– Ты! – Агата приготовилась высказаться, но выслушать ее могла разве что хлопнувшая дверь.
Некромантка выругалась – совсем как не подобает девушке ее воспитания.
А затем поняла, что до сих пор сжимает в руках папку, переданную коридорным вместе с букетом.
– Ничего интересного, – Себастьян перелистнул страницу, и, едва взглянув, открыл другую, – и опять ничего. Скука-скука-скука.
Он сунул папку обратно Агате и, насвистывая, двинулся дальше по дорожке.
– Да ты же ничего не прочитал… – Тихо вскипела девушка.
Она упрямо пошла следом, крепко зажав бумаги под подмышкой.
Погода к обеду неожиданно расщедрилась на солнце. По сравнению со вчерашней вылазкой, прогулку можно было бы назвать приятной – насколько может быть приятной прогулка по кладбищу.
И все же, Агата не могла не признать, что стройные ряды ухоженных могил производили крайне благостное впечатление. Захоронения в этой части кладбища были сравнительно свежими, и родственники умерших регулярно наведывались сюда, чтобы посадить цветы, выкорчевать сорняки или подровнять траву. Памятники стояли твердо и ровно, поблескивая отполированным камнем. Обычно некроманты вынуждены посещать места совсем иного толка: где можно угодить в случайную рытвину среди бурьяна или наткнуться на открытую могилу.
– …Ассистентка Клауда тщательно проверила бумаги. Именно их она и передала сегодня утром, естественно, без букета с ядовитыми цветами. Если ты сомневаешься в подлинности…
– Может, ордену стоит дать нам другое задание? – Перебил ее Себастьян, даже не пытаясь вслушаться в слова напарницы. – В причинах укажи аллергию на пыльцу паучьих лилий... Пусть всей этой мурой занимается кто-нибудь другой.
– Так нельзя. Все члены ордена моего ранга обязаны беспрекословно выполнять назначенные миссии. – Не скрывая недовольства, возразила Агата.
– А моего? – С интересом уточнил Себастьян, сбавив шаг.
Девушка поджала губы.
– Ты… ты особый случай. И по определенным причинам формально мы оказались абсолютно в равном положении. – Она не без удовольствия заметила ожидаемое разочарование на лице напарника. – К тому же, печать у меня… Здесь нечего обсуждать, Себастьян. С учетом твоей силы, нам не светит даже подкрепление. И, будем честны, большинство моих коллег не придут в восторге от твоей компании. Нам и вдвоем непросто, а уж добиться слаженной работы еще с кем-то явно выше наших возможностей…
– О, их можно понять, – откликнулся Себастьян. – Такой и должна быть реакция любого здравомыслящего человека. Но вот что я действительно не возьму в толк – зачем тебе-то все это нужно? Ты вроде бы занималась историей в какой-то академии?.. Ну вот и сидела бы дальше в архивах, да рассказывала студентам, кто сколько жил и почему помер. Но путаться с этой шайкой, возомнившей себя орденом... Взгляни правде в лицо. Ты здесь и в связке со мной, а значит, это уже ни к чему хорошему не привело. Мертвые боги, надеюсь, тебе хотя бы сносно платят.
– Во-первых, орден Святой Франциски не сомнительная шайка, а уважаемая организация!! – Возмутилась Агата и, оглянувшись, понизила голос. Почтенная матрона, ухаживающая за цветами у склепа, неодобрительно нахмурилась. – Вряд ли тебя это сильно впечатлит, но ордену почти две сотни лет. Он разрешает сложные ситуации, в которых замешаны магические силы или разумные… существа. Ты совсем не слушал магистра Виззер?..
– Того высокомерного болвана с безобразной рожей? Столько гонора из ничего… Лучше скажи, как так вышло, что все члены уважаемого ордена владеют магией или знаниями, которые вроде бы совсем недавно в Мольхар причисляли к запретным темным искусствам? За глаза вашу богадельню называют не иначе как орден Нечистивой Франциски. Великолепная идея – основать организацию в честь сумасшедшей ведьмы, которую канонизировали только потому, что она была матерью какого-то влиятельного государя.
