Кажется, она собиралась отпустить ехидное замечание по поводу драки. И кажется, тан понял ее намерение. Потому что в голосе его прозвучали угрожающие интонации. Озвучить, что хотела сказать изначально, Армелла не решилась.
- Моя подопечная нынче была очень уж разговорчива, - поведала вместо этого. – Явно хотела поболтать. Даже позавтракать с ней предложила.
- И что же вы? – укорил кассиец.
- Придется в другой раз, - легкомысленно отозвалась она. – Осталась бы я нынче с ней – и кто бы вас разнимал?
- Спасибо за бдительность, Армелла, - выдавил Кракен. – Свободны.
- Постойте! – вскрикнул Ромилий. – Госпожа Армелла. Вы уж не разочаровывайте нашу подопечную.
- Я постараюсь, - жизнерадостно отозвалась та. Дальше – удаляющиеся шаги.
- Вот видите! – победно заявил кассиец после некоторой возни – видимо, они усаживались снова. – А говорите – не нервничает. Нервничает, еще и как! Просто виду не показывает. А вот мне спешить некуда. И я с радостью погляжу, как нервничаете вы оба. Она – там, а вы – здесь.
- Я?! – изумился Кракен. И смолк. – А недурной пирог, - заметил минуту спустя. – Надо Армелле сказать, чтоб не чудила с распоряжениями для повара. А то она, кажется, обиделась.
- Как вы внимательны к вашей домоправительнице! Не проще сменить ее?
- Язык себе смените! – огрызнулся тан.
- И это говорит человек, который походя только что прошелся по дочери господина консула. Вы, почтенный глава морского братства, вконец ошалели от вседозволенности!
Повисло молчание. Тишину нарушал только редкий звон посуды, звук наливаемого напитка и сопение. Кажется, мужчины увлеченно уничтожали остатки пирога.
- Давайте поступим так, почтенный Ромилий, - наконец заговорил тан. – Повремените пару-тройку дней с продолжением обысков. Никуда ничего не денется.
- За пару-тройку дней спрятанное можно перепрятать! – вскинулся тот.
- Ой, не смешите. Перепрятать можно и быстрее. Пусть люди успокоятся.
- И посидят смирно, пока вы занимаетесь своими махинациями. Не мешают вам и не устраивают неурочных скандалов! Да демон квадратный с вами, - прибавил кассиец поспешно. – Меня уже мутит от вашего порта, ваших складов с солью и рыбой, от каждодневной беготни! От таверн и борделей на берегу. С радостью отдохну в вашей шикарной резиденции.
Кракен на эту тираду только хмыкнул.
Фиона доедала пирог, вслушиваясь в звуки из столовой. Но тан с кассийцем, кажется, выпустили пар. И больше ни собачиться, ни упражняться в остроумии не собирались.
Обсуждать планы им, похоже, тоже было неохота. Неудивительно, впрочем, после устроенного кавардака!
«Недолюбливают они друг друга, - поделилась она соображением с корнем. – Ромилий ухватился за первую же возможность позлорадствовать».
«А нам-то что за дело?»
И поди поспорь. Воспользоваться этим навряд ли удастся. Домоправительница появилась спустя четверть часа. Отвечать на разговоры не стала и в этот раз. Забрала поднос. И, заявив, что ей не до ценной гостьи, убралась прочь.
- Эсси, мне надо уйти, - голос Армеллы прозвучал резко. – Остаешься за старшую! Следи, чтобы в доме был порядок.
- Госпожа домоправительница, - пролепетал девичий голосок. – Куда вы идете?
- По делам! – негромко рыкнула та. – Сказано – отвечаешь за порядок в доме!
- Слушаю, - жалобно проблеяла девица.
Решительные шаги по направлению к выходу. Жалобный писк – вроде как служанка хотела окликнуть домоправительницу, но не рискнула. Кажется, Армелла ухитрилась поставить ее в тупик.
Выходит, сдала Фиону кассийцу с таном. От попыток разговорить отмахнулась. А сама бросила дела и помчалась в порт! К складу Сардины, не иначе.
