Оказывается, оный Семен, решил устроить пикник на природе. На двоих, с ОЧЕНЬ близким другом. Таким близким, что дальше и некуда, настоящая мужская дружба, как в римских легионах. Или как сейчас в европах модно.
Только-только друзья штаны сняли, как налетел на них хищный зверь. Одному нос отгрыз, а второму такое место, что и сказать-то страшно. Наверное, места рядом были.
Обоих госпитализировали, теперь колют вакцину от бешенства и ищут зверя. А то вдруг ему тоже вакцина нужна…
Статья была написана в максимально ехидном тоне. Участковый подсуетился, шепнул кому надо, вот и прилетела в больницу журналист-птица.
Конечно, в предполагаемую ориентацию Сени Борис Михайлович не поверил. А вот в несчастный случай?
Нет, тоже не поверил.
- Илона, от меня ты чего хочешь?
- Папа, ну я… это…
- Я тебе сказал расстаться с этим типом?
- Ну…
- Илона, я тебя сейчас даже ругать не буду. Ты мне просто ответь – он тебе с протезом на этом самом месте нужен? И детей у вас тоже теперь не будет, наверное?
Илона зависла.
С одной стороны Сеня, любовь и зимняя свадьба.
С другой… каким она посмешищем станет – это ни в сказке сказать, ни пером описать! У нее не жизнь будет, а кунсткамера.
- Н-не знаю…
- Вот и иди, подумай. А я, так и быть, узнаю, кто там и кого покусал.
Илона отправилась приводить себя в порядок, а Борис Михайлович взялся звонить знакомому журналисту. Потом еще паре знакомых…
К моменту, когда Илона пустилась вниз, он уже что-то знал, а об остальном догадался. Примерно.
- Поздравляю, дочка. Замечательный жених.
- Папа?
- Ты ж его обнадежила, верно?
Илона захлопала ресницами.
- Я… не так, чтобы…
- Во-от. Если б ты поступила, как я сказал, был бы Сеня цел. А так… мальчик решил, что если у него не будет жены…
- Бывшей!
- И ребенка – его, заметь, ребенка, то ты за него замуж пойдешь. А меня вы потом уломаете.
- Папа…
- И решил он на пару с родственничком вывезти Софью в лес и там зарыть. Только эти идиоты енота не учли. Я так понимаю, животное в машине спряталось, ну и напало, как смогло.
- Папа, ты… Сеня так не поступил бы! Никогда!!!
- А ты сама отправляйся в больницу, да и спроси, - коварно предложил отец.
- Но я…
- Ты-ты. Отправляйся, поговори с ним, полюбуйся. А потом мне и скажешь, что надумала.
Илона независимо хмыкнула и уселась за стол.
- После завтрака поеду!
- Как скажешь, дочка.
Борис Михайлович и Соне позвонил бы. Но… лучше, наверное, не сегодня. Или съездить вообще к ней? Вот не повезло бабе! Такого урода найти – постараться надо! Хорошо хоть Илонку от него отвело, спасибо тебе, Господи! И за енота – тоже.
Очень полезное животное оказалось, себе завести, что ли, парочку?
Рамира
Как проходит переход между мирами?
Буднично.
Положил некромант камешек на землю, рукой над ним провел – и квадрат развернулся. Не светящийся, не искрящий, словно неисправная проводка, а ровный такой, почему-то розовый. Фелиция вошла в него первой. Прошла – и исчезла. Потом еще из-за квадрата рука высунулась, помахала, мол, проходим, не задерживаем движение!
Мария Петровна, недолго думая, шагнула второй.
Евгений подхватил Марту на руки.
- Идем?
Соня потянула за ручку небольшой чемоданчик на колесах, и шагнула в другой мир.
Десять отличий найти не удалось, такая лужайка могла быть в любом мире. И небо голубое, и солнышко желтое, и деревья похожи…
Особняк, разве что?
Но на родной планете тоже самая разная архитектура встречается.
Соня просто не знала, а особняк Евгения был похож на усадьбу Елисеевых в Ленинградской области. Только на усадьбу после пожара смотреть было страшно, а у Евгения особняк был ухоженный, красивый, слуги так и бегали зайчиками.
Белый камень, цветная черепица, окна, отмытые до полной прозрачности… и мужчина, который спешил к Евгению.