– ... А, во-вторых, – с нажимом продолжила Агата, впрочем, успевая отметить, что Себастьян все же успел кое-что подчерпнуть из уроков Голба Виззер. – Я выросла в приюте ордена. Мои родители погибли, когда мне было пять. Так что лучше бы тебе попридержать язык.
У Себастьяна заметно поубавилась задора.
– Этого я не знал, – негромко сказал он, бросив на некромантку быстрый взгляд.
– Чтобы что-то узнать, нужно хотя бы о чем-то спросить, – едко проговорила Агата.
Они почти пришли. Жилище кладбищенского сторожа должна была быть где-то здесь.
Приятный глазу сруб нашелся в тени развесистого дуба. На ступенях сидел и смолил трубку жилистый старик с бельмом на одном глазу.
– Оградки задарма не чиню! – Вместо приветствия категорично заявил он и с вызовом сплюнул в опасной близости от ботинка Себастьяна. – А то ишь, повадились... Идите в администрацию, вас тамось и направят!
– Из администрации нас направили к вам. И не нужно ничего чинить. – Поспешила заверить его Агата, на всякий случай отшагнув назад. – Мы по поводу вчерашнего убийства.
– Из полиции штоль? – Недоверчиво наклонил голову сторож. – Да я уж все вашим, стало быть, и рассказал. Нечего меня по чем зря дергать.
– Мы не из полиции, но сотрудничаем с ней. И хотели бы поговорить с вами лично, – терпеливо улыбнулась Агата.
Факт, что пока все сотрудничество сводилось к тому, что их не посадили за решетку, она, конечно же, оставила при себе.
– А, я что-то такое слышал… Так вы значит, из этого... того самого... ордена Нечистивой Франциски, стало быть?..
Себастьян громко расхохотался, поддев локтем покрасневшую Агату.
– Эй, старик! – Сказал он.
– Чагось? – сторож сощурил здоровый глаз.
– А ты не боишься на кладбище работать? Один небось сидишь.
– Один. А чаго мне бояться? Вишь, какая краса, – старик с гордостью показал на вилы, прислоненным к сторожке. – Заговорены святым отцом Измаилом. Не знаю, за что там вашему брату платят, а у меня с неживыми разговор всегда короткий.
– Крепок ты, старик, ничего не скажешь. Что вчера видел, слышал? Ответь, и мы пойдем своей дорогой.
– Ничегось не видел. Слышал только, кричал да выл кто. Но здесь лесок совсем рядом. Чаго бы там кому не выть.
– А почему ночью на кладбище не стояло защитное заклинанье? – вмешалась Агата.
– Седьмица с тобой, девонька, – отмахнулся старик. – Как же не стояло? Все тамача было. Отец Измаил каждый седьмой день сюда ходит, чтобы защитой этой заняться. Она и сейчас никудысь не делась.
Агата нахмурилась. Когда они с Себастьяном пришли днем на кладбище, защита и правда стояла, но прошедший ночью ее совершенно точно не было.
– Ты точно уверена, что кладбище было без заклинания защиты? – спросил Себастьян. – Не знаю, чему вас там сейчас учат, но...
– И студент второго курса бы не ошибся, – с раздражением оборвала его Агата и снова обратилась к сторожу. – Подскажите, а когда отец Измаил приходил в последний раз обновить заклинание?
– Да дня три назад, стало быть...
На том и распрощались.
Теперь Агата шла впереди, в глубокой задумчивости прижимая к груди папку. Себастьян плелся за ней, праздно разглядывая местные склепы.
– Значит, в период нападения кто-то снял защиту, чтобы провести нежить, – медленно сказала Агата. – И после того, как ты упокоил мертвых волков, зачаровал ворота и ограду. Нужно все тут хорошенько осмотреть. Но позже. Пока здесь слишком многолюдно.
– Неужели в Мольхар на кладбище хоронят диких животных? – усмехнулся Себастьян.
– Конечно нет, – дернула плечом некромантка.
