Фиона лежала, осмысливая услышанное. Эк быстро сменила Армелла милость на гнев! Только был господин Келли и многоуважаемый господин Бондарь. И гляди-ка – холуй, да знай свое место! Вызверилась почище Сардины.
Что-то дробно застучало по деревянной поверхности.
- Ладно, - проговорил задумчиво голос Бондаря, будто тот говорил сам с собой. – Такой результат – тоже результат. – Эк ее торкнуло!
Снова хлопнуло, грохнуло. Нервный топот.
- Бондарь! – новый голос. – Ты как тут? Не пришибла тебя эта ведьма?!
- Не ведьма, а маг-некромант, - отозвался степенно Бондарь.
- В коридоре столкнулся с ней. Сама летит, глаза – бешеные! На меня так зыркнула – волосы на макушке задымились.
- А ты каску носи.
- Тьфу ты! Тебе только шуточки. Чего сказала-то?
- Сказала – знать свое место, заниматься своими делами. А куда не след – не лезть.
- Вот змеища!
- Полегче. Как ни крути – женщина его милости тана.
- Чего?! Ты что, думаешь, она его…
- Осади, сказано! – прикрикнул Бондарь. – Она, его, - передразнил едко. – Да нет, не так всё просто. Была б простой подстилкой – с ней и возиться бы не пришлось. Тан за мозги и дар ее держит. Одна беда: она дар и мозги не только на благо господина тана использует. У нее свои делишки имеются, - и засопел. – И прав я был, ой прав!
- Только не докажешь ничего. Особенно, если тан ее защищает.
- Тану она пока что нужна, - уронил Бондарь. – А вот нам – не к спеху. Да, приложила она свои ручонки загребущие к складу Весельчака. И с кораблем Сардины она же наследила, и в доках.
- А Сардина догадалась, значит?
- Ой, сомневаюсь! – на этом Бондарь откровенно ухмыльнулся. – Простодушна больно грозная капитан Сардина. Шуметь и барагозить она хорошо умеет. Морду набьет кому хошь – хоть самому тану, хоть любому из нынешних заводил. А вот домоправительницу нашу за обычную выскочку держит.
Повисло молчание. Фиона потерла под одеялом заледеневшие ладони. Чего это вдруг замерзла? И в комнате вроде не холодно.
«Некромантия, - проворчал корень. – Она ударила магией, чтоб не задерживал ее. А мои отростки в комнате – зацепило».
- Слушай… и что, даже вот тогда, когда ей трюм наизнанку вывернуло – она не заподозрила, что это нашей домоправительницы рук дело? – осведомился собеседник Бондаря после некоторого молчания.
- Так Сардина ее не видела. Армелла в шлюпке торчала, никто ее на борт не позвал.
- А за собой тан ее потащил… а чего тогда Сардина на нее вызверилась?
- Чего-чего. Взбесилась! Надо ей было на кого-то вызвериться – а Армелла под руку попалась. Сама виновата – нечего было лезть и дергать. Знала, что делает.
Так. Что-то тут непонятное. Фиона нахмурилась.
«Да чего понимать-то. Помнишь, как цветами над бухтой разило? Это трюм корабля Сардины выпотрошили магией. Выходит, тюремщица твоя постаралась, - отозвался корень, хотя она совершенно не ждала ответа. – У Сардины там груз то ли духов был, то ли ароматических масел, то ли сушеных трав».
«Ароматических масел, скорее всего, - машинально заключила Фиона. – Судя по запаху! Погоди. Ты ж обычно ничего не знаешь – что ни спроси! А тут – такая осведомленность».
«Я ничего не знаю?!»
И смолк. Обиделся? Тьфу ты! Ухитрилась оскорбить дерево в лучших чувствах.
- Знала, что делает, - протянул тем временем Бондарь. – То есть, готова была, что та на нее сорвется. Ты слышь, что. Во-первых, дуй к пирсу… отправь людей к складу Сардины, пусть за кораблем приглядят. Всё странное отмечать и докладывать! Пусть глядят – не мелькнет ли кто из наших домашних. Особенно – кто из них у Армеллы прикормлен!
