— Рик, ты, что нас не подождал.
— Я вас ждал, — магер неожиданно вскинул свой «грохот» к плечу, направляя его в нашу сторону. — Стойте там, где стоите, прихвостни Рамиона. А ты огненный…, не ожидал, что ты встанешь на их сторону.
— Я не стою ни на чьей стороне, — глаза огневика гневно вспыхнули. — И твоему хозяину пора бы это понять.
Мы с Дарниром переглянулись.
— Ловушка, — констатировал я, чувствуя неожиданно нахлынувшее на меня ледяное спокойствие.
— Какие догадливые, — ухмыльнулся Рик.
— Думаешь, ты нас остановишь? — поинтересовался Дарнир, пристально разглядывая магера, который зачем-то снял свой доспех и красовался с голым торсом.
— Я? — тот хрипло рассмеялся. — Что вы. Я не такой наивный, прекрасно понимаю, что если спущу курок, то умру через пару мгновений. Если честно, то я надеялся, что он…, — кивок в сторону огневика, — … мне поможет, однако вижу, что этого ожидать не стоит, так ведь, Огненный.
— Ты права ищейка, Акмила, помогать я тебе не буду, ибо один из них уже дважды спасал нас с дочерью, но и мешать не собираюсь, ибо призираю весь ваш род.
— Отец, но…!
— Молчи, Огня, это не наша битва, — решительно осадил огневик, пытавшуюся что-то сказать дочь.
— И что будем делать? — поинтересовался Дарнир, бросая быстрый взгляд в мою сторону.
— О. о, вам это понравиться, — Рик неожиданно бросил свой «грохот» и, выхватив кинжал, полоснул себе по венам, затем раскинул руки в стороны и хрипло рассмеялся.
Я замер, не зная, что предпринять. Тем временем кинжал, который Рик все еще сжимал в своей руке, вспыхнул зеленым огнем, а кровь из запястья буквально хлынула тонкой струей, однако текла она не вниз, а вылетала из вены вперед, создавая перед его лицом пятно кровавого водоворота, который с каждым мгновением увеличивался.
— Не стоит, — остановил меня Дарнир, видимо поняв мое намеренье. — Убив его портал уже не закроешь.
— Портал?
— Да, — кивнул тот, — магия крови. Ее мало кто сейчас практикует. В данном случае Рика специально зачаровали, чтобы он послужил пищей для портала, который приведет его хозяина к нужному месту. Кстати, ему самому это, похоже, забыли объяснить.
Дарнир кивнул в сторону магера, который упал на колени и, отбросив кинжал, сжал свое запястье, тщетно пытаясь остановить хлещущую кровь.
А кровавый круговорот тем временем вытянулся в овал и из него неожиданно выпрыгнул человек. На краткий миг он замер, прищуренным взглядом оглядывая комнату с кристаллом, затем его взгляд уперся в меня и его тонкие губы скривились в презрительной ухмылке.
— Выкормышь Вэня.
— Скорее его ученик, Алашар, — бросил я в ответ, пристально наблюдая за движениями ассасина.
— Смотри-ка, не забыл имя того, кто оборвет твое жалкое существование, — хмыкнул мой противник и буквально растворился в воздухе, заставив меня поспешно нырнуть в режим ускорения.
Изогнутые клинки Алашара скрестились с моей катаной, и мы несколько мгновений танцевали причудливый танец смерти, оплетая себя сталью нашего оружия. Пару раз его мечи скользили по моим кожаным доспехам, правда, не причинив мне особого вреда, а вот моя катана, полоснула его по руке, заставив уронить один из клинков и высоким прыжком уйти в сторону.
— А ты кое-чему научился, — зло бросил он. — Однако не думай, что эта маленькая победа тебе поможет.
Резкое движение израненнойрукой, и в мою грудь словно врезался огромный молот, заставив непроизвольно попятиться.
Опять как в прошлый раз. Я мысленно чертыхнулся. Алашар и в первую нашу встречу наносил эти незримые удары, только вот как мне драться против этого, если я даже не вижу, куда будет направлен следующий удар. Ассасин вновь дернул рукой, и мой бок взвыл от боли, причем доспехи от этих ударов явно не защищали.
