вспомнила свой пустой холодильник и смутилась.
- И что неведомая Алина писала? – хмуро посмотрел Ромка. – И куда ее сообщения исчезли?
- В любви тебе признавалась! – буркнула Женька. - Каждый день. А потом обозвала предателем, якобы ты ей изменяешь с какой-то крашеной кикиморой. После этого ее посты пропали.
- Бред! – скривился Ромка и пристально посмотрел в глаза. – Дай угадаю: ты решила, что у меня с этой мифической Алиной что-то есть и обиделась?
- А что я должна была думать? – Женька вызывающе задрала подбородок. – Ты обещал, что будешь в зоне доступа через два месяца. И действительно появился! В соцсети заходил каждый день, а то и по нескольку раз! А мне не звонил и не писал. А на мои звонки автомат отвечал, что «абонент недоступен»! Хочешь – не хочешь, мысли разные полезли. Что не желаешь общаться, и про «черный список»…
Ромка сощурил глаза. Из медово-карих они превратились почти в черные. Взгляд потяжелел настолько, что Женьке стало не по себе, и она инстинктивно запахнула полы халатика – как от холода.
- А спокойно разобраться в ситуации не пробовала? Написать Русику, например, чтобы меня набрал. Или я родного брата тоже в черный список отправил? Жень! Ты же резюме на сайт загружала! Знаешь и название компании, и все контакты. Могла бы позвонить дежурному, узнать, вернулась ли наша группа из тайги. Даже привет мне передать! Мы не совсем слепые и глухие – сотовая и впрямь не работает, но по рации каждый день с диспетчером связываемся.
- Но я же не знала… - промямлила Женька и опустила голову. – Даже предположить не могла, что так можно!
- Зато гадости про любимого человека выдумывать – это запросто! – Язвительно усмехнулся он. – Почему, Женек? Можешь внятно объяснить – почему?
Женька возмущенно засопела:
«Чудненько! Теперь я еще и виновата! Сам из-за банального неотвеченного звонка обижается, как маленький, зато требует, чтобы ему объясняли!»
- Потому что ты такой и есть! – вырвалось нечто неожиданное для нее самой. – Озабоченный! Невоздержанный! Направо-налево! В Сочи ни одной юбки не пропускал. А серьезного от тебя дождаться – можно раньше состариться!
Ромка сел рядом на диван и сгреб ее в охапку:
- Так ты определись, какой я! Озабоченный направо-налево или зануда, которого каждый раз уговаривать надо? А ты и вправду от меня серьезного хотела? Относилась бы всерьез, все бы получила. Практически сразу. А то знаешь, как оно - стараешься, выкладываешься, делаешь для человека то, что никогда ни для кого не делал. И, может, даже и не собирался… А человеку на тебя плевать! Не замечает или воспринимает, как должное. И как мне себя вести? Навязываться, развозить сопли и рыдать в три ручья у тебя на плече? Извини, не буду. Не так воспитан.
Ромка часто дышал и пальцы, сжимающие ее плечи, дрожали. Женька заглянула ему в глаза и вся обида куда-то делась. Растаяла, словно сосулька в лучах яркого солнышка.
- А я плакала, - тихо призналась она. – Когда посты от Алины у тебя на странице прочитала. Даже не представляешь, как!
Ромка вздохнул и погладил Женьку по голове:
- Чего ж не представляю – представляю. Впечатлительная ты слишком.
- Не, - Женька доверчиво уткнулась носом ему куда-то в подмышку. Ромка пах потом, но даже этот запах был родным и желанным. Ромкиным: – Не представляешь. Хуже, чем при нашем расставании! Сосед зашел какие-то вопросы уточнить, даже при нем не удержалась. Рыдала, реально, как ты сказал – в три ручья! Стас натурально в шоке был, полез утешать… Потом стыдно стало, конечно. Когда в себя пришла.
Ромка замер, затем сжал ее крепко-крепко, что аж косточки хрустнули:
- Понятно… Все, Женек, проехали. Давай забудем эту историю, как страшный сон. Не было ничего и точка. Договорились?
Женька кивнула.
Ромка завалился на диван и потянул ее на себя:
- Иди сюда, сладкоежка! Выдам порцию вкусняшек, как обещал.