Что ж там такое, именно на ее складе?
Наверняка что-то интересное. Раз уж и трюм ее корабля вывернули. И сейчас она примчалась, вопя, словно ей все мозоли отдавили.
А если Кракена и правда скинут и отправят вслед за тем самым Спрутом. Интересно, ей-то с новым таном удастся договориться?
Не-а. Найдет кассиец с новым таном общий язык – и тот не станет из-за нее ссориться с гостем. Нет – еще хуже: Ромилия – прочь, и ее – следом. Потому как трофей кассийца наверняка нужен будет новому тану не больше, чем тот собственной персоной. Хотя даже прочь не выйдет – навигации-то нет! Сидеть им вместе в подвале. А Касатка – как с ним поступит новый хозяин острова? Разве что выпустит – а тот вытащит ее.
Прислушалась к шагам и голосам в доме. Ничего нового – невнятное копошение.
Кассийца слышно не было. Кажется, ушел к себе и велел не беспокоить. Вроде как закрылся с какой-то книгой. Гад ползучий!
Ладно. Может, за ужином она что новое и услышит. А так – оно и к лучшему, что он о ней не вспоминает. Наверное, стоит последовать его примеру.
Фиона вздрогнула, ощутив, как клонится вперед, и открыла глаза. Слабый шелест и стук возле ног заставили вздрогнуть. Оказалось – книга соскользнула с колен.
- Какое занимательное чтение, - пробормотала она с досадой.
Подобрала томик, пошуршала страницами. Не помнила даже, на какой странице остановилась! Поморщилась. Покрутила головой, разминая шею.
Сколько сейчас времени? Завтрак давно прошел, а обеда еще не приносили. Первая половина дня.
Прислушалась к смутному топоту и шороху дома. К разговорам. Только слуги и охрана. Кассиец, похоже, не показывался – наверняка ему досталось более интересное чтение, чем ей!
Сама она взяла не дочитанную в прошлый раз книгу из тех, что приносила Армелла. Скоротать время после завтрака. Начала читать – да и уснула, похоже. Сама не заметила, как. Не помнила теперь, ни где остановилась, ни что успела прочесть. Видимо, просто скользила взглядом бездумно по строкам, а те даже не задерживались в памяти.
Попыталась найти место, с которого начинала читать. Это удалось с горем пополам.
Кажется, в первый раз она нашла нужную страницу быстрее, - отметила с досадой. Что с ней такое происходит? Неподвижность – зло. От нее голова совсем перестает соображать. Даже при том, что совсем недавно почти сутки шастала по горам.
Когда Армелла принесла обед, она застала подопечную с тряпкой в руках, натирающую мебель.
- Что вы делаете?! – она так и всплеснула руками. – Неужели у вас тоже артефакты вышли из строя?
Надо же, вернулась. А она и не услышала!
- Это я вышла из строя, - созналась Фиона, спрыгивая с табурета. – Армелла, я заснула сегодня над книгой. Сама не заметила!
- О, - протянула та. – Да, конечно, я понимаю, - она покивала. – Я подумаю, что можно сделать. Пообедайте пока что, пока еда горячая, - и приветливо улыбнулась.
Фиона кивнула, уселась к столу. Тан, кажется, обедал вне дома – и хвала святому Иерониму!
Принимаясь за мясную похлебку, она вдруг сообразила: Армелла допустила любопытную оговорку. Она сказала – артефакты в ее комнате тоже вышли из строя. Тоже – значит, где-то они вышли из строя еще.
Кстати, она не ушла! Рыщет по углам, проверяет амулеты.
Хах! А она даже внимания не обратила, что за всё время ее пребывания здесь у нее ни разу не делали уборку. Мысли были заняты совсем другим.
- Что-то не так? – осведомилась она, заметив, как хмурится Армелла.
- Странно, - отозвалась та. – Узлы и плетение артефактов не повреждены. Непохоже, чтобы их вообще кто-то трогал.