- Эээ, - протянул его собеседник. – Ладно, - снова хлопнуло, шаги стихли.
Вздох, кряхтение. Возня, шорканье – кругами он, что ли, ходит?
- И кто бы вот подумал, - пробурчал Бондарь вроде как себе под нос. – Чужачка в доме, выскочка. Все ее терпеть не могут! И поди ты, - шумно вздохнул, снова сел.
То есть, Армелла и правда нарочно пыталась задержать Сардину? Чтоб кто-то другой в это время… мог сделать что? У Сардины есть свой склад где-то у пирсов – что закономерно. Она – пиратский капитан, ей где-то нужно хранить награбленное. Выходит, там сейчас начнется что-то интересное. Недурно бы услышать потом доклад этого парня Бондарю!
Что характерно – когда с бухты разило цветочными ароматами, Сардина скандалить не прибегала. А сейчас что стряслось?
Армелла ходила по дому. Как ни в чем не бывало, раздавала приказы слугам, о чем-то расспрашивала. Дом покинуть не пыталась.
Аж любопытство заедает!
Поняв, что теперь точно не заснет, Фиона поднялась. Без спешки выбрала наряд, принялась сооружать перед зеркалом сложную прическу.
А может, поболтать с самой Армеллой? Та, само собой, о своих делах не расскажет. Но у нее есть приказ Ромилия – втереться в доверие, поддерживать беседы. А раз так – можно и сделать вид, что ей скучно. Глядишь – в разговорах и мелькнет что-то интересное. Не нынче, так в один из дней.
Оказалось, правда, что у Армеллы на этот счет другие соображения.
То ли кассиец отменил приказ. То ли у домоправительницы после утреннего скандала мысли были заняты другим. На попытки разговорить ее Армелла попросту не обратила внимания. Поставила поднос с завтраком. На предложение позавтракать вместе рассеянно улыбнулась. И тут же, кажется, о нем забыла.
- Что, уже прочли обе книги? – удивилась лишь слегка, когда Фиона пожаловалась на скуку. – Позже принесу еще, - и вышла.
Слушать заготовленную речь не стала. Ни споров, ни отговорок. Словно мыслями находилась далеко.
- И как иметь дело с этими людьми? – вопросила в пустоту Фиона.
Со вздохом уселась к столу, подвинула к себе поднос. Приподняла серебряную крышку с блюда – надо же, как расстарались! И из-под нее пахнуло горячим паром.
Пирог. Судя по запаху, с мясом, зеленью и сыром. Она сглотнула слюну. Раннее пробуждение и возня с прической разбудили аппетит.
На краю слышимости появились отдаленные голоса, затем – шаги и возня. Фиона ощутила досаду. И почему ей приносят вечно еду тогда же, когда и хозяин дома устраивается в столовой со своими гостями?! Ладно, сейчас – единственным гостем.
Нет, понятно, что ее недовольство лишено смысла. Когда все в доме едят – тогда же и кормят гостью-пленницу. Она не у себя дома, чтоб требовать режима, который будет устраивать лично ее. Но до чего раздражает! Она уже забыла, когда могла в полной мере ощутить вкус еды. Хотя кормили ее более чем прилично. Ровно тем же, чем тана с его приближенными и гостями. Вон, и посуду ей приличную приносят!
Нет, даже не так, - поправилась она мысленно. Не просто приличную – изысканную!
Отставила крышку в сторону и решительно подвинула пирог к себе. Она же хотела сведений! Вот, пока будет завтракать, возможно, и услышит что новое. Вдруг Бондарь успел поведать тану о том, что выяснил?
- Что, почтеннейший тан. Ваши подданные выражают недоверие вашими действиями? – в голосе кассийца слышалась откровенная издевка.
- Вижу, вы рады за меня, - бесцветно отозвался Кракен.
- Капитан Сардина определенно не привыкла стесняться в словах и действиях, - тем временем продолжил развивать мысль Ромилий.
