С наследством тоже не задалось.
Не было наследства, как такового. И у Анюткиных родителей не было палат каменных, обычные мещане, и у Пети Синютина их тоже не было. И дворянство он не выслужил…
Пришлось Анне с детьми возвращаться к родителям, тем паче, что Петенькина родня ее принимать отказалась.
А у Насти была другая ситуация.
За мужем она была, как за каменной стеной.
Деньги?
Сколько угодно. Купец пошел в гору, раскрутился, только вот детей у него не было. Увы…
Умер он, когда ему было за семьдесят, и оставил Настю вдовой. В неполных сорок лет. Богатой, обеспеченной…
Беда одна не приходит.
Следом, друг за другом, умерли родители девушек. Аня билась с детьми, как рыба об лед, но прокормить их не могла. Маша, которой тогда было пятнадцать, помогала, но что она могла-то?
Настя подумала, и предложила сестре забрать к себе старшую дочь. Компаньонкой.
Дать кое-какое образование…
Аня, конечно, согласилась.
Маше не хотелось уезжать, родных она любила, но…
Денег не было, а тетка обещала помогать. Как тут не поехать?
Действительность оказалась намного хуже, чем обещания. Маша оказалась прислугой за все.
Стирка, готовка, уборка… Настя, пожив со своим купцом, заразилась от него скупостью, и вообще, характер у нее был отвратительный. Прислугу она гоняла, племяннице доставалось, но сестре она деньги высылала. Маша сама отправляла переводы и получала благодарность от матери. Так что…
Девушка терпела.
А потом тетка умерла.
Сердце, неумеренность в пище, вот и получилось так…
Завещание было составлено на Марию. Но – хитро.
До двадцати пяти лет девушке полагались только проценты с капитала. Если она выйдет замуж, то управление деньгами переходит к ее мужу, а потом к ее детям. А она все равно снимает только проценты. Но Марии и того хватало.
Она ехала домой, к родным, она везла им деньги, которых хватит для приличной скромной жизни. А подождать пять лет…
Да и пусть их!
Пролетят – не заметишь.
Я кивала, поддакивала, улыбалась. И думала, что рассказать о себе. Правду было как-то неохота выкладывать. А неправду… врать тоже надо уметь.
Решила ограничиться примерно половиной.
Воспитывалась в пансионе, отец нашел мне мужа, сейчас еду знакомиться.
В каком-то смысле это было правдой. Мария покивала и опять принялась болтать о своем.
И какая она довольная, и как хочется домой, и...
К вечеру я готова была ее придушить подушкой. Это – не радио, это хуже. Это кошмар какой-то! Незамолкающее орудие пытки, вот!
Ну да ладно, могло быть и хуже. Пока она болтает, я могу молчать. И кстати, между делом качать информацию. О том, о сем, о работе женщин, о труде прислуги, о полученном Марией образовании…
Слово за слово, так и рассказ совьется.
Пытка продолжилась на следующее утро.
К концу третьего дня я готова была отправить Марию вслед за ее теткой. Но…
Все получилось очень внезапно.
Что-то загрохотало впереди. Да так, словно на части рвалась сама земля. Шум бил по ушам, рвал в клочья барабанные перепонки…
Что-то вспыхнуло, ослепляя и окончательно оглушая.
Поезд содрогнулся, как подстреленная на полном скаку лошадь, и все заскрежетало, завизжало, это был какой-то невообразимый звук…
Я полетела головой вперед на стену, и последней мыслью стало:
«Что-то частенько это повторяется, как бы в привычку не вошло…»
Полноценного дежа вю не получилось. И серьезной травмы не было, и пришла я в себя достаточно быстро. Тут же, в купе.
Голова болела.
Ну-ка, попробуем встать? Да, а были б мозги, было б и сотрясение. Но голова, хоть и болела, это было единственными последствиями. Ничего не кружилось, меня не тошнило…
А что с моей соседкой?
Ох, ёпт…
Марии не повезло.
Натуральные материалы – не всегда благо. Раму словно внутрь вмяло, и большой кусок дерева просто пригвоздил девчонку к стене, словно бабочку на булавке.
Я приложила пальцы к ее шее.
Жива.
Черт!!!
