– Интересный и очень выигрышный ход, – прищурился Нор. – Наверняка Индия не полезет в их свару, хоть индусы не будут в восторге от такого соседа. Но война имеет смысл только в случае уничтожения население Пакистана или изгнания его в соседние страны. Наверное, китайцы и воевать пустят не кадровую армию, а наспех обученных новобранцев?
– В Генштабе так и полагают, – подтвердила Люда. – Их мобилизационные возможности огромны, а численность населения зашкаливает. Такая война могла бы немного её сократить. После захвата Пакистана придёт очередь Афганистана. Там больше половины территории занимают горы, но есть немало полезного, а всякое сопротивление задавят численностью.
– Ладно, оставим геополитику и перейдём к вашим делам, – сказал Нор. – Что нового накопали учёные?
– Это ты спрашивай Александру, – ответила Люда, – а я с ними не общаюсь. Но ты мне напомнил... Это идёт под грифом «совершенно секретно», но у вас есть допуск, а девочки ничего не поймут.
– Я не девочка! – вздёрнула подбородок Лона.
– Конечно, – согласилась Люда, – я обобщила. Так вот, наши умники открыли какой-то пространственный резонанс. Я не знаю, что это такое, но в радиусе ста метров от резонатора не только гибнет всё живое, включая микроорганизмы, но расползается плоть. Я не была на испытаниях и видела только фотографии, но говорят, что даже военных проняло. Принято решение на участках, удобных для переброски войск с территории Китая, в дополнение к минным полям установить цепочки резонаторов. Они довольно просто устроены, и это будет несложно сделать.
– Они когда-нибудь выдумают на нашу голову такую дрянь, что не будем знать куда деваться! – сказала Ольга. – С гиперпространством так и не разобрались?
– Определили, что мешало, – ответила Люда. – Только эта канитель будет год или два, поэтому к Марсу полетим обычным способом. Космолёт уже готов и сейчас всё проверяют. Потом его передадут Роскосмосу.
– И что ещё? – спросила Ольга. – Всех интересует, когда будут давно обещанные электромобили.
– Не так уж и давно их обещали. Крупные производители легковых автомобилей приняли наши предложения, получили техническую документацию и начали подготовку производства. С нашей стороны не будет задержек в поставках генераторов. Наверное, через полгода начнут выпуск. Всего будут три модели. А грузовые машины и автобусы на электротяге уже выпускают. Из средств транспорта сами будем производить только лёгкий двухместный вертолёт. Он будет действительно очень лёгкий, поэтому хватило двух генераторов по тридцать киловатт. Это для сельских районов, где плохо с дорогами. Очень высоко и быстро летать не сможет, но это и не требуется. Вообще же, с подачи НТЦ нашими КБ каждый месяц разрабатываются с полсотни новых изделий. Сами мы все производить не можем из-за отсутствия свободных мощностей, поэтому запускаем в производство только самые интересные новинки и те, которые содержат секретные технологии, а остальное предлагаем желающим. Конечно, это делается не безвозмездно. Да, ещё изобрели что-то вроде полупроводников, но совсем других. Это я слышала краем уха и ничего толком не знаю. Могу рассказать о плитах.
– А что о них рассказывать? – не понял Нор.
– Мы заложили третий завод по их изготовлению, – объяснила Люда, – и плиты предполагается делать больших размеров и толще. Корпорация передала нашу технологию заводу «Керабуд», который тоже будет строить цеха. Это строительство финансирует государство. Плит нужно не много, а очень много. Нужно менять самолёты на дископланы, а у каждого выхлоп плазмы в десять раз сильнее, чем у космолёта, да и нагрузка на взлётно-посадочную полосу намного больше. Из новороссийского порта начали отправлять плиты в те страны, с которыми заключены соглашения о строительстве аэропортов для наших дископланов. Я думаю, что скоро и мировая авиация будет заменяться нашими аппаратами. Пока мы делаем их для себя, но лет через десять обеспечим свои потребности.
– Отдавать в чужие руки технологию плазмы и гиперперехода? – удивилась Ольга. – В правлении сошли с ума?
– Не бойся, – засмеялась Люда, – к блокам генератора перехода и плазмы не будет доступа, а любая попытка их вскрыть окончится плохо: вместо дископлана останется никому не нужный хлам.
– Ты счастлива? – спросила Ольга.