- Это остров Костей, капитан Ромилий. Это не республика Кассия. И уж тем более, не дворец королей Манора или Нейтании. Здесь не разводят светского этикета и церемоний. Здесь в лицо говорят то, что хотят сказать.
- О. Вы еще и оправдываете ее?
- Здесь – не республика Кассия, - повторил тан.
Воцарилось молчание. Фиона с удовольствием принялась жевать пирог. Правильно, пусть молчат! И недурно бы вроде как получше узнать – отчего Сардина так орала. Но поесть спокойно тоже дорогого стоит. Она прикончила больше половины порции, когда разговор в столовой возобновился.
- Почтеннейший тан! Вы чрезмерно задумчивы.
- А вы, капитан Ромилий, чрезмерно взбудоражены, - не остался в долгу тот. – Уже раздумываете, как станете договариваться по новой с моим преемником? И кем он может оказаться.
- Что поделать. Не люблю бесплодных усилий.
- А я слыхал – вам должно быть не впервой. Терять захваченные единожды рубежи – обычное дело.
Кассиец промолчал. Резко звякнула вилка по краю тарелки. В звуке Фионе почудилось раздражение. Она поморщилась, вернулась к завтраку. Почему всё вечно сводится к бесполезной ругани? Обмен колкостями и никаких полезных сведений! Кракен и впрямь рискует потерять свой титул, или кассиец просто ехидничает? Хотя нет: это Кракен первым помянул возможность своего смещения.
А на приснопамятном приеме они с Сардиной так мило ворковали… вот тебе и нежная дружба!
Это как-то связано с цепнем и ее давешней прогулкой в компании Риди? Или, скорее, с обысками складов. Порт на этом острове огромен. Наверняка и у каждого из капитанов имеется склад-другой, чтоб было где хранить награбленное. Ах да: ей ведь говорили, что у каждого капитана на суше имеются родственники! И склады могут принадлежать этим самым родственникам.
«А ты когда-нибудь слышал про цепень?»
«Ты вчера спрашивала. Нет. Что это?»
Ну да! Спрашивала она. Фиона хмыкнула про себя. Она точно помнила, что о цепне вчера не спрашивала.
«Артефакт. Принадлежал то ли королям Мерсии, то ли их союзникам».
Бесплотный звук, слышимый ей одной, напоминал усмешку и шелест листвы одновременно.
«Я не интересуюсь артефактами, созданными людьми».
Ясно. Но чем бы ни был цепень – все они уверены, что он пока на острове. И останется здесь до начала судоходства. И, пока его ищут, она будет в относительной безопасности. Пока здешние хозяева надеются, что она сможет чем-то помочь им в поисках.
«Ешь. Пирог скоро остынет. Всё равно они пока молчат».
Фиона, сама не замечая, медленно кивнула. И вернулась к еде.
Кроме цепня, в пещере было что-то еще. Нечто, оставившее блестящий след на камне. Крохотные кусочки светлого металла, обтертые о шершавую стену. Серебро? Серебро – мягкий металл, его нетрудно оцарапать.
Разумно предположить, что цепень не был единственным, что хранилось в пещере. Тогда спрашивается – насколько это важно? Видимо, серебряное нечто исчезло оттуда вместе с цепнем.
- Тан! Что нам дальше предпринять? Наши усилия до сих пор остаются бесплодны, - подал снова голос кассиец.
- А что, вы уже всё на острове перерыли? – удивился тот.
- Почтеннейший тан. Разве это я должен рыть носом землю?
- А кто – я, что ли?! – в этот раз изумление Кракена было неподдельным. – Капитан Ромилий. Вы прибыли нарочно, чтобы разобраться в последнем инциденте с Тапсом. А заодно выяснить судьбу пропавших оттуда ценностей. Моя задача – способствовать вашим изысканиям. Но моя основная работа – это поддержание порядка на острове Костей. И лояльности капитанов к республике Кассии. Так?
- Это выглядит так, словно вы не слишком лояльны.
