У всех ошибок горький вкус

04.02.2017, 17:53 Автор: Елена Милитенко


Показано 1 из 12 страниц

1 2 3 4 ... 11 12


Глава 1.


       
       В последнее время мы не говорили о любви. Ссоры стали привычными. Каждый день превратился в сражение. Мы спорили, ругались, хлопали дверьми. Но всегда возвращались. Алешка угрюмый, молчаливый садился на диван, я – на кухне, пила отвратительный горький кофе, пытаясь успокоиться. Смотрела в окно, перебирая бездумно произнесенные слова, пробовала их на вкус и поражалась ядовитой горечи, которую выплескивала на мужа. Спорили до одури из-за мелочей, не уступая ни в чем, словно жизнь это война. Никогда не извинялись. Лешка хмурился и бурчал, но обнимал по особенному крепко, словно боялся, что я исчезну. Усаживал на колени, перебирая пальцами волосы и, мы молчали. В эти минуты я чувствовала удивительное единение с ним. Ссоры выматывали, но сближали нас как ничто другое.
       Сегодня все было по-другому. Душу невыносимым ядом отравляла вина и страшная обида. Они соперничали друг с другом за право быть услышанными, раздирая изнутри.
       Раннее утро. Первые прохожие робко появлялись на улицах. Спешили по своим делам, не замечая ничего вокруг. Под ногами наледь. Я шла, боясь оступиться. Поскользнулась и, потеряв равновесие, упала, больно ударившись рукой. Сумка при падении раскрылась, посыпались помада, тушь, ключи. Телефон, жалобно пиликнув, приземлился рядом. Я протянула руку. На дисплее светилось «двадцать пропущенных». Сжала трубку в руках так, что побелели костяшки пальцев. Всматривалась в знакомые слова, не понимая их. Снова «пилип» - «Вам пришло сообщение». Негнущимися пальцами нажала на прием. Всего одно слово «Ненавижу». Все поплыло перед глазами, сердце громко застучало, отдаваясь гулом в голове. Внутри свернулся тугой узел. Стало холодно. В попытке согреться, я обхватила себя за плечи. Оглянулась вокруг – колючее весеннее утро, скамейка со сломанным сиденьем, голые ветки кустов. Шум отъезжающей машины вырвал меня из оцепенения. Я дернула воротник куртки, чувствуя, как он сдавливает горло. Подошла женщина, немолодая, в коричневом пальто.
       - Девушка, Вам помочь?
       Я подняла глаза. Ухоженное, миловидное лицо. Смотрит с пониманием и участием.
       - Нет, спасибо. Я сама, - прошептала и начала судорожно собирать рассыпанные в беспорядке вещи. Руки не слушались, и помада с тихим стуком снова и снова падала на лед. – Все в порядке.
       Прижимая к себе сумку, встала.
       - Может вам вызвать такси? – поинтересовалась женщина.
       - Нет, мне недалеко идти.
       Я вымученно улыбнулась и подошла к сломанной скамейке. Оперлась на спинку, все еще не выпустив телефон из рук. Собралась с силами. Заставила себя думать о том, что все сегодня разрешится, и мне не в чем себя винить. Но рука сама потянулась к губам. Захотелось тереть их до боли, чтобы избавиться от мерзкого чувства внутри. Воспоминания о прошедшей ночи нахлынули черным потоком. Как в замедленной киносъемке - чужие руки и губы, ласкающие мое тело. Свистящий шепот, горячее дыхание на щеке и оглушающее чувство стыда. Я ощущала себя грязной. Домой, в душ, отмыться. Быстрыми шагами пошла по аллее. Наступила в лужу, не заметила, как намокли ноги. Побежала. Казалось, каждый нерв в моем теле натянут до предела.
