- Кап-кап-кап!!! – песня звенела по всей округе. Потом, очевидцы уверяли, что даже у матросского собора останавливались прохожие. Чтобы послушать эту песню…
- Из ясных глаз Маруси. Капают. Кап-кап-кап, капают прямо на копьё… - да эта песня была далеко не про русские берёзки. Эффект от этой песни, был такой же, если бы в сороковых годах рота младших командиров, при прохождении строевым маршем перед Жуковым или Рокоссовским исполнили бы блатняк «Гоп со смыком».
Рота закончила петь и вышла на исходный рубеж. К первой шеренге подскочил ротный Богачёв! От трибуны, когда закончила маршировать и петь свою песню первая рота, ко второй роте, спешил начальник школы. На его лице играли все цвета радуги. Бычков, не поворачивая головы, прошептал: «Держись, Егор. Будешь служить теперь там, где белым медведям холодно даже летом. Если, конечно, тебя не расстреляют, как врага народа». Подбежавший Власюк только и смог выдохнуть.
- Кто! Кто это сделал?
- Я! – ответил Егор Каминский. У Егора потемнело в глазах от одной только мысли, что теперь его ждёт! – начальник школы едва не захлебнулся от негодования и злости. Он только шипел, приблизив своё лицо к лицу Егора.
- Почему я не удивлён! Каминский! Ты что творишь? Ты знаешь, что с тобой сделают? Ну, тебе конец! Сам себя похоронил! Ты же провокатор! Ты же политический диверсант! Партбилет положишь на стол! Погоны снимешь сейчас же…. – Власюк продолжал шипеть, когда его окликнул командир роты Богачёв.
- Степан Еремеич! – Власюк обернулся. К ним подходил адмирал Самойлов со свитой. Командующий подошёл к роте. К шеренге, в которой стоял Егор, и к стоящим возле роты офицерам школы. Окинув взглядом строй мичманов бывшей второй роты, адмирал сказал.
- Отлично спели товарищи! Я думаю, спели лучше, чем даже в фильме! Согласны товарищи командиры? – Самойлов посмотрел на свою свиту. Те, как китайские болванчики, закивали головами, а Владимир Александрович продолжил: «Песню-то, какую задорную подобрали! Весёлая песня! Жизнерадостная! Так держать! Спасибо за песню товарищи!».
- Служим Советскому Союзу! – разнеслось громом над плацем. Каминский понял, что его расстрел на время откладывается, он ещё поживёт.
Вся школа собралась в актовом зале. Вручали аттестаты и грамоты. Грамоты тем, кто их заслужил. Надо сказать, что в Советских Вооружённых силах начальство было очень скупо на похвалу и чрезмерно щедро на взыскания. Каминскому же, поднявшемуся на сцену, вручили – шесть грамот! Это опять был рекорд школы в этом наборе. Стоит остановиться более подробно, на том, за что же Каминский получил эти поощрения в виде грамот.
Пять грамот от командования школы. За подписью того же Власюка, который ещё полчаса назад готов был расстрелять Каминского, как политического диверсанта без суда и следствия. И так: «За отличные показатели в индивидуальной огневой подготовке», «За 1-е место в викторине «Что? Где? Когда?» в составе команды 21 взвода», «За активное участие в весеннем турнире КВН 1987 года и занявшему 1 место среди команд Кронштадтского гарнизона, посвящённому ХХ съезду ВЛКСМ». Следующие две грамоты: «Успешно прошедшему курс обучения и сдавшему выпускные экзамены с отличными оценками по всем предметам», и уж совсем удивительно, «За достигнутые успехи в боевой и политической подготовке, социалистическом соревновании в честь ХХ съезда ВЛКСМ и примерную воинскую дисциплину». Примерная дисциплина? Это конечно песня «Маруся». Была ещё грамота от Кронштадтского РК ВЛКСМ, которой горком награждает старшину 2 статьи Каминского Егора Анатольевича за большой вклад в дело организации вечеров отдыха посвящённых ХХ съезду ВЛКСМ. Так городской комсомол отметил роль Егора в организации и проведении «Новогоднего огонька».