Он коснулся Женькиных губ. Поцелуй был долгожданным, пьянящим, восхитительным на вкус. Ромкиным! Правда, не таким, как он любил раньше: без трепета и головокружения, может, даже слегка торопливо и поверхностно. Но Женька так соскучилась, что не стала обращать внимания на подобные мелочи. Хорошо было… удивительно, волшебно.
Ромка оторвался от нее и потянул поясок халата. Затем развел полы в стороны и замер, разглядывая Женьку:
- Какая же ты красивая, Сусанина! И желанная. До боли, до отчаянья, до безумия.
Женька сладко вздохнула.
- Но у меня будет одно условие, - он спустил халат ниже, открывая ее плечи. – Точнее, два.
- Какие еще условия?! – широко раскрыла она глаза.
- Расскажу. Чуть позже, - загадочно пообещал Ромка. – Не бойся, ничего особенного. Если любишь, конечно.
И придвинулся ближе:
- Нежные булочки скучали? По бесстыжим губам Ромки-балбеса?
Женька повела плечами, заставляя халат окончательно сползти:
- Да. Очень.
Ромка закрыл глаза и потянулся к ней губами.
Тело накрыло яростным шквалом. Пальцы закопались в Ромкины стриженые волосы, с радостным предвкушением чего-то яркого и удивительного.
Словно наяву вспомнился шум прибоя и безудержно-откровенные ласки. Жаркие и невероятно красивые. Родные. Ромкины! Немедленно захотелось повторения всего того, и, может, еще немножечко сверх…
Но Ромка не стол ее целовать. В последний миг уклонился в сторону. А потом прижался щекой к плечу и примерно минуту рассеянно смотрел на золотых рыбок в аквариуме.
- Ром… Ромочка! Что-то не так?! – испуганно потормошила его Женька.
- Люблю тебя, Женек! - как-то грустно улыбнулся он и снова погладил по голове, как маленькую. – Правда, люблю, не сомневайся. Но, видишь, как оно – не просто так, оказывается… Давай вернемся к этому позже.
Женька резко села, запахнула халат и завязала пояс. На два узла. Тело ныло - жестоко и отчаянно, будто его только что били палкой.
«Это самый феерический облом в моей жизни!» - язвительно подумала она.
Но тут же стало стыдно от собственных мыслей.
«Просто устал он… - Женька ласково погладила Ромку по плечу. – Ночь не спал, пролетел почти три тысячи километров. Смена часовых поясов. А тут еще я пристаю. На голодный желудок!»
Вспомнилось, что в доме шаром покати, и совесть заела окончательно.
- Позже, так позже! – как можно беспечнее улыбнулась Женька. – Успеется. Главное, что мы наконец-то вместе! Кофе будешь?
- И перекусить чего-нибудь! – подтвердил Ромка ее мысли. – А то полтретьего уже, а только пирожок у метро перехватил. Непонятно с чем.
- Я к родителям собиралась… - Женька сползла с дивана и наконец-то размотала полотенце, рассыпав по плечам еще влажные волосы. – Не готовила ничего.
- Не проблема. Хлеб есть? – Ромка тоже поднялся и отправился в коридор за рюкзаком. – Сейчас бутерброды с ик… с красной рыбой сделаем.
- Хлеба нет! – виновато отозвалась Женька, второй раз за день изучая пустой холодильник. – Зато масло есть. Большая пачка, полкилограмма.
- Хозяюшка! – ехидно фыркнул Ромка, выставляя на кухонный стол баночки и сверточки. – Но куда деваться – сам выбирал. Претензии предъявлять некому. Сусанина, ты хоть яичницу пожарить способна, или совсем безрукая?
Женька клацнула кнопкой чайника и возмущенно засопела:
- Я хорошо готовлю, чтоб ты знал! Просто для себя одной заморачиваться неохота. А когда у родителей жила – постоянно что-нибудь делала: то пирожки, то блинчики, то котлетки. Маме с папой нравилось! И соседям тоже.
- Ах, ну да! – Ромка с язвительной ухмылкой вытащил из рюкзака нечто, завернутое в пергаментную бумагу. – Для кого-то ты, может, и готовила. Намекаешь - было за что?
Женька недоуменно пожала плечами, поставила на стол чашки, насыпала в них растворимый кофе, залила кипятком.
Ромка развернул бумагу и примирительно посмотрел на нее:
- Ладно, проехали, значит, проехали. Бутерброды с колбасой будешь? Твоя любимая салями.
