- Ты яд! – прошептал он в ее губы, придвинувшись так близко, что задел ее нос своим, прямым и длинным. Аристократичным. – Ты отравила моего брата! Но я это закончу. Давно надо было.
И холодные пальцы на ее шее сомкнулись сильнее. Жестче. Из глаз девушки брызнули слезы. Лицо покраснело. Айя безуспешно хватала открытым ртом воздух, упираясь ногами в пол. Царапала чужую руку, нелепо дергаясь в жалких попытках освободиться. Из носа потекло, упало склизким на руку ассура. Мужчина брезгливо скривился, отстраняя от нее свое прекрасное лицо. Сжимая сильнее тонкую шею с истерично пульсирующей у ключиц веной.
Перед глазами девушки зарябило, чужое лицо расплылось некрасивым пятном, а в легких запекло. Вспыхнуло давящим огнем. Паника накрывала волнами, в ушах шумела кровь, как штормовые волны под окнами ее роскошной клетки.
И когда начало казаться, что уже все…
Свет за пеленой слез дернулся, тахта накренилась, с жутким скрипом отъезжая в сторону вместе с освобожденной от удушающей хватки Аей. Девчонка закашлялась, дрожащими руками облапив шею и жадно глотая спасительный кислород. Подняла голову часто моргая и смахивая болезненную влагу, вперила испуганный взгляд в напряженную спину Райана, что закрывал ее собой.
Другой ассур напротив, прожигал его гневным взглядом. Принял напряженную, готовую к прыжку стойку. Набычился. Зашипел яростно, демонстрируя удлинившиеся резцы:
- Отойди, глупец! Это для твоего же блага!
Райан молчал. Только сжимал и разжимал пальцы с длинными, черными когтями. Рычал. Весь подрагивая. Светлая рубашка натянулась на мощной спине, треща по швам.
- Из-за девки, Рай? Серьезно?! – негодовал синеглазый ассур, наблюдая к волосы его брата шевелятся, словно потревоженный клубок змей, меняют оттенок на темной, серебристый. – Ты потерял разум!
Дальнейшее Айя наблюдала, как очень быстрое, смазанное мельтешение кадров. Нелюди двигались так быстро, что ее человеческому взгляду было невозможно их уловить. Громко вскрикнула, когда темное рычащее пятно дернулось в сторону, с оглушающим грохотом заваливая книжные шкафы и разбивая мрамор старых статуй, что огромными глыбами разлетались во все стороны, врезаясь в стены и осыпаясь мелкой крошкой.
Вжалась в низкую, мягкую спинку кушетки, обхватив себя дрожащими руками. Пятно мелькнуло рядом с нею, обдав прохладным порывом ветра, снесло с петель мощную деревянную дверь и шипя вывалилось в длинный, светлый коридор. Врезаясь в тонкие колонны и снося вазы с цветами на искусных тумбах, дернулось в сторону лестницы ведущей в сад. Ошарашенные стражники ринулись следом, другие же помчались прочь.
Айя на непослушных ногах помчалась следом, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Неуклюже припустила вниз, по винтовой лестнице, придерживая живот и хватаясь за перила, с ужасом глядя туда, где ломались и трещали деревья, приминались кусты и летели в стороны комья земли.
- Райан! – пронзительно выкрикнула, видя на мощенной камнем дорожке густые капли крови.
А темный клубок тем временем свалился в озеро, взметнув к самому потолку ворох прохладных брызг. Расщепился, замедляясь.
Они стояли друг против друга, по колено в воде. Мокрые. Разгоряченные. В разодранной одежде. Тяжело дыша и готовясь к очередному броску. По лицу Райна стекала тонкая струйка крови, от виска и ниже, пряталась за шиворот облепившей его огромное тело рубашки, окрашивала белое алым. Гневным. Взгляд горел янтарным пламенем, вспыхивал яростью в вертикали зрачка.
Ассур напротив, рычал, сплевывая кровь в потревоженную гладь пруда. Тряс головой, демонстрировал брату удлинившиеся клыки и широкий, раздвоенный на конце язык. Синева его глаз, обрела неестественную яркость. Едкую. Отравляющую.