Вручая грамоты и аттестат Каминскому, начальник школы, капитан 1-го ранга Власюк, пожимая руку Егору, тихо сказал ему: «Каминский, мы тебя поняли! Ты же будь осторожен. Не все тебя поймут». Опытный, умный, грамотный морской офицер Власюк, не зря предупреждал бывшего своего курсанта. Офицер уже долго служил и отлично понимал, что этот Каминский, так похожий на неуправляемую боеголовку, ещё хлебнёт лиха со своим характером. Надо, сказать, что начальник школы не ошибся, но это уже другая жизнь Егора Каминского, а тогда он, под аплодисменты товарищей спустился со сцены и уже мысленно прощался со школой и с товарищами, с которыми прожил бок о бок четыре месяца. Путь Егора, как он думал, лежал в Балтийск, но приключения ещё не закончились. Когда Егор, вошёл в кубрик роты, к нему неожиданно подошли два незнакомых ему, офицера и мичман. Они, обступили Каминского полукольцом. Один из них спросил Егора, глядя ему прямо в глаза.
- Мичман Каминский Егор Анатольевич, 1959 года рождения, боцман на МРЗК «Гирорулевой», 168-й отдельный дивизион разведывательных кораблей?
- Так точно, - ответил Егор и его сердце тревожно забилось. Он видел этих офицеров и мичмана впервые. Их вид говорил, что это довольно сильные и решительные моряки.
- Следуйте за нами! – приказал старший из них, капитан 3-го ранга. Он пошёл впереди. За ним Егор, за спиной Егора, капитан-лейтенант и мичман. В сопровождении этих, не представившихся ему людей, Каминский вошёл в канцелярию роты. Командира роты, капитана 3-го ранга Богачёва в канцелярии роты не было. Офицеры и мичман сели на стулья, а Егор остался стоять. Каптри встал. Протянув руку, Каминскому пожал её со словами.
- Поздравляю, мичман с успешным окончанием школы и присвоением звания мичмана. - Не дав Егору ничего ответить, продолжил: - Мы служим в ГРУ на Тихоокеанском флоте. Прибыли в вашу школу из Владивостока. На ТОФе вводится в строй корабль-атомоход радиотехнической разведки под названием . Это самый крупный в мире корабль с ядерной энергетической установкой, конечно, за исключением . Корабль ОСНАЗ! Мы предлагаем, Вам мичман Каминский, продолжить службу на этом корабле. Заметьте, мы набираем в экипаж только самых достойных профессионалов. Вам оказана такая честь. Если вы согласны и пишете сейчас рапорт, то сегодня же самолётом вылетите во Владивосток. Все вопросы с Вашим переводом мы уладим сами. Через шесть месяцев получите квартиру в доме, строящемся только для офицеров и мичманов «Урала». Денежное довольствие у Вас, будет в два раза больше, чем на Балтике. Учитывайте, боевая служба по шесть месяцев и даже дольше, а это валюта. Подумайте, мичман, такие предложения делают только раз. Отличный, новый корабль с комфортными условиями проживания и несения службы: - У Егора бешено заколотилось сердце. В висках застучало. Только одна мысль пронизала его мозг. Затем негой разлилась по всему телу. Только эти слова пульсировали в его голове: «Владик! «Пегас»! Женька! Я могу найти Женьку! Бог ты мой, фортуна сжалилась надо мной! Бог ты мой – Женька!». Что выражало лицо Егора, он не знал, но, видно, каптри принял его возбуждение за согласие.
- Я вижу, Вы товарищ мичман, взволнованы нашим предложением, ну это и понятно, неожиданная радость. Садитесь за стол и пишите рапорт. Я продиктую, как написать, - Егор остался стоять, и радость скорой встречи с Женькой, сменила другая трезвая и реалистичная мысль: «Прошло почти четыре года, как «Пегас» ушёл из Балтийска и увёз Женьку. Она уже могла выйти замуж и у неё уже могут быть дети, а Женька не та женщина, которая бросит мужа и детей, ради любовной страсти. Нет, она не я, бросающий с лёгкостью жён и детей».
