Человек сто, не меньше, нервно бродили по залу. Кто-то, уверенно одергивая капюшон, скрывался за очередной дверью, кто-то появлялся из-за двери, падая на колени и завывая о свалившейся на его плечи несправедливости.
– Экзамены, – прошептала мне на ухо Алена, от чего вся спина покрылась холодным потом. Откуда она все знает?
– И долго это будет продолжаться?
– Долго, так понимаю. Идут по одному. Почти в каждый кабинет. Нас найдут скорее, чем экзамены закончатся. Диана, ты куда?
Если сие сборище не собиралось расходиться, то нужно было осторожно пройти мимо. Если все окружающие нас люди и нелюди студенты, то вряд ли им что-то говорили о моем появлении. А уж то, куда при встрече меня следует сопроводить, так вообще тайна за семью печатями. Во всяком случае, хотелось в это верить.
– Твою ж…
Споткнувшись о ногу одного из студентов, я кубарем покатилась по полу. Оскорбленный субъект последовал за мной, схватив за шиворот и поставив на ноги. Он был более двух метров в росте и полутора метров в плечах. Лицо скрывал капюшон.
– Как ты там меня назвала?
Голос, под стать внешности, оказался низким и грубым.
– Не-ет… его-о… – рука затрепетала в воздухе, ища жертву. – Того, горбатенького.
Незнакомец громогласно расхохотался, привлекая к нам ненужное внимание.
– Похоже, он никому здесь не нравится. Сэм, – протянул он мне руку.
– Ди-Диана, – я протянула руку, отвечая на рукопожатие. Казалось, руку мне зажало меж двух бетонных стен. – Пусти!
– Не рассчитал, звиняй, – усмехнулся Сэм, закинув руку за голову и почесывая капюшон.
– Не парься, Сэм, – прохрипела я, удивляясь своему голосу. – Скажи-ка лучше, есть ли здесь вода? Холодная.
– Новенькая?
Сэм осмотрел меня с ног до головы, только сейчас замечая отсутствие у меня пресловутой рясы. Взгляд его стал подозрительным.
– В точку! С нового года поступаю. Осмотр провожу. Предварительный.
Господи, что за чушь я несу?
Сэм пожал плечами и указал на центр залы, где, сквозь мелькающие тела студентов, можно было разглядеть небольшой фонтан. И как я не замечала его раньше?
Коротко попрощавшись с Сэмом, быстрым шагом я направилась к фонтану.
– Найди меня, когда поступишь! – донеслось вслед.
Студенты, занятые своими делами, оставляли живописный фонтан без внимания, хотя на дне его все же можно было разглядеть несколько монет, оставленных особо верующими.
Фонтан представлял собой небольшое, почти круглое каменное сооружение, в центре которого вольготно лежало некое змееподобное существо, обвивающее оторванную человеческую руку. Как только я подошла ближе, существо сверкнуло на меня рубиновым глазом, крепче сжало свою добычу, и из нее полилась тонкая струйка воды. Выглядело отвратительно и завораживающе одновременно.
Я опустила начавшую краснеть руку в прохладную воду. Тут же боль стала ярче.
– А что за шарик?
Я подпрыгнула на месте. Появление Алены осталось незамеченным. Она смотрела на мою руку, до сих пор сжимающую утащенный из кабинета Аглофуса сувенир.
Я пожала плечами.
– Кажется, у тебя что-то сломано, – подтверждая мои худшие опасения, задумчиво произнесла девушка, осматривая распухающую ладонь.
Алена дернулась в сторону, едва не столкнув меня в фонтан.
Перед нами, появившись, словно из воздуха, стоял Аглофус.
Эрик проснулся, когда над ним нависла темная морда с двумя горящими голубыми глазами. Буян недовольно стриг ушами, прислушиваясь к чему-то за деревьями.
Отодвинув морду коня, молодой человек поднялся на ноги. Больная нога тут же заныла, давая о себе знать. Импровизированный бинт из разорванной на лоскуты рубахи, найденной в одной из чересседельных сумок павшей лошади, не сильно помогал. Зверь только чудом не достал до кости.