- Не передергивайте. Это выглядит так, что мне необходимо заниматься своими прямыми обязанностями. Если я не хочу, чтоб вам и правда пришлось заново договариваться с моим преемником! А такое вполне может случиться. И если это случится – я почти гарантирую, что вы не договоритесь. Мой преемник будет лоялен к королевскому дому Блуа. А вы загремите в подземелье, в соседнюю с Касаткой камеру. Уверен, вам обоим придется по душе это соседство! Наверняка вы найдете немало общих тем для бесед, чтоб скоротать длинные холодные зимние ночи. Мне, к слову, любопытно. Как так вышло, что ценности, вывезенные из Мерсии, столько времени лежали в Тапсе, и республика ничего не сделала, чтобы передать их Нейтании раньше.
- Ну, так союзу Кассии и Нейтании – меньше пары лет, - хмыкнул Ромилий.
Пары лет. То есть, сговорились они давно, собираясь напасть на Манор! Война-то только нынче осенью началась. Впрочем, такие союзы и заключаются заблаговременно.
- А я знаю, чего вы беситесь, - хмыкнул Кракен.
- Эк! – крякнул кассиец. – Я бесился?
- Еще как. Мы заперли вашу протеже, чтоб она посидела, поглядела, как уходит время, и занервничала. А в итоге от того, как уходит время, нервничаете вы. Это не забавно?
- Мне-то что за дело до времени, - презрительно швырнул Ромилий. – У меня – дипломатическая миссия. Мне так и так еще не одну седмицу злоупотреблять вашим гостеприимством.
- Ну! А меж тем дела у третьего принца Нейтании – не очень. Я слыхал о мясорубке при Дерби. Войска ваших доблестных союзников вытурили с пинка. И принца, кажется, отправили туда – восстановить… порядок, - в последнем слове прозвучала усмешка. – Вы так старательно завоевывали восточные рубежи – а ваши усилия пустили прахом.
- И что мне за дело до третьего принца Нейтании, - голос кассийца прозвучал мрачно. – Этот женоподобный щеголь едва ли сможет когда-то претендовать на трон!
- До него-то, может, и нет. А вот что касается его супруги, - протянул тан. – Она ведь ваша соотечественница… прошу прощения – ваша любовница!
- Ваша милость, тан! – что-то грохнуло.
- А? – ехидно-простодушно переспросил Кракен. – Чего такое? Господин Ромилий, руки трясутся? Посуду бьете.
- Я сейчас вам морду набью, - зарычал кассиец, и снова грохнуло. Уже заметно громче. – Мы же не в республике Кассии, так? И не при королевском дворе Нейтании! Здесь можно и без церемоний!
- А давайте без церемоний! – заорал тан. И снова грохнуло.
Они чего там, столовую громят? Фиона положила вилку.
«Что, очень уж хочется поглядеть на это? – ехидно осведомился корень древа. – На то, как эти двуногие месят друг другу рыла?»
Она поморщилась. Да уж, пожалуй! Наверняка прелюбопытное зрелище. Вон как топчут и сопят! Что-то звенит, загрохотало – не иначе, и мебели досталось, и посуде.
Испуганный женский возглас. Рык Кракена. Короткое хыканье Ромилия – эк она их различить ухитрилась! А потом тихий звон.
Что это? Будто хрусталь задрожал мелко и мелодично.
«Это у тебя в ушах звенит. Осторожно!»
Длинно грязно выругался тан. Сдавленно выдохнул кассиец.
- Приятного аппетита, господа, - звучно проговорила Армелла. – Гляжу, пирог нынче пришелся вам по вкусу. Передам повару, чтоб такого больше не готовил!
- Простите, сударыня, - выдавил Кракен.
Он перед домоправительницей извиняется? Изумительно! А у нее и правда немалое влияние в этом доме! Ну, точнее – лично на нынешнего тана.
- Господин Ромилий, помочь вам подняться? – предложила домоправительница.
- Не нужно! – поспешно отозвался тот. – Благодарю. Лучше помогите тану, - и не то закряхтел, не то захихикал. – Кажется, его вы сильнее приложили.
- Как могла – так и приложила. Господа, - начала она и смолкла.