А как тут быть?
Чтобы снять человека с этого кола сил требуется побольше, чем у меня. Намного. Да и… я подозреваю, что она может умереть от кровотечения. Кол прошел аккурат под грудиной, если там ничего не повреждено, будет просто чудом божьим. А я подозреваю, что с чудесами у нас накладка.
Где взять бригаду реаниматологов?
Я попробовала выглянуть в коридор… ага, наивная девушка. Дверь заклинило намертво, колоти, не колоти. Чем бы попробовать?
Я оглянулась в поисках… да хоть чего! Ломик бы! Но это не наши, отечественные поезда, в которых что угодно найти можно. Здесь – увы – ничего не было.
- Ааааа…
Мари я застонала, и я повернулась к ней.
Глаза девушки были открыты, она была в сознании. А простое темное платье все сильнее намокало кровью.
- Маша! Не дергайся!
Я бросилась к ней. Девушка непроизвольно шевелилась, и это было… паршиво. Кажется, там было сильное кровоизлияние… какой-то сосуд повредили? Вену? Артерию?
А, что так, что этак, все равно дело дрянь.
- Я…
- Я сейчас позову на помощь.
- Больно… я умираю?
Голос был неразборчивым, почти шепот. И я не стала врать.
- Если помощь придет в ближайшее время, можешь выжить. Или можешь не выжить.
Лучше такие вещи знать. И можете считать меня жестокой… я бы предпочла знать. Кажется, моя тезка – тоже.
- Если я… помоги моим?
- Чем?
- Пожалуйста…
Я вздохнула.
Ага, поди туда, не знаю куда, вразуми того, не знаю кого.
- Хорошо. Если помощь не объявится в ближайшее время - обещаю. Помогу твоим родным.
Маша прикрыла глаза.
- Больно…
Ежь твою рожь! Ну хоть что бы, лишь бы снять ее!
Помогите же! Хоть кто-нибудь!
Я дернула еще раз дверь, выругалась – и кинулась к окну.
Паршиво?
Нет, это еще не то слово.
Знаете, что заставило меня отшатнуться от окна? Задергаться, занервничать?
Звуки выстрелов.
Их я ни с чем не перепутаю… страшно!
Я осторожно добралась до окна и выглянула наружу.
М-да.
Вы знаете, что такое песец? Вот, здесь и сейчас был именно он, полярный и жирный. Поезд сошел с рельсов, насколько я поняла. Пропахал метров сто целины… и спасателей видно не было.
Зато мне отлично были видны последние вагоны. Поезд компоновался по простому принципу. Паровоз, потом какие-то опечатанные вагоны, потом вагоны для бедных, потом уже купе. Это мне проводник объяснил.
Это не просто так, с бухты-барахты сделано.
Поезда здесь топятся углем. Как там в моем времени – я не знала, а здесь уголь, сажа, хлопья которой летят и могут оседать на… везде они оседают! Запах, шум…
Поэтому сначала груз, потом вагоны для бедноты, той все равно, а потом уж чистая публика. Мы, кстати, от бедных отделены вагоном-рестораном. И абы кого через него не пропустят.
Я попала в купе благодаря Андрею Васильевичу.
Мария? Та просто решила шикануть. Уж очень она натерпелась с теткой… бедная девчонка.
Но суть-то не в этом.
Я сейчас вижу все, что происходит у паровоза, и ничего хорошего там нет.
Там суетятся примерно пятнадцать-двадцать человек, точнее сосчитать не удается, они же двигаются.
Лежат тела машинистов, их легко опознать по приметной зеленой форме.
Кажется, там еще кто-то убитый… солдаты?
Я бы не удивилась.
Итак, картина становится яснее. В этом поезде что-то перевозили и местные…. Кто? А, плевать, кто именно. Если они такое устроили, их все равно вешать надо!
Только вот не мне об этом рассуждать. Мне бы самой сейчас уцелеть.
Если кто-то пользуется результатом катастрофы, значит, он ее и организовал. Это раз.
И живые свидетели им ни к чему. Они же даже морды платками не замотали, значит… пройдут и добьют выживших. Долго ли? Это два.
Становится ясно, что на помощь можно не рассчитывать в ближайшее время. Вряд ли налетчики не предусмотрели такой ситуации.