Из-за деревьев, куда пристально смотрел Буян, вышел человек, ведя в поводу лошадь.
– Проснулся? Я достал еще лошадь. На время.
– Ты как?
Отис почесал макушку.
– Бывало и лучше. Но я жив, а это не может быть плохо.
В паре часов пешей ходьбы находилась небольшая деревня, где Отис арендовал лошадь.
– До Вирсополя чуть меньше полу дня пути, поэтому выдвигаемся, – бросив Эрику кулек с бутербродами и яблоком, произнес Отис.
Выйдя на дорогу, их лошади поравнялись. Часть пути было решено проделать в размеренном темпе, дабы не утомлять животных. Отис давно заснул в седле. Эрик держался до последнего, прикрыв глаза лишь на мгновенье.
Буян, воспользовавшись положением всадника, медленно сошел с дороги, устроившись в тенистом подлеске и пощипывая аппетитную травку. Лошадь Отиса, завидев остановку сопровождения, постепенно сбавляла шаг, пока полностью не остановилась.
Проснувшись от недолгого сна и не увидев ни дороги под ногами, ни мелькающих деревьев вокруг, поначалу Эрик слегка опешил. Заметив размеренно пожевывающего пучок травы коня, молодой человек уверенно, но безрезультатно потянул поводья.
Не обращая внимания на безуспешные попытки хозяина сдвинуть его с места, вдоволь насытившись, Буян сам вернулся на дорогу, как ни в чем не бывало, продолжив путь. Лошадка Отиса преданно следовала за ним.
Разбудив мага, Эрик резонно предложил все же пустить лошадей галопом, иначе они не доберутся до города и за неделю. Заспанный Отис не до конца понял причин, но спорить не стал.
Через несколько часов всадники подъехали к высоким решетчатым воротам в каменной арке стены, окружающей город.
Попрощавшись с Эриком, указав на то, что при встрече с Дохи он спас ему жизнь и теперь свободен, Отис развернул лошадь и сошел с дороги, вскоре скрывшись из виду.
Держа под уздцы Буяна, хромая, Эрик направился в город. Стражники у распахнутых ворот даже не глянули в его сторону, увлеченные игрой в карты.
Попав на оживленную площадь, молодой человек не привлек внимания. Кроме того, которого удостоился хозяин коня, растоптавшего несколько ног и съевшего пару морковок с прилавков зазевавшихся торговок.
Город выглядел мрачно. Небольшие дома, выложенные из неровно обработанного камня, стоящие почти вплотную друг к другу. Казалось, открыв окно одного, можно было спокойно поздороваться за руку с соседом. Единственным украшением города служила небольшая церквушка, позолоченный купол которой, украшенный резным деревянным крестом, переливался на солнце, выглядывая из-за крыш.
Отловив самого на его взгляд смелого дедка, только что ущипнувшего взвизгнувшую девушку за ягодицу, и тут же скрывшегося в толпе, оставив недоуменную жертву обиженно оглядываться по сторонам, Эрик решил узнать у него как добраться до леса, в народе называемого Гиблым местом.
Дед трижды перекрестился, сплюнул через левое плечо, чуть не попав по проходившей мимо влюбленной парочке, но все же повернул заинтересованное лицо к Эрику.
– На кой тебе это надобно, сынок?
– Дело у меня там.
– Авось уже и место на кладбище подыскал себе? – не унимался дед. – Нет, так подсоблю.
– Я, как бы, вернуться надеюсь оттуда, поэтому откажусь.
– Эка смелый. Ладно, слухай.
Оставив коня на попечение деда, Эрик подошел к церкви. Строение, по сравнению с остальными скромными постройками в городе, выглядело богато. На крыльце у открытых дверей стоял упитанный священнослужитель, начищая кадило. Завидев молодого человека, идущего к кладбищу, тот лишь перекрестился и скрылся за дверью.
Кладбище было довольно ухоженным. Маленькие деревянные кресты кое-где слегка покосились. То ли места здесь находились не для каждого, то ли складывали они всех штабелями по несколько тел, но размер у кладбища был совсем небольшой, по меркам тех, на которых Эрику приходилось бывать.