- Литт!
- Петер, - улыбнулся ему Евгений. – Рад тебя видеть. Все в порядке?
- Усадьба в полном порядке, литт.
- Отлично. Полагаю, литту Фелицию и тилла Андреаса ты знаешь.
- Да, литт.
- Это литта Мария. Очень не советую ее злить, проклянет – не обрадуешься. Гостевые покои. Для дорогих и любимых гостей.
Мария Петровна расправила плечи, и выглядела откровенно помолодевшей.
- С ума сойти… сколько силы! Не надышаться!
- Да, литт.
- А это литта София. Моя невеста. И наша дочь Марта.
Вот теперь у дворецкого действительно отвисла челюсть.
- Н-но…
- Покои для хозяйки дома, для наследницы. Официального объявления пока не было, но я его вскорости дам.
Соня едва удержалась, чтобы не пнуть Евгения по ноге. Ничего себе заявочки? Она ему еще не сказала «да, милорд». Она ему вообще пока ничего не ответила, а тут уже – жена?
Слов у нее нет! Только рычание.
Вокруг уже шустрили слуги, тащили чемодан куда-то в сторону дома, Евгений подмигнул Соне. В своем мире он стал совершенно другим, более свободным. Все верно, там он гость, тут – хозяин. Да и насыщенность магией играла роль, и близость родового алтаря…
- Пойдем, любовь моя?
Соня махнула рукой, да и пошла. Раньше надо было… не подбирать на улицах подозрительных енотов! Марта попискивала от счастья, волчком крутясь на руках у Евгения.
Фелиция и некромант задерживаться не стали, Евгений лично проводил Соню в дом, и даже дверь покоев перед ней открыл.
- Соня, милая, прости, но я тебя оставлю ненадолго. Я скоро вернусь, обещаю, просто надо разобраться с делами.
Это Соня могла понять. Действительно, погуляй невесть где полгода? Даже больше, наверное…
Евгений наклонился, поцеловал ее в щеку, усадил Марту в роскошное кресло и умчался. А Соня отправилась осматривать покои для жены хозяина дома.
Покои и правда были роскошные.
Шесть комнат.
Прихожая, гостиная, спальня, в которой имелась дверь – и из нее был выход в другую спальню, явно хозяина дома, ванная, которую так и хотелось назвать «банным комплексом», там одна ванная напоминала небольшой бассейн, гардеробная, в которой жалобно потерялся Сонин чемоданчик, кабинет, комната для рукоделия, еще одна маленькая гостиная – и все это отделано в розоватых, золотистых и персиковых тонах.
Нет-нет, ни позолоты, ни лишней аляпости, все очень аккуратно, со вкусом и дорого. Соня даже поежилась.
Наверное, сложно здесь жить.
Хотя и Эрмитажем это место тоже не назовешь. Это не музей, видно, что все подобрано для удобства, что здесь жили и можно жить дальше.
Марта с мамой не ходила.
Она открыла дверь в детскую – и оттуда был слышен радостный визг.
ИГРУШКИ!!!
Маленькую избалованную принцессу семейства Кучеровых из нее вырастить не успели, по счастью, игрушки у нее были, но в ограниченном количестве. Не могла Соня покупать ей все, на что глаз упадет.
А тут – столько счастья! И все сразу!
И ей!
Сейчас она качалась на качелях, в обнимку с роскошной куклой. Дома бы Соня такую точно не купила, она выглядит совсем, как живая. Небось, бешеных денег стоит…
И это просто игрушка. В детской.
Громадная разница в положении. Соня только вздохнула.
Сказка про Золушку, конечно, прекрасна. Но кто-то вообще задумывался, что было потом? Есть вещи, которые впитываются с молоком матери, с пеленок. Знания, которые даже не передаются, потому что это и так всем известно. Тысяча разных мелочей, о которых не узнаешь, выгребая золу из камина. Никогда…
Если бы не было брака с Сеней, Соня могла бы себя утешать приятными сказками. Но он был, и обернулся кошмаром. И это Сеня… а тут какой уровень? И другой мир…
Соня невольно хлюпнула носом.
- Это – ты?! И что он в тебе нашел?!
Голос был настолько неприятным, что хотелось шваброй в том направлении зарядить. Соня повернулась.
М-да.