- Хочу-хочу-хочу! – чуть ли не запрыгала на месте Женька и сразу ухватила бутерброд: - Ромочка!! Ты настоящий волшебник! Я тоже еще с утра ничего не ела.
- В дорогу с собой брал, - Ромка смотрел, как она ест, и его глазищи вновь стали теплыми-теплыми, как раньше.
Потом отпил кофе и достал из кармана телефон:
- И что с бестолкового ребенка взять? Через девять часов Новый год, а у нее в холодильнике мышь повесилась. Хорошо – в двадцать первом веке живем. Доставка из супермаркета в помощь!
Он открыл сайт, полистал список товаров:
- Готовые салаты неохота брать, в столовке приелись. Что мы сами «оливье» не нарежем? Сусанина, овощи есть – или тоже заказывать?
Женька открыла кухонный шкаф:
- Картошка есть. Морковка, лук, свекла.
- Отлично! Значит, будут «оливье» и «селедка под шубой».
Ромкины пальцы забегали по экрану. Женька подошла к нему сзади, обняла за плечи и заглянула в телефон.
- Соленые огурцы брать не нужно! – с улыбкой подсказала она, прижимаясь к Ромке. – Есть домашние, мама каждый раз консервацию с собой передает. А вареная колбаса зачем?
- Как зачем? – не понял Ромка. – На салат.
- Настоящий «оливье» с курицей, - Женька потянулась через него к телефону, уверенным движением выбросила из корзины колбасу и добавила куриное филе. Потом пролистала список до конца: - Майонез тоже убираем, сама сделаю. Яйца заказал – молодец. Но на майонез лучше перепелиные. И масло подсолнечное дезодорированное – без запаха.
- И впрямь хозяюшка… - Ромка обернулся и с уважением посмотрел на Женьку. А потом протянул телефон: - Тогда держи, сама заказывай, что надо. Не буду мешать профессионалу.
Женька с довольной улыбкой ухватила его сотовый и запорхала пальцами по экрану. Добавила в корзину копченое мясо, оливки, ананасы, мандарины и прочие необходимые для праздничного стола вещи. Шампанское и коньяк уже были в списке.
Ромка откусил бутерброд и посмотрел на лежащий на краю стола Женькин телефон:
- Женек, можно пока фотки твои глянуть? Есть новенькие?
- Конечно, есть! - не отрываясь от покупок, отозвалась она. И, заметив раздел с зоотоварами, добавила в корзину лакомство для золотых рыбок: – С Сонькиной свадьбы, с девичника… на работе в моем кабинете пара штук есть. Там легко найти – по твоему примеру разложила все по папкам и каждую подписала.
- Когда порядок – очень удобно, согласен! - довольно улыбнулся Ромка и нырнул пальцем в галерею на ее телефоне.
И вдруг рассмеялся:
- Женек, что у тебя в школе по русскому было?
- Отлично! – удивилась Женька, поднимая голову. – А что?
- То, что имя «Роман» пишется с большой буквы! – хитро пояснил он. - И разве это название для папки - «Безумный курортный роман»? Проще надо, без пафоса. Например, вот так…
Женька привстала и заглянула в свой телефон. Папка с летними фото теперь называлась «Чокнутый Ромка с курорта».
- Креативщик! – залилась она звонким смехом. – Хоть все по-своему назови, не жалко! А к папке с фотосессии какое название придумаешь?
- Это где ты в красном платье?
- Да. И еще на «феррари» и с большим букетом цветов! – без капли стеснения похвасталась Женька. - Представляешь, настоящее сердце из роз! Натурально обалдела, когда в руки взяла. Ромка, скажи, тебе понравилось?
Он почему-то не разделил ее восторгов. И даже фото смотреть перехотел. Сразу захлопнул галерею и положил телефон на стол:
- Знаешь, Сусанина, никак не пойму - ты действительно настолько глупая? Или издеваешься – тонко и изощренно?
«Ревнует к куче мужских лайков под этими фото! - поняла Женька и вздохнула. – Детский сад! А ведь для него старалась, порадовать хотела».
Но постаралась деликатно увести разговор в безопасное русло:
- Ром, вроде все выбрала. Посмотри, может, еще что-то захочешь добавить?
- Полностью полагаюсь на твой вкус и опыт! - буркнул он. – Оплачивай. Банк без пароля, виртуальная карта с Ведьмаком, если вдруг забыла.