— Что, Вэнь не научил тебя этому. Впрочем, он всегда был слабаком, — новый взмах рукой, и я отлетаю назад.
«Видь невидимое…» — Голос, словно дуновение ветерка, отголосок памяти. Видеть невидимое? «Идиот!!» — я мысленно застонал, тут же усилием воли активируя свое второе зрение. Мир изменился, запылав различными красками, невидимыми обычным взором. Я посмотрел на своего противника и усмехнулся. В левой руке моего противника крутился белесый шар. Движение рукой и шар устремился ко мне, однако я успел перекатиться и вскочил на ноги, с ухмылкой посмотрев на Алашара в глазах которого промелькнуло плохо скрываемое удивление. Мой противник задвигал пальцами, словно лепя невидимый снежок, и в его ладони стал формироваться новый сгусток, однако я не стал ждать, — резкий рывок и моя катана вспорола воздух на том месте, где он находился секунду назад. Ассасин успел отскочит в сторону и тут же метнул свой шарик, который просвистел рядом с моей головой и, врезавшись в колонну, выбил из нее целый сноп брызнувших во все стороны осколков.
— Алашар, остановись!! — громкий отклик, заставил моего противника застыть на месте.
Я резко обернулся, стараясь не упускать своего противника из поля зрения, и покосился на высокого худого мужчину с длинными белоснежными волосами и болезненным лицом, который стоял на месте исчезнувшего портала, кутавшись в красный плащ. Ассасин бросил взгляд на незнакомца и недовольно поморщился, однако меч убрал.
— Кто вы? — спросил я.
— Акмил Аранийский, — раздался голос Дарнира, который все это время стоял на месте и не вмешивался в наш короткий поединок с Алашаром.
Незнакомец резко развернулся, при этом его плащ распахнулся, открывая моему взору абсолютно черный латный доспех, украшенный тонкой золотистой чеканкой.
— Дарнир, — в голосе Акмила явно слышались нотки растерянности, заставившие Алашара удивленно посмотреть на своего спутника.
— Да, брат…
— Брат!? — я непонимающе посмотрел на гиганта, который нахмурясь разглядывал стоявшего напротив нас самозваного императора.
— Все потом, — бросил гигант.
— Надо же, малыш Дарнир, — хмыкнул Акмил, — не думал, что когда-нибудь вновь увижу своего сбежавшего братца. Надо признать, что ты вырос.
— А ты постарел, — огрызнулся Дарнир. — Однако как посмотрю, от своей проклятой магии не отказался, — он кивнул в сторону скорчившегося на полу тела Рика, которое больше походило на мумию.
— Ах, это, — император махнул рукой. — Одной пешкой больше, одной меньше…
Щека Дарнира нервно дернулась, а в глазах появился нехороший блеск.
— Наша мать для тебя тоже была пешкой? — тихо спросил он.
— Она была дурой, — резко бросил Акмил, скривившись. — Жалкой дурой. Обладая силой, не хотела ей делиться, поэтому мне пришлось взять ее самому…
— Скотина, — Дарнир медленно вытащил свой меч.
— Не стоит, братец, — покачал головой император, направляя свою руку в сторону растекающейся рядом с трупом магера лужи крови. Та вдруг зашевелилась, словно живая, пошла волнами и неожиданно прыгнула в его сторону, прямо в воздухе превращаясь в некое подобие посоха.
— Я не хочу тебя убивать…
— Я тоже, — рыкнул Дарнир и его меч вспыхнул золотым огнем.
Я с удивлением смотрел на своего товарища, который явно обладал каким-то неизвестными мне силами. Оставалось только удивляться, почему он не применял их ранее, и как это Ри не засекла в нашем спутнике ничего подозрительного — девушка обычно магию за версту чуяла.
— Что ж не будем им мешать! — крикнул Алашар, занимая позицию напротив меня. — Пусть родственнички сами решат свои разногласия, а мы займемся своими.
Я бросил взгляд на Дарнира, который медленно приближался к своему брату, чей посох словно бурлил изнутри, порой выбрасывая из своего нутра тонкие шевелящиеся нити, что подобно причудливым змеям оплетали руку мага и, тяжело вздохнув, взмахнул перед собой клинком, заставив вспыхнуть его лезвие огнем.
