Дрожь колотила такая, что подняться не получалось. Мысли путались.
Надо собраться. Нет, не так: ей необходима энергия! Еды нет, деревьев, которые давали бы плоды или ягоды, не видно. Орешника – тем более. Наверняка в лесу они есть – но нужно искать. Искать нет сил. Поэтому она просто заставила слегка зазеленеть ближайший куст, а потом потихоньку потянула из него силы.
Опомнилась, когда несколько десятков деревьев с кустарником под ними иссохли, превратившись в безжизненные коряги. Перед глазами немного прояснилось.
Фиона огляделась, в груди потяжелело. От понимания, что она только что начисто лишила жизни часть леса на склоне, сделалось тошно.
Впрочем, она снова, кажется, в силах идти. Лесу же ничем теперь не поможешь. Другие деревья и кусты придут, затянув это место, по весне.
- Я не хотела, - шепнула она, прижав ладонь к земле.
Засушенные деревья не откликнулись. Даже шелеста ветерка в голых ветках не было.
Поднялась, постояла немного, придерживаясь за ближайший ствол. Пошатывало, но терпимо. Перед глазами больше не плыло. А значит, надо двигаться, пока снова не обессилела. Фиона вздохнула с досадой – и почему ее дар огня такой смехотворно, издевательски слабый? Она даже спичку зажечь не может с помощью своей силы! Право слово, она б обменяла малую толику дара садовника на совсем крохотное увеличение дара управления огнем! Просто для того, чтоб быть в состоянии высушить одежду прямо на себе.
Увы. Что невозможно – то невозможно. Остается шагать.
Сейчас разыщет подходящее место – потому что устраивать костер где попало, чтоб привлечь внимание дымом и потом снова бегать, не успев высушиться, и может даже, не успев надеть развешенную для просушки одежду – дурная затея.
На удивление, бодрости прибавилось. Даже дрожь колотить перестала. Так, осталась мелкая – на нее внимания можно было не обращать.
До самого родника она не дошла. С моря наполз туман, закрывая видимость. Прошел среди деревьев, поднимаясь к вершинам гор. Идти стало труднее – видимость резко сократилась. Фиона рассудила – в таком тумане дыма костра никто не заметит. Выбрала мало-мальски удобное место, окруженное кустарником и деревьями. Устроила себе укрытие и развела костер.
Поразительно: одежда просохла. И даже обувь! Удобно, что ни говори, быть магом-садовником. Всегда в достатке можно найти и солому, чтоб впитала лишнюю влагу из вещей. И сухой хворост – не надо мотаться по лесу, а потом экономить дрова. От отсыревания при тумане и дожде, конечно, ее дар не спасал. Но и без того давал немалые преимущества.
Туман разошелся к следующему полудню не до конца. Над горами висела хмарь. Низко висела – того гляди пойдет или снег, или мелкая противная морось.
Фиона с досадой глянула в лощину, где струился скрытый туманом ручей. Бежит себе, звенит! И вчера льда на нем тоже не было. Да, зубы сводило, когда пила. И только. Значит, нет мороза – пойдет дождь.
Стоит, кстати, спуститься и попить, прежде чем двигаться дальше.
Она услышала голоса, когда была уже возле самой воды. Фиона, присев на камне, насторожила слух. Шли, кажется, снизу, вдоль ручья. По той же стороне, где находилась и она.
Да что за пакость! Нашли ее следы? А она их даже не пыталась вчера прятать! Подумать о дыме от костра – самое большее, на что ее хватило. Прислушалась. Туман и сырость, как назло, скрадывали звуки. Может, ее еще не заметят возле самой воды? Не обязательно же станут спускаться именно здесь! Хотя наследила она знатно, даже следов обуви не надо: и тот засушенный начисто участок, и полянка, где она ночевала – с разросшимися противоестественно кустами, сводом из веток молодых деревьев и целой кучей соломы, в которой сушила вещи и грелась сама.
Почему идут снизу? Искали ее у моря?
