Охрана.
Стерегут важную «гостью».
Прикрыв дверь, прижалась к ней спиной, снова осматривая помещение. Холодно. Равнодушно.
Обреченно.
На ватных ногах прошла к окну, глядя на темные воды далеко внизу. Обхватила себя руками, зябко поежившись.
- Ну здравствуй, моя золотая клетка…
Губы ее дрогнули в горькой ухмылке.
Дни слились для Айи в одну сплошную монотонную ленту спокойствия, в которой она получила нежданную передышку. Девушка много спала, подолгу сидела в плетеном кресле у камина или распахнув витражные створки большого окна смотрела на искрящуюся поверхность воды.
Она словно застыла, существуя только по инерции, просто потому что так было надо.
Покидать восточное крыло, где ей были выделены покои, Айе не дозволялось. Да она и не стремилась. Райан хорошо позаботился о ее удобстве. Стоило девушке спуститься по искусной винтовой лестнице вниз и пройти в широкую вычурную арку, неизменно в сопровождении молчаливых стражников, как она попадала в необычайной красоты сад, раскинувшийся под стеклянным куполом высокой крыши. Он был настолько большим, что Айе понадобился не один день, чтобы весь его обойти. Особенно девушке полюбилось тихое место, скрытое от глаз цветущим кустом белых роз. Там в тени плакучей ивы, на резной скамейке пленница проводила почти все свое время. Смотрела на маленький прудик, на кувшинки и мерное колыхание осоки. На стрекоз и водомерок, слушала голоса диковинных птиц и упивалась сладкими ароматами цветов. Гнала от себя тревожные мысли о тех, кто остался в далеких землях Шаррихасс. Противный липкий страх в те мгновения сковал ее всю, мешая дышать. А еще отчего-то она чувствовала жгучий стыд за то, что находится так далеко, в покое и красоте. В иллюзорной видимости безопасности. Когда ее товарищей возможно уже унес за черту голод или жесткая рука сумасшедшего Гилиаса…
Очень часто ее сопровождал принц, вовлекая в обыденные, ничего не значащие беседы. Отвлекал, видя ее понурую задумчивость. Тепло улыбался, угощал необычными сладостями и наряжал в дорогие, непривычные ей наряды. Ужинал с нею каждый вечер в светлой и уютной кухне, за широким и круглым столом у распахнутого настежь окна. Завороженно наблюдал, как соленый ветер играет с ее волосами, перебирает их и легонько взметает под теплыми лучами заходящего солнца. Посмеивался, глядя на замешательство девушки при виде множества столовых приборов и довольно кивал, когда она, плюнув на все использовала те, что казались ей удобными или и вовсе ела руками.
Показал ей неприметную калитку, что вела из сада на небольшой пригорок и мощенную камнем дорогу под ним. И приводила путников к маленькому, окруженному темными скалами пляжу. Там Айе тоже нравилось. Она часто брала с собой плед, расстилала у огромного валуна и подолгу смотрела в даль, всласть дышала прохладой и вздрагивала от странного удовольствия, когда соленые, освежающие брызги, гонимые ветрами, попадали ей на лицо. Прислушивалась к активности жизни, что щекотала ее изнутри. Легонько пиналась, вызывая на девичьем лице блаженную улыбку и робкие вздохи ни с чем несравнимого счастья.
И здесь Райан иногда бывал с нею. Просто сидел рядом и смотрел, не решаясь, а может и не желая заговорить. Его присутствие больше не тяготило девушку, стало привычным. Знакомым.
Он ничего от нее не требовал, не пытался узнать или выведать. Не давил, не угрожал, не запугивал. Просто был рядом. Зачем-то окружая свою пленницу уютом и теплом.
Но зачем?
Как долго продлится это странное, почти нереальное затишье? Ведь не могло же оно продолжаться вечно. И какие-то цели у ассура все же были, пусть он и не спешил раскрывать карты.
Были дни, когда Райан был хмур и задумчив. Зол.