Неожиданно со стороны входа раздались тяжелые шаги, словно к зданию приближалось нечто гигантское — все замерли. В прямоугольнике дверного проема появилась тень человека, на миг заслонившая дневной свет, а затем на меня обрушился тяжелый взгляд, проникший, казалось, во все закоулки моей души. Я невольно, попятился, закрывая глаза от этого невидимого взора, который буквально корежил меня изнутри, пытаясь сломить волю, лишить рассудка, сделать послушной марионеткой. Хотелось пасть на колени и, скуля о снисхождении, ползти к невидимому господину, чтобы лобзать его ноги в приступе истинной собачьей преданности. Я почувствовал, как колени подгибаются вопреки моей воле, однако что-то внутри меня неожиданно восстало против. Какая-то волна возмущения и дикого протеста, заставила мою ладонь поудобнее перехватить рукоять клинка и, вскинув голову, вызывающе посмотреть в сторону стоящего в дверном проеме неведомого противника. Фигуру незнакомца скрывал какой-то туман, клубящийся вокруг, делая его похожим на призрачную тень, глаза которой горели ярким неоновым светом. Я бросил быстрый взгляд на Дарнира, который, не отрываясь, смотрел в сторону незнакомца, затем на коленопреклонённых Алашара с Акмилом, перевел взгляд на огневика с дочкой, которая плотно прижалась к отцу и, вскинув меч, решительно двинулся навстречу неизвестному врагу.
— Здравствуй, Лекс, — знакомый голос, идущий от фигуры, заставил меня вздрогнуть и опустить клинок.
— Таиль?!
Фигура качнула головой и шагнула вперед, выступая из обступавшего ее тумана, который заклубился позади, превращаясь в некое подобие развивающегося плаща. Эльфийка с улыбкой смотрела в мою сторону, одной рукой приподнимая за волосы Ри, обнаженное тело которой распласталось у ее ног.
— Таиль, ты…, — я непонимающе посмотрел на свою подругу, волосы которой развивались словно от легкого ветерка, а в глазах все еще полыхал призрачный свет Наора.
— Так ты еще меня помнишь? — в голосе девушки на миг прорезались знакомые ехидные нотки.
— Таиль, что за глупости, как я мог тебя забыть, лучше скажи, что с Ри?
— С Ри? — глаза девушки неожиданно погасли, и она растерянно посмотрела на свою руку, все еще сжимающую волосы подруги.
Я хотел уже было кинуться навстречу к эльфийке, но тут волчица открыла глаза и, бросив на меня измученный взгляд, неожиданно вывернулась с утробным рычанием, вцепляясь своей спутнице в руку.
Лицо эльфийки исказила гримаса боли и призрения, превратив лицо моей любимой в странную гротескную маску, взгляд вновь налился огнем, впившись в повисшую у нее на руке волчицу. Тело Ри сотрясли страшные конвульсии, однако зуб она не разжала, наоборот, судя по напрягшимся желвакам, еще плотнее стиснула свои челюсти.
Я стоял, не зная, что предпринять — не понимая происходящего. По всем канонам мне нужно было кинуться к нашим спутницам и попытаться развести их в разные стороны, после чего выяснить причины столь неожиданной вражды, но… но, что-то меня останавливало. Какая-то странная практически невозможная догадка, которую я никак не мог сформулировать, — почти предчувствие, бившееся где-то в глубине моего сознания, удерживала меня на месте прочными тисками. Мое сердце сжималось от боли, но я не двигался с места, лишь еще плотнее обхватил рукоять катаны, чувствуя необычную теплоту и непонятное спокойствие, идущее от своего меча.
Неожиданно мир вздрогнул, и я вновь почувствовал на себе тяжелый взгляд неведомого существа, а фигуру Таиль скрыл клубящийся за ее спиной туман, превратив ее в призрачную тень. Фигура махнула рукой, откидывая вцепившуюся мертвой хваткой волчицу к моим ногам и хрипло рассмеялась.
— Лекс, я привела тебе твою собачонку, — сказала она, каким-то шипящим голосом от которого по моей спине побежали холодные мурашки, дурного предчувствия.