– Ну ты и спросила, подруга! – удивилась Люда. – Я сама давно не задавалась таким вопросом. Вот отец точно счастлив. Дочь стала крутым менеджером и заменила ему сына, а молодая жена скоро родит ребёнка. А я пока могу сказать, что довольна работой и материальной стороной жизни. Друзьями, кроме вас и наших студентов, не обзавелась, но вы появляетесь редко, а у них учёба и свои семьи. А с мужем плохо: пока никого нет даже в проекте. Ничего: какие мои годы!
– Ну что, девушки, – обратилась Ольга к сёстрам. – Что-нибудь поняли?
– Я – ничего, – помотала головой Ольма. – Давайте лучше посмотрим мультик.
– Вы были правы, – призналась Лона. – Я тоже поняла очень мало, но хоть посидела с вами.
В небольшом кабинете, заставленном тяжёлой старинной мебелью, беседовали двое. Они сидели за письменным столом на мягких стульях с высокими спинками и в перерывах между репликами затягивались сигарами. Хоть эти двое было стопроцентными англичанами, обсуждались типично русские вопросы: кто виноват и что делать. Первый вопрос они уже обсудили и сейчас перешли ко второму. Нам неизвестны их имена, поэтому джентльмена с густыми седыми усами будем называть усатым, а того, который сильно облысел, – лысым. Это не очень уважительно по отношению к порядочным людям, но собравшимся за этим столом было незнакомо такое понятие, как порядочность.
– Развал США – дело нескольких месяцев, – говорил усатый. – Мы попытаемся перехватить часть их вооружений, но из-за этой сволочи Берри Уайта и его сокращений там уже мало что осталось. И Джон Кокс ничем не лучше!
– Вы к ним несправедливы, – возразил лысый. – Армия разваливалась на глазах, и ситуация с флотом была не лучше. Если бы они не пошли по пути сокращений, не осталось бы и того, что есть сейчас. Авианосцы не нужны, тем более без палубной авиации, которой на них уже нет, а вот три подводных лодки с баллистическими ракетами нам должны перегнать. Остальное проблематично. Сейчас трудно предположить, что там будет твориться.
– Ладно, перейдём от Америки к Европе, – сказал усатый. – НАТО мертво, а в Европе нет силы, которая могла бы противостоять русским. Есть Китай, но он нацелился не на север, а на юг. И что мы имеем?
– Советский Союз тоже не могли победить в лоб, – заметил лысый, – но стоило поработать с частью его элиты, и он рухнул сам. Сейчас нужно применить что-нибудь подобное. Президент не пойдёт на уступки. Он окружил себя преданными людьми и почти не вылетает в другие страны, а если это делает, то под охраной космолётов. А на месте прибытия охраняют так, что не подберётся даже смертник.
– Он не идиот, чтобы идти на уступки, если через десять лет Россия во всех отношениях станет первой державой мира, – сказал усатый, – но ему осталось быть у власти только год.
– Президента переизберут на второй срок, – сказал лысый, выпустив к потолку клуб дыма. – Его не очень любят, но признают заслуги. К тому же в России нет ни одной достаточно популярной и не скомпрометировавшей себя фигуры, и мы не успеем приготовить её за год. В случае с Советским Союзом людей готовили лет десять. А после его второго срока президентом станет Ковалёва. Мои аналитики единогласно утверждают, что это уже решённый вопрос. Ей не просто доверяют, её любит восемьдесят процентов населения. И по мере роста их успехов и увеличения числа целителей это число будет только расти. А после её прихода к власти, нам останется смириться с новым мировым порядком.
– Значит, её нужно убрать! – заявил усатый. – А заодно попробовать то же сделать с президентом и подыскать им замену. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше! Сейчас в России в высших эшелонах власти на все ключевые места ставятся такие люди, что приход президента вроде Ельцина мало что изменит. Если он начнёт разваливать армию и проводить разрушительную политику, они сами его уберут. Устроить инфаркт плёвое дело.