- А кто их мог трогать? – удивилась Фиона. – Здесь, кроме меня, никого и нет! Только вы еду приносите – но артефакты вы не трогали ни разу.
- То-то и оно, - пробормотала служанка. – А давно стала собираться пыль?
- Да не собиралась нигде пыль! Говорю же – мне просто скучно стало. Засиделась.
- Да-да, конечно, - та снова покивала. – Простите, я рассеяна нынче, - улыбнулась виновато. – Госпожа, я разберусь с амулетами и с пылью. И… подумаю, чем могу вам помочь, - улыбнувшись еще раз, вышла из комнаты.
Фиона недоуменно покосилась ей вслед. Грызло настырное ощущение, что она чего-то не поняла. И это скверно – потому что это что-то важно.
«Эй! Ты что-нибудь понял? – вопросила без особой надежды на ответ. – О чем она?»
«А мне почем знать. Это ваши человеческие штучки».
Ладно, обед остынет. После подумает – всё равно она может только строить догадки и наблюдать, что происходит вокруг. И что толку терзаться? Наверняка вечером Армелла обсудит с таном случившееся. Тогда и удастся услышать, что это может означать!
- Бездельники, - донесся голос Армеллы. – Это вы так ее комнату проверяли?!
Оп! Кого это она там разносит? Фиона замерла на мгновение – и, спохватившись, вернулась к похлебке. Даже если никто не следит – остынет же!
- Ну, сударыня экономка, - потянул гнусавый голос, перемешивая нейтанские слова с кассийскими и арадскими. – Проверяли. Не было ничего.
- А амулеты от пыли не работают! Сама видела только что, как она ползает, мебель вытирает.
- Так может, придуривается? На нервы действует, пытается головы нам задурить.
- И зачем? – ехидно осведомилась Армелла. – Если что задумала – так умнее не подавать виду, внимания не привлекать. Но вот с амулетами она могла не сообразить. Ну, или, - повисло молчание. – Или она пыталась скрыть следы скопившейся пыли! Она так рьяно силилась убедить меня в том, что просто возилась от нечего делать… нет, что не придуривается – это точно!
- Так, может, - потянул тот же гнусавый голос.
- Не может! В смысле – всё может. Но комнату ее – проверить!
- И кому из нас проще сделать это, сударыня экономка? Вы в комнату ее вхожи.
- Я – вхожа. Но если примусь рыскать – внимание привлеку. Пусть думает, что я и правда решила, будто она бездельем мается. Проверите комнату, когда ее не будет!
- Так она постоянно там торчит. Запертая…
- Молчать! – Армелла явно потеряла терпение. – Выполнять!
- Сударыня экономка, - укоризненно протянул гнусавый. – Слушаюсь приказа, выполнять.
- И когда это меня не будет в комнате? – пробормотала Фиона себе под нос, хмурясь.
Никто ей, ожидаемо, не ответил.
Хотя… был ведь момент, когда ее не было в комнате! Почти сутки. И уж Армелла наверняка об этом знала. Раз тан был в курсе ее вылазки с Риди.
Ей собираются устроить очередную прогулку? С одной стороны, любопытно. С другой – так и хочется отказаться. Отчасти – из вредности. Отчасти – потому что неохота снова лазать по горам, выбиваясь из сил. И, что самое противное, безо всякой пользы для себя.
Отказаться, правда, не вышло.
Прогулка оказалась короткой – всего-то до подвала. Фиона на миг ощутила разочарование, поняв, куда ее ведут. И лишь спустя секунду прошибло холодом. Подвал! Местная тюрьма. Вот так прогулка!
А можно ей в горы?
Кракен ждал в просторном помещении, подозрительно похожем на пыточную. Низкий потолок, темные стены. Столбы, скамьи, кресла и столы, заляпанные темным и липким. Цепи, чадящие факелы. Затхлость, запах металла и дыма. И тухлятины… тени в тусклом свете дрожали и метались. Кажется, она вот только нынешним летом оказывалась в похожем месте.