Этот голос не мог принадлежать Таиль — этот голос вообще не мог принадлежать живому существу. Холод, абсолютное равнодушие и какая-то искусственность чувствовалась в звучавших словах — словно какой-то неодушевленный предмет обрел способность говорить и теперь вещал нам через эльфийку. А еще сила, неимоверная сила — чуждая сила. Сила, заставляющая колебаться само окружающее нас пространство, при каждой произносимой девушкой фразе.
— Таиль…
— Это не Таиль, — раздался тихий голос волчицы. — Не та Таиль, которую ты знал, Лекс.
Ри приподнялась на локтях и попыталась встать, но тут же с тихим поскуливанием вновь рухнула на пол. Я бросил взгляд на окутанную туманом фигуру, которая пристально наблюдала за нами своим светящимся взглядом и, подбежав к волчице, помог девушке подняться.
— Спасибо.
Волчица буквально повисла на моем плече, и только сейчас я заметил, что тело девушки покрыто огромными синяками и глубокими порезами, из которых сочились тонкие струйки крови.
— Таиль…
— Это не она, Лекс, — в голосе Дарнира звучала непонятная усталость. — Это уже не она…
— О чем ты говоришь, о чем вы все говорите!? — бросил я зло, хотя прекрасно понимал, что мой товарищ прав. То, что стояло перед нами только внешне напоминало мою эльфийку. — Таиль!!
Глаза фигуры погасли, а обступивший ее туман на миг вздрогнул, расступаясь и открывая лицо девушки.
— Поздно, Лекс, — произнесла она тихим голосом. — Слишком поздно, я ошиблась, приведя тебя в этот мир, ошиблась, позволив своей эльфийской сущности взять верх, позволить проснуться чувствам… А теперь не мешайте мне… — глаза Таиль сверкнули, и я почувствовал, как мою грудь словно сдавили невидимые тиски, по каплям выдавливая воздух из моих легких.
— Та…
— Не мешай!! — голос гремит на весь зал, заставляя дрожать все здание, осыпая нас кусками летевшей откуда-то сверху штукатурки.
Я падаю на колени, краем глаза видя, как бледнеет Дарнир, чувствуя, как от нехватки воздуха темнеет в глазах, и лишь слышу, как рухнувшая рядом Ри что-то быстро бормочет себе под нос, а рукоять меча неожиданно нагревается, обжигая ладонь сквозь кожу перчаток. Дышать становится легче, однако тело словно онемело, чувствую лишь руку держащую клинок, от которого вверх медленно распространяется странное тепло, изгоняющее это странное оцепенение, — медленно, слишком медленно. Я с изумлением смотрю на свою катану, которая светится мягким белым светом, затем перевожу взгляд на «то», что некогда было моей Таиль.
Существо стоит рядом с кругом из висящих в воздухе камней, что окружают кристалл и внимательно слушает что-то говорящего ему Акмила, затем делает шаг в сторону кристалла и тут же с пронзительным рыком отпрыгивает назад.
— Я говорил вам, Посланница, что древние маги Родарии поставили хорошую защиту и даже вам ее не пробить, впрочем, я думаю, Тавор не зря послал сюда моего брата с этим вашим…, — император на секунду замялся.
— Они нам не помогут, — прошипела тень. — Их задачей было забрать уничтожить семя, однако молот вы успели перехватить, так что они должны были доставить камень белому магу.
— Кристалл не дастся в руки простому смертному…
— Глупец…, — бросила посланница, заставив Акмила испуганно отступить на шаг назад. — Этот здоровяк твой брат, а значит и в нем течет кровь первого властителя семени, поэтому оно может признать его, впрочем, как и тебя…
— Но нам все равно не преодолеть этот барьер…
— Семя зовет меня, — посланница раскидывает руки и из ее тела в сторону летающих камней выстреливают туманные жгуты.
Удар. Здание содрогается, некоторые колонны валятся на пол, а сверху вниз обрушивается целый водопад камней, заполняя зал облаком пыли.
Вокруг кристалла вспыхивает золотистый купол и посланницу буквально откидывает назад, срывая с нее пелену тумана. Эльфийка катиться кубарем по полу, но через мгновение уже вскакивает на ноги, а отлетевшее в сторону облако, вновь окутывает ее тело плотным одеялом.