– Вот и займитесь хотя бы Ковалёвой, – предложил лысый. – Посёлок, в котором она живёт с мужем, охраняют полсотни бойцов с лёгким стрелковым вооружением. Пусть они оптимизированы, но группа хорошо вооруженных профессионалов сможет прорваться. Только это должны быть не наши люди. Их придётся там бросить, поэтому никто не должен знать даже имени нанимателя. Если узнают, что спецслужбы Англии ликвидировали Ковалёвых, нам объявят войну. Наши ракеты им на один зуб, а Англию захватят максимум за три дня. И никто из наших союзников даже не пикнет, тем более, что мы сами дали русским повод. Наймите американцев. Если поискать, можно найти парней из «Дельты», «морских котиков» или других ухорезов. Наберите их с сотню. Всем надо сделать паспорта граждан разных стран, а потом переправить в Россию. Сейчас с этим нет сложностей. Русские только следят, чтобы такие визитёры не задерживались больше тридцати дней. У нас остались свои люди среди российских бизнесменов, поэтому будет не очень сложно переправить оружие. Только там должно быть и что-нибудь мощнее автоматов.
– Вы мне ещё напомните, чтобы я не забыл о бронежилетах, – недовольно сказал усатый. – Это трудное дело, но Ковалёву мы уберём. А вы займитесь остальным.
– С этим закончили, – подвёл итог лысый. – Теперь поговорим о золоте. Так и не выяснили, куда девалось то, которое было в хранилище Федерального резерва? Меня интересует остаток на момент отказа от обязательств по доллару. Часть вывезли раньше, но куда делось остальное? Доподлинно известно, что сейчас там ничего нет.
– Пока никаких следов, – сказал усатый, – но мои люди работают. Сейчас золота продают мало, а в самих Штатах его продавать глупо. В Канаде было несколько продаж. Самое интересное, что золото продавал мелкий бизнесмен, у которого его не могло быть в таком количестве. Наверняка это подставное лицо. Я распорядился, чтобы его проверили.
– Да, это может быть следом, – кивнул лысый. – Постарайтесь выйти на остальное. Во время кризиса Банку Англии пришлось сильно опустошить свои хранилища, так что американское золото было бы кстати.
– Если мы всё обсудили, то я, пожалуй, поеду, – сказал усатый, бросая в пепельницу остатки сигары. – Сегодня же вызову нужных людей и дам поручения. Я думаю, что мы уложимся в два месяца.
– Раздевайтесь, – сказал Егор. – Вы как снеговики. Давайте помогу отряхнуть снег.
– На улице новогодняя погода, – засмеялся Нор. – Снег идёт – мама не горюй! Хорошо, что нет ветра, а то пилот отказался бы нас везти. Сели возле дороги, но пока дошли...
– Давайте сюда внука, – потребовал Егор. – Олежка, хочешь к дедушке? А эти две юные красавицы и есть твои сёстры? Проходите в гостиную. У нас там такая ёлка, что ахнете, да и стол уже готов. А Саша с Верочкой сейчас придут. Они гуляют и уже вот-вот должны вернуться.
Все вошли в гостиную, где стояла действительно очень красивая ёлка, богато украшенная игрушками и гирляндами.
– Мы тоже поставили ёлку, – сказала Ольга, – только поменьше. Девушкам понравилась.
«Девушки», которые сегодня после долгих уговоров в первый раз надели шерстяные платья с короткими подолами, стеснялись своих голых ног и старались прикрыть их руками. Пример Ольги, на которой была более короткая юбка, действовал слабо. Дома они по большей части ходили в халатах и только иногда надевали брюки. По фильмам знали здешние моды и обычаи в отношении одежды, но вколоченные в родном мире нормы морали мешали безоговорочно их принять. Ольга поработала с внешностью сестёр. С Лоной возиться почти не пришлось, она и так была симпатичной, а вот у Ольмы от прежнего лица осталось мало. Результатами все остались довольные, а сёстры заболели «зеркальной болезнью». После изменения внешности они то и дело бегали любоваться на себя в зеркало.
– Садитесь пока на диван, – сказал Егор. – Придёт Саша, тогда и сядем за стол. Ну как, девушки, осваиваетесь в нашей жизни?
– Осваиваются, – ответил за них Нор. – Месяца два продолжат читать книги и смотреть фильмы, а потом начнём экспресс-обучение. С Лоной до лета пройдём восемь классов, с Ольмой – четыре, а дальше пусть учатся в школе.
– А когда о них узнает мир? – спросил Егор.
– При первом же интервью, – ответила Ольга. – Сами мы никого оповещать не будем. Нужно только оформить гражданство и паспорт на Лону Ковалёву. Передайте нашу просьбу Васильеву.