Фиону усадили на скамью, напротив за широким столом примостился тан. Вид у него был самый радушный.
Неожиданно! И не сказать, что неожиданность приятная.
- Рада встрече, - тускло уронила Фиона – выдавить из себя хоть каплю приветливости не удалось. – Давно не виделись с вами, господин тан. Как ваше здоровье?
- Благодарю, прекрасно, - тот кивнул. – Да и вы, гляжу, цветете.
- Вашей милостью, - это получилось вовсе сквозь зубы. – Интересное место вы выбрали.
- Для дружеской беседы – самое оно. Вы не смотрите на обстановку! Она, может, и не слишком притязательная. Зато тихо, спокойно. Никто не помешает.
Фиона покивала. Ну да, ну да. Застывшие в темных углах верзилы точно не помешают! Наоборот – помогут, если дорогая гостья откажется отвечать на вопросы. Или вовсе попробует пристукнуть тана и удрать.
- Итак, - вкрадчиво проговорил Кракен. – Вы, кажется, как-то говорили, что знакомы с Весельчаком? Как и где познакомились?
- А почему вам не спросить об этом его? – осведомилась удивленная Фиона.
Вид голых каменных стен, заляпанных чем-то темных столбов, столов и скамей с цепями, чадящих факелов откровенно нервировал. Хотелось с воплем вскочить и бежать к двери, колотить в нее обеими руками. Останавливало понимание: бесполезно. В такие подвалы приводят не для того, чтоб выпустить по первому требованию.
В груди поселилась противная дрожь, едва она очутилась здесь. И проходить никак не желала. Зря она, конечно, злит тана такими ответами…
Тот, на удивление, не разозлился. Хмыкнул, оглянулся на одного из громил-подручных.
- А мы спросим, - он покивал. – Прямо сейчас!
Громила вышел молча за дверь и вернулся через минуту вместе с кем-то из местных. Крепкий мужик лет пятидесяти на вид. Лицо – невыразительное, без каких-то особенных примет. Взгляд из-под редких рыжевато-седых бровей острый, колючий. Глаза тоже какие-то рыжие, как и отросшая щетина на лице, и клочковатая шевелюра.
Это тот самый Весельчак и есть?
- Тан, - испуганным вновь прибывший не выглядел. Слегка кивнул Кракену, на Фиону глянул вскользь, без интереса.
- Здравствуй, Весельчак, - отозвался Кракен. – А чего с леди Арагон не здороваешься?
- Леди? – хмыкнул Весельчак, выразительно приподнимая брови. – Арагон? Касатка что, женился?
- Нет, леди – урожденная Арагон. Его дальняя родственница.
- Сестрица? – хохотнул тот. – Слыхал я, как они с этой сестричкой развлекались, пока плыли сюда, - и сплюнул в сторону. – Хороша, - прибавил презрительно.
- Только не говори, что не был знаком с ней прежде.
- Я? Был знаком прежде? – изумился Весельчак. Оглядел Фиону снова – в этот раз внимательнее. – И кто это сказал, что я был с ней знаком прежде? Она, что ли? – и сощурился недобро. – Ну, так пусть расскажет – где это мы с ней познакомились, да какие дела вместе вели.
Кракен озадаченно крякнул.
- Весельчак. Она сказала, что цепень был не так давно на твоем складе.
- Чего?! – у того аж щека задергалась, рот перекосило. – Это она сказала?! – и рванулся к Фионе – она глазом не успела моргнуть.
Фигура пирата показалась вдруг громадной, заслонила собою тусклый свет факелов. В помещении разом воцарилась непроглядная темнота – аж голова закружилась.
Плеснуло хлестким, мокрым и холодным. В нос попала вода, и Фиона закашлялась. Голова и половина лица отозвались противной болью. Во рту появился вкус соленого железа.
- Что за, - пробормотала она, не понимая, почему вода хлюпает в носу и в горле.
И тут же сообразила, что валяется на полу. Корчится раздавленным червяком, силясь приподняться. Подурнело.