Пройдя все кладбище и перебравшись через низкий забор, молодой человек разглядел в траве узкую тропку, ведущую в лес, и шагнул в темноту.
Тропка, петляя и извиваясь, но оставаясь все же вполне различимой в траве, наконец, закончилась очередным кладбищем. Оно было чуть больше виденного ранее у церкви, и выглядело давно заброшенным. Кресты покосились и сгнили, земля словно перекопана, будто вот-вот из нее полезут ожившие мертвецы, или же они уже сделали это не так давно и бродят где-то по округе.
По словам дедка, через это кладбище было идти не нужно, так как оно считалось у местных проклятым. Его нужно было обойти стороной.
Эрик огляделся. С одной стороны шел непроходимый лес, с другой было топкое болото. Взяв в руки длинную палку, он проверил глубину этого болота. Палка ушла на дно, не оставив после себя и хвостика.
Сглотнув ком, вставший поперек горла, молодой человек ступил на территорию кладбища.
– Что ж, дамы, экскурсия окончена, прошу пройти за мной без лишних разговоров, дабы не мешать будущим великим умам.
Аглофус говорил, слегка понизив голос. Студенты проходили мимо, даже не замечая нашу компанию.
– Так вот значит как выглядит знаменитый Сорэн Аглофус, – задумчиво произнесла Алена, изучающе осматривая фигуру в рясе, стараясь поглубже заглянуть под капюшон.
– Я знал, что когда-нибудь снова увижу тебя, – с мерзкой ухмылкой произнес Аглофус. – Не старайся прочитать мои мысли, дорогая, только шишек насажаешь.
До меня, наконец, стало доходить, откуда Алена знает так много подробностей обо всех вокруг и запросто предугадывает мысли. Она просто их читает!
Алена действительно изменилась в лице. Даже на лбу ее выступила испарина.
– Бедная девочка, получившая дар и потерявшая родителей, – притворно всхлипнул мужчина, наклоняясь к самому уху девушки. – Открою тебе секрет. Ты виновата в их смерти.
Девушка побледнела и осела на пол.
– Да что вы такое говорите? Алена!
Я подошла к девушке. Глаза ее остекленели. Как ни старалась, докричаться до нее не получалось. Мгновенье спустя по лицу Алены побежали слезы.
– Что вы с ней сделали?
– Просто показал настоящее прошлое. Из-за ее сил она потеряла своих родных. Именно она должна была умереть в тот день, но из-за проявившихся способностей услышала мысли мага, читавшего заклинание, и ушла из дома. Если бы она осталась, смерть их не была бы столь бесполезной.
– Хватит!
В моей голове роилась куча мыслей, которые так нужно было разместить в правильном порядке, но ничего не выходило. Не оставалось ни одного даже мало-мальски хорошего воспоминания, только хаос.
– Если я пойду с вами, вы оставите ее в покое?
Аглофус, словно ненадолго задумался.
– Прости, дитя, но ее сила слишком велика, чтобы оставлять ее в живых.
Но как же? Разве нельзя просто блокировать силы? Зачем же сразу убивать людей без разбора?
– Он просто не хочет конкуренции, – усмехнулась Алена, приходя в себя, поднимаясь с земли и утирая подсыхающие слезы. – Он верит, что я могу оказаться сильнее, чем он сам. Или… или даже какая-то ведунья предрекла это?
Глаза Алены метали почти ощутимые искры, а улыбка пугала.
Аглофус выглядел слегка потрясенным.
Становилось понятно, что она все же смогла прочитать его мысли, чего ученый маг явно не ожидал.
Я чувствовала себя лишней между двумя телепатами.
– Он просто трус, решивший избавиться от маленькой девочки, чтобы она не выросла и не узнала о нем чего-то, что он так усиленно скрывает. Хм, сын?
Воздух вокруг мага, казалось, пошел волнами, сметая все на своем пути, включая нас с Аленой. Девушку отбросило к стене, придавив несколькими телами не вовремя проходивших мимо студентов. Меня участь миновала только потому, что маг крепко держал меня за больную руку. Здоровой рукой я сжимала мутный маленький шар так сильно, что на ладони чувствовалось жжение.