– Не обязательно беспокоить Павла, – сказал Егор. – Это я прекрасно сделаю сам. Корпорация быстро срастается с властью. Половина заказов от различных министерств, кроме того, у нас работает немало бывших чиновников. Конечно, такие кадры берём не только из-за их связей, смотрим и на деловые качества. Корпорация контролирует треть промышленности России, но Федеральная антимонопольная служба молчит и будет молчать дальше. С нашей помощью уже через пять лет большинство предприятий России будет работать на полную мощность. Наше влияние ограничено на крупные частные компании и далеко не все хотят вкалывать, но они не делают погоды.
– Приехали гости, а он опять говорит о делах! – сказала из прихожей Саша. – Что за человек! Иди лучше возьми дочь.
– Я сама! – вскочила Ольга и умчалась в прихожую.
Через минуту она вернулась, неся на руках семимесячную сестру, которая обхватила её ручками за шею.
– Где внук? – спросила вошедшая следом за ней Саша. – Дай его мне, ты уже пообщался! Здравствуйте, девочки! Какие же вы красавицы! Я видела вас по компу, но это не то. Так, вижу, что кое-кто уже глотает слюну. Подождите немного, и сядем за стол. Я несколько минут потискаю внука, а потом отнесём детей в манеж.
За стол сели минут через двадцать и просидели за ним два часа, после чего женщины убрали посуду и поставили торт. За него взялись после небольшого перерыва, который посвятили детям. Их забрали из манежа и принялись тискать и сюсюкать. Малыши увлечённо возились с игрушками, не обрадовались такому вниманию и начали капризничать. В результате их уложили спать, а сами пошли есть торт и смотреть телевизор. С удовольствием посмотрели неплохой эстрадный концерт, после которого были новости, а потом – новогоднее обращение президента. Сначала Владимир Васильевич поздравил всех с праздником, а потом коротко рассказал об итогах прошедшего года и под бой курантов поднял бокал шампанского. Шампанского никто из Ковалёвых не пил, поэтому они поддержали тост президента ещё горячим кофе. Ночные бдения у телевизора не устраивали, так что скоро разошлись по комнатам отдыхать. «Голубой огонёк» обычно смотрели в записи в более удобное время.
У родителей гостили пять дней, после чего отправились домой.
– Я не верю в то, что наши враги превратились в овечек и смирились с нынешней расстановкой сил, – сказал им на прощание Егор.
– В Генштабе так и полагают, – подтвердила Люда. – Их мобилизационные возможности огромны, а численность населения зашкаливает. Такая война могла бы немного её сократить. После захвата Пакистана придёт очередь Афганистана. Там больше половины территории занимают горы, но есть немало полезного, а всякое сопротивление задавят численностью.
– Ладно, оставим геополитику и перейдём к вашим делам, – сказал Нор. – Что нового накопали учёные?
– Это ты спрашивай Александру, – ответила Люда, – а я с ними не общаюсь. Но ты мне напомнил... Это идёт под грифом «совершенно секретно», но у вас есть допуск, а девочки ничего не поймут.
– Я не девочка! – вздёрнула подбородок Лона.
– Конечно, – согласилась Люда, – я обобщила. Так вот, наши умники открыли какой-то пространственный резонанс. Я не знаю, что это такое, но в радиусе ста метров от резонатора не только гибнет всё живое, включая микроорганизмы, но расползается плоть. Я не была на испытаниях и видела только фотографии, но говорят, что даже военных проняло. Принято решение на участках, удобных для переброски войск с территории Китая, в дополнение к минным полям установить цепочки резонаторов. Они довольно просто устроены, и это будет несложно сделать.
– Они когда-нибудь выдумают на нашу голову такую дрянь, что не будем знать куда деваться! – сказала Ольга. – С гиперпространством так и не разобрались?
– Определили, что мешало, – ответила Люда. – Только эта канитель будет год или два, поэтому к Марсу полетим обычным способом. Космолёт уже готов и сейчас всё проверяют. Потом его передадут Роскосмосу.
– И что ещё? – спросила Ольга. – Всех интересует, когда будут давно обещанные электромобили.