Перед ней стояла глубоко беременная женщина. Может, месяц восьмой, или даже больше – не поймешь. Внешность – никакая. Вот самая обычная серая мышь, в меру костлявая, в меру незаметная. Такую можно в любой толпе оставить – она выделяться не будет. Волосы русые, глаза серые, не слишком большие, черты лица мелкие, смазанные, да и вся она какая-то серая…
- Это – я.
Марина скривилась.
- Кошмар какой-то! Эжена потянуло на коров?
И кто бы выдержал на Сонином месте?
- После коровниц? Запросто. Вы, любезнейшая, в каком хлеву воспитывались, что даже здороваться не умеете?
Марина покраснела пятнами. Красивее ее это не сделало.
- Ты… вцепилась, да?! Моя смерть и на тебя ляжет, поняла, гадина?!
- Я тебя заставляла зелье плодородия пить? – язвительно парировала Соня. – Не переживай, и родишь, и мужа тебе еще найдем. К примеру, слепоглухонемого капитана дальнего плавания. Чтобы не задохнулся от избытка очарования!
- …!!!
- Иди отсюда подобру-поздорову, а то сейчас сама тебя выкину!
Церемониться Соня не собиралась. Да, Марина беременна, но это не повод спускать откровенно хамское поведение. А если еще Марта сейчас выйдет?
- Почему-то я так и думал, - голос Евгения не предвещал ничего хорошего.
Марина развернулась – и попробовала упасть к нему на грудь. Евгений ловко выставил руку, придерживая женщину на почтительном отдалении от себя.
- Эжен!
- Вон. Отсюда.
Сказано было так, что Соня едва вслед за Мариной не вышла.
Марина задохнулась, вылетела вон, и напоследок еще дверью об косяк треснула.
- ЕНЯ!!!
Марта сомнений не испытывала, взлетая Евгению на руки.
- Ты! Мой любимый рыб!
- Папа! Мне де-сь ньа-ви-ся!
- Вот и отлично! Я не просто так пришел. Соня, познакомься, пожалуйста, - Евгений открыл дверь, которую захлопнула Марина. – Это тилла Анна и тилла Лина. Тилла Лина еще мной занималась, и с радостью повозится с моей дочкой.
Тилла Лина, серьезная женщина лет шестидесяти, наклонила голову.
- Тилла Анна поможет тебе немного освоиться. Ей приказано отвечать на все вопросы, которые у тебя возникнут. Я буду у себя в кабинете, тилла заодно покажет тебе дом. Ты не возражаешь?
Соня покачала головой.
- Нет. Все в порядке, иди работай.
Евгений быстро наклонился и поцеловал ее в щеку.
- Ты – чудо! Марта, а ты уже видела кукольный театр?
- Нет!
- Пойдем, я тебе покажу!
Кукольный театр оказался обычным театром марионеток, только заводных. Или магических. Можно было повернуть ключ, выбрать пьесу, и куклы начинали двигаться, тихий голос озвучивал сказку.
Марта уселась перед театром – и выпала из жизни.
Тилла Лина покачала головой, и потихоньку поинтересовалась у Сони, что предпочитает кушать малышка.
Соня подумала пару минут, сообщила, что рыбу Марта не любит, а так ест все, и тилла пообещала накормить ребенка.
А Соня начала с самого главного.
- Анна, проводите меня, пожалуйста, в библиотеку. Мне хочется почитать что-то по мироустройству.
Евгений действительно занимался делами. Правда, не отчетами, о которых сказал Соне. Вместо этого, он отправился к Алтарю.
Как выглядит родовой алтарь?
Очень просто. Камень, полупрозрачный, в роду Отт он небесно-голубой, полупрозрачный, с разводами и переливами. Любоваться им можно вечно.
Евгений, надолго думая, коснулся алтаря рукой.
Острая кромка не подвела, и на алтарь потекла кровь. Не слишком много, но алтарь засиял, и принялся переливаться вдвое ярче.
Евгений погладил его рукой.
- Я скучал…
И ощутил в ответ…
Кто-то считает, что алтари неразумны – это ведь просто застывшая магия. Но Евгений думал иначе. У него было ощущение присутствия рядом чего-то большого и уютного, вроде здоровущей дружелюбной собаки. И вот она трется о твои ноги, и вам обоим хорошо рядом.