- Чего ждете мичман? Садитесь, пишите рапорт. - Прервал раздумья Егора каптри. Каминский встрепенулся и посмотрел на офицера. В голове появилась новая мысль, по поводу предложения этих ГРУшных вербовщиков: «Да срать я хотел, каптри, на твой и атомоход, и на твои моря-океаны! Если бы ты знал, как мне это всё уже осточертело, так не предлагал бы». Офицеру же Каминский ответил
- Нет, товарищ капитан 3-го ранга. Я возвращаюсь в Балтийск. - Каптри выждал несколько секунд, поняв, что мичман, не изменит своего решения, сказал Егору.
- Свободен! Позовите следующего. - Егор вышел из канцелярии. В коридоре у двери стояли уже с десяток бывших курсантов. Их собрали командиры рот по списку, полученному от прибывших в школу гостей-вербовщиков. Каминский мотнул головой на дверь близстоящему мичману и отправился собирать свои вещи. ГРУшникам удалось завербовать четырёх мичманов.
Попрощавшись с оставшимися ещё в школе бывшими однокашниками, Каминский с новым чемоданом отправился в последний раз по улицам Кронштадта на паром. Вечером он садился в вагон поезда Ленинград-Калининград. Билеты покупала школа мичманов и большую часть плацкартного вагона составляли выпускники той же школы отправляющиеся служить в Калининградскую область, на Балтийский флот. Каминский заранее затарился двумя бутылками коньяка. Ехать до Кёника сутки. Всего-то чуть более трёх лет назад Егор, возвращался в Балтийск в этом поезде с лесоповала, а ему казалось, прошла уже вечность. Теперь это был другой человек. Возмужавший, опытный моряк, твердо стоявший на ногах, семья, лапочка дочь, хорошо оплачиваемая служба, своя квартира. Что ещё надо человеку чтобы счастливо встретить старость? Спрашивал известный киногерой Абдула, в популярном фильме «Белое солнце пустыни». Действительно, мичман Каминский в парадной военно-морской форме, совсем не был похож на голодного, трясущегося от холода бомжа Каминского, возвращавшегося в Балтийск, к своей любовнице Ольге. Только суть человеческую и природу не обмануть. Егор убрал кортик в чемодан и понеслось. Пьянка началась.
Вагон гудел от голосов мичманов. Тосты и звон стаканов. Песни, анекдоты, истории из школьных дней звучали непрерывно. Правда всё было чинно и без эксцессов. Кто из мичманов оказался слабоват на спиртное, укладывались тут же спать на своём месте. Остальные продолжали гудеть.
Егору приглянулась одна из проводниц их вагона. Маленькая, стройная, со смуглой кожей, с большими черными глазищами и такими же черными, как крыло ворона длинными волосами. Девушка чем-то была похожа на любовницу Егора, Галку, медсестру из Балтийского госпиталя с которой он когда-то куролесил и снимал квартиру в Камсигале. Егор решил познакомиться с проводницей. К этому времени половина вагона уже спала. Егор пригласил девушку к столику в своем в плацкартном купе, где ещё звенела гитара и под неё звучали морские песни. Проводница согласилась. Она, не стесняясь, выпила предложенный ей коньяк. Девушку звали Оксана. В Егоре проснулся давно дремавший Казанова. Он стал обхаживать девушку. Оксана, как не удивительно, ответила Егору взаимностью. Они вскоре оказались вдвоем в купе проводников. Оксана быстро разделась сама и помогла Егору. У девушки действительно оказалась стройная фигура и темный цвет кожи. Она легла на спину на диване, раздвинула широко ножки и потянула Егора на себя. Отрывисто дыша от возбуждения, девушка прошептала ему на ухо.
- Придётся тебе, Егор, постараться, у меня там мышиный глазок, - Егор подумал про себя: «Дежавю какое-то. Опять Оксана и опять мышиный глазок», только месяцы воздержания, коньяк и главное - пылающее огнём страсти девичье тело сыграли свою роль, член Егора резко вошёл во влагалище девушки. Она издала громкий возглас наслаждения и тут же страсть захватила их. Такая страстная это была любовь, что Егор даже не заметил, как раздавил стекло на своих «Командирских» часах одетых на руке, об стенку купе. Оргазм получили оба. Оксана шептала слова благодарности на ухо Егору, а он, не делая перерыва, и не выходя из девушки начал всё сначала. Оксана, обхватив его руками и стройными ножками, вся отдалась страсти. Когда оба немного успокоились, она прошептала.
