- Мако, а где у тебя? .. Ух ты, это твоя тётя? - тут же совершенно бесцеремонно затараторила она.
Токико заулыбалась, и Мако ей залюбовалась. Токико была младшей сестрой отца Мако. В этом году ей исполнилось двадцать два, и она очень не любила, когда племянница называла её тётей. Да и в самом деле, с их разницей в возрасте всего семь лет То-тян могла быть просто старшей сестрой для Макото. До знакомства с девочками Мако бывало по полгода жила у То-тян в Асии, но потом ей стало как-то некогда. И тогда Токико начала приезжать к племяннице сама. Регулярно, почти каждую неделю, на выходные. Несмотря на то, что всегда очень много работала…Когда из-за слёз дорога стала не видна, Мако остановилась. Слёзы текли, не собираясь иссякать. Стоя на дороге, далеко от нового сияющего Токио, она стояла и плакала, не в силах справиться со своим горем. А ведь она считала себя сильной, думала, что может справиться со всем. И вот оно всё! Сияющее будущее. А рядом никого!
Конечно, есть девочки, Усаги… Но Мако хотелось ещё хоть раз увидеть То-тян, и…Додумать она не успела. Что-то сильное толкнуло её и уронило на утрамбованную дорожку.
- О боже! Простите! Вы не ушиблись? - Заботливый мужской голос, полный раскаяния. Ещё не открывая глаз, Мако решила отшить этого нечаянного кавалера. Но ей не хотелось ругаться. Не хотелось омрачать воспоминания о То-тян банальной ссорой с незнакомцем.
- Вы разбили колено. - Тёплые руки коснулись голой ноги Мако. - Я сейчас…
- Не надо, - поспешно отказалась она, отталкивая незнакомца и открывая глаза. - Мне поможет…
- Сейлормеркури? - улыбаясь, продолжил вопросом красивый мужчина в майке и военных брюках, с гривой каштановых волос и смешливыми чайными глазами. - Лейб-медик Их Величеств?
- Да, - прошептала Мако, чувствуя головокружение. Наверное, она всё-таки переусердствовала с тренировками.
- Не стоит слишком долго ждать. Я тоже могу помочь вам. - Рука мужчины зависла в паре сантиметров над страшной ссадиной, а он сам склонил голову и что-то прошептал. Мягкий зелёный свет согрел Мако и в несколько мгновений исцелил разбитое в кровь колено.
- Как вам это удалось? - потрясённо спросила Мако, безропотно принимая помощь и поднимаясь на ноги. Мужчина оказался выше её на целую голову.
- Ну, как сказать? - Ей понравилось, как он улыбается. - У меня есть некоторые свои скрытые таланты…
- А откуда вы знаете о…
- Сейлормеркури? - Мужчина снова улыбнулся.
- Просто. Как можно не знать четырёх СейлорХранителей Королевы?
С необычайной яркостью Мако вспомнился залитый солнцем идеально чистый город, горожане, обступившие и не пускающие во дворец четырёх воинов и Мамору с Усаги на руках.
- Да уж. Всем потребовалась всего неделя, чтобы нас запомнить! - сердито проговорила она, мгновенно теряя возникшую к незнакомцу симпатию. Вырвав свою ладонь из рук мужчины, Мако хотела уйти. Ей никогда не нравилось лицемерие.
Но её остановили. Тот, от кого она пыталась уйти, грубо развернув, прижался к её губам в поцелуе.
- Прошу прощения, - извинился он, когда поцелуй кончился, - Но я не мог допустить, чтобы ты ушла, Мако. Не возражай!
А Мако, удерживаемая на ногах только объятиями поцеловавшего её нахала, и не думала возражать. Но не могла не спросить.
- Как тебя зовут?
- Кенджи Кадзава.
- Кенджи? - потрясённо переспросила она. Но имя её любимого из прошлого так не подходило этому красавцу-силачу с каштановой гривой волос и упрямыми чертами лица.
- Друзья иногда зовут меня Неф, как одного из древних египетских царей…
- Правда? - Самой Мако приходил в голову совсем другой вариант объяснения такого оригинального прозвища.
- Может быть, ты не откажешься от чашки горячего шоколада после такой интенсивной тренировки?
- Да, конечно
.Его могли бы звать и Нефритом…
Скучая, Минако перемешивала трубочкой в стакане коктейля кусочки льда, попутно лениво разглядывая лежащую перед ней мангу.«Прекрасный воин в матроске.»