Тогда он нарочно искал с Аей встреч, неизменно успокаиваясь в ее немногословном, тихом обществе. Начинал дышать ровнее, а из янтарных глаз уходила тревога. Отступала, уступая место привычному любопытству. Дал «гостье» доступ к старой, маленькой библиотеке. Которой по всей видимости уже много лет никто не пользовался. Книги и полки, тонкие статуи и камин – все было покрыто толстым слоем пыли. Айе там нравилось, среди запаха затхлости и старых книг.
А однажды, в день когда море у подножья крепости бушевало, вспениваясь яростными волнами, обрушивалось гневно на скалы, а проливной дождь шумно тарабанил по прозрачной крыше сада, принц нашел Айю в ее излюбленном месте, под тонкими прутьями ивы. Коротко поклонившись, присел рядом, переводя взгляд на журчащий неподалеку фонтанчик.
Ему нужно было успокоиться, выдохнуть, привести мысли в порядок. И лучше всего это получалось сделать рядом с нею. Это открытие вначале сильно удивила Райана, если не сказать испугало. Но со временем он свыкся с этой новой необходимостью, даже находя в ней некое странное удовольствие.
И вот сейчас он приходил в себя, начинал дышать ровнее, и тревога его отступала. Вести с полей уже давно приходили весьма неутешительные. Взять столицу севера так и не удалось. Их армия едва ли смогла продвинуться в глубь страны. Войско под предводительством этого проклятого Дор Шаррихасса словно обезумело. Они так яростно защищали свой дом, что смертями врага не было конца, приграничные утопали в крови. Потери Империи Юга исчислялся уже десятками, сотнями тысяч! И самым неприятным было то, что гибли ассуры. Ценнейшая, исчезающая кровь. Отец Райана был весьма неосмотрителен и самонадеян, решившись на это необдуманное вторжение. Но главе Правящего Дома нужно было показать свое могущество и недовольство новыми союзами Севера с этими убогим, диким пиратским отродьем – лаграми, что обитали за холодным морем. Юг не мог допустить еще большего укрепления ближайшего соседа. Империя не терпела соперников своему величию, оставаясь мощнейшей из держав их мира.
А сегодня доложили, что земли Шаррихасса освобождены. Сумасшедший король и его отпрыски обезглавлены на главной площади столицы, алые флаги вздернуты на высоких шпилях. Рог трубит о смерти предателей громко. Оповещает мир о справедливом возмездии. Загорье стерто с лица земли. Север впервые одерживает победу под предводительством безродного, преданного королевского пса Нирхасса Дор Шаррихасса. За считанные месяцы. Быстро и неумолимо. Империя оказалась не готова к такому неистовому отпору. И теперь придется за это платить…
Лицо Райана некрасиво искривила очередная гримаса злости.
Но у него есть маленький козырь для бешеной сероглазой псины…
- Вы в порядке? – подняла на него большие глаза девушка, чуть придвинувшись, заглядывая в его лицо.
Ассур тряхнул головой, отгоняя от себя тягостные думы и тепло улыбнулся. Ему было приятно ее беспокойство.
- Все хорошо, Айя, - улыбнулся мужчина, переводя взгляд на ее аккуратный, округлившийся живот.
Райан видел, как она таилась и оберегала свою маленькую тайну, с каждым днем становящуюся все заметнее. Все очевиднее. Но не торопил и не наседал, давал ей время рассказать все самой. И видимо это время пришло.
Девушка, опустив глаза и плотнее кутаясь в темный палантин, произнесла:
- Я жду его ребенка.
Принц ухмыльнулся, удобнее откидываясь на скамейке.
- Я знаю, маленькая госпожа, - кивнул ассур, с удовольствием глядя на ее растерянное лицо. – Неужели Вы думали, что я настолько глуп и слеп, что не замечу очевидных вещей под своим носом? Ваш маленький секрет, для меня уже давно не тайна. Если быть точным, то с момента нашего отъезда из северных земель. Я не хотел давить, ждал, когда Вы созреете сами, чтобы поделиться со мной.
Но были у нее и еще секреты, которых принц пока не мог разгадать. Но так этого жаждал, что девушка стала его личным наваждением. Тогда, в окружении отребья Гилиаса он заметил это. Всего доли секунды, неуловимые человеческому глазу. Но Райан не человек. Он видел, как отшатнувшись от меча, девушка растворилась в пустоте, а через мгновение появилась снова, вся пропахшая битвой, в крови ассура. Одного из генералов юга. Упала, теряя сознание.