- Что, Весельчак. Решил прямо на моих глазах убрать свидетельницу? – мягко осведомился тан.
- Моя подопечная нынче была очень уж разговорчива, - поведала вместо этого. – Явно хотела поболтать. Даже позавтракать с ней предложила.
- И что же вы? – укорил кассиец.
- Придется в другой раз, - легкомысленно отозвалась она. – Осталась бы я нынче с ней – и кто бы вас разнимал?
- Спасибо за бдительность, Армелла, - выдавил Кракен. – Свободны.
- Постойте! – вскрикнул Ромилий. – Госпожа Армелла. Вы уж не разочаровывайте нашу подопечную.
- Я постараюсь, - жизнерадостно отозвалась та. Дальше – удаляющиеся шаги.
- Вот видите! – победно заявил кассиец после некоторой возни – видимо, они усаживались снова. – А говорите – не нервничает. Нервничает, еще и как! Просто виду не показывает. А вот мне спешить некуда. И я с радостью погляжу, как нервничаете вы оба. Она – там, а вы – здесь.
- Я?! – изумился Кракен. И смолк. – А недурной пирог, - заметил минуту спустя. – Надо Армелле сказать, чтоб не чудила с распоряжениями для повара. А то она, кажется, обиделась.
- Как вы внимательны к вашей домоправительнице! Не проще сменить ее?
- Язык себе смените! – огрызнулся тан.
- И это говорит человек, который походя только что прошелся по дочери господина консула. Вы, почтенный глава морского братства, вконец ошалели от вседозволенности!
Повисло молчание. Тишину нарушал только редкий звон посуды, звук наливаемого напитка и сопение. Кажется, мужчины увлеченно уничтожали остатки пирога.
- Давайте поступим так, почтенный Ромилий, - наконец заговорил тан. – Повремените пару-тройку дней с продолжением обысков. Никуда ничего не денется.
- За пару-тройку дней спрятанное можно перепрятать! – вскинулся тот.
- Ой, не смешите. Перепрятать можно и быстрее. Пусть люди успокоятся.
- И посидят смирно, пока вы занимаетесь своими махинациями. Не мешают вам и не устраивают неурочных скандалов! Да демон квадратный с вами, - прибавил кассиец поспешно. – Меня уже мутит от вашего порта, ваших складов с солью и рыбой, от каждодневной беготни! От таверн и борделей на берегу. С радостью отдохну в вашей шикарной резиденции.
Кракен на эту тираду только хмыкнул.
Фиона доедала пирог, вслушиваясь в звуки из столовой. Но тан с кассийцем, кажется, выпустили пар. И больше ни собачиться, ни упражняться в остроумии не собирались.
Обсуждать планы им, похоже, тоже было неохота. Неудивительно, впрочем, после устроенного кавардака!
«Недолюбливают они друг друга, - поделилась она соображением с корнем. – Ромилий ухватился за первую же возможность позлорадствовать».
«А нам-то что за дело?»
И поди поспорь. Воспользоваться этим навряд ли удастся. Домоправительница появилась спустя четверть часа. Отвечать на разговоры не стала и в этот раз. Забрала поднос. И, заявив, что ей не до ценной гостьи, убралась прочь.
*** ***
- Эсси, мне надо уйти, - голос Армеллы прозвучал резко. – Остаешься за старшую! Следи, чтобы в доме был порядок.
- Госпожа домоправительница, - пролепетал девичий голосок. – Куда вы идете?
- По делам! – негромко рыкнула та. – Сказано – отвечаешь за порядок в доме!
- Слушаю, - жалобно проблеяла девица.
Решительные шаги по направлению к выходу. Жалобный писк – вроде как служанка хотела окликнуть домоправительницу, но не рискнула. Кажется, Армелла ухитрилась поставить ее в тупик.
Выходит, сдала Фиону кассийцу с таном. От попыток разговорить отмахнулась. А сама бросила дела и помчалась в порт! К складу Сардины, не иначе.
Что ж там такое, именно на ее складе?