- Ты такой голодный! Как мне хорошо!
- Ты не представляешь, какой я голодный, - и Егор пошёл на третий круг. Это не кросс бежать вокруг административного здания в школе. Здесь по нормативам, Егор чемпион! Заслуженный мастер спорта. Девушка в изнеможении уже только блаженно стонала, приоткрыв нежный ротик в котором, в свете мелькавших мимо окна вагона фонарей, поблескивали красивые зубки. Кончив третий раз в девушку. Егор продолжил ласкать нежное девичье тело, пока Оксана не вырубилась от наслаждения и не заснула глубоким и блаженным сном. Егор тихо встал. Оделся и заметил что стекло на его часах раздавлено. Только это Егора не волновало. Такая страстная девушка и то огромное наслаждение, которое он получил с ней, стоило этих часов. Выйдя из купе, Егор заглянул в соседнее, рабочее купе проводников. В нём у столика сидела вторая проводница Светлана, напарница Оксаны. Посмотрев на мичмана, она спросила его.
- Что, Оксанка? Ей через час на дежурство заступать.
- Это вряд ли. Придётся тебе, Светик, за неё отдежурить. Думаю, потом сочтетесь. Она за тебя отдежурит.
- Ты что, её напоил! – возмутилась девушка.
- Нет, она трезвая. Если не считать сто грамм коньяка. Она просто очень устала.
- Что значит, устала? – не унималась напарница. Света, отодвинула Егора в сторону. Открыв дверь, заглянула в купе. На диване лежала обнажённая Оксана, одеяло видно сползло с неё на пол от покачивания вагона. Света накрыла подругу. Выйдя из купе, посмотрела на Егора. Потом только и промолвила с тоскливым выдохом зависти.
- Понятно! Дорвался, до женского тела голодный морячок. Это что мне за неё дежурить. Похоже, ей очень хорошо было, раз она спит без задних ног? – Светлана была нескладная по фигуре девушка и намного старше Оксаны. Она тоскливо смотрела на Егора. Её пересохшие губы и кончик языка, который постоянно их слегка облизывал, выдавал её желание. Уже наступила глубокая ночь. Весь в вагон угомонился и спал. Светлана была не во вкусе Егора. Он сделал вид, что не понял её намека, и произнёс:
- Спросишь её об этом, когда она проснётся. Прости Света, я ушёл тоже отдыхать, - Егор под тяжёлый обречённый вздох девушки отправился спать на своё место.
Егор проспал весь день и проснулся только когда поезд уже подходил к Калининграду. Дежурила Оксана. Егор пошёл умываться и бриться. Дверь туалета не закрыл. Левушка зашла к нему в туалет. Оксана обняла его. Поцеловав тихо произнесла.
- Спасибо тебе, Егор. У меня никогда до тебя, не было такой страстной любви, - потом засунула в карман брюк Егора листок и прошептала, уходя: - Там Егор мой телефон ты позвони! Я очень буду ждать твоего звонка. Спасибо тебе!
Поздно вечером, пятницы Егор Каминский был уже дома. Его встречали радостная жена и ещё более радостная дочка Сашенька. В понедельник ему идти в отряд представляться командиру отряда капитану 2-го ранга Беляеву о прибытии в часть для дальнейшего прохождения службы. Это будет завтра, а этой ночью Егор и Ольга так давно не бывшие вместе, уложив детей, зажгли свечи наверху в своей комнате и под отличное болгарское вино занялись тем, что у них так хорошо получалось - любовью! Вот она жизнь моряка и судьба жены моряка. Ночи, которые они проводят вместе можно сосчитать на пальцах. Наверное, поэтому они такие желанные эти ночи? Только Каминского это положение дел больше не устраивало. Егор решил покончить с этой, как верно выражались моряки «кораблядской» жизнью. С него хватит и морей и железа. Он выплатил свой долг Родине в полной мере. Пора побеспокоиться и о себе. Родина она, конечно, тебя не забудет, но и не вспомнит.