Наверняка, час или около того у них есть. Что они могут сделать за это время?
Забрать груз, перебить всех присутствующих и благополучно скрыться. Я бы так и поступила, чтобы свидетелей не осталось. А тут как?
Словно в ответ на мой безмолвный вопрос, один из налетчиков всаживает несколько пуль в неосторожно высунувшуюся тетку. Та падает внутрь вагона для бедных. И я успеваю даже отметить заливающийся кровью цветастый платок.
Как много мелочей ухватывает подсознание за несколько секунд.
Довольно!
Что я могу сделать?
Да только одно. У меня нет ни оружия, ни супермена по вызову. У меня есть только моя магия, которой я толком и пользоваться не умею. Но вряд ли у налетчиков есть маги?
А, выбора у меня тоже нет.
Либо я пробую здесь и сейчас, либо меня просто пристрелят. В вагонах для «чистой публики» наверняка есть чем поживиться. Они просто пройдутся зондеркомандой по всему поезду, добьют выживших свидетелей и уйдут. А мы останемся уже двумя трупами.
Ну уж – нет!
Не для того я из своего мира сюда переселилась, чтобы так нелепо помереть! Выживала, выживаю и жить буду! А кому не нравится – пусть пойдет, отравится!
Ну что, Маруся, ощиплем гуся?
Выбора у меня не было.
Я прикрыла глаза и попробовала вызвать внутри себя то же ощущение, что и во дворце.
Магия земли ни разу не боевая.
Огонь, ветер, даже вода – они позволяют драться, а вот земля слишком медлительна, слишком инертна, пока ты ее дозовешься, тебя три раза поджарить успеют. Но это на магической дуэли.
Сейчас у меня чуть больше времени.
Я прикрываю глаза и пытаюсь вызвать в себе то же ощущение, что и в больнице.
В висках начинает ломить. Но медленно, очень медленно, как по мне, оно все-таки приходит. Досталось мне… лишь бы не перегореть. Черт, о чем я думаю?
Лишь бы выжить!
Мир словно размывается серыми пятнами, и проявляется совсем иначе.
Я по-прежнему вижу материальные объекты, но сейчас они словно тени из старого фильма. Черно-белые, неважные. В них нет ни крошки силы, они мне неинтересны.
А вот люди…
Каждый человек пульсирует огнем.
Ярким, живым, каждый человек – словно искра на моем внутреннем радаре.
Протуберанцы разных цветов и оттенков, поярче и побледнее, один совсем рядом, вообще почти угас.
Маша.
Она умирает, и жизненной силы в ней почти не осталось.
В тех, кто убит, она тоже погасла. Осталось пока еще нечто вроде каркаса из силовых линий, я вижу их тела черно-белыми силуэтами, но и только.
Вижу я и налетчиков.
Все они, и те, кто напал, и Маша, и вагоны с людьми, все видятся примерно одинаково. Они не маги, это хорошо.
А что я могу сделать, как маг земли?
Да самое простое.
Зыбучие пески.
Я не могу вырастить какие-нибудь колючки, чтобы они запутались, я не могу разверзнуть землю под их ногами… подозреваю, что это сложно, я не могу призвать какого-то духа или поднять мертвых, я не шаман и не некромант. Хорошо хоть я что-то читала, что-то смотрела, и примерно представляю, как это должно работать. И выбираю единственное, что не так сложно сделать.
Принцип хоть магии, хоть сантехники – один и тот же.
Хочешь что-то сделать?
Ты должен знать, как оно устроено.
Про зыбуны я знаю, читала в свое время.
Благо, все налетчики пока еще сгрудились на ограниченном пространстве, надо бы поторопиться, пока не опомнились.
Проблема за малым. Я даже отдаленно не подозреваю, как сделать зыбун. Хотя…
Поменять структуру почвы, вот и все.
Что такое зыбучий песок, если научно?
Хотя научно я и сама не помню, помню, как нам объясняли.
Зыбучий песок – это песок, под которым начал пробиваться подземный источник. Он сделал песок движущимся, привел к смещению пластов, и в итоге образовалась вязкая масса. Человека ей не засосет до конца. Но вот придавить и удержать – может.