- Жалкий дурак, - шипя и улыбаясь протянул синеглазый принц. – Ты не сможешь ее защитить!
Райан дернулся вперед.
Бесконечно долгое мгновение…
И вновь темная полоса слилась в неестественно быстро мельтешащий сгусток силы и ярости, разрывая тишину пронзительным ревом. Стражники пытались вклинится в нее, растащить, разнять. Но у них не получалось. С ужасным лязгом и хрустом их тела отлетали в стороны. Но упорно поднимались, бросаясь в гущу событий.
Айя дрожала всем телом, пыталась уследить взглядом за ожесточенной схваткой. Не в силах это остановить.
Замерла, услышав громкий, ровный, женский голос. Он словно разорвал сжатый под куполом крыши воздух.
- Прекратите немедленно! Сай!
Королева спускалась по лестнице, гордо расправив плечи, оглушительно постукивая каблуками и придерживая даже на вид тяжелое, отливающее холодным блеском, нефритового цвета платье. За нею двигалось не меньше двух дюжин вооруженных солдат.
- Остановите немедленно это безумие! – повторила она.
Хлестко. Резко.
Ассуры оторвались друг от друга – задыхаясь, блестя потом и кровью разгоряченных тел. Райан кинул быстрый взгляд на замершую неподалеку Айю. Тут же замечая на тонкой шее наливающиеся синим, темным следы пальцев его старшего брата. Наследного принца Южной Империи. Дернулась его верхняя губа, взгляд метнулся к Саю.
- Не смей! – приказала королева, глядя на своего среднего сына, любимейшего из четверых ее детей.
Всегда спокойного. Всегда рассудительного. Тихого, как прохладный, летний вечер. Преданного трону и ей, своей матери.
Так было до того, пока он не привез в их дом ее.
Королева перевела взгляд с сыновей на трясущуюся девчонку.
Ее холеное лицо искривила гримаса брезгливости. Отвращения.
Что он в ней нашел? Что такого рассмотрел, что готов разодрать собственного брата?
Жалкая. Невзрачная. Слабая. Пользованная безродным псом севера. И пусть в ней росла первая за много веков кровь ассурин, она не стоила и ногтя ее драгоценнейшего Райана. Ничтожная поломойка! Грязная низшая! Беспородная шваль. Да пусть их род трижды увянет, но она не допустит этой мерзостной связи! Не позволит своему ребенку поддаться отравляющему его наваждению! Никогда! Ни за что! Пока она – королева Южной Империи Лаорет Силин Амодей жива, этому не бывать! И как же досадно, что Сай не смог выполнить ее маленькую просьбу. Северный требуют девку назад. И она бы с превеликим удовольствием отдала ему ее убогое, синюшное тело.
Ну да это поправимо…
- Что за цирк вы здесь устроили?! – устремила королева гневный взгляд на сыновей. – Это не достойно будущих правителей! Стыдитесь!
Мужчины, тяжело дыша, бросали друг на друга неприязненные, испепеляющие взгляды. Сай был неприятно поражен отчаянным отпором всегда послушного, верного младшего братишки. Райан, как оказалось был полон сюрпризов. И наследному принцу предстояло заняться этим вопросом. Основательно. Он не потерпит в стенах крепости непослушания. Проучит взбрыкнувшего сосунка!
- Простите, моя королева, - поклонился наследный принц, не сводя глаз с брата.
Райан стоял не шелохнувшись, смотрел на бледную Айю, желая оказаться вместе с девушкой как можно дальше от этого места. Увезти. Спрятать, укрыть от всего мира.
- А вы знаете, госпожа Айя, - вдруг выпрямился Сай, почти выплевывая ее имя, бросил насмешливый взгляд на вздрогнувшего Райана и продолжил, - что под нашими стенами уже два дня стоит армия Севера? Или мой братец не счел нужным вам об этом сообщить?
- Что? – встрепенулась пленница, устремив глаза на старшего из принцев.
Тот широко и как-то мерзко улыбнулся.
- Заткнись, Сай! Закрой рот! – выкрикнул ассур с глазами цвета меда, передергивая плечами. Напрягаясь.