Странно… Их жизнь и запертая в рамочки чёрно-белых рисунков на обычной, но старомодной сейчас, бумаге.
Разочарованной Минако не осталось ничего другого, как уйти. И последние часа три она провела в небольшом кафе на окраине Токио, чем-то напомнившем ей старую Корону. Даже девушка-официантка с коротким рыжим хвостиком похожа на Унадзуки. Только она ничего не знала о Мотоки Фурухата и не имела ни малейшего понятия о том, кто он такой. На вопрос, кто владел этим кафе раньше, Румико попыталась рассказать всю родословную своей семьи. Утомлённая Минако отослала болтливую девчонку и занялась разглядыванием манги.
Она не представляла, кому потребовалось зарисовывать жизнь сейлорсэнси. Хотя, в принципе, здесь было не всё. Всего лишь 13 глав. 13 глав, включивших их жизнь на Луне, первую и последнюю битвы с Металлией и жизнь на Земле. Столько событий и всего 13 глав рисованных картинок…Серебряное тысячелетие. Минако отодвинула бокал в сторону, положив голову на сложенные поверх стола руки, и посмотрела в окно. Это было так давно… Мир, в котором она даже не была Минако, она почти помнила. Не полностью, не чётко. Как сны…Там её звали Энея. А девочек: Герма, Брэна, Марсия. И так же, как принцесса Луны, они любили. Очарованная своим Эндимионом Серенити это не замечала. Но это было. Четыре мужественных генерала Земного Королевства не меньше принца любили прилетать на Луну. Но потом пришла Металлия. И, умирая, королева Серенити пообещала, что серебряный кристалл даст всем новое счастливое будущее. Но в 20 веке их ждали лишь жестокие сражения за Землю с врагами невероятной силы и могущества. Возрождённая Металлия, злобные инопланетяне, приход Мистресс и фараона Найнети, Нехеленния и её мёртвый цирк. А чего стоила им Галаксия?
Минако вздохнула. Одни сражения, и никакого личного счастья. Даже Усаги с Мамору досталось.
И вот, наконец, они здесь, в Хрустальном Токио. Как они сюда попали, Мина не помнила. Смутно, как в тумане, вспоминалась сосущая пустота от известия, что Усаги пропала. Вспоминались перевоплощение и странный бой с кем-то странным на разрушенной площади Серебряного Тысячелетия. А потом… Потом она вместе со всеми проснулась на изумрудном обрыве над Хрустальным Токио.
Плачущая Усаги, умоляющая больше не умирать, тусклый серебряный кристалл, отчуждённые выражения лиц людей, их не знавших…
- Неужели на Королеву Серенити и её венценосного супруга готовится покушение?
Испуганная Минако вскинула голову и выпрямилась. Перед ней с другой стороны столика сидел…
- Кунсайт?!
- Принцесса Энея. - Сереброволосый мужчина, бывший в далёком прошлом одним из генералов Земли, склонил голову в знак приветствия.
- Здесь и сейчас меня зовут Минако Айно.
Кунсайт улыбнулся.
- А меня Эндрю Тэлбот.
- Эндрю?! - поразилась Мина.
Мужчина, сделав знак скучающей у стойки Румико, вновь повернулся к ней.
- Да, - согласился он. - Вынужден признать, слегка необычное для меня имя.
- Я не об этом, - возразила Минако, торопливо хватаясь за мангу и пытаясь скрыть дрожание рук. Эндрю звали её друга, там, в 20-м веке. Откуда Кунсайт мог знать об этом?
- А о чём? - Вопрос бывшего генерала прозвучал вполне невинно. От ответа её спасло появление Румико. Она поставила перед обоими по чашке кофе со сливками, а рядом с чашкой Мины оставила ещё и восхитительное на вид пирожное.
- Я не зака…
- Это заказал я, - объяснил Кунсайт и жестом отослал открывшую было рот Румико.
- Зачем?
- Мне помнится, что принцесса Венеры была жуткой сладкоежкой.
Мина покачала головой.
- Ты ошибаешься. Сладкоежкой была Серенити. А я не любила даже сладкий чай.
Она задумчиво уставилась в бледное от сливок кофе, словно надеясь увидеть там события тех дней. И вздрогнула, когда тёплая мужская рука легла поверх её сжатой на манге ладони.