А мне того и требуется.
Был и еще один вариант. Это если песок перенасыщен газом. Первый вариант, с водой, обычно встречается на побережье, второй – в пустыне. Откуда в песке берется газ я не помню, но нам тогда было интересно. Только в своих способностях насытить почву газом или жидкостью я откровенно сомневалась.
Какие еще варианты?
Да сцепление у зыбучего песка намного меньше, чем у обычного. Вязкость понижена…
А вот это я могу попробовать!
Устроим бассейн?
Не надорваться бы…
Ладно. Попробуем, а там посмотрим, что получится. Насколько я понимаю, маги здесь – сила. Редкость, но…
Вряд ли налетчики захотят связываться с таким неудобным противником. Кто его знает, что у мага окажется в загашнике? Лучше удрать, пока шкурка цела.
Не убью, так распугаю.
Итак, почва.
Если кто не знает, почва – это смешение разных частиц и разных фаз. Частицы разного размера. Фазы – твердая, жидкая, газообразная и живая.
Если наколдовать я ничего и не могу, то уж разобрать на запчасти…
Чтобы разломать телефон вовсе не надо быть гением, не так ли? Надо знать, где снимается крышка и как работать отверткой.
Я попробую.
Я мысленно очерчиваю круг, в который заключаю налетчиков. Очень они хорошо сгруппировались, простояли б там еще минут пятнадцать…
Кажется, они пытаются что-то сломать… приглядываюсь к вагону.
Интересно?
Что там такого везут, что вагон слегка светится?
Он опечатан еще и с помощью магии?
С каким интересным грузом я ехала… а лучше б без него, сколько людей погибло неизвестно за что. А может ли это самое неизвестное и мне пригодиться?
Хотя нет, это уже утопия.
Вернемся к конкретике.
Что от меня требуется?
Меньше сцепление – меньше частиц.
Какая здесь почва?
Каштановая, причем, что приятно, супесчаная.
Ну-ка, попробуем?
Я сосредотачиваюсь, пытаясь разделить почву на песок и глину. Представим, что у меня есть… о!
Классика жанра!
Змей Полоз, который стянул на себя золото, помните? Окружил месторождение кольцом, золото к нему за ночь и сползлось! Обожала я в свое время уральские сказки, особенно Бажовские.
Мне надо сделать то же самое, только с глиной…
Кольцо медленно разрастается, смыкается...
Так, а теперь притянуть к нему все глинистые частицы... резко? Как можно резче, чтобы опомниться и выбраться не успели. Чтобы почва поменяла плотность - за пару секунд и просто разъехалась у них под ногами. Но этого мало, ведь лишившись глины, земля просто осядет вниз этакой идеальной песочницей. Но бандиты не дети - играть в ней в куличики не останутся, а, напротив, полезут наружу, чтобы оторвать шутнику голову. Что нужно, чтобы оставить зазор между песчинками, ведь ни вода, ни газ мне не починяются? А если заставить песчинки танцевать, попеременно притягивая и отталкивая их от тела моего полоза? Может получиться ... по крайней мере, ничего другого придумать я не успеваю.
Раз-два - начали! Изо всех сил как можно быстрее притягиваю всю глину внутри кольца к его краям.
Я оседаю на пол, потому что меня ноги как-то не выдерживают. Становятся ватными и подгибаются.
Зато снаружи слышны удивленные вопли.
Сработало, ей-ей, сработало!!! Земля внутри кольца осела, а снаружи образовался валик, скрывший тела бандитов чуть выше, чем по пояс.
А теперь нужно трясти песок: наружу-внутрь. Это как детская игрушка-шуршалка, сколько я таких переделала для племяшек? Вправо-влево, вправо-влево, и еще быстрее, еще сильнее… как можно чаще! Постепенно начинает что-то получаться: песок внутри кольца вспухает, и фигурки бандитов начинают тонуть в нём.
Есть!
Отлично, просто шикарно!
У меня получился бассейн с зыбучим песком, что и требовалось.
Теперь остаётся держать вибрацию как можно дольше, тем более, что процесс, кажется, стабилизировался - я попала в такт с этими качелями и приходится прилагать гораздо меньше сил.
