Парни покинули дом. Итачи тревожным взглядом проводил их, вернувшись к своему занятию. Тут дверь без стука отворилась, и на пороге показалась Аюми.
— Привет, любовь моя, — промурлыкала она, танцующей походкой подходя к нему. Он же как будто не замечал её, не отрывая внимательного взгляда от документов.
— Я так соскучилась, — прошептала она, забираясь к нему на колени и обвивая руками его шею.
— Мы виделись на вечеринке вчера, — напомнил Учиха, которому всё-таки пришлось отложить формуляры.
— Мне этого мало. Мы давно не бываем вдвоём, никуда не ходим. Не проводим совместные тренировки. Даже здесь нельзя теперь уединиться, — жаловалась девушка, играя его локоном. Её пальчики скользнули по его лицу, губам, ласкающим движением спустились к ряду пуговиц на его одежде.
— Ты с ума сошла. Сюда могут войти, — возразил Учиха.
— Ты же не откажешь своей девушке в одном невинном поцелуе, — Аюми посмотрела ему в глаза и поцеловала, не в силах больше себя сдерживать. Расстегнув его одежду и обнажая его плечи, прильнула к нему всем телом, заставляя откинуться на спинку дивана.
Акина стремглав неслась по улице. Ведь после того, как отнесла лечебные травы Нобу в библиотеку, она встретила посланника распорядителя соревнований, и тот приказал Итачи немедленно явиться в штаб. Влетев, как торпеда, в гостиную, она замерла, как громом пораженная. Девушка то краснела, то бледнела от увиденного. Полураздетый Итачи сидел на диване, при этом его страстно целовала Аюми, находилась на его коленях. И он, как будто, вовсе не был против её действий. Девушка нехотя отстранилась от предмета своей страсти и испепеляюще взглянула на Акину.
— Какого хрена тебе надо? Онемела от зависти, убогая, — набросилась на неё Яно, при этом демонстративно провела ладонью по обнаженному телу Итачи.
Он отвёл её руку в сторону и недовольно взглянул на Аюми.
— Ты забываешь, что Акина живёт в моём доме. Так что поосторожнее со словами, — сурово произнес он.
— Прошу прощения, что потревожила, — сказала Акина с глубоким поклоном, скорее для того, чтобы не видеть, что творится в гостиной. — Господин Морино Ибики просил вас срочно явиться в штаб, господин Итачи.
Итачи ссадил со своих колен Аюми и, поправив на себе одежду, собрав документы, лежащие на журнальном столике, направился к выходу.
— Дождись меня здесь, — сказал он Акине, прежде чем покинуть дом.
— То, что ты здесь живёшь, ничего не значит. К тебе всегда будут относиться не лучше, чем к прислуге. Так что знай своё место, — резко отозвалась Аюми, последовав вслед за Итачи.
Акина сидела на диване в гостиной как на иголках.
«Почему вызвали Итачи? Они передумали? Нас сняли с соревнований?» — предполагала она самое страшное. Время до его прихода показалось вечностью.
— Ну что сказали? — прямо с порога спросила она, когда Учиха вернулся в дом.
— Ты только не волнуйся, — ответил Итачи.
— Я знала, что это из-за меня! — дав наконец волю панике, произнесла она.
— Акина... — пытался он вставить хоть слово.
— Меня вычеркнули из списка команды?
— Нет.
— Хотят меня кем-то заменить?
— Нет.
— Из-за меня дисквалифицировали всю команду!!!
— Акина, успокойся, — сказал он, взяв её за плечи.
— Как я могу успокоиться, если... — не унималась она.
— Сядь, пожалуйста, — перебил он её.
Девушка села на диван.
— Во-первых, ничего из тобой перечисленного не произошло. А во-вторых, просто перенесли день начала состязания лучников из-за того, что желающих оказалось слишком много. Так что они начинаются не через три дня, как планировалось, а завтра, — пояснил Итачи.
— Что?! Завтра!!! Какой ужас!!! — взволновалась она, вскочив с места.
— Так перестань паниковать. Давай я сварю тебе кофе, и ты наконец успокоишься, — сказал он, мягко коснувшись её руки.