Женька хотела было сказать, что оплатит сама, но вспомнила, что банковские карточки остались в сумочке, а сумочка в офисе Антона… И послушно открыла банковское приложение на Ромкином телефоне.
Верхняя карта с изображением легендарного героя фэнтези и компьютерных игр привычно называлась «еда». Но Женька зачем-то пролистнула список виртуалок вниз. И замерла.
- Фу, не вспоминай! – поморщилась Женька. Потом села на диване и накрыла Ромкину ладонь своей. – Ромка, не дразнись! Ты же понял, о каких вкусняшках речь.
- Понял, конечно! - хитро улыбнулся он. Ромкины пальцы рисовали загадочные символы на Женькиной коленке: - Чего желаешь – сладкого или горячего?
- Мне того и другого! – голосом Винни-Пуха из старого мультика отозвалась Женька и придвинулась ближе к краю дивана. Ромкины игры разливали по телу тягучее томление: – И можно без хлеба. Но вначале, конечно, сладенького.
- Сладкоежка!! Неисправимая! – его рука поползла еще выше, к краю халатика: - По правилам сервировки, чтоб ты знала, сладкое на десерт подают. После основных блюд.
- А я люблю сразу! – Женька картинно надула губы, словно маленькая капризная девочка. – И много. И вообще – это ты меня так приучил! Сам разбаловал, так тебе и надо.
- З-з-з… запомнила, вредина! – снова рассмеялся Ромка и легонько ущипнул за бедро. – Было дело, признаю. В затерянном мире сначала эклеры выпросила, потом шашлыками закусила. И я не смог отказать. Слабохарактерный, наверное.
Он одернул халатик и убрал руку:
- Но не настолько, как кое-кто надеется. Потерпишь еще немного без вкусняшек. Мы не договорили.
Глава 22. Оставить старый хлам в старом году
Женька обиженно поджала ноги под себя и прикрыла сверху полами халата:
- Зануда ты, Илларионов! Редкостный! Каждый раз уговаривать надо. Кому рассказать – не поверят!
Тело ныло и просило продолжения - немедленно, и по всем пунктам меню. И было совершенно непонятно, что обсуждать? Двое любят друг друга, соскучились, ничего плохого не было. Отчего просто не быть вместе?
- Ты все свои вопросы задала? – прервал поток ее мыслей Ромка.
- А что тут еще… - начала она и вдруг мстительно улыбнулась: - Нет, не все! Ты мне еще про Алину не рассказал!!
- Какую Алину? – не понял он.
- Которая в соцсетях признания каждый день строчила!! На твоей странице!!
- Первый раз слышу, - Ромка щелкнул пряжкой ремня на джинсах. – Когда это было?
Женька повернула голову и заинтересованно наблюдала за его действиями:
- В начале октября вроде бы… Или раньше.
- Я только пятнадцатого октября в рабочий поселок прилетел. Была нештатная ситуация, но ничего, разрулили. Никаких сообщений в соцсетях не видел. Даже от тебя, хотя надеялся. Но на страницу сразу зайти не смог – восстанавливал пароль через телефон и номер паспорта.
Ромка расстегнул молнию и потянул брюки вниз:
- С твоего позволения, верхнюю одежду сниму. А то жарко в квартире. Еще и с поддевкой.
Он снял джинсы, аккуратно сложил их и пристроил на пустой стул рядом. Под джинсами обнаружились аккуратные темно-серые брючки, похожие на спортивные.
«Термобелье, - поняла Женька. – Но не в обтяжку, а довольно свободного покроя. Хотя Ромкиными длинными ногами любоваться не мешает».
И сладко вздохнула. Но следом пришла и другая мысль – отрезвляющая:
«Или это он так похудел?!»
Взгляд уткнулся в Ромку, разглядывая его досконально.
«В плечах даже шире стал, - отметила Женька. – А живот реально к спине прилип! Откормить бы…»
Тут она вспомнила свой пустой холодильник и смутилась.
- И что неведомая Алина писала? – хмуро посмотрел Ромка. – И куда ее сообщения исчезли?
- В любви тебе признавалась! – буркнула Женька. - Каждый день. А потом обозвала предателем, якобы ты ей изменяешь с какой-то крашеной кикиморой. После этого ее посты пропали.