- Я хочу жениться, - тихонько сказал Евгений. – Я надеюсь, Соня тебе понравится. Я приведу ее завтра… можно было бы заключить светский брак, но я ее действительно люблю. И ее малышку в род приму обязательно, они обе – чудесные.
Тихий стон оборвал его откровения.
Евгений обернулся – и сдвинул брови. Воистину, у Марины Линдли сегодня был неудачный день.
Так бы она подождала до завтра, но раз явилась… Евгений поманил ее пальцем.
- Иди-ка сюда, дорогуша.
Марина сверкнула глазами, но подошла. Даже на отдалении от алтаря она себя чувствовала лучше, а уж вблизи… сил у нее хватило даже на обвинения.
- На мне ты жениться не хочешь. А чужого ребенка готов ввести в род.
Евгений молча приложил ее ладонь к алтарю. Марина вскрикнула, оцарапавшись, и Евгений разрешил ей убрать руку.
- Смотри.
Кровь Марины бессильно стекала по алтарю. И в том месте, где находился сток, алтарь даже потемнел. Словно ему было неприятно.
- И что?! Думаешь, она окажется лучше меня?!
- Уверен. И давай проясним все вопросы. Я обещал, и обещание сдержу. Я подпитываю тебя до родов, я помогаю во время родов, я готов содержать тебя и ребенка, когда он родится. Но жениться на тебе я никогда не обещал. Да и не хочу.
- Ее ты любишь, - горько произнесла Марина. – А меня? Чем я хуже?
Евгений пожал плечами.
Любит.
Как-то постепенно, он и не задумывался об этом, а полюбил. Оказывается, оно и так бывает. Без каких-то бешеных страстей, без «взглянул и умер», без бабочек в животе, да и Магия с ними, с насекомыми. Сначала Соня ему казалась скучной и неинтересной. Некрасивой и старой.
А потом, шаг за шагом, день за днем Евгений видел, как она заботится и о нем, и о дочке, наблюдал, как Соня борется с обстоятельствами, как старается держаться, даже если очень тяжело – и начал восхищаться. А внешность?
Это такие мелочи, право же! Когда тебе на дороге встречается настоящая женщина, готовая не просто стоять за твоим плечом, но и прикрывать тебе спину, поддерживать в любой ситуации и разделять и радости, и беды, уже не смотришь на цвет волос и глаз, а бежишь благодарить магию.
Соня была именно такой.
Не оценил ее первый муж? Сам и дурак. А Евгений свое счастье не упустит.
Марина же?
- Ты меня не любишь, Марина, ты просто хочешь сытую и бестревожную жизнь. Почему я должен тебя любить? Потому что ты выпила зелье плодородия чтобы поймать меня ребенком?
Марина зло зашипела.
- Я тебя любила!
- Не меня. Ты не знаешь, какой я, ты знаешь, что у меня есть деньги, есть положение в обществе, что я могу тебе дать все запрошенное – и ты мигом бросила Маркуса. Даже не бросила, крутила с нами обоими. Тебе самой не гадко?
- Дело только в твоей обиде? Но Эжен, пойми, я ведь ношу твоего ребенка! Твоего, не чужого! Если ты позволишь…
- Не позволю. Наши отношения будут регламентированы. Я приказал подготовить контракт на материнство и воспитание малыша, и буду тебе платить соответственно. Подумай, в каком городе ты хочешь жить, присмотри небольшой дом, я тебе его куплю. До пяти лет я буду просто навещать ребенка, потом, как прописано в стандартном договоре, он будет проводить у меня два дня в неделю. В положенный срок я введу его в род.
- И все?
- Абсолютно.
- Твой родной ребенок. А чужой тебе дороже… почему так?
Евгений на миг растерялся. А вот Мария Петровна, которая отлично чуяла токи силы, и решила прогуляться к их источнику – нет.
- Пора бы уже знать, дамочка. Родня – это не по крови, это те, кто за тебя и горой, и стеной. И ты за них свою кровь до последней капли отдать готов. Вот Евгению повезло, он такое нашел, а ты на чужое не зарься. Ты лучше свое ищи, я-то знаю, что у каждого на земле есть шанс на счастье.
Марина развернулась.