       Поднимаясь по ступеням в подъезде, поняла, что перехватывает дыхание. Последние шаги самые долгие. Поискала в сумке ключи. Достала дрожащими руками, но входная дверь оказалась не заперта. Алексей дома. Помедлила с минуту, не решаясь войти, и переступила через порог. В коридоре горел свет, мерно тикали часы на стене. В обступившей меня тишине их звук казался оглушительно громким. Осторожно сняла сапоги. Каждое движение давалось с невероятным трудом. Страх разъедал внутренности. Перешагнула через брошенные Лешкой ботинки и вошла в кухню. Он сидел ко мне спиной. Его поза выдавала напряжение. На какое-то мгновение мне захотелось прижаться к нему, обнять, провести пальцами по волосам. Рука дернулась и упала. Мы молчали. Я не знаю, сколько простояла так, смотря ему в спину, перебирая в памяти, что хотела сказать. Вздохнула, набралась смелости и подошла.
       - Зачем, Жень? Твою мать…. Ну объясни мне… - голос Алексея дрожал от сдерживаемого гнева.
       «А за что ты со мной так?» - хотела кричать я. Не выдержав его взгляд, отвела глаза. Внутри боролись жгучий стыд и боль от предательства. «На что ты рассчитывала, приблудная детдомовка?» - я закрыла уши руками, но слова колючими льдинками всплывали в памяти: "не нужна, я тебе говорила"... "глупая".
       - Почему?.. - глухо повторил он. Я непонимающе смотрела на него, не узнавая. Сломленная гордость зашевелилась, заставив дерзко вскинуть подбородок и прошептать:
       - Месть вещь сладкая, знаешь ли.
       - Какая к черту месть? – зарычал он и вскочил. Стул с глухим стуком упал на пол.
       Я вздрогнула и попятилась назад. Алексей в несколько шагов приблизился ко мне.
       - Господи, ты вся им пропахла, - он выплюнул эти слова мне в лицо. – Шлюха!
       В глазах потемнело от обиды. Хотелось царапать, кусать, бить. Господи, что он знал об этом? Что?
       - Ненавижу тебя, слышишь!- закричала я, отшатнувшись - Ненавижу, и ты не имеешь никакого права меня осуждать!
       Тело сотрясала дрожь, ноги отказывались слушаться. Я сделала несколько шагов и, оступившись, рухнула на колени. Алексей резко опустился рядом, схватил в ладони мое лицо, и на короткий миг время остановилось. Проклятое сердце пустилось вскачь, отвергая доводы рассудка. Я ощущала его руки, впитывала знакомый запах, боясь пошевелиться. С ума сходила от его близости, и ничего не могла с собой поделать. Лешка дернулся, как от удара, когда я провела пальцами по его щеке. Всматривался мне в глаза, будто хотел ответ найти.
       - Я не прощу… Как ты могла, Женька? - зашептал он, прижав меня к себе. – Дура ты! Сколько же я всего передумал за эту ночь.
       Тепло его тела, такого родного и желанного, обволакивало. Но мгновение спустя Алексей, словно опомнившись, оттолкнул меня.
       - Пашка… Кто бы мог подумать… - муж обхватил голову руками. Я чувствовала, как он сходит с ума. Вбирала его боль и отчаяние, и не могла ничего сделать.
       - Ноги нужно было непременно перед Кругловым раздвинуть? Никого лучше не могла выбрать? – голос снова звенел от ярости. Слова резали как ножом.
       Жгучая обида подняла свою голову, как ядовитая змея, и приготовилась ударить, хлестко и больно.
       - Не могла. А ты не мог?
       - Ты о чем?
       - Ни о чем! - взорвалась я. И вдруг поняла, что не смогу бросить ему эти обвинения в лицо. Показать, как раздавлена и унижена его изменой. Проклятые фотографии стояли перед глазами, где он со Стасей в офисе, на столе. Целует, прижимается к ее телу. Я тряхнула головой, пытаясь отогнать навязчивые картинки. Сжала руки в кулаки, до боли, до онемения.
       -А мне и не надо. – Алексей поднялся и пожал плечами. – Мне от тебя уже ничего не надо.
       Он смотрел сверху вниз. Руки в карманах. Ледяные, безучастные глаза изучали меня как непонятный экспонат. Взгляд чужой, колючий. Я поежилась как от холода. Страх вытеснил остальные чувства. Он поднимался из глубины и сковывал тело. Я осталась сидеть на полу, не в силах подняться. Оглушенная, потерянная.