- Вы что-то хотели сказать, Армелла? – протянул Кракен.
Домоправительница откашлялась.
Что-то дробно застучало по деревянной поверхности.
- Ладно, - проговорил задумчиво голос Бондаря, будто тот говорил сам с собой. – Такой результат – тоже результат. – Эк ее торкнуло!
Снова хлопнуло, грохнуло. Нервный топот.
- Бондарь! – новый голос. – Ты как тут? Не пришибла тебя эта ведьма?!
- Не ведьма, а маг-некромант, - отозвался степенно Бондарь.
- В коридоре столкнулся с ней. Сама летит, глаза – бешеные! На меня так зыркнула – волосы на макушке задымились.
- А ты каску носи.
- Тьфу ты! Тебе только шуточки. Чего сказала-то?
- Сказала – знать свое место, заниматься своими делами. А куда не след – не лезть.
- Вот змеища!
- Полегче. Как ни крути – женщина его милости тана.
- Чего?! Ты что, думаешь, она его…
- Осади, сказано! – прикрикнул Бондарь. – Она, его, - передразнил едко. – Да нет, не так всё просто. Была б простой подстилкой – с ней и возиться бы не пришлось. Тан за мозги и дар ее держит. Одна беда: она дар и мозги не только на благо господина тана использует. У нее свои делишки имеются, - и засопел. – И прав я был, ой прав!
- Только не докажешь ничего. Особенно, если тан ее защищает.
- Тану она пока что нужна, - уронил Бондарь. – А вот нам – не к спеху. Да, приложила она свои ручонки загребущие к складу Весельчака. И с кораблем Сардины она же наследила, и в доках.
- А Сардина догадалась, значит?
- Ой, сомневаюсь! – на этом Бондарь откровенно ухмыльнулся. – Простодушна больно грозная капитан Сардина. Шуметь и барагозить она хорошо умеет. Морду набьет кому хошь – хоть самому тану, хоть любому из нынешних заводил. А вот домоправительницу нашу за обычную выскочку держит.
Повисло молчание. Фиона потерла под одеялом заледеневшие ладони. Чего это вдруг замерзла? И в комнате вроде не холодно.
«Некромантия, - проворчал корень. – Она ударила магией, чтоб не задерживал ее. А мои отростки в комнате – зацепило».
- Слушай… и что, даже вот тогда, когда ей трюм наизнанку вывернуло – она не заподозрила, что это нашей домоправительницы рук дело? – осведомился собеседник Бондаря после некоторого молчания.
- Так Сардина ее не видела. Армелла в шлюпке торчала, никто ее на борт не позвал.
- А за собой тан ее потащил… а чего тогда Сардина на нее вызверилась?
- Чего-чего. Взбесилась! Надо ей было на кого-то вызвериться – а Армелла под руку попалась. Сама виновата – нечего было лезть и дергать. Знала, что делает.
Так. Что-то тут непонятное. Фиона нахмурилась.
«Да чего понимать-то. Помнишь, как цветами над бухтой разило? Это трюм корабля Сардины выпотрошили магией. Выходит, тюремщица твоя постаралась, - отозвался корень, хотя она совершенно не ждала ответа. – У Сардины там груз то ли духов был, то ли ароматических масел, то ли сушеных трав».
«Ароматических масел, скорее всего, - машинально заключила Фиона. – Судя по запаху! Погоди. Ты ж обычно ничего не знаешь – что ни спроси! А тут – такая осведомленность».
«Я ничего не знаю?!»
И смолк. Обиделся? Тьфу ты! Ухитрилась оскорбить дерево в лучших чувствах.
- Знала, что делает, - протянул тем временем Бондарь. – То есть, готова была, что та на нее сорвется. Ты слышь, что. Во-первых, дуй к пирсу… отправь людей к складу Сардины, пусть за кораблем приглядят. Всё странное отмечать и докладывать! Пусть глядят – не мелькнет ли кто из наших домашних. Особенно – кто из них у Армеллы прикормлен!
- Эээ, - протянул его собеседник. – Ладно, - снова хлопнуло, шаги стихли.