Фиона огляделась. Туман скрывал ее – но, как назло, скрывал и от нее окружающее. Надо бы перебраться на ту сторону ручья! И попробовать уйти по тому склону. Вот вроде дорожка из выступающих камней через поток…
Нет, того берега не видно – рискованно. Она прошла выше по течению, остановилась возле росшего близко к воде дереву. Протянуть его через русло – а потом подточить корни. Кто полезет следом – свалится в воду. И камни те, кстати, выворотить. Чтоб никто за ней не сунулся. Снова прятаться под корнями какого-нибудь дерева ей не хотелось. Свежа была память.
Сказано – сделано. Как минимум, в этом месте через ручей никто не перелезет.
Фиона успела подняться до кромки густого кустарника, когда услышала за спиной треск, плеск и ругань. Она тут же нырнула в кусты, прижавшись к земле.
Кто-то клял на чем свет стоит трухлявые деревья и паскудный остров. Ругались на манорском.
- Заткнись, разорался, - встрял спустя минуту другой голос – спокойный, угрюмый.
- А чего дергаться?! Можно подумать, кто-нибудь услышит. Эти клятые пираты сидят сейчас в своих берлогах на той стороне! И пялятся на наши корабли через задницы своих атаманов, - конец слова прозвучал визгливо-придушенно.
Проклятия, звон оружия. Фиона съежилась – что там у них творится?!
Она только-только перевела дух, поняв, что от берега поднимаются манорцы. Этим точно не было до нее дела – они и не знали о том, что она шатается тут по лесу. И снова подобралась.
Туман вокруг потемнел, словно спускалась ночь. Что это – тучу натянуло?
- Ох ты, как интересно, - протянул ехидный голос практически над самым ухом. – Мы тут мелкую крыску ищем и не догадываемся, что по подвалу шныряют самые настоящие крысы, - грохот на миг оглушил.
Снизу раздалась ругань. Парализованная Фиона сидела, беспомощно наблюдая, как совсем рядом, в паре-тройке шагов, проходят огромные темные силуэты.
То есть, вот эти рыскали здесь, ища ее или ее следы. И тут их внимание привлекли манорцы! Свалившиеся в ручей из-за дерева, к которому она приложила руку.
Демон квадратный! И как она так ухитрилась – очутиться вплотную к ним?!
Да вот так, - зло огрызнулась сама на себя. Клятый туман, в котором ничего не видно! Он еще и звуки глушит… и каких гиен всё-таки он так потемнел? Как бы то ни было – они не заметили ее точно так же, как и она их. Так что туман не только вплотную подвел ее к преследователям, но и закрыл от них же.
Снова грохнуло – на полдесятка шагов ниже по склону. И ответный – от ручья. Это что, стрельба?! Эти новомодные ручные пороховые трубки – вроде корабельных пушек!
Она ведь сталкивалась как-то с такими. Когда ее пытались подстрелить неизвестные в доме аптекаря в столице, куда она залезла…
Но ладно у шпионов. У пиратов и рядовых матросов откуда такое?! Пороховые самострелы – штука редкая и дорогая, потому как опасная. Не каждый аристократ, даже из именитых, возьмет в руки такое.
Прижалась на всякий случай к земле. Еще попадут вслепую! Лучше не шебуршиться – могут целиться на звук.
Но почему так темно?! Это уже не серость, не хмарь.
Кругом стояла темно-серая муть. Фиона не видела толком даже веток перед собственным носом. Надо ж так вляпаться – очутилась практически в гуще стычки между пиратами и манорским десантом. По сути, став причиной этой самой стычки! Если б не дерево, послужившее ей переправой, мнорцы б не привлекли к себе внимания. Так бы и прошли по разным берегам с пиратами, не заметив друг друга.
Снизу слышалась какая-то возня. Затем брань, звуки ударов.
Рядом кто-то выругался. Голос пирата был смутно знаком. Ну да, стрелять теперь никому не с руки – можно в своих попасть!