Она бы закатила истерику, принялась кричать… да много чего можно было сделать. Остановила аура вокруг пожилой женщины, такая же, как у бабушки, даже ярче, сильнее.
Только-только друзья штаны сняли, как налетел на них хищный зверь. Одному нос отгрыз, а второму такое место, что и сказать-то страшно. Наверное, места рядом были.
Обоих госпитализировали, теперь колют вакцину от бешенства и ищут зверя. А то вдруг ему тоже вакцина нужна…
Статья была написана в максимально ехидном тоне. Участковый подсуетился, шепнул кому надо, вот и прилетела в больницу журналист-птица.
Конечно, в предполагаемую ориентацию Сени Борис Михайлович не поверил. А вот в несчастный случай?
Нет, тоже не поверил.
- Илона, от меня ты чего хочешь?
- Папа, ну я… это…
- Я тебе сказал расстаться с этим типом?
- Ну…
- Илона, я тебя сейчас даже ругать не буду. Ты мне просто ответь – он тебе с протезом на этом самом месте нужен? И детей у вас тоже теперь не будет, наверное?
Илона зависла.
С одной стороны Сеня, любовь и зимняя свадьба.
С другой… каким она посмешищем станет – это ни в сказке сказать, ни пером описать! У нее не жизнь будет, а кунсткамера.
- Н-не знаю…
- Вот и иди, подумай. А я, так и быть, узнаю, кто там и кого покусал.
Илона отправилась приводить себя в порядок, а Борис Михайлович взялся звонить знакомому журналисту. Потом еще паре знакомых…
К моменту, когда Илона пустилась вниз, он уже что-то знал, а об остальном догадался. Примерно.
- Поздравляю, дочка. Замечательный жених.
- Папа?
- Ты ж его обнадежила, верно?
Илона захлопала ресницами.
- Я… не так, чтобы…
- Во-от. Если б ты поступила, как я сказал, был бы Сеня цел. А так… мальчик решил, что если у него не будет жены…
- Бывшей!
- И ребенка – его, заметь, ребенка, то ты за него замуж пойдешь. А меня вы потом уломаете.
- Папа…
- И решил он на пару с родственничком вывезти Софью в лес и там зарыть. Только эти идиоты енота не учли. Я так понимаю, животное в машине спряталось, ну и напало, как смогло.
- Папа, ты… Сеня так не поступил бы! Никогда!!!
- А ты сама отправляйся в больницу, да и спроси, - коварно предложил отец.
- Но я…
- Ты-ты. Отправляйся, поговори с ним, полюбуйся. А потом мне и скажешь, что надумала.
Илона независимо хмыкнула и уселась за стол.
- После завтрака поеду!
- Как скажешь, дочка.
Борис Михайлович и Соне позвонил бы. Но… лучше, наверное, не сегодня. Или съездить вообще к ней? Вот не повезло бабе! Такого урода найти – постараться надо! Хорошо хоть Илонку от него отвело, спасибо тебе, Господи! И за енота – тоже.
Очень полезное животное оказалось, себе завести, что ли, парочку?
Глава 10
Рамира
Как проходит переход между мирами?
Буднично.
Положил некромант камешек на землю, рукой над ним провел – и квадрат развернулся. Не светящийся, не искрящий, словно неисправная проводка, а ровный такой, почему-то розовый. Фелиция вошла в него первой. Прошла – и исчезла. Потом еще из-за квадрата рука высунулась, помахала, мол, проходим, не задерживаем движение!
Мария Петровна, недолго думая, шагнула второй.
Евгений подхватил Марту на руки.
- Идем?
Соня потянула за ручку небольшой чемоданчик на колесах, и шагнула в другой мир.
Десять отличий найти не удалось, такая лужайка могла быть в любом мире. И небо голубое, и солнышко желтое, и деревья похожи…
Особняк, разве что?
Но на родной планете тоже самая разная архитектура встречается.
Соня просто не знала, а особняк Евгения был похож на усадьбу Елисеевых в Ленинградской области. Только на усадьбу после пожара смотреть было страшно, а у Евгения особняк был ухоженный, красивый, слуги так и бегали зайчиками.
Белый камень, цветная черепица, окна, отмытые до полной прозрачности… и мужчина, который спешил к Евгению.
- Литт!
- Петер, - улыбнулся ему Евгений. – Рад тебя видеть. Все в порядке?