И если в начале он сомневался стоит ли везти игрушку пса с собой, то в тот миг все окончательно было решено. Он бы не оставил такую диковину в стенах Шаррихасса. Ни за что.
А за время длительного и тесного пути, ему открылось ее охраняемая ото всех тягость.
Айя слушала его, чуть приоткрыв рот. Кивала своим мыслям.
- Поэтому я здесь? – спросила, отворачивая бледное лицо к пруду.
- Это одна из причин, - коротко ответил мужчина, боялся самому себе признаться в остальных, начиная понимать своего врага.
- И что теперь? Вы отнимите ее у меня? – затаив дыхание прошептала Айя, помедлив пояснила. – Она ведь первый ребенок ассура за столько веков.
Она? Надо же…
Райан замер, глядя как ее дрожащие руки с изуродованными пальцами бережно обхватили живот. Как быстро вздымалась ее грудь от волнения. И как поникли хрупкие плечи.
Так вот чего так боялась эта женщина! Вот почему таилась.
Умная девочка.
- Никто у Вас ничего и никого не отберет, Айя. Я ведь обещал. Говорил, что Вам ничего не угрожает, - выпалил ассур быстрее, чем того хотел. Удивляясь своему глупому порыву успокоить.
Она только кивнула, не поворачиваясь к нему. Продолжала смотреть на тихую гладь пруда, слушая шум дождя и спокойное дыхание мужчины рядом с нею.
Неконтролируемое желание защитить терзало Райана уже несколько недель. Он сам себе не мог объяснить с чем это связано. Утешался мыслями, что виной тому было ее бесценное для крови ассурин бремя. Такое нужное им всем, испробовавшим все методы и способы, потерявшим всякую веру и уже готовым быть последними свидетелями увядание своего вида. Пусть и из семени врага, но ярким светом расцвела надежда целого народа, согреваемая искалеченной плотью чернавки.
И если она смогла зачать от Шаррихасса, сможет и от него. Сможет ведь?
Эта мысль отозвалась сладким томлением в груди принца. В который раз за день, удивляя самого себя.
- Айя, ты веришь мне? – задумавшись, перешел на обыденное «ты» ассур.
Девушка только неопределенно пожала плечами, тихо прошептав.
- Очень хочу, Райан.
Он проводил ее в покои, аккуратно придерживая за руку. Удивляясь, почему у нее всегда такие холодные пальцы. Распорядился у слуг, что маленькая госпожа будет сегодня ужинать у себя и отправился в кабинет к отцу и старшему брату. Предстоял непростой и долгий разговор в свете предстоящих переговоров и заключения новых договоров. Райан был рад, что проведал перед этим девушку. Теперь он был спокоен и собран, от прежней злобы ни осталось и следа.
Ужин в Айю не лез. Она уныло ковыряла вилкой в тарелке, погрузившись в свои мысли, уперев невидящий взор в картину над камином. Хоть и видела пленница только своих стражников и молчаливую горничную, а общалась и вовсе с одним лишь принцем, от Айи не укрылась всеобщая напряженность. Все были взволнованы. Что-то происходило. Что-то, несомненно, важное, что ей разумеется никто не поведал бы. И это напрягало. Давило. Неизвестность пугала Айю больше всего. Сводила с ума. Заставляла метаться девушку в своей художественно обставленной тюрьме, не находя покоя. Очень хотелось понимать, что все-таки творилось, и что ждет ее саму. Но ответов не было…
Айя вздрогнула, оглядываясь на звук. В ее покои величественной походкой вплыла высокая женщина. В пышном платье с глубоким вырезом. На тонкой шее блестел массивный алый камень на тонкой золотой цепочке. Незнакомка была дамой в возрасте, но это не портило ее хищной красоты. Кровь ассурин очень шла местным женщинам. Россыпь жемчуга в высокой прическе переливалась под пляской огня из камина, мягко гармонировала с чернотой ее волос. Тонкое лицо ночной визитерши было надменным. Горделивым. Гордый подбородок, высокие скулы, тонкий, аккуратный нос и россыпь приятных морщинок у янтарных глаз.