- Из ясных глаз Маруси. Капают. Кап-кап-кап, капают прямо на копьё… - да эта песня была далеко не про русские берёзки. Эффект от этой песни, был такой же, если бы в сороковых годах рота младших командиров, при прохождении строевым маршем перед Жуковым или Рокоссовским исполнили бы блатняк «Гоп со смыком».
Рота закончила петь и вышла на исходный рубеж. К первой шеренге подскочил ротный Богачёв! От трибуны, когда закончила маршировать и петь свою песню первая рота, ко второй роте, спешил начальник школы. На его лице играли все цвета радуги. Бычков, не поворачивая головы, прошептал: «Держись, Егор. Будешь служить теперь там, где белым медведям холодно даже летом. Если, конечно, тебя не расстреляют, как врага народа». Подбежавший Власюк только и смог выдохнуть.
- Кто! Кто это сделал?
- Я! – ответил Егор Каминский. У Егора потемнело в глазах от одной только мысли, что теперь его ждёт! – начальник школы едва не захлебнулся от негодования и злости. Он только шипел, приблизив своё лицо к лицу Егора.
- Почему я не удивлён! Каминский! Ты что творишь? Ты знаешь, что с тобой сделают? Ну, тебе конец! Сам себя похоронил! Ты же провокатор! Ты же политический диверсант! Партбилет положишь на стол! Погоны снимешь сейчас же…. – Власюк продолжал шипеть, когда его окликнул командир роты Богачёв.
- Степан Еремеич! – Власюк обернулся. К ним подходил адмирал Самойлов со свитой. Командующий подошёл к роте. К шеренге, в которой стоял Егор, и к стоящим возле роты офицерам школы. Окинув взглядом строй мичманов бывшей второй роты, адмирал сказал.
- Отлично спели товарищи! Я думаю, спели лучше, чем даже в фильме! Согласны товарищи командиры? – Самойлов посмотрел на свою свиту. Те, как китайские болванчики, закивали головами, а Владимир Александрович продолжил: «Песню-то, какую задорную подобрали! Весёлая песня! Жизнерадостная! Так держать! Спасибо за песню товарищи!».
- Служим Советскому Союзу! – разнеслось громом над плацем. Каминский понял, что его расстрел на время откладывается, он ещё поживёт.
Вся школа собралась в актовом зале. Вручали аттестаты и грамоты. Грамоты тем, кто их заслужил. Надо сказать, что в Советских Вооружённых силах начальство было очень скупо на похвалу и чрезмерно щедро на взыскания. Каминскому же, поднявшемуся на сцену, вручили – шесть грамот! Это опять был рекорд школы в этом наборе. Стоит остановиться более подробно, на том, за что же Каминский получил эти поощрения в виде грамот.
Пять грамот от командования школы. За подписью того же Власюка, который ещё полчаса назад готов был расстрелять Каминского, как политического диверсанта без суда и следствия. И так: «За отличные показатели в индивидуальной огневой подготовке», «За 1-е место в викторине «Что? Где? Когда?» в составе команды 21 взвода», «За активное участие в весеннем турнире КВН 1987 года и занявшему 1 место среди команд Кронштадтского гарнизона, посвящённому ХХ съезду ВЛКСМ». Следующие две грамоты: «Успешно прошедшему курс обучения и сдавшему выпускные экзамены с отличными оценками по всем предметам», и уж совсем удивительно, «За достигнутые успехи в боевой и политической подготовке, социалистическом соревновании в честь ХХ съезда ВЛКСМ и примерную воинскую дисциплину». Примерная дисциплина? Это конечно песня «Маруся». Была ещё грамота от Кронштадтского РК ВЛКСМ, которой горком награждает старшину 2 статьи Каминского Егора Анатольевича за большой вклад в дело организации вечеров отдыха посвящённых ХХ съезду ВЛКСМ. Так городской комсомол отметил роль Егора в организации и проведении «Новогоднего огонька».