Вздох, кряхтение. Возня, шорканье – кругами он, что ли, ходит?
- И кто бы вот подумал, - пробурчал Бондарь вроде как себе под нос. – Чужачка в доме, выскочка. Все ее терпеть не могут! И поди ты, - шумно вздохнул, снова сел.
То есть, Армелла и правда нарочно пыталась задержать Сардину? Чтоб кто-то другой в это время… мог сделать что? У Сардины есть свой склад где-то у пирсов – что закономерно. Она – пиратский капитан, ей где-то нужно хранить награбленное. Выходит, там сейчас начнется что-то интересное. Недурно бы услышать потом доклад этого парня Бондарю!
Что характерно – когда с бухты разило цветочными ароматами, Сардина скандалить не прибегала. А сейчас что стряслось?
Армелла ходила по дому. Как ни в чем не бывало, раздавала приказы слугам, о чем-то расспрашивала. Дом покинуть не пыталась.
Аж любопытство заедает!
Поняв, что теперь точно не заснет, Фиона поднялась. Без спешки выбрала наряд, принялась сооружать перед зеркалом сложную прическу.
А может, поболтать с самой Армеллой? Та, само собой, о своих делах не расскажет. Но у нее есть приказ Ромилия – втереться в доверие, поддерживать беседы. А раз так – можно и сделать вид, что ей скучно. Глядишь – в разговорах и мелькнет что-то интересное. Не нынче, так в один из дней.
Оказалось, правда, что у Армеллы на этот счет другие соображения.
То ли кассиец отменил приказ. То ли у домоправительницы после утреннего скандала мысли были заняты другим. На попытки разговорить ее Армелла попросту не обратила внимания. Поставила поднос с завтраком. На предложение позавтракать вместе рассеянно улыбнулась. И тут же, кажется, о нем забыла.
- Что, уже прочли обе книги? – удивилась лишь слегка, когда Фиона пожаловалась на скуку. – Позже принесу еще, - и вышла.
Слушать заготовленную речь не стала. Ни споров, ни отговорок. Словно мыслями находилась далеко.
- И как иметь дело с этими людьми? – вопросила в пустоту Фиона.
Со вздохом уселась к столу, подвинула к себе поднос. Приподняла серебряную крышку с блюда – надо же, как расстарались! И из-под нее пахнуло горячим паром.
Пирог. Судя по запаху, с мясом, зеленью и сыром. Она сглотнула слюну. Раннее пробуждение и возня с прической разбудили аппетит.
На краю слышимости появились отдаленные голоса, затем – шаги и возня. Фиона ощутила досаду. И почему ей приносят вечно еду тогда же, когда и хозяин дома устраивается в столовой со своими гостями?! Ладно, сейчас – единственным гостем.
Нет, понятно, что ее недовольство лишено смысла. Когда все в доме едят – тогда же и кормят гостью-пленницу. Она не у себя дома, чтоб требовать режима, который будет устраивать лично ее. Но до чего раздражает! Она уже забыла, когда могла в полной мере ощутить вкус еды. Хотя кормили ее более чем прилично. Ровно тем же, чем тана с его приближенными и гостями. Вон, и посуду ей приличную приносят!
Нет, даже не так, - поправилась она мысленно. Не просто приличную – изысканную!
Отставила крышку в сторону и решительно подвинула пирог к себе. Она же хотела сведений! Вот, пока будет завтракать, возможно, и услышит что новое. Вдруг Бондарь успел поведать тану о том, что выяснил?
Глава 22
- Что, почтеннейший тан. Ваши подданные выражают недоверие вашими действиями? – в голосе кассийца слышалась откровенная издевка.
- Вижу, вы рады за меня, - бесцветно отозвался Кракен.
- Капитан Сардина определенно не привыкла стесняться в словах и действиях, - тем временем продолжил развивать мысль Ромилий.
- Это остров Костей, капитан Ромилий. Это не республика Кассия. И уж тем более, не дворец королей Манора или Нейтании. Здесь не разводят светского этикета и церемоний. Здесь в лицо говорят то, что хотят сказать.