Айя встрепенулась, спешно поднимаясь из-за стола, задевая платьем тарелку. Вилка с непозволительным грохотом повалилась на каменный пол.
Женщина брезгливо сморщила красивый нос, преодолевая разделяющее их с девушкой расстояние. Остановилась в паре шагов и вцепилась в несчастную цепким, изучающим взглядом. У Айи встали дыбом короткие волоски на коже, заставив нервно передернуть плечами. Тихо пискнула, когда тонкие, сильные пальцы сжали ее подбородок, заставляя придвинуться ближе, привставая на носочки. Ассур смотрела на нее с нескрываемой неприязнью, с искренней, всепоглощающей ненавистью. А еще в ярких, злых и умудренных веками глазах незнакомки Айя читала страх. Настолько явный, что бедняжке сделалось не по себе.
- Ты погубишь моего сына, - шепнула она, закусывая ярко напомаженную губу, - погубишь всех нас.
Айя вздрогнула от ее тихого, вкрадчивого голоса.
- Мама, - раздалось ровное и спокойное за от двери, - отпусти ее.
Женщина напряглась, расцепила стальную хватку и величественно расправив плечи, повернулась к стоящему в дверях Райану. Молча подошла к мужчине, прикладывая руку к его щеке. Принц, перехватив ее, прижал к себе сильнее, целуя в открытую ладонь. Коротко кивнул, позволяя королеве Южной Империи покинуть полумрак покоев пленницы ее горячо любимого чада.
Айю била крупная дрожь. Девушка никак не могла заставить себя вдохнуть. Этот короткий, ночной визит выбил почву из-под ног несчастной. Мощь и сила, исходившие от этой женщины внушали самый настоящий ужас.
Райан быстро оценив состояние своей гости, молча прошел к столу, налил в высокий бокал воды из запотевшего графина и протянул его Айе. Девушка с благодарностью его приняла, жадно глотая холодную воду. Тяжело опустилась в кресло, прикладывая холодную ладонь ко лбу. Ассур опустился в кресло напротив, внимательно заглядывая в перепуганное девичье лицо.
- Как ты? – спросил, видимо решив больше не утруждать себя почтительным «Вы», считая Айю достаточно близкой себе.
- Нормально, - выдохнула девушка, ставя пустой бокал на стол и откидываясь обратно на спинку плетеного кресла.
Райан понимающе хмыкнул.
- Королева может быть излишне резка, прошу простить ей эту слабость. И могу заверить, подобное больше не повториться. Никто тебя впредь не потревожит.
- Спасибо, - кивнула Айя, приходя в себя.
Кажется, только короткий взгляд, пара фраз, а бедное сердечко зашлось в ужасе, затрепыхалось. Женщина была куда опаснее своего сына. По крайней мере Айе так показалось.
Принц, сидя напротив молчал, смотрел на яркий огонь в камине. О чем-то задумавшись. Айя изучала его профиль. Спокойный, мужественный. Отчужденный.
Когда он заговорил девушка невольно вздрогнула.
- Через пару дней мы должны быть в Калиаре – нашей резиденции в нейтральных землях. Туда же прибудет делегация северных. Будут обсуждаться условия перемирия.
Айя вся встрепенулась.
- Так это же хорошо! – воскликнула она. – Значит войне конец и не будет больше всех эти смертей, этого ужаса!
- Хорошо, - криво усмехнулся Райана, не отрывая глаз от огня. Только вот Империя теперь в очень невыгодном для нее положении. Все-таки отец очень поторопился в своем решении продемонстрировать абсолютную власть. Но девчонке это знать ни к чему. – Ты поедешь со мной.
- Что? Зачем? – опешила Айя.
- Неужели не хочешь развеяться? В Калиаре довольно красиво. Не бойся, туда всего день пути.
Бывшая служанка глупо хлопала глазами, не зная, что на это возразить. Да и понимала, что это будет тщетно. Райан уже принял решение и просто ставит ее в известность. А значит все не спроста, ассуры редко делают что-то просто так.