Не было наследства, как такового. И у Анюткиных родителей не было палат каменных, обычные мещане, и у Пети Синютина их тоже не было. И дворянство он не выслужил…
Пришлось Анне с детьми возвращаться к родителям, тем паче, что Петенькина родня ее принимать отказалась.
А у Насти была другая ситуация.
За мужем она была, как за каменной стеной.
Деньги?
Сколько угодно. Купец пошел в гору, раскрутился, только вот детей у него не было. Увы…
Умер он, когда ему было за семьдесят, и оставил Настю вдовой. В неполных сорок лет. Богатой, обеспеченной…
Беда одна не приходит.
Следом, друг за другом, умерли родители девушек. Аня билась с детьми, как рыба об лед, но прокормить их не могла. Маша, которой тогда было пятнадцать, помогала, но что она могла-то?
Настя подумала, и предложила сестре забрать к себе старшую дочь. Компаньонкой.
Дать кое-какое образование…
Аня, конечно, согласилась.
***
Маше не хотелось уезжать, родных она любила, но…
Денег не было, а тетка обещала помогать. Как тут не поехать?
Действительность оказалась намного хуже, чем обещания. Маша оказалась прислугой за все.
Стирка, готовка, уборка… Настя, пожив со своим купцом, заразилась от него скупостью, и вообще, характер у нее был отвратительный. Прислугу она гоняла, племяннице доставалось, но сестре она деньги высылала. Маша сама отправляла переводы и получала благодарность от матери. Так что…
Девушка терпела.
А потом тетка умерла.
Сердце, неумеренность в пище, вот и получилось так…
Завещание было составлено на Марию. Но – хитро.
До двадцати пяти лет девушке полагались только проценты с капитала. Если она выйдет замуж, то управление деньгами переходит к ее мужу, а потом к ее детям. А она все равно снимает только проценты. Но Марии и того хватало.
Она ехала домой, к родным, она везла им деньги, которых хватит для приличной скромной жизни. А подождать пять лет…
Да и пусть их!
Пролетят – не заметишь.
Я кивала, поддакивала, улыбалась. И думала, что рассказать о себе. Правду было как-то неохота выкладывать. А неправду… врать тоже надо уметь.
Решила ограничиться примерно половиной.
Воспитывалась в пансионе, отец нашел мне мужа, сейчас еду знакомиться.
В каком-то смысле это было правдой. Мария покивала и опять принялась болтать о своем.
И какая она довольная, и как хочется домой, и...
К вечеру я готова была ее придушить подушкой. Это – не радио, это хуже. Это кошмар какой-то! Незамолкающее орудие пытки, вот!
Ну да ладно, могло быть и хуже. Пока она болтает, я могу молчать. И кстати, между делом качать информацию. О том, о сем, о работе женщин, о труде прислуги, о полученном Марией образовании…
Слово за слово, так и рассказ совьется.
Пытка продолжилась на следующее утро.
К концу третьего дня я готова была отправить Марию вслед за ее теткой. Но…
Все получилось очень внезапно.
Что-то загрохотало впереди. Да так, словно на части рвалась сама земля. Шум бил по ушам, рвал в клочья барабанные перепонки…
Что-то вспыхнуло, ослепляя и окончательно оглушая.
Поезд содрогнулся, как подстреленная на полном скаку лошадь, и все заскрежетало, завизжало, это был какой-то невообразимый звук…
Я полетела головой вперед на стену, и последней мыслью стало:
«Что-то частенько это повторяется, как бы в привычку не вошло…»
***
Полноценного дежа вю не получилось. И серьезной травмы не было, и пришла я в себя достаточно быстро. Тут же, в купе.
Голова болела.
Ну-ка, попробуем встать? Да, а были б мозги, было б и сотрясение. Но голова, хоть и болела, это было единственными последствиями. Ничего не кружилось, меня не тошнило…
А что с моей соседкой?
Ох, ёпт…
Марии не повезло.
Натуральные материалы – не всегда благо. Раму словно внутрь вмяло, и большой кусок дерева просто пригвоздил девчонку к стене, словно бабочку на булавке.
Я приложила пальцы к ее шее.
Жива.
Черт!!!
А как тут быть?