- О. Вы еще и оправдываете ее?
- Здесь – не республика Кассия, - повторил тан.
Воцарилось молчание. Фиона с удовольствием принялась жевать пирог. Правильно, пусть молчат! И недурно бы вроде как получше узнать – отчего Сардина так орала. Но поесть спокойно тоже дорогого стоит. Она прикончила больше половины порции, когда разговор в столовой возобновился.
- Почтеннейший тан! Вы чрезмерно задумчивы.
- А вы, капитан Ромилий, чрезмерно взбудоражены, - не остался в долгу тот. – Уже раздумываете, как станете договариваться по новой с моим преемником? И кем он может оказаться.
- Что поделать. Не люблю бесплодных усилий.
- А я слыхал – вам должно быть не впервой. Терять захваченные единожды рубежи – обычное дело.
Кассиец промолчал. Резко звякнула вилка по краю тарелки. В звуке Фионе почудилось раздражение. Она поморщилась, вернулась к завтраку. Почему всё вечно сводится к бесполезной ругани? Обмен колкостями и никаких полезных сведений! Кракен и впрямь рискует потерять свой титул, или кассиец просто ехидничает? Хотя нет: это Кракен первым помянул возможность своего смещения.
А на приснопамятном приеме они с Сардиной так мило ворковали… вот тебе и нежная дружба!
Это как-то связано с цепнем и ее давешней прогулкой в компании Риди? Или, скорее, с обысками складов. Порт на этом острове огромен. Наверняка и у каждого из капитанов имеется склад-другой, чтоб было где хранить награбленное. Ах да: ей ведь говорили, что у каждого капитана на суше имеются родственники! И склады могут принадлежать этим самым родственникам.
«А ты когда-нибудь слышал про цепень?»
«Ты вчера спрашивала. Нет. Что это?»
Ну да! Спрашивала она. Фиона хмыкнула про себя. Она точно помнила, что о цепне вчера не спрашивала.
«Артефакт. Принадлежал то ли королям Мерсии, то ли их союзникам».
Бесплотный звук, слышимый ей одной, напоминал усмешку и шелест листвы одновременно.
«Я не интересуюсь артефактами, созданными людьми».
Ясно. Но чем бы ни был цепень – все они уверены, что он пока на острове. И останется здесь до начала судоходства. И, пока его ищут, она будет в относительной безопасности. Пока здешние хозяева надеются, что она сможет чем-то помочь им в поисках.
«Ешь. Пирог скоро остынет. Всё равно они пока молчат».
Фиона, сама не замечая, медленно кивнула. И вернулась к еде.
Кроме цепня, в пещере было что-то еще. Нечто, оставившее блестящий след на камне. Крохотные кусочки светлого металла, обтертые о шершавую стену. Серебро? Серебро – мягкий металл, его нетрудно оцарапать.
Разумно предположить, что цепень не был единственным, что хранилось в пещере. Тогда спрашивается – насколько это важно? Видимо, серебряное нечто исчезло оттуда вместе с цепнем.
- Тан! Что нам дальше предпринять? Наши усилия до сих пор остаются бесплодны, - подал снова голос кассиец.
- А что, вы уже всё на острове перерыли? – удивился тот.
- Почтеннейший тан. Разве это я должен рыть носом землю?
- А кто – я, что ли?! – в этот раз изумление Кракена было неподдельным. – Капитан Ромилий. Вы прибыли нарочно, чтобы разобраться в последнем инциденте с Тапсом. А заодно выяснить судьбу пропавших оттуда ценностей. Моя задача – способствовать вашим изысканиям. Но моя основная работа – это поддержание порядка на острове Костей. И лояльности капитанов к республике Кассии. Так?
- Это выглядит так, словно вы не слишком лояльны.