- Отчего же? Думаю, твоей гостье будет очень интересно узнать, что за ней пришла целая армия! Правда ведь, А-й-я? Шаррихасс грозится развязать новую войну, если Правящая Семья Юга до заката сегодняшнего дня не выдаст ему его женщину. Представляете, Айя?
Девушка растерянно хлопала мокрыми от слез ресницами, смотрела с немым вопросом на бледного Райана.
- Тварь! Какая же ты тварь! – рыкнул тот дернувшись в сторону Сайя.
- Довольно! – вскинула тонкую кисть королева, блеснув яркостью колец на изящных пальцах. – Ты заигрался сын мой. Весь этот нелепый фарс слишком далеко зашел. Нам не нужен новый конфликт с Севером. Мы отдадим бешенному псу то, что ему так нужно.
Женщина не смогла скрыть хищной ухмылки в брошенном на пленницу взгляде. Это не укрылось и от цепких, янтарных глаз Райана. Он как-то болезненно дернулся, словно от пощечины. Встрепенулся.
- Что ты задумала? Что, мама?! – воскликнул он, двинувшись к перепуганной девчонке, в порывистом желании оттеснить, прикрыть, защитить.
Королева не удостоила его ответом, только коротко кивнула стражникам, которые в миг обступили ее среднего сына, заключили в плотное кольцо яростно сопротивляющегося мужчину. Задавили количеством, вцепились в сильные руки, удерживая на месте. Не без помощи ухмыляющегося Сайя.
Айя ничего не понимала. Ее сердце сумасшедше билось в груди от мысли, что он за ней пришел. Что это правда! И сковывал страх и боль, глядя на удерживаемого, закованного среди послушных гвардейцев Райана.
От стремительности событий и пережитого покушения несчастную штормило. К горлу подкатывала тошнота. Руки ее мелко дрожали.
- Увести принца в его покои! – скомандовала женщина, стараясь не смотреть на сына.
И стражники потянули ассура прочь из сада.
Тот принялся яростно вырываться, меняя облик. Волосы его снова будто бы ожили, разметавшись по воздуху живыми, блестящими сталью змеями, кусая своих вынужденных конвоиров. Глаза ярко вспыхнули, из-под верхней губы показались удлинившиеся в разы клыки. Мужчина метался, бесновался во множестве удерживающих его рук. Рычал. Выл. Стремился всем своим существом к маленькой, одинокой фигурке, что стояла среди его родственничков, зажав рот руками, с ужасом глядя на его тщетные попытки освободиться.
- Не смей! – кричал он, оттесняемый гвардейцами. – Не смей, мама! Не делай этого! Я не прощу! Я никогда тебе этого не прощу! Айя…
Его отчаянный крик эхом отлетал от каменных стен коридоров, тонул безнадежным отчаянием под стеклянным куполом сада, бросая Айю в дрожь.
Не успела она опомниться, как оставшиеся гвардейцы, под зорким надзором повелительницы, окружили и ее. Двинулись к выходу из сада. По коридорам, где скорбными отметинами алели капли крови Райана. Его крики еще доносились откуда-то из глубины замка. Приглушенные. Почти не слышимые, но оттого не менее обреченные. Айя была как в дурном сне. Словно ее оглушили и она все никак не могла прийти в себя. Не сразу осознала, что ей всунули в руки старый мешок из грубой ткани.
Ее вещи…
Провели в гробовом молчании по всему крылу, спустили по широкой лестнице во двор белой крепости. Дальше по обдуваемому осенними ветрами поместью, мимо хозяйственных построек и конюшен. С противным скрежетом отворили огромные ворота, перед которыми стелилась утоптанная лошадьми и каретами подъездная дорога. Сразу за ней раскинулось длинное темное поле, покрытое жухлой травой и скудным, одиноким кустарником. А там – за его простором, виднелись стройные ряды многотысячного войска под развевающимися белоснежными флагами с ярким синим пятном розы. Отличительным знаком дома Шаррихасс. Сердце Айи пропустило удар. Затрепыхалось. Рванулось вперед. Вслед за ним и ноги.
- Ты свободна, - хохотнул за ее спиной Сай и ворота с тем же громким, режущим слух скрежетом закрылись.