Чтобы снять человека с этого кола сил требуется побольше, чем у меня. Намного. Да и… я подозреваю, что она может умереть от кровотечения. Кол прошел аккурат под грудиной, если там ничего не повреждено, будет просто чудом божьим. А я подозреваю, что с чудесами у нас накладка.
Где взять бригаду реаниматологов?
Я попробовала выглянуть в коридор… ага, наивная девушка. Дверь заклинило намертво, колоти, не колоти. Чем бы попробовать?
Я оглянулась в поисках… да хоть чего! Ломик бы! Но это не наши, отечественные поезда, в которых что угодно найти можно. Здесь – увы – ничего не было.
- Ааааа…
Мари я застонала, и я повернулась к ней.
Глаза девушки были открыты, она была в сознании. А простое темное платье все сильнее намокало кровью.
- Маша! Не дергайся!
Я бросилась к ней. Девушка непроизвольно шевелилась, и это было… паршиво. Кажется, там было сильное кровоизлияние… какой-то сосуд повредили? Вену? Артерию?
А, что так, что этак, все равно дело дрянь.
- Я…
- Я сейчас позову на помощь.
- Больно… я умираю?
Голос был неразборчивым, почти шепот. И я не стала врать.
- Если помощь придет в ближайшее время, можешь выжить. Или можешь не выжить.
Лучше такие вещи знать. И можете считать меня жестокой… я бы предпочла знать. Кажется, моя тезка – тоже.
- Если я… помоги моим?
- Чем?
- Пожалуйста…
Я вздохнула.
Ага, поди туда, не знаю куда, вразуми того, не знаю кого.
- Хорошо. Если помощь не объявится в ближайшее время - обещаю. Помогу твоим родным.
Маша прикрыла глаза.
- Больно…
Ежь твою рожь! Ну хоть что бы, лишь бы снять ее!
Помогите же! Хоть кто-нибудь!
Я дернула еще раз дверь, выругалась – и кинулась к окну.
***
Паршиво?
Нет, это еще не то слово.
Знаете, что заставило меня отшатнуться от окна? Задергаться, занервничать?
Звуки выстрелов.
Их я ни с чем не перепутаю… страшно!
Я осторожно добралась до окна и выглянула наружу.
М-да.
Вы знаете, что такое песец? Вот, здесь и сейчас был именно он, полярный и жирный. Поезд сошел с рельсов, насколько я поняла. Пропахал метров сто целины… и спасателей видно не было.
Зато мне отлично были видны последние вагоны. Поезд компоновался по простому принципу. Паровоз, потом какие-то опечатанные вагоны, потом вагоны для бедных, потом уже купе. Это мне проводник объяснил.
Это не просто так, с бухты-барахты сделано.
Поезда здесь топятся углем. Как там в моем времени – я не знала, а здесь уголь, сажа, хлопья которой летят и могут оседать на… везде они оседают! Запах, шум…
Поэтому сначала груз, потом вагоны для бедноты, той все равно, а потом уж чистая публика. Мы, кстати, от бедных отделены вагоном-рестораном. И абы кого через него не пропустят.
Я попала в купе благодаря Андрею Васильевичу.
Мария? Та просто решила шикануть. Уж очень она натерпелась с теткой… бедная девчонка.
Но суть-то не в этом.
Я сейчас вижу все, что происходит у паровоза, и ничего хорошего там нет.
Там суетятся примерно пятнадцать-двадцать человек, точнее сосчитать не удается, они же двигаются.
Лежат тела машинистов, их легко опознать по приметной зеленой форме.
Кажется, там еще кто-то убитый… солдаты?
Я бы не удивилась.
Итак, картина становится яснее. В этом поезде что-то перевозили и местные…. Кто? А, плевать, кто именно. Если они такое устроили, их все равно вешать надо!
Только вот не мне об этом рассуждать. Мне бы самой сейчас уцелеть.
Если кто-то пользуется результатом катастрофы, значит, он ее и организовал. Это раз.
И живые свидетели им ни к чему. Они же даже морды платками не замотали, значит… пройдут и добьют выживших. Долго ли? Это два.
Становится ясно, что на помощь можно не рассчитывать в ближайшее время. Вряд ли налетчики не предусмотрели такой ситуации.