Вручая грамоты и аттестат Каминскому, начальник школы, капитан 1-го ранга Власюк, пожимая руку Егору, тихо сказал ему: «Каминский, мы тебя поняли! Ты же будь осторожен. Не все тебя поймут». Опытный, умный, грамотный морской офицер Власюк, не зря предупреждал бывшего своего курсанта. Офицер уже долго служил и отлично понимал, что этот Каминский, так похожий на неуправляемую боеголовку, ещё хлебнёт лиха со своим характером. Надо, сказать, что начальник школы не ошибся, но это уже другая жизнь Егора Каминского, а тогда он, под аплодисменты товарищей спустился со сцены и уже мысленно прощался со школой и с товарищами, с которыми прожил бок о бок четыре месяца. Путь Егора, как он думал, лежал в Балтийск, но приключения ещё не закончились. Когда Егор, вошёл в кубрик роты, к нему неожиданно подошли два незнакомых ему, офицера и мичман. Они, обступили Каминского полукольцом. Один из них спросил Егора, глядя ему прямо в глаза.
- Мичман Каминский Егор Анатольевич, 1959 года рождения, боцман на МРЗК «Гирорулевой», 168-й отдельный дивизион разведывательных кораблей?
- Так точно, - ответил Егор и его сердце тревожно забилось. Он видел этих офицеров и мичмана впервые. Их вид говорил, что это довольно сильные и решительные моряки.
- Следуйте за нами! – приказал старший из них, капитан 3-го ранга. Он пошёл впереди. За ним Егор, за спиной Егора, капитан-лейтенант и мичман. В сопровождении этих, не представившихся ему людей, Каминский вошёл в канцелярию роты. Командира роты, капитана 3-го ранга Богачёва в канцелярии роты не было. Офицеры и мичман сели на стулья, а Егор остался стоять. Каптри встал. Протянув руку, Каминскому пожал её со словами.
- Поздравляю, мичман с успешным окончанием школы и присвоением звания мичмана. - Не дав Егору ничего ответить, продолжил: - Мы служим в ГРУ на Тихоокеанском флоте. Прибыли в вашу школу из Владивостока. На ТОФе вводится в строй корабль-атомоход радиотехнической разведки под названием . Это самый крупный в мире корабль с ядерной энергетической установкой, конечно, за исключением . Корабль ОСНАЗ! Мы предлагаем, Вам мичман Каминский, продолжить службу на этом корабле. Заметьте, мы набираем в экипаж только самых достойных профессионалов. Вам оказана такая честь. Если вы согласны и пишете сейчас рапорт, то сегодня же самолётом вылетите во Владивосток. Все вопросы с Вашим переводом мы уладим сами. Через шесть месяцев получите квартиру в доме, строящемся только для офицеров и мичманов «Урала». Денежное довольствие у Вас, будет в два раза больше, чем на Балтике. Учитывайте, боевая служба по шесть месяцев и даже дольше, а это валюта. Подумайте, мичман, такие предложения делают только раз. Отличный, новый корабль с комфортными условиями проживания и несения службы: - У Егора бешено заколотилось сердце. В висках застучало. Только одна мысль пронизала его мозг. Затем негой разлилась по всему телу. Только эти слова пульсировали в его голове: «Владик! «Пегас»! Женька! Я могу найти Женьку! Бог ты мой, фортуна сжалилась надо мной! Бог ты мой – Женька!». Что выражало лицо Егора, он не знал, но, видно, каптри принял его возбуждение за согласие.
- Я вижу, Вы товарищ мичман, взволнованы нашим предложением, ну это и понятно, неожиданная радость. Садитесь за стол и пишите рапорт. Я продиктую, как написать, - Егор остался стоять, и радость скорой встречи с Женькой, сменила другая трезвая и реалистичная мысль: «Прошло почти четыре года, как «Пегас» ушёл из Балтийска и увёз Женьку. Она уже могла выйти замуж и у неё уже могут быть дети, а Женька не та женщина, которая бросит мужа и детей, ради любовной страсти. Нет, она не я, бросающий с лёгкостью жён и детей».