– Значит, их скорее всего привели из леса возле города. Так какой смысл хозяину дохлых волков возиться с чарами на кладбищенской ограде? – Здраво заметил Себастьян.
Агата глубоко вздохнула.
– Все верно. Ничего уже не понимаю...
– Ты, кажется, говорила, что видела некроманта у башни.
– Человек пройдет защиту от нежити и не заметит. Впрочем, как и нежить высшего порядка. Защита мешала бы обыкновенным мертвякам и упырям, – Агата приложила пальцы ко лбу и устало выдохнула. В голову лезли одни очевидные факты и ноль дельных идей.
– Прости, что прерываю поток бессвязных мыслей, но в нашем плотно расписании сегодня предусмотрен обед?
– Да. После того, как расскажу о других убийствах и мы побываем на всех местах нападения нежити, – девушка рассеяно отмахнулась от напарника папкой.
С приходом солнца Рэймон заметно оживился.
В жилом квартале захлопали ставни, на веревках прямо между теснящимися домами появилось мокрое белье. В камерных двориках слышался то смех, то ругань хозяек, которые вместе ухаживали за маленьким садом и выбивали пыль из толстых ковров.
До наплыва приезжих было еще далеко, но на центральных улицах праздно шаталась молодежь, держась обособленными компаниями смешливых непредсказуемых подростков. Кафе и рестораны умеренно заполнились чинными господами, желающими отобедать, а в городских парках под надзором старших шумно играли дети.
Агата энергично стучала каблуками по брусчатке и мимоходом делала пометки на небольшой хрустящей карте, которую приобрела немногим раньше в сувенирной лавке. Себастьян держался поодаль, сторонясь заразительного энтузиазма напарницы.
Они вышли на городскую площадь. В ее центре был большой фонтан, заметно отличающийся от тех, которые можно увидеть в столице.
Массивные гранитные борта очерчивали равносторонний треугольник. Желтоватый обелиск стремился к небу острой золоченой вершиной, и водяная крошка клубилась между симметрично сложенными плитами.
Себастьян замер, с нечитаемым чувством рассматривая достопримечательность, и Агата хмыкнула.
– Необычно, правда? Если верить путеводителю, это воссозданная копия фонтана, стоящего здесь еще в период империи Зуккар. Его остов и сеть подводящих труб случайно нашли во время ремонтных работ примерно… – она сверилась с брошюрой, – двадцать лет назад.
– У меня есть некоторые сомнения... по поводу схожести с оригиналом... – пробормотал Себастьян.
– Вот там – городская мэрия, всего в десяти шагах от нас, – Агата нетерпеливо указала на дом напротив. – А буквально на соседней улице – полицейский участок, где мы уже были. Сложно представить, что здесь началось, когда одним прекрасным утром в фонтане нашли труп, привязанный вниз головой прямо к этому обелиску.
– У которого кровь спустили в воду? – Лениво уточнил Себастьян, кладя руки в карманы.
Девушка кивнула, с трудом сдерживая странную и абсолютно неуместную радость. Напарник в кое-то веки и правда ее слушал.
– Если верить материалам от господина Шер, в ходе расследования выяснили, что на жертву напали совсем в другом месте и доставили сюда еще живую. Характерные укусы, обрывки истлевшей ткани, кусочки гнили под ногтями... – загибала пальцы Агата. – Если не считать точных глубоких порезов от ножа, всю работу выполнила нежить. И никаких вскрытых на кладбище могил. Мертвые словно появились из ниоткуда. Сделали свое грязное дело, и исчезли.
Вода фонтана равнодушно играла бликами на солнце, и под ней серебрились монетки, брошенные на удачу.
– Начинаю понимать, почему подозрение пало на семью вампира. – Не без удовольствия проговорил напарник Агаты. – Много пафоса и с акцентом на кровь. Неужели ты правда считаешь, что и этот случай может быть связан с зуккарийскими корнями Рэймона?
– Не то чтобы я на этом настаивала, но, Себастьян, человека убили в фонтане архитектуры периода Зуккар! – Агата зачем-то тряхнула картой.