Наверняка, час или около того у них есть. Что они могут сделать за это время?
Забрать груз, перебить всех присутствующих и благополучно скрыться. Я бы так и поступила, чтобы свидетелей не осталось. А тут как?
Словно в ответ на мой безмолвный вопрос, один из налетчиков всаживает несколько пуль в неосторожно высунувшуюся тетку. Та падает внутрь вагона для бедных. И я успеваю даже отметить заливающийся кровью цветастый платок.
Как много мелочей ухватывает подсознание за несколько секунд.
Довольно!
Что я могу сделать?
Да только одно. У меня нет ни оружия, ни супермена по вызову. У меня есть только моя магия, которой я толком и пользоваться не умею. Но вряд ли у налетчиков есть маги?
А, выбора у меня тоже нет.
Либо я пробую здесь и сейчас, либо меня просто пристрелят. В вагонах для «чистой публики» наверняка есть чем поживиться. Они просто пройдутся зондеркомандой по всему поезду, добьют выживших свидетелей и уйдут. А мы останемся уже двумя трупами.
Ну уж – нет!
Не для того я из своего мира сюда переселилась, чтобы так нелепо помереть! Выживала, выживаю и жить буду! А кому не нравится – пусть пойдет, отравится!
Ну что, Маруся, ощиплем гуся?
Выбора у меня не было.
Я прикрыла глаза и попробовала вызвать внутри себя то же ощущение, что и во дворце.
***
Магия земли ни разу не боевая.
Огонь, ветер, даже вода – они позволяют драться, а вот земля слишком медлительна, слишком инертна, пока ты ее дозовешься, тебя три раза поджарить успеют. Но это на магической дуэли.
Сейчас у меня чуть больше времени.
Я прикрываю глаза и пытаюсь вызвать в себе то же ощущение, что и в больнице.
В висках начинает ломить. Но медленно, очень медленно, как по мне, оно все-таки приходит. Досталось мне… лишь бы не перегореть. Черт, о чем я думаю?
Лишь бы выжить!
Мир словно размывается серыми пятнами, и проявляется совсем иначе.
Я по-прежнему вижу материальные объекты, но сейчас они словно тени из старого фильма. Черно-белые, неважные. В них нет ни крошки силы, они мне неинтересны.
А вот люди…
Каждый человек пульсирует огнем.
Ярким, живым, каждый человек – словно искра на моем внутреннем радаре.
Протуберанцы разных цветов и оттенков, поярче и побледнее, один совсем рядом, вообще почти угас.
Маша.
Она умирает, и жизненной силы в ней почти не осталось.
В тех, кто убит, она тоже погасла. Осталось пока еще нечто вроде каркаса из силовых линий, я вижу их тела черно-белыми силуэтами, но и только.
Вижу я и налетчиков.
Все они, и те, кто напал, и Маша, и вагоны с людьми, все видятся примерно одинаково. Они не маги, это хорошо.
А что я могу сделать, как маг земли?
Да самое простое.
Зыбучие пески.
Я не могу вырастить какие-нибудь колючки, чтобы они запутались, я не могу разверзнуть землю под их ногами… подозреваю, что это сложно, я не могу призвать какого-то духа или поднять мертвых, я не шаман и не некромант. Хорошо хоть я что-то читала, что-то смотрела, и примерно представляю, как это должно работать. И выбираю единственное, что не так сложно сделать.
Принцип хоть магии, хоть сантехники – один и тот же.
Хочешь что-то сделать?
Ты должен знать, как оно устроено.
Про зыбуны я знаю, читала в свое время.
Благо, все налетчики пока еще сгрудились на ограниченном пространстве, надо бы поторопиться, пока не опомнились.
Проблема за малым. Я даже отдаленно не подозреваю, как сделать зыбун. Хотя…
Поменять структуру почвы, вот и все.
Что такое зыбучий песок, если научно?
Хотя научно я и сама не помню, помню, как нам объясняли.
Зыбучий песок – это песок, под которым начал пробиваться подземный источник. Он сделал песок движущимся, привел к смещению пластов, и в итоге образовалась вязкая масса. Человека ей не засосет до конца. Но вот придавить и удержать – может.