- Чего ждете мичман? Садитесь, пишите рапорт. - Прервал раздумья Егора каптри. Каминский встрепенулся и посмотрел на офицера. В голове появилась новая мысль, по поводу предложения этих ГРУшных вербовщиков: «Да срать я хотел, каптри, на твой и атомоход, и на твои моря-океаны! Если бы ты знал, как мне это всё уже осточертело, так не предлагал бы». Офицеру же Каминский ответил
- Нет, товарищ капитан 3-го ранга. Я возвращаюсь в Балтийск. - Каптри выждал несколько секунд, поняв, что мичман, не изменит своего решения, сказал Егору.
- Свободен! Позовите следующего. - Егор вышел из канцелярии. В коридоре у двери стояли уже с десяток бывших курсантов. Их собрали командиры рот по списку, полученному от прибывших в школу гостей-вербовщиков. Каминский мотнул головой на дверь близстоящему мичману и отправился собирать свои вещи. ГРУшникам удалось завербовать четырёх мичманов.
Попрощавшись с оставшимися ещё в школе бывшими однокашниками, Каминский с новым чемоданом отправился в последний раз по улицам Кронштадта на паром. Вечером он садился в вагон поезда Ленинград-Калининград. Билеты покупала школа мичманов и большую часть плацкартного вагона составляли выпускники той же школы отправляющиеся служить в Калининградскую область, на Балтийский флот. Каминский заранее затарился двумя бутылками коньяка. Ехать до Кёника сутки. Всего-то чуть более трёх лет назад Егор, возвращался в Балтийск в этом поезде с лесоповала, а ему казалось, прошла уже вечность. Теперь это был другой человек. Возмужавший, опытный моряк, твердо стоявший на ногах, семья, лапочка дочь, хорошо оплачиваемая служба, своя квартира. Что ещё надо человеку чтобы счастливо встретить старость? Спрашивал известный киногерой Абдула, в популярном фильме «Белое солнце пустыни». Действительно, мичман Каминский в парадной военно-морской форме, совсем не был похож на голодного, трясущегося от холода бомжа Каминского, возвращавшегося в Балтийск, к своей любовнице Ольге. Только суть человеческую и природу не обмануть. Егор убрал кортик в чемодан и понеслось. Пьянка началась.
Вагон гудел от голосов мичманов. Тосты и звон стаканов. Песни, анекдоты, истории из школьных дней звучали непрерывно. Правда всё было чинно и без эксцессов. Кто из мичманов оказался слабоват на спиртное, укладывались тут же спать на своём месте. Остальные продолжали гудеть.
Егору приглянулась одна из проводниц их вагона. Маленькая, стройная, со смуглой кожей, с большими черными глазищами и такими же черными, как крыло ворона длинными волосами. Девушка чем-то была похожа на любовницу Егора, Галку, медсестру из Балтийского госпиталя с которой он когда-то куролесил и снимал квартиру в Камсигале. Егор решил познакомиться с проводницей. К этому времени половина вагона уже спала. Егор пригласил девушку к столику в своем в плацкартном купе, где ещё звенела гитара и под неё звучали морские песни. Проводница согласилась. Она, не стесняясь, выпила предложенный ей коньяк. Девушку звали Оксана. В Егоре проснулся давно дремавший Казанова. Он стал обхаживать девушку. Оксана, как не удивительно, ответила Егору взаимностью. Они вскоре оказались вдвоем в купе проводников. Оксана быстро разделась сама и помогла Егору. У девушки действительно оказалась стройная фигура и темный цвет кожи. Она легла на спину на диване, раздвинула широко ножки и потянула Егора на себя. Отрывисто дыша от возбуждения, девушка прошептала ему на ухо.
- Придётся тебе, Егор, постараться, у меня там мышиный глазок, - Егор подумал про себя: «Дежавю какое-то. Опять Оксана и опять мышиный глазок», только месяцы воздержания, коньяк и главное - пылающее огнём страсти девичье тело сыграли свою роль, член Егора резко вошёл во влагалище девушки. Она издала громкий возглас наслаждения и тут же страсть захватила их. Такая страстная это была любовь, что Егор даже не заметил, как раздавил стекло на своих «Командирских» часах одетых на руке, об стенку купе. Оргазм получили оба. Оксана шептала слова благодарности на ухо Егору, а он, не делая перерыва, и не выходя из девушки начал всё сначала. Оксана, обхватив его руками и стройными ножками, вся отдалась страсти. Когда оба немного успокоились, она прошептала.