— Я вас ждал, — магер неожиданно вскинул свой «грохот» к плечу, направляя его в нашу сторону. — Стойте там, где стоите, прихвостни Рамиона. А ты огненный…, не ожидал, что ты встанешь на их сторону.
— Я не стою ни на чьей стороне, — глаза огневика гневно вспыхнули. — И твоему хозяину пора бы это понять.
Мы с Дарниром переглянулись.
— Ловушка, — констатировал я, чувствуя неожиданно нахлынувшее на меня ледяное спокойствие.
— Какие догадливые, — ухмыльнулся Рик.
— Думаешь, ты нас остановишь? — поинтересовался Дарнир, пристально разглядывая магера, который зачем-то снял свой доспех и красовался с голым торсом.
— Я? — тот хрипло рассмеялся. — Что вы. Я не такой наивный, прекрасно понимаю, что если спущу курок, то умру через пару мгновений. Если честно, то я надеялся, что он…, — кивок в сторону огневика, — … мне поможет, однако вижу, что этого ожидать не стоит, так ведь, Огненный.
— Ты права ищейка, Акмила, помогать я тебе не буду, ибо один из них уже дважды спасал нас с дочерью, но и мешать не собираюсь, ибо призираю весь ваш род.
— Отец, но…!
— Молчи, Огня, это не наша битва, — решительно осадил огневик, пытавшуюся что-то сказать дочь.
— И что будем делать? — поинтересовался Дарнир, бросая быстрый взгляд в мою сторону.
— О. о, вам это понравиться, — Рик неожиданно бросил свой «грохот» и, выхватив кинжал, полоснул себе по венам, затем раскинул руки в стороны и хрипло рассмеялся.
Я замер, не зная, что предпринять. Тем временем кинжал, который Рик все еще сжимал в своей руке, вспыхнул зеленым огнем, а кровь из запястья буквально хлынула тонкой струей, однако текла она не вниз, а вылетала из вены вперед, создавая перед его лицом пятно кровавого водоворота, который с каждым мгновением увеличивался.
— Не стоит, — остановил меня Дарнир, видимо поняв мое намеренье. — Убив его портал уже не закроешь.
— Портал?
— Да, — кивнул тот, — магия крови. Ее мало кто сейчас практикует. В данном случае Рика специально зачаровали, чтобы он послужил пищей для портала, который приведет его хозяина к нужному месту. Кстати, ему самому это, похоже, забыли объяснить.
Дарнир кивнул в сторону магера, который упал на колени и, отбросив кинжал, сжал свое запястье, тщетно пытаясь остановить хлещущую кровь.
А кровавый круговорот тем временем вытянулся в овал и из него неожиданно выпрыгнул человек. На краткий миг он замер, прищуренным взглядом оглядывая комнату с кристаллом, затем его взгляд уперся в меня и его тонкие губы скривились в презрительной ухмылке.
— Выкормышь Вэня.
— Скорее его ученик, Алашар, — бросил я в ответ, пристально наблюдая за движениями ассасина.
— Смотри-ка, не забыл имя того, кто оборвет твое жалкое существование, — хмыкнул мой противник и буквально растворился в воздухе, заставив меня поспешно нырнуть в режим ускорения.
Изогнутые клинки Алашара скрестились с моей катаной, и мы несколько мгновений танцевали причудливый танец смерти, оплетая себя сталью нашего оружия. Пару раз его мечи скользили по моим кожаным доспехам, правда, не причинив мне особого вреда, а вот моя катана, полоснула его по руке, заставив уронить один из клинков и высоким прыжком уйти в сторону.
— А ты кое-чему научился, — зло бросил он. — Однако не думай, что эта маленькая победа тебе поможет.
Резкое движение израненнойрукой, и в мою грудь словно врезался огромный молот, заставив непроизвольно попятиться.
Опять как в прошлый раз. Я мысленно чертыхнулся. Алашар и в первую нашу встречу наносил эти незримые удары, только вот как мне драться против этого, если я даже не вижу, куда будет направлен следующий удар. Ассасин вновь дернул рукой, и мой бок взвыл от боли, причем доспехи от этих ударов явно не защищали.