По спине девушки прошелся противный, липкий холодок дурного предчувствия. Но тряхнув головой, она решительно ступила на пыльную дорогу, ежась под порывами холодного южного ветра и крепко сжимая в руке свою скудную, драгоценную ношу.
Часть третья
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Глава первая
Айя неуклюже брела по широкой дороге, зябко ежилась под резкими и хлесткими порывами ветра. Торопилась. Обнимала себя руками, вздрагивала всем телом. Легкий шелк платья, с коротким рукавом, совершенно не укрывал от строптивого осеннего норова южных земель. Хотя на территориях Империи и было значительно теплее и мягче, чем на севере, но все же скорое приближение зимы давало о себе знать. Брало свое.
Наступив на мелкий острый камешек, болезненно прошипела сквозь зубы, выругавшись:
- Чтоб тебя! Ммммм…
Мягкая ткань не предназначенных для улицы туфель совершенно не защищала ни от холода, ни от неровностей пыльной, извилистой дороги. Подол струящегося по ногам платья и светлая обувь быстро приобрели грязный, серый оттенок.
Зато болезненные ощущения немного помогали отвлечься от тревожного, волнительно вороха мыслей, что будоражили несчастную бывшую пленницу. Взвинчивали. Щекотали напряженную нервную систему. Девушка с ужасом осознавала, что ее чуть не убили. Чуть не придушили! Вот так просто, средь бела дня! В тесной, маленькой библиотеке, в окружении старых книг и молчаливых профилей изящных статуй. Аяй до сих про ощущала на шее стальную хватку длинных, сильных пальцев, а перед глазами застыла неестественная синева глаз несостоявшегося убийцы. Если бы не Райан, она была бы мертва. Лежала бы там бездыханная, на бархатной кушетке, средь пыли и немых фолиантов. Свидетелей жестокой расправы.
Всхлипнула.
Райан…
Айя не могла даже самой себе объяснить, что она к нему все-таки чувствовала. Безграничную благодарность за спасение. Страх и разочарование той странной ночи. Жалость. Робкое уважение. Тепло. Трепет.
Даже остановилась, замерла, распахнув широко глаза и осознавая, что принц ей не безразличен. Помедлив, обернулась на крепость, щурясь под лучами заходящего солнца. В его тени строение выглядело огромной, грозной и зловещей махиной. На стене которой выстроились вряд узкие, темные фигурки людей.
Где-то там, за нагромождениями камня был он. Раненый. Побежденный. Растерянный. Сбитый с толку. Привычный. Так неожиданно и отчаянно ее защищавший.
Грустно улыбнулась. Отвернулась, продолжила свой путь растерянная, ошарашенная.
- Ты такая дура, Майя, - шептала самой себе, поглаживая напряженную от ходьбы поясницу. – Такая дура…
Очень скоро дорога круто свернула влево, прячась за скалами. Айя же двинулась прямо, к широкое полю, за которым все четче виднелись гвардейцы Шаррихасса. Раскинутые шатры и флаги. Костры. Припустила быстрее, приподнимая цепляющееся за жухлую, ржавую траву платье.
Бедняжке не верилось, что ее хозяин пришел за ней. Что Нирхасс действительно где-то там, среди солдат. Готов идти войной, лишь бы забрать ее – жалкую служанку. Это казалось чем-то невероятным. Невозможным. Желанным. Настолько, что дрожали колени, и постукивали зубы от мандража и холода. От предвкушения увидеть его. Прижаться…
Девушка слабо взвизгнула, замерев на месте и осоловело глядя на приземлившуюся у ее ног стрелу с узорчатым, темно-коричневым древком. Присела, сжалась, когда вслед за ней откуда-то из-за спины прилетела еще одна. А затем еще и еще. С протяжным тихим свистом, все они приземлялись в опасной близости от ее замершего в оцепенении тела, словно намеренно не достигая цели. Желая только припугнуть. Раззадорить. Заставить скукожиться от ужаса. От понимания, что несчастная жертва находится на совершенно пустом, голом пространстве. Видна как на ладони. Открыта и беззащитна.
Айя с трудом сглотнула вдруг ставшей вязкую слюну и снова запищала, прикрывая голову руками, когда аккурат над макушкой пролетело смертоносное жало, взметнув и без того встрепанные волосы.