Без соблюдения размерности на бумаге расходились линии, изображающие улицы города, и пестрели крупные значки примечательных для посещения мест.
– Здесь куда не плюнь, попадешь в древние кирпичи или имитирующий их новодел. Мертвые волки и культ Гекты теоретически еще могут быть связаны, но это ... – Себастьян скептически фыркнул. – Всего лишь плохая копия древнего фонтана. По мне, не вдохновляет на жертвоприношения старым богам. Детишки Шер просто перепили крови и вышли поиграть. Вот к чему приводит якшание с созданиями тьмы, Агата.
Из уст Себастьяна последняя фраза звучала почти нелепо. Девушка не сдержала ироничной улыбки и присела на борт фонтана.
Из-за крупных брызг на дешевой карте начали расплываться цветные пятна.
– Преступник мог вдохновляться культами Зуккар ровно так, как сам их понимает. Детали их ритуалов не известны широкой общественности. Они-то и для профессиональных исследователей во многом до сих пор загадка. – Агата закусила кончик карандаша. – Постой. Тело несчастного нашли ровно два месяца назад. Дай посчитать... Ничего себе. Если я ничего не путаю, это было второе полнолуние в году, а значит, убийство в фонтане пришлось прямо на ночь Трех алых сестер.
Она запоздала прижала ладонь к губам.
– Очень неплохо, Агата, – Себастьян лукаво усмехнулся. – Твои познания иногда приятно удивляют. Не иначе, как дурное влияние твоего несвятого святого ордена.
– Естественно, у меня есть доступ к закрытой секции библиотеки штаба. – Сдержанно ответила Агата. – Я знаю про эту ночь. И что только она подходит для применения магии крови. Которая, кстати, в Мольхар под строжайшим запретом, – с нажимом уточнила Агата, глядя в кристально честные глаза Себастьяна. – Я веду совсем к другому. Вряд ли преступник настолько эрудирован и сведущ в тайных знаниях. И будь в городе хоть намек на остаточный след магии крови, орден прислал бы не нас. Но во многих старых верованиях второе полнолуние в году – дата особая, из-за общего усиления темных сил ее приурочивают к дню почитания злых богов. Достаточный повод, чтобы сумасшедшему фанатику выбрать именно эту дату для убийства.
– Допустим, – с промедлением и крайней неохотой кивнул Себастьян. – Итого два случая тянут на подтверждение твоей гипотезы. Но что с другими нападениями? Не припомню, чтобы там было что-то хотя бы с отдаленным намеком на древний культ.
Агата не выдержала и взглянула на напарника с искренним изумлением. Он не только запомнил, о чем она ранее ему говорила, но и даже показывал умеренный интерес.
– Кажется, с еще двумя нападениями все сложнее и одновременно проще, – выдохнула Агата. – Окраина города, типичная расправа нежити. Одна женщина чудом выжила, но не рассказала ничего интересного... Эти нападения и правда похожи на несчастный случай, – ну, восстало несколько обыкновенных мертвяков, не такое редкое дело. Правда, нежить не нашли, как и их пустых могил. Но эти нападения случились уже после убийства в фонтане и самого первого, наиболее резонансного случая, поэтому мы будем иметь в виду и их.
– Значит, теперь идем к месту резонансного случая?
Агата сощурилась. Она гадала, действительно ли Себастьян взялся за ум, или же торопил момент, когда ему наконец-то дадут возможность спокойно пообедать.
– Да. Нам нужна главная городская церковь Седьмицы.
Чтобы добраться до Дома Семи достаточно было выйти с площади и пересечь городской парк.
Церковь располагалась в бывшем храме зуккарийских богов, которому насчитывалось несколько сотен лет. Решение занять его казалось несвойственным религии Мольхар.
Согласно учению Семеро богов являлись воплощениями одного великого божества, единственного и всеобъемлющего. Седьмица в глазах служителей и прихожан возвышалась над прочими, языческими богами. Старые верования считались нечистыми, а что уж было говорить об их храмов и святынях. Еще с Большого завоевания святилища иноверцев в лучшем случае грабили и жгли, но чаще – разрушали до основания, чтобы взамен построить мольхарский собор или часовню.