— Что, Вэнь не научил тебя этому. Впрочем, он всегда был слабаком, — новый взмах рукой, и я отлетаю назад.
«Видь невидимое…» — Голос, словно дуновение ветерка, отголосок памяти. Видеть невидимое? «Идиот!!» — я мысленно застонал, тут же усилием воли активируя свое второе зрение. Мир изменился, запылав различными красками, невидимыми обычным взором. Я посмотрел на своего противника и усмехнулся. В левой руке моего противника крутился белесый шар. Движение рукой и шар устремился ко мне, однако я успел перекатиться и вскочил на ноги, с ухмылкой посмотрев на Алашара в глазах которого промелькнуло плохо скрываемое удивление. Мой противник задвигал пальцами, словно лепя невидимый снежок, и в его ладони стал формироваться новый сгусток, однако я не стал ждать, — резкий рывок и моя катана вспорола воздух на том месте, где он находился секунду назад. Ассасин успел отскочит в сторону и тут же метнул свой шарик, который просвистел рядом с моей головой и, врезавшись в колонну, выбил из нее целый сноп брызнувших во все стороны осколков.
— Алашар, остановись!! — громкий отклик, заставил моего противника застыть на месте.
Я резко обернулся, стараясь не упускать своего противника из поля зрения, и покосился на высокого худого мужчину с длинными белоснежными волосами и болезненным лицом, который стоял на месте исчезнувшего портала, кутавшись в красный плащ. Ассасин бросил взгляд на незнакомца и недовольно поморщился, однако меч убрал.
— Кто вы? — спросил я.
— Акмил Аранийский, — раздался голос Дарнира, который все это время стоял на месте и не вмешивался в наш короткий поединок с Алашаром.
Незнакомец резко развернулся, при этом его плащ распахнулся, открывая моему взору абсолютно черный латный доспех, украшенный тонкой золотистой чеканкой.
— Дарнир, — в голосе Акмила явно слышались нотки растерянности, заставившие Алашара удивленно посмотреть на своего спутника.
— Да, брат…
— Брат!? — я непонимающе посмотрел на гиганта, который нахмурясь разглядывал стоявшего напротив нас самозваного императора.
— Все потом, — бросил гигант.
— Надо же, малыш Дарнир, — хмыкнул Акмил, — не думал, что когда-нибудь вновь увижу своего сбежавшего братца. Надо признать, что ты вырос.
— А ты постарел, — огрызнулся Дарнир. — Однако как посмотрю, от своей проклятой магии не отказался, — он кивнул в сторону скорчившегося на полу тела Рика, которое больше походило на мумию.
— Ах, это, — император махнул рукой. — Одной пешкой больше, одной меньше…
Щека Дарнира нервно дернулась, а в глазах появился нехороший блеск.
— Наша мать для тебя тоже была пешкой? — тихо спросил он.
— Она была дурой, — резко бросил Акмил, скривившись. — Жалкой дурой. Обладая силой, не хотела ей делиться, поэтому мне пришлось взять ее самому…
— Скотина, — Дарнир медленно вытащил свой меч.
— Не стоит, братец, — покачал головой император, направляя свою руку в сторону растекающейся рядом с трупом магера лужи крови. Та вдруг зашевелилась, словно живая, пошла волнами и неожиданно прыгнула в его сторону, прямо в воздухе превращаясь в некое подобие посоха.
— Я не хочу тебя убивать…
— Я тоже, — рыкнул Дарнир и его меч вспыхнул золотым огнем.
Я с удивлением смотрел на своего товарища, который явно обладал каким-то неизвестными мне силами. Оставалось только удивляться, почему он не применял их ранее, и как это Ри не засекла в нашем спутнике ничего подозрительного — девушка обычно магию за версту чуяла.
— Что ж не будем им мешать! — крикнул Алашар, занимая позицию напротив меня. — Пусть родственнички сами решат свои разногласия, а мы займемся своими.
Я бросил взгляд на Дарнира, который медленно приближался к своему брату, чей посох словно бурлил изнутри, порой выбрасывая из своего нутра тонкие шевелящиеся нити, что подобно причудливым змеям оплетали руку мага и, тяжело вздохнув, взмахнул перед собой клинком, заставив вспыхнуть его лезвие огнем.