- Усадьба в полном порядке, литт.
- Отлично. Полагаю, литту Фелицию и тилла Андреаса ты знаешь.
- Да, литт.
- Это литта Мария. Очень не советую ее злить, проклянет – не обрадуешься. Гостевые покои. Для дорогих и любимых гостей.
Мария Петровна расправила плечи, и выглядела откровенно помолодевшей.
- С ума сойти… сколько силы! Не надышаться!
- Да, литт.
- А это литта София. Моя невеста. И наша дочь Марта.
Вот теперь у дворецкого действительно отвисла челюсть.
- Н-но…
- Покои для хозяйки дома, для наследницы. Официального объявления пока не было, но я его вскорости дам.
Соня едва удержалась, чтобы не пнуть Евгения по ноге. Ничего себе заявочки? Она ему еще не сказала «да, милорд». Она ему вообще пока ничего не ответила, а тут уже – жена?
Слов у нее нет! Только рычание.
Вокруг уже шустрили слуги, тащили чемодан куда-то в сторону дома, Евгений подмигнул Соне. В своем мире он стал совершенно другим, более свободным. Все верно, там он гость, тут – хозяин. Да и насыщенность магией играла роль, и близость родового алтаря…
- Пойдем, любовь моя?
Соня махнула рукой, да и пошла. Раньше надо было… не подбирать на улицах подозрительных енотов! Марта попискивала от счастья, волчком крутясь на руках у Евгения.
Фелиция и некромант задерживаться не стали, Евгений лично проводил Соню в дом, и даже дверь покоев перед ней открыл.
- Соня, милая, прости, но я тебя оставлю ненадолго. Я скоро вернусь, обещаю, просто надо разобраться с делами.
Это Соня могла понять. Действительно, погуляй невесть где полгода? Даже больше, наверное…
Евгений наклонился, поцеловал ее в щеку, усадил Марту в роскошное кресло и умчался. А Соня отправилась осматривать покои для жены хозяина дома.
Покои и правда были роскошные.
Шесть комнат.
Прихожая, гостиная, спальня, в которой имелась дверь – и из нее был выход в другую спальню, явно хозяина дома, ванная, которую так и хотелось назвать «банным комплексом», там одна ванная напоминала небольшой бассейн, гардеробная, в которой жалобно потерялся Сонин чемоданчик, кабинет, комната для рукоделия, еще одна маленькая гостиная – и все это отделано в розоватых, золотистых и персиковых тонах.
Нет-нет, ни позолоты, ни лишней аляпости, все очень аккуратно, со вкусом и дорого. Соня даже поежилась.
Наверное, сложно здесь жить.
Хотя и Эрмитажем это место тоже не назовешь. Это не музей, видно, что все подобрано для удобства, что здесь жили и можно жить дальше.
Марта с мамой не ходила.
Она открыла дверь в детскую – и оттуда был слышен радостный визг.
ИГРУШКИ!!!
Маленькую избалованную принцессу семейства Кучеровых из нее вырастить не успели, по счастью, игрушки у нее были, но в ограниченном количестве. Не могла Соня покупать ей все, на что глаз упадет.
А тут – столько счастья! И все сразу!
И ей!
Сейчас она качалась на качелях, в обнимку с роскошной куклой. Дома бы Соня такую точно не купила, она выглядит совсем, как живая. Небось, бешеных денег стоит…
И это просто игрушка. В детской.
Громадная разница в положении. Соня только вздохнула.
Сказка про Золушку, конечно, прекрасна. Но кто-то вообще задумывался, что было потом? Есть вещи, которые впитываются с молоком матери, с пеленок. Знания, которые даже не передаются, потому что это и так всем известно. Тысяча разных мелочей, о которых не узнаешь, выгребая золу из камина. Никогда…
Если бы не было брака с Сеней, Соня могла бы себя утешать приятными сказками. Но он был, и обернулся кошмаром. И это Сеня… а тут какой уровень? И другой мир…
Соня невольно хлюпнула носом.
- Это – ты?! И что он в тебе нашел?!
Голос был настолько неприятным, что хотелось шваброй в том направлении зарядить. Соня повернулась.
М-да.