Словно в ответ на последнюю мысль – снова грохнуло. От реки, но почему-то глуше, чем первые три раза. Что-то ударило в землю совсем рядом, возле руки. Фиона приглушенно вскрикнула, ощутив, как дрогнула под пальцами почва, и ладонь осыпало землей. Словно кто-то швырнул горсть с размаху. Отпрянула – и уже не удержавшись, взвизгнула: плечи охватил ледяной холод, словно облили морской водой. Только…
Только слишком это было похоже на ту тень возле склада, в которую вступила, удирая от Бондаря. Потусторонний холод, который не спутаешь ни с каким зимним ветром или сыростью.
Почва под ней зашевелилась. В клубах грязно-серого тумана заметались странные тени.
Какая тут осторожность! От ручья послышалась снова ругань. А из-под земли в разные стороны брызнули по-летнему сочные стебли. Вокруг вспыхнули мертвенно-белые шарики – кто-то зажег магические светляки, разогнавшие туман.
А такое возможно? – изумилась Фиона. Светляки, позволяющие видеть в тумане!
- Вот она! – заорал кто-то за спиной. – Бондарь, гляди, какой улов!
Она откатилась в сторону – скорее инстинктивно, чем что-то заметив. Рукоять ножа вмазалась в дерево рядом. И пират, завопив, завалился набок – когда его за ноги дернули вниз плети плюща.
- Не давить садовника – она отвлекает тени! – завопил сбоку и сверху голос Нику.
Да откуда они все здесь?!
Закружилась голова. Плющ, цапнувший пирата, что кинулся на нее, засох начисто с корнями. Фиона с трудом села, оглянулась. К ней спускалась со склона высокая фигура – она скорее угадала, что это Нику. Узнать его в тумане было проблематично – даже с разгоняющими туман светильниками.
- Рад вас видеть в добром здравии, - поведал некромант.
«А я вас – не слишком!» - хотела было рявкнуть Фиона.
Да как так?! Только что она пробиралась по тихому безлюдному лесу… просто кишащему кем ни попадя! Что им всем на месте не сидится?! Из груди рвался истерический хохот. Кажется, у нее начинается истерика – и это вместо того, чтоб срочно решать проблему.
Нет, она знала прекрасно, что попадется рано или поздно. Скорее – рано. Только досадно, как же досадно!
Что делать – она решительно не представляла. Лишние движения – лишние проблемы впоследствии. Или даже прямо сейчас. Это она усвоила по прошлым урокам.
У ручья кипела драка. Туман переливался, клубился. В областях, куда не дотягивались лучи светильников, мелькали смутные тени.
- Сударыня, я не враг, - мягко поведал Нику. – Прошу, не совершайте, - он не договорил, рухнул как подкошенный.
Фиона дернулась в сторону от завалившегося плашмя тела, и пояс ее обвило скользкое черное щупальце. Сдавило, потянуло. Сердце пропустило удар, дыхание перехватило. От щупальца тянуло леденящим холодом, промораживающим насквозь внутренности. Она заметалась, силясь стряхнуть мерзкого паразита. Что это за тварь?!
- Они питаются страхом, - поведал знакомый голос.
Подняв взгляд, увидела помощника Касатки – Айвори. Это он свалил некроманта вульгарным ударом рукояти кинжала в висок. Вырвался жалкий писк – голос пропал, да и слова тоже.
Айвори наклонился, сорвал с шеи Нику амулет и швырнул ей.
- От этих тварей. Наденьте.
Фиона трясущимися руками подобрала плетеный шнурок. Разум отказывался верить в творящийся абсурд. Щупальце соскользнуло с ее пояса – словно с сожалением. Пальцы стиснули судорожно амулет. Айвори глядел не на нее – поверх головы. Оттуда слышался утробный низкий едва слышный рык. Словно какой-то зверь только-только проснулся и собирался пока что с силами, прежде чем рявкнуть.
Она, трясясь, обернулась. И тут же пожалела об этом.
Человек, почти невидимый в клубах тумана, держал на тускло поблескивающем металлом поводке тварь. И тварь эту Фиона уже видела.