Наверняка что-то интересное. Раз уж и трюм ее корабля вывернули. И сейчас она примчалась, вопя, словно ей все мозоли отдавили.
А если Кракена и правда скинут и отправят вслед за тем самым Спрутом. Интересно, ей-то с новым таном удастся договориться?
Не-а. Найдет кассиец с новым таном общий язык – и тот не станет из-за нее ссориться с гостем. Нет – еще хуже: Ромилия – прочь, и ее – следом. Потому как трофей кассийца наверняка нужен будет новому тану не больше, чем тот собственной персоной. Хотя даже прочь не выйдет – навигации-то нет! Сидеть им вместе в подвале. А Касатка – как с ним поступит новый хозяин острова? Разве что выпустит – а тот вытащит ее.
Прислушалась к шагам и голосам в доме. Ничего нового – невнятное копошение.
Кассийца слышно не было. Кажется, ушел к себе и велел не беспокоить. Вроде как закрылся с какой-то книгой. Гад ползучий!
Ладно. Может, за ужином она что новое и услышит. А так – оно и к лучшему, что он о ней не вспоминает. Наверное, стоит последовать его примеру.
*** ***
Фиона вздрогнула, ощутив, как клонится вперед, и открыла глаза. Слабый шелест и стук возле ног заставили вздрогнуть. Оказалось – книга соскользнула с колен.
- Какое занимательное чтение, - пробормотала она с досадой.
Подобрала томик, пошуршала страницами. Не помнила даже, на какой странице остановилась! Поморщилась. Покрутила головой, разминая шею.
Сколько сейчас времени? Завтрак давно прошел, а обеда еще не приносили. Первая половина дня.
Прислушалась к смутному топоту и шороху дома. К разговорам. Только слуги и охрана. Кассиец, похоже, не показывался – наверняка ему досталось более интересное чтение, чем ей!
Сама она взяла не дочитанную в прошлый раз книгу из тех, что приносила Армелла. Скоротать время после завтрака. Начала читать – да и уснула, похоже. Сама не заметила, как. Не помнила теперь, ни где остановилась, ни что успела прочесть. Видимо, просто скользила взглядом бездумно по строкам, а те даже не задерживались в памяти.
Попыталась найти место, с которого начинала читать. Это удалось с горем пополам.
Кажется, в первый раз она нашла нужную страницу быстрее, - отметила с досадой. Что с ней такое происходит? Неподвижность – зло. От нее голова совсем перестает соображать. Даже при том, что совсем недавно почти сутки шастала по горам.
Когда Армелла принесла обед, она застала подопечную с тряпкой в руках, натирающую мебель.
- Что вы делаете?! – она так и всплеснула руками. – Неужели у вас тоже артефакты вышли из строя?
Надо же, вернулась. А она и не услышала!
- Это я вышла из строя, - созналась Фиона, спрыгивая с табурета. – Армелла, я заснула сегодня над книгой. Сама не заметила!
- О, - протянула та. – Да, конечно, я понимаю, - она покивала. – Я подумаю, что можно сделать. Пообедайте пока что, пока еда горячая, - и приветливо улыбнулась.
Фиона кивнула, уселась к столу. Тан, кажется, обедал вне дома – и хвала святому Иерониму!
Принимаясь за мясную похлебку, она вдруг сообразила: Армелла допустила любопытную оговорку. Она сказала – артефакты в ее комнате тоже вышли из строя. Тоже – значит, где-то они вышли из строя еще.
Кстати, она не ушла! Рыщет по углам, проверяет амулеты.
Хах! А она даже внимания не обратила, что за всё время ее пребывания здесь у нее ни разу не делали уборку. Мысли были заняты совсем другим.
- Что-то не так? – осведомилась она, заметив, как хмурится Армелла.
- Странно, - отозвалась та. – Узлы и плетение артефактов не повреждены. Непохоже, чтобы их вообще кто-то трогал.
- А кто их мог трогать? – удивилась Фиона. – Здесь, кроме меня, никого и нет! Только вы еду приносите – но артефакты вы не трогали ни разу.
