- …Герцог Дармоншир присоединился к своей армии, - докладывал Стрелковский королеве, - по нашим прогнозам, основное столкновение с противником, окопавшимся между герцогством и столицей в графстве Нестингер, произойдет через семь-десять дней, максимум – через две недели. По данным наших агентов и анализу спутниковых снимков, командующий иномирян продолжает создание широкой полосы укреплений и накопил в графстве огромное количество инсектоидов и войск, почти в три раза превышающее дармонширскую армию. Конкретные цифры в аналитической записке, - он кивнул на папку, лежащую перед Василиной. - При худшем сценарии, если войска герцога потерпят поражение (а аналитики службы внешней разведки говорят, что вероятность этого высока, особенно если врагу удастся нейтрализовать самого Дармоншира), в течение месяца следует ждать продвижения иномирянской армии со стороны Инляндии к Иоаннесбургу и открытия третьего фронта на западе Центра Рудлога.
- Военная разведка согласна с этими прогнозами, - поддержал Стрелковского министр обороны. – Дармонширская армия крепко сбита, имеет огромный боевой опыт и мотивацию, существенную магическую поддержку, поддержку берманских и эмиратских подразделение. Но в воздухе по-прежнему доминируют иномиряне, и дармонширцам, как и раньше, остро не хватает артиллерии и боеприпасов, несмотря на существенную берманскую помощь.
- Геннадий Иванович, но мы ведь ранее предполагали отправить Дармонширу подкрепление в размере… - Василина полистала свои записи, - … двадцати тысяч пехоты и сотни орудий. Но это было до Угорского котла, в котором мы понесли огромные потери. Есть ли сейчас такая возможность?
- Нет, но мы ее изыщем, ваше величество, - пообещал министр Лосев. - Дармоншир фактически уже несколько месяцев прикрывает наши западные границы и не дает иномирянам осложнить нам обстановку в центре. Нам разумнее сейчас усилить его армию несколькими батальонами и помочь победить, чем потом терять сотни тысяч солдат на границе с Инляндией…
- …Генерал Тенш-мин движется к столице страны, называемой Рудлог, мой повелитель, и припадает к твоим стопам, умоляя простить его за сына, проигравшего свою битву и не сумевшего захватить отведенные ему земли от гор до моря. Тенш-мин целует край твоих одежд и нижайше просит простить его за то, что не дошел еще до столицы: страна очень большая, и нужны декады декад, чтобы пересечь ее. Но он придумал хитрость: тайно отправляет вперед, к городу колдуньи-правительницы отряды норов на раньярах с манками, которые прячутся в лесах, а в вновь захваченных городах накапливает тха-охонгов и умелых наемников. В условленное время каждый лазутчик призовет по три тха-охонга с десятком воинов на каждом, а внезапной атаки сотен тха-охонгов хватит, чтобы пройти по улицам столицы до дворца колдуньи и свергнуть ее…
- …Основная причина больших потерь наших войск под Угорьем и в целом на Юге – это постоянно восполняемое поголовье тха-охонгов, - докладывал королеве министр обороны Лосев. – В местах боев обнаружено большое количество так называемых манков, уже треснувших и непригодных для вызова новых инсектоидов. Возможно, их разбивали специально, чтобы они не достались нашей армии. Хорошо, что счет манков идет на сотни, а не на тысячи. Способность тха-охонгов перемещаться, их убойность и время, которое нужно затратить на их уничтожение, играют против нас, и пока нам нечего этому серьезно противопоставить. Благо, благодаря работе с пленными в ведомстве полковника Тандаджи мы уже знаем, что один манок способен приманить не более трех инсектоидов.
Василина взглянула на начальника внутренней разведки.
- Эту информацию удалось получить недавно, - объяснил он ровно. - Простые пленные наемники невежественны и не имеют представления о работе иномирянских артефактов. Но на Севере удалось захватить высокопоставленного тха-нора, с которым работает наш специалист-психолог. Помощница Игоря Ивановича, - он едва заметно повел головой в сторону Стрелковского, - капитан Дробжек.