Некромантка выругалась – совсем как не подобает девушке ее воспитания.
А затем поняла, что до сих пор сжимает в руках папку, переданную коридорным вместе с букетом.
***
– Ничего интересного, – Себастьян перелистнул страницу, и, едва взглянув, открыл другую, – и опять ничего. Скука-скука-скука.
Он сунул папку обратно Агате и, насвистывая, двинулся дальше по дорожке.
– Да ты же ничего не прочитал… – Тихо вскипела девушка.
Она упрямо пошла следом, крепко зажав бумаги под подмышкой.
Погода к обеду неожиданно расщедрилась на солнце. По сравнению со вчерашней вылазкой, прогулку можно было бы назвать приятной – насколько может быть приятной прогулка по кладбищу.
И все же, Агата не могла не признать, что стройные ряды ухоженных могил производили крайне благостное впечатление. Захоронения в этой части кладбища были сравнительно свежими, и родственники умерших регулярно наведывались сюда, чтобы посадить цветы, выкорчевать сорняки или подровнять траву. Памятники стояли твердо и ровно, поблескивая отполированным камнем. Обычно некроманты вынуждены посещать места совсем иного толка: где можно угодить в случайную рытвину среди бурьяна или наткнуться на открытую могилу.
– …Ассистентка Клауда тщательно проверила бумаги. Именно их она и передала сегодня утром, естественно, без букета с ядовитыми цветами. Если ты сомневаешься в подлинности…
– Может, ордену стоит дать нам другое задание? – Перебил ее Себастьян, даже не пытаясь вслушаться в слова напарницы. – В причинах укажи аллергию на пыльцу паучьих лилий... Пусть всей этой мурой занимается кто-нибудь другой.
– Так нельзя. Все члены ордена моего ранга обязаны беспрекословно выполнять назначенные миссии. – Не скрывая недовольства, возразила Агата.
– А моего? – С интересом уточнил Себастьян, сбавив шаг.
Девушка поджала губы.
– Ты… ты особый случай. И по определенным причинам формально мы оказались абсолютно в равном положении. – Она не без удовольствия заметила ожидаемое разочарование на лице напарника. – К тому же, печать у меня… Здесь нечего обсуждать, Себастьян. С учетом твоей силы, нам не светит даже подкрепление. И, будем честны, большинство моих коллег не придут в восторге от твоей компании. Нам и вдвоем непросто, а уж добиться слаженной работы еще с кем-то явно выше наших возможностей…
– О, их можно понять, – откликнулся Себастьян. – Такой и должна быть реакция любого здравомыслящего человека. Но вот что я действительно не возьму в толк – зачем тебе-то все это нужно? Ты вроде бы занималась историей в какой-то академии?.. Ну вот и сидела бы дальше в архивах, да рассказывала студентам, кто сколько жил и почему помер. Но путаться с этой шайкой, возомнившей себя орденом... Взгляни правде в лицо. Ты здесь и в связке со мной, а значит, это уже ни к чему хорошему не привело. Мертвые боги, надеюсь, тебе хотя бы сносно платят.
– Во-первых, орден Святой Франциски не сомнительная шайка, а уважаемая организация!! – Возмутилась Агата и, оглянувшись, понизила голос. Почтенная матрона, ухаживающая за цветами у склепа, неодобрительно нахмурилась. – Вряд ли тебя это сильно впечатлит, но ордену почти две сотни лет. Он разрешает сложные ситуации, в которых замешаны магические силы или разумные… существа. Ты совсем не слушал магистра Виззер?..
– Того высокомерного болвана с безобразной рожей? Столько гонора из ничего… Лучше скажи, как так вышло, что все члены уважаемого ордена владеют магией или знаниями, которые вроде бы совсем недавно в Мольхар причисляли к запретным темным искусствам? За глаза вашу богадельню называют не иначе как орден Нечистивой Франциски. Великолепная идея – основать организацию в честь сумасшедшей ведьмы, которую канонизировали только потому, что она была матерью какого-то влиятельного государя.