- Ты такой голодный! Как мне хорошо!
- Ты не представляешь, какой я голодный, - и Егор пошёл на третий круг. Это не кросс бежать вокруг административного здания в школе. Здесь по нормативам, Егор чемпион! Заслуженный мастер спорта. Девушка в изнеможении уже только блаженно стонала, приоткрыв нежный ротик в котором, в свете мелькавших мимо окна вагона фонарей, поблескивали красивые зубки. Кончив третий раз в девушку. Егор продолжил ласкать нежное девичье тело, пока Оксана не вырубилась от наслаждения и не заснула глубоким и блаженным сном. Егор тихо встал. Оделся и заметил что стекло на его часах раздавлено. Только это Егора не волновало. Такая страстная девушка и то огромное наслаждение, которое он получил с ней, стоило этих часов. Выйдя из купе, Егор заглянул в соседнее, рабочее купе проводников. В нём у столика сидела вторая проводница Светлана, напарница Оксаны. Посмотрев на мичмана, она спросила его.
- Что, Оксанка? Ей через час на дежурство заступать.
- Это вряд ли. Придётся тебе, Светик, за неё отдежурить. Думаю, потом сочтетесь. Она за тебя отдежурит.
- Ты что, её напоил! – возмутилась девушка.
- Нет, она трезвая. Если не считать сто грамм коньяка. Она просто очень устала.
- Что значит, устала? – не унималась напарница. Света, отодвинула Егора в сторону. Открыв дверь, заглянула в купе. На диване лежала обнажённая Оксана, одеяло видно сползло с неё на пол от покачивания вагона. Света накрыла подругу. Выйдя из купе, посмотрела на Егора. Потом только и промолвила с тоскливым выдохом зависти.
- Понятно! Дорвался, до женского тела голодный морячок. Это что мне за неё дежурить. Похоже, ей очень хорошо было, раз она спит без задних ног? – Светлана была нескладная по фигуре девушка и намного старше Оксаны. Она тоскливо смотрела на Егора. Её пересохшие губы и кончик языка, который постоянно их слегка облизывал, выдавал её желание. Уже наступила глубокая ночь. Весь в вагон угомонился и спал. Светлана была не во вкусе Егора. Он сделал вид, что не понял её намека, и произнёс:
- Спросишь её об этом, когда она проснётся. Прости Света, я ушёл тоже отдыхать, - Егор под тяжёлый обречённый вздох девушки отправился спать на своё место.
Егор проспал весь день и проснулся только когда поезд уже подходил к Калининграду. Дежурила Оксана. Егор пошёл умываться и бриться. Дверь туалета не закрыл. Левушка зашла к нему в туалет. Оксана обняла его. Поцеловав тихо произнесла.
- Спасибо тебе, Егор. У меня никогда до тебя, не было такой страстной любви, - потом засунула в карман брюк Егора листок и прошептала, уходя: - Там Егор мой телефон ты позвони! Я очень буду ждать твоего звонка. Спасибо тебе!
Поздно вечером, пятницы Егор Каминский был уже дома. Его встречали радостная жена и ещё более радостная дочка Сашенька. В понедельник ему идти в отряд представляться командиру отряда капитану 2-го ранга Беляеву о прибытии в часть для дальнейшего прохождения службы. Это будет завтра, а этой ночью Егор и Ольга так давно не бывшие вместе, уложив детей, зажгли свечи наверху в своей комнате и под отличное болгарское вино занялись тем, что у них так хорошо получалось - любовью! Вот она жизнь моряка и судьба жены моряка. Ночи, которые они проводят вместе можно сосчитать на пальцах. Наверное, поэтому они такие желанные эти ночи? Только Каминского это положение дел больше не устраивало. Егор решил покончить с этой, как верно выражались моряки «кораблядской» жизнью. С него хватит и морей и железа. Он выплатил свой долг Родине в полной мере. Пора побеспокоиться и о себе. Родина она, конечно, тебя не забудет, но и не вспомнит.