– Не так уж и давно их обещали. Крупные производители легковых автомобилей приняли наши предложения, получили техническую документацию и начали подготовку производства. С нашей стороны не будет задержек в поставках генераторов. Наверное, через полгода начнут выпуск. Всего будут три модели. А грузовые машины и автобусы на электротяге уже выпускают. Из средств транспорта сами будем производить только лёгкий двухместный вертолёт. Он будет действительно очень лёгкий, поэтому хватило двух генераторов по тридцать киловатт. Это для сельских районов, где плохо с дорогами. Очень высоко и быстро летать не сможет, но это и не требуется. Вообще же, с подачи НТЦ нашими КБ каждый месяц разрабатываются с полсотни новых изделий. Сами мы все производить не можем из-за отсутствия свободных мощностей, поэтому запускаем в производство только самые интересные новинки и те, которые содержат секретные технологии, а остальное предлагаем желающим. Конечно, это делается не безвозмездно. Да, ещё изобрели что-то вроде полупроводников, но совсем других. Это я слышала краем уха и ничего толком не знаю. Могу рассказать о плитах.
– А что о них рассказывать? – не понял Нор.
– Мы заложили третий завод по их изготовлению, – объяснила Люда, – и плиты предполагается делать больших размеров и толще. Корпорация передала нашу технологию заводу «Керабуд», который тоже будет строить цеха. Это строительство финансирует государство. Плит нужно не много, а очень много. Нужно менять самолёты на дископланы, а у каждого выхлоп плазмы в десять раз сильнее, чем у космолёта, да и нагрузка на взлётно-посадочную полосу намного больше. Из новороссийского порта начали отправлять плиты в те страны, с которыми заключены соглашения о строительстве аэропортов для наших дископланов. Я думаю, что скоро и мировая авиация будет заменяться нашими аппаратами. Пока мы делаем их для себя, но лет через десять обеспечим свои потребности.
– Отдавать в чужие руки технологию плазмы и гиперперехода? – удивилась Ольга. – В правлении сошли с ума?
– Не бойся, – засмеялась Люда, – к блокам генератора перехода и плазмы не будет доступа, а любая попытка их вскрыть окончится плохо: вместо дископлана останется никому не нужный хлам.
– Ты счастлива? – спросила Ольга.
– Ну ты и спросила, подруга! – удивилась Люда. – Я сама давно не задавалась таким вопросом. Вот отец точно счастлив. Дочь стала крутым менеджером и заменила ему сына, а молодая жена скоро родит ребёнка. А я пока могу сказать, что довольна работой и материальной стороной жизни. Друзьями, кроме вас и наших студентов, не обзавелась, но вы появляетесь редко, а у них учёба и свои семьи. А с мужем плохо: пока никого нет даже в проекте. Ничего: какие мои годы!
– Ну что, девушки, – обратилась Ольга к сёстрам. – Что-нибудь поняли?
– Я – ничего, – помотала головой Ольма. – Давайте лучше посмотрим мультик.
– Вы были правы, – призналась Лона. – Я тоже поняла очень мало, но хоть посидела с вами.
В небольшом кабинете, заставленном тяжёлой старинной мебелью, беседовали двое. Они сидели за письменным столом на мягких стульях с высокими спинками и в перерывах между репликами затягивались сигарами. Хоть эти двое было стопроцентными англичанами, обсуждались типично русские вопросы: кто виноват и что делать. Первый вопрос они уже обсудили и сейчас перешли ко второму. Нам неизвестны их имена, поэтому джентльмена с густыми седыми усами будем называть усатым, а того, который сильно облысел, – лысым. Это не очень уважительно по отношению к порядочным людям, но собравшимся за этим столом было незнакомо такое понятие, как порядочность.
– Развал США – дело нескольких месяцев, – говорил усатый. – Мы попытаемся перехватить часть их вооружений, но из-за этой сволочи Берри Уайта и его сокращений там уже мало что осталось. И Джон Кокс ничем не лучше!
– Вы к ним несправедливы, – возразил лысый. – Армия разваливалась на глазах, и ситуация с флотом была не лучше. Если бы они не пошли по пути сокращений, не осталось бы и того, что есть сейчас. Авианосцы не нужны, тем более без палубной авиации, которой на них уже нет, а вот три подводных лодки с баллистическими ракетами нам должны перегнать. Остальное проблематично. Сейчас трудно предположить, что там будет твориться.
– Ладно, перейдём от Америки к Европе, – сказал усатый. – НАТО мертво, а в Европе нет силы, которая могла бы противостоять русским. Есть Китай, но он нацелился не на север, а на юг. И что мы имеем?