Точнее – не ее саму, а голову. Жуткую кабанью голову с загнутыми клыками и четырьмя глазницами.
Сейчас глазницы не были пусты – они сверкали тускло-мертвенным светом. Два глаза по бокам, где положено было находиться обычным глазам, превратились в белесые буркала, словно обваренные кипятком. А вот голые кости черепа с рогами и выростами остались. Правда, голова висела в воздухе – в положении, словно находилась на своем законном месте, на шее существа.
Вместо шеи что-то клубилось. Ну, или голый череп внезапно отрастил себе тело, только оно пряталось в тумане.
- Господин Айвори, - протянул насмешливый голос. – Какими судьбами? Напомните – это ведь вы продали капитана, верно? И леди Арагон здесь, вот ведь совпадение!
Из мутной мглы выступил Риди, крепко держащий поводок твари.
Та утробно всхрюкнула, наклонила башку. Верхний глаз во лбу вспыхнул бледным канареечно-желтым.
- Сдурел! – выкрикнул Айвори хрипло. – Ты его не удержишь!
На это Риди лишь ощерился. Туман вокруг сделался ощутимо гуще – Фионе показалось, что она сидит в киселе. Тени! Снова клубятся кругом, и туман вновь потемнел. Точно, тени тогда покатились с гор к порту, когда эту башку раскопали на складе и вытащили на свет! – вспомнила она. А поводок – это же цепь! Не тот ли это самый цепень – фамильный артефакт Арагонов, что хранился несколько поколений у их ближайших сподвижников – Дорсетов?
Зверюга на цепи снова хрюкнула, захрипела – и вдруг завизжала. Уши заложило. Словно свинью режут!
Айвори сунулся навстречу Риди – но сделал всего пару шагов. Тот даже не шелохнулся. Просто смолкший кабан – или что это за создание – зыркнул на него, желтый глаз сверкнул на миг серебристым. И Айвори разом ушел в землю по пояс.
Следовало отдать ему должное – не издал при этом ни звука. Ушей Фионы достиг только ошарашенный выдох. Помощник Касатки уперся в землю обеими ладонями. Дернулся в попытке вылезти. Не слишком успешно.
- Неприятно просчитываться, да, Айвори? – хмыкнул Риди.
Фиона встряхнулась. О ней он пока забыл. Ну, или не считал нужным помнить. Нику валялся без сознания. Значит, не помешает. Первым делом заставила вытянуться ветку ближайшего дерева, а с ветки свалилась целая гроздь длинных стеблей плюща. Айвори не растерялся – тут же ухватился, принялся подтягиваться. Что-то тащило его вниз, под землю.
Надо разобраться с кабаном. Потусторонняя зверюга – и туман наверняка из-за нее закручивается вокруг спиралью.
Тот вдруг повернул башку к Фионе. Уставился прямо на нее. Но не верхним желтым глазом, а нижним – багрово-фиолетовым. Она заморгала, силясь отвести взгляд от него – ощущение было, словно она вляпалась глазами во что-то клейкое. И попросту не может отлипнуть.
В пальцах что-то мешалось – и она, не задумываясь, швырнула это что-то в глаз твари. И сразу же следом – комок земли.
На удивление, получилось метко. В багровое буркало влетел амулет, отобранный у Нику. Сразу за ним – твердый ком, рассыпавшись острыми кусками. Кабан мотнул башкой. Морду ему оплели вытянувшиеся из-под копыт – если они у него были – стебли плюща. Зверь снова завизжал. Фиона мотнула головой – взгляд наконец-то удалось оторвать от него.
- Это вы зря, - с ухмылкой заметил Риди.
И повалился плашмя лицом вперед.
Визг снова резанул по ушам. Фиона ошалело уставилась на рухнувшего совсем рядом с ней Риди.
Подняв взгляд, увидела смутно знакомое лицо. Долговязая фигура, лысая башка… где она видела этого типа? Это что, он подобрался к Риди со спины? Плотник валялся лицом вниз, лысый тип уже помогал Айвори выбраться из земли.