А мне того и требуется.
Был и еще один вариант. Это если песок перенасыщен газом. Первый вариант, с водой, обычно встречается на побережье, второй – в пустыне. Откуда в песке берется газ я не помню, но нам тогда было интересно. Только в своих способностях насытить почву газом или жидкостью я откровенно сомневалась.
Какие еще варианты?
Да сцепление у зыбучего песка намного меньше, чем у обычного. Вязкость понижена…
А вот это я могу попробовать!
Устроим бассейн?
Не надорваться бы…
Ладно. Попробуем, а там посмотрим, что получится. Насколько я понимаю, маги здесь – сила. Редкость, но…
Вряд ли налетчики захотят связываться с таким неудобным противником. Кто его знает, что у мага окажется в загашнике? Лучше удрать, пока шкурка цела.
Не убью, так распугаю.
Итак, почва.
Если кто не знает, почва – это смешение разных частиц и разных фаз. Частицы разного размера. Фазы – твердая, жидкая, газообразная и живая.
Если наколдовать я ничего и не могу, то уж разобрать на запчасти…
Чтобы разломать телефон вовсе не надо быть гением, не так ли? Надо знать, где снимается крышка и как работать отверткой.
Я попробую.
Я мысленно очерчиваю круг, в который заключаю налетчиков. Очень они хорошо сгруппировались, простояли б там еще минут пятнадцать…
Кажется, они пытаются что-то сломать… приглядываюсь к вагону.
Интересно?
Что там такого везут, что вагон слегка светится?
Он опечатан еще и с помощью магии?
С каким интересным грузом я ехала… а лучше б без него, сколько людей погибло неизвестно за что. А может ли это самое неизвестное и мне пригодиться?
Хотя нет, это уже утопия.
Вернемся к конкретике.
Что от меня требуется?
Меньше сцепление – меньше частиц.
Какая здесь почва?
Каштановая, причем, что приятно, супесчаная.
Ну-ка, попробуем?
Я сосредотачиваюсь, пытаясь разделить почву на песок и глину. Представим, что у меня есть… о!
Классика жанра!
Змей Полоз, который стянул на себя золото, помните? Окружил месторождение кольцом, золото к нему за ночь и сползлось! Обожала я в свое время уральские сказки, особенно Бажовские.
Мне надо сделать то же самое, только с глиной…
Кольцо медленно разрастается, смыкается...
Так, а теперь притянуть к нему все глинистые частицы... резко? Как можно резче, чтобы опомниться и выбраться не успели. Чтобы почва поменяла плотность - за пару секунд и просто разъехалась у них под ногами. Но этого мало, ведь лишившись глины, земля просто осядет вниз этакой идеальной песочницей. Но бандиты не дети - играть в ней в куличики не останутся, а, напротив, полезут наружу, чтобы оторвать шутнику голову. Что нужно, чтобы оставить зазор между песчинками, ведь ни вода, ни газ мне не починяются? А если заставить песчинки танцевать, попеременно притягивая и отталкивая их от тела моего полоза? Может получиться ... по крайней мере, ничего другого придумать я не успеваю.
Раз-два - начали! Изо всех сил как можно быстрее притягиваю всю глину внутри кольца к его краям.
Я оседаю на пол, потому что меня ноги как-то не выдерживают. Становятся ватными и подгибаются.
Зато снаружи слышны удивленные вопли.
Сработало, ей-ей, сработало!!! Земля внутри кольца осела, а снаружи образовался валик, скрывший тела бандитов чуть выше, чем по пояс.
А теперь нужно трясти песок: наружу-внутрь. Это как детская игрушка-шуршалка, сколько я таких переделала для племяшек? Вправо-влево, вправо-влево, и еще быстрее, еще сильнее… как можно чаще! Постепенно начинает что-то получаться: песок внутри кольца вспухает, и фигурки бандитов начинают тонуть в нём.
Есть!
Отлично, просто шикарно!
У меня получился бассейн с зыбучим песком, что и требовалось.
Теперь остаётся держать вибрацию как можно дольше, тем более, что процесс, кажется, стабилизировался - я попала в такт с этими качелями и приходится прилагать гораздо меньше сил.