Итачи снова усадил её на диван, а сам ушел на кухню.
«Во время нападения на единственной своей миссии не спасовала. А тут дрожит, как осиновый лист», — вспоминал он о её первой миссии, занятый любимым делом.
Он поставил перед ней чашку с ароматным кофе. Девушка взяла блюдце, и тут он услышал стук фарфора, отбивающего ритмичную дробь. Парень аккуратно взял из её рук дрожащее блюдце и вернул его на журнальный столик, подсел к девушке ближе и обнял её за плечи.
— Послушай, Акина, тебе нечего бояться. В любом случае мы будем рядом, — тихо говорил он.
— Даже если вы будете на трибунах, я все равно вас не увижу, — уныло ответила она.
— Просто представь, что мы рядом... за твоей спиной. Если ты волнуешься из-за возможного проигрыша, то напрасно. Не думай о победе или поражении, просто получи от этого удовольствие, от того, чем любишь заниматься. Тебе же нравится стрелять из лука? — спросил он.
Девушка утвердительно кивнула. Он подал ей чашку с кофе.
День прошел относительно спокойно. К вечеру объявился посыльный с расписанием состязаний. Выяснилось, что в первый день поставлены Саске с бегом 1500 м и Акина на соревновании лучников.
Вечером, когда он был в своей комнате и, как всегда, стоял у открытого окна, в его дверь осторожно постучали. После разрешения к нему вошла Акина.
— Я хотела... — тихо произнесла она, старательно отводя взгляд.
Итачи выжидающе смотрел на неё. Тут она подошла к нему вплотную и обняла, положив голову ему на плечо.
— Спасибо за поддержку...за всё. Я просто хотела, чтобы ты знал, как это важно для меня, — тихо сказала она.
Парень замер, не веря в происходящее. Его внезапно бросило в жар, и на лбу появилась испарина, мелкая дрожь охватила всё его тело. Он некоторое время молчал, потеряв дар речи, но потом произнёс, обнимая в ответ:
— Ты всегда можешь на меня рассчитывать.
Девушка улыбнулась и посмотрела на него, слегка отстранившись, и тут улыбка сошла с её лица.
— Итачи, у тебя лицо красное, и ты дрожишь. Уж не заболел ли ты? — настороженно сказала она, коснувшись его раскрасневшегося лица.
Тут опять кто-то постучал, и в комнату, не дожидаясь приглашения, вошел Саске. Увидев девушку в комнате брата, он остановился в дверях.
— Я помешал? — удивленно поинтересовался он.
— Нет. Саске, по-моему, у Итачи температура. Он весь горит и его знобит, — с тревогой сказала Акина.
Саске прошел вглубь комнаты и внимательно посмотрел на брата. Лицо его действительно пылало, но по неистовому пожару в его глазах он понял, что виной тому вовсе не возможная простуда. Саске постарался придать своему лицу самое серьезное выражение.
— Да, ты права. Я ещё утром заметил, что с ним что-то не так, — подтвердил её догадку Учиха-младший, с удовольствием наблюдая, как удивлённо расширились глаза старшего брата.
— Ещё с утра? Боже мой, вот угораздило тебя заболеть прямо перед соревнованиями, — горестно всплеснула она руками.
— Со мной всё в порядке, — попытался возразить Итачи, но Саске, подойдя к нему и приняв за плечи, перебил его.
— Слушай Акину, она знает, что делать. А то придется Сакуру позвать, — пригрозил Учиха-младший.
— Саске, — в голосе Итачи послышались рычащие нотки, и он одарил брата уничтожающим взглядом, сообразив, что тот подшучивает над девушкой.
— Где у вас градусник? — строго спросила Акина.
— В шкафу должен быть, — ответил Саске.
— Ты что творишь? — недовольным шепотом произнес Итачи.
— Заткнись и получи удовольствие. Тебе же приятна её забота, — одернул его брат, рискуя получить нагоняй.
Девушка быстро нашла коробку с красным крестом на крышке и там обнаружила искомое. Она решительно протянула градусник Итачи.