Надо собраться. Нет, не так: ей необходима энергия! Еды нет, деревьев, которые давали бы плоды или ягоды, не видно. Орешника – тем более. Наверняка в лесу они есть – но нужно искать. Искать нет сил. Поэтому она просто заставила слегка зазеленеть ближайший куст, а потом потихоньку потянула из него силы.
Опомнилась, когда несколько десятков деревьев с кустарником под ними иссохли, превратившись в безжизненные коряги. Перед глазами немного прояснилось.
Фиона огляделась, в груди потяжелело. От понимания, что она только что начисто лишила жизни часть леса на склоне, сделалось тошно.
Впрочем, она снова, кажется, в силах идти. Лесу же ничем теперь не поможешь. Другие деревья и кусты придут, затянув это место, по весне.
- Я не хотела, - шепнула она, прижав ладонь к земле.
Засушенные деревья не откликнулись. Даже шелеста ветерка в голых ветках не было.
Поднялась, постояла немного, придерживаясь за ближайший ствол. Пошатывало, но терпимо. Перед глазами больше не плыло. А значит, надо двигаться, пока снова не обессилела. Фиона вздохнула с досадой – и почему ее дар огня такой смехотворно, издевательски слабый? Она даже спичку зажечь не может с помощью своей силы! Право слово, она б обменяла малую толику дара садовника на совсем крохотное увеличение дара управления огнем! Просто для того, чтоб быть в состоянии высушить одежду прямо на себе.
Увы. Что невозможно – то невозможно. Остается шагать.
Сейчас разыщет подходящее место – потому что устраивать костер где попало, чтоб привлечь внимание дымом и потом снова бегать, не успев высушиться, и может даже, не успев надеть развешенную для просушки одежду – дурная затея.
На удивление, бодрости прибавилось. Даже дрожь колотить перестала. Так, осталась мелкая – на нее внимания можно было не обращать.
До самого родника она не дошла. С моря наполз туман, закрывая видимость. Прошел среди деревьев, поднимаясь к вершинам гор. Идти стало труднее – видимость резко сократилась. Фиона рассудила – в таком тумане дыма костра никто не заметит. Выбрала мало-мальски удобное место, окруженное кустарником и деревьями. Устроила себе укрытие и развела костер.
*** ***
Поразительно: одежда просохла. И даже обувь! Удобно, что ни говори, быть магом-садовником. Всегда в достатке можно найти и солому, чтоб впитала лишнюю влагу из вещей. И сухой хворост – не надо мотаться по лесу, а потом экономить дрова. От отсыревания при тумане и дожде, конечно, ее дар не спасал. Но и без того давал немалые преимущества.
Туман разошелся к следующему полудню не до конца. Над горами висела хмарь. Низко висела – того гляди пойдет или снег, или мелкая противная морось.
Фиона с досадой глянула в лощину, где струился скрытый туманом ручей. Бежит себе, звенит! И вчера льда на нем тоже не было. Да, зубы сводило, когда пила. И только. Значит, нет мороза – пойдет дождь.
Стоит, кстати, спуститься и попить, прежде чем двигаться дальше.
Она услышала голоса, когда была уже возле самой воды. Фиона, присев на камне, насторожила слух. Шли, кажется, снизу, вдоль ручья. По той же стороне, где находилась и она.
Да что за пакость! Нашли ее следы? А она их даже не пыталась вчера прятать! Подумать о дыме от костра – самое большее, на что ее хватило. Прислушалась. Туман и сырость, как назло, скрадывали звуки. Может, ее еще не заметят возле самой воды? Не обязательно же станут спускаться именно здесь! Хотя наследила она знатно, даже следов обуви не надо: и тот засушенный начисто участок, и полянка, где она ночевала – с разросшимися противоестественно кустами, сводом из веток молодых деревьев и целой кучей соломы, в которой сушила вещи и грелась сама.
Почему идут снизу? Искали ее у моря?