       Алексей ушел в спальню.
       Мерно тикали часы, за окном шумели машины, кричали дети. Жизнь продолжалась. А для меня она сейчас сосредоточилась в звуках, доносившихся из соседней комнаты. Я слышала, как Лешка открыл сумку, противно звякнули вешалки, с которых сдиралась одежда, шуршали пакеты. Открылось окно, и потянулся запах сигаретного дыма. Прошли минуты (или часы, я не знала). Он зашел на кухню. Я не видела его, просто остро почувствовала присутствие. Хотела обернуться, и не смогла. Смотрела перед собой, боялась пошевелиться. Знала, что если посмотрю на него, не выдержу, упаду на колени, буду просить, чтобы не уходил. Стиснула зубы. Тишина зазвенела вместе с захлопнувшейся дверью.
       Тело онемело. Горячие слезы стояли в глазах. Казалось, я разучилась плакать. Обняв себя руками, я раскачивалась из стороны в сторону. Я выла, позабыв остальные звуки. В безумном потоке боли, не видя ничего перед собой, сорвала со стола скатерть, разбив вазу с цветами, которые Лешка подарил мне накануне. Звон стекла заставил меня остановиться. Наклонилась, чтобы собрать осколки и порезалась. Алая кровь закапала на пол, создавая на разлитой воде причудливые узоры. Я смотрела и не понимала, что происходит. Опомнившись, пошла в ванную, искать бинт.
       Как в тумане перебирала в аптечке лекарства, отбрасывая ненужные. Среди них оказался тест на беременность. Я сглотнула, вспомнив, что должна была его сделать еще несколько дней назад. Трясущимися руками, позабыв о порезе, взяла розовую коробочку и открыла. Я должна была знать. Через пять минут я глупо улыбалась, глядя на две четкие красные полоски. Закрыла глаза и прижала ладонь к животу. Во мне зарождалась новая жизнь. На короткое мгновение я ощутила, что счастлива. Забылось отчаяние, и накатила страшная усталость. Я привалилась спиной к стене, чтобы не упасть. Реальностью вернулась вместе с болью от пореза. Я замотала палец и медленно пошла в комнату. На пороге остановилась. Открытый шкаф с пустыми вешалками, сдернутое на пол покрывало и легкий запах лешкиных сигарет. Меня затрясло. Сегодняшний день замелькал перед глазами в жутком калейдоскопе событий, и я задохнулась. От отчаяния, страха, непонимания, как жить дальше. На кресле забытая Алешкой футболка. Я схватила ее, прижала к лицу и… заревела в голос. Плакала, пока не иссякли силы. То забывалась беспокойным сном, то кусала до боли губы, пытаясь остановить рыдания, переходящие в истеричные всхлипы. Очнулась, когда за окном стемнело. С трудом разлепила распухшие веки. Включила свет. Поискала взглядом часы – половина первого ночи. Одна, в оглушающей тишине пустой квартиры. Пошла в ванную, чтобы умыться. На раковине забытый тест. Я вымученно улыбнулась. Происходящее казалось нереальным кошмарным сном. Хотелось спрятаться, зарыться под одеяло с головой и ни о чем не думать. Но теперь я была не одна. Ответственность тяжестью легла на плечи. Я посмотрела в зеркало. Заплаканные потухшие глаза смотрели устало, губы сжаты, растрепанные волосы упали на лицо. Знакомое отражение незнакомой женщины с разрушенной ее же руками жизнью. Чувства притупились, но странное онемение в груди не приносило облегчения. Я все еще любила, отчаянно, с покаянием, без надежды на избавление. Обида ушла, оставив после себя жгучую горечь и невыносимое чувство вины. Я покачала головой, отгоняя плохие мысли. С этого дня я должна смотреть только вперед и не оглядываться. Спрятала лицо в ладонях. Глубоко вздохнула. Мне нужно жить дальше, вопреки всему, ради себя и своего малыша. Вот только сил не осталось.
       