- То-то и оно, - пробормотала служанка. – А давно стала собираться пыль?
- Да не собиралась нигде пыль! Говорю же – мне просто скучно стало. Засиделась.
- Да-да, конечно, - та снова покивала. – Простите, я рассеяна нынче, - улыбнулась виновато. – Госпожа, я разберусь с амулетами и с пылью. И… подумаю, чем могу вам помочь, - улыбнувшись еще раз, вышла из комнаты.
Фиона недоуменно покосилась ей вслед. Грызло настырное ощущение, что она чего-то не поняла. И это скверно – потому что это что-то важно.
«Эй! Ты что-нибудь понял? – вопросила без особой надежды на ответ. – О чем она?»
«А мне почем знать. Это ваши человеческие штучки».
Ладно, обед остынет. После подумает – всё равно она может только строить догадки и наблюдать, что происходит вокруг. И что толку терзаться? Наверняка вечером Армелла обсудит с таном случившееся. Тогда и удастся услышать, что это может означать!
Глава 23
- Бездельники, - донесся голос Армеллы. – Это вы так ее комнату проверяли?!
Оп! Кого это она там разносит? Фиона замерла на мгновение – и, спохватившись, вернулась к похлебке. Даже если никто не следит – остынет же!
- Ну, сударыня экономка, - потянул гнусавый голос, перемешивая нейтанские слова с кассийскими и арадскими. – Проверяли. Не было ничего.
- А амулеты от пыли не работают! Сама видела только что, как она ползает, мебель вытирает.
- Так может, придуривается? На нервы действует, пытается головы нам задурить.
- И зачем? – ехидно осведомилась Армелла. – Если что задумала – так умнее не подавать виду, внимания не привлекать. Но вот с амулетами она могла не сообразить. Ну, или, - повисло молчание. – Или она пыталась скрыть следы скопившейся пыли! Она так рьяно силилась убедить меня в том, что просто возилась от нечего делать… нет, что не придуривается – это точно!
- Так, может, - потянул тот же гнусавый голос.
- Не может! В смысле – всё может. Но комнату ее – проверить!
- И кому из нас проще сделать это, сударыня экономка? Вы в комнату ее вхожи.
- Я – вхожа. Но если примусь рыскать – внимание привлеку. Пусть думает, что я и правда решила, будто она бездельем мается. Проверите комнату, когда ее не будет!
- Так она постоянно там торчит. Запертая…
- Молчать! – Армелла явно потеряла терпение. – Выполнять!
- Сударыня экономка, - укоризненно протянул гнусавый. – Слушаюсь приказа, выполнять.
- И когда это меня не будет в комнате? – пробормотала Фиона себе под нос, хмурясь.
Никто ей, ожидаемо, не ответил.
Хотя… был ведь момент, когда ее не было в комнате! Почти сутки. И уж Армелла наверняка об этом знала. Раз тан был в курсе ее вылазки с Риди.
Ей собираются устроить очередную прогулку? С одной стороны, любопытно. С другой – так и хочется отказаться. Отчасти – из вредности. Отчасти – потому что неохота снова лазать по горам, выбиваясь из сил. И, что самое противное, безо всякой пользы для себя.
Отказаться, правда, не вышло.
*** ***
Прогулка оказалась короткой – всего-то до подвала. Фиона на миг ощутила разочарование, поняв, куда ее ведут. И лишь спустя секунду прошибло холодом. Подвал! Местная тюрьма. Вот так прогулка!
А можно ей в горы?
Кракен ждал в просторном помещении, подозрительно похожем на пыточную. Низкий потолок, темные стены. Столбы, скамьи, кресла и столы, заляпанные темным и липким. Цепи, чадящие факелы. Затхлость, запах металла и дыма. И тухлятины… тени в тусклом свете дрожали и метались. Кажется, она вот только нынешним летом оказывалась в похожем месте.
Фиону усадили на скамью, напротив за широким столом примостился тан. Вид у него был самый радушный.