Стерегут важную «гостью».
Прикрыв дверь, прижалась к ней спиной, снова осматривая помещение. Холодно. Равнодушно.
Обреченно.
На ватных ногах прошла к окну, глядя на темные воды далеко внизу. Обхватила себя руками, зябко поежившись.
- Ну здравствуй, моя золотая клетка…
Губы ее дрогнули в горькой ухмылке.
Глава десятая
Дни слились для Айи в одну сплошную монотонную ленту спокойствия, в которой она получила нежданную передышку. Девушка много спала, подолгу сидела в плетеном кресле у камина или распахнув витражные створки большого окна смотрела на искрящуюся поверхность воды.
Она словно застыла, существуя только по инерции, просто потому что так было надо.
Покидать восточное крыло, где ей были выделены покои, Айе не дозволялось. Да она и не стремилась. Райан хорошо позаботился о ее удобстве. Стоило девушке спуститься по искусной винтовой лестнице вниз и пройти в широкую вычурную арку, неизменно в сопровождении молчаливых стражников, как она попадала в необычайной красоты сад, раскинувшийся под стеклянным куполом высокой крыши. Он был настолько большим, что Айе понадобился не один день, чтобы весь его обойти. Особенно девушке полюбилось тихое место, скрытое от глаз цветущим кустом белых роз. Там в тени плакучей ивы, на резной скамейке пленница проводила почти все свое время. Смотрела на маленький прудик, на кувшинки и мерное колыхание осоки. На стрекоз и водомерок, слушала голоса диковинных птиц и упивалась сладкими ароматами цветов. Гнала от себя тревожные мысли о тех, кто остался в далеких землях Шаррихасс. Противный липкий страх в те мгновения сковал ее всю, мешая дышать. А еще отчего-то она чувствовала жгучий стыд за то, что находится так далеко, в покое и красоте. В иллюзорной видимости безопасности. Когда ее товарищей возможно уже унес за черту голод или жесткая рука сумасшедшего Гилиаса…
Очень часто ее сопровождал принц, вовлекая в обыденные, ничего не значащие беседы. Отвлекал, видя ее понурую задумчивость. Тепло улыбался, угощал необычными сладостями и наряжал в дорогие, непривычные ей наряды. Ужинал с нею каждый вечер в светлой и уютной кухне, за широким и круглым столом у распахнутого настежь окна. Завороженно наблюдал, как соленый ветер играет с ее волосами, перебирает их и легонько взметает под теплыми лучами заходящего солнца. Посмеивался, глядя на замешательство девушки при виде множества столовых приборов и довольно кивал, когда она, плюнув на все использовала те, что казались ей удобными или и вовсе ела руками.
Показал ей неприметную калитку, что вела из сада на небольшой пригорок и мощенную камнем дорогу под ним. И приводила путников к маленькому, окруженному темными скалами пляжу. Там Айе тоже нравилось. Она часто брала с собой плед, расстилала у огромного валуна и подолгу смотрела в даль, всласть дышала прохладой и вздрагивала от странного удовольствия, когда соленые, освежающие брызги, гонимые ветрами, попадали ей на лицо. Прислушивалась к активности жизни, что щекотала ее изнутри. Легонько пиналась, вызывая на девичьем лице блаженную улыбку и робкие вздохи ни с чем несравнимого счастья.
И здесь Райан иногда бывал с нею. Просто сидел рядом и смотрел, не решаясь, а может и не желая заговорить. Его присутствие больше не тяготило девушку, стало привычным. Знакомым.
Он ничего от нее не требовал, не пытался узнать или выведать. Не давил, не угрожал, не запугивал. Просто был рядом. Зачем-то окружая свою пленницу уютом и теплом.
Но зачем?
Как долго продлится это странное, почти нереальное затишье? Ведь не могло же оно продолжаться вечно. И какие-то цели у ассура все же были, пусть он и не спешил раскрывать карты.
Были дни, когда Райан был хмур и задумчив. Зол.