— Акина, со мной всё в порядке, клянусь, — уверял её Итачи, но та не сдвинулась с места. Ему ничего не оставалось, как подчиниться её произволу и поставить себе градусник.
— Может, ему чего горячего принести... Чай с лимоном или молоко с мёдом, — предложил Саске.
— Да, было бы неплохо. Только на ночь лучше молоко с мёдом, — сказала она, и Саске удалился.
Итачи провожал его раздражительным взглядом.
«Я убью этого негодника», — думал он, мысленно ища предмет, который придаст ускорение этому благодетелю.
— Ты не волнуйся. Сейчас выпьешь молока, и к утру будешь в норме, — вкрадчиво произнесла она, садясь с ним рядом. Он вздохнул, сообразив, что спорить с ней бесполезно.
Через некоторое время в комнату вошел Саске с подносом в руках. Он поставил его на письменный стол. Акина взяла у него градусник.
— Ну что я говорила. Еще бы пару делений, и была бы повышенная. А всё твоя привычка стоять у открытого окна, — отчитывала она его. И действительно, Саске был прав, это было приятно. Она подождала, пока он выпьет молоко, видимо, не доверяя ему, уложила его в кровать, накрыв одеялом.
— Можешь побыть с ним, пока он не заснет? — попросила Акина Саске.
— Не волнуйся, я присмотрю за ним, — пообещал Учиха-младший. Наконец, удовлетворившись, Акина удалилась, пожелав им спокойной ночи.
После её ухода Итачи с удовольствием огрел подушкой смеющегося Саске.
Акина зашла в свою комнату, переоделась, легла в кровать.
«Завтра... Ох уж это завтра», — с такими тревожными мыслями она и заснула.
_______________
Примечание:
(1) Станислас Жан де Буффле
Глава 16
Утро было почти по-летнему теплым. Проснувшись, она спустилась вниз, на первый этаж. По ароматам из кухни можно было определить, кто проснулся раньше всех. Если пахло свежезаваренным кофе — это был Итачи; если, как сейчас, ароматами трав — Хаку.
— Хаку, утречка, — сонно улыбаясь, заглянула на кухню Акина.
— Доброе, как настроение? — улыбаясь в ответ, спросил парень, не отрываясь от приготовления чая.
Он был одет в то самое розовое кимоно без рукавов, которое так не любила Тибо, и всё из-за того, что однажды спутала его в нём с девушкой. Длинные тяжёлые волосы были собраны в пучок, прикрытый плотной сеткой, как обычно, когда он был на кухне. Девушка на его вопрос не ответила и села за обеденный стол. Хаку поставил перед ней чашку с чаем. Она наблюдала за полупрозрачными испарениями от горячего напитка и тяжело вздыхала. Было видно, что она сильно подавлена. Её страшило не то, что она может проиграть. Морально к этому она была готова. Девушка боялась отношения ко всему этому окружающих. Она прекрасно помнила те смешки и колкости, отпускаемые в её адрес посторонними во время её тренировок на стрельбище, и только прилюдное отношение к ней Неджи пресекало подобные выпады. Настроить себя игнорировать отрицательные высказывания плохо получалось.
— Волнуешься? — догадался Юки, сев напротив неё.
— С ума схожу. Я не боюсь проиграть, потому что знаю, что так и будет. Хорошо, если пару этапов пройду, — погрустнев, ответила она.
Хаку молчал, давая ей возможность выговориться. Это Акине и нравится в нём — умение слушать и молча сопереживать.
— Временами мне кажется, что будь на моем месте другая, у вас было бы больше шансов на призовое место. Мне не место ни в этом доме, ни в команде, — продолжала она.
— Ты снова оспариваешь мои решения, — услышала она строгий голос Итачи за спиной. Он стоял в дверном проёме и не сводил с нее сурового взгляда.
— Говорю как есть. Я подведу вас, — уверенно сказала она.
— Не смей так говорить и думать, так не смей. Это мой выбор, и я сделал его осознанно, а не потому, что мне был нужен ещё один игрок в команде. Только с тобой можно было добиться слаженного взаимодействия в команде, — не меняя тона разговора, сказал Итачи.