Фиона огляделась. Туман скрывал ее – но, как назло, скрывал и от нее окружающее. Надо бы перебраться на ту сторону ручья! И попробовать уйти по тому склону. Вот вроде дорожка из выступающих камней через поток…
Нет, того берега не видно – рискованно. Она прошла выше по течению, остановилась возле росшего близко к воде дереву. Протянуть его через русло – а потом подточить корни. Кто полезет следом – свалится в воду. И камни те, кстати, выворотить. Чтоб никто за ней не сунулся. Снова прятаться под корнями какого-нибудь дерева ей не хотелось. Свежа была память.
Сказано – сделано. Как минимум, в этом месте через ручей никто не перелезет.
Фиона успела подняться до кромки густого кустарника, когда услышала за спиной треск, плеск и ругань. Она тут же нырнула в кусты, прижавшись к земле.
Кто-то клял на чем свет стоит трухлявые деревья и паскудный остров. Ругались на манорском.
- Заткнись, разорался, - встрял спустя минуту другой голос – спокойный, угрюмый.
- А чего дергаться?! Можно подумать, кто-нибудь услышит. Эти клятые пираты сидят сейчас в своих берлогах на той стороне! И пялятся на наши корабли через задницы своих атаманов, - конец слова прозвучал визгливо-придушенно.
Проклятия, звон оружия. Фиона съежилась – что там у них творится?!
Она только-только перевела дух, поняв, что от берега поднимаются манорцы. Этим точно не было до нее дела – они и не знали о том, что она шатается тут по лесу. И снова подобралась.
Туман вокруг потемнел, словно спускалась ночь. Что это – тучу натянуло?
- Ох ты, как интересно, - протянул ехидный голос практически над самым ухом. – Мы тут мелкую крыску ищем и не догадываемся, что по подвалу шныряют самые настоящие крысы, - грохот на миг оглушил.
Снизу раздалась ругань. Парализованная Фиона сидела, беспомощно наблюдая, как совсем рядом, в паре-тройке шагов, проходят огромные темные силуэты.
То есть, вот эти рыскали здесь, ища ее или ее следы. И тут их внимание привлекли манорцы! Свалившиеся в ручей из-за дерева, к которому она приложила руку.
Демон квадратный! И как она так ухитрилась – очутиться вплотную к ним?!
Да вот так, - зло огрызнулась сама на себя. Клятый туман, в котором ничего не видно! Он еще и звуки глушит… и каких гиен всё-таки он так потемнел? Как бы то ни было – они не заметили ее точно так же, как и она их. Так что туман не только вплотную подвел ее к преследователям, но и закрыл от них же.
Снова грохнуло – на полдесятка шагов ниже по склону. И ответный – от ручья. Это что, стрельба?! Эти новомодные ручные пороховые трубки – вроде корабельных пушек!
Она ведь сталкивалась как-то с такими. Когда ее пытались подстрелить неизвестные в доме аптекаря в столице, куда она залезла…
Но ладно у шпионов. У пиратов и рядовых матросов откуда такое?! Пороховые самострелы – штука редкая и дорогая, потому как опасная. Не каждый аристократ, даже из именитых, возьмет в руки такое.
Прижалась на всякий случай к земле. Еще попадут вслепую! Лучше не шебуршиться – могут целиться на звук.
Но почему так темно?! Это уже не серость, не хмарь.
Кругом стояла темно-серая муть. Фиона не видела толком даже веток перед собственным носом. Надо ж так вляпаться – очутилась практически в гуще стычки между пиратами и манорским десантом. По сути, став причиной этой самой стычки! Если б не дерево, послужившее ей переправой, мнорцы б не привлекли к себе внимания. Так бы и прошли по разным берегам с пиратами, не заметив друг друга.
Снизу слышалась какая-то возня. Затем брань, звуки ударов.
Рядом кто-то выругался. Голос пирата был смутно знаком. Ну да, стрелять теперь никому не с руки – можно в своих попасть!