Василина кивнула, показав, что вспомнила, о ком речь.
- Ей удалось вывести его на сотрудничество, - продолжал Тандаджи, - и он стал важным источником информации. Оказалось, что манки – это гортанные выросты самок тха-охонгов, и их не так много, потому что самок берегут на размножение и убивают для изъятия манков тогда, когда они уже неспособны на откладывание яиц. От использования на воздухе манок приходит в негодность – в гортани он постоянно смачивается слизью, а вне ее способен сработать три, максимум, четыре раза.
- Но и этого много, - мрачно заметил Байдек.
Прода от 24.09.2020, 20:12
- Также самки тха-охонгов помечают свой «гарем» - партнеров специальным секретом, чтобы на их призыв отзывались только самцы их стаи. Этот секрет тоже изымается после убоя и используются для направленного призыва – таким образом можно призвать конкретного инсектоида. С десятком бойцов верхом, например.
- Или любым другим грузом. Оружием. Взрывчаткой, - добавил Стрелковский.
- Именно, - согласился Тандаджи. Видно было, что они это уже обсуждали. – Добавьте сюда сведения, что в ближайших к нам захваченных городах накапливаются отряды наемников на тха-охонгах. И информацию от жителей деревень по нашу сторону фронта, которые несколько раз ночами слышали шум единичных раньяров, направляющихся в сторону столицы. Вывод неутешителен.
- Нападение на столицу? – Мариан подобрался, похолодел: Василина еще до того, как повернулась, почувствовала от него волну животной агрессии и желание прямо сейчас схватить ее и унести подальше. Глаза его пожелтели, но Байдек тут же рвано выдохнул, опустив голову, а когда поднял ее – цвет радужек снова был привычно-синим.
- Возможно, - сухо отозвался Тандаджи. – Мы ищем раньяров, но, скорее всего, днем их скрывают в лесах. Не исключено, что стрекозы просто забросили ближе к Иоаннесбургу диверсантов в туринской одежде и вернулись обратно. Мы разрабатываем все варианты: диверсии на военных заводах, захват заложников, просто разведка. В том числе и формирование ударного кулака для нападения на Иоаннесбург.
- Я считаю последнюю версию крайне вероятной, - проговорил министр обороны. – Мы, имея подобный убойный ресурс со способностью к телепортации, безусловно использовали бы его для преодоления линий обороны и захвата столицы и правителя. Поэтому мы сейчас активно наращиваем контингент в Иоаннесбурге, оборудуем дополнительные точки обороны, проводим среди граждан учения по эвакуации. Но в городе мы ограничены в использовании артиллерии и минных заграждений, которые крайне эффективны против инсектоидов. Если на улицах возникнут сотни тха-охонгов с наемниками, то здесь, несмотря на все приготовления, наступит хаос. И пусть щиты дворца непроницаемы – ни Рибенштадт, ни Лаунвайт это не спасло.
- Но у них не было огнедухов, - медленно сказал Байдек. – Марина Дармоншир с помощью огнедухов смогла отстоять свой замок. И в Угорье огнедухи сыграли свою роль. А у нас при казармах их почти три десятка. Фактически они сами привязались к дворцу.
- И, если верить Яснице, они вполне способны несколько часов провести вне места привязки, - добавила Василина.
- Я слышал о ваших подопечных, ваше высочество, - признал министр обороны, - но насколько они управляемы? Способны ли действовать организованно, подчиняться командирам и выполнять приказы?
- Я позабочусь об этом, - пообещал принц-консорт.
…Мой повелитель! Победоносный генерал Манк-Теш, завоевавший для тебя страну, называемую Блакорией, воссоединился с войсками Виса-асха, и сообщает, что готов сделать то, что не сделал Виса-асх и захватить те земли Рудлога, которые потерял он. Если велишь, он пойдет в наступление во славу твою.