— Ты слишком себя накручиваешь, — поддержал лидера Хаку.
Он прошёл на кухню и сел рядом с ней. Перед Итачи тут же появилась чашка чая, поставленная Хаку.
Вскоре на кухню явились и все остальные. В назначенное время, пройдя регистрацию, Саске оказался на арене стадиона, вручив предварительно Акине свою бейсболку. Выглядел он абсолютно спокойным, как будто происходило что-то обыденное. Команды кланов сидели в первом ряду. Итачи направился в палатку наблюдателей. Представители каждого клана командных состязаний должны там присутствовать, и в большинстве случаев это капитаны команд.
— Здравствуй, Итачи, давно не виделись, — поздоровалась Хана Инузука.
—Рад тебя видеть, — улыбнулся он бывшей однокласснице, садясь с ней рядом.
Акина сидела как на иголках, вертя в руках бейсболку Учихи.
— Перестань трястись, не ты же бежишь, — одернул её рядом сидящий Ясухару.
Когда прозвучал сигнал старта, Акина чуть не подскочила.
В соревновании по бегу практически не участвовали гражданские, так что Саске пришлось соревноваться с равными себе по силе. И, конечно же, в нем принимал участие и Наруто, так как это была ещё одна возможность выяснить, кто из них сильнее. Саске бежал в среднем темпе, экономя силы, и ускорился только к финишу и пришёл к нему первым. Трибуны ликовали, так как, по всей видимости, стадион был полон его поклонницами. Как только он вышел за ворота стадиона, его окружили фотожурналисты и визжащие от восторга фанатки, порывающиеся обнять своего кумира. Когда он всё-таки вышел из окружения, то увидел, что его в стороне ждала небольшая группа в синих с черным спортивных костюмах с эмблемой клана Учиха. От группы отделилась девушка. Она подошла к нему и тихо обняла его за плечи, прильнув к нему всем телом, игнорируя возмущенно-недовольные взгляды, как бы вопрошающие: «А ей это позволено?»
— Поздравляю, я знала, что у тебя получится, — тихо сказала Акина.
Приятное спокойное тепло передалось ему. Даже через одежду он чувствовал нежность её тела, её ритмичное дыхание. Его руки непроизвольно обняли её стан, и он ласково улыбнулся. Вот чего не хватало его брату: не восторженных слов и восхищённых взглядов, а тихого спокойного душевного тепла. Девушка чуть отстранилась и надела на него бейсболку, выбираясь из его объятий. Затем взяла его за руку, и они пошли к остальным. Были теплые рукопожатия, похлопывания по плечу, озорной блеск в глазах сокомандников. Итачи стоял в стороне и наблюдал за ними. Парни и девушка со знаком клана Учиха. Он как будто видел в них членов своего давно сгинувшего клана. Что, если бы... Отогнав от себя нахлынувшие воспоминания, он подошел к остальным.
— Поздравляю, Саске. Я горжусь тобой, — сказал Итачи. И не было похвалы приятнее для его младшего брата.
Победа Учихи-младшего немного успокоила Акину. Отошли на второй план все тревоги и горести. Вернувшись домой, они собрались в беседке. Хару и Итачи тихо играли на гитарах. Акина, как всегда, вынырнула из-за перил, как чертик из табакерки, около брата, начиная с ним веселую перепалку, иногда вызывая теплую улыбку окружающих. Вокруг царил мир и гармония. К таким посиделкам все уже достаточно привыкли, появились какие-то свои традиции. После обеда Акина стала собираться на стадион. До соревнований было больше часа.
— Ты всё взяла? — строго поинтересовался Итачи, когда она спустилась со второго этажа.
— Да, — подтвердила Акина.
— Снаряжение проверила? Все исправно?
— Да.
— Точно ничего не забыла?
— Нет.
— Проверь ещё раз, — настоял он.
— Итачи, напомни мне, пожалуйста, кто из нас сейчас должен волноваться, — заметила девушка, усмехаясь.
Итачи тревожным взглядом посмотрел на неё, глубоко вздохнул, стараясь успокоиться, но это плохо получалось.