Я вскрикнула, пытаясь вырваться, но хватка лишь усилилась, а разлившаяся по телу острая боль полностью поглотила все вокруг.
– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО? КТО ЭТО УСТРОИЛ?
Я очнулась от истошного вопля Аглофуса, сопровождаемого далеко нелицеприятной лексикой. От такого должны и мертвые из могил подняться, что уж говорить обо мне.
Вокруг было светло и ярко. Я могла бы понадеяться, что попала в Рай, но что здесь делать Аглофусу? Поспешные выводы пришлось запрятать до лучших времен.
Лежа на узкой кровати в окружении маленьких шатающихся тумбочек и еще пары таких же кроватей, на одной из которых лежало еще одно тело, с головой накрытое одеялом (ох, как же мне хотелось, чтобы это тело не было мертво!), я смотрела в каменный потолок.
Подтянув к себе ноющую и слегка пульсирующую руку, я подняла ее, удовлетворенно оглядев проделанную кем-то работу. Меня слегка подлатали, соорудив подобие гипса.
Присев на кровати, я увидела перед собой небольшой стол, на котором лежали тряпки, какие-то металлические инструменты, сухие и свежие травы, ступка, и множество баночек, наполненных жидкостями и порошками. Позади, у стены, стоял высокий шкаф, заполненный практически тем же.
Собравшись уже скинуть одеяло и ступить на твердую землю в поисках своей пропавшей одежды, вместо просторной льняной рубахи, надетой на мне сейчас, я была сметена ураганным ветром, произведенным молниеносным появлением в помещении пухлой раскрасневшейся женщины. Тут же на меня набросились с расспросами о здоровье и самочувствии. Подобная забота скорее смахивала на кудахтанье курицы-наседки.
– Я пойду? – жалобно взвыла я, когда женщина, назвавшаяся Клавой, по неосторожности задела больную руку.
– Деточка моя! Что ж ты не бережешь себя совсем? Куда же ты пойдешь в твоем-то состоянии?
В словах женщины было столько ужаса, что я на всякий случай осмотрела себя повнимательнее. Казалось, в ее глазах у меня не осталось ни одного здорового органа, что уж говорить о целых костях.
– В туалет, Клава. Я хочу в туалет. Очень!
Женщина встрепенулась, на секунду скрывшись за дверью. Вернулась с улыбкой, протягивая мне металлический сосуд.
В нервном тике у меня дернулся глаз.
– Что это?
– Горшок! – торжествующе возвестила женщина, пытаясь вложить сие в мои уворачивающиеся руки.
– Клава! Вы бы мне еще бутылку принесли, ей богу! Ну что вы как прямо не знаю кто? Женщина вы или кто?
– Забавная ты какая, – усмехнулась женщина, ставя горшок у моих тут же отпрянувших ног, и отходя к столу.
Я не считала это слово полностью способным охарактеризовать меня в данный момент, но решила сменить тему. Тем более что меня сильно интересовало, кто же мой сосед. А не Алена ли?
– Клава, а кто это?
Женщина на мгновенье обернулась, проследив за моим взглядом, но, не найдя ничего необычного в вопросе, ответила.
– Сын господина Аглофуса. Бедный мальчик…
– Сын? У этого сумасшедшего фанатика есть дети?
Я сразу вспомнила слова Алены перед тем, как обозленный маг заткнул ей рот.
Клава, несмотря на свой внушительный вес, подпрыгнула на месте.
– И не сумасшедший он вовсе. Что ты, деточка, не надо, на себя беду накличешь.
Я не стала говорить женщине, что беда давно уже меня нашла, и пара эпитетов в сторону моих похитителей уже ничего не испортит.
– И жена у него была, значит? – более миролюбиво продолжила я, стараясь вернуть расположение женщины.
– Приемный он. Подкидыш. Но господин с ним как с родным нянчился. Потакал всюду.
Клава, казалось, погрузилась в воспоминания, совершенно не замечая того, что я успела найти одежду, аккуратно сложенную в одну из тумбочек, и уже натягивала джинсы.
Пока женщина задумчиво перетирала какое-то зловонное растение в маленькой ступке, я потянулась за футболкой, задев рукой угол тумбочки. До боли сжав зубы, только бы не закричать, я обернулась.