– Советский Союз тоже не могли победить в лоб, – заметил лысый, – но стоило поработать с частью его элиты, и он рухнул сам. Сейчас нужно применить что-нибудь подобное. Президент не пойдёт на уступки. Он окружил себя преданными людьми и почти не вылетает в другие страны, а если это делает, то под охраной космолётов. А на месте прибытия охраняют так, что не подберётся даже смертник.
– Он не идиот, чтобы идти на уступки, если через десять лет Россия во всех отношениях станет первой державой мира, – сказал усатый, – но ему осталось быть у власти только год.
– Президента переизберут на второй срок, – сказал лысый, выпустив к потолку клуб дыма. – Его не очень любят, но признают заслуги. К тому же в России нет ни одной достаточно популярной и не скомпрометировавшей себя фигуры, и мы не успеем приготовить её за год. В случае с Советским Союзом людей готовили лет десять. А после его второго срока президентом станет Ковалёва. Мои аналитики единогласно утверждают, что это уже решённый вопрос. Ей не просто доверяют, её любит восемьдесят процентов населения. И по мере роста их успехов и увеличения числа целителей это число будет только расти. А после её прихода к власти, нам останется смириться с новым мировым порядком.
– Значит, её нужно убрать! – заявил усатый. – А заодно попробовать то же сделать с президентом и подыскать им замену. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше! Сейчас в России в высших эшелонах власти на все ключевые места ставятся такие люди, что приход президента вроде Ельцина мало что изменит. Если он начнёт разваливать армию и проводить разрушительную политику, они сами его уберут. Устроить инфаркт плёвое дело.
– Вот и займитесь хотя бы Ковалёвой, – предложил лысый. – Посёлок, в котором она живёт с мужем, охраняют полсотни бойцов с лёгким стрелковым вооружением. Пусть они оптимизированы, но группа хорошо вооруженных профессионалов сможет прорваться. Только это должны быть не наши люди. Их придётся там бросить, поэтому никто не должен знать даже имени нанимателя. Если узнают, что спецслужбы Англии ликвидировали Ковалёвых, нам объявят войну. Наши ракеты им на один зуб, а Англию захватят максимум за три дня. И никто из наших союзников даже не пикнет, тем более, что мы сами дали русским повод. Наймите американцев. Если поискать, можно найти парней из «Дельты», «морских котиков» или других ухорезов. Наберите их с сотню. Всем надо сделать паспорта граждан разных стран, а потом переправить в Россию. Сейчас с этим нет сложностей. Русские только следят, чтобы такие визитёры не задерживались больше тридцати дней. У нас остались свои люди среди российских бизнесменов, поэтому будет не очень сложно переправить оружие. Только там должно быть и что-нибудь мощнее автоматов.
– Вы мне ещё напомните, чтобы я не забыл о бронежилетах, – недовольно сказал усатый. – Это трудное дело, но Ковалёву мы уберём. А вы займитесь остальным.
– С этим закончили, – подвёл итог лысый. – Теперь поговорим о золоте. Так и не выяснили, куда девалось то, которое было в хранилище Федерального резерва? Меня интересует остаток на момент отказа от обязательств по доллару. Часть вывезли раньше, но куда делось остальное? Доподлинно известно, что сейчас там ничего нет.
– Пока никаких следов, – сказал усатый, – но мои люди работают. Сейчас золота продают мало, а в самих Штатах его продавать глупо. В Канаде было несколько продаж. Самое интересное, что золото продавал мелкий бизнесмен, у которого его не могло быть в таком количестве. Наверняка это подставное лицо. Я распорядился, чтобы его проверили.
– Да, это может быть следом, – кивнул лысый. – Постарайтесь выйти на остальное. Во время кризиса Банку Англии пришлось сильно опустошить свои хранилища, так что американское золото было бы кстати.
– Если мы всё обсудили, то я, пожалуй, поеду, – сказал усатый, бросая в пепельницу остатки сигары. – Сегодня же вызову нужных людей и дам поручения. Я думаю, что мы уложимся в два месяца.
– Раздевайтесь, – сказал Егор. – Вы как снеговики. Давайте помогу отряхнуть снег.
– На улице новогодняя погода, – засмеялся Нор. – Снег идёт – мама не горюй! Хорошо, что нет ветра, а то пилот отказался бы нас везти. Сели возле дороги, но пока дошли...