- Энея? ..
- Она вскинула на него глаза.
- Прости… Минако, почему мы не можем быть вместе?
- Что? ..
- Здесь другое время, здесь больше нет войн. Мы можем больше не сражаться друг против друга.
«Милые мои девочки, будьте счастливы в будущем.»
- Ты пытался убить Серенити, пытался убить Усаги… Раз за разом ты попадал под влияние тёмных сил… Как я могла продолжать любить тебя?! - выкрикнула вдруг Минако против своей воли и испуганно замолчала. В замешательстве она не заметила, как Эндрю пересел за стол рядом с ней. Но почувствовала, как его крепкая рука притянула её к нему…Почувствовав это властное и вместе с тем нежное объятие, Минако вдруг расплакалась. Ужас… А ведь она так гордилась собой. Гордилась тем, что держалась. Держалась даже тогда, когда все остальные ломались. Например, там, в прошлом. Она потеряла всё, что любила: родителей, планету, друзей, свою Принцессу , но не сломалась. А лишь хотела отомстить. Пусть из последних сил, но убить Берилл. А 20-й век? … Только боль и потери. Пришли сюда, а здесь тоже самое… Чужое время, чужой город, чужие лица чужих людей…Она держалась и здесь. Мама и папа, наверно, переродились, им сейчас хорошо. А она… Она на Земле, в счастливом будущем, со своими друзьями и своей Королевой. Всё нормально…Но одно прикосновение Эндрю заставило её вспомнить всё, что забрали у неё годы сражений и войн.
- Не плачь, пожалуйста, - попросил Эндрю, осторожно целуя её мокрые от слёз глаза. - Пожалуйста… Всё кончено. Мы теперь вместе…
- Мина?!
Услышав знакомый голос, Минако обернулась. В дверях кафе стояла Усаги в простом белом сарафанчике. Самая невероятно обычная.
- Мамо-чан, Мина здесь! Девочки, я нашла её, - крикнула она остальным, кого Минако не видела, а сама бросила к ней. - Мина, я так счастлива! - проговорила она, награждая и её, и Эндрю порцией звонких поцелуев.
- Эндимион-сама! - вскрикнул заметно побледневший Кунсайт, увидев Мамору в дверях.
- Просто «Мамору», - смущённо попросил молодой человек.
- А как же ваш титул, ваше величество? - ехидно поинтересовался Нефрит, появляясь следом за Мамору в обнимку со счастливой Макото.
- Точно, точно… - вставила Рэй, со смехом и в шутку отпихивавшая от себя Джедайта.
- А я думаю, что желание Мамору-сама стоит удовлетворить, - деликатно вмешался Зойсайт, отвлекаясь от смущённой Ами. И Минако была уверена, что заняты они были вовсе не научными разговорами.
- Рио, просто «Мамору»! - взмолился молодой Король, пытаясь усадить мечущуюся среди друзей Усаги себе на колени.
Главную церковь Хрустального Токио заливал океан солнечного света. Великолепная церемония, соединившая Короля и Королеву, уже закончилась, и они остались одни в роскошном зале.
- Теперь жених может поцеловать невесту, - повторил Мамору слова священника и, испытывая трепет, наклонился к любимой. Но едва их губы соприкоснулись, свет, ещё более яркий, чем солнечный, озарил внутреннее убранство церкви.
- Ох, - едва слышно выдохнула Усаги, начиная оседать на пол. Мамору с трудом успел подхватить её на руки. А ровный розовый свет уже гас, собираясь в сверкающую звезду на груди девушки.
- Усако, - встревоженно позвал Мамору, вглядываясь в побледневшее лицо жены. Он не знал, что думать. И боялся лишь одного - после всего, что произошло, потерять её.
- Чибиуса… - прошептала она в ответ и, быстро поднявшись, прижалась к нему. - Она…
- Что? Что случилось?
Мамору почувствовал слёзы, текущие по щекам жены, и вдруг понял, что это слёзы радости. Так как в одно мгновение сам ощутил солёных предателей, подступивших к глазам.
- Чибиуса, она жива… Она скоро будет с нами… - услышал он горячий шёпот девушки, и от запоздалого понимания закружилась голова.