– ... А, во-вторых, – с нажимом продолжила Агата, впрочем, успевая отметить, что Себастьян все же успел кое-что подчерпнуть из уроков Голба Виззер. – Я выросла в приюте ордена. Мои родители погибли, когда мне было пять. Так что лучше бы тебе попридержать язык.
У Себастьяна заметно поубавилась задора.
– Этого я не знал, – негромко сказал он, бросив на некромантку быстрый взгляд.
– Чтобы что-то узнать, нужно хотя бы о чем-то спросить, – едко проговорила Агата.
Они почти пришли. Жилище кладбищенского сторожа должна была быть где-то здесь.
Приятный глазу сруб нашелся в тени развесистого дуба. На ступенях сидел и смолил трубку жилистый старик с бельмом на одном глазу.
– Оградки задарма не чиню! – Вместо приветствия категорично заявил он и с вызовом сплюнул в опасной близости от ботинка Себастьяна. – А то ишь, повадились... Идите в администрацию, вас тамось и направят!
– Из администрации нас направили к вам. И не нужно ничего чинить. – Поспешила заверить его Агата, на всякий случай отшагнув назад. – Мы по поводу вчерашнего убийства.
– Из полиции штоль? – Недоверчиво наклонил голову сторож. – Да я уж все вашим, стало быть, и рассказал. Нечего меня по чем зря дергать.
– Мы не из полиции, но сотрудничаем с ней. И хотели бы поговорить с вами лично, – терпеливо улыбнулась Агата.
Факт, что пока все сотрудничество сводилось к тому, что их не посадили за решетку, она, конечно же, оставила при себе.
– А, я что-то такое слышал… Так вы значит, из этого... того самого... ордена Нечистивой Франциски, стало быть?..
Себастьян громко расхохотался, поддев локтем покрасневшую Агату.
– Эй, старик! – Сказал он.
– Чагось? – сторож сощурил здоровый глаз.
– А ты не боишься на кладбище работать? Один небось сидишь.
– Один. А чаго мне бояться? Вишь, какая краса, – старик с гордостью показал на вилы, прислоненным к сторожке. – Заговорены святым отцом Измаилом. Не знаю, за что там вашему брату платят, а у меня с неживыми разговор всегда короткий.
– Крепок ты, старик, ничего не скажешь. Что вчера видел, слышал? Ответь, и мы пойдем своей дорогой.
– Ничегось не видел. Слышал только, кричал да выл кто. Но здесь лесок совсем рядом. Чаго бы там кому не выть.
– А почему ночью на кладбище не стояло защитное заклинанье? – вмешалась Агата.
– Седьмица с тобой, девонька, – отмахнулся старик. – Как же не стояло? Все тамача было. Отец Измаил каждый седьмой день сюда ходит, чтобы защитой этой заняться. Она и сейчас никудысь не делась.
Агата нахмурилась. Когда они с Себастьяном пришли днем на кладбище, защита и правда стояла, но прошедший ночью ее совершенно точно не было.
– Ты точно уверена, что кладбище было без заклинания защиты? – спросил Себастьян. – Не знаю, чему вас там сейчас учат, но...
– И студент второго курса бы не ошибся, – с раздражением оборвала его Агата и снова обратилась к сторожу. – Подскажите, а когда отец Измаил приходил в последний раз обновить заклинание?
– Да дня три назад, стало быть...
На том и распрощались.
Теперь Агата шла впереди, в глубокой задумчивости прижимая к груди папку. Себастьян плелся за ней, праздно разглядывая местные склепы.
– Значит, в период нападения кто-то снял защиту, чтобы провести нежить, – медленно сказала Агата. – И после того, как ты упокоил мертвых волков, зачаровал ворота и ограду. Нужно все тут хорошенько осмотреть. Но позже. Пока здесь слишком многолюдно.
– Неужели в Мольхар на кладбище хоронят диких животных? – усмехнулся Себастьян.
– Конечно нет, – дернула плечом некромантка.
– Значит, их скорее всего привели из леса возле города. Так какой смысл хозяину дохлых волков возиться с чарами на кладбищенской ограде? – Здраво заметил Себастьян.