- Передай Манк-Тешу, что он радует меня, - проговорил император, одобрительно улыбаясь, - и в ближайшие декады, после того, как откроются все врата и боги выйдут в новый мир, у него будет возможность вернуть земли, утерянные Виса-асхом. Но до тех пор его дело – охранять врата в Блакории пуще своего сердца. Ни одни врата больше не должны быть закрыты, ни через одни сюда не должны пройти вражеские солдаты…
Тха-норы, стоявшие у стен шатра, склонили головы, поглядывая на пожилого и угрюмого генерала Тмир-вана, который, как и все военачальники, сидел перед троном Итхир-Каса, скрестив ноги и положив ладонь на меч в знак готовности пойти в бой. Именно через врата, охраняемые его войсками, на Лортах пришел красноволосый колдун, которого не смогли поймать до сих пор.
Генерала Итхир-кас не тронул, но память ему вывернул, чтобы посмотреть на того, кто смог обойти старого генерала и тысячи его наемников. Увиденное и стало причиной того, что Тмир-ван остался невредим. Итхир-Кас искусно владел мечом, до сих пор мог выйти на поединок против пятерых воинов, но красноволосый чужак был стремительнее и смертоноснее молнии, а что люди могут против молнии?
- Я не велю Манк-Тешу стоять на месте, - добавил император, - если враг побежит, то нужно идти следом и душить его, но и ослаблять себя, растягивая армию для наступления не нужно. Удержит страну Блакория до прихода наших богов в новый мир – станет ее наместником до конца жизни своей…
- …Пусть Север сейчас очищен от врагов, моя госпожа, - говорил министр обороны Лосев, - но нам жизненно важно блокировать иномирянские войска в Блакории, а лучше – быстро продавить их к побережью, освободив Рибенштадт, и разбить. Да, после разгрома Виса-асха на Севере сформирована мощнейшая рудложско-бермонтская армейская группировка, но наши тылы со стороны Лесовины фактически обнажены. Если верно то, что сказал вам император Хань Ши, и в провинции Сейсянь будет открыт следующий портал, то при поражении Йеллоувиня мы рискуем получить еще один фронт, а затем и клещи. Иномирянам будет проще обойти горы и напасть на нас, чем лезть в Бермонт.
- Я доверяю вашим решениям, Геннадий Иванович, - устало сказала Василина, - поэтому поступайте так, как считаете нужным. В любом случае, полагаю, война закончится либо с открытием последних двух порталов и выходом иномирянских богов, либо с возвращением моей сестры и ее спутников. Как жаль, что у нас нет второго Четерии, который мог бы пройти сквозь портал и передать им информацию, - повторила она мысли из недавней переписки с Ангелиной.
- Владыке Четерии известно о планах Свидерского по созданию прорывного отряда, - напомнил Тандаджи, - поэтому они знают, что мы постараемся их встретить и пробить им путь. Что касается оперативной связи, то мы работаем над этим, моя госпожа, с того самого момента, как стало известно, что Матвей Ситников имеет ментальную связь с вашей сестрой. Но, увы, пока результатов нет, поэтому информировать не о чем. Могу, если угодно, обозначить направления работы.
Василина взглянула на часы и, стараясь, чтобы голос не дрожал от сочувствия, проговорила:
- Время еще есть. Слушаем вас, полковник.
Тандаджи равнодушно кивнул.
- Мы работаем совместно со Свидерским. Также привлекались специалисты из МагКоллегии. Во-первых, к Ситникову приставлен менталист: мы предположили, что при ментальном «подключении» к его снам удастся передать какие-то образы ее высочеству Алине-Иоанне. Но, к сожалению, в присутствии менталиста Ситников не видит Лортах. Мы проверяли несколько ночей, и подряд и вразнобой. Но попыток не оставляем, пробуем разные варианты.
- А во-вторых? – поторопила его Василина.