Словно в ответ на последнюю мысль – снова грохнуло. От реки, но почему-то глуше, чем первые три раза. Что-то ударило в землю совсем рядом, возле руки. Фиона приглушенно вскрикнула, ощутив, как дрогнула под пальцами почва, и ладонь осыпало землей. Словно кто-то швырнул горсть с размаху. Отпрянула – и уже не удержавшись, взвизгнула: плечи охватил ледяной холод, словно облили морской водой. Только…
Только слишком это было похоже на ту тень возле склада, в которую вступила, удирая от Бондаря. Потусторонний холод, который не спутаешь ни с каким зимним ветром или сыростью.
Почва под ней зашевелилась. В клубах грязно-серого тумана заметались странные тени.
Какая тут осторожность! От ручья послышалась снова ругань. А из-под земли в разные стороны брызнули по-летнему сочные стебли. Вокруг вспыхнули мертвенно-белые шарики – кто-то зажег магические светляки, разогнавшие туман.
А такое возможно? – изумилась Фиона. Светляки, позволяющие видеть в тумане!
- Вот она! – заорал кто-то за спиной. – Бондарь, гляди, какой улов!
Она откатилась в сторону – скорее инстинктивно, чем что-то заметив. Рукоять ножа вмазалась в дерево рядом. И пират, завопив, завалился набок – когда его за ноги дернули вниз плети плюща.
- Не давить садовника – она отвлекает тени! – завопил сбоку и сверху голос Нику.
Да откуда они все здесь?!
Закружилась голова. Плющ, цапнувший пирата, что кинулся на нее, засох начисто с корнями. Фиона с трудом села, оглянулась. К ней спускалась со склона высокая фигура – она скорее угадала, что это Нику. Узнать его в тумане было проблематично – даже с разгоняющими туман светильниками.
- Рад вас видеть в добром здравии, - поведал некромант.
«А я вас – не слишком!» - хотела было рявкнуть Фиона.
Да как так?! Только что она пробиралась по тихому безлюдному лесу… просто кишащему кем ни попадя! Что им всем на месте не сидится?! Из груди рвался истерический хохот. Кажется, у нее начинается истерика – и это вместо того, чтоб срочно решать проблему.
Нет, она знала прекрасно, что попадется рано или поздно. Скорее – рано. Только досадно, как же досадно!
Что делать – она решительно не представляла. Лишние движения – лишние проблемы впоследствии. Или даже прямо сейчас. Это она усвоила по прошлым урокам.
У ручья кипела драка. Туман переливался, клубился. В областях, куда не дотягивались лучи светильников, мелькали смутные тени.
- Сударыня, я не враг, - мягко поведал Нику. – Прошу, не совершайте, - он не договорил, рухнул как подкошенный.
Фиона дернулась в сторону от завалившегося плашмя тела, и пояс ее обвило скользкое черное щупальце. Сдавило, потянуло. Сердце пропустило удар, дыхание перехватило. От щупальца тянуло леденящим холодом, промораживающим насквозь внутренности. Она заметалась, силясь стряхнуть мерзкого паразита. Что это за тварь?!
- Они питаются страхом, - поведал знакомый голос.
Подняв взгляд, увидела помощника Касатки – Айвори. Это он свалил некроманта вульгарным ударом рукояти кинжала в висок. Вырвался жалкий писк – голос пропал, да и слова тоже.
Айвори наклонился, сорвал с шеи Нику амулет и швырнул ей.
- От этих тварей. Наденьте.
Фиона трясущимися руками подобрала плетеный шнурок. Разум отказывался верить в творящийся абсурд. Щупальце соскользнуло с ее пояса – словно с сожалением. Пальцы стиснули судорожно амулет. Айвори глядел не на нее – поверх головы. Оттуда слышался утробный низкий едва слышный рык. Словно какой-то зверь только-только проснулся и собирался пока что с силами, прежде чем рявкнуть.
Она, трясясь, обернулась. И тут же пожалела об этом.
Человек, почти невидимый в клубах тумана, держал на тускло поблескивающем металлом поводке тварь. И тварь эту Фиона уже видела.