Агата глубоко вздохнула.
– Все верно. Ничего уже не понимаю...
– Ты, кажется, говорила, что видела некроманта у башни.
– Человек пройдет защиту от нежити и не заметит. Впрочем, как и нежить высшего порядка. Защита мешала бы обыкновенным мертвякам и упырям, – Агата приложила пальцы ко лбу и устало выдохнула. В голову лезли одни очевидные факты и ноль дельных идей.
– Прости, что прерываю поток бессвязных мыслей, но в нашем плотно расписании сегодня предусмотрен обед?
– Да. После того, как расскажу о других убийствах и мы побываем на всех местах нападения нежити, – девушка рассеяно отмахнулась от напарника папкой.
***
С приходом солнца Рэймон заметно оживился.
В жилом квартале захлопали ставни, на веревках прямо между теснящимися домами появилось мокрое белье. В камерных двориках слышался то смех, то ругань хозяек, которые вместе ухаживали за маленьким садом и выбивали пыль из толстых ковров.
До наплыва приезжих было еще далеко, но на центральных улицах праздно шаталась молодежь, держась обособленными компаниями смешливых непредсказуемых подростков. Кафе и рестораны умеренно заполнились чинными господами, желающими отобедать, а в городских парках под надзором старших шумно играли дети.
Агата энергично стучала каблуками по брусчатке и мимоходом делала пометки на небольшой хрустящей карте, которую приобрела немногим раньше в сувенирной лавке. Себастьян держался поодаль, сторонясь заразительного энтузиазма напарницы.
Они вышли на городскую площадь. В ее центре был большой фонтан, заметно отличающийся от тех, которые можно увидеть в столице.
Массивные гранитные борта очерчивали равносторонний треугольник. Желтоватый обелиск стремился к небу острой золоченой вершиной, и водяная крошка клубилась между симметрично сложенными плитами.
Себастьян замер, с нечитаемым чувством рассматривая достопримечательность, и Агата хмыкнула.
– Необычно, правда? Если верить путеводителю, это воссозданная копия фонтана, стоящего здесь еще в период империи Зуккар. Его остов и сеть подводящих труб случайно нашли во время ремонтных работ примерно… – она сверилась с брошюрой, – двадцать лет назад.
– У меня есть некоторые сомнения... по поводу схожести с оригиналом... – пробормотал Себастьян.
– Вот там – городская мэрия, всего в десяти шагах от нас, – Агата нетерпеливо указала на дом напротив. – А буквально на соседней улице – полицейский участок, где мы уже были. Сложно представить, что здесь началось, когда одним прекрасным утром в фонтане нашли труп, привязанный вниз головой прямо к этому обелиску.
– У которого кровь спустили в воду? – Лениво уточнил Себастьян, кладя руки в карманы.
Девушка кивнула, с трудом сдерживая странную и абсолютно неуместную радость. Напарник в кое-то веки и правда ее слушал.
– Если верить материалам от господина Шер, в ходе расследования выяснили, что на жертву напали совсем в другом месте и доставили сюда еще живую. Характерные укусы, обрывки истлевшей ткани, кусочки гнили под ногтями... – загибала пальцы Агата. – Если не считать точных глубоких порезов от ножа, всю работу выполнила нежить. И никаких вскрытых на кладбище могил. Мертвые словно появились из ниоткуда. Сделали свое грязное дело, и исчезли.
Вода фонтана равнодушно играла бликами на солнце, и под ней серебрились монетки, брошенные на удачу.
– Начинаю понимать, почему подозрение пало на семью вампира. – Не без удовольствия проговорил напарник Агаты. – Много пафоса и с акцентом на кровь. Неужели ты правда считаешь, что и этот случай может быть связан с зуккарийскими корнями Рэймона?
– Не то чтобы я на этом настаивала, но, Себастьян, человека убили в фонтане архитектуры периода Зуккар! – Агата зачем-то тряхнула картой.
Без соблюдения размерности на бумаге расходились линии, изображающие улицы города, и пестрели крупные значки примечательных для посещения мест.