- Бред! – скривился Ромка и пристально посмотрел в глаза. – Дай угадаю: ты решила, что у меня с этой мифической Алиной что-то есть и обиделась?
- А что я должна была думать? – Женька вызывающе задрала подбородок. – Ты обещал, что будешь в зоне доступа через два месяца. И действительно появился! В соцсети заходил каждый день, а то и по нескольку раз! А мне не звонил и не писал. А на мои звонки автомат отвечал, что «абонент недоступен»! Хочешь – не хочешь, мысли разные полезли. Что не желаешь общаться, и про «черный список»…
Ромка сощурил глаза. Из медово-карих они превратились почти в черные. Взгляд потяжелел настолько, что Женьке стало не по себе, и она инстинктивно запахнула полы халатика – как от холода.
- А спокойно разобраться в ситуации не пробовала? Написать Русику, например, чтобы меня набрал. Или я родного брата тоже в черный список отправил? Жень! Ты же резюме на сайт загружала! Знаешь и название компании, и все контакты. Могла бы позвонить дежурному, узнать, вернулась ли наша группа из тайги. Даже привет мне передать! Мы не совсем слепые и глухие – сотовая и впрямь не работает, но по рации каждый день с диспетчером связываемся.
- Но я же не знала… - промямлила Женька и опустила голову. – Даже предположить не могла, что так можно!
- Зато гадости про любимого человека выдумывать – это запросто! – Язвительно усмехнулся он. – Почему, Женек? Можешь внятно объяснить – почему?
Женька возмущенно засопела:
«Чудненько! Теперь я еще и виновата! Сам из-за банального неотвеченного звонка обижается, как маленький, зато требует, чтобы ему объясняли!»
- Потому что ты такой и есть! – вырвалось нечто неожиданное для нее самой. – Озабоченный! Невоздержанный! Направо-налево! В Сочи ни одной юбки не пропускал. А серьезного от тебя дождаться – можно раньше состариться!
Ромка сел рядом на диван и сгреб ее в охапку:
- Так ты определись, какой я! Озабоченный направо-налево или зануда, которого каждый раз уговаривать надо? А ты и вправду от меня серьезного хотела? Относилась бы всерьез, все бы получила. Практически сразу. А то знаешь, как оно - стараешься, выкладываешься, делаешь для человека то, что никогда ни для кого не делал. И, может, даже и не собирался… А человеку на тебя плевать! Не замечает или воспринимает, как должное. И как мне себя вести? Навязываться, развозить сопли и рыдать в три ручья у тебя на плече? Извини, не буду. Не так воспитан.
Ромка часто дышал и пальцы, сжимающие ее плечи, дрожали. Женька заглянула ему в глаза и вся обида куда-то делась. Растаяла, словно сосулька в лучах яркого солнышка.
- А я плакала, - тихо призналась она. – Когда посты от Алины у тебя на странице прочитала. Даже не представляешь, как!
Ромка вздохнул и погладил Женьку по голове:
- Чего ж не представляю – представляю. Впечатлительная ты слишком.
- Не, - Женька доверчиво уткнулась носом ему куда-то в подмышку. Ромка пах потом, но даже этот запах был родным и желанным. Ромкиным: – Не представляешь. Хуже, чем при нашем расставании! Сосед зашел какие-то вопросы уточнить, даже при нем не удержалась. Рыдала, реально, как ты сказал – в три ручья! Стас натурально в шоке был, полез утешать… Потом стыдно стало, конечно. Когда в себя пришла.
Ромка замер, затем сжал ее крепко-крепко, что аж косточки хрустнули:
- Понятно… Все, Женек, проехали. Давай забудем эту историю, как страшный сон. Не было ничего и точка. Договорились?
Женька кивнула.
Ромка завалился на диван и потянул ее на себя:
- Иди сюда, сладкоежка! Выдам порцию вкусняшек, как обещал.
Он коснулся Женькиных губ. Поцелуй был долгожданным, пьянящим, восхитительным на вкус. Ромкиным! Правда, не таким, как он любил раньше: без трепета и головокружения, может, даже слегка торопливо и поверхностно. Но Женька так соскучилась, что не стала обращать внимания на подобные мелочи. Хорошо было… удивительно, волшебно.
Ромка оторвался от нее и потянул поясок халата. Затем развел полы в стороны и замер, разглядывая Женьку:
- Какая же ты красивая, Сусанина! И желанная. До боли, до отчаянья, до безумия.