Женщина нависала надо мной, словно гора.
– Экзамены, – прошептала мне на ухо Алена, от чего вся спина покрылась холодным потом. Откуда она все знает?
– И долго это будет продолжаться?
– Долго, так понимаю. Идут по одному. Почти в каждый кабинет. Нас найдут скорее, чем экзамены закончатся. Диана, ты куда?
Если сие сборище не собиралось расходиться, то нужно было осторожно пройти мимо. Если все окружающие нас люди и нелюди студенты, то вряд ли им что-то говорили о моем появлении. А уж то, куда при встрече меня следует сопроводить, так вообще тайна за семью печатями. Во всяком случае, хотелось в это верить.
– Твою ж…
Споткнувшись о ногу одного из студентов, я кубарем покатилась по полу. Оскорбленный субъект последовал за мной, схватив за шиворот и поставив на ноги. Он был более двух метров в росте и полутора метров в плечах. Лицо скрывал капюшон.
– Как ты там меня назвала?
Голос, под стать внешности, оказался низким и грубым.
– Не-ет… его-о… – рука затрепетала в воздухе, ища жертву. – Того, горбатенького.
Незнакомец громогласно расхохотался, привлекая к нам ненужное внимание.
– Похоже, он никому здесь не нравится. Сэм, – протянул он мне руку.
– Ди-Диана, – я протянула руку, отвечая на рукопожатие. Казалось, руку мне зажало меж двух бетонных стен. – Пусти!
– Не рассчитал, звиняй, – усмехнулся Сэм, закинув руку за голову и почесывая капюшон.
– Не парься, Сэм, – прохрипела я, удивляясь своему голосу. – Скажи-ка лучше, есть ли здесь вода? Холодная.
– Новенькая?
Сэм осмотрел меня с ног до головы, только сейчас замечая отсутствие у меня пресловутой рясы. Взгляд его стал подозрительным.
– В точку! С нового года поступаю. Осмотр провожу. Предварительный.
Господи, что за чушь я несу?
Сэм пожал плечами и указал на центр залы, где, сквозь мелькающие тела студентов, можно было разглядеть небольшой фонтан. И как я не замечала его раньше?
Коротко попрощавшись с Сэмом, быстрым шагом я направилась к фонтану.
– Найди меня, когда поступишь! – донеслось вслед.
Студенты, занятые своими делами, оставляли живописный фонтан без внимания, хотя на дне его все же можно было разглядеть несколько монет, оставленных особо верующими.
Фонтан представлял собой небольшое, почти круглое каменное сооружение, в центре которого вольготно лежало некое змееподобное существо, обвивающее оторванную человеческую руку. Как только я подошла ближе, существо сверкнуло на меня рубиновым глазом, крепче сжало свою добычу, и из нее полилась тонкая струйка воды. Выглядело отвратительно и завораживающе одновременно.
Я опустила начавшую краснеть руку в прохладную воду. Тут же боль стала ярче.
– А что за шарик?
Я подпрыгнула на месте. Появление Алены осталось незамеченным. Она смотрела на мою руку, до сих пор сжимающую утащенный из кабинета Аглофуса сувенир.
Я пожала плечами.
– Кажется, у тебя что-то сломано, – подтверждая мои худшие опасения, задумчиво произнесла девушка, осматривая распухающую ладонь.
Алена дернулась в сторону, едва не столкнув меня в фонтан.
Перед нами, появившись, словно из воздуха, стоял Аглофус.
***
Эрик проснулся, когда над ним нависла темная морда с двумя горящими голубыми глазами. Буян недовольно стриг ушами, прислушиваясь к чему-то за деревьями.
Отодвинув морду коня, молодой человек поднялся на ноги. Больная нога тут же заныла, давая о себе знать. Импровизированный бинт из разорванной на лоскуты рубахи, найденной в одной из чересседельных сумок павшей лошади, не сильно помогал. Зверь только чудом не достал до кости.
Из-за деревьев, куда пристально смотрел Буян, вышел человек, ведя в поводу лошадь.
– Проснулся? Я достал еще лошадь. На время.