– Здесь куда не плюнь, попадешь в древние кирпичи или имитирующий их новодел. Мертвые волки и культ Гекты теоретически еще могут быть связаны, но это ... – Себастьян скептически фыркнул. – Всего лишь плохая копия древнего фонтана. По мне, не вдохновляет на жертвоприношения старым богам. Детишки Шер просто перепили крови и вышли поиграть. Вот к чему приводит якшание с созданиями тьмы, Агата.
Из уст Себастьяна последняя фраза звучала почти нелепо. Девушка не сдержала ироничной улыбки и присела на борт фонтана.
Из-за крупных брызг на дешевой карте начали расплываться цветные пятна.
– Преступник мог вдохновляться культами Зуккар ровно так, как сам их понимает. Детали их ритуалов не известны широкой общественности. Они-то и для профессиональных исследователей во многом до сих пор загадка. – Агата закусила кончик карандаша. – Постой. Тело несчастного нашли ровно два месяца назад. Дай посчитать... Ничего себе. Если я ничего не путаю, это было второе полнолуние в году, а значит, убийство в фонтане пришлось прямо на ночь Трех алых сестер.
Она запоздала прижала ладонь к губам.
– Очень неплохо, Агата, – Себастьян лукаво усмехнулся. – Твои познания иногда приятно удивляют. Не иначе, как дурное влияние твоего несвятого святого ордена.
– Естественно, у меня есть доступ к закрытой секции библиотеки штаба. – Сдержанно ответила Агата. – Я знаю про эту ночь. И что только она подходит для применения магии крови. Которая, кстати, в Мольхар под строжайшим запретом, – с нажимом уточнила Агата, глядя в кристально честные глаза Себастьяна. – Я веду совсем к другому. Вряд ли преступник настолько эрудирован и сведущ в тайных знаниях. И будь в городе хоть намек на остаточный след магии крови, орден прислал бы не нас. Но во многих старых верованиях второе полнолуние в году – дата особая, из-за общего усиления темных сил ее приурочивают к дню почитания злых богов. Достаточный повод, чтобы сумасшедшему фанатику выбрать именно эту дату для убийства.
– Допустим, – с промедлением и крайней неохотой кивнул Себастьян. – Итого два случая тянут на подтверждение твоей гипотезы. Но что с другими нападениями? Не припомню, чтобы там было что-то хотя бы с отдаленным намеком на древний культ.
Агата не выдержала и взглянула на напарника с искренним изумлением. Он не только запомнил, о чем она ранее ему говорила, но и даже показывал умеренный интерес.
– Кажется, с еще двумя нападениями все сложнее и одновременно проще, – выдохнула Агата. – Окраина города, типичная расправа нежити. Одна женщина чудом выжила, но не рассказала ничего интересного... Эти нападения и правда похожи на несчастный случай, – ну, восстало несколько обыкновенных мертвяков, не такое редкое дело. Правда, нежить не нашли, как и их пустых могил. Но эти нападения случились уже после убийства в фонтане и самого первого, наиболее резонансного случая, поэтому мы будем иметь в виду и их.
– Значит, теперь идем к месту резонансного случая?
Агата сощурилась. Она гадала, действительно ли Себастьян взялся за ум, или же торопил момент, когда ему наконец-то дадут возможность спокойно пообедать.
– Да. Нам нужна главная городская церковь Седьмицы.
Чтобы добраться до Дома Семи достаточно было выйти с площади и пересечь городской парк.
Церковь располагалась в бывшем храме зуккарийских богов, которому насчитывалось несколько сотен лет. Решение занять его казалось несвойственным религии Мольхар.
Согласно учению Семеро богов являлись воплощениями одного великого божества, единственного и всеобъемлющего. Седьмица в глазах служителей и прихожан возвышалась над прочими, языческими богами. Старые верования считались нечистыми, а что уж было говорить об их храмов и святынях. Еще с Большого завоевания святилища иноверцев в лучшем случае грабили и жгли, но чаще – разрушали до основания, чтобы взамен построить мольхарский собор или часовню.