Точнее – не ее саму, а голову. Жуткую кабанью голову с загнутыми клыками и четырьмя глазницами.
Сейчас глазницы не были пусты – они сверкали тускло-мертвенным светом. Два глаза по бокам, где положено было находиться обычным глазам, превратились в белесые буркала, словно обваренные кипятком. А вот голые кости черепа с рогами и выростами остались. Правда, голова висела в воздухе – в положении, словно находилась на своем законном месте, на шее существа.
Вместо шеи что-то клубилось. Ну, или голый череп внезапно отрастил себе тело, только оно пряталось в тумане.
- Господин Айвори, - протянул насмешливый голос. – Какими судьбами? Напомните – это ведь вы продали капитана, верно? И леди Арагон здесь, вот ведь совпадение!
Из мутной мглы выступил Риди, крепко держащий поводок твари.
Та утробно всхрюкнула, наклонила башку. Верхний глаз во лбу вспыхнул бледным канареечно-желтым.
- Сдурел! – выкрикнул Айвори хрипло. – Ты его не удержишь!
На это Риди лишь ощерился. Туман вокруг сделался ощутимо гуще – Фионе показалось, что она сидит в киселе. Тени! Снова клубятся кругом, и туман вновь потемнел. Точно, тени тогда покатились с гор к порту, когда эту башку раскопали на складе и вытащили на свет! – вспомнила она. А поводок – это же цепь! Не тот ли это самый цепень – фамильный артефакт Арагонов, что хранился несколько поколений у их ближайших сподвижников – Дорсетов?
Зверюга на цепи снова хрюкнула, захрипела – и вдруг завизжала. Уши заложило. Словно свинью режут!
Айвори сунулся навстречу Риди – но сделал всего пару шагов. Тот даже не шелохнулся. Просто смолкший кабан – или что это за создание – зыркнул на него, желтый глаз сверкнул на миг серебристым. И Айвори разом ушел в землю по пояс.
Следовало отдать ему должное – не издал при этом ни звука. Ушей Фионы достиг только ошарашенный выдох. Помощник Касатки уперся в землю обеими ладонями. Дернулся в попытке вылезти. Не слишком успешно.
- Неприятно просчитываться, да, Айвори? – хмыкнул Риди.
Фиона встряхнулась. О ней он пока забыл. Ну, или не считал нужным помнить. Нику валялся без сознания. Значит, не помешает. Первым делом заставила вытянуться ветку ближайшего дерева, а с ветки свалилась целая гроздь длинных стеблей плюща. Айвори не растерялся – тут же ухватился, принялся подтягиваться. Что-то тащило его вниз, под землю.
Надо разобраться с кабаном. Потусторонняя зверюга – и туман наверняка из-за нее закручивается вокруг спиралью.
Тот вдруг повернул башку к Фионе. Уставился прямо на нее. Но не верхним желтым глазом, а нижним – багрово-фиолетовым. Она заморгала, силясь отвести взгляд от него – ощущение было, словно она вляпалась глазами во что-то клейкое. И попросту не может отлипнуть.
В пальцах что-то мешалось – и она, не задумываясь, швырнула это что-то в глаз твари. И сразу же следом – комок земли.
На удивление, получилось метко. В багровое буркало влетел амулет, отобранный у Нику. Сразу за ним – твердый ком, рассыпавшись острыми кусками. Кабан мотнул башкой. Морду ему оплели вытянувшиеся из-под копыт – если они у него были – стебли плюща. Зверь снова завизжал. Фиона мотнула головой – взгляд наконец-то удалось оторвать от него.
- Это вы зря, - с ухмылкой заметил Риди.
И повалился плашмя лицом вперед.
Глава 38
Визг снова резанул по ушам. Фиона ошалело уставилась на рухнувшего совсем рядом с ней Риди.
Подняв взгляд, увидела смутно знакомое лицо. Долговязая фигура, лысая башка… где она видела этого типа? Это что, он подобрался к Риди со спины? Плотник валялся лицом вниз, лысый тип уже помогал Айвори выбраться из земли.