Перед ней стояла глубоко беременная женщина. Может, месяц восьмой, или даже больше – не поймешь. Внешность – никакая. Вот самая обычная серая мышь, в меру костлявая, в меру незаметная. Такую можно в любой толпе оставить – она выделяться не будет. Волосы русые, глаза серые, не слишком большие, черты лица мелкие, смазанные, да и вся она какая-то серая…
- Это – я.
Марина скривилась.
- Кошмар какой-то! Эжена потянуло на коров?
И кто бы выдержал на Сонином месте?
- После коровниц? Запросто. Вы, любезнейшая, в каком хлеву воспитывались, что даже здороваться не умеете?
Марина покраснела пятнами. Красивее ее это не сделало.
- Ты… вцепилась, да?! Моя смерть и на тебя ляжет, поняла, гадина?!
- Я тебя заставляла зелье плодородия пить? – язвительно парировала Соня. – Не переживай, и родишь, и мужа тебе еще найдем. К примеру, слепоглухонемого капитана дальнего плавания. Чтобы не задохнулся от избытка очарования!
- …!!!
- Иди отсюда подобру-поздорову, а то сейчас сама тебя выкину!
Церемониться Соня не собиралась. Да, Марина беременна, но это не повод спускать откровенно хамское поведение. А если еще Марта сейчас выйдет?
- Почему-то я так и думал, - голос Евгения не предвещал ничего хорошего.
Марина развернулась – и попробовала упасть к нему на грудь. Евгений ловко выставил руку, придерживая женщину на почтительном отдалении от себя.
- Эжен!
- Вон. Отсюда.
Сказано было так, что Соня едва вслед за Мариной не вышла.
Марина задохнулась, вылетела вон, и напоследок еще дверью об косяк треснула.
- ЕНЯ!!!
Марта сомнений не испытывала, взлетая Евгению на руки.
- Ты! Мой любимый рыб!
- Папа! Мне де-сь ньа-ви-ся!
- Вот и отлично! Я не просто так пришел. Соня, познакомься, пожалуйста, - Евгений открыл дверь, которую захлопнула Марина. – Это тилла Анна и тилла Лина. Тилла Лина еще мной занималась, и с радостью повозится с моей дочкой.
Тилла Лина, серьезная женщина лет шестидесяти, наклонила голову.
- Тилла Анна поможет тебе немного освоиться. Ей приказано отвечать на все вопросы, которые у тебя возникнут. Я буду у себя в кабинете, тилла заодно покажет тебе дом. Ты не возражаешь?
Соня покачала головой.
- Нет. Все в порядке, иди работай.
Евгений быстро наклонился и поцеловал ее в щеку.
- Ты – чудо! Марта, а ты уже видела кукольный театр?
- Нет!
- Пойдем, я тебе покажу!
Кукольный театр оказался обычным театром марионеток, только заводных. Или магических. Можно было повернуть ключ, выбрать пьесу, и куклы начинали двигаться, тихий голос озвучивал сказку.
Марта уселась перед театром – и выпала из жизни.
Тилла Лина покачала головой, и потихоньку поинтересовалась у Сони, что предпочитает кушать малышка.
Соня подумала пару минут, сообщила, что рыбу Марта не любит, а так ест все, и тилла пообещала накормить ребенка.
А Соня начала с самого главного.
- Анна, проводите меня, пожалуйста, в библиотеку. Мне хочется почитать что-то по мироустройству.
***
Евгений действительно занимался делами. Правда, не отчетами, о которых сказал Соне. Вместо этого, он отправился к Алтарю.
Как выглядит родовой алтарь?
Очень просто. Камень, полупрозрачный, в роду Отт он небесно-голубой, полупрозрачный, с разводами и переливами. Любоваться им можно вечно.
Евгений, надолго думая, коснулся алтаря рукой.
Острая кромка не подвела, и на алтарь потекла кровь. Не слишком много, но алтарь засиял, и принялся переливаться вдвое ярче.
Евгений погладил его рукой.
- Я скучал…
И ощутил в ответ…
Кто-то считает, что алтари неразумны – это ведь просто застывшая магия. Но Евгений думал иначе. У него было ощущение присутствия рядом чего-то большого и уютного, вроде здоровущей дружелюбной собаки. И вот она трется о твои ноги, и вам обоим хорошо рядом.