– Давайте сюда внука, – потребовал Егор. – Олежка, хочешь к дедушке? А эти две юные красавицы и есть твои сёстры? Проходите в гостиную. У нас там такая ёлка, что ахнете, да и стол уже готов. А Саша с Верочкой сейчас придут. Они гуляют и уже вот-вот должны вернуться.
Все вошли в гостиную, где стояла действительно очень красивая ёлка, богато украшенная игрушками и гирляндами.
– Мы тоже поставили ёлку, – сказала Ольга, – только поменьше. Девушкам понравилась.
«Девушки», которые сегодня после долгих уговоров в первый раз надели шерстяные платья с короткими подолами, стеснялись своих голых ног и старались прикрыть их руками. Пример Ольги, на которой была более короткая юбка, действовал слабо. Дома они по большей части ходили в халатах и только иногда надевали брюки. По фильмам знали здешние моды и обычаи в отношении одежды, но вколоченные в родном мире нормы морали мешали безоговорочно их принять. Ольга поработала с внешностью сестёр. С Лоной возиться почти не пришлось, она и так была симпатичной, а вот у Ольмы от прежнего лица осталось мало. Результатами все остались довольные, а сёстры заболели «зеркальной болезнью». После изменения внешности они то и дело бегали любоваться на себя в зеркало.
– Садитесь пока на диван, – сказал Егор. – Придёт Саша, тогда и сядем за стол. Ну как, девушки, осваиваетесь в нашей жизни?
– Осваиваются, – ответил за них Нор. – Месяца два продолжат читать книги и смотреть фильмы, а потом начнём экспресс-обучение. С Лоной до лета пройдём восемь классов, с Ольмой – четыре, а дальше пусть учатся в школе.
– А когда о них узнает мир? – спросил Егор.
– При первом же интервью, – ответила Ольга. – Сами мы никого оповещать не будем. Нужно только оформить гражданство и паспорт на Лону Ковалёву. Передайте нашу просьбу Васильеву.
– Не обязательно беспокоить Павла, – сказал Егор. – Это я прекрасно сделаю сам. Корпорация быстро срастается с властью. Половина заказов от различных министерств, кроме того, у нас работает немало бывших чиновников. Конечно, такие кадры берём не только из-за их связей, смотрим и на деловые качества. Корпорация контролирует треть промышленности России, но Федеральная антимонопольная служба молчит и будет молчать дальше. С нашей помощью уже через пять лет большинство предприятий России будет работать на полную мощность. Наше влияние ограничено на крупные частные компании и далеко не все хотят вкалывать, но они не делают погоды.
– Приехали гости, а он опять говорит о делах! – сказала из прихожей Саша. – Что за человек! Иди лучше возьми дочь.
– Я сама! – вскочила Ольга и умчалась в прихожую.
Через минуту она вернулась, неся на руках семимесячную сестру, которая обхватила её ручками за шею.
– Где внук? – спросила вошедшая следом за ней Саша. – Дай его мне, ты уже пообщался! Здравствуйте, девочки! Какие же вы красавицы! Я видела вас по компу, но это не то. Так, вижу, что кое-кто уже глотает слюну. Подождите немного, и сядем за стол. Я несколько минут потискаю внука, а потом отнесём детей в манеж.
За стол сели минут через двадцать и просидели за ним два часа, после чего женщины убрали посуду и поставили торт. За него взялись после небольшого перерыва, который посвятили детям. Их забрали из манежа и принялись тискать и сюсюкать. Малыши увлечённо возились с игрушками, не обрадовались такому вниманию и начали капризничать. В результате их уложили спать, а сами пошли есть торт и смотреть телевизор. С удовольствием посмотрели неплохой эстрадный концерт, после которого были новости, а потом – новогоднее обращение президента. Сначала Владимир Васильевич поздравил всех с праздником, а потом коротко рассказал об итогах прошедшего года и под бой курантов поднял бокал шампанского. Шампанского никто из Ковалёвых не пил, поэтому они поддержали тост президента ещё горячим кофе. Ночные бдения у телевизора не устраивали, так что скоро разошлись по комнатам отдыхать. «Голубой огонёк» обычно смотрели в записи в более удобное время.
У родителей гостили пять дней, после чего отправились домой.
– Я не верю в то, что наши враги превратились в овечек и смирились с нынешней расстановкой сил, – сказал им на прощание Егор.