Он не решался заговорить об этом. Боялся причинить плохими воспоминаниями боль Усаги. Но сам никогда не забывал видения облака розовой пыли, разлетающейся над пустынной площадью разрушенного Серебряного Тысячелетия – всё, что осталось от его будущей дочери. Да он сам боялся поверить в то, что Тёмная Сенши её не убила. Не хотел узнать, что Усаги винит себя в её смерти. Но вот…
- Я так боялась… Боялась, что её не будет… Что я убила её там, на Луне… Я бы не смогла жить с этим…
Он аккуратно поднял её лицо за подбородок и поцеловал мокрые от слёз глаза.
- Ты никогда не смогла бы убить, под каким бы страшным заклятием ты не находилась.
Усаги смущённо опустила взгляд к изрядно помятому в объятиях свадебному букету.
- Скажи… До тех пор, пока наши обязанности не закончатся, мы будем вместе защищать Землю?
- Конечно, будем, - искренне согласился Мамору.
- И мы… ты и я… всегда будем вместе?
Он кивнул.
- Обещаю, мы всегда будем вместе.
Несколько долгих мгновений она пристально вглядывалась в его лицо, словно искала там следы неискренности, и, не найдя их, заулыбавшись, потянулась к нему за поцелуем.
Уже на выходе из церкви перед тем, как выступить на залитый солнцем порог, она остановилась.
- Я тоже обещаю, - серьёзно начала она, посмотрев на него. - Я обещаю всегда защищать тебя… - Смущённо зарделась и торопливо добавила:
- И всех, кто нам дорог!
Легче ветра она сорвалась со ступенек, чтобы присоединиться к подругам.
- Мамо-тян! - позвала она уже из их окружения.
Он не торопился. Впервые за последние дни, чувствуя невероятные спокойствие и умиротворение. Стоял на ступеньках церкви, смотрел на неё, окружённую ворохом цветочных лепестков, и откровенно любовался.
- Даже если мы когда-нибудь уйдём, - подумал он вдруг, - и новые сейлорвойны - новые звёзды появятся на свете… Но ты, Сейлормун, самая прекрасная звезда, которая будет сиять вечно.
Токико заулыбалась, и Мако ей залюбовалась. Токико была младшей сестрой отца Мако. В этом году ей исполнилось двадцать два, и она очень не любила, когда племянница называла её тётей. Да и в самом деле, с их разницей в возрасте всего семь лет То-тян могла быть просто старшей сестрой для Макото. До знакомства с девочками Мако бывало по полгода жила у То-тян в Асии, но потом ей стало как-то некогда. И тогда Токико начала приезжать к племяннице сама. Регулярно, почти каждую неделю, на выходные. Несмотря на то, что всегда очень много работала…Когда из-за слёз дорога стала не видна, Мако остановилась. Слёзы текли, не собираясь иссякать. Стоя на дороге, далеко от нового сияющего Токио, она стояла и плакала, не в силах справиться со своим горем. А ведь она считала себя сильной, думала, что может справиться со всем. И вот оно всё! Сияющее будущее. А рядом никого!
Конечно, есть девочки, Усаги… Но Мако хотелось ещё хоть раз увидеть То-тян, и…Додумать она не успела. Что-то сильное толкнуло её и уронило на утрамбованную дорожку.
- О боже! Простите! Вы не ушиблись? - Заботливый мужской голос, полный раскаяния. Ещё не открывая глаз, Мако решила отшить этого нечаянного кавалера. Но ей не хотелось ругаться. Не хотелось омрачать воспоминания о То-тян банальной ссорой с незнакомцем.
- Вы разбили колено. - Тёплые руки коснулись голой ноги Мако. - Я сейчас…
- Не надо, - поспешно отказалась она, отталкивая незнакомца и открывая глаза. - Мне поможет…
- Сейлормеркури? - улыбаясь, продолжил вопросом красивый мужчина в майке и военных брюках, с гривой каштановых волос и смешливыми чайными глазами. - Лейб-медик Их Величеств?
- Да, - прошептала Мако, чувствуя головокружение. Наверное, она всё-таки переусердствовала с тренировками.
- Не стоит слишком долго ждать. Я тоже могу помочь вам. - Рука мужчины зависла в паре сантиметров над страшной ссадиной, а он сам склонил голову и что-то прошептал. Мягкий зелёный свет согрел Мако и в несколько мгновений исцелил разбитое в кровь колено.
- Как вам это удалось? - потрясённо спросила Мако, безропотно принимая помощь и поднимаясь на ноги. Мужчина оказался выше её на целую голову.