Неожиданно со стороны входа раздались тяжелые шаги, словно к зданию приближалось нечто гигантское — все замерли. В прямоугольнике дверного проема появилась тень человека, на миг заслонившая дневной свет, а затем на меня обрушился тяжелый взгляд, проникший, казалось, во все закоулки моей души. Я невольно, попятился, закрывая глаза от этого невидимого взора, который буквально корежил меня изнутри, пытаясь сломить волю, лишить рассудка, сделать послушной марионеткой. Хотелось пасть на колени и, скуля о снисхождении, ползти к невидимому господину, чтобы лобзать его ноги в приступе истинной собачьей преданности. Я почувствовал, как колени подгибаются вопреки моей воле, однако что-то внутри меня неожиданно восстало против. Какая-то волна возмущения и дикого протеста, заставила мою ладонь поудобнее перехватить рукоять клинка и, вскинув голову, вызывающе посмотреть в сторону стоящего в дверном проеме неведомого противника. Фигуру незнакомца скрывал какой-то туман, клубящийся вокруг, делая его похожим на призрачную тень, глаза которой горели ярким неоновым светом. Я бросил быстрый взгляд на Дарнира, который, не отрываясь, смотрел в сторону незнакомца, затем на коленопреклонённых Алашара с Акмилом, перевел взгляд на огневика с дочкой, которая плотно прижалась к отцу и, вскинув меч, решительно двинулся навстречу неизвестному врагу.
— Здравствуй, Лекс, — знакомый голос, идущий от фигуры, заставил меня вздрогнуть и опустить клинок.
— Таиль?!
Фигура качнула головой и шагнула вперед, выступая из обступавшего ее тумана, который заклубился позади, превращаясь в некое подобие развивающегося плаща. Эльфийка с улыбкой смотрела в мою сторону, одной рукой приподнимая за волосы Ри, обнаженное тело которой распласталось у ее ног.
— Таиль, ты…, — я непонимающе посмотрел на свою подругу, волосы которой развивались словно от легкого ветерка, а в глазах все еще полыхал призрачный свет Наора.
— Так ты еще меня помнишь? — в голосе девушки на миг прорезались знакомые ехидные нотки.
— Таиль, что за глупости, как я мог тебя забыть, лучше скажи, что с Ри?
— С Ри? — глаза девушки неожиданно погасли, и она растерянно посмотрела на свою руку, все еще сжимающую волосы подруги.
Я хотел уже было кинуться навстречу к эльфийке, но тут волчица открыла глаза и, бросив на меня измученный взгляд, неожиданно вывернулась с утробным рычанием, вцепляясь своей спутнице в руку.
Лицо эльфийки исказила гримаса боли и призрения, превратив лицо моей любимой в странную гротескную маску, взгляд вновь налился огнем, впившись в повисшую у нее на руке волчицу. Тело Ри сотрясли страшные конвульсии, однако зуб она не разжала, наоборот, судя по напрягшимся желвакам, еще плотнее стиснула свои челюсти.
Я стоял, не зная, что предпринять — не понимая происходящего. По всем канонам мне нужно было кинуться к нашим спутницам и попытаться развести их в разные стороны, после чего выяснить причины столь неожиданной вражды, но… но, что-то меня останавливало. Какая-то странная практически невозможная догадка, которую я никак не мог сформулировать, — почти предчувствие, бившееся где-то в глубине моего сознания, удерживала меня на месте прочными тисками. Мое сердце сжималось от боли, но я не двигался с места, лишь еще плотнее обхватил рукоять катаны, чувствуя необычную теплоту и непонятное спокойствие, идущее от своего меча.
Неожиданно мир вздрогнул, и я вновь почувствовал на себе тяжелый взгляд неведомого существа, а фигуру Таиль скрыл клубящийся за ее спиной туман, превратив ее в призрачную тень. Фигура махнула рукой, откидывая вцепившуюся мертвой хваткой волчицу к моим ногам и хрипло рассмеялась.
— Лекс, я привела тебе твою собачонку, — сказала она, каким-то шипящим голосом от которого по моей спине побежали холодные мурашки, дурного предчувствия.