- Я хочу жениться, - тихонько сказал Евгений. – Я надеюсь, Соня тебе понравится. Я приведу ее завтра… можно было бы заключить светский брак, но я ее действительно люблю. И ее малышку в род приму обязательно, они обе – чудесные.
Тихий стон оборвал его откровения.
Евгений обернулся – и сдвинул брови. Воистину, у Марины Линдли сегодня был неудачный день.
Так бы она подождала до завтра, но раз явилась… Евгений поманил ее пальцем.
- Иди-ка сюда, дорогуша.
Марина сверкнула глазами, но подошла. Даже на отдалении от алтаря она себя чувствовала лучше, а уж вблизи… сил у нее хватило даже на обвинения.
- На мне ты жениться не хочешь. А чужого ребенка готов ввести в род.
Евгений молча приложил ее ладонь к алтарю. Марина вскрикнула, оцарапавшись, и Евгений разрешил ей убрать руку.
- Смотри.
Кровь Марины бессильно стекала по алтарю. И в том месте, где находился сток, алтарь даже потемнел. Словно ему было неприятно.
- И что?! Думаешь, она окажется лучше меня?!
- Уверен. И давай проясним все вопросы. Я обещал, и обещание сдержу. Я подпитываю тебя до родов, я помогаю во время родов, я готов содержать тебя и ребенка, когда он родится. Но жениться на тебе я никогда не обещал. Да и не хочу.
- Ее ты любишь, - горько произнесла Марина. – А меня? Чем я хуже?
Евгений пожал плечами.
Любит.
Как-то постепенно, он и не задумывался об этом, а полюбил. Оказывается, оно и так бывает. Без каких-то бешеных страстей, без «взглянул и умер», без бабочек в животе, да и Магия с ними, с насекомыми. Сначала Соня ему казалась скучной и неинтересной. Некрасивой и старой.
А потом, шаг за шагом, день за днем Евгений видел, как она заботится и о нем, и о дочке, наблюдал, как Соня борется с обстоятельствами, как старается держаться, даже если очень тяжело – и начал восхищаться. А внешность?
Это такие мелочи, право же! Когда тебе на дороге встречается настоящая женщина, готовая не просто стоять за твоим плечом, но и прикрывать тебе спину, поддерживать в любой ситуации и разделять и радости, и беды, уже не смотришь на цвет волос и глаз, а бежишь благодарить магию.
Соня была именно такой.
Не оценил ее первый муж? Сам и дурак. А Евгений свое счастье не упустит.
Марина же?
- Ты меня не любишь, Марина, ты просто хочешь сытую и бестревожную жизнь. Почему я должен тебя любить? Потому что ты выпила зелье плодородия чтобы поймать меня ребенком?
Марина зло зашипела.
- Я тебя любила!
- Не меня. Ты не знаешь, какой я, ты знаешь, что у меня есть деньги, есть положение в обществе, что я могу тебе дать все запрошенное – и ты мигом бросила Маркуса. Даже не бросила, крутила с нами обоими. Тебе самой не гадко?
- Дело только в твоей обиде? Но Эжен, пойми, я ведь ношу твоего ребенка! Твоего, не чужого! Если ты позволишь…
- Не позволю. Наши отношения будут регламентированы. Я приказал подготовить контракт на материнство и воспитание малыша, и буду тебе платить соответственно. Подумай, в каком городе ты хочешь жить, присмотри небольшой дом, я тебе его куплю. До пяти лет я буду просто навещать ребенка, потом, как прописано в стандартном договоре, он будет проводить у меня два дня в неделю. В положенный срок я введу его в род.
- И все?
- Абсолютно.
- Твой родной ребенок. А чужой тебе дороже… почему так?
Евгений на миг растерялся. А вот Мария Петровна, которая отлично чуяла токи силы, и решила прогуляться к их источнику – нет.
- Пора бы уже знать, дамочка. Родня – это не по крови, это те, кто за тебя и горой, и стеной. И ты за них свою кровь до последней капли отдать готов. Вот Евгению повезло, он такое нашел, а ты на чужое не зарься. Ты лучше свое ищи, я-то знаю, что у каждого на земле есть шанс на счастье.
Марина развернулась.
Она бы закатила истерику, принялась кричать… да много чего можно было сделать. Остановила аура вокруг пожилой женщины, такая же, как у бабушки, даже ярче, сильнее.