Неожиданно! И не сказать, что неожиданность приятная.
- Рада встрече, - тускло уронила Фиона – выдавить из себя хоть каплю приветливости не удалось. – Давно не виделись с вами, господин тан. Как ваше здоровье?
- Благодарю, прекрасно, - тот кивнул. – Да и вы, гляжу, цветете.
- Вашей милостью, - это получилось вовсе сквозь зубы. – Интересное место вы выбрали.
- Для дружеской беседы – самое оно. Вы не смотрите на обстановку! Она, может, и не слишком притязательная. Зато тихо, спокойно. Никто не помешает.
Фиона покивала. Ну да, ну да. Застывшие в темных углах верзилы точно не помешают! Наоборот – помогут, если дорогая гостья откажется отвечать на вопросы. Или вовсе попробует пристукнуть тана и удрать.
- Итак, - вкрадчиво проговорил Кракен. – Вы, кажется, как-то говорили, что знакомы с Весельчаком? Как и где познакомились?
- А почему вам не спросить об этом его? – осведомилась удивленная Фиона.
Вид голых каменных стен, заляпанных чем-то темных столбов, столов и скамей с цепями, чадящих факелов откровенно нервировал. Хотелось с воплем вскочить и бежать к двери, колотить в нее обеими руками. Останавливало понимание: бесполезно. В такие подвалы приводят не для того, чтоб выпустить по первому требованию.
В груди поселилась противная дрожь, едва она очутилась здесь. И проходить никак не желала. Зря она, конечно, злит тана такими ответами…
Тот, на удивление, не разозлился. Хмыкнул, оглянулся на одного из громил-подручных.
- А мы спросим, - он покивал. – Прямо сейчас!
Громила вышел молча за дверь и вернулся через минуту вместе с кем-то из местных. Крепкий мужик лет пятидесяти на вид. Лицо – невыразительное, без каких-то особенных примет. Взгляд из-под редких рыжевато-седых бровей острый, колючий. Глаза тоже какие-то рыжие, как и отросшая щетина на лице, и клочковатая шевелюра.
Это тот самый Весельчак и есть?
- Тан, - испуганным вновь прибывший не выглядел. Слегка кивнул Кракену, на Фиону глянул вскользь, без интереса.
- Здравствуй, Весельчак, - отозвался Кракен. – А чего с леди Арагон не здороваешься?
- Леди? – хмыкнул Весельчак, выразительно приподнимая брови. – Арагон? Касатка что, женился?
- Нет, леди – урожденная Арагон. Его дальняя родственница.
- Сестрица? – хохотнул тот. – Слыхал я, как они с этой сестричкой развлекались, пока плыли сюда, - и сплюнул в сторону. – Хороша, - прибавил презрительно.
- Только не говори, что не был знаком с ней прежде.
- Я? Был знаком прежде? – изумился Весельчак. Оглядел Фиону снова – в этот раз внимательнее. – И кто это сказал, что я был с ней знаком прежде? Она, что ли? – и сощурился недобро. – Ну, так пусть расскажет – где это мы с ней познакомились, да какие дела вместе вели.
Кракен озадаченно крякнул.
- Весельчак. Она сказала, что цепень был не так давно на твоем складе.
- Чего?! – у того аж щека задергалась, рот перекосило. – Это она сказала?! – и рванулся к Фионе – она глазом не успела моргнуть.
Фигура пирата показалась вдруг громадной, заслонила собою тусклый свет факелов. В помещении разом воцарилась непроглядная темнота – аж голова закружилась.
Плеснуло хлестким, мокрым и холодным. В нос попала вода, и Фиона закашлялась. Голова и половина лица отозвались противной болью. Во рту появился вкус соленого железа.
- Что за, - пробормотала она, не понимая, почему вода хлюпает в носу и в горле.
И тут же сообразила, что валяется на полу. Корчится раздавленным червяком, силясь приподняться. Подурнело.
- Что, Весельчак. Решил прямо на моих глазах убрать свидетельницу? – мягко осведомился тан.