Тогда он нарочно искал с Аей встреч, неизменно успокаиваясь в ее немногословном, тихом обществе. Начинал дышать ровнее, а из янтарных глаз уходила тревога. Отступала, уступая место привычному любопытству. Дал «гостье» доступ к старой, маленькой библиотеке. Которой по всей видимости уже много лет никто не пользовался. Книги и полки, тонкие статуи и камин – все было покрыто толстым слоем пыли. Айе там нравилось, среди запаха затхлости и старых книг.
А однажды, в день когда море у подножья крепости бушевало, вспениваясь яростными волнами, обрушивалось гневно на скалы, а проливной дождь шумно тарабанил по прозрачной крыше сада, принц нашел Айю в ее излюбленном месте, под тонкими прутьями ивы. Коротко поклонившись, присел рядом, переводя взгляд на журчащий неподалеку фонтанчик.
Ему нужно было успокоиться, выдохнуть, привести мысли в порядок. И лучше всего это получалось сделать рядом с нею. Это открытие вначале сильно удивила Райана, если не сказать испугало. Но со временем он свыкся с этой новой необходимостью, даже находя в ней некое странное удовольствие.
И вот сейчас он приходил в себя, начинал дышать ровнее, и тревога его отступала. Вести с полей уже давно приходили весьма неутешительные. Взять столицу севера так и не удалось. Их армия едва ли смогла продвинуться в глубь страны. Войско под предводительством этого проклятого Дор Шаррихасса словно обезумело. Они так яростно защищали свой дом, что смертями врага не было конца, приграничные утопали в крови. Потери Империи Юга исчислялся уже десятками, сотнями тысяч! И самым неприятным было то, что гибли ассуры. Ценнейшая, исчезающая кровь. Отец Райана был весьма неосмотрителен и самонадеян, решившись на это необдуманное вторжение. Но главе Правящего Дома нужно было показать свое могущество и недовольство новыми союзами Севера с этими убогим, диким пиратским отродьем – лаграми, что обитали за холодным морем. Юг не мог допустить еще большего укрепления ближайшего соседа. Империя не терпела соперников своему величию, оставаясь мощнейшей из держав их мира.
А сегодня доложили, что земли Шаррихасса освобождены. Сумасшедший король и его отпрыски обезглавлены на главной площади столицы, алые флаги вздернуты на высоких шпилях. Рог трубит о смерти предателей громко. Оповещает мир о справедливом возмездии. Загорье стерто с лица земли. Север впервые одерживает победу под предводительством безродного, преданного королевского пса Нирхасса Дор Шаррихасса. За считанные месяцы. Быстро и неумолимо. Империя оказалась не готова к такому неистовому отпору. И теперь придется за это платить…
Лицо Райана некрасиво искривила очередная гримаса злости.
Но у него есть маленький козырь для бешеной сероглазой псины…
- Вы в порядке? – подняла на него большие глаза девушка, чуть придвинувшись, заглядывая в его лицо.
Ассур тряхнул головой, отгоняя от себя тягостные думы и тепло улыбнулся. Ему было приятно ее беспокойство.
- Все хорошо, Айя, - улыбнулся мужчина, переводя взгляд на ее аккуратный, округлившийся живот.
Райан видел, как она таилась и оберегала свою маленькую тайну, с каждым днем становящуюся все заметнее. Все очевиднее. Но не торопил и не наседал, давал ей время рассказать все самой. И видимо это время пришло.
Девушка, опустив глаза и плотнее кутаясь в темный палантин, произнесла:
- Я жду его ребенка.
Принц ухмыльнулся, удобнее откидываясь на скамейке.
- Я знаю, маленькая госпожа, - кивнул ассур, с удовольствием глядя на ее растерянное лицо. – Неужели Вы думали, что я настолько глуп и слеп, что не замечу очевидных вещей под своим носом? Ваш маленький секрет, для меня уже давно не тайна. Если быть точным, то с момента нашего отъезда из северных земель. Я не хотел давить, ждал, когда Вы созреете сами, чтобы поделиться со мной.
Но были у нее и еще секреты, которых принц пока не мог разгадать. Но так этого жаждал, что девушка стала его личным наваждением. Тогда, в окружении отребья Гилиаса он заметил это. Всего доли секунды, неуловимые человеческому глазу. Но Райан не человек. Он видел, как отшатнувшись от меча, девушка растворилась в пустоте, а через мгновение появилась снова, вся пропахшая битвой, в крови ассура. Одного из генералов юга. Упала, теряя сознание.