Этот голос не мог принадлежать Таиль — этот голос вообще не мог принадлежать живому существу. Холод, абсолютное равнодушие и какая-то искусственность чувствовалась в звучавших словах — словно какой-то неодушевленный предмет обрел способность говорить и теперь вещал нам через эльфийку. А еще сила, неимоверная сила — чуждая сила. Сила, заставляющая колебаться само окружающее нас пространство, при каждой произносимой девушкой фразе.
— Таиль…
— Это не Таиль, — раздался тихий голос волчицы. — Не та Таиль, которую ты знал, Лекс.
Ри приподнялась на локтях и попыталась встать, но тут же с тихим поскуливанием вновь рухнула на пол. Я бросил взгляд на окутанную туманом фигуру, которая пристально наблюдала за нами своим светящимся взглядом и, подбежав к волчице, помог девушке подняться.
— Спасибо.
Волчица буквально повисла на моем плече, и только сейчас я заметил, что тело девушки покрыто огромными синяками и глубокими порезами, из которых сочились тонкие струйки крови.
— Таиль…
— Это не она, Лекс, — в голосе Дарнира звучала непонятная усталость. — Это уже не она…
— О чем ты говоришь, о чем вы все говорите!? — бросил я зло, хотя прекрасно понимал, что мой товарищ прав. То, что стояло перед нами только внешне напоминало мою эльфийку. — Таиль!!
Глаза фигуры погасли, а обступивший ее туман на миг вздрогнул, расступаясь и открывая лицо девушки.
— Поздно, Лекс, — произнесла она тихим голосом. — Слишком поздно, я ошиблась, приведя тебя в этот мир, ошиблась, позволив своей эльфийской сущности взять верх, позволить проснуться чувствам… А теперь не мешайте мне… — глаза Таиль сверкнули, и я почувствовал, как мою грудь словно сдавили невидимые тиски, по каплям выдавливая воздух из моих легких.
— Та…
— Не мешай!! — голос гремит на весь зал, заставляя дрожать все здание, осыпая нас кусками летевшей откуда-то сверху штукатурки.
Я падаю на колени, краем глаза видя, как бледнеет Дарнир, чувствуя, как от нехватки воздуха темнеет в глазах, и лишь слышу, как рухнувшая рядом Ри что-то быстро бормочет себе под нос, а рукоять меча неожиданно нагревается, обжигая ладонь сквозь кожу перчаток. Дышать становится легче, однако тело словно онемело, чувствую лишь руку держащую клинок, от которого вверх медленно распространяется странное тепло, изгоняющее это странное оцепенение, — медленно, слишком медленно. Я с изумлением смотрю на свою катану, которая светится мягким белым светом, затем перевожу взгляд на «то», что некогда было моей Таиль.
Существо стоит рядом с кругом из висящих в воздухе камней, что окружают кристалл и внимательно слушает что-то говорящего ему Акмила, затем делает шаг в сторону кристалла и тут же с пронзительным рыком отпрыгивает назад.
— Я говорил вам, Посланница, что древние маги Родарии поставили хорошую защиту и даже вам ее не пробить, впрочем, я думаю, Тавор не зря послал сюда моего брата с этим вашим…, — император на секунду замялся.
— Они нам не помогут, — прошипела тень. — Их задачей было забрать уничтожить семя, однако молот вы успели перехватить, так что они должны были доставить камень белому магу.
— Кристалл не дастся в руки простому смертному…
— Глупец…, — бросила посланница, заставив Акмила испуганно отступить на шаг назад. — Этот здоровяк твой брат, а значит и в нем течет кровь первого властителя семени, поэтому оно может признать его, впрочем, как и тебя…
— Но нам все равно не преодолеть этот барьер…
— Семя зовет меня, — посланница раскидывает руки и из ее тела в сторону летающих камней выстреливают туманные жгуты.
Удар. Здание содрогается, некоторые колонны валятся на пол, а сверху вниз обрушивается целый водопад камней, заполняя зал облаком пыли.
Вокруг кристалла вспыхивает золотистый купол и посланницу буквально откидывает назад, срывая с нее пелену тумана. Эльфийка катиться кубарем по полу, но через мгновение уже вскакивает на ноги, а отлетевшее в сторону облако, вновь окутывает ее тело плотным одеялом.