- Не передергивайте. Это выглядит так, что мне необходимо заниматься своими прямыми обязанностями. Если я не хочу, чтоб вам и правда пришлось заново договариваться с моим преемником! А такое вполне может случиться. И если это случится – я почти гарантирую, что вы не договоритесь. Мой преемник будет лоялен к королевскому дому Блуа. А вы загремите в подземелье, в соседнюю с Касаткой камеру. Уверен, вам обоим придется по душе это соседство! Наверняка вы найдете немало общих тем для бесед, чтоб скоротать длинные холодные зимние ночи. Мне, к слову, любопытно. Как так вышло, что ценности, вывезенные из Мерсии, столько времени лежали в Тапсе, и республика ничего не сделала, чтобы передать их Нейтании раньше.
- Ну, так союзу Кассии и Нейтании – меньше пары лет, - хмыкнул Ромилий.
Пары лет. То есть, сговорились они давно, собираясь напасть на Манор! Война-то только нынче осенью началась. Впрочем, такие союзы и заключаются заблаговременно.
- А я знаю, чего вы беситесь, - хмыкнул Кракен.
- Эк! – крякнул кассиец. – Я бесился?
- Еще как. Мы заперли вашу протеже, чтоб она посидела, поглядела, как уходит время, и занервничала. А в итоге от того, как уходит время, нервничаете вы. Это не забавно?
- Мне-то что за дело до времени, - презрительно швырнул Ромилий. – У меня – дипломатическая миссия. Мне так и так еще не одну седмицу злоупотреблять вашим гостеприимством.
- Ну! А меж тем дела у третьего принца Нейтании – не очень. Я слыхал о мясорубке при Дерби. Войска ваших доблестных союзников вытурили с пинка. И принца, кажется, отправили туда – восстановить… порядок, - в последнем слове прозвучала усмешка. – Вы так старательно завоевывали восточные рубежи – а ваши усилия пустили прахом.
- И что мне за дело до третьего принца Нейтании, - голос кассийца прозвучал мрачно. – Этот женоподобный щеголь едва ли сможет когда-то претендовать на трон!
- До него-то, может, и нет. А вот что касается его супруги, - протянул тан. – Она ведь ваша соотечественница… прошу прощения – ваша любовница!
- Ваша милость, тан! – что-то грохнуло.
- А? – ехидно-простодушно переспросил Кракен. – Чего такое? Господин Ромилий, руки трясутся? Посуду бьете.
- Я сейчас вам морду набью, - зарычал кассиец, и снова грохнуло. Уже заметно громче. – Мы же не в республике Кассии, так? И не при королевском дворе Нейтании! Здесь можно и без церемоний!
- А давайте без церемоний! – заорал тан. И снова грохнуло.
Они чего там, столовую громят? Фиона положила вилку.
«Что, очень уж хочется поглядеть на это? – ехидно осведомился корень древа. – На то, как эти двуногие месят друг другу рыла?»
Она поморщилась. Да уж, пожалуй! Наверняка прелюбопытное зрелище. Вон как топчут и сопят! Что-то звенит, загрохотало – не иначе, и мебели досталось, и посуде.
Испуганный женский возглас. Рык Кракена. Короткое хыканье Ромилия – эк она их различить ухитрилась! А потом тихий звон.
Что это? Будто хрусталь задрожал мелко и мелодично.
«Это у тебя в ушах звенит. Осторожно!»
Длинно грязно выругался тан. Сдавленно выдохнул кассиец.
- Приятного аппетита, господа, - звучно проговорила Армелла. – Гляжу, пирог нынче пришелся вам по вкусу. Передам повару, чтоб такого больше не готовил!
- Простите, сударыня, - выдавил Кракен.
Он перед домоправительницей извиняется? Изумительно! А у нее и правда немалое влияние в этом доме! Ну, точнее – лично на нынешнего тана.
- Господин Ромилий, помочь вам подняться? – предложила домоправительница.
- Не нужно! – поспешно отозвался тот. – Благодарю. Лучше помогите тану, - и не то закряхтел, не то захихикал. – Кажется, его вы сильнее приложили.
- Как могла – так и приложила. Господа, - начала она и смолкла.
- Вы что-то хотели сказать, Армелла? – протянул Кракен.
Домоправительница откашлялась.