- Ну, как сказать? - Ей понравилось, как он улыбается. - У меня есть некоторые свои скрытые таланты…
- А откуда вы знаете о…
- Сейлормеркури? - Мужчина снова улыбнулся.
- Просто. Как можно не знать четырёх СейлорХранителей Королевы?
С необычайной яркостью Мако вспомнился залитый солнцем идеально чистый город, горожане, обступившие и не пускающие во дворец четырёх воинов и Мамору с Усаги на руках.
- Да уж. Всем потребовалась всего неделя, чтобы нас запомнить! - сердито проговорила она, мгновенно теряя возникшую к незнакомцу симпатию. Вырвав свою ладонь из рук мужчины, Мако хотела уйти. Ей никогда не нравилось лицемерие.
Но её остановили. Тот, от кого она пыталась уйти, грубо развернув, прижался к её губам в поцелуе.
- Прошу прощения, - извинился он, когда поцелуй кончился, - Но я не мог допустить, чтобы ты ушла, Мако. Не возражай!
А Мако, удерживаемая на ногах только объятиями поцеловавшего её нахала, и не думала возражать. Но не могла не спросить.
- Как тебя зовут?
- Кенджи Кадзава.
- Кенджи? - потрясённо переспросила она. Но имя её любимого из прошлого так не подходило этому красавцу-силачу с каштановой гривой волос и упрямыми чертами лица.
- Друзья иногда зовут меня Неф, как одного из древних египетских царей…
- Правда? - Самой Мако приходил в голову совсем другой вариант объяснения такого оригинального прозвища.
- Может быть, ты не откажешься от чашки горячего шоколада после такой интенсивной тренировки?
- Да, конечно
.Его могли бы звать и Нефритом…
Скучая, Минако перемешивала трубочкой в стакане коктейля кусочки льда, попутно лениво разглядывая лежащую перед ней мангу.«Прекрасный воин в матроске.»
Странно… Их жизнь и запертая в рамочки чёрно-белых рисунков на обычной, но старомодной сейчас, бумаге.
Продавец, который отдал ей этот запылённый томик манги, даже не смог сообразить, что там рассказывается и о ней. Ему не помогло, что лицо СейлорВенеры на обложке было её лицом, одной из четырёх СейлорХранителей НеоКоролевы Серенити. Она попыталась ему указать на похожесть принцессы Серенити и Нео-Королевы Хрустального Токио. Но он лишь кивал головой, соглашаясь, а в его глазах явно читалось сочувствие к помешавшемуся воину Королевы.
Разочарованной Минако не осталось ничего другого, как уйти. И последние часа три она провела в небольшом кафе на окраине Токио, чем-то напомнившем ей старую Корону. Даже девушка-официантка с коротким рыжим хвостиком похожа на Унадзуки. Только она ничего не знала о Мотоки Фурухата и не имела ни малейшего понятия о том, кто он такой. На вопрос, кто владел этим кафе раньше, Румико попыталась рассказать всю родословную своей семьи. Утомлённая Минако отослала болтливую девчонку и занялась разглядыванием манги.
Она не представляла, кому потребовалось зарисовывать жизнь сейлорсэнси. Хотя, в принципе, здесь было не всё. Всего лишь 13 глав. 13 глав, включивших их жизнь на Луне, первую и последнюю битвы с Металлией и жизнь на Земле. Столько событий и всего 13 глав рисованных картинок…Серебряное тысячелетие. Минако отодвинула бокал в сторону, положив голову на сложенные поверх стола руки, и посмотрела в окно. Это было так давно… Мир, в котором она даже не была Минако, она почти помнила. Не полностью, не чётко. Как сны…Там её звали Энея. А девочек: Герма, Брэна, Марсия. И так же, как принцесса Луны, они любили. Очарованная своим Эндимионом Серенити это не замечала. Но это было. Четыре мужественных генерала Земного Королевства не меньше принца любили прилетать на Луну. Но потом пришла Металлия. И, умирая, королева Серенити пообещала, что серебряный кристалл даст всем новое счастливое будущее. Но в 20 веке их ждали лишь жестокие сражения за Землю с врагами невероятной силы и могущества. Возрождённая Металлия, злобные инопланетяне, приход Мистресс и фараона Найнети, Нехеленния и её мёртвый цирк. А чего стоила им Галаксия?