И если в начале он сомневался стоит ли везти игрушку пса с собой, то в тот миг все окончательно было решено. Он бы не оставил такую диковину в стенах Шаррихасса. Ни за что.
А за время длительного и тесного пути, ему открылось ее охраняемая ото всех тягость.
Айя слушала его, чуть приоткрыв рот. Кивала своим мыслям.
- Поэтому я здесь? – спросила, отворачивая бледное лицо к пруду.
- Это одна из причин, - коротко ответил мужчина, боялся самому себе признаться в остальных, начиная понимать своего врага.
- И что теперь? Вы отнимите ее у меня? – затаив дыхание прошептала Айя, помедлив пояснила. – Она ведь первый ребенок ассура за столько веков.
Она? Надо же…
Райан замер, глядя как ее дрожащие руки с изуродованными пальцами бережно обхватили живот. Как быстро вздымалась ее грудь от волнения. И как поникли хрупкие плечи.
Так вот чего так боялась эта женщина! Вот почему таилась.
Умная девочка.
- Никто у Вас ничего и никого не отберет, Айя. Я ведь обещал. Говорил, что Вам ничего не угрожает, - выпалил ассур быстрее, чем того хотел. Удивляясь своему глупому порыву успокоить.
Она только кивнула, не поворачиваясь к нему. Продолжала смотреть на тихую гладь пруда, слушая шум дождя и спокойное дыхание мужчины рядом с нею.
Неконтролируемое желание защитить терзало Райана уже несколько недель. Он сам себе не мог объяснить с чем это связано. Утешался мыслями, что виной тому было ее бесценное для крови ассурин бремя. Такое нужное им всем, испробовавшим все методы и способы, потерявшим всякую веру и уже готовым быть последними свидетелями увядание своего вида. Пусть и из семени врага, но ярким светом расцвела надежда целого народа, согреваемая искалеченной плотью чернавки.
И если она смогла зачать от Шаррихасса, сможет и от него. Сможет ведь?
Эта мысль отозвалась сладким томлением в груди принца. В который раз за день, удивляя самого себя.
- Айя, ты веришь мне? – задумавшись, перешел на обыденное «ты» ассур.
Девушка только неопределенно пожала плечами, тихо прошептав.
- Очень хочу, Райан.
Он проводил ее в покои, аккуратно придерживая за руку. Удивляясь, почему у нее всегда такие холодные пальцы. Распорядился у слуг, что маленькая госпожа будет сегодня ужинать у себя и отправился в кабинет к отцу и старшему брату. Предстоял непростой и долгий разговор в свете предстоящих переговоров и заключения новых договоров. Райан был рад, что проведал перед этим девушку. Теперь он был спокоен и собран, от прежней злобы ни осталось и следа.
Ужин в Айю не лез. Она уныло ковыряла вилкой в тарелке, погрузившись в свои мысли, уперев невидящий взор в картину над камином. Хоть и видела пленница только своих стражников и молчаливую горничную, а общалась и вовсе с одним лишь принцем, от Айи не укрылась всеобщая напряженность. Все были взволнованы. Что-то происходило. Что-то, несомненно, важное, что ей разумеется никто не поведал бы. И это напрягало. Давило. Неизвестность пугала Айю больше всего. Сводила с ума. Заставляла метаться девушку в своей художественно обставленной тюрьме, не находя покоя. Очень хотелось понимать, что все-таки творилось, и что ждет ее саму. Но ответов не было…
Айя вздрогнула, оглядываясь на звук. В ее покои величественной походкой вплыла высокая женщина. В пышном платье с глубоким вырезом. На тонкой шее блестел массивный алый камень на тонкой золотой цепочке. Незнакомка была дамой в возрасте, но это не портило ее хищной красоты. Кровь ассурин очень шла местным женщинам. Россыпь жемчуга в высокой прическе переливалась под пляской огня из камина, мягко гармонировала с чернотой ее волос. Тонкое лицо ночной визитерши было надменным. Горделивым. Гордый подбородок, высокие скулы, тонкий, аккуратный нос и россыпь приятных морщинок у янтарных глаз.