– Ты как?
Отис почесал макушку.
– Бывало и лучше. Но я жив, а это не может быть плохо.
В паре часов пешей ходьбы находилась небольшая деревня, где Отис арендовал лошадь.
– До Вирсополя чуть меньше полу дня пути, поэтому выдвигаемся, – бросив Эрику кулек с бутербродами и яблоком, произнес Отис.
Выйдя на дорогу, их лошади поравнялись. Часть пути было решено проделать в размеренном темпе, дабы не утомлять животных. Отис давно заснул в седле. Эрик держался до последнего, прикрыв глаза лишь на мгновенье.
Буян, воспользовавшись положением всадника, медленно сошел с дороги, устроившись в тенистом подлеске и пощипывая аппетитную травку. Лошадь Отиса, завидев остановку сопровождения, постепенно сбавляла шаг, пока полностью не остановилась.
Проснувшись от недолгого сна и не увидев ни дороги под ногами, ни мелькающих деревьев вокруг, поначалу Эрик слегка опешил. Заметив размеренно пожевывающего пучок травы коня, молодой человек уверенно, но безрезультатно потянул поводья.
Не обращая внимания на безуспешные попытки хозяина сдвинуть его с места, вдоволь насытившись, Буян сам вернулся на дорогу, как ни в чем не бывало, продолжив путь. Лошадка Отиса преданно следовала за ним.
Разбудив мага, Эрик резонно предложил все же пустить лошадей галопом, иначе они не доберутся до города и за неделю. Заспанный Отис не до конца понял причин, но спорить не стал.
Через несколько часов всадники подъехали к высоким решетчатым воротам в каменной арке стены, окружающей город.
Попрощавшись с Эриком, указав на то, что при встрече с Дохи он спас ему жизнь и теперь свободен, Отис развернул лошадь и сошел с дороги, вскоре скрывшись из виду.
Держа под уздцы Буяна, хромая, Эрик направился в город. Стражники у распахнутых ворот даже не глянули в его сторону, увлеченные игрой в карты.
Попав на оживленную площадь, молодой человек не привлек внимания. Кроме того, которого удостоился хозяин коня, растоптавшего несколько ног и съевшего пару морковок с прилавков зазевавшихся торговок.
Город выглядел мрачно. Небольшие дома, выложенные из неровно обработанного камня, стоящие почти вплотную друг к другу. Казалось, открыв окно одного, можно было спокойно поздороваться за руку с соседом. Единственным украшением города служила небольшая церквушка, позолоченный купол которой, украшенный резным деревянным крестом, переливался на солнце, выглядывая из-за крыш.
Отловив самого на его взгляд смелого дедка, только что ущипнувшего взвизгнувшую девушку за ягодицу, и тут же скрывшегося в толпе, оставив недоуменную жертву обиженно оглядываться по сторонам, Эрик решил узнать у него как добраться до леса, в народе называемого Гиблым местом.
Дед трижды перекрестился, сплюнул через левое плечо, чуть не попав по проходившей мимо влюбленной парочке, но все же повернул заинтересованное лицо к Эрику.
– На кой тебе это надобно, сынок?
– Дело у меня там.
– Авось уже и место на кладбище подыскал себе? – не унимался дед. – Нет, так подсоблю.
– Я, как бы, вернуться надеюсь оттуда, поэтому откажусь.
– Эка смелый. Ладно, слухай.
Оставив коня на попечение деда, Эрик подошел к церкви. Строение, по сравнению с остальными скромными постройками в городе, выглядело богато. На крыльце у открытых дверей стоял упитанный священнослужитель, начищая кадило. Завидев молодого человека, идущего к кладбищу, тот лишь перекрестился и скрылся за дверью.
Кладбище было довольно ухоженным. Маленькие деревянные кресты кое-где слегка покосились. То ли места здесь находились не для каждого, то ли складывали они всех штабелями по несколько тел, но размер у кладбища был совсем небольшой, по меркам тех, на которых Эрику приходилось бывать.
Пройдя все кладбище и перебравшись через низкий забор, молодой человек разглядел в траве узкую тропку, ведущую в лес, и шагнул в темноту.