Минако вздохнула. Одни сражения, и никакого личного счастья. Даже Усаги с Мамору досталось.
И вот, наконец, они здесь, в Хрустальном Токио. Как они сюда попали, Мина не помнила. Смутно, как в тумане, вспоминалась сосущая пустота от известия, что Усаги пропала. Вспоминались перевоплощение и странный бой с кем-то странным на разрушенной площади Серебряного Тысячелетия. А потом… Потом она вместе со всеми проснулась на изумрудном обрыве над Хрустальным Токио.
Плачущая Усаги, умоляющая больше не умирать, тусклый серебряный кристалл, отчуждённые выражения лиц людей, их не знавших…
- Неужели на Королеву Серенити и её венценосного супруга готовится покушение?
Испуганная Минако вскинула голову и выпрямилась. Перед ней с другой стороны столика сидел…
- Кунсайт?!
- Принцесса Энея. - Сереброволосый мужчина, бывший в далёком прошлом одним из генералов Земли, склонил голову в знак приветствия.
- Здесь и сейчас меня зовут Минако Айно.
Кунсайт улыбнулся.
- А меня Эндрю Тэлбот.
- Эндрю?! - поразилась Мина.
Мужчина, сделав знак скучающей у стойки Румико, вновь повернулся к ней.
- Да, - согласился он. - Вынужден признать, слегка необычное для меня имя.
- Я не об этом, - возразила Минако, торопливо хватаясь за мангу и пытаясь скрыть дрожание рук. Эндрю звали её друга, там, в 20-м веке. Откуда Кунсайт мог знать об этом?
- А о чём? - Вопрос бывшего генерала прозвучал вполне невинно. От ответа её спасло появление Румико. Она поставила перед обоими по чашке кофе со сливками, а рядом с чашкой Мины оставила ещё и восхитительное на вид пирожное.
- Я не зака…
- Это заказал я, - объяснил Кунсайт и жестом отослал открывшую было рот Румико.
- Зачем?
- Мне помнится, что принцесса Венеры была жуткой сладкоежкой.
Мина покачала головой.
- Ты ошибаешься. Сладкоежкой была Серенити. А я не любила даже сладкий чай.
Она задумчиво уставилась в бледное от сливок кофе, словно надеясь увидеть там события тех дней. И вздрогнула, когда тёплая мужская рука легла поверх её сжатой на манге ладони.
- Энея? ..
- Она вскинула на него глаза.
- Прости… Минако, почему мы не можем быть вместе?
- Что? ..
- Здесь другое время, здесь больше нет войн. Мы можем больше не сражаться друг против друга.
«Милые мои девочки, будьте счастливы в будущем.»
- Ты пытался убить Серенити, пытался убить Усаги… Раз за разом ты попадал под влияние тёмных сил… Как я могла продолжать любить тебя?! - выкрикнула вдруг Минако против своей воли и испуганно замолчала. В замешательстве она не заметила, как Эндрю пересел за стол рядом с ней. Но почувствовала, как его крепкая рука притянула её к нему…Почувствовав это властное и вместе с тем нежное объятие, Минако вдруг расплакалась. Ужас… А ведь она так гордилась собой. Гордилась тем, что держалась. Держалась даже тогда, когда все остальные ломались. Например, там, в прошлом. Она потеряла всё, что любила: родителей, планету, друзей, свою Принцессу , но не сломалась. А лишь хотела отомстить. Пусть из последних сил, но убить Берилл. А 20-й век? … Только боль и потери. Пришли сюда, а здесь тоже самое… Чужое время, чужой город, чужие лица чужих людей…Она держалась и здесь. Мама и папа, наверно, переродились, им сейчас хорошо. А она… Она на Земле, в счастливом будущем, со своими друзьями и своей Королевой. Всё нормально…Но одно прикосновение Эндрю заставило её вспомнить всё, что забрали у неё годы сражений и войн.
- Не плачь, пожалуйста, - попросил Эндрю, осторожно целуя её мокрые от слёз глаза. - Пожалуйста… Всё кончено. Мы теперь вместе…
- Мина?!
Услышав знакомый голос, Минако обернулась. В дверях кафе стояла Усаги в простом белом сарафанчике. Самая невероятно обычная.