       Глава 2.1


       
       Надрывная телефонная трель выдернула из забытья, возвращая в реальность. Просыпаться не хотелось. С минуту я лежала, пытаясь отгородиться от назойливого звука. Поняв, что ничего не получается, заставила себя встать с кровати. Ноги не слушались. Отвратительный запах валерьянки, которую я выпила уже под утро, наполнил квартиру. А телефон все звонил и звонил, не переставая. Звук доносился с кухни. Включила свет. На полу раскрытая сумка в луже воды и поникшие цветы вперемешку с осколками вазы. Я смотрела, словно не узнавая. Оцепенение сковало тело. Мысли стали громкими и, казалось, заглушили остальные звуки. «Ушел», - билось в голове, вынуждая отчаянно вцепиться в стол, чтобы не упасть. Зажмурилась до боли, вырываясь из кольца воспоминаний. Открыла глаза и отчаянно бросилась к обиженно брякнувшему телефону. «три пропущенных». Нажала на кнопку приема и, от увиденного, все ухнуло вниз. «Наталья». Телефон в руках завибрировал. Я боролась с собой несколько секунд, но все же ответила.
       -Доброе утро, Евгения.
       Я молчала, не зная, что сказать. Внутри поднималась злость, смешиваясь с уже привычной долей робости, которую Наталья всегда вызывала во мне.
       Твердый женский голос продолжал:
       -Ты знаешь, где Алексей? Он не отвечает на звонки. У вас что-то произошло?
       Как будто она не знала что. Я сжала кулаки, приготовившись ответить. Но она не дала мне сказать:
       -Догадываюсь, милая. Ты все-таки закатила моему брату скандал.
       -Пошла ты к черту, - зашипела я.
       -Ну что ж, значит разговор, закончен. Никогда не любила твою вульгарную манеру выражаться.
       Я чуть не заорала «да твою ж ты мать». Злость пеленой застилала глаза. С силой сжала трубку, заставив себя сдержаться.
       -Всего хорошего, Евгения.
       Даже в такой накаленной ситуации, Наталья умудрялась оставаться отстраненно вежливой, словно ничего не происходило. Я ненавидела ее за это. Всегда. В противовес ей - несдержанная, глупая, импульсивная. И сейчас, стоя на кухне, среди осколков моей разрушенной жизни, ненавидела еще острее. Я схватила из мойки тарелку и бросила ее об пол. Звон разбитого фарфора разорвал идеально ровную тишину. Я без сил опустилась на стул. Меня затрясло. Вспомнила свою первую встречу с Натальей. Гордая осанка, холодный взгляд, надменно вздернутый подбородок.
       
       В тот день я робела перед ней. Образ, который сложился у меня из рассказов Алексея, соединился с реальным человеком, поражая своей идеальностью. Алеша представил нас, немного официально и сухо, и прошел в комнату. Я осталась стоять, разглядывая новую родственницу, или вернее она меня. В ее ярко голубых глазах сквозило недоумение, словно она не понимала, что я вообще здесь делаю, и постаралась скрыть это за вежливым разговором.
       - Рада, что Алексей, наконец, нас познакомил.
       -Я тоже, - голос у меня дрогнул.
       -Ты очень красивая, - она помедлила, - наверное.
       Наталья усмехнулась и еще раз окинула меня взглядом. Ничем не примечательное синее платье на бретелях, дрожащие руки, рассыпавшиеся по плечам волосы. Неудовлетворенная увиденным, скривила губы.
       Внутри короткими всполохами начала просыпаться злость. Как бы я ни смущалась, пренебрежения по отношению к себе, никогда не терпела.
       Выдержав осмотр, я распрямила плечи и прошла мимо Натальи в гостиную, слегка задев ее плечом. Она хмыкнула и пошла следом. Алексей был занят разговором с высоким худым мужчиной и, казалось, не обращал на нас никакого внимания. А мне отчаянно захотелось, чтобы он оказался рядом и держал меня за руку, вселяя уверенность в то, что сегодня все пройдет хорошо.
       Оглядела комнату. Просторная. В окна струился рассеянный свет пасмурного летнего вечера. Светлые обои с изящным рисунком, кресла с высокими спинками, бледно-зеленый диван в углу. На большом круголом столе ваза с цветами. Мои любимые герберы ярким пятном выделялись на фоне поразительной бледности комнаты. Я улыбнулась. На плечи легли мягкие теплые руки. Знакомый аромат окутал, опьяняя. Я прислонилась к Алексею спиной и закрыла глаза, наслаждаясь его близостью. Он слегка пробежал пальцами по шее, вызывая во всем теле дрожь. Развернул к себе. На лице довольная улыбка.
       -Все хорошо, маленькая.
       Я кивнула. Глядя ему в глаза, можно согласиться с чем угодно. Очертила пальцами контур его губ. Провела рукой по волосам, зарывшись в них пальцами. На какое-то мгновение, захотелось, чтобы все исчезло, и мы остались только вдвоем. Наши переплетенные руки, сбивчивое дыхание, нетерпеливые прикосновения.
       -Не смотри на меня так, Жень. Я ведь не железный.
       Тихий шепот. Ласковое дыхание на виске.
       

Показано 1 из 12 страниц

1 2 3 4 ... 11 12


Комментировать произведение

Обсуждения у друзей автора20

Обсуждения на сайте20