- Из допросов Львовского, темного, который покушался на вас в лазарете, стало известно, что часть потомков Жреца несколько недель назад внезапно обрела способность в снах видеть Нижний мир, глазами своих дар-тени, находящихся там… дар-тени это половинки потомков Жреца, - объяснил он для тех, кто был не в курсе. - Они находятся и там и здесь, как принцесса Алина находится одновременно в двух мирах.
Его слушали внимательно.
- По словам Львовского, небольшая часть дар-тени в Нижнем мире тоже видят сны про Туру, и помнят то, что происходит здесь с их человеческими половинками. Он сам все помнит и здесь, и на Лортахе.
- То есть мы можем через того же Львовского или кого-то из темных связаться с Алиной? – неверяще спросила королева. – Это же прекрасно!
- Теоретически, - сухо ответил Тандаджи. – Но напомню, что Лортах – это огромный мир, ваше величество. На практике все дар-тери сейчас находятся у моря, в одной стороне Нижнего мира, в убежищах под защитой Жреца, а равнина с лагерем императорской армии и порталами - так далеко от них, что даже лететь туда на крыльях не меньше месяца, а то и полутора. Которых у нас нет.
- Если верить Львовскому, - заметил Мариан, который темного за покушение на супругу считал не менее достойным казни, чем Черныша.
- Мы, естественно, перепроверили его слова, - невозмутимо проговорил Тандаджи, - опросив под клятву о неразглашении лояльных темных. Этим же занимались люди Его Священства, инспекторы МагКонтроля и Свидерский – у него есть знакомые на побережье, в монастыре Триединого, где находилась ее высочество Алина. Все, кто видят сны о Нижнем мире, подтверждают информацию Львовского. Они растеряны, они шокированы, но готовы помогать. В убежищах на Лортахе уже сформировались несколько отрядов, которые выдвинулись к границам защиты Жреца и ждут нашей команды, чтобы преодолеть ее. Они предлагают напасть на одну из лорташских крепостей, захватить несколько раньяров и полететь к равнине на них – это будет гораздо быстрее. Хотя никто не гарантирует, что их не захватят по пути и что они сумеют найти в лесах у равнины ее величество Алину со спутниками.
- Все равно это же хорошие новости, - тихо сказала королева. – Разве нет? Почему вы сказали, что результатов нет, полковник?
- Боюсь, у полковника есть «но», - заметил Байдек.
- Совершенно верно, - подтвердил Тандаджи. – Мы знаем, что в том мире боги очень активны. И знаем, что защита Жреца скрывает мысли и присутствие ее высочества Алины и лорда Тротта от внимания чужих богов.
На лицах участников совещания появилось понимание. Василина, тоже все поняв, с сожалением поджала губы.
- Пока дар-тени находятся под щитом Жреца, их помыслы богам неведомы. Не подставим ли мы под удар вашу сестру и спутников, согласившись на то, чтобы дар-тени со знанием, где их искать, вышли из-под защиты? При нападении на крепость их обязательно заметят.
- Нельзя рисковать, - проговорил Мариан.
- Нельзя, - тяжело согласилась Василина.
- Поэтому дар-тени ждут, - подытожил Тандаджи. - Но мы ищем варианты, ваше величество. Например, арестованный Львовский – сильный менталист. И темный, который имеет связь с Лортахом. Он готов сотрудничать, и мы продумываем способ безопасно доставить его к Ситникову. Возможно, ему удастся поработать с ним во сне. Но проблема в том, что я ему не доверяю. Однако в бункере нашего управления содержится еще один сильный темный, возможно, удастся склонить к сотрудничеству его – он не агрессивен, но отказывается говорить. Пока это все детали, которыми я бы не хотел вас утомлять. К сожалению, как я и сказал, результата нет.
Когда совещание закончилось, королева попросила Тандаджи задержаться – и он остался стоять у двери, недвижимый и монолитный, как кусок холодного камня.