Тропка, петляя и извиваясь, но оставаясь все же вполне различимой в траве, наконец, закончилась очередным кладбищем. Оно было чуть больше виденного ранее у церкви, и выглядело давно заброшенным. Кресты покосились и сгнили, земля словно перекопана, будто вот-вот из нее полезут ожившие мертвецы, или же они уже сделали это не так давно и бродят где-то по округе.
По словам дедка, через это кладбище было идти не нужно, так как оно считалось у местных проклятым. Его нужно было обойти стороной.
Эрик огляделся. С одной стороны шел непроходимый лес, с другой было топкое болото. Взяв в руки длинную палку, он проверил глубину этого болота. Палка ушла на дно, не оставив после себя и хвостика.
Сглотнув ком, вставший поперек горла, молодой человек ступил на территорию кладбища.
***
– Что ж, дамы, экскурсия окончена, прошу пройти за мной без лишних разговоров, дабы не мешать будущим великим умам.
Аглофус говорил, слегка понизив голос. Студенты проходили мимо, даже не замечая нашу компанию.
– Так вот значит как выглядит знаменитый Сорэн Аглофус, – задумчиво произнесла Алена, изучающе осматривая фигуру в рясе, стараясь поглубже заглянуть под капюшон.
– Я знал, что когда-нибудь снова увижу тебя, – с мерзкой ухмылкой произнес Аглофус. – Не старайся прочитать мои мысли, дорогая, только шишек насажаешь.
До меня, наконец, стало доходить, откуда Алена знает так много подробностей обо всех вокруг и запросто предугадывает мысли. Она просто их читает!
Алена действительно изменилась в лице. Даже на лбу ее выступила испарина.
– Бедная девочка, получившая дар и потерявшая родителей, – притворно всхлипнул мужчина, наклоняясь к самому уху девушки. – Открою тебе секрет. Ты виновата в их смерти.
Девушка побледнела и осела на пол.
– Да что вы такое говорите? Алена!
Я подошла к девушке. Глаза ее остекленели. Как ни старалась, докричаться до нее не получалось. Мгновенье спустя по лицу Алены побежали слезы.
– Что вы с ней сделали?
– Просто показал настоящее прошлое. Из-за ее сил она потеряла своих родных. Именно она должна была умереть в тот день, но из-за проявившихся способностей услышала мысли мага, читавшего заклинание, и ушла из дома. Если бы она осталась, смерть их не была бы столь бесполезной.
– Хватит!
В моей голове роилась куча мыслей, которые так нужно было разместить в правильном порядке, но ничего не выходило. Не оставалось ни одного даже мало-мальски хорошего воспоминания, только хаос.
– Если я пойду с вами, вы оставите ее в покое?
Аглофус, словно ненадолго задумался.
– Прости, дитя, но ее сила слишком велика, чтобы оставлять ее в живых.
Но как же? Разве нельзя просто блокировать силы? Зачем же сразу убивать людей без разбора?
– Он просто не хочет конкуренции, – усмехнулась Алена, приходя в себя, поднимаясь с земли и утирая подсыхающие слезы. – Он верит, что я могу оказаться сильнее, чем он сам. Или… или даже какая-то ведунья предрекла это?
Глаза Алены метали почти ощутимые искры, а улыбка пугала.
Аглофус выглядел слегка потрясенным.
Становилось понятно, что она все же смогла прочитать его мысли, чего ученый маг явно не ожидал.
Я чувствовала себя лишней между двумя телепатами.
– Он просто трус, решивший избавиться от маленькой девочки, чтобы она не выросла и не узнала о нем чего-то, что он так усиленно скрывает. Хм, сын?
Воздух вокруг мага, казалось, пошел волнами, сметая все на своем пути, включая нас с Аленой. Девушку отбросило к стене, придавив несколькими телами не вовремя проходивших мимо студентов. Меня участь миновала только потому, что маг крепко держал меня за больную руку. Здоровой рукой я сжимала мутный маленький шар так сильно, что на ладони чувствовалось жжение.
Я вскрикнула, пытаясь вырваться, но хватка лишь усилилась, а разлившаяся по телу острая боль полностью поглотила все вокруг.
– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО? КТО ЭТО УСТРОИЛ?
Я очнулась от истошного вопля Аглофуса, сопровождаемого далеко нелицеприятной лексикой. От такого должны и мертвые из могил подняться, что уж говорить обо мне.
Вокруг было светло и ярко. Я могла бы понадеяться, что попала в Рай, но что здесь делать Аглофусу? Поспешные выводы пришлось запрятать до лучших времен.
Лежа на узкой кровати в окружении маленьких шатающихся тумбочек и еще пары таких же кроватей, на одной из которых лежало еще одно тело, с головой накрытое одеялом (ох, как же мне хотелось, чтобы это тело не было мертво!), я смотрела в каменный потолок.
Подтянув к себе ноющую и слегка пульсирующую руку, я подняла ее, удовлетворенно оглядев проделанную кем-то работу. Меня слегка подлатали, соорудив подобие гипса.
Присев на кровати, я увидела перед собой небольшой стол, на котором лежали тряпки, какие-то металлические инструменты, сухие и свежие травы, ступка, и множество баночек, наполненных жидкостями и порошками. Позади, у стены, стоял высокий шкаф, заполненный практически тем же.
Собравшись уже скинуть одеяло и ступить на твердую землю в поисках своей пропавшей одежды, вместо просторной льняной рубахи, надетой на мне сейчас, я была сметена ураганным ветром, произведенным молниеносным появлением в помещении пухлой раскрасневшейся женщины. Тут же на меня набросились с расспросами о здоровье и самочувствии. Подобная забота скорее смахивала на кудахтанье курицы-наседки.
– Я пойду? – жалобно взвыла я, когда женщина, назвавшаяся Клавой, по неосторожности задела больную руку.
– Деточка моя! Что ж ты не бережешь себя совсем? Куда же ты пойдешь в твоем-то состоянии?
В словах женщины было столько ужаса, что я на всякий случай осмотрела себя повнимательнее. Казалось, в ее глазах у меня не осталось ни одного здорового органа, что уж говорить о целых костях.
– В туалет, Клава. Я хочу в туалет. Очень!
Женщина встрепенулась, на секунду скрывшись за дверью. Вернулась с улыбкой, протягивая мне металлический сосуд.
В нервном тике у меня дернулся глаз.
– Что это?
– Горшок! – торжествующе возвестила женщина, пытаясь вложить сие в мои уворачивающиеся руки.
– Клава! Вы бы мне еще бутылку принесли, ей богу! Ну что вы как прямо не знаю кто? Женщина вы или кто?
– Забавная ты какая, – усмехнулась женщина, ставя горшок у моих тут же отпрянувших ног, и отходя к столу.
Я не считала это слово полностью способным охарактеризовать меня в данный момент, но решила сменить тему. Тем более что меня сильно интересовало, кто же мой сосед. А не Алена ли?
– Клава, а кто это?
Женщина на мгновенье обернулась, проследив за моим взглядом, но, не найдя ничего необычного в вопросе, ответила.
– Сын господина Аглофуса. Бедный мальчик…
– Сын? У этого сумасшедшего фанатика есть дети?
Я сразу вспомнила слова Алены перед тем, как обозленный маг заткнул ей рот.
Клава, несмотря на свой внушительный вес, подпрыгнула на месте.
– И не сумасшедший он вовсе. Что ты, деточка, не надо, на себя беду накличешь.
Я не стала говорить женщине, что беда давно уже меня нашла, и пара эпитетов в сторону моих похитителей уже ничего не испортит.
– И жена у него была, значит? – более миролюбиво продолжила я, стараясь вернуть расположение женщины.
– Приемный он. Подкидыш. Но господин с ним как с родным нянчился. Потакал всюду.
Клава, казалось, погрузилась в воспоминания, совершенно не замечая того, что я успела найти одежду, аккуратно сложенную в одну из тумбочек, и уже натягивала джинсы.
Пока женщина задумчиво перетирала какое-то зловонное растение в маленькой ступке, я потянулась за футболкой, задев рукой угол тумбочки. До боли сжав зубы, только бы не закричать, я обернулась.
Женщина нависала надо мной, словно гора.