Айя встрепенулась, спешно поднимаясь из-за стола, задевая платьем тарелку. Вилка с непозволительным грохотом повалилась на каменный пол.
Женщина брезгливо сморщила красивый нос, преодолевая разделяющее их с девушкой расстояние. Остановилась в паре шагов и вцепилась в несчастную цепким, изучающим взглядом. У Айи встали дыбом короткие волоски на коже, заставив нервно передернуть плечами. Тихо пискнула, когда тонкие, сильные пальцы сжали ее подбородок, заставляя придвинуться ближе, привставая на носочки. Ассур смотрела на нее с нескрываемой неприязнью, с искренней, всепоглощающей ненавистью. А еще в ярких, злых и умудренных веками глазах незнакомки Айя читала страх. Настолько явный, что бедняжке сделалось не по себе.
- Ты погубишь моего сына, - шепнула она, закусывая ярко напомаженную губу, - погубишь всех нас.
Айя вздрогнула от ее тихого, вкрадчивого голоса.
- Мама, - раздалось ровное и спокойное за от двери, - отпусти ее.
Женщина напряглась, расцепила стальную хватку и величественно расправив плечи, повернулась к стоящему в дверях Райану. Молча подошла к мужчине, прикладывая руку к его щеке. Принц, перехватив ее, прижал к себе сильнее, целуя в открытую ладонь. Коротко кивнул, позволяя королеве Южной Империи покинуть полумрак покоев пленницы ее горячо любимого чада.
Айю била крупная дрожь. Девушка никак не могла заставить себя вдохнуть. Этот короткий, ночной визит выбил почву из-под ног несчастной. Мощь и сила, исходившие от этой женщины внушали самый настоящий ужас.
Райан быстро оценив состояние своей гости, молча прошел к столу, налил в высокий бокал воды из запотевшего графина и протянул его Айе. Девушка с благодарностью его приняла, жадно глотая холодную воду. Тяжело опустилась в кресло, прикладывая холодную ладонь ко лбу. Ассур опустился в кресло напротив, внимательно заглядывая в перепуганное девичье лицо.
- Как ты? – спросил, видимо решив больше не утруждать себя почтительным «Вы», считая Айю достаточно близкой себе.
- Нормально, - выдохнула девушка, ставя пустой бокал на стол и откидываясь обратно на спинку плетеного кресла.
Райан понимающе хмыкнул.
- Королева может быть излишне резка, прошу простить ей эту слабость. И могу заверить, подобное больше не повториться. Никто тебя впредь не потревожит.
- Спасибо, - кивнула Айя, приходя в себя.
Кажется, только короткий взгляд, пара фраз, а бедное сердечко зашлось в ужасе, затрепыхалось. Женщина была куда опаснее своего сына. По крайней мере Айе так показалось.
Принц, сидя напротив молчал, смотрел на яркий огонь в камине. О чем-то задумавшись. Айя изучала его профиль. Спокойный, мужественный. Отчужденный.
Когда он заговорил девушка невольно вздрогнула.
- Через пару дней мы должны быть в Калиаре – нашей резиденции в нейтральных землях. Туда же прибудет делегация северных. Будут обсуждаться условия перемирия.
Айя вся встрепенулась.
- Так это же хорошо! – воскликнула она. – Значит войне конец и не будет больше всех эти смертей, этого ужаса!
- Хорошо, - криво усмехнулся Райана, не отрывая глаз от огня. Только вот Империя теперь в очень невыгодном для нее положении. Все-таки отец очень поторопился в своем решении продемонстрировать абсолютную власть. Но девчонке это знать ни к чему. – Ты поедешь со мной.
- Что? Зачем? – опешила Айя.
- Неужели не хочешь развеяться? В Калиаре довольно красиво. Не бойся, туда всего день пути.
Бывшая служанка глупо хлопала глазами, не зная, что на это возразить. Да и понимала, что это будет тщетно. Райан уже принял решение и просто ставит ее в известность. А значит все не спроста, ассуры редко делают что-то просто так.