Женька сладко вздохнула.
- Но у меня будет одно условие, - он спустил халат ниже, открывая ее плечи. – Точнее, два.
- Какие еще условия?! – широко раскрыла она глаза.
- Расскажу. Чуть позже, - загадочно пообещал Ромка. – Не бойся, ничего особенного. Если любишь, конечно.
И придвинулся ближе:
- Нежные булочки скучали? По бесстыжим губам Ромки-балбеса?
Женька повела плечами, заставляя халат окончательно сползти:
- Да. Очень.
Ромка закрыл глаза и потянулся к ней губами.
Тело накрыло яростным шквалом. Пальцы закопались в Ромкины стриженые волосы, с радостным предвкушением чего-то яркого и удивительного.
Словно наяву вспомнился шум прибоя и безудержно-откровенные ласки. Жаркие и невероятно красивые. Родные. Ромкины! Немедленно захотелось повторения всего того, и, может, еще немножечко сверх…
Но Ромка не стол ее целовать. В последний миг уклонился в сторону. А потом прижался щекой к плечу и примерно минуту рассеянно смотрел на золотых рыбок в аквариуме.
- Ром… Ромочка! Что-то не так?! – испуганно потормошила его Женька.
- Люблю тебя, Женек! - как-то грустно улыбнулся он и снова погладил по голове, как маленькую. – Правда, люблю, не сомневайся. Но, видишь, как оно – не просто так, оказывается… Давай вернемся к этому позже.
Женька резко села, запахнула халат и завязала пояс. На два узла. Тело ныло - жестоко и отчаянно, будто его только что били палкой.
«Это самый феерический облом в моей жизни!» - язвительно подумала она.
Но тут же стало стыдно от собственных мыслей.
«Просто устал он… - Женька ласково погладила Ромку по плечу. – Ночь не спал, пролетел почти три тысячи километров. Смена часовых поясов. А тут еще я пристаю. На голодный желудок!»
Вспомнилось, что в доме шаром покати, и совесть заела окончательно.
- Позже, так позже! – как можно беспечнее улыбнулась Женька. – Успеется. Главное, что мы наконец-то вместе! Кофе будешь?
- И перекусить чего-нибудь! – подтвердил Ромка ее мысли. – А то полтретьего уже, а только пирожок у метро перехватил. Непонятно с чем.
- Я к родителям собиралась… - Женька сползла с дивана и наконец-то размотала полотенце, рассыпав по плечам еще влажные волосы. – Не готовила ничего.
- Не проблема. Хлеб есть? – Ромка тоже поднялся и отправился в коридор за рюкзаком. – Сейчас бутерброды с ик… с красной рыбой сделаем.
- Хлеба нет! – виновато отозвалась Женька, второй раз за день изучая пустой холодильник. – Зато масло есть. Большая пачка, полкилограмма.
- Хозяюшка! – ехидно фыркнул Ромка, выставляя на кухонный стол баночки и сверточки. – Но куда деваться – сам выбирал. Претензии предъявлять некому. Сусанина, ты хоть яичницу пожарить способна, или совсем безрукая?
Женька клацнула кнопкой чайника и возмущенно засопела:
- Я хорошо готовлю, чтоб ты знал! Просто для себя одной заморачиваться неохота. А когда у родителей жила – постоянно что-нибудь делала: то пирожки, то блинчики, то котлетки. Маме с папой нравилось! И соседям тоже.
- Ах, ну да! – Ромка с язвительной ухмылкой вытащил из рюкзака нечто, завернутое в пергаментную бумагу. – Для кого-то ты, может, и готовила. Намекаешь - было за что?
Женька недоуменно пожала плечами, поставила на стол чашки, насыпала в них растворимый кофе, залила кипятком.
Ромка развернул бумагу и примирительно посмотрел на нее:
- Ладно, проехали, значит, проехали. Бутерброды с колбасой будешь? Твоя любимая салями.
- Хочу-хочу-хочу! – чуть ли не запрыгала на месте Женька и сразу ухватила бутерброд: - Ромочка!! Ты настоящий волшебник! Я тоже еще с утра ничего не ела.
- В дорогу с собой брал, - Ромка смотрел, как она ест, и его глазищи вновь стали теплыми-теплыми, как раньше.