- Мамо-чан, Мина здесь! Девочки, я нашла её, - крикнула она остальным, кого Минако не видела, а сама бросила к ней. - Мина, я так счастлива! - проговорила она, награждая и её, и Эндрю порцией звонких поцелуев.
- Эндимион-сама! - вскрикнул заметно побледневший Кунсайт, увидев Мамору в дверях.
- Просто «Мамору», - смущённо попросил молодой человек.
- А как же ваш титул, ваше величество? - ехидно поинтересовался Нефрит, появляясь следом за Мамору в обнимку со счастливой Макото.
- Точно, точно… - вставила Рэй, со смехом и в шутку отпихивавшая от себя Джедайта.
- А я думаю, что желание Мамору-сама стоит удовлетворить, - деликатно вмешался Зойсайт, отвлекаясь от смущённой Ами. И Минако была уверена, что заняты они были вовсе не научными разговорами.
- Рио, просто «Мамору»! - взмолился молодой Король, пытаясь усадить мечущуюся среди друзей Усаги себе на колени.
Главную церковь Хрустального Токио заливал океан солнечного света. Великолепная церемония, соединившая Короля и Королеву, уже закончилась, и они остались одни в роскошном зале.
- Теперь жених может поцеловать невесту, - повторил Мамору слова священника и, испытывая трепет, наклонился к любимой. Но едва их губы соприкоснулись, свет, ещё более яркий, чем солнечный, озарил внутреннее убранство церкви.
- Ох, - едва слышно выдохнула Усаги, начиная оседать на пол. Мамору с трудом успел подхватить её на руки. А ровный розовый свет уже гас, собираясь в сверкающую звезду на груди девушки.
- Усако, - встревоженно позвал Мамору, вглядываясь в побледневшее лицо жены. Он не знал, что думать. И боялся лишь одного - после всего, что произошло, потерять её.
- Чибиуса… - прошептала она в ответ и, быстро поднявшись, прижалась к нему. - Она…
- Что? Что случилось?
Мамору почувствовал слёзы, текущие по щекам жены, и вдруг понял, что это слёзы радости. Так как в одно мгновение сам ощутил солёных предателей, подступивших к глазам.
- Чибиуса, она жива… Она скоро будет с нами… - услышал он горячий шёпот девушки, и от запоздалого понимания закружилась голова.
Он не решался заговорить об этом. Боялся причинить плохими воспоминаниями боль Усаги. Но сам никогда не забывал видения облака розовой пыли, разлетающейся над пустынной площадью разрушенного Серебряного Тысячелетия – всё, что осталось от его будущей дочери. Да он сам боялся поверить в то, что Тёмная Сенши её не убила. Не хотел узнать, что Усаги винит себя в её смерти. Но вот…
- Я так боялась… Боялась, что её не будет… Что я убила её там, на Луне… Я бы не смогла жить с этим…
Он аккуратно поднял её лицо за подбородок и поцеловал мокрые от слёз глаза.
- Ты никогда не смогла бы убить, под каким бы страшным заклятием ты не находилась.
Усаги смущённо опустила взгляд к изрядно помятому в объятиях свадебному букету.
- Скажи… До тех пор, пока наши обязанности не закончатся, мы будем вместе защищать Землю?
- Конечно, будем, - искренне согласился Мамору.
- И мы… ты и я… всегда будем вместе?
Он кивнул.
- Обещаю, мы всегда будем вместе.
Несколько долгих мгновений она пристально вглядывалась в его лицо, словно искала там следы неискренности, и, не найдя их, заулыбавшись, потянулась к нему за поцелуем.
Уже на выходе из церкви перед тем, как выступить на залитый солнцем порог, она остановилась.
- Я тоже обещаю, - серьёзно начала она, посмотрев на него. - Я обещаю всегда защищать тебя… - Смущённо зарделась и торопливо добавила:
- И всех, кто нам дорог!
Легче ветра она сорвалась со ступенек, чтобы присоединиться к подругам.
- Мамо-тян! - позвала она уже из их окружения.
Он не торопился. Впервые за последние дни, чувствуя невероятные спокойствие и умиротворение. Стоял на ступеньках церкви, смотрел на неё, окружённую ворохом цветочных лепестков, и откровенно любовался.
- Даже если мы когда-нибудь уйдём, - подумал он вдруг, - и новые сейлорвойны - новые звёзды появятся на свете… Но ты, Сейлормун, самая прекрасная звезда, которая будет сиять вечно.