Потом отпил кофе и достал из кармана телефон:
- И что с бестолкового ребенка взять? Через девять часов Новый год, а у нее в холодильнике мышь повесилась. Хорошо – в двадцать первом веке живем. Доставка из супермаркета в помощь!
Он открыл сайт, полистал список товаров:
- Готовые салаты неохота брать, в столовке приелись. Что мы сами «оливье» не нарежем? Сусанина, овощи есть – или тоже заказывать?
Женька открыла кухонный шкаф:
- Картошка есть. Морковка, лук, свекла.
- Отлично! Значит, будут «оливье» и «селедка под шубой».
Ромкины пальцы забегали по экрану. Женька подошла к нему сзади, обняла за плечи и заглянула в телефон.
- Соленые огурцы брать не нужно! – с улыбкой подсказала она, прижимаясь к Ромке. – Есть домашние, мама каждый раз консервацию с собой передает. А вареная колбаса зачем?
- Как зачем? – не понял Ромка. – На салат.
- Настоящий «оливье» с курицей, - Женька потянулась через него к телефону, уверенным движением выбросила из корзины колбасу и добавила куриное филе. Потом пролистала список до конца: - Майонез тоже убираем, сама сделаю. Яйца заказал – молодец. Но на майонез лучше перепелиные. И масло подсолнечное дезодорированное – без запаха.
- И впрямь хозяюшка… - Ромка обернулся и с уважением посмотрел на Женьку. А потом протянул телефон: - Тогда держи, сама заказывай, что надо. Не буду мешать профессионалу.
Женька с довольной улыбкой ухватила его сотовый и запорхала пальцами по экрану. Добавила в корзину копченое мясо, оливки, ананасы, мандарины и прочие необходимые для праздничного стола вещи. Шампанское и коньяк уже были в списке.
Ромка откусил бутерброд и посмотрел на лежащий на краю стола Женькин телефон:
- Женек, можно пока фотки твои глянуть? Есть новенькие?
- Конечно, есть! - не отрываясь от покупок, отозвалась она. И, заметив раздел с зоотоварами, добавила в корзину лакомство для золотых рыбок: – С Сонькиной свадьбы, с девичника… на работе в моем кабинете пара штук есть. Там легко найти – по твоему примеру разложила все по папкам и каждую подписала.
- Когда порядок – очень удобно, согласен! - довольно улыбнулся Ромка и нырнул пальцем в галерею на ее телефоне.
И вдруг рассмеялся:
- Женек, что у тебя в школе по русскому было?
- Отлично! – удивилась Женька, поднимая голову. – А что?
- То, что имя «Роман» пишется с большой буквы! – хитро пояснил он. - И разве это название для папки - «Безумный курортный роман»? Проще надо, без пафоса. Например, вот так…
Женька привстала и заглянула в свой телефон. Папка с летними фото теперь называлась «Чокнутый Ромка с курорта».
- Креативщик! – залилась она звонким смехом. – Хоть все по-своему назови, не жалко! А к папке с фотосессии какое название придумаешь?
- Это где ты в красном платье?
- Да. И еще на «феррари» и с большим букетом цветов! – без капли стеснения похвасталась Женька. - Представляешь, настоящее сердце из роз! Натурально обалдела, когда в руки взяла. Ромка, скажи, тебе понравилось?
Он почему-то не разделил ее восторгов. И даже фото смотреть перехотел. Сразу захлопнул галерею и положил телефон на стол:
- Знаешь, Сусанина, никак не пойму - ты действительно настолько глупая? Или издеваешься – тонко и изощренно?
«Ревнует к куче мужских лайков под этими фото! - поняла Женька и вздохнула. – Детский сад! А ведь для него старалась, порадовать хотела».
Но постаралась деликатно увести разговор в безопасное русло:
- Ром, вроде все выбрала. Посмотри, может, еще что-то захочешь добавить?
- Полностью полагаюсь на твой вкус и опыт! - буркнул он. – Оплачивай. Банк без пароля, виртуальная карта с Ведьмаком, если вдруг забыла.
Женька хотела было сказать, что оплатит сама, но вспомнила, что банковские карточки остались в сумочке, а сумочка в офисе Антона… И послушно открыла банковское приложение на Ромкином телефоне.
Верхняя карта с изображением легендарного героя фэнтези и компьютерных игр привычно называлась «еда». Но Женька зачем-то пролистнула список виртуалок вниз. И замерла.
